Текст книги "Без разрешения (СИ)"

Автор книги: Эля Муратова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 12

Восемь месяцев назад

Альбина

Мой план до безобразия прост. В пятницу вечером Мурат уезжает в Дагестан. Традиционная весенняя охота на селезня.

В субботу я просыпаюсь около восьми утра и занимаюсь своими обычными делами.

Сначала – тренировка. По настоянию Мурата, тренер приезжает прямо ко мне домой. Мой муж не хочет, чтобы другие мужчины глазели на меня в спортивном зале.

Инструктор, конечно же – женщина. Послушно исполняю все её указания, и вот, через час с небольшим я свободна.

Приняв душ, иду на кухню. Там меня уже ждёт стандартный завтрак – овсянка на кокосовом молоке с ягодами.

Вместе с Кариной, которая работает у нас поваром, мы составляем меню на следующую неделю, а также список необходимых к покупке продуктов.

После я тщательно привожу себя в порядок. Лёгкий макияж с акцентом на губы. Пышная укладка на волосы, в результате которой они крупными волнами ложатся вокруг моего лица. Массивная бижутерия. Брючный костюм и блузка – мои любимые. На плечи – короткая светлая шубка.

Водитель везёт меня в ТЦ, который я посещаю обычно. Попросив его забрать меня через три часа, захожу внутрь.

Около сорока минут брожу по торговым павильонам. Намеренно посещаю разные. В некоторых примеряю вещи. В других – покупаю что-то. На первый взгляд, у меня нет определённой цели. Роскошно одетая девушка праздно шатается по торговому центру, растрачивая деньги мужа. Да, всё так.

Очередным на моём пути становится магазин спортивной одежды. Я покупаю неприметный костюм, утеплённый стёганый жилет и кроссовки. Всё это складываю в приобретённый тут же рюкзак, похожий на те, с которыми любят ходить старшеклассники.

Ещё полчаса хаотичных шатаний по этажам, и я направляюсь в туалет. Слава богу, не занято.

Заперев двери, пару минут привожу в порядок срывающееся дыхание. Сердце истошно колотится.

Переодеваюсь в спортивное. Костюм и блузку сворачиваю и прячу в рюкзак. Шубу я предусмотрительно оставила в машине. Обувь придётся выбросить. С сожалением оглядываю свои замшевые ботильоны шоколадного цвета. Совсем новые… Снимаю украшения – они отправляются к обуви. Салфеткой стираю помаду с губ. Дальше… самое сложное.

Достаю из сумки кухонные ножницы, которые стащила сегодня утром, пока Карина мыла посуду.

Зажимаю прядь между пальцами, занеся инструмент. Порывисто вздохнув, опускаю руку. Смотрю на себя несколько секунд в зеркало, не в состоянии решиться.

Сколько себя помню, я носила длинную шевелюру. Это – моя гордость, моё «я». Мой муж обожает мои волосы. Меня рефлекторно передёргивает.

Перед глазами встаёт лицо Мурата, искажённое злобой. Мне кажется, я чувствую его хватку прямо сейчас. Кожу головы характерным образом покалывает.

Резко поднимаю ножницы. Лезвия щёлкают. На кафельный постамент раковины ложится упругий тёмный локон.

«У тебя больше нет надо мной власти», – как заведённая, шепчу, уничтожая свою красоту.

Я думаю, если кто-то решит проверить камеры видеонаблюдения торгового центра, его глазам предстанет странная картина. В туалет заходит шикарно одетая девушка с роскошной гривой тёмных волос. А выходит – неприметная, короткостриженая девчонка в спортивном костюме.

Чтобы запутать следы, еду на вокзал. На свой паспорт покупаю билет на автобус до Москвы. По дороге безжалостно роняю айфон последней модели в тёмные воды Терека.

Приобретаю бюджетный смартфон в первом попавшемся мне салоне сотовой связи. Сим-карту мне помогла купить Мадинат на прошлой неделе.

В ней я уверена, как в себе. Мурат от неё ничего не добьётся, даже если догадается, где искать концы.

Да и к тому же, моя Мадинат всегда может найти защиту у Алана. Брат её не бросит.

Место встречи с водителем, которого я нашла заранее через программу поиска попутчиков, находится в двадцати минутах пешком от вокзала. Направляюсь туда прогулочным шагом, последний раз наслаждаясь видами родного города.

Больше я сюда не вернусь…

Через три дня езды, я, наконец, останавливаюсь. Решение приходит внезапно.

Я просто понимаю: это здесь. Выбранный мной город похож на десятки других, которые попадались мне на пути. Индустриальная застройка. Промышленный пейзаж. Серо-чёрная масса из вечно спешащих куда-то людей.

Ничего лучше не придумаешь, чтобы как следует потеряться.

Глава 13

Захар

Встреча с представителями Титана назначена на вечер пятницы. Это будет деловой ужин, конечно же. Присутствие Мамаевой подразумевается. О чём и говорю ей.

На мгновение мне кажется, что она в очередной раз скажет «нет». Но Мамаева удивляет. Послушно кивает и спрашивает лишь, какая форма одежды предполагается?

Да обычная. Мы поедем туда сразу после работы.

Ровно в шесть вечера Мамаева ждёт меня в приёмной. На ней серое платье-футляр и жакет бордового цвета.

Молча одеваемся. Молча спускаемся на парковку. В противовес своим принципам я захожу в лифт следом за Альбиной. Сверлю её взглядом исподлобья.

Она намеренно избегает со мной прямого зрительного контакта. Вопросов не задаёт.

Трогаясь с места, выкручиваю руль. Не выдерживаю первым:

– Что? Даже не спросишь, куда мы едем?

Механически, как робот:

– Куда мы едем?

Вздыхаю.

– Мамаева, ты это, давай прекращай. Дело Титана – самое важное из тех, которыми мы занимаемся в данный момент.

– Я знаю, – собирает руки на коленях в замок.

Внимательно оглядываю её длинные тонкие пальцы, лишённые каких-либо колец и украшений. Ногти короткие, маникюр «без маникюра».

Перед глазами встают длинные ногти девицы, с которой я развлекался в клубе пару недель назад. Или месяц? Похоже, кое-кому не помешает хороший перепихон.

– «Меркурий», – ловлю её непонимающий взгляд и поясняю. – Так называется ресторан, в котором мы ужинаем сегодня.

С учетом пробок добираемся до нужного нам места около часа.

Представители Титана уже ждут нас за столиком в глубине зала. Здесь Мурат и его неизменный «санчо панса» Хасан.

Здороваемся. Альбина протягивает руку для приветствия. Мурат, задержавшись на ней взглядом, переворачивает ладонь и слегка касается её губами.

Мне показалось, или Мамаева как будто дёрнулась сейчас?

Покончив с формальностями, усаживаемся за стол. Мурат обращается к нам:

– Я взял на себя смелость сделать заказ, пока вас не было. Надеюсь, вы не против? Здесь подают отличный тартар из тунца с авокадо…

– Да, конечно.

– Я не ем тунец.

Произносим с Мамаевой одновременно. Смотрю на неё удивлённо. В смысле?

Мурат переводит тяжёлый взгляд на мою спутницу. После короткой паузы говорит, словно выдавливая из себя слова:

– Правда? Любимое блюдо моей жены, между прочим.

– Чистая правда. У меня аллергия, – Мамаева врёт в очередной раз. Я прекрасно помню, что заказывал пасту с тунцом в тот раз, когда мы задержались в офисе.

Не понимаю только, зачем?

– Ну что ж… – Мурат подзывает официанта небрежным движением руки. Тот сейчас же оказывается рядом. – Будьте добры, принесите меню для дамы, – официант кивает.

Несколько минут спустя, определившись и сделав заказ, обсуждаем рабочие вопросы. Мурат предлагает нам выпить. Я за рулём. Альбина тоже отказывается, мотивировав это головной болью. В итоге, в наших с ней бокалах обычная вода с лимоном.

В ожидании десерта, общаемся на свободные темы. Договорённости по ключевым вопросам делового характера уже достигнуты. Разговор переходит на местные достопримечательности.

Хасан спрашивает меня, где можно качественно и интересно провести время в наших краях.

– Смотря, чего Вы хотите, – откидываюсь на спинку стула.

– Ну, к примеру, у вас здесь охотятся?

– Если честно, я подобным не увлекаюсь. Насколько я знаю, сейчас не сезон. Зимняя рыбалка, быть может?

– У нас в Осетии…

– Вы из Осетии? – удивлённо приподнимаю брови. Юридический адрес Титана – Дагестан.

– Да. Мы оба, я и Мурат, родом из Владикавказа.

Мой взгляд приклеивается к Мамаевой на этих словах. Она сосредоточенно ковыряет тирамису вилкой. И как будто даже не прислушивается к разговору.

Шестое чувство начинает точить мой затылок. Продолжаю диалог осторожным:

– Никогда не был во Владикавказе.

– О! – Хасан улыбается. – И многое потеряли. Вам обязательно стоит побывать там.

– Правда? И что же Вы мне посоветуете?

Опять смотрю на Мамаеву. Ноль реакции.

– Да хотя бы Кармадонское ущелье. Даргавс – город мёртвых. Вариантов – масса! Это наипрекраснейшее место на Земле, как по мне. Помимо гор, наша республика славится также самыми красивыми невестами, – гордо заявляет Хасан.

Мурат, до этого молчавший, вступает в разговор:

– Вы женаты, Захар?

– Нет, пока нет.

Мурат кладёт сервировочную льняную салфетку на край стола, составляя из неё идеальный квадрат. Говорит неспешно, с непонятным для меня подтекстом:

– Возможно, в нашей республике вы встретите девушку себе по душе. Осетинские женщины – они особенные.

– Серьёзно?

– Более чем. Нравственность для осетинской девушки – на первом месте. Они скромны, послушны, терпеливы. Отличаются трудолюбием.

– А я… слышала, что в Осетии девушек похищают, чтобы насильно выдать замуж, – неожиданно раздаётся звонкий голос Альбины.

Мурат прищуривается.

– О, это заблуждение. Возможно, где-то в отдалённых горных районах. Но не в столице, конечно же…

Альбина перебивает его:

– А как же экономическая зависимость от мужа? Отсутствие права на наследование? Осетинская женщина не должна сосредотачиваться на карьере. Она должна лишь беспрекословно подчиняться… во всём и всегда.

Мурат пару секунд молчит. Говорит глухо:

– Мужчина – добытчик и глава семьи. Женщина – его поддержка и хранительница очага. Так повелось издревле. И это в соответствии с законами природы. Вы так не считаете, Альбина?

Она смотрит прямо ему в глаза. Взгляд не отводит.

– Нет. Я так не считаю. Я думаю, что женщина не должна позиционироваться ниже мужчины только из-за её пола. Она – такой же человек.

– Хм… Как современно, – Мурат улыбается. Мне чудится в его ухмылке что-то недоброе.

И вообще мне не нравится весь этот разговор. Напряжённая спина Мамаевой заставляет меня выпрямиться тоже.

Демонстративно смотрю на часы.

– Думаю, нам пора. Альбина, ты закончила?

Кивает. Смотрит на меня… с облегчением?

* * *

Вечером, сидя на диване перед телевизором, смотрю в экран пустым взглядом. В моей голове идёт активный мыслительный процесс. Что-то беспокоит меня.

Хватаю смартфон, лежащий на стеклянном столике рядом. Делаю то, что никогда не делал. Так как всегда разделяю работу и эмоции. Гуглю личность своего клиента. Печатаю в поисковой строке: «ск титан дагестан учредитель».

Первый результат, который я вижу во всплывшем окошке браузера – Мурат Шаликоевич Мамаев.

Глава 14

Захар

В субботу у меня запланирован ежегодный визит к ветеринару вместе с Арчи.

Клиника, в которую мы едем, называется «Мой друг». Она расположена в отдалённом районе города, почти в полутора часах езды от моего дома.

Посещать её не всегда удобно, но это стоит того. Ветврач, который отслеживает Арчи, без сомнения профессионал своего дела, и я ему полностью доверяю.

На ресепшн пусто, посетителей нет. Раннее утро субботы – все спят. Подождав пару минут, нажимаю кнопку вызова персонала.

Недовольная Кристина, которая работает здесь администратором, выглядывает из процедурной. При виде меня её лицо с нанесенным на него толстым слоем косметики преображается как по волшебству.

– Оу! Здравствуйте! – в голосе сквозит кокетство.

– Доброе утро, – здороваюсь нейтрально.

Я не дурак и считываю посылаемые ей сигналы. Проблема в том, что я не гажу там, где ем. Ещё чего не хватало, из-за шашней с администратором менять клинику, к которой уже привык.

А в том, что у нас с Кристиной разное восприятие нашего возможного будущего, я не сомневаюсь. Девка-то явно – охотница.

На ум тотчас приходит Мамаева и сложившаяся между нами неоднозначная ситуация.

Что это было? До сих пор не могу врубиться. Алёхина права на сто процентов. Не стоит ради интрижки в офисе ставить под угрозу работу всего коллектива.

Да, безусловно, Мамаева хороша собой. И будь мы в других обстоятельствах, я бы воспользовался шансом и додавил её…

Но мы там, где мы есть. Я – начальник. Она – подчинённая. Да и к тому же, эта странная тема с её мужем. Зачем соврала мне? Не понимаю. Но мне абсолютно точно это не нравится.

Дело Титана у меня сейчас в безусловном приоритете. Это мой шанс реабилитироваться после позорно проигранного в прошлом году прокуратуре иска Стройинвеста. И я не намерен его упускать.

Позволить женщине, даже такой красивой как Альбина, встать между мной и клиентом? Вот прям вряд ли. Это абсолютно нерационально.

На Мамаевой так и написано ПРОБЛЕМА. Ведёт себя странно. То целует меня в ответ, то отталкивает. Такое чувство, что она с головой не дружит.

Иначе как объяснить этот её странный затык с разрешением? Явно же не девственница, раз была замужем.

А, короче! На хрен.

Проходим с Арчи все запланированные процедуры. Мой боец стойко терпит, когда врач берёт у него анализы. Треплю пса за ухом, пообещав прогуляться, как следует, после.

Уточнив у доктора, нет ли противопоказаний, и получив добро, везу Арчи в парк. Он, как кузнечик, скачет вокруг меня, пока я пытаюсь напялить на него поводок. С грехом пополам мне это удаётся.

На входе в парк покупаю свежеиспечённую булку и горячий апельсиновый чай с облепихой. Неспешно потягивая ароматный напиток через трубочку, направляюсь вглубь парковой зоны. Туда, где расположено очень крутое и мало кому известное место – пруд с утками.

Несмотря на зимнее время года, они не улетают в тёплые края. Я читал об этом. Птицы каким-то образом понимают, что в городе зимой им прокормиться будет легче. Благо, что желающие подкинуть уткам еды не переводятся.

Я редко захаживаю сюда, в основном, в тех случаях, когда везу Арчи к ветеринару. Мой парень любит это место. Здесь ему бегать в разы привольнее, чем на нашем обычном пятачке у дома.

Спускаю Арчи с поводка. Он весело лает, пугая птиц. В утренней тишине парка, где практически нет людей, это звучит, как выстрел.

Пока Арчи развлекается, отламываю маленькие куски от булки. Утки небольшой стайкой собрались в полынье, расположенной под невысоким мостом из природного камня. Бросаю в воду такую желанную для птиц еду. Как только очередной кусочек падает на гладь пруда, утки наперегонки бросаются к нему. Побеждает сильнейший, конечно. Как всегда…

Сзади меня слышится звонкий детский голосок. Кажется, это девочка.

– Мам… Я тоже хочу покормить птичек.

Женский голос в ответ:

– Для этого надо купить хлеба, Иванка. А это означает, что придётся вернуться назад. Я не могу столько ходить на этих каблуках!

Оборачиваюсь резко. Так и есть. Олеся. Бывшая жена Литвинова. Та самая, с которой меня когда-то угораздило попасть в премерзкую историю.

Смотрит на меня, как будто ждала моего взгляда. Рядом с ней девочка примерно лет… не знаю. Я с трудом определяю возраст детей, у меня же их нет. Старше пяти, но младше десяти, однозначно.

На девочке парка с белой опушкой. Такого же цвета шапка и варежки. Выглядит, как маленькая принцесса из сказки, с этими своими прозрачно-голубыми глазами и вьющимися тугими локонами. Лёхина дочь…

– Привет, Олеся, – здороваюсь первым.

Мне нечего стыдиться. В отличие от неё.

Улыбается жеманно, приоткрывая отбеленные, как санфаянс моей бабушки, зубы.

– О, Захар! Какая неожиданность. Приятно встретить тебя здесь!

Девочка внимательно смотрит на булку, зажатую в моей руке. Понимаю, чего она хочет. Протягиваю ей остатки батона.

– Привет. Меня зовут Захар. Хочешь покормить уток? Здесь ещё осталось.

Робко кивает с надеждой. Подойдя ближе, шепчет: «Спасибо…»

Ободряюще ей подмигиваю. Её щёчки розовеют.

Да, я умею нравиться женщинам. Любого возраста.

Знала бы ты, милая, что булка – это меньшее, что я могу дать тебе взамен разрушенной ненароком семьи.

Пока Иванка кормит уток, тихо переговариваемся с её матерью.

– Как дела, Захар? Всё работаешь?

– Работаю, – соглашаюсь послушно. Желания откровенничать с этой женщиной после того, как она меня фактически подставила, нет никакого.

– У тебя есть кто-нибудь?

– Ничего такого, о чём тебе следует знать.

Вздыхает.

– Он меня так и не простил… Бьюсь, как головой об стенку, уже столько лет. Думала – остынет, одумается. Всё-таки дочь.

Смотрю на неё. Похоже, она реально сожалеет.

– Я бы тоже тебя не простил, Олеся. На месте Лёхи. Оставь его уже в покое и живи дальше.

Сглатывает, уставившись в тёмные воды пруда. Маленький утёнок, помогая себе крыльями, пытается взобраться на снежную корку. Некоторое время молчим.

– Зачем ты это сделала, Олесь? Я так и не смог понять. Ведь ты даже не любила меня, – фыркаю. – Мы просто… трахались.

– Не любила…

Не отрывая взгляда от воды, говорит:

– Не поверишь, – усмехается печально, – я делала это ради своего брака.

Охреневший, смотрю на её профиль.

– Как это? Нашла себе ё*аря, чтобы спасти брак? – уже практически ржу в голос. Вот это новости!

– Лёша всё время пропадал на работе. Мне было очень одиноко, понимаешь?

Нет, не понимаю.

– Я перестала чувствовать себя женщиной что ли. Как будто во мне погас… тот самый огонь. Он не хотел меня. Не хотел…

– И что? Помогло? – сквозит скепсис в моём голосе.

– Как видишь… нет. Все пошло через ж*пу. Но ты был очень хорош, в любом случае, – усмехается грустно. – Трахаться как бог – это про тебя, Захарик.

– Для тебя – Захар.

Поворачивается и смотрит на меня, пытаясь что-то прочесть в моём взгляде. Но там для неё ничего нет. Пусто.

По дороге домой, в машине анализирую состоявшийся с Литвиновой разговор.

Сперва я решил, что ситуация с Мамаевой – это своего рода повторение того, что случилось со мной в прошлом. Она ведь не сказала мне, что замужем. Знай я об этом, никогда бы…

Замужние женщины для меня – табу. Разрушить ещё одну семью? Нет, спасибо. Боже… Может у неё ещё и ребёнок есть!? Да ну нафиг.

Одной рукой набираю номер знакомого следака, оставшийся у меня ещё со времен моей работы в органах. Он уже давно, как и я, оставил госслужбу. И теперь подрабатывает частником. Если нужно что-то выяснить – вам к нему. Он мёртвого из-под земли достанет.

– Алё? Матвей? Можешь говорить? Это Захар. У меня к тебе дело.

Что бы там ни были у Мамаевой за скелеты в шкафу, я это выясню. Говорил же. Я всегда добиваюсь поставленной цели.

Интуиция мне подсказывает, что там всё не так просто. И Альбина совсем не похожа на Олесю Литвинову.

Глава 15

Альбина

Сегодня день рождения компании. Априори исполняется пятнадцать лет.

Приёмная и офисные коридоры украшены мерцающими бело-золотыми шарами. Нарядно одетая Настя порхает по комнате, готовя ежеутренний кофе для своего начальника. Праздник праздником, а распорядок дня Гордеева обсуждению не подлежит.

Около десяти утра всех нас просят подняться на этаж выше. Туда, где расположена «святая святых»: кабинет генерального.

Вадим Иванович Лисовецкий – статный мужчина слегка за пятьдесят. Из сплетен, циркулирующих по офису, я поняла, что сам он – коренной москвич.

Обычно провинция едет в столицу, но у Лисовецкого вышло наоборот. Приехав в наш город в командировку около двадцати лет назад, он влюбился в местную жительницу.

Елена, теперь уже Лисовецкая, была активисткой движения по защите окружающей среды. В тот год они бунтовали против строительства ГОКа в пригороде. Задачей Лисовецкого было противоположное – сделать так, чтобы завод построили в кратчайшие сроки.

На фоне этой борьбы между ними разгорелась нешуточная страсть, которая переросла впоследствии в большую любовь. История из тех, про которые говорят – это было как в кино…

Бросив свою успешную столичную жизнь и сулимые ей перспективы, Вадим Лисовецкий основал в нашем городе компанию – «Априори». С тех самых пор он её бессменный учредитель и генеральный директор.

Лисовецкий произносит короткую поздравительную речь. Он надеется, что пятнадцать лет – это только начало для Априори. И что компанию и её сотрудников ждут в будущем грандиозные успехи.

После гендир говорит, что хотел бы поблагодарить некоторых людей отдельно за тот вклад, который они внесли в развитие фирмы.

Я работаю в Априори не так давно, и на этаже, где обитает генеральный, была от силы раза два. Поэтому многих из присутствующих на поздравлении я вижу впервые. С интересом оглядываю своих коллег.

Моё внимание привлекает не кто иной, как Гордеев. Он стоит рядом с какой-то дамочкой в чёрном платье-жакете с золотистыми пуговицами. Её светлые волосы стянуты на затылке в пучок, из которого в художественном беспорядке выбивается несколько вьющихся прядей. Красная помада, очки в тонкой, едва заметной оправе. И туфли на высоченных шпильках, которые я имела честь лицезреть, когда генеральный вызвал её на индивидуальное поздравление.

Как оказалось, это руководитель департамента по работе с физическими лицами и зовут её Маргарита Отморская. Лисовецкий очень хвалил работу её отдела, а после вручил награду – металлическую табличку с гравировкой и бело-золотой конверт, оформленный в цветах предприятия.

Судя по всему, Отморская и Гордеев неплохо знакомы. Уставившись на них немигающим взглядом, вижу, как она наклоняется к его уху и что-то шепчет, почти касаясь его мочки своими красными губами.

В ответ он улыбается ей одним уголком рта, как будто ему лень делать это в полную силу.

Отморская не сдаётся. Кладёт одну руку на плечо Захара. Ногти у неё в цвет губ – кроваво-алые.

Лисовецкий называет фамилию Гордеева. Стерве из отдела физлиц приходится отпустить его плечо. Все хлопают.

Гендир говорит что-то об успехах отдела, достигнутых под руководством Захара. Далее следует какая-то непонятная мне шутка о том, что прокуратура лишила Гордеева юридической невинности.

Замечаю, как мучительно краснеет Алёна. Гордеев натянуто улыбается, ему это явно не по душе. Наклонившись к Павлику, шепчу:

– Паш? О чём они?

Павлик поворачивается ко мне. Видно, что он всеми силами старается скрыть улыбку. Но выходит у него из рук вон плохо.

– Понимаешь, Захар в прошлом году проиграл крупное дело. Истцом была прокуратура.

– И что? – изумляюсь. – Все когда-нибудь проигрывают.

– Все, – подтверждает Павлик. – Но только не Захар.

Ах, вот оно что. Значит, Мудак Андреевич у нас не выносит проигрышей… хм.

Тем временем Лисовецкий вручает Гордееву именную табличку и заветный конверт.

Поздравления окончены. На прощание генеральный объявляет всем, что в субботу состоится небольшой фуршет, посвящённый юбилею компании. Явка для всех обязательна!

Уныло раздумываю о том, что скорее всего никуда не пойду. Мне попросту нечего одеть.

Люди расходятся по своим рабочим местам. Цепляю взглядом, как Гордеев удаляется практически под ручку с Отморской. Вцепившись в него своими красными ногтями, она похоже не желает его отпускать! Стерва.

Стоп. Мысленно даю себе оплеуху. Что это ещё за мысли, Альбина? Ты ревнуешь что ли? И кого? Мудака Гордеева?

Не буду отрицать, он крайне привлекательный мужчина. Но ты ведь далеко не дурочка, Аля. Ясно же, что нутро у него гнилое. Стал бы нормальный человек тебя шантажировать? Или пытаться поцеловать против твоей воли?

Язвительный голосок внутри меня шепчет, что я не очень-то и сопротивлялась. И сама позволила Гордееву зайти так далеко. Ещё и стонала, как… падшая женщина. Так называет девушек лёгкого поведения Мадинат.

Злюсь сама на себя.

Ну да! Стонала! Позволила! И что?

Я в конце концов молодая и незамужняя. Ну почти…

Несмотря на то, что на бумаге я до сих пор жена Мурата, в душе я ей себя совершенно не чувствую.

Как будто отрезав тогда свои волосы, я оборвала все связи с прошлым, в котором меня только и делали, что принижали и подавляли.

Почти дохожу до своего кабинета, как меня окликают. Это Настя:

– Аль! Захар Андреевич просил тебя зайти.

Чёрт. Что ему надо? Нехотя плетусь на ковёр к начальству.

– Добрый день, – здороваюсь. На моём лице кислая мина.

– Добрый, – отвечает, не отрываясь от своего телефона. – Проходи, садись. Есть разговор.

Жду, пока он закончит переписку. Лихорадочно размышляю, что ему от меня понадобилось на этот раз? Никогда не знаешь, чего ожидать от этого человека.

Захар поднимает на меня глаза. В них плещется спокойствие и уверенность. Мои же, наверное, похожи на глаза зайца, загнанного в ловушку.

– Итак. Мамаева. Спрашиваю тебя ещё раз. И хорошенько подумай, прежде чем отвечать.

Настороженно смотрю на его нахмуренные брови.

– Тебе есть, что сказать мне о новом клиенте? Я имею в виду Титан.

Старательно подавляю дрожь в голосе:

– Что именно Вас интересует? Я не понимаю.

– Не понимаешь? – Захар поднимает брови. Он улыбается, но мне чудится скорее оскал волчьей пасти. – Даю подсказку, Мамаева. Учредитель компании «Титан», знакомый нам обоим – Мурат Шаликоевич… Мамаев. Ничего тебе эта фамилия не навевает? М-м?

Я молчу.

Придвинувшись, он хлопает по столу раскрытой ладонью:

– Ну! Мамаева! Говори!

Вздрагиваю.

– Мне нечего сказать. Это просто совпадение. Это… очень популярная фамилия в Осетии.

Захар откидывается на спинку кресла. Поражённо качает головой. Затем разблокирует экран своего телефона. Что-то листает. Начинает читать вслух. Каждое его слово – как гвоздь, вбиваемый в крышку моего гроба.

– Мамаев Мурат Шаликоевич. Сорок один год. Уроженец Владикавказа. Учредитель нескольких компаний на территории Северной Осетии и Дагестана. Сфера деятельности – строительство. Женат. Супруга – Мамаева Альбина Зелимхановна, двадцать пять лет. В браке с две тысячи двадцатого года. Супруга Мамаева…

– Хватит!.. – практически умоляю.

Захар откладывает телефон. Встаёт, опираясь руками об стол. Смотрит на меня, в глазах – явная злость.

– Ты совсем дура, Мамаева, или как!? Ты собиралась вести это дело. Представительствовать в суде! В интересах Титана.

Смотрю на него непонимающе. Он на меня – поражённо. Качает головой.

– Ну, точно, дура. Ты его жена! Тут конфликт интересов налицо. Если Лисовецкий узнает…

Устало падает в кресло. Ненадолго роняет лицо в ладони. Проводит ими по лбу, зачёсывая волосы назад.

Сижу, не шевелясь.

– Всё. Иди, – говорит глухо. – От дела Титана ты отстранена. Пусть Павел зайдёт ко мне. Иди, я сказал! – повышает голос.

Меня долго упрашивать не нужно. Выхожу из кабинета на негнущихся ногах.