Текст книги "Ведьма для Инквизитора. Любовный приворот (СИ)"

Автор книги: Эми Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

И я не понимала, как лучше стоит мне поступить. Вернуться сейчас и объясниться с ним сразу? Или не возвращаться и извиниться потом? А, может, вообще стоит посмотреть с ним представление и поговорить после этого?

Я не хотела его обижать или ранить, ведь господин Хорант не сделал мне ничего плохого.

И когда я уже почти решилась на то, чтобы вернуться и провести этот вечер с Джозефом, как и обещала. А после извиниться и признаться, что не могу ответить ему взаимностью, в холле показался господин Инквизитор.

Мужчина, заметив меня, радостно улыбнулся и двинулся в мою сторону.

– Можем идти, – произнес он, приблизившись и взяв меня за руку.

– Погодите, мне нужно хотя бы предупредить господина Хоранта, – возразила я, попытавшись вырвать свою ладонь.

– Это ни к чему, – спокойно произнес господин Ламберт, лишь крепче сжимая мою ладонь, – Я уже сообщил ему, что ждать вас напрасно.

Но эти слова не позволили мне сдвинуться и с места. Я была поражена наглости представителя местной власти. Мало того, что он под приворотом, что господин Ламберт прекрасно осознает и без моего напоминания, так он еще имеет наглость что-то говорить от моего лица.

Не то, чтобы я была расстроена тем, что он сообщил Джозефу. Меня возмущал сам факт. Это я должна была поговорить с мужчиной, что пытался за мной ухаживать, чтобы мирно закрыть этот вопрос. А господин Инквизитор не имел никакого права вот так нагло вторгаться в мою личную жизнь и что-то решать, прекрасно зная, что потеряет ко мне всякий интерес, как только приворот будет снят.

– Ну, что опять не так, Элаин? – вспылил блондин, – Или, быть может, ты хотела провести остаток вечера с вероятным сообщником господина Коллинса? – вкрадчиво поинтересовался он.

– Может, стоит перестать подозревать всех вокруг? – не выдержала я, – На вашем месте, я бы не бросалась столь громкими обвинениями, пока не будет доказательств.

Карие глаза господина Инквизитора опасно блеснули в полумраке холла. Лицо мужчины окаменело, сам он расправил плечи и крепче сжал мою ладонь, переплетая наши пальцы.

– За этим я сюда и пришел, госпожа Мурай, – заверил меня он, – А теперь, если вы не хотите стать местным достоянием, выясняя наши отношения посреди театра, я бы покинул это место.

Все мое раздражение как рукой сняло. Мне даже стало немного стыдно за свою выходку и грубые слова.

– Вы что-то узнали? – поинтересовалась я тихо, успокоившись.

– Не здесь, – покачал головой господин Ламберт, – И давай не будем ссориться, мне это не по душе, – нахмурился он, утягивая меня к выходу.

Когда мы только свернули к дому, я сразу почувствовала что-то неладное. И, предчувствие меня не подвело. Первым, что мы увидели, были разбитые окна на первом этаже.

– Стойте здесь, – остановил меня господин Инквизитор, когда я собиралась кинуться к входной двери, – Внутри может быть опасно.

– Но там Селим, – возразила я, попытавшись вырваться из стальных объятий блондина.

– Я пойду и проверю все сам, – заверил меня господин Ламберт, – Для вашей же безопасности будет лучше, если вы останетесь снаружи.

Спорить с ним было бесполезно. А тратить драгоценное время на препирательства было бы глупо.

– Хорошо, – кивнула я, отступая.

Господин Инквизитор вошел в дом. И те долгие минуты, что он отсутствовал, показались мне вечностью.

А вдруг моего фамильяра решили похитить или еще хуже того? За немногочисленное имущество я не переживала. Из по-настоящему ценного – в доме было только несколько редких ингредиентов, и парочка из них были запрещенными. Со всем остальным я легко была готова расстаться. Лишь бы с Селимом все было хорошо.

Но я сильно сомневалась, что вредители пришли в лавку за моими личными вещами или травами для отвара.

Наконец, спустя долгие минуты ожидания, входная дверь отворилась. На пороге показался господин Ламберт. У мужчины было каменное выражение лица, на котором нельзя было прочесть ни одной эмоции.

И я даже успела представить самое страшное, пока нервная пушистая мордочка моего фамильяра не выглянула за дверь.

– Эли, я в этом доме больше не останусь, – произнес Селим решительно.

– Что случилось? – взволнованно поинтересовалась я.

– Он был на втором этаже, – кивнул господин Инквизитор в сторону фамильяра, – В лавке горы разбитого стекла и, похоже, был пожар, – произнес мужчина, нахмурившись.

Мне пришлось взять фамильяра на руки и долго наглаживать пушистую спинку прежде, чем он, наконец, рассказал, что произошло за время моего недолгого отсутствия.

– Это случилось буквально через несколько минут после того, как ты ушла с господином Хорантом, – начал свой рассказ Селим, – Я сидел в лавке, никого не трогал. Как неожиданно раздался оглушительный взрыв. Кто-то выбил стекла сначала в одном окне, потом в другом. Они закинули внутрь подожженный факел, и пламя начало быстро распространяться.

– И как же удалось потушить огонь? – перебил его господин Инквизитор.

– Я же вам не простой кот, который только спит и ест, – возмущенно фыркнул фамильяр, – Я магическое животное, обладающее даром. Правда, потратил почти весь резерв, пока потушил пламя, – скривился он.

– Ты большой молодец, – похвалила я фамильяра, продолжая успокаивающе поглаживать того по голове.

Думаю, отправься Селим со мной, дом вместе с лавкой спасти бы не удалось. Пламя могло быстро перекинуться и на соседние здания.

– Ты видел, кто это сделал? – поинтересовался господин Ламберт, все больше напрягаясь по мере того, как фамильяр рассказывал о произошедшем накануне.

– Нет, я был занят тем, чтобы потушить огонь, – покачал головой кот, – Но когда я думал, что все уже закончилось, у окна показалась темная фигура в длинном балахоне. Она закинула в открытое окно камень, с привязанной к нему запиской. А после чего поспешно скрылась. Догонять ее я не рискнул, – честно признался Селим.

– Что было в записке? – продолжил свой допрос господин Инквизитор.

– Там было сказано, чтобы Эли как можно быстрее покинула Иствиль и никогда не возвращалась, иначе ее ждет ужасная участь.

Господин Ламберт выругался сквозь крепко сжатые зубы, после чего порывисто выдохнул и произнес:

– Оставаться здесь вам теперь опасно. Кто-то, очевидно, следит за каждым вашим шагом. Останетесь на эту ночь в моем доме, а завтра мы решим, что делать дальше.

Эта идея пришлась мне не по душе. Разумеется, господин Инквизитор предложил это исключительно из соображений безопасности. Но ночевать в доме холостого мужчины для меня было верхом неприличия.

Но и оставаться в лавке у меня не никакого было желания. А что, если в следующий раз они решат устроить пожар ночью, пока мы с Селимом спим? Рисковать собой, а в придачу еще и фамильяром, я не хотела.

– Нам нужно собрать вещи, – воодушевился кот, спрыгивая с моих рук, – Подождите пять минуточек, мы скоро будем готовы.

Видимо, Селим уже все решил за нас двоих.

– Эли, ты идешь? – поторопил меня фамильяр, скрываясь за дверью в лавку.

Зайдя внутрь, я с сожалением смотрела на осколки на полу, покрытые копотью стены и обугленную деревянную мебель. Ощущение тепла и уюта, что раньше мне дарило это место, испарилось без следа.

– Похоже, с продажей дома могут возникнуть проблемы, – прошептала я себе под нос.

Не погладит меня по головке бабушка, когда узнает, что я так бездарно спустила все имущество, что она для меня приобрела. И денег не заработала, и практикой заняться не успела, так еще и проблем нажила.

Не такой себе я представляла свою жизнь, когда отказывалась от ведьмовской практики в столице под крылом любящей родственницы.

Повезло, что огонь не затронул второй этаж. Пострадало только подножие лестницы и основание перил.

Поднявшись наверх, где у шкафа во всю уже копошился Селим, я принялась собирать вещи. Достала дорожный саквояж, куда положила все свои сбережения, документы и одежду.

– В лавке уцелело что-то из ингредиентов? – поинтересовалась у фамильяра, который помогал мне со сборами.

– Почти все сгорело, – покачал головой он, – Там же в основном были одни травы. Остальное я уже собрал, – кивнул он на небольшой мешочек в углу комнаты.

Немного, конечно, но лучше, чем ничего.

Подошла к комоду и выдвинула один из ящиков, где мы прятали нелегальные артефакты и ингредиенты для зелий. Порывшись среди кружевного белья, что служило маскировкой, переложила все запрещенные Инквизицией предметы в саквояж, прикрыв сверху одеждой.

Господин Инквизитор, конечно, знает уже как минимум об одном из них. Но лишний раз волновать представителя местной власти не хотелось.

– А бельишко не захватишь? – насмешливо протянул фамильяр, достав из ящика розовые кружевные панталоны и прокрутив их на лапе.

– И как ты только можешь шутить в таких обстоятельствах? – закатила я глаза.

– А что мне еще остается делать? – возразил Селим, – Плакать и пугаться я уже устал, – вздохнул он, – А так, хотя бы личную жизнь тебе устрою. Глядишь, вернешься в столицу уже респектабельной замужней дамой. Давай захватим хотя бы пару комплектов, – весело оскалился фамильяр, – Господин Инквизитор их еще в прошлый раз успел оценить.

– О чем ты только думаешь? – ужаснулась я и резко задвинула ящик, едва не прищемив чую-то наглую лапу, – Нам с него приворот нужно снимать, а не соблазнять, – напомнила я коту.

– Так, сначала соблазнение, потом свадьба, – начал перечислять фамильяр, – А потом снимем приворот, и он уже никуда не денется.

– Правда? – фыркнула я, закрывая саквояж, – А что, по-твоему, будет, когда сюда прибудет целый отряд Инквизиторов? Как мы их после этого убедим, что одного из служащих Инквизиции приворожила к себе не я?

– М-да, – почесал Селим лапой подбородок, – Об этом я не подумал.

– Вы это о чем? – внезапно раздался голос господина Инквизитора, появившегося на пороге спальни.

Мы с фамильяром испуганно переглянулись, пытаясь понять, что именно успел услышать мужчина. А потом Селим развернулся к блондину и, весело оскалившись, произнес:

– Да так, бытовые моменты обсуждаем. Лучше помогите Эли с саквояжем. Не должна же девушка такие тяжести носить.

Внимание господина Ламберта быстро переключилось с нашего разговора на саквояж, который мужчина легко подхватил.

– И мешочек не забудьте, – кивнул кот в угол комнаты, где и лежали все остатки наших ингредиентов.

– Хорошо все-таки, что белье ты брать не стала, – прошептал мне фамильяр, пока господин Инквизитор отвлекся на наши скромные пожитки.

– Тебя послушать, так проблем потом не оберешься, – доверительным шепотом сообщила я коту.

– Можем идти? – поинтересовался у нас мужчина, держа в обеих руках все, что мы с Селимом успели нажить за время проживания в Иствиле.

Я кивнула, и мы отправились к лестнице. Спустившись в лавку, я снова окинула пространство тоскливым взглядом. Мне было больно смотреть, во что сейчас превратился мой дом, где я собиралась провести долгие годы.

– А что делать с окнами? – поинтересовалась я у господина Инквизитора, – Вдруг кто-то решит забраться в дом?

– Я договорюсь с рабочими, завтра утром все залатают, – заверил меня мужчина, – Сейчас время уже позднее, за работу никто не возьмется.

– Ладно, – согласилась я, тяжко вздохнув, и направилась к двери.

Все равно все ценное мы с Селимом взяли с собой. Даже если ночью сюда кто-то проберется, расставаться с оставшимся в доме имуществом будет не так жалко.

Закрывая за собой дверь лавки на ключ, хотя толку в этом было мало, я прощалась с местом, что успело стать мне домом, пусть и на короткий срок. И прощалась, похоже, навсегда.

Глава 18

Дом, который арендовал господин Инквизитор в Иствиле, был просторным, светлым, чистым и…пустым. Нигде не было личных вещей, будто мужчина и не собирался обживаться на новом месте, понимания, что скоро его покинет.

– Я бываю здесь редко, – немного смущенно пояснил господин Ламберт, заметив, с каким любопытством я осматриваюсь вокруг.

– Типичная берлога холостяка, – поспешил вынести вердикт фамильяр, – Жениться вам нужно, господин Инквизитор, – с видом знатока посоветовал Селим блондину.

– Я подумаю над этим предложением, – сдержанно ответил тот, не забыв при этом стрельнуть взглядом в мою сторону.

А я упорно делала вид, что тонких намеков и весьма красноречивых взглядов не замечала. И вообще, я здесь не для этого.

– Так что вы делали в театре? – поспешила сменить я тему и вернуться к разговору, с которого и начался этот насыщенный событиями вечер.

– А я все гадал, где вы двое могли встретиться, – протянул кот, посмотрев сначала на меня, а затем, переведя взгляд на господина Ламберта, – Да, мне тоже весьма любопытно, что же вы делали в театре? – поддакнул он.

– Это долгий разговор, – почесал затылок господин Инквизитор, – Может, чаю? Правда, сомневаюсь, что в этом доме есть хоть какая-то еда.

Через четверть часа мы втроем расположились на холостяцкой кухне представителя местной Инквизиции. Блондин все же сумел раздобыть помимо чая еще пару яблок и остатки печенья.

– М-да, – многозначительно выдохнул Селим, осмотрев стол, а после повернулся ко мне, – Это тебе не чаепитие у бабушки, Эли.

– Вы уже решили, куда отправитесь после прибытия Инквизиторов? – поинтересовался господин Ламберт, опускаясь за стол напротив нас.

– Под крыло к бабуле, – кивнул кот, попытавшись откусить окаменелое печенье, – В столицу, в смысле, – пояснил он, отплевавшись от крошек.

– Ваша бабушка живет в столице? – удивился господин Инквизитор, – Тогда мне тем более непонятно, почему вы отказались от распределения туда.

– А Эли у нас захотела показать, какая она сильная и независимая, – поделился с блондином фамильяр.

Селим даже воодушевился, найдя того, кому, наконец, может выговориться.

– А я вот ей говорил с самого начала, – продолжил кот, – Что нужно ехать в столицу. Там почет, слава, деньги и бабуля в качестве наставника. Так нет же, – фыркнул он, – Мы всего хотим добиться сами. Даже с фамилией и то решила показать характер, – распылялся фамильяр и запнулся на полуслове, поймав мой красноречивый взгляд.

Кажется, Селима понесло, и он чуть не сболтнул лишнего.

На столь бурную тираду господин Ламберт никак не отреагировал. И заминку фамильяра тоже не заметил. Вместо этого мужчина повернулся ко мне и поинтересовался:

– И как на ваше решение отреагировали ваши родители? Как я понимаю, они тоже живут в столице.

– Жили, – поправила я его, – Родители погибли, когда мне было пять.

Селим тут же отвлекся от заветренного печенья и положил свою лапу на мою ладонь в знаке поддержки. Для фамильяра это была не менее болезненная тема, чем для меня самой. К сожалению, он не успел познакомиться с моими родителями. Зато появился в моей жизни как раз в тот период, когда я переживала боль утраты, и разделил ее вместе со мной.

– Простите, – сдавленно произнес господин Инквизитор и следом осторожно поинтересовался, – А что с ними случилось?

– Подробностей я не знаю, – призналась я честно, – Бабушка говорила, что это был несчастный случай. Отец был изобретателем, и мама часто помогала ему во время работы. В один из таких дней что-то пошло не так с его очередным изобретением. Как итог – в его кабинете произошел взрыв, и им обоим не удалось спастись. Повезло, что за день до этого родители отправили меня к бабушке. Это меня и спасло.

– Я припоминаю об этом случае, – задумавшись, произнес мужчина, – Тогда я был еще ребенком, но вся столица еще долго стояла на ушах. И взрослые постоянно обсуждали этот инцидент.

– Возможно, – пожала я плечами.

Мне было всего пять. Я не понимала, куда делись мои мама и папа, и почему не забирают меня домой. И последнее, что меня тогда интересовало, это слухи, ходящие по городу.

– Так, что там с театром? – поспешила я сменить тему.

Я не любила обсуждать трагичную гибель своих родителей. Разговоры об этом до сих пор ранили меня, и заставляли тосковать по ним. Но сейчас не тот момент, когда можно предаться своей тоске. Мне нужно сосредоточиться на решении насущных проблем, нависших надо мной, как свинцовые тучи.

– После того, как мы с вами стали свидетелями разговора господина Коллинса с его неизвестным сообщником, я долго размышлял над этим, – наконец, перешел к делу господин Инквизитор, – Очевидным было одно – это кто-то из работников ратуши. И мне необходимо было выяснить, кто именно.

Селим, притихший в тот момент, когда господин Ламберт затронул тему моих родителей, тут же воодушевился:

– И вам удалось это сделать? – фамильяр поддался вперед и с надеждой взглянул на представителя местной Инквизиции.

– Все не так просто, – покачал головой блондин, – Я в очередной раз поднял все старые документы и постарался разузнать, с кем господин Коллинс взаимодействовал больше всего по долгу службы. Но кое-что заставило меня задуматься о том, что все в этом деле не так просто.

– Что вы имеете в виду? – уточнила я.

– Понимаете, – выдохнул мужчина, взъерошив пепельного цвета волосы, – Все было бы слишком очевидно, если бы бывший Инквизитор Иствиля проворачивал свои незаконные дела с теми, с кем постоянно сотрудничал напрямую. Тогда бы все вскрылось довольно быстро, и не смогло бы не вызвать подозрений. Но вот, если его сообщниками были те, с кем в ратуше он никогда не пересекался, не имел общих дел и никогда не общался открыто, то это имело бы куда больший смысл. И я даже сумел найти кое-какое этому подтверждение, – признался господин Ламберт.

Он не хвастался, а просто констатировал факт. Но это не мешало моему фамильяру восторженно выдохнуть и завороженно поинтересоваться:

– И какое же?

– Был один странный документ трехгодичной давности, – продолжил блондин, откинувшись на спинку стула и расстегнув две верхние пуговицы на белоснежной рубашке.

Этот незамысловатый жест отчего-то захватил все мое внимание и даже заставил на какое-то время отвлечься от рассказа господина Инквизитора.

Возвращать мысли к господину Коллинсу и его аферам пришлось насильно и неохотно. Эх, Эли, казалось бы, здравомыслящая ведьма. А ведешь себя как типичный мужчина под приворотными чарами. Вон, господин Ламберт и то куда лучше держится. Стоит брать с него пример.

– Как раз примерно в то время умерла единственная, на тот момент, зарегистрированная ведьма в Иствиле. И господин Коллинс перевел часть выделенного ему бюджета в департамент городского управления. Хотя, от Верховного Совета Инквизиции никаких распоряжений на этот счет не поступало. И в последующие годы, когда на счету господина Коллинса не числилось ни одной ведьмы, подобные финансовые операции он больше не проводил.

– Думаете, взятка? – тут же уловил мысль Селим.

– Или оплата за услуги, – предположил блондин, – Я просмотрел отчет городского управления за тот год. Эти деньги якобы были направлены на закупку нового оборудования для сотрудников ратуши. Однако оборудование не менялось уже семь лет.

– И кто же работает в этом департаменте? – поинтересовалась я, уже догадываясь, какой услышу ответ.

– Руководитель департамента, господин Хорант и еще два мелких чиновника, – подтвердил мои опасения господин Инквизитор.

– Я не понял, – нахмурился фамильяр, словно новость о возможной причастности Джозефа его нисколько не удивила, – А в театр вы зачем пошли?

– Это же очевидно, – улыбнулся мужчина, – Сообщник господина Коллинса сказал, что отправляется в столицу в этот день. А на премьеру собрался весь город, в том числе, и большинство сотрудников ратуши. Мне лишь нужно было дождаться начала постановки и проверить, кто из них присутствует в зале. И методом исключения я выяснил, что из всех подозреваемых на премьере отсутствовал только господин Лемар, один из сотрудников департамента городского управления.

– Значит, Джозеф все-таки не связан с господином Коллинсом? – с надеждой поинтересовалась я.

Господин Хорант произвел на меня только положительное впечатление. И мне хотелось верить, что этот мужчина столь же добр, порядочен и честен, каким показался на первый взгляд.

– Я бы не был в этом так уверен, – поджал губы господин Ламберт, которому явно не понравился мой вопрос, а после поднялся с места, отодвигая стул, и произнес, – Уже поздно, думаю, нам всем стоит отдохнуть.

Впрочем, Селим или не заметил столь резкой перемены в настроении мужчины, или предпочел сделать вид. И потому с воодушевлением поинтересовался:

– А где мы будем спать?

– В моей спальне, разумеется, – пожал плечами господин Инквизитор.

Мы с фамильяром замерли и недоуменно переглянулись. У Селима отпала челюсть от ошеломления. Он проморгался, закрыл рот, и осторожно так протянул:

– Господин Инквизитор, мы с Эли, конечно, благодарны вам за помощь. Но смею напомнить, чтоб брак в ратуше вы так и не зарегистрировали. А без регистрации брака ночевать в одной спальне, мягко говоря, не поощрительно, – прочитал нотацию мужчине мой фамильяр.

Это мне повезло, что он еще не знает, какое не поощрительное поведение уже позволил себе господин Ламберт. Боюсь, Селим этому факту точно не обрадуется.

Я, разумеется, была полностью солидарна с котом. Но моральных сил на то, чтобы отстаивать свою девичью честь почему-то не было. Особенно, после случившегося этим вечером.

Поэтому я лишь потупила взор и разгладила несуществующие складки на платье.

– Хорошего же вы обо мне мнения, – недовольно цокнул языком господин Инквизитор, с осуждением взглянув на кота, – Вы с госпожой Мурай переночуете в моей спальне. А я в рабочем кабинете, там есть диван, – пояснил блондин, – К сожалению, гостевой спальней этот дом не обладает, – развел он руками.

– Ой, – пискнул кот и поспешил ретироваться из кухни.

Мы с господином Ламбертом проследили взглядом за побегом фамильяра, а после мужчина развернулся ко мне:

– Что он там говорил про ратушу? – заинтересовался он.

– Как бы вам объяснить, – протянула я, не желая поднимать столь щепетильную тему, – Мне пришлось пойти на некий шантаж, чтобы уговорить вас попытаться снять приворот.

– И в чем же заключалась суть этого шантажа? – с готовностью уточнил блондин.

Признаваться не хотелось, совсем-совсем. Но требовательный взгляд карих глаз пригвоздил меня к месту, в ожидании ответа. Поэтому я громко вздохнула и все же пояснила:

– Я попросила вас поучаствовать в ритуале, а взамен пообещала вам пойти в ратушу и зарегистрировать брак, – скороговоркой произнесла я.

Будто надеялась, что, чем быстрее произношу слова, тем больше господин Инквизитор поймет из сказанного. И, конечно же, уточнять не станет.

Но ожидания не оправдались, мужчина засунул руки в карманы брюк и весело усмехнулся.

– И вы, значит, решили воспользоваться тем, что я обо всем забыл? Нехорошо нарушать обещания, госпожа Мурай, – покачал головой блондин, продолжая издевательски улыбаться, – Свою часть сделки я выполнил, теперь дело за вами.

Под нахальным мужским взглядом отстаиваться невозмутимой было сложно.

– Не говорите глупостей, – пробурчала я, обходя господина Инквизитора по дуге.

Теперь настал мой черед ретироваться из кухни.

– Спальня же на втором этаже? – уточнила я уже у входа.

Господин Ламберт провел меня веселым взглядом, в который раз усмехнулся и сдержанно кивнул.

И когда я уже спешно поднималась по лестнице, вслед мне донеслось:

– Я серьезно, госпожа Мурай!

Как оказалось, Селим затаился наверху, и все это время сидел с навостренными ушами.

– Что это с ним? – прошептал фамильяр, недоумевая, – Обострение что ли из-за приворота?

– Можно и так сказать, – кивнула я с серьезным видом.

Признаваться в поцелуе по-прежнему не хотелось.

– Пойдем спать, – предложила я коту, – Какое-то тревожное у меня чувство. Думаю, завтрашний день будет не легче, чем сегодня, – призналась я.

– Мне тоже не по себе, – доверительным тоном прошептал Селим, – Предчувствие такое нехорошее. Что-то грядет, говорю тебе, Эли.

– Не нагнетай, – попыталась я признавать фамильяра к спокойствию, хотя сама ощущала нечто похожее.

Думаю, тайные недоброжелатели, кем бы они ни были, на поджоге точно лавки не остановятся. Но каким будет их следующий шаг, остается пока только гадать.

Глава 19

Я проснулась посреди ночи от дикой жажды. И не сразу смогла сообразить, где нахожусь, пока не вспомнила события минувшего вечера.

Селим сладко сопел рядом, свернувшись в клубок. И я попыталась аккуратно слезть с широкой кровати, чтобы не разбудить фамильяра. Но кот спал крепким сном младенца, и его, кажется, даже громкий взрыв сейчас был не способен разбудить. Вот это стальные нервы у кого-то.

В кромешной тьме наощупь двинулась на выход из комнаты, пару раз ударившись плечом об шкаф, и споткнувшись об стул, что не заметила в темноте. В коридоре тоже оказалось так темно, что хоть глаз выколи. Не освещал пространство даже слабый лунный свет. А все потому, что на небе нависли свинцовые тучи, за которыми и скрылась луна.

– Я так себе все кости переломаю, пока доберусь до кухни, – пробурчала я себе под нос, – Лестница слева или справа? – замерла я посреди коридора.

Постояв пару минут неподвижно, я решила все же двинуться дальше. Глаза постепенно начинали привыкать к темноте, и я смогла разглядеть лестницу в паре метров от двери в спальню.

Я старалась аккуратно спускаться, держась за перила обеими руками и осторожно опуская ногу на каждую ступень. Последнее, чего бы мне сейчас хотелось, упасть с лестницы, попутно себе что-нибудь сломав.

Я медленно преодолевала одну ступеньку за одной этой, казавшейся мне сейчас бесконечной, лестницы. И была уже близка к своей цели, пока в звенящей тишине строгий голос не поинтересовался:

– Госпожа Мурай, что вы там делаете?

От неожиданности я вздрогнула. Нога, занесенная над следующей ступенькой, соскользнула, и я полетела вперед, навстречу твердому полу.

Зажмурилась что есть сил, уже представляя боль от жесткого приземления. Но господин Инквизитор появился в ночи словно рыцарь. Он каким-то чудом успел меня придержать, останавливая мое свободное падение и спасая от позорной встречи с полом.

– Спасибо, – искренне поблагодарила мужчину, отдышавшись.

– Почему бродите по дому в темноте? – недовольно поинтересовался господин Ламберт, – Могли бы зажечь свет.

– Не хотела вас тревожить, – честно признала я.

А если бы и захотела, то с другом смогла бы найти, где в этом доме располагаются светильники. Я уже успела пожалеть о том, что вообще решила встать с постели. Подумаешь, жажда замучила. Лучше бы осталась в спальне и потерпела до утра.

– Что за вздор, – фыркнул блондин.

– А, может, вы меня отпустите? – предложила ему я, – Я воды попить хотела.

Мы все еще стояли слишком близко друг к другу, и господин Инквизитор не торопился меня отпускать, прижимая к себе. Спасение одной неуклюжей ведьмы прошло успешно, и больше не было нужны в столь тесном контакте. Но мужчина, похоже, считал иначе.

И только после моих слов господин Ламберт словно очнулся и осознал, в какой позе мы сейчас находимся.

– Простите, – приглушенно произнес он.

Представитель местной власти тут же убрал руки с моей талии и отошел на шаг, давая мне возможность добраться, наконец, до кухни.

Я прошла на кухню, что располагалась прямо напротив лестницы. И господин Инквизитор проследовал за мной, зажигая в помещении свет, который заставил меня зажмуриться. Было слишком ярко после кромешной темноты.

– Так вы проснулись из-за жажды? – к чему-то поинтересовался блондин.

– Не только, – покачала я головой, – Меня преследует чувство надвигающейся беды. Какая-то необъяснимая тревожность, – пояснила я.

– Хотел бы я верить, что ваше чутье вас подводит, – выдохнул господин Ламберт, – Но не могу быть в этом уверен. В любом случае вам не стоит напрасно переживать. Инквизиция прибудет в Иствиль уже послезавтра утром.

И эта новость не могла не радовать. Главное, чтобы за это время ничего страшного не успело произойти. Нам с Селимом нужно лишь спокойно отсидеться один день, после чего мы, наконец, сможем покинуть этот странный город.

– А вы? Почему не спите в столь поздний час? – спросила я у блондина.

Вид у мужчины был такой, словно он еще не ложился. И это, скорее всего, так и было. Взъерошенные волосы, помятая белая рубашка и проступившие синие круги под глазами не оставляли в этом никаких сомнений.

– Отвечал на письма из столичного управления, – пояснил он, – С такой работой времени на сон иногда просто не остается, – признался господин Инквизитор.

Никак комментировать слова мужчины я не стала. И так было понятно, что работа у него не из простых. Отнимает много времени и сил, а иногда может быть и весьма опасной.

Заметив, наконец, графин с водой, стоящий на столе, я занялась тем, ради чего и пришла сюда среди ночи. Подхватив стакан, налила в него воду из графина и принялась жадно пить.

Господин Ламберт все это время молча наблюдал за мной и, лишь дождавшись, когда я поставлю стакан на стол, осторожно произнес:

– Госпожа Мурай, вы же отправитесь в столицу после прибытия Инквизиции?

Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. Кажется, мы же обсуждали это несколькими часами ранее.

Все еще недоумевая, я лишь хмуро кивнула.

Мужчина сделал шаг вперед, огибая стол и оказываясь возле меня. И лишь тогда он продолжил:

– Могу ли я рассчитывать на то, что вы дождетесь моего возвращения в столицу? – вкрадчиво поинтересовался он, заглядывая мне в глаза.

Не знаю, чтобы могла значить столь завуалированная фраза. Но любое из возможных ее значений мне не нравилось. И все дело было в приворотных чарах, что все еще главенствовали над разумом господина Инквизитора, заставляя его говорить все эти вещи.

Если бы на господине Ламберте не было никакого приворота, я бы согласилась, не раздумывая. Но приворот был, и даже не стоило пытаться обманывать себя, считая его внимание чем-то искренним.

– Господин Инквизитор, – осторожно произнесла я, – Надеюсь, вы понимаете, что предлагаете мне это лишь из-за приворота? При всем желании, сейчас у меня нет возможности даже попытаться его снять. Большинство ингредиентов в лавке сгорели. Но после прибытия Инквизиции, я готова взять на себя ответственность и посодействовать в снятии приворота.

– А если дело не в нем? – упрямо поинтересовался блондин.

– Вам так лишь кажется, – покачала головой я, – В любом случае, давайте снимем приворот и проверим это после.

– Хорошо, так и поступим, – хмуро кивнул господин Инквизитор, а после двинулся прочь из кухни, бросив мне напоследок пожелание добрых снов.

Похоже, кто-то на меня обиделся. Но ничего, он мне потом еще спасибо скажет за то, что не стала принимать предложение и ставить его, тем самым, в неловкое положение.

Когда я проснулась в следующий раз, за окном уже ярко светило солнце, а в комнате, кроме меня, никого не находилось. Умывшись и одевшись, я спустилась вниз, где на кухне уже расположились Селим и господин Ламберт.