Текст книги "Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! (СИ)"
Автор книги: Эмили Гунн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)
Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон!
Глава 1
Глава 1
Тёплая вода обволакивает меня, словно шелковая вуаль. Мелкие пузырьки пены ласкают кожу, опьяняя ароматами сладких трав, цветов и чего-то чарующе-пряного с нотками корицы и имбиря.
Просто не ванна, а ожившая мечта!
Или сон?.. Да, точно сон.
Видимо, я уснула, пока подруги обсуждали набор для… хм, приносящий радость девушкам. Его курьер по ошибке принес нам. А не в соседнее помещение бани, где невеста устраивала девичник перед свадьбой.
Вот мы и нахохотались с бывшими одноклассницами, с которыми собрались, чтобы отметить юбилейную встречу выпускниц нашей школы. Прикалывали друг друга, вынимая из коробочки розовые и лиловые «пули», «шарики», требующие батареек, украшенные стразами, а то и перьями! В общем вы поняли, о чем речь…
Но сейчас девчонок слышно не было. Наверное, перебрались в сауну, куда были заказаны прохладительные коктейли.
А мне совершенно не хотелось просыпаться и проверять.
Мой сон чудесным образом набирал обороты. И обещал из томного перейти в нечто куда более… э-эм, эпатажное.
– Такая податливая… Горячая… сон, говоришь? И часто я тебе снюсь, малышка? – услышала я глубокий низкий голос у самого уха.
Вздрогнула. Замерла. Но глаза так и не открыла.
«Интере-е-есно пенка булькает (!) в этой элитной бане», – подумала про себя и… Расслабилась.
– Ага, – шепнула в ответ своему мистеру «Фантазия», прикусив губу. – Ну не наяву же я стала бы такое допускать!
– Очень жаль, – ответили мне хриплым шепотом. – Думаю, окончательно пробудившись, ты станешь еще соблазнительнее. Так быстро распаляешься, даже в полудреме! – похвалил он меня.
Я чуть нахмурилась.
Внутри задёргались подозрения, но тут же растворились в пушистой мыльной неге.
Особенно когда кто-то вновь нежно коснулся моего плеча. Почти невесомо, как тёплый ветерок. И неторопливо заскользил к ключицам и ниже, к локтям.
Пальцы – горячие, уверенные, медленные. Они без спешки исследовали изгибы моей руки и с ленивым интересом перекочевали к животу.
Все было восхитительно: и тепло, и запахи, и сладостные ощущения.
Словно все плохое смылось с моего тела и душе. Руки всплывали, опускаясь обратно в воду. Шею приятно тянуло, а спина расслаблялась.
Только одно мешало: кружевной белье.
Жаль, я не успела его снять, прежде чем заснуть. Оно у меня было мягким, тонким, но всё равно чуть покалывало, натирая влажную кожу.
И вот ладонь приснившегося мне роскошного мужчины накрыла мой разморившись животик. И под тихо колеблющейся водой, в густой невесомости шампаня его движения стали ощущаться в разы острее.
Моё дыхание перешло в поверхностное. А на каждое касание к коже отзывалось мурашками дрожи.
– Ну же… – прошептала я, не открывая глаз. – Сделай уже, как мне хочется… Ты же точно умеешь! Хватит уже гладить меня, как шелк после стирки, – капризно проворчала я. – Нормально уже тронь.
А что? Это же сон!
Во сне можно всё.
Разрешается быть слегка бесстыдной, взбалмошный, страстной.
Можно требовать и произносить то, чего наяву себе ни за что не позволишь!
В ответ до меня донёсся хриплый, типично мужской смешок.
– Какая ты требовательная! – пожурили меня. – Будто это я для тебя, крошка. А не ты – для меня.
– Ой, да замолчи уже!! – выдохнула я, выгибаясь чуть сильнее. И лениво шевельнулась в убаюкивающей воде.
Его пальцы, такие внимательные, услужливые (в отличие от их хозяина!) снова принялись путешествовать по моему бедру. Сжали чуть ощутимее, будто показывая, что знают, чего я жду от них.
– А ты, я смотрю, не на шутку завелась, – с ласковой насмешкой произнёс глубокий баритон.
Его мощная рука скользнула за мой бок. И, надавив на поясницу, меня уверенно подмяли под себя.
Меня тотчас же накрыло жаром, исходящим от опустившегося на меня тяжелого мужского тела.
– Мм, какой крупный, – мурлыкнула я, – большой, твердый… почти как надо…
На этом моменте мой мистер «Сон» неожиданно окаменел.
И вовсе не там, где ожидалось.
Он застыл, всем своим телом древнего атлета превращаясь едва ли не в затвердевший мрамор.
– Что значит «почти»?! – уязвленно зарычали мне в лицо.
Мои веки подернуло лёгким спазмом. И я широко распахнула глаза.
Пена, тепло, рука на моей талии – все было настоящим.
И он тоже... БЫЛ.
Тут… был. Прямо здесь… Прямо сейчас... существовал!
Он ТОЖЕ, грёзы безбашенные его подери, был РЕАЛЬНЫМ!
Впечатляюще высокий, шикарный брюнет сидел напротив меня, облокотившись о край ванны.
Глава 2
Глава 2
– Ты… Ты, – я отшатнулась, и тёплая жидкость шлёпнулась на мраморный пол, перелившись через бортик. – Ты настоящий?!!
– Ну… Если хочешь, проверим? – и он, не дав мне опомнится, нахально поднёс руку к моему лицу. А потом взял и… бесцеремонно щелкнул меня по носу!
– Больно? – поинтересовался совершенно невозмутимо. – Выходит, всё взаправду.
– А-а-а!!! – завещала я, забарахтавшись в воде. Так, что рождённая мною мыльная волна окатило незнакомца. – Что за фигня?! Где я? Кто ты??
Он отступил, с ленивой грацией подняв руки.
Механически пошарила рукой в поисках чего-нибудь, чем можно было бы запустить в ухмыляющееся лицо мужчины.
В ход пошло всё – флакончики с пахучими жидкостями, мочалки с излишними перьями, крошечные веники, едва умещающиеся в ладошку и даже бронзовый ковш, инкрустированный самоцветами.
– Но-но! Спокойнее, нимфа. Не порть мне имущество! – мужчина ловко уворачивался от моих снарядов, не выказывая при этом никакого негодования. Только посмеивался сипло. – Травяные соли у меня очень редкие, к слову. Они привезены из дальних уголков Кедрового архипелага. Нежишься – нежься прилично!
Его речь, а конкретнее стиль, которым мужчина пользовался, заставили меня притихнуть и призадуматься.
Говорил и вёл себя он точно, как нереальный!
Кроме того, в каких бы чокнутых грёзах я ни оказалась, обвинение в невоспитанности не могло меня не задеть.
– Твои соли? Твои травы… – повторила я за ним, в попытке понять, что вообще происходит. – Так эту ванну для тебя залили? Так. Ладно, предположим мы перепутали помещения в бане. Но почему ты трогал меня, извращенец вонючий?! – прошипела я, справедливо указывая ему на его собственную беспардонность.
– Ну почему же сразу вонючий? – тронуло мужчину использованное мною прилагательное. – Я вот уже с четверть часа ароматными маслами нас с тобой здесь замачиваю и усердно разморяю.
Казалось, шире вытаращиться мои глаза уже не могут, но они это сделали.
А всё потому, что я заметила, как сам эпитет «извращенец» незнакомца ни толики не смутил!
– То есть в изврате ты признаешься? – сощурилась я, максимально далеко отползая от него по скользкому дну ванны.
Логичным порывом было бы, конечно, выскочить из неё и бежать. Однако я не была уверена, что это не спровоцирует у самозванца хватательных рефлексов.
Вдруг накинется на меня и снова примется мять где ни попадя.
Вдобавок я не помнила точно, есть ли на мне хоть что-то из одежды?
Так что моя безрассудная болтовня была в действительности оттягиванием времени. Параллельно я аккуратно ощупывала себя, чтобы добраться до теоретически падких на позор участков своего тела. И определить прикрыты ли они хотя бы бельем?
Однако незнакомый извращенец не пожелал признавать за собой грешок.
– И в разнузданности меня обвиняет барышня, которая минуту назад жеманно стонала… кхм, цитирую: «Вот так… Да-а. Ещё!» – втоптал меня беспутный тип на дно позора.
Он откровенно повторил всё то непотребство, которое я говорила ему, думая, что сплю.
– Да как ты смеешь! Я думала, что задремала. А ты и рад воспользоваться! – поперхнулась я влажным воздухом бани, одурев от его хамства.
– По последнему пункту точно могу поспорить! – возразил он и тут. —Пользоваться как раз таки очень настырно предлагала ты сама. А я всеми силами взывал к своему благородству! И старался не соблазниться твоим аппетитным предложением, – со всей бесстыдностью привел он свой неоспоримый аргумент.
И снова засмеялся. Тихо, с такой ленцой и самонадеянностью, что у меня по коже пошли волнительные мурашки.
– Мне всё это снится, – заткнула я уши руками, помотав головой. – Это всё еще сон. Я не могла влипнуть в такое на самом деле!
– Если всё еще не верится, то я могу продолжить, – любезно предложил наглец своим глубоким бархатистым голосом. – Ты еще говорила: «Поторопись же! М-м, быстрее, сильнее… Я уже, как сироп, вся таю…
– Вон! – взвизгнула я, но голос предательский дрогнул и утонул в волнах неловкости.
В ответ раздался раскатистый смех с низкими, будоражащими интонациями.
– Пошёл вон, пока я не вылезла и не набила тебе рот пеной! – предупредила я, теряя голос.
– Да ты огонь, лерда! – ответил мне паршивец хрипловатым хохотом. – Я уже предвкушаю завтрак, которым ты меня после, непременно, угостишь.
– И не надейся! – ошалело икнула я.
– Почему это? – почти что искренне удивился гад. – Как-то же ты обязана расплатиться за то, что бессовестно пользовалась моей ванной. Что-то мне подсказывает, что все другие способы тебе не подойдут.
– Какая проницательность! – фыркнула я. – А она не подсказала, что на «ты» нам переходить не стоит?
– Полагаю, говорить на «вы» сейчас было бы моветоном, – с нескрываемой иронией объявил этот индивид и многозначительно сверкнул глазами. – После всего-то, что между нами бы-ы-ыло…
– Хватит! Выметайся. И ванна эта точно моя, – не очень-то твёрдо возразила я. – Ее для меня набирали.
– Уверена? Давай-ка применим дедукцию, – предложил самонадеянной извращенец.
Он смотрел пристально в глаза, словно действительно ударился в детальное расследование.
Не двигался, и только уголки его бесподобно очерченных губ лукаво дёргались кверху.
– Итак, лерда. Начнём. В твоей ванной комнате, дорогая моя барышня, тоже кедровое амбре, лавандовые масла, стоящие как земельный участок в Изумрудный линии и нередки полуголые воздыхательницы в пикантном белье? – ткнул он пальцем в мой непотребный прикид.
По последнюю пункту мне уж точно нечего было возразить.
В придачу сумасшедший, приставший ко мне, как банный лист, явно был уверен, что находится в своем доме.
– А в твоей душевой, выходит, часто незнакомые девицы в неглиже обнаруживаются? – не знаю зачем спросила я.
Наверно, тоже для того, чтобы дать себе время сориентироваться в обстановке.
– Нет, – поначалу удалось мужчине меня удивить, но сразу за тем он продолжил, – обычные обольстительницы хотя бы уж раздеваются до конца. И обнаруживаются здесь уже совершенно безропотными и обнаженными. А таких бешеных нахалок как ты, лерда, мне ещё не попадалось.
– Ну извини, что разочаровала, – язвительно буркнула я. Одновременно пытаясь прикрыть выглядывающую из-под воды грудь пушистый пеной. Но она предательски соскакивала и растекалась в стороны.
– Однако справедливости ради скажу, что такого эпатажного белья, – кивок на мой бюстгальтер, – им бы и не приснилось! Не у всех же такие яркие сны, как у тебя, – издал он низкий смешок.
– Мог бы и не напоминать, – передёрнуло меня. – А тебе, как погляжу, и без того, есть с кем омовения делить! – с сарказмом выдохнула я. – Зачем же ко мне тогда полез? Сидишь тут, бахвалишься, что красотки проходу не дают. Я так понимаю, ты уже привык становиться их мишенью в банях?
– Ну-у, не только в купальнях. Случается, девицы ещё в кабинет ко мне заползают, под кроватью голенькими прячутся, чуть ли не в окна лезут, – как-то измотанно потянулся мужчина, даже слегка перегруженно делясь своими тяготами. – Но повторюсь, тебе всё же удалось отличиться! Во-первых, исподним кружевом меня ещё обольстить не пытались, – высокомерно признался он.
Тут он заметил, что я снова присматриваюсь к предметам, в надежде сцапать новые метальные снаряды. И наигранно сглотнул:
– А, во-вторых, прежде мне ни разу не обещали пеной на завтрак угостить! – но на этом моменте его инстинкт самосохранения вновь дал сбой, и он ляпнул лишнего: – Скажу честно, мыльная нимфа, твоя податливость – это лучшее, что случалось с этой купальней за последние полтора года! – сделали мне сомнительный комплимент. – Никакие дорогостоящие куртизанки не сравнятся!
– Всё, прекрати! – заткнула я уши, ещё и глаза зажмурила для пущей эффективности своего малодушного побега от откровений мужчины.
– Как же ты всё-таки сногсшибательна, когда краснеешь! – глухо прохрипел вдруг мой настойчивый собеседник.
Пришлось осторожно раскрыть глаза.
Все же я с незнакомым маньяком в одной ванне полоскаюсь.
«Нечего малахольно прятаться за ладошками!» – отругала я себя. И медленно убрала руки с лица.
Оставалась ещё призрачная надежда, что мояэротишная галлюцинация наконец испарится. А сама я окончательно проснусь со второй попытки протереть глаза.
Но чуда не случилось.
Или, точнее сказать, чудо продолжало быть!
Все в том же образе крупного, в меру накаченного мужчины с потрясающей харизмой. Живого, красивого, влажного и в принципе нереального!
Но почему-то сумевшего материализоваться из сна.
Он продолжал совершенно спокойно, и даже слегка скучающе валяться в своем углу ванны.
С легкой щетиной, проступающей по линии тяжелого подбородка и мужественно выступающих скул. И
Незнакомец путешествовал по мне черными ониксами глаз. Разглядывая весьма заинтригованно и до порочного довольно.
А ещё я наконец-то рассмотрела совершенно изменившийся интерьер бани.
Здесь все стало другим. Изменился цвет мрамора и появилась изящная лепнина.
Исчезла вычурная дороговизна, а вместо этого в дизайн забрели утончённость и аристократический шик.
Даже запахи преобразились в гораздо более приятные. Испарилась раздражающая слащавость. И взамен в помещении витало тонкое амбре лаванды с медово-терпкими нотками.
Кроме того, я не припомню, чтобы в бане, арендованной для нас подругой, имелись такие большие ванны, больше напоминающий древнеримские купальни.
Повсюду были разбросаны лепестки экзотичных цветов, мерцали крупинки соли, а кое-где продолжал растворяться неестественно бурлящий бальзам.
Глава 3
Глава 3
Тонкие струйки ароматических масел, нашептывая коже обещание покоя, собирались в уголках огромной купальни и лениво текли по воде, оставляя за собой радугу оттенков.
Все было настолько волшебно, что я непроизвольно вытянулась в этой неге, на секунду позабыв обо всём на свете.
Нет, это всё сон! Такого же не бывает… Это неопровержимо, несомненно… СОН. И притом невероятно реалистичный!
Я в последний раз позволила себе зажмуриться, но почти сразу же открыла глаза, чтобы впиться ими в незнакомца.
Он все так же не планировал растворяться в пространстве. И продолжал потешаться, наблюдая за моей порывистостью своим насмешливым и чуть надменном взором.
К слову, его глаза – это вообще отдельная сказка!
Чёрные, жадные, горящие бесстыдным огнём.
От этого пожирающего взгляда невольно захотелось сжать задрожавшие коленки.
На миг вернулось ощущение летучей истомы. Вялость, накатывающая под его умелыми пальцами, касающимися меня мучительно приятно.
«Не о том думаю, – осадила себя. – Мне бы разобраться, что со мной приключилось. Я в другое измерение угодила? Хм, неужели такие пакости действительно случаются?! – вскрикнула про себя. – Неужто те старые байки, о которых рассказывали подруги, правда? Про старинный медальон и порталы… А последовавший за тем взрыв в бане, получается, был в действительности? И привел к открытию каких-то проходов в иной мир! Боже, если всё так, пусть мне повезет хоть чуть-чуть! Хоть бы я оказалась в каком-нибудь цивилизованном мире. Желательно в таком, из которого есть обратные врата на Землю».
И, словно в ответ на мою отчаянную молитву, мужчина соизволил заговорить:
– О чем задумалась, малышка? – вернули меня в небывалую реальность. – О том, насколько восхитительной оказалась наша встреча?
– О том, что я не могу разделить твоего восторга, – повела я плечами, всколыхнув вокруг томные пузырьки. – Видишь ли, я понятия не имею, как сюда свалилась. Где это мы, кстати? – я в очередной раз напряженно заозиралась и принялась аккуратно вызнавать детали происходящего сюра: – И кто ты?
– Очевидно же, я – хозяин купеля. В которой ты так феерично рухнула, если верить твоим россказням. Как по мне, ты вовсе не рухнула, а словно сливочный ликёр растеклась. М-мм, во всех смыслах, – протянул он с похотливым смешком.
Вспыхнула мгновенно.
Стоило мне одернуть незнакомца и вернуть разговор в цивильное русло, как он тут же напоминал о пикантности ситуации!
Его это, видно, забавляло. А, возможно, раздражала моя серьезность, которую он считал фальшивой.
– Ну, довольно спектаклей, милая, – словно угадав, о чем думаю, укорил меня тип. – Иди уже ко мне!
Не-не, так не пойдет!
Вслепую поискала рукой чего потяжелее. Пальцы сами по себе поймали тяжеленную бутыль с переливающейся и подозрительно рычащей жидкостью.
– Не знаю, что это за отрава, но сейчас она по тебе самому растечется, если не прекратишь попрекать меня случившимся! – предупредила я, выставив бутылку наголо.
Еще и помахала ею, как шпагой.
Мужчина замирает.
Смотрит своими немигающими чёрными ониксами. И вдруг наклоняется еще ближе и с порочной ухмылкой выдает:
– Согласен. Можешь натереть меня этим, – он говорит надсадно, с придыханием. – Только обещай делать это ме-е-едленно.
Открываю рот и понимаю, что практически онемела!
Да я в немом ужасе от нахрапистости этого озабоченного самца! Но… хм, не без внутренней дрожжи от его вибрирующего тембра.
И это тоже пора прекращать!
– Ты больной… Ты извращенец. Ты…
– Владелец этого дома, – подсказывает он мне правильный вариант. – Я – лерд Игнатрион Чёрный, – озвучивает свой настоящий статус.
И коротко кивает, в знак приветствия тряхнув своими влажными прядями, не уступающими роскошной гриве вороного жеребца.
– Верноподданный Аметистового гнезда имперских Драконов.
При слове «дракон» я подрываюсь с места, подняв бунт обеспокоенных мыльных пузырей. Вспоминаю, что не одета. И ныряю обратно под воду.
Ведь, если первую часть его фразы ещё можно отнести к исполнению моей просьбы, обращенной к высшим силам, то вторая часть была далека от цивилизации и современной защищенности.
«Империя, Драконы…», – засвистело у меня в висках
– А ты… ты сам тогда кто?? Демон?! Палач? Ведьмак? Вампир?
– Почти угадала. Инквизитор императорского двора. К твоим услугам! – и он театрально поклонился, послав ко мне разводы по поверхности тёплой воды.
Меня едва не перекосило от услышанного титула. Или это звание?.. Придется спешно поднимать в памяти всё, что когда-то знала про темные века!
Термин «инквизиция» вызывал в воображении самые жуткие, кровавые и холодящие кровь образы и сцены.
От этого слова я к ванне примерзла и по ощущениям белее мрамора в отделке стала.
Игнатрион что-то продолжал мне объяснять, но я слышала между строк другое.
Например, для меня слова мужчины теперь звучали так:
«Перед вами, барышня, знаменитый душегуб этих гиблых купален! Маньяк Игнатрион Черный, к вашим услугам!»
Потому как инквизитор предполагал под собой ещё и лютое средневековье, дичайший патриархат и прочие несправедливости в отношении женщин. Не говоря уже о том, что эти ханжи могут сотворить с незадачливыми попаданками из современного мира!
– Так-так, а теперь ты очаровательно бледна! – констатировал потрошитель феодальной эпохи. – Я невольно напугал тебя? Напрасно. Если ты не ведьма, не некромантка, воскрешающая мертвецов, и не промышляешь торговлей душ, то боятся тебе нечего.
«Как сказать», – в тревоге уткнула я взгляд в свои запотевшие ладошки.
Из-за усилившейся паники я пропустила, что именно он сказал про души.
«Попавшие сюда из других миров – считаются дьявольским отродьем? Если да, то мне кострец!» – прошмыгнуло у меня в голове, оставив после себя зубодробительный холод.
И ведь не спросишь же! Сразу выдам себя.
Обнадёживало то, что мужчина и сам понятия не имел, как я сюда свалилась.
Из общих фраз, оброненных им, следовало, что моё появление стало неожиданностью и для лерда Игнатриона.
Но несмотря на то, что он являлся инквизитором, природу этого явления он исследовать не спешил.
– Прозвучит фальшиво, если я назову это знакомство приятным, – постаралась я вспомнить, как говорили во времена рыцарей. – Но ты же видишь, что я действительно, не понимаю, как здесь очутилась! – и всё же, невзирая на моё желание следовать культуре прошлых лет, на «вы» говорить с этим «устроителем костров» у меня так и не вышло. – Проявите же благородство, лерд! Подайте мне хотя бы полотенце!
– Увы, с этим помочь тебе не смогу, – пожимает дракон плечами, тянется за флаконом масла и небрежно капает себе на плечо. – До ниши с полками, где собраны полотенца, добираться шагов двадцать-тридцать, – нюхает масло лениво. – А я боюсь шокировать тебя своим атлетическим телосложением. И иными достоинствами, которые, как ты сама пару минут назад отметила, не уступают самим атлантам, – недвусмысленно мазнул он глазами по аккуратным кубикам на своем животе, что многообещающе завершались темной линией волос, уходящих под воду.
Я моргнула, покраснела и придушенно застонала.
– Но одежда-то твоя где-то здесь. Где твоя рубашка? Или брюки… Или хотя бы совесть?!
– Совесть утонула в первую очередь! – хохотнул мужчина. – За ней последовала рубашка.
– А её-то какими перипетиями унесло?! – ответила я откровенным сарказмом на его печальные гримасы.
Видимо, я действовала из желания показать, что у меня тоже красивый слог. И вообще я родом отсюда! Тоже дама из высшего сословия. Какая-нибудь лерда-расчленительница или около того!
– А рубашка моя, прелестная лерда, безвременно сгинула, – ответил Игнатрион, и мне показалось, что это он меня здесь пародирует, а не наоборот. – И произошло сие событие в тот самый момент, когда ты сиганули в мою купель с такими энтузиазмом, будто я подмял под себя сундук с приданным!
И вместе с этой репликой под своды инкрустированного потолка взмыл раскатистый мужской смех.
А я имела удовольствие убедиться, что прикалывают тут исключительно меня. И хорошо, если по завершении не приколют к домашней коллекции инквизитора, как диковинную пришелицу!
– Но, пожалуй, я могу вызвать служанку и попросить подать нам полотенца, – сощурился он вдруг. – Не бескорыстно, конечно. Взамен ты скажешь, кем являешься сама, кусачая нимфа. Или же продолжишь убеждать меня, что ты Видение, сбежавшее из любовного сна?
И я осознала, что недооценила безмятежности инквизитора. Допрашивать меня всё-таки собирались…
