Текст книги "Попаданка в академию темных (СИ)"

Автор книги: Элина Амори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6
Страх темноты

И вдруг все исчезло: темнота, плотность. Я сползла с последних ступенек на пол и судорожно задышала, жадно глотая воздух. Какое же оказывается счастье – просто дышать.

Тетушка Лина сидела рядом приблизительно в таком же состоянии, как и я. А над нами возвышался мужчина.

– Какая вопиющая невоспитанность! – Он стукнул тростью по полу. – Иди за мной, разбойница.

– Мне надо к главному! – прохрипела я, не собираясь сдаваться.

– Ты уже нашла его. В отсутствие декана, я здесь главный. Меня зовут Вориан Шейд. Для вас, профессор Шейд.

– Ох, как хорошо. – Я с горем пополам поднялась и постаралась изобразить из себя саму учтивость. – Прошу прощения за беспорядок, я очень ждала встречи с вами.

– Идем. Не в коридоре же разговаривать.

Тетушка, охая, семенила следом. Меня мутило. Я не поняла, что произошло и почему не смогла контролировать тьму. Да и вообще, а не она ли меня контролировала? По телу пробежал холодок.

Я не запомнила, как мы шли и куда, да и не старалась запомнить, ведь с каждой минутой мне становилось все хуже – перед глазами плыло, а тело дрожало в ознобе. Но надо было держаться. Я должна вернуться, иначе даже не представляю, что будет дома.

– Милая моя! – начал нравоучительным тоном профессор и принялся копаться в столе, когда мы вошли в кабинет, заставленный стеллажами с книгами. – Без преувеличения говорю – ты подняла на уши всю академию!

– Мне просто… Домой надо, – пробормотала я, часто моргая, чтобы сфокусировать плавающие расплывчатые фигуры мужчины в одну.

– Да, конечно. – Он подошел, бережно взял меня за руку и защелкнул на ней тонкий блестящий браслет, который тут же замерзал всеми цветами радуги, и погас, словно успокоился. Волшебным образом мне мгновенно полегчало.

Я покосилась на браслет, потом на профессора. Сейчас я лучше рассмотрела его, а то из-за головокружения толком ничего не видела. Это был пожилой, худощавый мужчина, с превосходной осанкой, смешными длинными седыми усиками как у китайского старца, и пенсне на правом глазу. Всегда было любопытно, неужели такое удобно носить?

– С этим вы больше никого не напугаете и себе не навредите, – улыбнулся он. – Вам так же, как и другим ученицам, даруют имя после обряда посвящения и новая жизнь. Я понимаю, вы сбиты с толку и боитесь неизвестности. Но в двух словах объяснить не выйдет, так что прошу набраться терпения, скоро все встанет на свои места. Обещаю одно – никто не причинит вам вреда. Но, чтобы вы могли слышать и воспринимать, вам надо хоть немного отдохнуть и прийти в себя. Завтра же вы будете смеяться над собственной паникой и стремлением вернуться в бывший дом.

Он доброжелательно улыбнулся. Но я не хотела ничего слушать, не хотела раздумывать, почему перестану стремиться домой. Каждый час был на счету.

– Отпустите меня, пожалуйста, это ошибка, – умоляюще простонала я. – Я не хочу здесь учиться. Ваш некомпетентный сотрудник-болван притащил меня сюда силой!

– Вот как? Некомпетентный? – Они с тетушкой переглянулись.

– Да! Он сразу потащил меня совершенно грубым и неприятным образом, – продолжила настаивать я. – Насильно уволок! Еще и издевался по дороге.

Они вновь переглянулись и, как мне показалось, растерянно заморгали, но ничего не сказали, и я поняла, что мне не верят.

– Мне срочно надо домой!

– Милая девочка, забудь о доме и обязательствах в своем мире, – доброжелательно улыбнулся профессор. – Тут ты сможешь беспрепятственно пользоваться магией, найдешь свое место в жизни, сама твоя жизнь увеличится. Одаренным не место в мире людей. Он погубит тебя.

– Плевать! – Я сжала кулаки. Да что они тут все игнор включают? – У меня бабушка в больнице, папа в тюрьме, а дома котенок голодный!

Ахнула тетушка Лина и всплеснула руками.

– Нет, – горестно вздохнул и покачал головой профессор. – Мы не можем отпустить тебя. Возвращайся в комнату, остынь. Лина приведет тебя в порядок позже.

Я не выдержала, гнев захлестнул меня жаркой быстрой волной. Подскочила к стеллажу, схватила первую попавшуюся книгу и что есть сил швырнула ее на пол. Может быть, увидев мою неадекватность, они не захотят учить такую?

– Вы что, не понимаете⁈ Я не просила меня забирать!

Профессор взял со стола колокольчик и позвонил. В кабинете тут же материализовался суровый мужчина в свободной простой одежде.

– В подвал ее, – произнес профессор и потер пальцами брови, будто ужасно устал.

Меня схватили под руки.

– Вы не имеете права! Да вы что совсем⁈ – Я сосредоточилась, собираясь призвать тьму, но… ничего не вышло, только браслет снова засверкал, похоже впитывая магию.

А здоровый молчаливый дядька потащил меня из комнаты.

– Пустите! – кричала я во все горло, надеясь непонятно на что, наверное уже просто из вредности. – Пустите! Я свет в ванной выключить забыла, за электричество счет набежит! Котенок с голоду подохнет!

Но толку было ноль. Меня украли. Бессовестно, бесчеловечно, вообще непонятно на каких основаниях и для чего, ведь, я не просила ни помощи, ни обучению способностям, ничего не просила!

Подвал оказался холодным и действительно темным. Не таким темным, какой обычно бывает темнота. Я ничего не видела своим другим зрением. Не потому что зрение не работало, тут правда не было вообще ничего или лучше сказать – полное отсутствие всего, как, наверное, в космосе.

Мне стало жутко. Я оказалась в странном месте, где перестала хоть что-либо чувствовать. Без стен, пола, потолка. Только я и ничто. Тревога впервые закралась в сердце, я запаниковала. Вот, что, оказывается, чувствуют люди, когда боятся темноты, а я смеялась над ними, не понимала.

– Пустите! – крикнула я, но странное пространство поглотило звук в тот же миг, стоило ему слететь с губ. – Пожалуйста…

Холодный пот пополз по спине, а в горле запершило от сдерживаемых слез, когда я представила, как будет мяукать несчастная голодная Ванилька, как бабуля будет звонить мне, но не дозвонится, папа писать, но не получит ответа. Что они подумают?

Нет, мне нельзя здесь оставаться. Я должна вернуться во что бы то ни стало! Просто обязана. И чтобы это сделать, мне надо достучаться до главного. Эти мелкие сошки ничего не решают, только умеют твердить одно и тоже. Если это всего лишь академия, где учат магов, тогда, вообще, в чем может быть проблема? Я просто отказываюсь тут учиться. Насильно же никто не учит. Или я ошибаюсь?

Глава 7
Экскурсия

Наконец я вернулся к себе в покои и плотно закрыл дверь. Хотелось поскорее забыть этот день – он выдался слишком муторным и изматывающим. Повелитель разозлился на меня из-за укуса и припоминал во время доклада едва ли не каждую минуту.

Я сбросил с себя всю одежду и быстро вошел в смежную комнату с термическим бассейном. От воды поднимался густой пар, в воздухе плыл запах паленого – видимо, земная кора снова сдвинулась, выпустив из недр лавовые реки. Я забрался в бассейн и погрузился в обжигающе горячую воду, чувствуя, как она обволакивает уставшее тело.

Прикрыл глаза, ощутив, как вода смывает с меня суету дня, мелкие неурядицы и гнев Повелителя. Тело расслаблялось, мысли успокаивались, хоть и цеплялись за образ рыжеволосой наложницы. Если бы Повелитель смилостивился надо мной, я не остался бы один. Я выпустил тень к одной из каменных тумб вдоль стены и захватил ею флакончик с черной жидкостью, которая должна была помочь телу и разуму сбросить напряжение.

С привычным сожалением я подумал, что мой удел прозябать в иллюзиях, и выпил сладко-вязкую жидкость. Через минуту сознание помутилось, и вот я уже в ярком эротическом сне обнимаю на красном шелке рыжеволосую… нет, ее волосы не были рыжими, а темными, почти черными. Девушка, что обвила мою шею руками, оказалась не Лианией, а новой одаренной. Ее нежные пальчики рисовали на моей спине задорные узоры, а ее хрупкое тело подо мной извивалось в сладострастном танце желания.

Ее малахитовые глаза, ясные и глубокие, излучали тепло и ласку, опутывая меня, как волшебные сети. В опьяняющем видении я знал и эгоистично упивался этим – она принадлежит только мне, ни Повелителю, ни кому-то еще. Моя маленькая, драгоценная одаренная…

Надо было остановить видение, ведь оно таило запретный соблазн. Иллюзия должна была показывать лишь то, на что я настроился. Но не получалось. И не выходило по двум причинам: сейчас она не поддавалась контролю, а я, честно говоря, не хотел ее прерывать.

Это сочное и волнующее, как спелый плод, видение сияло ярче всех прочих. Мое тело пылало страстью, которую мне не дано утолить с любимой женщиной, а лишь упиваться бесплотным миражом.

И в моем больном сознании одаренная целовала мое запястье, ее язык осторожно касался кожи, словно смывая синяк, оставленный ею же, и сейчас я отчаянно мечтал, чтобы это стало реальностью, а не иллюзией в моей голове.

* * *

Я не знала, сколько прошло времени. Три раза досчитала до тысячи, а потом сбилась и пыталась продумать фразы, которыми буду убеждать похитителей вернуть меня домой. Но чем больше думала, тем больше сомневалась, что отпустят. Они не имели права так поступать со мной. Казалось, само время остановилось, и я отчаянно цеплялась за мысли, что надо продержаться и придумать как вернуться, а то, наверное, сошла бы с ума.

А потом я почувствовала подо мной пол, сверху послышались голоса, и в глаза ударил искусственный яркий свет. Уже знакомые тетушка Лина и злобный мужик-охранник стояли надо мной, скрестив руки.

– Ты готова слушать или еще отдохнешь? – сурово спросила тетушка.

– Спасибо, наотдыхалась. – Я постаралась, чтобы мои слова не звучали с сарказмом, но похоже не вышло, потому что эти двое синхронно отвернулись, а свет погас.

– Стойте! – крикнула я, пока еще ощущала под собой прохладный пол. – Пожалуйста, не оставляйте меня. Я все поняла и буду вести себя тихо. Простите, я очень раскаиваюсь!

Свет вернулся вместе с моими мучителями.

– Идем, милая. – Тетушка наклонилась ко мне и подала руку, а меня едва не стошнило от перепада ее настроения. Плохой и хороший полицейский в одном лице.

Меня отвели в большую просторную ванную, отмыли, переодели в такое же коричневое стремное платье с рюшками, волосы намазали какими-то благовониями и заплели в косу, нанесли на мои ссадины мазь, которая как по волшебству полностью излечила их.

Случайно я увидела себя в зеркале, когда проходила по широкому коридору, и не сразу узнала. Какая-то институтка, честное слово…

Меня привели в тот кабинет к профессору в пенсне, чье имя я благополучно забыла.

– Здравствуй еще раз, милая. – Он был более сдержан, но все также лучился добродушием. – Надеюсь, теперь ты готова слушать нас?

– Да, – поддалась я, а внутри меня все клокотало от ярости. Мне срочно надо было найти предлог встретиться с главным, только так у меня будет шанс свалить отсюда.

– Ты здесь, потому что обладаешь некоторыми способностями, – сказал он. – Но объяснять нет смысла, ты и сама знаешь о них. Но эти способности принадлежат не миру людей, а миру магов. Здесь мы научим тебя совладать с ними, дадим в будущем работу и смысл жизни.

– А я про наложницу что-то слышала… – буркнула я, стиснув кулаки.

– Это главное, – расплылся в улыбке профессор. – Нам явилось пророчество: у Повелителя родится ребенок с выдающимися способностями от человеческой девушки, одаренной магическими способностями. Так что после окончания учебы ты станешь наложницей Повелителя. Любая, способная зачать от него дитя, сделает это за год. Так что испытательный срок – год. Если зачатия не произойдет, ты уступишь место следующей. Но не бойся, мы не бросаем наших одаренных. У нас ты получишь профессию согласно твоим способностям и желаниям.

– То есть, я должна стать залож… наложницей вашего главного на целый год и потом в принципе буду не нужна?

– Как же не нужна? Такими ценностями мы не разбрасываемся.

– Ясно. – Я держалась изо всех сил. Спать с каким-то неизвестным мужиком и тем более рожать от него, мне совершенно не хотелось, будь он хоть самый богатый человек на свете.

– Очень рад, что ты все понимаешь. Скоро пройдет твое посвящение, одаренная, где тебе дадут новое имя и новую жизнь, и ты приступишь к обучению вместе с другими. Лина, отведи ее в комнату.

Тетушка кивнула и, прихватив меня за локоть, вывела из кабинета. В комнате нас встретила Сиера.

– Привет, соседка, – улыбнулась она снисходительно. – Присмирела, как погляжу.

Я криво усмехнулась, но, впрочем, плевать, пусть радуется. У меня миссия.

– Присмотри за новенькой, Сиера, – добродушно сказала тетушка, та встала со стула и элегантно поклонилась. – Я пока принесу одежду.

Я вошла и села на ту кровать, где проснулась. Сиера уткнулась в книжку, и какое-то время мы так и сидели молча.

– Слушай, помоги мне немного, – попросила я. – Покажи, что у вас, где находится. Взамен обещаю быть стопроцентной дурнушкой для вашего Повелителя, чтобы ему даже смотреть на меня не захотелось.

Сиера повернулась и глянула на меня с нисхождением.

– Это ты сейчас так говоришь. А после посвящения, у тебя будут совсем другие мысли.

– Почему?

Та пожала плечами и задумчиво нахмурила лобик.

– Потому что поймешь все. Не знаю, как еще сказать.

– Что пойму? Сиера, ты что, не помнишь своих родных? – испугалась я. – Серьезно мозги промыли что ли?

Она усмехнулась, поднялась, подошла и наклонилась надо мной. Ее губы расплылись в улыбке. И я не понимала, издевается она или серьезна.

– Я прекрасно помню, кем была прежде и что делала, – сказала она со снисходительным вздохом, словно я была для нее аборигеном, и она растолковывает мне прописные истины. – С кем жила и о чем думала. Но все это перестало иметь смысл.

– Почему?

– Потому что мы не люди.

– Да как так⁈ – воскликнула я и отодвинулась от Сиеры. – А кто мы, блин, крокодилы⁈

– Скоро узнаешь. Что с тобой, бестолковой, сейчас обсуждать. – Она потрепала меня по щеке, как щеночка какого-то.

Я шлепнула ее по запястью, но в момент удара кожа Сиеры покрылась темной дымкой, и ударилась только я. Она усмехнулась и наконец отошла.

– Идем, соседка, проведу для тебя экскурсию так уж и быть.

– Меня Милана зовут если что, а не соседка.

– Соседка, – ухмыльнулась Сиера. – Пока имя не получишь, так и будешь новенькой, одаренной или соседкой.

Она элегантно пожала плечиком. Я вздохнула и потащилась следом. Впрочем, мне было плевать, как меня здесь зовут. Но надо было разведать обстановку. Мы пошли длинными коридорами, проходили через прозрачные арки-стены, поднимались и спускались по ступенькам, заглядывали в огромные залы и открытые кабинеты.

Сиера болтала без умолку и большую часть слов я пропускала мимо ушей, думая, что же с ней произошло, раз она помнит о прошлом, но безразлична к нему. Я не хотела забывать свои чувства к родным. Не хотела, чтобы и они мучались в неизвестности. Надо было что-то придумать, сделать такое, чтобы эти злыдни отправили меня не в подвал, а к главному.

– А ректор часто приезжает? – спросила я, перебив словесный водопад Сиеры.

– Когда хочет, тогда и приезжает, – пожала плечами она. – У него очень много дел. Он Тень Повелителя. Самый главный после него.

– А где он сидит? Можно к нему как-то записаться на аудиенцию?

Сиера посмотрела на меня как на больную.

– На аудиенцию? Да ты шутишь…

– Нет… я ж не знаю, как тут у вас.

– Про него забудь вообще. И лучше бы с ним не встречаться. К нему попадают только низкосортные.

– Это еще что такое?

Сиера поежилась.

– Те, кто не справляется с учебой или совершает какой-то проступок. Только ректор на личной встрече решает, можно простить ученицу или нет.

– А если не простит, тогда что?

– Тебя отдадут повелителю без обучения.

– И чем отличается? Ну и, если я, например буду сумасшедшая, неужели не боятся? Да и вообще, если не захочу с ним спать?

– Рядом с повелителем у тебя не будет другого выбора. Ты захочешь его, даже если будешь ненавидеть. Но если получится так, что станешь низкосортной, то год повелитель будет посещать тебя в особой комнате-темнице, а потом такие девушки пропадают.

– Вот оно! – не выдержала я и добавила с сарказмом: – И угрозы подъехали! А я все думала, что ж у вас все типа добренькие? Неужели только посиделками в темной комнате все кончится? Но нет, так и знала.

– Тише ты, – устало вздохнула Сиера и потерла глаза. – Не кричи. Не так часто это встречается.

– А как стать низкосортной?

– Ну не знаю… – Нахмурилась Сиера. – Совершить какое-то преступление например…

Я закивала и поплелась следом за Сиерой, раздумывая, что делать. Все выглядело еще сложнее. Мы остановились в парадной, где стояли вдоль стены высеченные из хрусталя статуи. Если разбить их, интересно, можно попасть в список этих вот неудачниц на ковер к главному?

Мне терять было нечего. Я шагнула к статуям.

Глава 8
Посвящение

Я закончил отчет Повелителю, посетил тренировки боевых магов и отправился на встречу с представителями светлых. Надо было определиться с ценами на товары на следующие полгода. Встречались на берегу озера на нейтральной территории под тенью гор, чтобы яркий солнечный свет не мешал темной делегации.

Светлые спустилась на пегасах ровно в указанное время. В разбитом под открытым небом шатре за дубовым столом мы сели обсуждать торговые сделки. Ничего примечательного, обыкновенная рутина. Я руководил делегацией со стороны темных, Крыло Света с другой стороны. Мы определи список товаров и оставили наших представителей разбираться с нюансами, а сами вышли проветриться.

Тень Повелителя и Крыло Света Лурисэль обычно нужны в начале и в самом конце на проверку и подписание договоров, и мы прогуливались по берегу озера. Мы были с ним почти ровесники, вступили в должности одновременно. Оба из семей, пострадавших от затяжной войны, и старались на благо мира, балансируя между общими интересами, личной выгодой и укоренившейся в наших народах многовековой ненавистью.

Но иногда, когда никто нас не видел, мы общались как товарищи, делились проблемами и даже учили друг друга чему-то в пределах разумного, конечно. Вот и сейчас был тот самый спокойный момент, когда мы могли просто поговорить без лишних глаз.

– Я обратился в грифона и показал Пресветлой, – рассказывал Лурисэль, скрестив за спиной руки и вглядываясь в темную гладь мертвого озера. – Однако увы, моих стараний она не оценила.

Он был чуть ниже меня, а его золотистые волосы отросли почти до пояса. Они на удивление очень послушно лежали на плечах. Наверняка не обошлось без особенных магических средств.

– Только дикари вроде темных заключают контракты с неразумными созданиями, да? – усмехнулся я.

Лурисэль вздохнул.

– Дикари, не дикари, а мощности в бою это добавляет, – с раздражением сказал он. – Глупая гордыня.

– Я совсем не против, чтобы ваши не наращивали боевую мощь, – усмехнулся я.

– Кто бы сомневался, – фыркнул Лурисэль, повернулся ко мне и прищурился. – Кстати, до меня дошли слухи, что тебе опять не дали наложницу. И как ты только держишься столько лет? Что за варварский обычай.

– И не говори, – хмыкнул я. – То ли дело служить Пресветлой и днем, и ночью.

Обычно эти слова задевали Лурисэля, и он злился, но сейчас лишь тоскливо посмотрел на меня и вздохнул, прикрыв глаза. Светлые славятся своей непомерной эмоциональной выдержкой и стойкостью. Но сегодня он совсем вышел из роли.

– По правде говоря, я бы не прочь поменяться с тобой местами на год-другой, – вздохнул он. – Пресветлая совсем изменилась. Мне все труднее понимать и удовлетворять ее желания.

– Наверное, когда властвуешь три тысячи лет, случается измениться, – сказал я, а сам подумал, как жаль, что не в лучшую сторону.

– Двадцать наложников, – продолжал сокрушаться Лурисэль. – Кстати несколько из вашей темной братии.

– Кто-то из пленных?

Лурисэль кивнул.

– Думал, все погибли в той стычке.

– Четверо живы. Она заставляет их служить ей в спальне. Зрелище не из приятных…

– Проклятье… – прошипел я и испытывающе бросил Лурисэлю: – Как думаешь, на каких условиях она согласилась бы отдать их?

Тот нахмурился.

– Пока не знаю. Но следи за своими мальчишками, нечего им в дилиарские сады наведываться.

Я вздохнул. Дилиарские сады – одна из нескольких серых зон, где трудятся и наши, и светлые. Это высокогорные плато с плодородной почвой. Но даже в серых зонах есть негласное разделение по территориям. Наших девушек туда не пускают, а вот девы светлых собирают там плоды. И особо пылкие юноши темных магов не прочь любоваться и подтрунивать над светлыми девушками. Иногда, к сожалению, иногда их забавы переходит черту. А светлым только дай повод начать кровопролитие, и они тут как тут. Но я не думал, что наши выжили.

– Да, конечно. Только пойди объясни этим молокососам, что светлые девы не ходят собирать фрукты без конвоя.

Я подумал, что надо ужесточить наказания за нарушения границы, а еще придумать, чем подкупить светлую правительницу, чтобы вернуть своих.

– Если узнаешь, что ей нужно, дай знать, – произнес я, – и… проследи, чтобы не убила их и не покалечила.

– В прошлый раз ты же моих сберег, – кивнул он, – только чтобы никто не знал.

– Разумеется. Ну что, полетаем? – спросил я, разминая шею. Пока мы вдалеке от глаз подчиненных можно на какое-то время забыть о формальностях и правилах поведения.

* * *

Я подошла к статуе, погладила гладкую блестящую поверхность и толкнула ее. Как я и думала, она оказалась легкой, покачнулась и полетела на пол. Вот только пола не достигла – темная упругая дымка окутала ее и вернула на место. Я обернулась. Позади стояла Сиера и элегантно водила пальцами в воздухе, словно дирижировала невидимым оркестром.

– Я конечно, могла бы сделать вид, будто ничего не вижу, но ведь и мне достанется потом от декана, – лениво зевнула она. – Не делай глупостей, соседка.

Я скрипнула от обиды зубами и быстро огляделась, подумав, что для пакостей лучше ходить без соседки. Можно, конечно, попробовать бежать, но куда? В груди больно сжалось. Я с трудом представляла, сколько прошло часов, но наверняка дома уже утро, бабуля точно писала мне, ее скорее всего, забрали на операцию… Боже, как же было страшно за нее.

А еще Ванилька! Она ходит одна по квартире. Сухой корм точно уже съела, вода наверняка закончилась. Этот милый пушистый комочек… Мы взяли ее, чтобы сохранить жизнь, а в итоге заперли без еды и воды. Продержится ли она неделю, пока бабуля будет в больнице? И что будет с бабушкой, когда она поймет, что я пропала? А с папой? Он и так винит себя за наши беды…

От бессилия и отчаяния на глазах навернулись слезы. Но я поклялась придумать, что-то сделать. А для этого мне надо было, по крайней мере, знать, где можно найти проход в мой мир. Но Сиера отказалась показывать мне то место и отвела обратно в комнату. И едва я села на кровать, к нам вошла Лина.

Я как во сне слушала наставления тетушки о распорядке дня, смотрела, как она вешает в шкаф одежду, а сама сжимала в руках телефон. Оставалось тридцать процентов. Связь, очевидно, не ловила, поэтому я включила режим полета и энергосбережения.

– И это надо будет выкинуть, – сказала Лина, и я поняла, что она смотрит на телефон.

– Мои родные… – жалобно произнесла я. – Мне бы хоть весточку им подать.

– Они переживут, – улыбнулась тетушка. – Людишки быстро свыкаются с потерями, жизнь-то короткая.

– Людишки? Так и я человек! – выпалила я, уставившись на Лину с ненавистью.

– Ты одаренная, и скоро станешь одной из нас.

– И чем же, людишки, от одаренных отличаются? Если нет магии, то и нормальной жизни не достойны? – продолжала злиться я.

– Ах, что ты… Я не это имела в виду, милая. Все достойны. Но жизнь людей коротка и суетлива, не то что у нас магов.

Я отвернулась. Слышать ничего не хотелось. И тут в комнату вошла пожилая женщина в темном платье.

– Лина, пора.

– Ох как же так, уже? Собирались же завтра…

– Нет, Лина, сейчас.

– Идем, одаренная, – пробурчала Лина и, подхватив меня под руку, потащила.

Я прижала телефон к груди, но его вырвали и бросили на кровать.

– Тебе это сейчас не нужно.

– Только не выкидывайте его, я потом… Сама. – Я глянула на Сиеру, с ужасом представляя, что она может решить навредить мне, спрятав или разбив телефон.

– Я присмотрю за ним, не бойся, – сказала она, будто даже без намека на подвох.

На душе чуточку полегчало.

– Куда мы идем? – спросила я тетушку.

– Посвящение, – шепнула она и приложила палец к губам.

Тревога заставляла сердце колотиться быстрее. Мы прошли по каким-то коридорам и спустились на три этажа вниз. Там в просторном зале с темными графитовыми стенами собралась целая толпа. Какие-то мужики в длинных расшитых золотом одеждах с посохами в руках, несколько строго одетых в черные платья женщин, и уже знакомый зам декана в пенсне. Посередине зала стояла купальня с пузырящейся водой. Сделалось жутко, я попятилась.

Двое мужиков, которых я приняла сначала за статуи, подхватили меня под руки и повели к этой «купели».

– Не надо, – шептала я и дергалась скорее в бессилии, чем с какой-то надеждой. Их было слишком много. – Пожалуйста, что вы делаете?

Мужики с посохами вдруг одновременно подняли руки и забормотали хором. Из бурлящей воды показался фиолетовый кристалл-ромб с идеально ровными и блестящими гранями. Хор продолжал бормотать, а кристалл все поднимался в воздух. Водная поверхность стихла, но лишь до тех пор, пока на поверхности кристалла не начали сверкать искры, которые собирались в маленькие молнии и ударяли в воду. Вода вновь забурлила, заискрила, засветилась голубым.

– Нет, только не это, – бормотала я, вспоминая совсем не к месту сказку о коньке-горбунке, где Иванушка нырял в котел с кипящим молоком.

Я сосредоточилась, пробормотав скороговорку про кота, чтобы лучше контролировать тени, но браслет опять замерцал, впитывая магию, и ничего не получилось. Тогда я просто перестала идти и безвольно повисла на руках чокнутых сектантов, чтобы хотя бы усложнить им задачу. Сердце стучало так, словно сейчас пробьет грудную клетку и выскочит на пол, лишь бы не участвовать в этом ужасном шоу. От страха стало знобить.

Меня тем временем подтащили к бортику купальни. Воздух сделался легким, какой бывает после грозы от избытка озона, тело пощипывало, волосы электризовались. А две женщины в черных платьях принялись раздевать меня.