Текст книги "Попаданка в академию темных (СИ)"

Автор книги: Элина Амори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21
Нет пути назад

Когда мы остались одни, тетушка Лина схватила меня за плечи и горячо затараторила:

– Ты лишилась девственности? Повелитель пожелал взять тебя в наложницы прямо сейчас? Без обучения?

– Нет! – Я вырвалась из ее рук и замотала головой. Мною овладела паника, едва я вспомнила его мерзкие тени на своей груди и между ног, его огромные жирные руки на животе и плечах, пальцы-сардельки на губах и во рту. – Нет! Не хочу, не буду!

– Тише-тише. – Тетушка вновь обняла меня, на этот раз крепче, притянула к себе, прижала к своей пышной, мягкой и теплой, как у мамы груди, и стала нежно поглаживать по спине. – Все позади, моя хорошая, позади. Идем скорее в комнату, я заварю тебе чудесный отвар, и ты успокоишься. Я узнаю у декана, ректор точно передаст всю информацию.

Я кивнула и послушно отправилась за тетушкой. Хотелось и правда поскорее попасть в комнату и желательно забаррикадироваться там. Однако я не учла одного нюанса. В комнате меня поджидала злая Сиера. Едва дверь за тетушкой закрылась, и мы остались с Сиерой наедине, та в тот же миг выпустила черные тени-жгуты, которые тут же обвили мои руки, ноги и шею.

– Ты чего⁈ – захрипела я. – Пусти!

Как назло я совершенно не могла использовать магию, даже чтобы оттолкнуть свою разъяренную соседку. Браслет, будь он неладен, работал исправно.

– Я чего⁈ – воскликнула она. – Ты еще спрашиваешь⁈ Прикидывается дурой, а сама вон как – минуя все правила, сразу в постель к Повелителю!

Ее жгуты сильнее сжали мои запястья и шею, кожу под ними защипало.

– Если ты не заметила, тот жирный боров меня сам схватил! – продолжала сипеть я, уверенная, что Сиера не станет меня убивать. Ведь все-таки я тоже наложница Повелителя, и вряд ли он обрадуется моей смерти.

– Как ты сказала? – ошарашенно пробормотала Сиера. – Боров?

На шее ее хватка чуть ослабла, и я смогла наконец нормально дышать.

– А разве нет? Ты же сама видела, как мне было страшно. Я не хочу быть с ним, не хочу вообще никогда, не то что сейчас. Я даже волосы на теле отрастила, чтобы не понравиться ему! Я нарочно намазалась не той мазью.

Сиера устало сгорбилась, ее тени исчезли. В комнату вошла тетушка с кружкой горячего отвара, тут же наполнившего пространство мягким, но сильным ароматом, напоминающим запах черемухи.

– Что тут стряслось? – охнула тетушка, поставила кружку на столик и подбежала ко мне. – Какие жуткие следы на шее! Кто это сделал? Сиера⁈ Ты же понимаешь, что тебе будет за драку между наложницами⁈

Тетушка резко развернулась к моей теперь поникшей соседке.

– Нет, это Повелитель оставил, – выпалила я, прежде, чем осознала, что делаю.

Сиера вскинула на меня удивленный взгляд, я продолжила:

– Сиера просто расстроилась. Она думает, ее очередь не наступит. Но ведь меня точно не возьмут сейчас. Правда ведь, тетушка?

– Да, я уточнила у декана, и он сказал, что ты остаешься в академии учиться. Ведь ты еще…

В комнату вдруг постучали. Довольно требовательно, резко. А когда дверь открылась, к нам вошел и поклонился молодой худенький слуга.

– Одаренная Аэлита, приказ Повелителя: срочно доставить вас к нему.

* * *

– Что за своеволие⁈ – орал разъяренный Повелитель, а рядом с ним стоял глава магического подземелья Октилиус Третий, и ехидное выражение не сходило с его лица.

Повелитель осушил кубок, который услужливо подставил ему слуга, и швырнул со звоном об пол. Черный хрусталь разлетелся блестящими осколками чуть ли не по всей комнате.

– Ты должен был заняться проверкой безопасности, а не таскать мою наложницу по дворцу! – продолжил злиться Повелитель. – С чего ты вообще решил, что ее нужно было куда-то уносить⁈ Разве я давал тебе такое указание⁈

Он повернулся к стоявшему в углу прислужнику.

– Пошли за ней сию секунду!

– Стоять! – рявкнул я на слугу, и тот почти буквально прирос к полу. – Повелитель, выслушайте меня, прошу!

– Ваша Тень смеет оспаривать ваши решения? – прошептал с ужасом Октилус. – Такой поступок заслуживает сурового наказания.

Повелитель коснулся ладонью висящей на груди печати властителя, воздух накалился, завибрировал, я ощутил, как по мне ползут его раскаленные, точно огненные тени.

– Приведи девчонку! – отчеканил Повелитель, глянув на слугу, и на этот раз я не успел его остановить, слуга молнией вылетел из покоев.

– Вам должны были сообщить, что Аэлита едва не лишила себя жизни! – Я старался говорить спокойно и скрыть собственный гнев. А сам смотрел сейчас на эту неповоротливую тушу и не понимал, как мы служим ему. Почему подчиняемся? Зачем исполняем любой его каприз? Как можем внимать каждому его слову и не подвергать сомнениям?

Это были недостойные Тени мысли, но они были, и я не мог, да и не хотел выкидывать их из головы.

– Что за нелепость⁈ – воскликнул Октилус. – С чего ей себя убивать?

– Такое случается с девушками, если их насиловать! – не выдержал я и повысил голос.

– Откуда тебе-то знать о том, что с ними случается? – с насмешливым презрением бросил Повелитель.

Меня давно не раздражали и не злили подобные насмешки. Но сейчас это показалось оскорбительным. Ведь я не по своей воле несу обет целомудрия, этот порядок установил сам Повелитель. Он пользуется моей энергией для себя лично, будто я его собственность, будто у меня нет и не может быть чувств, и ко всему прочему насмехается. Еще одна очевидная несправедливость, казавшаяся раньше чем-то обыденным, полоснула мое сознание. Со мной что-то происходило. Что-то большее, чем желание защитить истинную. Я ощущал себя на краю бездны, в которую вот-вот прыгну, бездны, ведущей в другой, совершенно неизвестный мне мир, еще более опасный и страшный чем мой.

– Я живу не в вакууме, – твердо сказал я, отчетливо понимая, что назад пути нет. – И достаточно образован, чтобы ориентироваться в разных сферах жизни как магов, так и людей.

– Ваша Тень спорит с вами, Повелитель? – пролепетал маг заискивающим тоном.

А я сделал вид, будто не замечаю его слов. Надо было повернуть ситуацию в свою пользу, заставить Повелителя быть на моей стороне, хочет он этого или нет.

– Мой долг, Повелитель, кроме основных обязанностей, оберегать жизнь каждой потенциальной матери избранного дитя, – продолжил я, нарочно смягчив тон. – Вы сами наделили меня такими полномочиями.

– И от меня самого? – недобро прищурился он.

– Защищать от смерти. – Вот и настала очередь лжи, которую я придумал, чтобы избавить Аэлиту от страданий. – Как я говорил ранее: девочка едва не лишила себя жизни.

– Повелитель, Ваша Тень смеет осуждать вас? – заискивающе шептал Октилус. Повелитель же смотрел на меня тяжелым внимательным взглядом.

– Выйди. Ты мешаешь, – бросил я ему. Он растерянно поднял голову на Повелителя, но тот смотрел лишь на меня.

И Октилусу пришлось подчиниться, ведь ему не приказали обратного. Я дождался, когда он удалится, и продолжил спокойно:

– Увидев ее на грани жизни и смерти, я не мог действовать иначе, ведь любая из них может оказаться той самой.

– Она действительно собиралась покончить с собой? – прищурился Повелитель. – И чем же здесь она могла себе навредить?

Он хмыкнул, окинув взглядом покои.

– Она повредила сдерживающий магию браслет, выпустила тень и едва не задохнулась. Она не умеет пока ее контролировать, но намеренно сделала так, чтобы лишить себя жизни. – Я впервые лгал Повелителю, но иначе просто не мог.

Любой ценой я должен не позволить ему овладеть моей девочкой. Вообще никогда! И мне было безразлично, что, возможно, она и есть та самая из пророчества, а я лишаю всех темных магов избранного. Я чувствовал, что должен поступить так. Неужели это действие магии истинности? Она лишила меня воли или освободила от гнета? Пока я не мог толком понять происходившие со мной изменения.

– Аэлита необычная одаренная, посвящение не подействовало на нее в должной мере, – продолжил я. – Она и без того в панике и смятении, прошу смилуйтесь над ней, позвольте привыкнуть, адаптироваться. А на следующий год она станет вашей полноправной наложницей, если Сиера не понесет. Впрочем, будем надеяться, на лучшее.

– В любом случае, понесет Сиера или нет, – заявил Повелитель, сдвинув брови и усевшись на своем ложе. – Эти девчонки останутся моими наложницами. Я буду первый, кто опробует их.

Меня передернуло от отвращения и злости.

– Да, Повелитель. – Я произнес это и слегка поклонился. Но не потому что принимаю его приказ, а потому что хочу выиграть время.

Глава 22
Покориться сейчас, чтобы бунтовать потом

Меня затрясло, я отпрянула. Горло перехватило спазмом, перед глазами замелькали разноцветные пятна.

Сиера подскочила ко мне первой, и я услышала ее едва слышный шепот:

– Притворись, что упала в обморок.

Повторять дважды мне было не нужно, я обмякла в ее руках, и она опустила меня на кровать.

– Новенькой плохо, она не сможет пойти. Позовите лекаря! – скомандовала Сиера, а тетушка плюхнулась рядом со мной и принялась похлопывать по плечам.

– Но… Повелитель приказал… – пробормотал слуга.

– Идем, – проговорила решительно Сиера. – Я все ему объясню.

– Ты можешь навлечь на себя его гнев, – проговорила Лина. – Сиди здесь, я сама пойду.

– Нет. – Сиера решительно встала. – В этом году я исполняю обязанности супруги, так что должна научиться держать ответ перед Повелителем.

Она ушла, оставив меня лежать на кровати с бешено колотящимся сердцем, которое отдавало гулким эхом в груди. Конечно, никто не в силах переубедить этого самодура. Руфус, как бы меня ни утешал, не мог заглянуть в голову своему правителю и там все исправить.

Стоило мне вспомнить Руфуса, как в груди разлилось нежное тепло. Опять это нелогичное, непонятно откуда взявшееся чувство! Руфус называл это древней магией. Но какого, спрашивается, хрена это со мной произошло⁈

– Аэлита, ты понимаешь, что сама виновата в том, что случилось⁈ – Тетушка потянулась ко мне, стащила платье с плеча и ткнула в волосатое плечо. – Будь как все! Не выделяйся раньше времени! И тогда избежишь проблем. А ну-ка, пошли!

Лина встала и потащила меня за руку, не взирая на мои жалобные причитания о том, как мне плохо.

Целый час под занудные нотации тетушка втирала мазь, клочками смывая выпадающий пушистый покров, затем обмазывала меня пахучими маслами, терла грубыми щетками и снова наносила слои ароматов. В итоге я напоминала себе розовенького поросенка, а моя кожа стала такой нежной и бархатистой, что мне самой было неловко прикасаться к себе, будто мое тело обернули в чужую шелковую оболочку.

– Итак, бестолковое ты создание! – продолжала ворчать Лина. – Еще один фокус, и наш ректор, Тень Повелителя, господин Архейм, отправит тебя в холодный дворец! Поверь, это скучное и унылое место, где ты не сможешь ни учиться, ни занять место в обществе. Тебе это надо, скажи мне?

– Я не просила меня вытаскивать из моего мира, – упрямо заявила я.

– Но ты уже здесь. И тебе решать, что будет дальше с твоей жизнью, – ответила она твердо.

– Не мне, а вашему Повелителю, – огрызнулась я, пока на меня натягивали хлопковую, нежнейшую сорочку.

– Аэлита! – воскликнула тетушка. – Ты прекрасно поняла, о чем я говорю!

– Простите, – вздохнула я, сдаваясь под тяжестью ее слов.

Да, я понимала. Если буду серой мышкой, у меня появится шанс. Она права – надо быть как все. А ещё нужно узнать об этом мире побольше. Я не хотела в холодный дворец, где Повелитель всё равно найдёт меня. Но в относительной свободе я могла бы что-то придумать. Но прямо сейчас я не могу ничего, остается лишь уповать на чью-то помощь. Однако прошло больше часа, а за мной никто не пришел, значит, Повелитель передумал звать меня прямо сейчас. И это меня утешало.

Утро началось с резкого звука будильника, быстрых сборов под строгим надзором тетушки Лины и похода в столовую. Я впервые оказалась в общей столовой академии и увидела кого-то помимо наложниц Повелителя. Это была огромная зала с высокими сводчатыми потолками из темного дерева, где колонны, украшенные резными фигурами животных, птиц и цветов, тянулись к небесам. Высокие витражные окна пропускали мягкий свет, окрашивая столы в синие, фиолетовые и багровые оттенки. Под потолком висели люстры с мерцающими, будто светлячки, фиолетовыми шариками, излучающими мягкое сияние.

Длинные дубовые столы стояли в строгом порядке, напоминая монастырскую трапезную, а скамьи – широкие, с вытертыми подушками – хранили отпечатки поколений студентов.

Здесь сидели и совсем юные дети, и взрослые юноши с девушками. Меня поразила дисциплина, с которой группы входили в зал, двигались колоннами по двое к определенным столам, рассаживались и лишь тогда позволяли себе негромкие беседы.

А еще я отметила, что все от мала до велика носят темно-синюю брючную форму, более свободного кроя девочки и девушки, и более строгую обтягивающую парни. На спинах у них красовались красивые эмблемы языков пламени, заключенные в стальное кольцо. В дурацких рюшах ходила только группа будущих наложниц.

С обидой я подумала, что и тут мне не повезло. Хотелось сползти под стол и исчезнуть, мне казалось, что каждый взгляд прикован ко мне. Конечно, это был бред, и я заставила себя оторвать взгляд от стола, поднять голову и оглядеться как следует, а не мельком. Но мои опасения не развеялись – на наш столик действительно пялились все, кто мог хоть как-то разглядеть.

Девушки смотрели с опаской, парни – с любопытством, перешептывались и порой посмеивались. В горле встал ком, и я подергала рюши, мысленно обвиняя их в излишней нашей «привлекательности». Теперь ароматное какао, аппетитная светло-лимонная запеканка и тосты с джемом не лезли в горло, теряя вкус под тяжестью чужих глаз.

Однако неловко чувствовали себя только я и вторая новенькая. Остальные уплетали завтрак за обе щеки с королевским достоинством.

Я постаралась перенять их манеру поведения и заставить себя отвлечься на еду. Впрочем у меня вскоре это действительно получилось. Такой вкусной еды я не ела очень-очень давно. В груди сжалось сердце от воспоминаний о доме, где, как бы ни было тяжело, остались те, кого я любила, и кто любил меня. Они не заслуживают еще большей боли. Слезы сами набухли и капнули в тарелку, растворяясь в нежнейшем сметанном соусе.

– Эй, милая, – услышала я вдруг мужской незнакомый голос, а плечом ощутила мимолетное прикосновение.

Я вздрогнула и вскинула голову. На меня смотрел сверху вниз молодой человек в синей форме учеников с грубоватыми мужественными чертами лица и самоуверенным взглядом.

– Не спеши к Повелителю, поняла? – его губы искривились в нахальной усмешке. – Подожди, пока я не вступлю в должность.

– Чего? – пробормотала я, на самом деле ничего не понимая.

– Ах, скверный мальчишка! Прочь от новенькой, бесстыдник! – раздался вопль тетушки Лины, и приставший ко мне студент поморщился, подмигнул мне и пошел к выходу из столовой.

– Кто тебя ждать будет, бездельник! – крикнула ему вдогонку веселым тоном моя соседка. – Найдутся кандидаты и подостойней.

Тот обернулся, прищурился, но все равно улыбнулся и даже помахал рукой. За ближайшими столиками захихикали. Я повернулась к соседке.

– Что вообще происходит? Что ему надо от меня?

– Ну как же, – пожала она плечами. – Мы тут экзотика, лакомый кусочек, запретный плод, если хочешь. Знаешь, какие слухи ходят о девочках из мира людей?

– Да откуда же? – Я пожала плечами и невольно поежилась.

– Говорят, мы очень страстные натуры, которые способны разжечь огонь на пустом месте.

– Ну да, конечно, – фыркнула я.

– Все доели? Идем на занятия! – скомандовала Лина, и мы поднялись.

Шагая по коридорам, я снова задумалась о Руфусе. Интересно, кто он такой? Может ли быть, что он тоже может «получить» меня после года с Повелителем? Хотел бы? Нет, я не собиралась уступать этому жирному Джаббе свое тело, но чисто гипотетически…

– Тетушка, – позвала я ее, когда мы вошли в светлый просторный кабинет. – А что такое магия истинности?

Лина замерла, нахмурилась, глядя на меня с удивлением. Потом заморгала.

– Не совсем понимаю, о чем ты.

– Ну как же… – Мне было неловко объяснять. Руфус говорил об этой магии как о чем-то само собой разумеющемся, а тетушка растерялась. – Она связывает души двух магов, и они влюбляются друг в друга. Кажется, так… Я просто случайно услышала.

– Где ты умудрилась такое услышать? – хихикнула одна из сокурсниц, чьё имя я не запомнила. – Небось приснилось.

Тетушка Лина мягко улыбнулась и погладила меня по голове, её рука была тёплой и успокаивающей.

– Наверное, так и было. С тобой столько всего произошло, что легко перепутать сон и реальность.

Я кисло усмехнулась, а сама окончательно растерялась. Почему Руфус тогда сказал об этом? И почему тогда не удивился? А что если я и правда не так его поняла, и он имел в виду что-то другое? А может быть, мне действительно приснилось… Но что тогда со мной происходит?

Глава 23
Учиться не так уж и плохо

– Итак, дорогие ученицы, вы новенькие, и вы наверняка обратили внимание на особое отношение к себе, – вещала высокая худая женщина в черном элегантном платье. Преподавательница естествознания, госпожа Валенна. На настенном экране светились изображения пяти сфер, но пока рассказ шел о другом. – В этом нет ничего удивительного, ибо одаренные из мира людей редкость. Для мужчин нашего мира иметь такую спутницу жизни означает благосклонность Повелителя и его Тени. Кроме того одаренные считаются особенными, ведь вы обрели способность к магии в мире, который ее лишен.

Госпожа Валенна грациозно ходила по кабинету, изящно помахивая янтарной указкой. Ее движения завораживали и даже гипнотизировали, намертво притягивая взгляд.

– Наша задача сделать так, чтобы ваша особенность не оставалась пустым звуком. Господин Архейм, Тень нашего Повелителя, очень серьезно подошел к этому вопросу и поставил обучение на нашем факультете нестандартным образом. Он изучил различные практики из мира людей и внедрил самое лучшее. Только наш факультет удостоился этих особенностей, поэтому вы, мои дорогие, так же будете особенными. Кроме основных навыков владения тенями, историей, письмом и счетом, вы будете изучать этикет, культуру, танцы, музыку, боевые искусства, психологию. – Она возвысила голос, говорила с энтузиазмом, и ее морщинистое, но приятное лицо, освещал едва не восторг, отчего я невольно ощутила собственную значимость и воодушевление. Не так уж и плохо перестать влачить бедное существование, а стать особенной и уважаемой частью целой страны, да еще магической! Это же то, о чем мечтают в детстве, о чем пишут в книгах…

– Вы будущие законодательницы моды, самые влиятельные при дворе женщины! – продолжала госпожа Валенна, и мы внимали ей, ловя каждое слово. – На ваших хрупких плечах лежит ответственность и перед нашим народом. Вы будущие приемные матери великих воинов и вельмож, вы те, кто должны разбираться и в политике, и в искусстве.

– Почему приемные матери? – удивилась Олианна.

– Потому что, увы, женщины из мира людей не способны зачать от магов. Никто кроме одной. Возможно одной из вас.

Вдруг сердце защемило неизвестно откуда взявшейся тоской. Такой острой, что пришлось потереть грудь и несколько раз глубоко вдохнуть. Голос преподавательницы приглушился, я перестала воспринимать ее слова. Невольно я ощутила, что хочу утешить его – того человека, по которому тоскую. Или тоскует он? Нет. Я помотала головой. Это нечестно, несправедливо. Неправильно навязывать чувства совершенно незнакомым людям. С какой стати я должна любить того, кого по сути, не знаю? А с какой стати он должен любить меня?

Впрочем, возможно, это неправда. Перед уроками надо мной все посмеялись за вопрос об истинной любви. Он показался им забавным. Но они ведь не первый день тут в отличии от меня, должны же были что-то знать. Особенно тетушка Лина, которая родилась в мире магов! А если не знают, выходит, Руфус меня обманул? Вот только зачем? И тогда выходит, я просто сама влюбилась в него как дура? С первого взгляда?

Эта мысль бесила меня еще сильнее. Я никогда не считала себя влюбчивой, разум был выше всей этой ерунды с розовыми соплями. А тут, получается, втрескалась по уши… Вот оно как, оказывается, бывает. В таком случае ужас как стыдно! Ему тыщу лет не нужны чувства наложницы Повелителя. Боже, только бы не спалиться случайно перед ним и не опозориться!

Я потерла виски пальцами и повернулась к окну, где во внутреннем дворике, похожем больше на полигон для бега с препятствиями, тренировались маги. Они высвобождали тени и сгущали их, придавая образы различных фигур. Это так завораживало, что я восхитилась их умением и с радостным предвкушением подумала, как было бы здорово тоже научиться владеть своей тенью.

– Аэлита⁈ – Я вздрогнула от резкого окрика госпожи Валенны. – Любоваться мальчиками будешь в свободное от учебы время!

Я повернулась к ней и изобразила из себя самую покладистую ученицу, сложив руки на коленях и выпрямив спину.

– Кто хочет рассказать об устройстве мира? – спросила преподавательница, окинув нас испытующим взглядом. – Вспомнить самой и заодно просветить наших новеньких.

Половина группы потянули руки вверх. Выбор пал на одну из них, кареглазую и кучерявую брюнетку Камиллу.

Она вышла к экрану, взяла предложенную указку и указала на изображенные сферы.

– Наша Вселенная, можно сказать, состоит из нескольких частей, – начала она.

– Не частей, а миров, – поправила другая девушка, за что на нее цыкнула госпожа Валенна.

– Вселенная слишком сложна, чтобы иметь лишь одно измерение, так что, можно сказать, все пять миров часть одного целого, – важно продолжила Камилла, водя указкой по сферам на экране. Теперь сферы ожили, стали наливаться красками и преображаться на глазах. – Мир абсолютной магии и абсолютной беспорядочности зовется миром Хаоса.

Указка ткнулась в крайнюю левую сферу, на которой переливалась вся палитра цветов, не только семь цветов радуги. Завораживающая анимация, напоминающая психоделический куб, который выворачивается наизнанку, играя с нашим зрением в причудливую игру. Я вспомнила, как видела во время посвящения странное пространство, где небо превращалось в землю, а земля в небо, где не было четких постоянных форм, где все менялось совершенно непостижимым образом и оставалось неизменным в то же самое время. По коже побежали мурашки. Неужели, я видела не галлюцинации, а реально существующее место? Сделалось даже жутко.

– Излишки энергии, материи, пространства перемешаны в нем без законов и структуры, – продолжала ученица. – Хаос – изначальная форма всего сущего. Его противоположностью является мир без магии или мир людей.

Указка переползла к крайней правой сфере, на которой я узнала земные материки и океаны.

– Структура и материя там преобладает над энергией. Нечто среднее – наш мир, мир магов. – Она указала на сферу рядом с той, что походила на евразийское полушарие. Здесь тоже были материки и океаны, но другие, каких я не знала. А еще огромные летающие острова.

– Законы тут почти такие же как в мире людей, однако энергии больше, магия насыщает наш мир, пронизывает его незримыми нитями.

Теперь Камилла переместилась к двум сферам, расположенным между Хаосом и миром магов, но не в ряд, а друг над другом, словно нам хотели подчеркнуть, что эти миры на одном уровне и чем-то похожи.

– Есть еще два мира. Тут магия преобладает над материей, а энергия над структурой. Промежуточные миры, два полярных мира чистой энергии, теплой и доброй и злой, негативной. Туда после смерти попадают души как магов, так и людей в зависимости от того, какими были их души.

Я подумала, что это похоже на рай и ад, и для себя именно так их и окрестила, хотя пока было сложно поверить в это на все сто процентов.

– Молодец, – похвалила Камиллу госпожа Валенна. – Итак, немножко вспомнили азы, а теперь прошу разойтись согласно расписанию. Со мной остаются Аэлита и Олианна.

Все разошлись, а нам раздали тетради, учебники и принялись учить писать и читать на здешнем языке. Я думала, это займет много времени, однако мы так быстро усваивали информацию, что это казалось просто волшебством. Впрочем, нас ведь окружает магия, так что вполне законным волшебством. К обеду мы уже читали по слогам и знали алфавит. Не все пока было точно ясно, но я ужасно радовалась, что могу хоть сколько-нибудь понимать письменную речь или написать кому-то записку. Хотя, кому я собралась записки писать…

– Отлично потрудились, – похвалила нас госпожа Валенна, когда наши языки начали заплетаться, а руки трястись от напряжения. – В комнатах выполните задания в ваших тетрадях за сегодняшнее число. Завтра все строго проверю.

И тут не обойдется без домашки, – хмыкнула я. Впрочем, это было действительно интересно, и я чистосердечно пообещала выполнить задание.

Потом мы собрались все на обеде в уже знакомом зале, где накормили довольно сытно, причем меню нашего столика отличалось разнообразием в отличие от других столов. Более того, у каждой была рекомендация по питанию, которой желательно было придерживаться. Меня заставили наесться как слона. Много мяса, овощей, даже сладости. Как мне объяснили, я слишком тощая, мне надо набраться сил. Впрочем, я не спорила, такой подход мне даже понравился.

А дальше нас с Олианной отвели по длинной винтовой каменной лестнице в подземелье. В огромном зале с горящими на стенах факелами проходили занятия с магией тьмы. В основном там находились дети. Я подумала, что тут обучают новичков. У нас двоих был отдельный учитель в отличие от других. Пожилой низенький мужчина с приятным пухлым лицом и круглым животом, который он будто намеренно с важностью выпячивал. Забавный и улыбчивый. Он много шутил и понравился нам.

С меня сняли браслет, и учитель стал объяснять основы магии. Оказалось, темные маги, темные не потому что мы используем какую-то темную энергию и играем со злом, мы черпаем свою магию из недр земли и ее теней. В отличие от светлых, которые берут свою силу от лучей светила. Как Инь и Янь, энергия света и энергия тени.

Настало время практики. Мы сконцентрировались. Тут и правда легче было выпускать тени. Настолько легче, что я вновь не сумела их удержать. Тьма нахлынула на всех нас мгновенно, тело со всех сторон сдавило, дети завизжали, взрослые стали ругаться. Я запаниковала. В отличие от того раза, где я хотела навредить Окурку и его компании, тут было все не так.

– Стой, Аэлита! – раздался знакомый голос неизвестно откуда взявшегося замдекана. Вот только остановиться я не могла. Теперь и звуки отдалились, тьма сгустилась еще сильнее. Но в следующий миг развеялась, меня схватили за руки и тут же защелкнули браслеты.

– Простите, простите меня, – шептала я, упав на колени и слушая испуганный плач и вздохи облегчения.

– Все хорошо, вставай, – человек-пенсне профессор Шейд взял меня за плечо и потянул наверх. – Ты не виновата, успокойся. Я предполагал, что подобное может произойти, так что страховал тебя. Пока ты не готова управлять тенями. Ты сама научилась освобождать их, поэтому сейчас сложности с контролем. Пока походи в браслетах. Мы разработаем методику обучения специально для тебя.

– Спасибо, – прошептала я, ощущая обиду на саму себя, ведь мне так хотелось освоить свои способности!

Для меня занятие закончилось, и я сидела в сторонке на каменной скамье, наблюдая за другими и ловя тревожные взгляды учеников.

Олианна зато была на высоте. Она научилась создавать вокруг себя темную неплотную сферу, чему очень радовалась, а учитель хвалил ее. Я попыталась высвободить чуть-чуть энергии, надеясь, что браслеты помогут мне с контролем, но тщетно. Похоже, они перекрывали вообще все способности.

После занятия мы ужинали, потом сидели за уроками истории. Я любила историю в своем мире, и тут с удовольствием слушала о становлении царств и первых контактах, первых войнах и союзах. Маги жили дольше людей, в среднем пятьсот лет. Взрослели они как и люди, но процессы старения шли медленнее, так что юными они выглядели лет до пятидесяти. В этом им помогала магия, свободно циркулирующая по телу. Приятным бонусом было и то, что мы, девочки из мира людей, так же обретем здесь такие способности.

История магической цивилизации насчитывала десятки тысяч лет. И три тысячи последних правил нынешний Повелитель. У них не принято называть его имени, так что многие даже не помнили, как его зовут. Мне же было и не интересно. Хотя, поглядев на Повелителя в молодости, я подумала, что он был вполне привлекательным мужчиной. В голове не укладывалось, как из стройного статного брюнета мог получиться бесформенный Джабба.

Нам рассказывали о его подвигах, и я не понимала, как человек, совершивший столько благородных и самоотверженных деяний, может издеваться над беззащитной девушкой. Мне казалось, что говорим мы о каком-то другом Повелителе.

После, мы с Олианной пробрались на террасу, вход на которую подсмотрели, пока нас разводили обратно по комнатам. Просторная площадка с невысоким резным ограждением открывала вид на горы, ущелья и на лавовую темно-красную реку вдалеке.

– Кем ты была там? – спросила я Олианну, заметив прозрачные дорожки на ее щеках.

– Никем, – прошептала она и разревелась в голос. Она плакала горько, с надрывом, и я обняла ее за плечи, позволив выплеснуть боль через слезы.

Мы стояли долго, пока небосвод не потемнел, а мы не озябли под прохладным ветром. Олеанна так и прижималась ко мне, но уже не плакала. Потом тихо поблагодарила и глянула на меня.

– Идем спать, – улыбнулась она. – Я так устала.

– Идем, – согласилась я.

Мы уже открыли дверь к лестнице, как моей руки коснулась тень. Узкая и мягкая, словно лоскут бархата. Я заозиралась и увидела позади у края террасы высокий силуэт в плаще.