Текст книги "Корпорация «Автократия». Диктаторы, которые хотят править миром"

Автор книги: Энн Эпплбаум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Но именно потому, что магическое богатство было доступно не всем, руководству страны пришлось искать новые способы подавления народных волнений. В 2017 году, сместив Мугабе, Мнангагва начал сворачивать все элементы верховенства закона, ещё сохранявшиеся в Зимбабве. Он атаковал судебную систему, изменив в 2021 году конституцию[124]124
  «…изменив в 2021 году конституцию»: Kitsepile Nyathi, “Zimbabwe’s Mnangagwa Entrenching His Power with Constitution Changes”, Citizen, 10.04.2021, www.thecitizen.co.tz.


[Закрыть], чтобы получить право нанимать и увольнять судей, а чтобы сохранить их симпатию, раздавал взятки, замаскированные под жилищные кредиты[125]125
  «…раздавал взятки, замаскированные под жилищные кредиты»: Albert Mpofu, “Controversy Erupts over Housing Loans to Judges Before Elections in Zimbabwe”, Change Radio Zimbabwe, 09.06.2023, changeradiozimbabwe.com.


[Закрыть].

В августе 2023 года в преддверии выборов он продавил «Патриотический законопроект»[126]126
  «Патриотический законопроект»: “Zimbabwe: Parliament’s Passing of ‘Patriotic Bill’ Is a Grave Assault on the Human Rights”, Amnesty International, 09.06.2023, www.amnesty.org.


[Закрыть] – закон, по которому любое негативное высказывание любого зимбабвийца о Зимбабве или его правительстве, адресованное любому иностранцу, становилось преступлением. Я планировала поехать в Зимбабве, чтобы наблюдать за выборами, но после принятия законопроекта отменила поездку. Вместо этого я поговорила по телефону с несколькими кандидатами от оппозиции во время предвыборной кампании. Они были полны энтузиазма, собранны и мотивированны. По их словам, неприязнь к режиму была повсеместной, и они были уверены, что у них есть шанс на победу.

Через несколько дней, после фальсификации выборов, обеспечившей очередную победу правительства, один из них в панике позвонил мне и спросил, не могу ли я помочь ему бежать из страны. Полиция в округе арестовывала его коллег. Насилие и коррупция привели к новым санкциям со стороны США и ЕС[127]127
  «…новым санкциям со стороны США и ЕС»: “Treasury Takes Additional Actions in Zimbabwe”, U.S. Treasury Department, 12.12.2022, home.treasury.gov.


[Закрыть], в том числе против отдельных виновных. Но поскольку международная финансовая система создала множество сервисов, помогавших им делать и прятать деньги, к 2023 году зимбабвийская элита поняла, что у неё есть альтернативы.

Правящую партию связывали давние отношения с китайской коммунистической партией, восходящие к тем временам, когда они разделяли маоистские лозунги и говорили о крестьянском восстании. Китайцы помогали оружием[128]128
  «Китайцы помогали оружием…»: Olayiwola Abegunrin, Charity Manyeruke, China’s Power in Africa: A New Global Order (London: Palgrave Macmillan, 2020).


[Закрыть], обучением и консультациями партии Мугабе ZANU-PF («Зимбабвийский африканский национальный союз – Патриотический фронт») ещё тогда, когда она боролась за независимость, а затем во время противостояния с конкурирующей освободительной партией, которую поддерживал Советский Союз. После обретения Зимбабве независимости Китай постепенно стал крупнейшим инвестором в страну, крупнейшим источником импорта и важным направлением экспорта. К 2022 году поддержка Китая помогла воплотить целый ряд проектов, от национального фармацевтического склада до нового здания парламента Зимбабве. Во время пандемии Китай предоставил Зимбабве миллион доз своей вакцины Sinovac COVID-19[129]129
  «…миллион доз своей вакцины Sinovac COVID-19»: Guo Shaochun, “Promoting China-Zimbabwe Ties to a New Height”, Embassy of the People’s Republic of China in the Republic of Zimbabwe, 02.10.2022, zw.china-embassy.gov.cn.


[Закрыть].

Взаимный интерес был очевиден. Китай получил полезные ископаемые: в сентябре 2022 года китайские инвесторы подписали сделку стоимостью 2,8 миллиарда долларов на строительство предприятий по переработке лития[130]130
  «…предприятий по переработке лития»: Columbus Mavhunga, “Zimbabwe, Chinese Investors Sign $2.8B Metals Park Deal”, VOA News, 22.09.2022, www.voanews.com.


[Закрыть], платины и никеля для экспорта на китайские аккумуляторные заводы. В обмен на это Зимбабве получила широкополосную связь[131]131
  «Зимбабве получила широкополосную связь»: “Zimbabwe Turns to Chinese Technology to Expand Surveillance of Citizens”, Africa Defense Forum, 17.01.2023, adf-magazine.com.


[Закрыть] и китайские технологии слежки, включая оборудование Huawei и камеры наблюдения, которые Китай уже давно использует для отслеживания внутреннего инакомыслия. Другие китайские технологические компании, в том числе производящие программное обеспечение для распознавания лиц, подписали контракты на поставку оборудования для «правоохранительных целей»[132]132
  «…для „правоохранительных целей“»: Allen Munoriyarwa, “Video Surveillance in Southern Africa”, Media Policy and Democracy Project, 07.05.2020, www.mediaanddemocracy.com.


[Закрыть], как гласило расплывчатое описание. Зимбабве передала Китаю свою телекоммуникационную инфраструктуру. Взамен Китай помог Мнангагве остаться у власти.

Хотя между Хараре и Москвой нет глубокой исторической связи, Мнангагва и Путин в конце концов обнаружили, что и у них много общего. Оба они удерживают власть не благодаря выборам или конституции, а с помощью пропаганды, коррупции и избирательного насилия. Обоим важно показать общественности и в своих странах, и в демократическом мире, как мало их волнуют критика, законы о правах человека, разговоры о демократии. Зимбабве продемонстрировала солидарность с российской клептократией, став одной из одиннадцати стран, проголосовавших в Организации Объединённых Наций за российскую аннексию Крыма в 2014 году, – наряду с Северной Кореей, Беларусью, Кубой и Венесуэлой. В том же году Зимбабве передала России концессию на добычу платины[133]133
  «…концессию на добычу платины»: Henry Foy, Nastassia Astrasheuskaya, David Pilling, “Russia: Vladimir Putin’s Pivot to Africa”, Financial Times, 21.01.2019, www.ft.com.


[Закрыть] и получила взамен несколько истребителей МиГ-35. В 2019 году Путин принял Мнангагву в Москве[134]134
  «Путин принял Мнангагву в Москве»: Brian Latham et al., “Mnangagwa Seeks Cash in Russia as Zimbabwe Slides into Chaos”, Bloomberg.com, 15.01.2019.


[Закрыть] через неделю после того, как полиция Мнангагвы открыла огонь по протестующим в Хараре. Президенты подписали соглашения о российских инвестициях в алмазную промышленность Зимбабве[135]135
  «…соглашения о российских инвестициях в алмазную промышленность Зимбабве»: Bloomberg, “Russian Diamond Giant Alrosa Is Returning to Zimbabwe”, Moscow Times, 15.01.2019.


[Закрыть].

В 2023 году их отношения вышли на новый уровень, когда Мнангагва, бывший лидер антиколониального движения за независимость, поддержал жестокую войну Путина за колониальное господство в Украине. Зимбабве, заявил он на саммите «Россия – Африка» в Санкт-Петербурге, «выражает солидарность Российской Федерации в той специальной военной операции, которую вы проводите сейчас на Украине». В благодарность Путин преподнёс в подарок своему новому товарищу президентский вертолёт. «Эта птица скоро будет украшать наше небо»[136]136
  «Эта птица скоро будет украшать наше небо»: Nick Mangwana (@nick-mangwana), X, 27.07.2023, 10:23, x.com/nickmangwana.


[Закрыть], – возвестил представитель правительства Зимбабве. Он опубликовал фотографию восьмидесятилетнего Мнангагвы, сидящего в салоне вертолёта за столом, уставленным вином и фруктами, и заявление президента, обращённое к зимбабвийскому народу и всему миру. «Жертвы санкций должны сотрудничать», – сказал он.

III.
Контроль над нарративом

Четвёртого июня 1989 года Коммунистическая партия Польши провела частично свободные выборы, положив начало череде событий, которые в конечном счёте привели к отстранению коммунистов от власти. Вскоре после этого уличные протесты в защиту свободы слова, подотчётности и демократии способствовали свержению коммунистических режимов в Восточной Германии, Чехословакии, Венгрии и Румынии. Несколько лет спустя прекратил своё существование и сам Советский Союз.

В тот же день, 4 июня 1989 года, Коммунистическая партия Китая приказала военным разогнать тысячи студентов с площади Тяньаньмэнь. Они, как и восточноевропейцы, требовали свободы слова, подотчётности и демократии. Но солдаты арестовывали и убивали демонстрантов в Пекине и по всей стране, а затем выслеживали лидеров протестного движения и заставляли их давать признательные показания и отрекаться от своих слов. Некоторые из них провели годы в тюрьме. Другим удалось ускользнуть от преследования и навсегда покинуть страну.

После этих событий власти Китая пришли к выводу, что даже такая реакция была недостаточной. Чтобы демократическая волна, прокатившаяся тогда по Западной Европе, не захлестнула Восток, китайские вожди вознамерились уничтожить не только людей, но и сами идеи, ставшие двигателем протестов: верховенство закона, разделение властей, право на свободу слова и собраний, а также все принципы, которые они назвали «духовным загрязнением», исходящим из демократического мира. Задолго до того, как Си Цзиньпин ввёл в Китае единоличное правление, китайцы стали использовать новые информационные технологии, которые в то время только начинали менять политику и общественную дискуссию по всему свету.

Даже когда эта система уже создавалась, никто не верил, что она будет работать. Если американцы наивно переоценивали роль торговли в построении демократии, то в отношении технологий они были ещё прекраснодушнее. Стоит ещё раз вспомнить, как эксперты по внешней политике в 2000 году смеялись над шуткой президента Клинтона – когда тот сказал, что любая попытка Китая контролировать интернет будет похожа на «попытку прибить желе к стене». В книгах под заголовками вроде «Сюда приходят все» и «Моральная виртуальность» утверждалось, что интернет приведёт ко взрывному росту самоорганизации, даже к культурному ренессансу. Ещё в 2012 году рецензент The New York Times не мог всерьёз воспринять идею, высказанную в одной из моих книг, что интернет может стать инструментом контроля. «Владимир Путин ещё может сделать из неё пророка[137]137
  «Владимир Путин ещё может сделать из неё пророка»: Max Frankel, рецензия на Anne Applebaum, Iron Curtain, New York Times, 21.11.2012, www.nytimes.com. Рецензия Френкеля была отрицательной в основном потому, что он полагал, будто советские стратегии, упомянутые в книге, давно устарели и никогда не вернутся. Двумя годами позже, в 2014-м, российская оккупация Крыма и Восточной Украины разыгралась почти по тому же сценарию, которому следовали Красная армия и НКВД в 1945 году.


[Закрыть], – писал обо мне Макс Франкель, – но пока, в этом веке, технологии стали желанной защитой от тирании».

Пока мы пели хвалу интернету, предоставляющему столько разных путей для распространения демократии, китайцы разрабатывали систему, которую иногда называют Великим китайским файрволом. Это название, несмотря на приятный исторический флёр, вводит в заблуждение. «Файрвол» звучит как название физического объекта, а китайская система управления интернетом – фактически контроля за общением – включает множество разных элементов, начиная с продуманной системы блокировок и фильтров, не позволяющих пользователям видеть определённые слова и фразы. Среди них, как известно, есть «Тяньаньмэнь», «1989» и «4 июня», но это далеко не полный список. В 2000 году был принят документ под названием «Меры по управлению интернет-коммуникациями», запрещающий чрезвычайно широкий спектр информации[138]138
  «…запрещающий чрезвычайно широкий спектр информации»: Jason P. Abbott, “Of Grass Mud Horses and Rice Bunnies: Chinese Internet Users Challenge Beijing’s Censorship and Internet Controls”, Asian Politics and Policy 11, no. 1, 2019, 162–177; Peng Li, “Provisional Management Regulations for the International Connection of Computer Information Networks of the People’s Republic of China”, 01.02.1996, DigiChina, digichina.stanford.edu.


[Закрыть], включая всё, что «угрожает национальной безопасности, ведёт к разглашению государственных тайн и ниспровержению правительства, подрывает национальное единство» и «наносит ущерб чести и интересам государства», – словом, всё, что не нравится властям. Китайским социальным сетям было позволено процветать, но только в сотрудничестве со службами безопасности, которые с самого начала сконструировали их так, чтобы обеспечить слежку за пользователями.

Помогли иностранные компании: поначалу они ринулись на этот новый рынок цифровой безопасности так же, как на постсоветские финансовые рынки. Компания Microsoft в своё время изменила алгоритмы ведения блогов в соответствии с протоколами Великого файрвола. Yahoo согласилась подписать[139]139
  «Yahoo согласилась подписать»: Jim Hu, “Yahoo Yields to Chinese Web Laws”, CNET, 14.08.2002, cnet.com.


[Закрыть] «публичное обязательство о самодисциплине», гарантирующее, что запрещённые слова не будут появляться в поисковых выдачах. Другая американская компания, Cisco Systems, продала Китаю оборудование на сотни миллионов долларов, включая технологию, блокирующую трафик на запрещённые сайты. Когда я писала об этих сделках в 2005 году, представитель компании сказал мне, что это «та же технология, с помощью которой ваша городская библиотека блокирует порнографию», прибавив: «Мы не делаем ничего незаконного». Покойный китайский правозащитник Гарри Ву говорил мне, что у компании Cisco, как он узнал от её представителей в Китае, есть контракты на поставку технологий полицейским департаментам по меньшей мере в тридцати одной провинции[140]140
  «…полицейским департаментам по меньшей мере в тридцати одной провинции»: Anne Applebaum, “Let a Thousand Filters Bloom”, Washington Post, 19.07.2005.


[Закрыть].

Но Китай, как и во многих других сферах, усваивал необходимые ему технологии, а потом вытеснял иностранные компании. Google изо всех сил старалась соблюдать правила[141]141
  «Google изо всех сил старалась соблюдать правила»: Kaveh Waddell, “Why Google Quit China—and Why It’s Heading Back”, Atlantic, 19.01.2016, www.theatlantic.com.


[Закрыть] Великого файрвола – и в 2010 году всё же сдалась после кибератаки, организованной Народно-освободительной армией. Позднее компания тайно разрабатывала[142]142
  «Позднее компания тайно разрабатывала…»: Ryan Gallagher, “Google Plans to Launch Censored Search Engine in China, Leaked Documents Reveal”, Intercepts, 01.04.2018, theintercept.com; “Google’s Project Dragonfly ‘Terminated’ in China”, BBC, 17.07.2019, www.bbc.com.


[Закрыть] версию своей поисковой системы, совместимую с китайской цензурой, однако в 2018 году отказалась и от неё после протестов сотрудников и критики со стороны общественности. В 2009 году Китай запретил Facebook, в 2014 году – Instagram; TikTok, хоть и созданный китайской компанией, никогда не был разрешён в Китае.

Помимо этого, китайский режим раскинул свои сети и за пределами киберпространства, научившись сочетать системы онлайн-слежки с другими инструментами репрессий, включая уличные камеры, полицейские проверки и аресты. Самая изощрённая версия этой комбинированной системы внедрена сегодня в Синьцзяне, провинции, где живёт мусульманское меньшинство Китая – уйгуры. После череды политических протестов 2009 года государство начало не только арестовывать и задерживать уйгуров, но и экспериментировать с новыми формами онлайн– и офлайн-контроля. Уйгуров обязали установить на телефоны «приложения-няньки», которые постоянно ищут во всех видах переписки «идеологические вирусы», включая стихи из Корана и другие отсылки к религии, а также подозрительные высказывания. Эти приложения могут отслеживать покупки электронных книг и местоположение человека, передавая сведения в полицию, а также выявлять необычное поведение: подозрение может вызвать всякий, кто ставит VPN, кто вообще не выходит в сеть и кто тратит дома слишком много электричества (это может говорить о том, что у него живёт тайный гость). С помощью технологии распознавания голоса и даже мазков ДНК[143]143
  «С помощью технологии распознавания голоса и даже мазков ДНК»: Ross Andersen, “China’s Artificial Intelligence Surveillance State Goes Global”, Atlantic, 15.09.2020, www.theatlantic.com.


[Закрыть] власти следят, куда уйгуры ходят, ездят и где совершают покупки.

В конце концов эта система может распространиться на весь Китай, где сотни миллионов видеокамер уже ведут наблюдение за общественными местами. Искусственный интеллект и программы распознавания лиц уже идентифицируют людей, проходящих мимо камер, мгновенно связывая эти данные с другой информацией, полученной из телефонов, социальных сетей и прочих источников. Система так называемого «социального рейтинга» уже объединяет множество баз данных – и людей, нарушающих правила, заносят в чёрный список. Иногда эту систему называют благодушным термином «технология безопасного города», как будто её единственная функция – оптимизировать дорожное движение, хотя она, действительно, отвечает и за это.

Разумеется, безопасность – не единственная цель. Росс Андерсен, журналист со специализацией на технологиях, написал в The Atlantic, что скоро «китайские алгоритмы смогут объединять данные[144]144
  «…китайские алгоритмы смогут объединять данные»: там же.


[Закрыть] из широкого круга источников – сведения о поездках, друзьях и знакомых, читательских привычках, покупках, – чтобы предсказывать политическое сопротивление до того, как оно произойдёт». С каждым новым прорывом, с каждым усовершенствованием ИИ Китай всё ближе к своей версии святого Грааля: системе, способной стереть из интернета не только слова «демократия» и «Тяньаньмэнь», но и сам образ мыслей, побуждающий людей становиться борцами за демократию или ходить на протесты в реальной жизни.

Другие страны могут последовать этому примеру. Китайский технологический гигант Huawei уже продал Пакистану, Бразилии, Мексике, Сербии, Южной Африке и Турции «технологии безопасного города», системы наблюдения и искусственного интеллекта[145]145
  «…системы наблюдения и искусственного интеллекта»: Sheena Chestnut Greitens, “Dealing with Demand for China’s Global Surveillance Exports”, Brookings Institution, апрель 2020, www.brookings.edu.


[Закрыть]. Одно из подразделений малайзийской службы безопасности купило у китайской компании ИИ-технологию, которая позволяет в режиме реального времени сравнивать записи камер с изображениями в центральной базе данных. Сингапур приобрёл сходный набор инструментов и даже объявил о планах установить камеры с технологией распознавания лиц на каждом фонарном столбе города-государства[146]146
  «…на каждом фонарном столбе города-государства»: Steven Feldstein, “How Artificial Intelligence Is Reshaping Repression”, Journal of Democracy 30, no. 1, январь 2019.


[Закрыть]. Президент Мнангагва купил[147]147
  «Президент Мнангагва купил…»: Problem Masau, “Smart Anti-Crime Solutions”, ChinAfrica, 03.05.2024, chinafrica.cn.


[Закрыть] технологию распознавания лиц, предположительно – для разработки «интеллектуальных приложений, обеспечивающих безопасность в аэропортах, на вокзалах и автобусных станциях» Зимбабве, но с явным потенциалом для политического контроля.

Ещё более широкое распространение этих идей – вопрос времени: рано или поздно ими соблазнятся и лидеры демократических государств. Некоторые элементы «технологии безопасного города» действительно могут помочь в борьбе с преступностью, и многие демократические страны с ними экспериментируют. Демократии, особенно гибридные, ничуть не менее способны внедрять собственные технологии слежки, используя их не только против настоящих преступников или террористов, но и против своих критиков и политических оппонентов. Pegasus, шпионскую программу для мобильных телефонов, созданную израильской компанией NSO, использовали для слежки за журналистами, активистами и политическими оппонентами в Венгрии, Казахстане, Мексике, Индии, Бахрейне, Греции и других странах. В 2022 году польское правительство, которое тогда возглавляла национал-популистская партия «Право и справедливость», установило Pegasus на телефоны моих друзей и коллег, сплошь связанных с тогдашней политической оппозицией. Споры о том, какую информацию американское правительство должно и не должно хранить об американских гражданах, в 2013 году стали предметом международного скандала, когда Эдвард Сноуден, сотрудник Агентства национальной безопасности (АНБ), раскрыл его методы и тактику и одновременно опубликовал тысячи документов с подробностями американских военных операций по всему миру. Сноуден бежал в Россию, где и находится по сей день.

Между развитием этих историй в демократических странах и в диктатурах есть важные различия. Утечки Сноудена широко обсуждались, журналисты получали за расследования Пулитцеровские премии. В Польше скандал вокруг программы-шпиона Pegasus в конце концов стал достоянием публики, его расследовала сперва пресса, а затем парламентская комиссия. Если в Китае, России, Иране или Северной Корее подобный скандал никогда не разгорался, то лишь потому, что там нет соответствующих законодательных комитетов или свободных медиа, способных сыграть их роль.

Тем не менее использование шпионских программ и слежки в демократическом мире помогает автократиям оправдывать своё злоупотребление этими технологиями. Чем больше стран внедрит эти системы, тем меньше этических и моральных возражений они будут вызывать. Китай продаёт свои технологии из коммерческих интересов и возможно, для шпионажа, но ещё и потому, что их экспорт оправдывает их внутреннее использование: меньше возражений против массовой слежки за пределами Китая – меньше рисков, что критика будет услышана внутри страны. Диктаторы, политические партии и элиты, ради контроля над собственным населением попавшие в зависимость от передовых китайских технологий, могут почувствовать обязанность, а может быть, и необходимость в своей политике равняться на Китай, чтобы удержать власть. Как утверждает эксперт по цифровым технологиям Стивен Фельдштейн, «чем больше Китай приводит модели управления других стран в соответствие с собственной моделью, тем меньше эти страны угрожают его гегемонии»[148]148
  «Чем больше Китай приводит модели управления других стран в соответствие с собственной моделью…»: там же.


[Закрыть].

Однако даже самые изощрённые формы надзора – не гарантия. В годы пандемии китайское правительство ввело самые суровые ограничения на физическое передвижение, с какими когда-либо сталкивалось большинство китайцев. Миллионы людей были закрыты или даже заперты в своих домах; несметное число попало в государственные карантинные лагеря. Тем не менее изоляция вызвала самые яростные и энергичные протесты китайцев за многие годы. Осенью 2022 года молодые люди, никогда не ходившие на демонстрации и не помнившие Тяньаньмэня, собирались на улицах Пекина и Шанхая, чтобы поговорить о свободе передвижения и свободе слова. В Синьцзяне, где были самые длительные и строгие ограничения во всём Китае и где контроль над интернетом самый вездесущий, люди вышли на улицу и запели китайский гимн, выделяя одну строчку[149]149
  «…выделяя одну строчку»: Lun Tian Yew, “Protests Erupt in Xinjiang and Beijing After Deadly Fire”, Reuters, 26.11.2022.


[Закрыть]: «Восстаньте все, кто отказывается быть рабами!» Видеозаписи их выступления широко распространились, потому что шпионские программы и фильтры не определяли национальный гимн как инакомыслие.

Autocracy, Inc. получила зловещий урок: даже в государстве с, казалось бы, тотальной слежкой люди всегда могут радикализироваться из-за тирании и несправедливости. Недовольство произволом властей всегда наводит кого-то на размышления о другой системе, о лучшем способе управления обществом. Мощь этих демонстраций и сила питавшей их ярости так напугали китайские власти, что те отменили карантин и позволили вирусу распространиться. Смерти, которые за этим последовали, были предпочтительнее общественного гнева и протеста.

Отсюда можно было извлечь и более масштабные уроки. Подобно российским антипутинским демонстрациям 2011 года или грандиозным уличным протестам в Каракасе несколькими годами позже, протесты 2022 года в Китае дали автократическим режимам ещё один повод направить свои репрессивные механизмы вовне, в демократический мир. Раз люди естественным образом тянутся к идее прав человека, к языку демократии, к мечтам о свободе, значит, всё это следует отравить. Для этого недостаточно слежки, недостаточно политической системы, защищающей от либеральных идей. Необходим план наступления, нарратив, разрушающий идею демократии в любой точке мира, где он применяется.

В XX веке пропаганда коммунистической партии ошеломляла и вдохновляла – по крайней мере, таков был замысел. Плакаты, произведения искусства, фильмы и газеты рисовали блестящее идеализированное будущее, с чистыми заводами, изобилием продуктов, полными воодушевления рабочими и пышущими здоровьем трактористами. Архитектура должна была подавлять, музыка – приводить в трепет, публичные зрелища – внушать благоговение. В теории граждане должны были чувствовать энтузиазм, вдохновение и надежду. На практике такая пропаганда приносила обратный результат, поскольку люди могли сравнить образы с экранов и плакатов с гораздо более бедной реальностью.

Некоторые автократии до сих пор рисуют перед своими гражданами картину образцового государства. В Северной Корее, как известно, проводят огромные военные парады[150]150
  «В Северной Корее, как известно, проводят огромные военные парады»: Josh Smith, “Inside the Spectacle and Symbolism of North Korea’s Mass Games”, Reuters, 06.09.2018.


[Закрыть] в совершенно сталинском стиле: со сложными гимнастическими фигурами и огромными портретами вождя. Но многие пропагандисты Autocracy, Inc. научились на ошибках XX века. Они не предлагают своим согражданам видение утопии и не вдохновляют их на строительство лучшего мира. Вместо этого они учат людей быть пассивными циниками, потому что лучшего мира не построить. Их цель – убедить людей заниматься своими делами, не лезть в политику и не надеяться на демократическую альтернативу: «Может, наше государство и коррумпированное, но ведь все государства такие. Может, вам не нравится наш лидер, но другие ещё хуже. Может, вам не нравится наше общество, но мы, по крайней мере, сильны, а демократический мир слаб, разобщён, деградирует и умирает».

Современная китайская внутренняя пропаганда не изображает Китай как идеальное общество, а стремится внушить людям националистическую гордость, основанную на реальном опыте экономического развития и национального возрождения страны. Китайский режим подчёркивает контраст между своим собственным «порядком» – и хаосом или насилием, свойственными демократии. Китайские СМИ высмеивали нерешительность Америки в пандемию, показывая мультфильм, в конце которого Статуе Свободы ставили капельницу[151]151
  «Китайские СМИ высмеивали нерешительность Америки»: Julie Nolke, “Covid-19—Once upon a Virus”, YouTube, 2020, www.youtube.com.


[Закрыть]. Позже китайская газета Global Times написала, что китайцы называют восстание 6 января «кармой» и «возмездием»: «При виде таких событий многие китайцы, естественно, вспоминают, как Нэнси Пелоси одобрила насилие со стороны гонконгских протестующих, назвав его „прекрасным зрелищем“»[152]152
  «При виде таких событий…»: “Chinese Netizens Jeer Riot in US Capitol as ‘Karma,’ Say Bubbles of ‘Democracy and Freedom’ Have Burst”, Global Times, 07.01.2021, globaltimes.cn.


[Закрыть]. (Пелоси, конечно, хвалила мирные демонстрации, а не насилие.) Кроме того, китайцам говорят, что те же силы хаоса стремятся разрушить их собственную жизнь, и призывают бороться с ними, ведя «народную войну» против иностранного влияния или иностранных шпионов: «Вражеские силы работают очень усердно, и нельзя терять бдительность в деле национальной безопасности»[153]153
  «Вражеские силы работают очень усердно»: Brett McKeehan, “China’s Propaganda Machine Is Intensifying Its ‘People’s War’ to Catch American Spies”, CNN, 18.10.2021, www.cnn.com.


[Закрыть].

Россияне ещё меньше слышат о том, что происходит в их собственных городах и посёлках. Зато им постоянно рассказывают об упадке незнакомых мест, где большинство из них никогда не бывало: Америки, Франции, Великобритании, Швеции, Польши – все эти страны якобы полны вырождения, лицемерия и русофобии. Исследование российского телевидения за период с 2014 по 2017 год показало, что негативные новости о Европе появлялись на трёх основных (государственных) каналах в среднем восемнадцать раз в день[154]154
  «…в среднем восемнадцать раз в день»: Nataliya Popovych et al., “Image of European Countries on Russian TV”, Ukraine Crisis Media Center, май 2018, uacrisis.org.


[Закрыть]. Некоторые из этих сюжетов были явно выдуманными («Европейские правительства отнимают детей у нормальных семей и отдают их гей-парам!»), но даже правдивые истории отбирались так, чтобы подкрепить идею, что повседневная жизнь в Европе пугающая и хаотичная, европейцы – слабые и аморальные, а Европейский союз – либо диктаторская организация-интервент, либо, наоборот, вот-вот развалится. Цель ясна: не дать россиянам отождествить себя с Европой, как это было в прошлом.

Америку, если на то пошло, писали ещё более мрачными красками. Американцы, которые редко задумываются о России, были бы ошеломлены, узнав, сколько времени российское государственное телевидение уделяет американским культурным войнам, особенно спорам о гендере. Сам Путин демонстрирует подозрительно близкое знакомство[155]155
  «…подозрительно близкое знакомство»: Pjotr Sauer, “Russia Outlaws ‘International LGBT Public Movement’ as Extremist”, Guardian, 30.11.2023.


[Закрыть] с дебатами в Twitter о правах трансгендеров, насмешливо сочувствуя людям, которых, по его словам, «отменили». Отчасти это делается затем, чтобы продемонстрировать россиянам, что в либерально-демократическом мире нет ничего достойного восхищения. Но кроме того, таким образом Путин пытается заключить союз[156]156
  «…таким образом Путин пытается заключить союз»: Documentation in Kristina Stoeckl and Dmitry Uzlaner, The Moralist International: Russia in the Global Cultural Wars (New York: Fordham University Press, 2022).


[Закрыть] между своей российской аудиторией и сторонниками в Европе и Северной Америке: там он обрёл поддержку среди авторитарных ультраправых, убедив некоторых наивных консерваторов, что Россия – это «белое христианское государство». На самом деле в России очень низкая посещаемость церквей, легальные аборты и многонациональное население, в составе которого миллионы мусульман. Чечня, автономный российский регион, частично управляется по законам шариата, арестовывает и убивает гомосексуалов во имя чистоты ислама[157]157
  «…во имя чистоты ислама»: Anne Applebaum, “Conservatives and the False Romance of Russia”, Atlantic, 12.12.2019, www.theatlantic.com.


[Закрыть]. Российское государство преследует и репрессирует[158]158
  «Российское государство преследует и репрессирует…»: Kate Shellnutt, “Russian Evangelicals Penalized Most Under Anti-Evangelism Law”, Christianity Today, 07.05.2019, www.christianitytoday.com.


[Закрыть] многие конфессии, отличные от официальной Русской православной церкви, включая евангельских христиан.

Путинский образ России как предводительницы альянса сильных, традиционных государств против слабых демократий нашёл, однако, приверженцев в Америке. Белые националисты, участники печально известной демонстрации 2017 года в Шарлотсвилле, закончившейся вспышкой насилия, в числе прочего скандировали: «Россия – наш друг!»[159]159
  «Россия – наш друг!»: David Neiwert, “When White Nationalists Chant Their Weird Slogans, What Do They Mean?”, Southern Poverty Law Center, 10.10.2017, www.splcenter.org.


[Закрыть] Россияне входят в международные организации, якобы продвигающие христианские или традиционные ценности, и, есть подозрение, тайно финансируют некоторые из них[160]160
  «…тайно финансируют некоторые из них»: Elizabeth G. Arsenault and Joseph Stabile, “Confronting Russia’s Role in Transnational White Supremacist Extremism”, Just Security, 06.02.2020, www.justsecurity.org.


[Закрыть]. Путин периодически обращается к этой аудитории с посланиями. «Я придерживаюсь того традиционного подхода, что женщина – это женщина, а мужчина – мужчина. Мама – это мама, отец – это отец», – заявил он на пресс-конференции в декабре 2023 года, как будто это оправдывало войну в Украине. Незадолго до этой пресс-конференции российское государство запретило[161]161
  «…российское государство запретило…»: Sauer, “Russia Outlaws ‘International LGBT Public Movement’ as Extremist”; Darya Tarasova, Gul Tuysuz, Jen Deaton, “Police Raid Gay Venues in Russia After Top Court Bans ‘International LGBTQ Movement’”, CNN, 04.12.2023, edition.cnn.com.


[Закрыть] то, что оно назвало «международным общественным движением ЛГБТ», как форму «экстремизма», а полиция начала проводить рейды по гей-барам.

Эта манипуляция сильными эмоциями по поводу феминизма и прав ЛГБТ вызвала волну подражаний во всём автократическом мире. Йовери Мусевени, президент Уганды на протяжении более трёх десятилетий, в 2014 году также принял законопроект о борьбе с гомосексуальностью, предусматривающий пожизненное заключение для однополых пар, вступающих в брак, и криминализацию «гей-пропаганды». Развязав борьбу против прав ЛГБТ, он сумел консолидировать своих сторонников внутри страны и одновременно нейтрализовать зарубежную критику своего режима. Мусевени обвинил демократические страны в «социальном империализме»: «Посторонние не могут нам указывать – это наша страна»[162]162
  «Посторонние не могут нам указывать…»: Sabiti Makara, Vibeke Wang, “Uganda: A Story of Persistent Autocratic Rule” / Democratic Backsliding in Africa?: Autocratization, Resilience, and Contention, ed. Leonardo R. Arriola, Lise Rakner, Nicolas Van de Walle (Oxford: Oxford University Press, 2022).


[Закрыть], – заявил он. Виктор Орбан, премьер-министр Венгрии – нелиберального гибридного государства, – уклоняется от обсуждения венгерской коррупции, прикрываясь культурной войной. Он притворился, что трения между его правительством и правительством США связаны с вопросами религии и пола, хотя в действительности отношения испортились из-за тесных финансовых и политических связей Орбана[163]163
  «…из-за тесных финансовых и политических связей Орбана…»: Anne Applebaum, “Tucker Carlson, the American Face of Authoritarian Propaganda”, Atlantic, 21.09.2023, www.theatlantic.com.


[Закрыть] с Россией и Китаем.

Другие автократы монополизируют общественную дискуссию в стране, привлекая как можно больше внимания к собственной персоне. Уго Чавес постоянно появлялся на венесуэльском телевидении: он отменял обычные программы и царил на всех теле– и радиоканалах сразу. По воскресеньям он вёл многочасовое ток-шоу Aló Presidente, во время которого произносил длинные монологи о политике или спорте, рассказывал личные истории и пел песни. Иногда он приглашал знаменитостей[164]164
  «Иногда он приглашал знаменитостей»: Peter Pomerantsev, “Beyond Propaganda”, Foreign Policy, 23.06.2015, foreignpolicy.com.


[Закрыть], включая Наоми Кэмпбелл и Шона Пенна. В некотором смысле его монополия на общенациональную дискуссию предвосхитила предвыборную кампанию Дональда Трампа в 2016 году, хотя Трамп завладевал общественным вниманием с помощью социальных сетей, а не телевидения. Оба они, как и другие современные диктаторы, неоднократно и откровенно лгали. Политолог Лиза Ведин заметила, что сирийский режим прибегает ко лжи настолько нелепой, что в неё не поверил бы никто: например, утверждает, что Сирия в разгар гражданской войны была прекрасным туристическим направлением[165]165
  «…была прекрасным туристическим направлением»: Annia Ciezadlo, “Analysis: Why Assad’s Propaganda Isn’t as Crazy as It Seems”, Atlantic Council, 07.10.2016, www.atlanticcouncil.org.


[Закрыть]. По её заключению, эти «государственные фантазии» не ставят своей целью убедить слушателей; скорее они нужны, чтобы продемонстрировать власть рассказчиков. Иногда смысл лжи не в том, чтобы заставить людей в неё поверить, а в том, чтобы заставить их бояться лжеца.

Это ещё один признак отхода от прошлого. Советские вожди тоже лгали, но старались, чтобы их ложь выглядела правдоподобно. Они злились, когда их обвиняли во лжи, как Хрущёв в ООН, и в ответ приводили фальшивые «доказательства» или контраргументы. В путинской России, Сирии Асада или Венесуэле Мадуро политики и телеведущие часто играют по другим правилам. Они лгут непрерывно, нагло, откровенно. Но, когда их разоблачают, они не утруждают себя опровержениями. Когда в 2014 году силы, подконтрольные России, сбили над Украиной самолёт рейса MH17 авиакомпании Malaysia Airlines, российское правительство не только всё отрицало, но и приводило множество правдоподобных и неправдоподобных историй: вину возлагали то на украинскую армию, то на ЦРУ, то на гнусный заговор, в результате которого двести девяносто восемь мёртвых людей поместили в самолёт, чтобы инсценировать крушение и дискредитировать Россию.

Эта тактика, так называемый «поток лжи», влечёт за собой не возмущение, а нигилизм. Раз объяснений так много, как узнать, что произошло на самом деле? А вдруг мы так никогда и не узнаем? Если вы не можете понять, что происходит вокруг, вы не станете присоединяться к общему движению за демократию, следовать за лидером, говорящим правду, или прислушиваться к чьим-либо словам о позитивных политических изменениях – вы вообще будете избегать политики. Автократы невероятно заинтересованы в том, чтобы распространить эту безнадёжность и цинизм не только в собственных странах, но и по всему миру.

На ужине в Мюнхене в феврале 2023 года я оказалась за столом напротив европейского дипломата, только что вернувшегося из Африки. Там он встречался с некими студентами и был потрясён, обнаружив, как мало они знают о войне в Украине и как мало она их заботит. Они повторяли заявления российской пропаганды о том, что украинцы – «нацисты», обвиняли НАТО во вторжении и вообще использовали тот же язык, который каждый вечер можно услышать в российских новостях. Дипломат был озадачен и пытался найти объяснение. Может быть, виновато наследие колониализма или пренебрежение Запада к странам третьего мира? Или это просто отголоски холодной войны? Он качал головой.

Подобно многим европейцам и американцам, которые пытаются объяснить мир, опираясь только на собственный опыт, он упустил самый простой и очевидный ответ. Если африканцы, латиноамериканцы, многие азиаты, да и многие американцы и европейцы стали повторять российскую пропаганду об Украине, то европейская колониальная история – далеко не первая причина. Скорее это связано с систематическими усилиями Китая подкупить СМИ и элиты по всему миру или повлиять на них; c тщательно продуманными российскими пропагандистскими кампаниями (временами – за деньги или бескорыстно – их поддерживают американские и европейские ультраправые); с усилиями других автократий, которые всё активнее эксплуатируют эти сети, применяя ту же тактику и тот же язык для продвижения собственных нелиберальных режимов, часто – чтобы получить аналогичный контроль над нарративом. Антидемократическая риторика охватила весь мир.