Текст книги "Попаданка в академию темных (СИ)"

Автор книги: Элина Амори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 37
А если не человечка?

Руфус

Я не мог понять, зачем Повелитель соизволил явиться в мой рабочий кабинет. Но Аэлита была здесь, и я обязан был защитить ее любой ценой. Я сделал несколько глубоких вдохов, выпрямился и отошел от девушки на приличное расстояние.

– Если я накричу на тебя, не пугайся, – тихо попросил я ее. – Это крайняя мера, и только чтобы спасти тебя.

Она кивнула, обхватив себя за плечи, и вся съежилась. Ее трясло. Даже без нашей истинности я понял бы, как ей страшно. Но так я чувствовал страх всей душой.

– Руфус! – проревел Повелитель, вплывая в кабинет на своем «дорожном» троне. – Почему светлые еще не захлебнулись собственной кровью после того, что натворили⁈ Чего ты ждешь…

Он осекся, заметив съежившуюся Аэлиту.

– Что моя наложница делает в твоем кабинете⁈ – его голос звучал негромко, но воздух задрожал от исходящей угрозы.

Аэлита еще сильнее задрожала, сгорбилась, а я изо всех сил подавил в себе желание рявкнуть на это чудовище на троне в ответ.

– Мне доложили о некоторых проблемах в учебе этой особы. Поскольку я не могу отлучаться в академию, я вызвал ее к себе, – произнес я невозмутимо.

И мне не было стыдно лгать, глядя в глаза Повелителю. Я больше не чувствовал себя обязанным ему. Вот так, запросто, моя клятва испарилась, растворилось все, чему меня учили и чем пугали. Я больше не желал быть его верным слугой, не видел в этом чести. И сейчас, стоя перед этим существом, утратившим человеческий облик, я вспоминал слова генерала.

– Какие еще проблемы⁈ – Повелитель на троне подлетел к Аэлите и легонько толкнул ее в плечо босой ногой. Она пошатнулась, но тут же склонилась в почтительном поклоне.

Меня затрясло от ярости. Я едва сдержал порыв кинуться к ней. Нет. Так я только наврежу, надо держаться.

– У нее проблемы с контролем над тенью, Повелитель, – сказал я и решил проверить одну мысль.

Подошел к склоненной Аэлите и, прямо на глазах Повелителя, взял ее за руку, делая вид, что для меня это не имеет значения. Я расстегнул и снял браслеты с ее запястий.

– Они сдерживают магию. Поэтому она не смогла защититься во время нападения. Для наложницы и будущей супруги Повелителя это недопустимо. Мало ли что может случиться. К тому же, это недостойно ее статуса. Покажи, Аэлита, почему на тебя надели эти браслеты. Не стесняйся.

Я отошел и поднял взгляд на Повелителя. Тот хмуро смотрел на меня. подозревал меня в чем-то. Я чувствовал это. И теперь все зависело от Аэлиты. Если она покажет, если докажет свои проблемы с контролем, у нас будет алиби. Если нет…

Я не успел додумать мысль, как тень вырвалась из Аэлиты, отбросив меня на шаг назад. Но не только меня. Трон Повелителя отлетел к стене, и я услышал глухой стук его массивной спинки о каменную кладку.

Тьма поглотила кабинет, поползла в коридор – густая, словно смола, она мешала двигаться, не давала вздохнуть. Мощная, всепоглощающая, вездесущая. Она была куда сильнее, чем я видел ее в мире людей. Здесь, на земле магов, она оказалась стократ мощнее.

Я чувствовал, что даже мне будет нелегко ее подавить. И тут услышал хриплый кашель Повелителя и его вопль:

– Надень на нее браслеты! Немедленно!

Он рассеял тьму, но не полностью. Стало лишь немного легче дышать и двигаться. Я приблизился к Аэлите и, нащупав ее запястья, быстро защелкнул браслеты. Тьма растворилась.

– Как видите, проблема серьезная, – сказал я, а Аэлита, тяжело дыша, опустилась на пол.

Я готов был поклясться, что она выплеснула всю свою ярость и ненависть к Повелителю. И, похоже, это напугало его самого, потому что он не подлетал ближе, оставаясь в своем троне у стены.

Вот только было ли это хорошо?

– Этого не может быть, – прошипел он, с ненавистью глядя на Аэлиту. – Кто эта девчонка? Люди не рождаются с такими способностями! Это невозможно.

– Вполне справедливо, Повелитель, – согласился я, решив ухватиться за его же подозрения. – Возможно, произошла какая-то путаница. Я обязательно во всем разберусь. Но оставлять такую силу без контроля никак нельзя.

– Выясни все! – бросил он, уже не всматриваясь в меня прищуренным взглядом, а буравя Аэлиту. – Если окажется, что она не одаренная, а маг – убей ее.

От этих предательских слов у меня сжалось внутри.

– Простите, Повелитель, – возразил я. – Но в такое время, когда на пороге новая война, неразумно разбрасываться таким потенциалом. Я обучу ее. Она станет воителем Теней. Войдет в элитный отряд, будет сражаться…

– Молчать! – рявкнул он. – Женщина в боевом отряде? Ты в своем уме, Руфус⁈

– А вы предлагаете уничтожить такой дар? – не выдержал я. – Сколько крылатых жизней она может унести уже сейчас⁈ А вы приказываете мне собственными руками убить потенциального воина?

И лишь когда последние слова сорвались с моих губ, я понял, что совершил роковую ошибку.

– Ты оспариваешь мои приказы, Руфус? – вкрадчиво произнес Повелитель. Его тени-щупальца угрожающе взвились в воздух.

Я вздохнул и поклонился, как подобает. Хотя я не был уверен, что у меня получится, но ради Аэлиты я должен был стараться. Иначе ошибка будет стоить жизни не только мне, но и ей.

Я вытянулся в струнку перед ненавистным правителем, собрал всю свою выдержку и произнес четко и спокойно, глядя ему прямо в глаза, чтобы он видел в них искренность и преданность:

– Простите меня, Повелитель. Я был впечатлен увиденной мощью и уже составил в уме план возмездия светлым с помощью этой, на вид хрупкой и невинной, девушки. Они ничего не заподозрят! Возможно, даже возьмут ее в плен, и тогда она устроит диверсию прямо в стане врага! – Я говорил единственное, что могло его подкупить, и каждое слово давалось мне с невероятным трудом. – Прежде чем они что-то поймут и сумеют ее устранить, эта девушка прольет реки крови светлых!

И взгляд Повелителя изменился. В нем вспыхнула жадность, а губы расплылись в хищной улыбке.

– А ты молодец, – прохрипел он, облизнувшись. – Мне нравится твой план. Узнай о ней все, и если она окажется магом, обучи ее и пошли к светлым! А если она всего лишь человечка… я жду ее у себя в спальне. Если не забеременеет в течение года, тогда все равно отправляй ее к врагу!

Меня передернуло от отвращения. Аэлита, сидя на полу и обхватив себя руками, мелко задрожала. Повелитель больше не заботился о своих людях, он растерял всякое сострадание и видел в нас лишь инструменты для своих амбиций.

– Молодец, Руфус, – усмехнулся он еще раз и выплыл из кабинета.

Я дождался, когда он скроется из виду, подошел к Аэлите, наклонился, взял ее за руку и помог подняться. Она была бледна и смотрела на меня широко раскрытыми от ужаса глазами.

– Не бойся, милая. Я сказал это, чтобы выиграть время. Я не допущу ничего из того, что он наговорил, – тихо прошептал я, понимая, что приму предложение генерала. – Но тренироваться мы начнем уже очень скоро.

Глава 38
Тренировки

Аэлита

Меня еще долго трясло от страха после возвращения в комнату. К счастью, вскоре пришла Лина с успокаивающим отваром.

– Ну как ты, милая? – присев на край кровати, спросила она. – Что господин Архейм сказал?

– М-мы будем тренироваться, – пробормотала я. – Он станет учить меня управлять тенью.

– О-о-о… – протянула Лина. – Такого прежде не было. Но это же хорошо! Тебя ведь не осудили.

Мне ужасно хотелось рассказать ей о словах Повелителя, но Руфус велел молчать, и я просто бросилась в ее объятия. Чувствовала я себя не просто потерянной – будто весь мир ушел у меня из-под ног.

Хотелось верить Руфусу, моему истинному. Но как он собирается спасти меня от самого Повелителя? Неужели бросит ему вызов? А если все-таки бросит?

Меня снова затрясло. Повелитель – сильнейший маг Теней, нам об этом твердили на занятиях. Да и у всех высокопоставленных магов на сердце есть печать, не позволяющая причинить вред своего главному. Выходит, если Руфус бросит вызов – он умрет? Значит, он задумал что-то другое?

Спрячет меня? Позволит сбежать, как когда-то моя мама? Но ведь ее нашли…

К счастью, отвар подействовал. Тревога отступила, и меня стало клонить в сон.

Утро началось как обычно: завтрак, потом занятия. Девочки наперебой расспрашивали о визите к ректору. Подробностей я сказать не могла, но все впечатлились, что он лично возьмется за мое обучение. Да что там – вся академия, казалось, стояла на ушах! Когда вечером явился Руфус, и меня сорвали с последнего урока, из окон корпуса за нами наблюдали, наверное, все студенты.

– Не показывай на людях, что между нами что-то есть, – тихо сказал Руфус, снимая с моих запястий браслеты.

– А между нами что-то есть? – попыталась пошутить я.

Он усмехнулся, подмигнул и отошел.

– Итак, Аэлита, – начал он строго. – Твоя задача – научиться сдерживать тень. Для начала просто не дай ей себя задушить.

Его лицо не выражало той нежности, что бывала в его глазах, когда мы оставались наедине.

– Не жди, что я все сделаю за тебя, – сказал он сурово. – Я здесь лишь для того, чтобы ты не убила других студентов. Ты должна сама научиться контролю – это может спасти тебе жизнь. Начинай!

Я отпустила свои тени. Они вырвались наружу, будто только и ждали этого. Густые, черные, бесформенные, пропитанные силой. Я по привычке испугалась – и будто почуяв страх, тени обволокли меня, словно смола. Пропали звуки, ощущения, воздух. Я бы упала, если бы не увязла в этой густой тьме.

И тут я вдруг подумала о маме. Если во мне есть эти способности, если я могла использовать их для защиты в мире людей – значит, это ее наследие.

Страх отступил, но сконцентрироваться не получалось. Воздуха не хватало, я начала задыхаться. Вдруг тьма вокруг слегка расступилась, стала менее плотной. В легкие хлынул воздух. Крепкая рука схватила меня и потянула вверх.

– Борись, Аэлита! Давай же! – донесся голос Руфуса.

Потом он отпустил – и тьма снова сомкнулась, перекрывая воздух.

Я честно пыталась, но страх смерти настигал раньше победы. Когда тень наконец рассеялась, я просто свалилась на траву полигона без сил. Руфус подошел, защелкнул браслеты на моих запястьях и произнес:

– Ты молодец. Не сдаешься и не плачешь. Продолжим, как только у меня будет время.

Он поднялся и ушел, оставив меня на подбежавшую Лину.

– Милая, я помогу тебе! – кричала она еще издалека. Присев рядом, с восторгом зашептала: – Наш ректор просто невероятный! С какой легкостью он справляется с твоей тенью! Я помню, сама не могла пошевелиться… Слушай его и старайся изо всех сил – у тебя лучший учитель!

Я хотела возразить, что советами он не балует, но сил не осталось. Еле доплелась до комнаты и, не выучив домашнее задание, отрубилась.

С тех пор Руфус приходил почти каждый день. Я ждала этих занятий и одновременно боялась их. Ждала – чтобы увидеть его, хоть на миг почувствовать его тепло. Боялась – потому что тренировки давались невыносимо тяжело. Руфус лишь страховал меня, чтобы я не погибла от своей же силы, и больше ничего.

– Ты должна сама подавить свою мощь, – твердил он.

Я вздыхала и снова падала на траву, придавленная собственной магией.

– Мы занимаемся месяц, а прогресса нет, – констатировал он, поднимая меня за руку в очередной раз. – Думаю, стоит попробовать кое-что другое.

– Что? – бессильно спросила я, глядя в его красивое мужественное лицо.

– Попробуем в воде. Она сама по себе – сдерживающий фактор. Возможно, тебе будет проще.

Я кивнула. Хотелось научиться контролю во что бы то ни стало.

Руфус вдруг улыбнулся и быстро отвел взгляд.

– Что ж, – хрипло произнес он, будто я согласилась не на тренировку, а на ночь любви. – Я все подготовлю и призову тебя. Ночью.

Я даже рот открыла от удивления.

– И никому не говори, – добавил он. – Бурная река не подходит, нужно особое место. А наложнице Повелителя туда вход воспрещен.

Я серьезно кивнула.

– Ступай на занятия. – Руфус развернулся и ушел.

Следующие два дня прошли как на иголках. Сегодняшней ночью я не могла застнуть, все гадая, куда он меня позовет. Ведь ночью, вдали от чужих глаз, мы наконец сможем спокойно поговорить. Я спрошу его о маме… Смогу обнять.

Обнять своего ректора. Я усмехнулась и покачала головой. С ума сойти, что со мной творится. Но, пожалуй, Лина была права – нужно принять новую жизнь такой, какая она есть.

Вернее, почти такой. Быть с этим жирным Джабой я не буду никогда. Лучше смерть, чем его омерзительное тело!

– Аэлита, – вдруг донесся голос Руфуса.

Я ощутила, как пространство сгущается темнотой. Подскочила с кровати и впотьмах столкнулась с ним, едва не упав. Он перехватил меня за талию и прижал к себе.

– Родная… – теперь его голос звучал иначе – не спокойно-официально, а взволнованно, дрожаще, с придыханием.

Я прильнула к его груди, слушая гулкий стук сердца.

– Я ждала тебя, – прошептала я. – Нам обязательно идти сразу? Не можем немного побыть здесь?

– Лучше сразу там, – сипло ответил он.

– А куда мы идем?

– В мои покои, – сказал он.

И я ощутила, как он наклоняется, касаясь губами моей шеи.

Глава 39
Начало конца

Руфус

Я перенес Аэлиту сразу к себе в купальню, где заранее все приготовил: выставил барьеры и насытил пространство вокруг комнаты тенями. Никто обычно не заходит в мои покои, но я не хотел рисковать, так что обезопасился максимально.

Вот только я и не предполагал, какая это будет пытка. Аэлита в моих покоях – словно кролик в логове пантеры. Она стояла здесь, такая беззащитная, открытая… почти моя. Мне стоило лишь протянуть руку, прижать ее к себе…

Но я перенес ее сюда для другого. Я должен был помочь ей научиться управлять тенями. Иначе она не сможет себя защитить. Повелитель испугался ее силы, увидел в ней угрозу. Я никогда не видел, чтобы он так паниковал. Всегда насмешливый, самоуверенный, он выскочил из моего кабинета, словно ошпаренный.

И его приказ… Убить женщину? Молодую, полную сил, его собственную наложницу. Насколько же она должна была напугать его?

Но даже мысли о Повелителе не отрезвляли. Я вел Аэлиту за собой к бассейну, и мое тело трепетало от предвкушения.

– Заходи в воду, – произнес я хрипло. Голос не хотел мне повиноваться.

– Руфус… Господин Архейм, мне придется нырять? – пробормотала растерянно моя птичка.

– Здесь говори свободно, – сказал я, выдавливая из себя последние капли достоинства и серьезности.

Я сбросил верхнюю одежду, чтобы она не мешала, и прыгнул в бассейн. С этого края вода доходила до пояса. От нее поднимался пар – естественные термальные источники питали ее.

Аэлита свесила ноги, опустив их в воду, потом сползла вниз.

– Как тепло, – улыбнулась она.

– Тепло, – согласился я.

Она тоже спрыгнула. Ее ночная рубашка моментально намокла. Наказание мое… Я вздохнул, призывая на помощь всю свою выдержку. Я соблюдал целибат, веря, что так должно быть, но этой веры больше не осталось. Осталась только Аэлита. Моя истинная. Та, к которой меня тянуло, как притягивает железо к магниту.

Почему я должен сдерживаться? Почему мне нельзя показать ей свою любовь?

– Мне можно начинать? – тихо спросила Аэлита.

Начинать? Конечно, можно начинать. Я готов прямо сейчас…

– Если ты готова, – пробормотал я, понимая, что и мои слова звучат неоднозначно. Или в моей голове любое слово теперь будет звучать с подтекстом?

– Готова, – протянула она мне руки с браслетами, чтобы я снял их. О, я снял бы с тебя сейчас не только браслеты, милая Аэлита…

Браслеты щелкнули. Аэлита зашла подальше в воду.

– Что мне делать?

– Умеешь лежать на спине? – спросил я, наконец собравшись с мыслями.

– Наверное.

Мы зашли поглубже, где вода доставала ей до подбородка.

– Отпусти себя, позволь телу расслабиться, – сказал я, поддерживая ее за плечо, когда она оттолкнулась от дна и легла на воду.

Ее рубашка безнадежно промокла, просвечивала и облегала тело так плотно, будто она и вовсе была без одежды. Здесь было сумрачно, но мне не нужен был яркий свет, чтобы видеть: две прелестные груди с торчащими сквозь ткань напряженными сосками, ее плоский животик, округлые бедра…

– Что теперь? – спросила Аэлита, и я отступил, впившись пальцами в собственное плечо.

– Выпускай тени, – ответил я хрипло, ругая себя за дурные мысли.

Аэлита шумно выдохнула, и тени вырвались на свободу, захватив все пространство вокруг, сковав и меня, и воду, и ее саму.

Я считал секунды, чтобы дать ей время разобраться с собственной силой. Досчитал до сорока. Достаточно. Иначе ей станет страшно, а это уже делу не поможет.

И только я собрался рассеять ее тени, как почувствовал – в воде их сила слабеет.

Неужели сработало? Так быстро? Еще немного, надо дать еще немного времени…

Прошло еще десять секунд, и я развеял тени. Аэлита ушла под воду с головой от внезапной потери напряжения теней, я подхватил ее, вытащил. Она тяжело дышала, судорожно цеплялась за мои плечи, заставляя думать совсем не о тренировках. Маленькая наивная злодейка, которая и не знает, что со мной вытворяет…

– Все хорошо? Не нахлебалась воды? – Я погладил ее по спине.

– Нет! – воскликнула она неожиданно громко. – Я почувствовала это, Руфус!

Она вскинула голову, ее щеки горели, глаза восторженно блестели.

– Я ощутила это! Чуть-чуть, но все-таки… Я попробую еще!

С азартом на лице она отступила в сторону, снова легла на воду, прикрыла глаза. Я улыбался ее непосредственной радости и тоже загорелся любопытством – получится ли у нее обуздать тени.

И вот раз за разом, попытка за попыткой. Аэлита вымоталась, устала, пару раз нахлебалась воды, но упорно пробовала снова и снова. И у нее получалось. В глубине бассейна, там, где тени пронизывали воду, она смогла взять над ними контроль. В воздухе все еще не выходило – их густота была сродни смоле. Но в воде они начали подчиняться ей.

И вот Аэлита, обессиленная, повисла на мне, обняв руками за шею и прильнув щекой к груди. Я нес ее к бортику, поглаживая ладонью по спине.

– Ты молодец, постаралась. У тебя все получится, – бормотал я, ощущая неистовый жар в груди, тугой ком внизу живота и болезненное напряжение. Для меня эта тренировка была едва ли не самым тяжелым испытанием.

– Спасибо, что возишься со мной, – пролепетала она сонно, когда я усадил ее на бортик и запрыгнул сам, сев рядом.

Бедняжка, совсем вымоталась. Я откинул ее волосы с лица, погладил по щеке. Она подняла на меня доверчивые глаза. Ее алые, сочные губы призывно приоткрылись, и это стало последней каплей.

Я наклонился. Прильнул к ней в желанном, страстном, невыносимо сладком поцелуе.

Аэлита охнула, простонала мне в губы. Но то ли так устала, что не могла сопротивляться, то ли и сама хотела этого, но она не оттолкнула меня.

Ее губы были мягкими, податливыми, сладкими, как запретный плод. Ее тихий стон отозвался в моей груди болезненным томлением, пронзил все мое существо. Я притянул ее ближе, чувствуя, как под тонкой мокрой тканью трепещет ее сердце. Я забыл обо всем на свете. Была только она и всепоглощающая тьма желания.

А еще в этом поцелуе было признание. Мы оба окончательно сбросили маски, доверившись древней магии истинной любви.

Наше проклятие и благословение. Она избрала нас, и мы оба это знали. Каждое ее смущенное касание, каждый мой украдкой брошенный взгляд был ее отголоском. Но этот поцелуй разрушил все барьеры.

Я притянул ее ближе, уже не борясь. Зачем? Бороться с судьбой, все равно что пытаться остановить извержение вулкана. Ее сердце билось в унисон с моим – ровный, властный ритм магии, сильнее любых клятв и запретов.

Я опустил ее на пол, осторожно придерживая под затылком, увлеченный ее сладкими стонами, ее трепетным телом, горячим дыханием. И в этот самый миг совершенства, когда мир сузился до точки соприкосновения наших тел, меня настигло осознание.

Магия избрала ее для меня. Но в глазах остальных, она все еще наложница Повелителя. Его собственность, инструмент. И если хоть один слух, одно подозрение, одна тень ревности упадут на нее из-за этой связи… Повелитель не станет разбираться в тонкостях высшей магии. Он увидит предательство. А предательство наложницы карается жестоко.

Я оторвался от ее губ, сел.

Аэлита вздрогнула. В ее широко открытых глазах не было обиды. Она тоже чувствовала, как наша магия ликует, сплетая нас воедино, и как вслед за этим по спине пробегает холодок смертельной опасности.

– Руфус… – прошептала она.

– Тише, – выдохнул я, и мой голос звучал сдавленно. – Пока мы не можем…

Она медленно, будто в трансе, кивнула.

– Что нам делать? – прошептала она.

«Нам». От этого слова у меня по спине пробежали мурашки, внизу все заныло от перенапряжения. Как жестоко обошлась с нами судьба… Мы были «нами» только здесь, в этой купальне, спрятавшись от лишних глаз. За ее пределами мы должны снова стать Тенью Повелителя господином Археймом и Наложницей Повелителя. Учителем и ученицей.

– Я обязательно что-то придумаю, – прошептал я хрипло и подал ей руку. – Мы с тобой будем вместе.

«Или умрем», – подумал я уже про себя.