Текст книги "Кроу (ЛП)"
Автор книги: Эмбер Дуэлл
Соавторы: Кэндис Робинсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
Рева понимала его логику, но в её ушах звучало только: Локаста, Локаста, Локаста. Одно упоминание имени этой суки из его уст приводило её в ярость.
– Почему бы тебе просто не вернуться к роли подстилки Локасты?
И это было первое, о чем она искренне пожалела из всего сказанного ему. Потому что она помнила его рассказы о том, как Ведьма Севера обходилась с ним.
Оттолкнувшись от стены, он двинулся к ней в гробовой тишине. Он уперся кулаками в матрас по обе стороны от её ног, его нос почти касался её носа.
– Хочешь знать, кого я трахал последние двадцать один год? Никого. В моих мыслях всегда была только ты – моя жена. Так что прекрати обращаться со мной так несправедливо. Даже если мы оба считаем, что я это заслужил.
Его глаза сверкали яростью, впиваясь в её глаза.
Рева потеряла дар речи. Она полагала, что, считая её мертвой, он давно жил дальше. Даже после всего, что она сделала с ним, с Телией, со всей страной Оз, он не прикоснулся к другой. Жена. Она вышла за него замуж. Любила его. А теперь хотела притвориться, что этого никогда не было – и не из-за того, что сделал он, а из-за того, что сделала она.
Слова застряли в горле, когда он отстранился и направился к двери. Он собирался оставить её здесь. Одну. И это было вовсе не то, чего она хотела. Только не снова.
– Постой! Не уходи!
Стиснув зубы, Кроу оглянулся через плечо.
– Я просто спущусь вниз за яблоком для тебя.
Он открыл дверь и тихо притворил её, хотя гнев всё еще исходил от него волнами.
За окном начали просыпаться ночные твари, их крики становились всё громче и громче, но они не могли заглушить шум в её голове. Рева была ужасна с Кроу, а он всё равно пошел вниз за чертовым яблоком для неё. Горячие слезы потекли по щекам, и она вспомнила, почему предпочла злиться. Потому что это чувство, эта забота причиняла больше боли, чем что-либо другое.
Она вскочила с кровати и задернула шторы, пытаясь отгородиться и от криков ночных тварей, и от собственных мыслей.
Глава 9
Кроу
Плетеный стул неровно покачнулся, когда Кроу тяжело опустился на него. Он уперся локтями в глянцевую деревянную столешницу бара и обхватил голову руками. Гнев Ревы был понятен, но притворяться, что они не женаты? Это было секретом для всех, кроме них двоих и Шёпота, но это не делало их брак менее реальным.
– Трудный путь? – спросила Милла, одна из дриад. Её глубокая коричневая кожа была покрыта кусочками мшистой коры, а в тщательно уложенных волосах притаились зеленые листья. Её подруга Саули уже ушла, как и большинство других посетителей.
– Можно и так сказать.
Рева издевалась над ним так жестоко… а потом попросила не уходить. Просила ли она об этом только потому, что была полна вожделения? То, как он наклонился к ней, достаточно близко для поцелуя, так напомнило их первый раз. Тогда ей в глаз попала ресничка, и он пытался помочь её вытащить. Вместо этого сексуальное напряжение лопнуло, и через считанные секунды их одежда уже летела на пол. Они часами трахались перед камином в её дворце. Но сегодня Рева пыталась увести в их комнату другого мужчину. Кроу любил её… и он не хотел, чтобы между ними всё было именно так.
Кроу поднял голову, игнорируя боль в груди, и заставил себя улыбнуться, чтобы дриада не стала лезть в его проблемы, как это часто делают трактирщики.
– Рад снова видеть тебя, Милла.
Большие глаза Миллы заблестели, когда она поставила перед ним большую пенную кружку.
– Я не была уверена, что ты меня помнишь. Сколько прошло? Семь лет? Восемь?
– Вроде того, – согласился он, сожалея, что не заглянул сюда в свой прошлый визит.
Медовуха притягивала взгляд каплями конденсата, стекающими по стеклу. Ему не следовало туманить разум было последним делом в его списке, но мышцы были так напряжены. Пожалуй, всего одна кружка, чтобы расслабиться…
– Но, похоже, ты был занят. Избавил нас от Лангвидер, а теперь направляешься на север к Локасте. Страна Оз никогда не сможет отплатить тебе сполна.
– Комнаты и выпивки будет достаточно. – Кроу вытер пену с губ и уставился в пустую кружку.
Милла тут же поставила перед ним вторую.
– К тому же, нет никаких гарантий, что Локаста не убьет нас вместо этого.
Милла покачала голвой.
– Не недооценивай себя, Кроу. Ты помог Дороти все те годы назад, а теперь…
– Теперь, – прервал её Кроу, – мне нужно найти Короля Гномов и убедить его отдать мне нечто чрезвычайно ценное и незаменимое. Каковы шансы, что он будет в щедром настроении?
– Почти нулевые, – стоически ответила Милла.
Третья полная кружка оказалась в руках Кроу.
– Я пытался забрать это у него пару раз. Не спрашивая, само собой. Украсть казалось проще, по крайней мере, я так думал. Оказалось, Король Гномов мастерски расставляет ловушки.
Дриада поморщилась.
– Я потеряла нескольких друзей в их сетях. Если гномы не съедают добычу сразу, они заставляют пленников добывать камень… а потом всё равно съедают.
Кроу осушил третью кружку медовухи одним большим глотком и вздохнул. В голове стало немного туманно, а ему еще предстояло придумать, как выбраться из таверны без Ревы. Он ни за что не поведет её к порогу Короля Гномов. Он даже не понимал, зачем вообще упомянул об этом при ней.
– Мне пора поспать, – пробормотал он. – Найдется яблоко, прежде чем я поднимусь наверх?
– Да. – Милла изучающе посмотрела на него. – Но ты всё еще выглядишь взвинченным. Хочешь, я порежу яблоко и посыплю его сонным порошком? Он совершенно безвреден, но даст тебе хотя бы несколько часов отдыха.
Кроу открыл рот, чтобы отказаться, но тут его осенила идея. Ужасная, мерзкая идея, на которую, как он знал, у него не было никакого права.
– Это было бы просто замечательно. Спасибо, Милла.
К тому времени как Кроу вернулся в номер 22, Рева уже спала на самом краю матраса. Он поставил тарелку с нарезанным яблоком на прикроватный столик, намеренно убрав подпорченные кусочки. Не то чтобы его должно было волновать, соответствует ли это её стандартам, но, возможно, виной тому были три большие кружки медовухи, выпитые залпом.
Выпивка, надо признать, была ужасным решением. Он не стал чувствовать себя лучше после ссоры с Ревой, и это не облегчило его вину за прошлое. К тому же ему предстояло покинуть это убежище и найти Короля Гномов без Ревы. Король всегда был порочен – порабощал низших фейри в своих шахтах, пытал подданных, совершал набеги на деревни ради золота, драгоценностей и женщин. Но с тех пор как его королеву убили мародеры, он убивал любую женщину, которая осмеливалась к нему приблизиться. Локаста могла просто снова проклясть их обоих без камня Короля Гномов, так что это было необходимо для победы. Кроу беспокоило, что тиран может потребовать взамен за камень, но если это поможет стране Оз и обеспечит Реве её месть, цена того стоила.
Кроу осторожно прилег на пустую сторону кровати, подложил руку под щеку и стал наблюдать за спящей Ревой. Ему хотелось протянуть руку и коснуться её щеки. Прижаться губами к её губам. Снова почувствовать её. Он не станет, не если она сама не пригласит его, но это не мешало его члену напрячься.
Чертова медовуха. Ударила прямо в голову. Он ведь знал, что должен продолжать злиться на Реву.
– Сработало? – пробормотала Рева, не открывая глаз.
Кроу вздрогнул. Она что, всё это время бодрствовала?
– Сработало что? – мягко спросил он.
Она приоткрыла глаза; легкая поволока подсказала ему, что она действительно спала. Или… Кроу прищурился. Веки были слегка припухшими. Она плакала?
– Зелья, – уточнила она прежде, чем он успел задать вопрос.
Кроу перевернулся на спину и уставился в потолок.
– Есть только один способ узнать.
– Обернись тогда, – сказала она.
– Ты будешь прижимать меня к себе всю ночь, если я всё еще сломан? Ну, чтобы унять мое разочарование.
Черт. Определенно, медовуха была лишняя.
Рева застонала.
– Возможно, я просто выброшу тебя в окно, чтобы убедиться, что ты не притворяешься. – Судя по голосу, она не говорила всерьез.
Кроу усмехнулся, но проверять её блеф не собирался. Он жалел о том, что выпил все зелья сразу, чуть меньше, чем о выпивке внизу. Если для успеха их нужно было принимать именно в птичьем обличье, то весь поход в Изумрудный город был напрасен. Но он пока не был достаточно смелым, чтобы узнать ответ. Кроме того, если он обернется сейчас, а это был крайне болезненный процесс для его изломанного тела, он не успеет превратиться обратно, чтобы уйти и оставить Реву.
– Может быть, завтра, – сказал он, чтобы подыграть ей. – Тогда ты снова сможешь нести меня, пока я буду дремать.
– Ты невыносим.
– Я очень стараюсь. – Он перевернулся на бок, внезапно посерьезнев. – Если бы я попросил тебя остаться здесь, пока я схожу за камнем Короля Гномов, ты бы согласилась?
Рева нахмурилась, вскинув бровь, словно спрашивая: «Ты это серьезно?»
Он вздохнул.
– Я так и думал. Ты ведь в курсе, что он убивает каждую женщину, которую видит?
– И что?
– И то, что ты – женщина, – сказал Кроу, вовремя прикусив язык, чтобы не добавить «без магии». Её сила могла вернуться в любой момент, но это не имело значения. Брать её с собой было неразумно.
Рева закатила глаза.
– Нам не нужен его камень, Кроу. К тому же ты понятия не имеешь, существует ли он на самом деле, а если и существует, он тебе его просто так не отдаст. Гораздо эффективнее напасть на Локасту из засады, не давая ей шанса снова нас проклясть.
Кроу прикусил губу. Эффективнее, да, но его меньше заботила скорость миссии и больше – её успех. Когда он изучал проклятия, в некоторых книгах упоминались способы избежать Проклятия Невежества, но ни один не был надежным. Красный камень Короля Гномов был их лучшим шансом. Кроу знал одно: он не переживет повторного проклятия. Забвение – и уж точно потерю Ревы. Телия тоже нуждалась в них. Они не могли позволить дочери снова страдать.
– Рева? – выдохнул он. – Ты помнишь тот последний трактир, в котором мы ночевали?
– Ни слова больше, – прошептала она, не глядя на него.
– Почему нет? – спросил он. Это было в те же выходные, когда была зачата Телия. – Это было, независимо от того, что ты чувствуешь сейчас.
Рева на мгновение выглядела потрясенной, и Кроу не мог понять почему. Но затем выражение её лица изменилось, она приподнялась на локтях и посмотрела на него сверху вниз.
– Что бы ни произошло между нами больше двадцати лет назад, это произошло с двумя другими людьми. Мы больше не они… и я не хочу ими быть.
Губы Кроу тронула тоскливая улыбка.
– Нравится тебе это или нет, любовь моя, ты всё еще моя жена.
Рева поджала губы, её щеки и шея покрылись пятнами. Кроу знал, что она молчит только потому, что спорить с очевидным было бесполезно.
– Я спущусь вниз, почитаю еще немного. – Он взял тарелку с яблочными дольками и протянул ей. – Тебе стоит съесть это, пока они не потемнели.
– То «темное место», куда меня отправили… Я была там одна. Годами. На меня охотились без передышки. Постоянный бег и прятки без магии были невыносимы. Я никогда не чувствовала себя такой уязвимой. Пока не появилась Озма. Тебя там не было, Кроу. Тебя там не было…
Последнее слово прозвучало шепотом.
Кроу сжал кулаки, чтобы не потянуться к ней. Снова Рева была в опасности, а он ни черта не мог сделать.
– Прости меня.
Рева отвернулась и откусила кусочек яблока. Тяжело сглотнув, Кроу выскользнул из комнаты. Вместо того чтобы вернуться в зал, где всё еще сидели несколько фейри, он сполз по стене рядом с дверью, положил локти на колени и откинул голову назад.
– До самой смерти, – прошептал он себе последнюю строчку их клятв.
Поляну освещало полнолуние. Камни выстроились кругом вокруг Кроу, Ревы и их подруги Шёпота. Пикси улыбалась, проводя свадебную церемонию, призывая духов леса благословить их союз. Рева никогда не выглядела прекраснее. На ней было мягкое черное платье с прозрачными рукавами и кожаными полосками, перекрещивающимися на её округлившемся животе, а Кроу надел простую черную тунику. Шёпот осторожно связала предплечья Кроу и Ревы зеленой лентой, символизирующей жизнь. Когда пикси заговорила, Кроу встретился взглядом с Ревой, и они почти не моргали, повторяя слова за ней.
Они будут стремиться сделать друг друга счастливыми.
Они будут доверенными лицами друг друга.
Честь. Уважение. Любовь.
Они будут защищать друг друга.
До самой смерти.
Сердце Кроу взорвалось от радости, когда Шёпот развязала ленту на их руках, ознаменовав конец церемонии. Свидетелей не было, кроме пикси – это было слишком опасно, пока Локаста искала их по всему Оз, – но однажды они надеялись повторить свои клятвы перед всеми, кого любят, включая ребенка, растущего в утробе Ревы. До тех пор Кроу будет тайно оберегать свою новоиспеченную невесту.
Кроу тряхнул головой, возвращаясь в настоящее. Призрачный вкус губ Ревы остался, и он потер ноющую грудь. Эти воспоминания только пытали его, так почему же он позволял мыслям блуждать там?
На лестнице послышались тяжелые шаги, и Кроу встал. Прошло достаточно времени, чтобы Рева закончила с яблоком – и безвкусными сонными кристаллами, которыми Милла посыпала дольки. Он вернулся в комнату, чтобы избежать пустых разговоров с тем, кто поднимался. Тарелка на столе действительно была пуста, а Рева свернулась калачиком на середине кровати, крепко уснув.
– Прости меня, – сказал Кроу, подходя ближе.
Он нагнулся, чтобы достать из сумки толстую веревку.
– Я бы сказал, что ты возненавидишь меня за это, но ты и так ненавидишь. – Он завязал один из самых сложных узлов, которые знал, на одной из стоек кровати, затем перешел к следующей. – Что изменит еще один проступок? Тем более когда это такая мелочь?
Кроу нахмурился от собственных слов. По сравнению с угрозой её жизни, это было мелкое прегрешение – привязать жену к кровати и временно оставить её. И всё же это был крайне подлый поступок.
– Я делаю это, чтобы спасти тебе жизнь, – добавил он, будто это всё оправдывало. Она убьет его за это, независимо от мотивов, и он не мог её винить.
Когда на каждом углу кровати был затянут тугой узел, он осторожно вытянул её конечности и привязал другие концы веревок к запястьям и лодыжкам. Реве всегда было трудно развязывать его узлы. Однажды она чуть не срубила свое любимое дерево только потому, что его гамак закрывал солнечный свет её саду, а узлы было невозможно распутать.
Тот факт, что он прятал её сапоги в шкафу за лишними одеялами, только добавлял горечи в этот поступок. Кроу знал, что Рева быстро выберется из пут – вернется ли к ней магия или она докричится до помощи, покажет время. Когда это случится, поиски обуви дадут ему немного лишнего времени, чтобы закончить дела с Королем Гномов до того, как она его настигнет.
Он закинул сумку на плечо, но замялся. Был шанс, что Рева просто продолжит свой план и пойдет на Локасту без него. Она ведь изначально не хотела путешествовать с ним и ясно дала понять, что Король Гномов – пустая трата времени.
Черт. Это плохая идея.
Ей придется с этим смириться.
Или нет.
Но зато она будет жива, а Локаста – мертва.
– Спи спокойно, – сказал Кроу Реве и оставил её там, с совершенно безмятежным лицом. Он знал, что при следующей встрече выражение её лица будет далеко не мирным.
Глава 10
Рева
Ведьма Запада грациозно скользнула за дерево, когда до её слуха донеслись шаги. Четверо путников: трое мужчин-фейри и жалкое человеческое отродье. Хотя «серебряных башмачков» еще не было на её ногах, она уже чувствовала пульсацию их магии внутри себя, будто они звали её. Стоит ей надеть их, и никто не сможет её остановить. Даже та, кто сейчас её контролирует – Локаста. Она больше не хотела подчиняться, она хотела выплеснуть свою ярость и править миром в одиночку.
Незваные гости подходили всё ближе. У девчонки волосы были заплетены в косы, а одежда, неопрятная и уродливая. Один из мужчин, с серебряными волосами, сжимал топор – совсем еще юнец, едва вступивший в пору зрелости. У другого золотые волосы сияли на солнце, хвост нервно дергался, а взгляд метался по сторонам. Этот был еще жальче остальных. Но вот из тени девчонки вышел третий: черные волосы усыпаны перьями, кожа в грязи. Взгляд Ведьмы упал на его живот, где рваная туника открывала блестящую кожу. Внутри неё что-то екнуло. Неистовое желание лизнуть эту кожу, коснуться его, попробовать на вкус. Впитать его тепло. Выпустить ему кишки и узнать, каковы они на вкус. Она никогда еще не испытывала такой жажды убить кого-то и превратить в свою трапезу.
– Как думаете, далеко еще до Изумрудного города? – спросила девчонка.
– Может, в ту сторону, – сказал черноволосый с перьями. – Или в ту, или в ту, или в ту…
– Нам туда, – закатил глаза тот, что с топором.
Ведьма улыбнулась. Они шли прямо к ней, а её крылатые приспешники уже замерли на ветках деревьев, ожидая сигнала к атаке.
Закрыв глаза, Ведьма позволила магии закипеть в жилах. Раздался громовой раскат её молнии, и на ладони вспыхнуло изумрудное пламя. Она швырнула огонь в златовласого фейри. Тот закричал и рухнул на землю, прижимая ноги к груди. Остальные двое заслонили девчонку, пока какое-то странное животное заливалось лаем.
Огонь кольцом охватил Ведьму и её добычу. Она вышла из-за дерева. Пламя кружило вокруг них широким кругом. Она убьет их всех. Её жизнь была построена на разрушении, и она жаждала их смерти. Маленькое пушистое создание продолжало тявкать, действуя Ведьме на нервы. Она – Злая Ведьма Запада, и она хочет уничтожать, уничтожать, уничтожать.
– Это ты. Злая Ведьма Запада, – проговорила девчонка, выглядывая из-за плеча среброволосого.
Ведьма пронзительно расхохоталась, призывая своих слуг. Твари сорвались с ветвей, кружа над путниками с воем и визгом, истомленные голодом.
– Вам некуда бежать, – сказала Ведьма, не в силах оторвать взгляд от серебряных башмачков. Их блеск, их сияние… Она рванулась вперед, готовая разорвать девчонку на куски, а кости бросить зверью.
В тот же миг черноволосый толкнул девчонку к тому, что был с топором. Фейри с топором мог бы напасть на неё, но, должно быть, понимал: она в любой момент может сжечь их обоих. Ей нравилось играть с жертвами.
– Пожалуй, её я съем последней.
Черноволосый наклонил голову, глядя на неё как-то странно, будто видел пустое место. Он что, дурачок? Он просто пялился и пялился на неё. Ярость ведьмы вспыхнула с новой силой. Вдруг резкая боль пронзила её лодыжку, и она взвизгнула. Эта мелкая пушистая тварь укусила её! В тот же миг хвостатый фейри с силой толкнул её в спину.
Не удержав равновесия, Ведьма повалилась в грязь. Прежде чем парень с топором успел замахнуться, на них набросились крылатые обезьяны. Но когда она вскочила, добыча уже вовсю удирала. Огненное кольцо погасло, как только она упала и потеряла контроль над магией. Она швырнула вслед уходящим комок пламени, который опалил руку черноволосого фейри, но тот даже не обернулся.
– Вам не бегать вечно! Башмачки будут моими! – закричала Ведьма, снова вспыхивая огнем.
Рева резко проснулась с хриплым криком. Что-то мешало ей вскочить с кровати. Запястья и лодыжки были туго стянуты веревками. Она в отчаянии оглядела комнату в поисках Кроу. Его не было. Неужели враги забрали его?
Рева рванулась всем телом, дергая руками и ногами, но узлы не поддавались. Она узнала эти проклятые узлы. Кроу. Сомнений не было: это не враги, это сделал он. Оцепенение от кошмара постепенно проходило. Судя по темноте в щели штор и яростным крикам ночных тварей, до рассвета было еще далеко. Кроу не мог уйти далеко.
Вся вина за сон о нем из прошлого испарилась. А ведь она почти начала испытывать сожаление за то, как обращалась с ним, даже рассказала о «темном месте». Она была в шаге от извинений. Ну уж нет. Король Гномов, может, и убивает женщин, но мужчин он пытает до тех пор, пока те не начинают молить о смерти.
Магия заискрилась внутри Ревы. Сжав кулаки, она попыталась выпустить хотя бы искру, чтобы пережечь путы. У неё больше не было огня Ведьмы Запада, но молния справилась бы не хуже. Облегчение накрыло её – сила была на месте, пусть она и не знала, когда магия вернется в полную мощь.
С силой дернувшись вперед, Рева так затрясла спинку кровати, что та едва не проломила стену.
– Открой дверь! – заорала она во всё горло. Кто-нибудь должен её услышать.
После бесконечных, казалось, криков замок щелкнул, и дверь распахнулась. Это была Милла, дриада.
– Развяжи меня, – потребовала Рева.
– Мне не велено, – извиняющимся тоном ответила та.
Рева прищурилась:
– В каком смысле?
– Я дала Кроу снотворное, но думала, что это для него. Перед уходом он велел проследить, чтобы ты оставалась здесь в безопасности.
Яблоко. Яблоко. Этот мерзавец знал, что в её фруктах что-то подмешано. И он знал, что не стоит трогать её яблоки.
– Послушай меня, и слушай внимательно, – вкрадчиво и опасно произнесла Рева. – Ты сейчас же меня развяжешь.
Милла покачала головой.
– Я не могу сказать тебе, кто я, но знай: я собираюсь помочь Дороти спасти мир. – Реве было противно использовать имя Телии таким образом, противно прикрываться дочерью. Но она не могла признаться, что была Злой Ведьмой: дриада не только бы не развязала её, но, скорее всего, вонзила бы нож ей в сердце.
– Я не понимаю. – Дриада отступила на шаг и скрестила руки на груди. – Это не повод тебя выпускать. Дороти может спасти мир вместе с Кроу, как и раньше.
Рева раздраженно зарычала:
– Кроу – отец Дороти, а я – её мать. Дороти не человек, она фейри.
– Ну, конечно… – вздохнула дриада, явно не поверив. И всё же она подошла ближе. – Но я считаю, что каждый должен сам выбирать свою судьбу, даже если итогом будет смерть.
Рева уже хотела прикрикнуть на неё, чтобы та поторопилась, но дриада уже полоснула по веревкам кинжалом, висевшим у неё на поясе.
Освободившись, Рева принялась растирать запястья.
– За это я обещаю: когда всё закончится, твоё положение в Изумрудном городе будет очень высоким.
– Было бы чудесно, – Милла смотрела на неё как на пьяную или одурманенную сном, без тени узнавания.
Спрыгнув с кровати, Рева потянулась за обувью. Рука схватила пустоту.
– Где, мать твою, мои сапоги?
Дриада нагнулась, чтобы заглянуть под кровать.
– У Кроу не было лишней обуви, когда он уходил, значит, они где-то здесь.
Ярость кипела в жилах. Рева выдвинула все ящики комода, затем распахнула дверцу шкафа. Там, в самом углу, за лишними одеялами, виднелись черные шнурки. Он труп. Покойник. Но сначала ей нужно спасти его задницу, пока Король Гномов не превратил его жизнь в ад. Натянув сапоги, Рева бросилась к выходу.
– Он ушел не так давно, ты еще можешь его догнать! – крикнула ей вслед дриада.
В полутемном зале таверны было почти пусто, если не считать парочки за кружками и фейри с фиолетовой чешуей, что-то рисовавшего в пожелтевшем блокноте.
Снаружи всё еще бесновались проклятые пикси, и было слышно, как их потасовка с фуками набирает обороты. Возможно, они будут слишком заняты друг другом, чтобы заметить её.
Внезапная мысль кольнула сердце: Кроу действительно вышел в этот хаос один? Гнев сменился страхом. А вдруг он не выжил?
Рева глубоко вздохнула и осторожно открыла дверь, шагнув в прохладную мглу. Запах свежей крови ударил в нос, сколько же её пролилось здесь за время её отсутствия… Всю страну Оз уже можно было ею перекрасить.
Приближаясь к магическому барьеру, она снова подумала: жива ли еще Шёпот среди роя этих тварей? А Озма? В безопасности ли она в своем путешествии?
Когда на горизонте забрезжил слабый оранжевый свет, визг существ поутих. Ночные твари не умирали от дневного света, но солнце причиняло их телам невыносимую, жгучую боль. Когда Рева была Злой Ведьмой, её это не заботило. Она заставляла их выполнять свои приказы, искать и нападать, не давая им сна, пока их тела корчились от солнечных ожогов.
Реву передернуло от воспоминаний об их криках. Но тут же в памяти всплыли их ликующие вопли, когда они рвали на части свежую плоть её жертв. Иногда она даже не убивала их сразу, позволяла тварям насыщаться, пока несчастные были еще живы.
Она не заметила, как застыла у самого барьера, пока неподалеку не раздался пронзительный вопль. Простят ли её жители Оз, когда узнают, кто она такая? Будут ли они бояться её? Или вспомнят ту Реву, что яростно защищала Запад? В любом случае, она попытается заслужить их прощение, избавив мир от Локасты.
Сделав глубокий вдох и расправив плечи, Рева бесшумно пересекла границу барьера. Солнце поднималось всё выше, окрашивая всё вокруг в желтые, оранжевые и красные тона. Она не пошла по Дороге из Желтого Кирпича. Вместо этого она побежала к развалинам здания напротив таверны и скрылась в лесу. Шумы ночных существ затихли, но Изумрудный город не погрузился в полную тишину.
Кроу не знал об одном: к Королю Гномов вел короткий путь. И Рева собиралась настигнуть своего мужа гораздо быстрее, чем он мог себе представить.
Глава 11
Кроу
Скелетоподобные пикси кишели на деревьях за пределами Изумрудного города. Их визг резал слух, но Кроу был к этому готов. Он низко надвинул маску, так что клюв закрывал лицо, и, пригнув голову, крался сквозь тени. Будь у него больше времени, он бы рискнул обернуться, чтобы проверить, срослись ли кости и сможет ли он перелететь через лес. Но если зелья не подействовали, на обратное превращение уйдет слишком много сил, а ведь еще неизвестно, прошел ли эффект подавления магии, действовавший во дворце. Когда он уходил, сила к Реве еще не вернулась.
Кроу прижался к огромному, поросшему мхом дереву и затаил дыхание. Твари над ним зашевелились на ветках, поворачивая головы из стороны в сторону и прислушиваясь к малейшему звуку. Где-то вдалеке с шумом рухнула фука, и пикси с пронзительным воплем взмыли в небо. Кроу воспользовался шумом и суматохой, чтобы броситься вперед.
Так он и пробирался сквозь заросли у Изумрудного города: бежал, выжидал, время от времени бросал камни, чтобы отвлечь проклятых пикси в сторону. Наконец солнце показалось над горизонтом. Медовуха окончательно выветрилась, но её место заняло изнеможение. Мысли путались, конечности налились свинцом. С тех пор как они покинули дворец Глинды, его сон был обрывочным и тревожным, и ночной переход окончательно вымотал его.
– Проклятье, – пробормотал он, споткнувшись на ровном месте. – Всего несколько минут… Небольшой отдых, и нужно идти дальше.
Кроу раздвинул завесу из свисающих лиан и прислонился к стволу дерева. Скрывшись в этом природном шатре, он натянул маску на глаза и мгновенно уснул.
Кроу резко втянул воздух и распахнул глаза. Он лихорадочно огляделся в поисках угрозы, но всё было спокойно. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, над головой щебетали птицы. Идиллия. Но только не для него. С тех пор как Колесники вырезали его из гамака во время путешествия с Телией и Железным Дровосеком, сон на открытом воздухе стал для него испытанием. Те несколько дней, что он выслеживал Реву, он почти не спал. Тряхнув головой, Кроу поднялся на ноги. Сумка по-прежнему была за спиной. Быстро потянувшись, он вышел из своего убежища.
В тот же миг ноги его взлетели вверх, и он с глухим стуком приземлился на спину. Его подбросило высоко в воздух. Кроу вертел головой, пытаясь понять, что произошло, и осознал, что запутался в железной сети. Сеть висела на одной из высоких ветвей, превратив его в кокон. Инстинктивно из наручей выскочили лезвия, но против железа они были бесполезны. Он раскачивался, пытаясь ослабить ловушку весом своего тела, но сеть держала крепко. После минуты паники он, наконец, тяжело и неровно выдохнул.
– Дерьмо, – пробормотал он. Откуда вдруг взялось столько охотников с ловушками? Он годами не попадал в подобные переделки. Кроу навалился на сумку, чтобы уменьшить контакт железа с кожей, но руки всё равно нещадно жгло.
Как только он нашел более-менее удобное положение и принялся искать слабое место в плетении, на лесной подстилке послышались шаги. Когти Кроу снова выскочили. Тело напряглось, готовое к схватке с хозяином ловушки.
– Ну надо же, – промурлыкал знакомый голос снизу. – Какая ирония.
Рева.
Сердце Кроу забилось о ребра. Как она так быстро его нагнала?
– Здравствуй, любовь моя, – отозвался он так невинно, как только мог. – Какая приятная встреча.
– Ага, – огрызнулась она. – Просто охренеть какая приятная. Особенно после того, как ты накормил меня снотворным и привязал к кровати.
– Если мне не изменяет память, было время, когда тебе нравилось быть связанной, – сказал он с лукавой улыбкой. Это случилось лишь однажды, но Рева не жаловалась. Скорее наоборот.
Она потерла виски и пробормотала что-то слишком тихое, чтобы он мог разобрать. Когда она снова взглянула на него, в её глазах читалась решимость:
– У меня есть искушение оставить тебя здесь, а самой пойти за камнем.
– Всего лишь искушение? К тому же, я думал, тебе не нужен камень.
Губы Ревы тронула недобрая улыбка:
– Я вернусь за тобой, когда достану его.
Кроу усмехнулся, решив, что она шутит, но она действительно развернулась и пошла прочь. С каждым её шагом веселье угасало, сменяясь полным недоверием. Она что, серьезно его бросает?
– Рева! – крикнул он. – Это не смешно!
Её негромкий смех донесся из-за деревьев. Она не шутила. Она действительно уходила. Кроу задергался в сети, железо жгло пальцы, но ему было плевать. Он ни за что не отпустит жену к Королю Гномов одну – это верный смертный приговор. Особенно учитывая слухи о том, что король вытворяет с красивыми женщинами перед тем, как убить их.
– Рева Этейн Вестблум! – выкрикнул Кроу, впервые назвав её истинным именем с тех пор, как узнал его. Ему много раз хотелось сделать это за последние дни, чтобы заставить её выслушать, но он знал, что это неправильно. Но сейчас случай был особый.
Шаги тут же стихли.
– Немедленно вытащи меня из этой сети! – приказал он.
С непроницаемым лицом Рева продралась сквозь заросли обратно к нему и скрылась под лианами, где он только что спал. Мгновение спустя сеть рухнула на землю. Кроу приземлился на бедро с громким стуком.
– Как всегда изящно, – прошипел он сквозь боль. – Рева Этейн Вестблум, я освобождаю тебя от своей власти.
Рева пулей вылетела из своего укрытия, её лицо исказила ярость. С низким рычанием она сорвала с него остатки сети. Её пальцы впились в декоративные шнуры на его шее, затягивая их так, что он едва не начал задыхаться.
– Ты посмел использовать моё истинное имя?
– Ты не оставила мне выбора, – искренне ответил он. Хотя он и пожалел, что крикнул его так громко – кто знает, какие фейри могли бродить поблизости. – Это ведь Король Гномов.
– Не притворяйся, что идти туда одному безопаснее, чем со мной. Он всё равно запытал бы тебя до смерти, – выплюнула она.
Кроу высвободил шею из её рук и встал, отпинывая сеть, зацепившуюся за сапоги.
