Текст книги "Брошенная в тайге (СИ)"
Автор книги: Елена Тюрина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава 21
Теперь Юля регулярно встречалась с адвокатом. Ей сообщили, что на её рубашке было обнаружено пятно от кофе, в котором содержалось снотворное. Значит, кто-то на самом деле подсыпал ей что-то. Даже не кто-то, а точно сам Матвей – решила она.
Юрий Суханов заехал к ней домой, чтобы обсудить новые подробности по делу. Они сидели в кабинете Юлиной мамы, ставшем в последнее время кабинетом Матвея Бреднева.
– Следователь Ерухимович предоставил мне выписку по звонкам. В тот день Матвею звонили три номера, – рассказал адвокат. – Два – деловые партнёры, разговор с ними записан, ничего подозрительного. Третий номер – предоплаченная сим-карта, купленная за неделю до событий. Звонок длился пятьдесят две секунды.
– И кто владелец? – спросила Юля.
– Карта активирована по утерянному паспорту. Личность человека установили. Это пенсионер. Он сказал, что паспорт потерял. Но есть одна деталь… – адвокат достал распечатку. – Базовая станция, через которую шёл сигнал, находится в пятнадцати километрах от места, где нашли машину. То есть звонящий был где-то рядом.
– А сам пенсионер? Тот, чей паспорт использовали. Его допрашивали? – уточнила Юля.
– Да. Николай Петрович Гусаков, семьдесят два года. Живёт один в хрущёвке на окраине. Говорит, что паспорт потерял в июне. Заявление в полицию подавал. Ничего подозрительного в его поведении не заметили.
– Но кто-то же нашёл этот паспорт и использовал. Может, стоит проверить, не связан ли он с Матвеем как-то? Через родственников, знакомых? – спросил Илья.
– Полиция получила доступ к финансовым операциям Матвея Бреднева за последний месяц.
– И?
– У Матвея большие долги. Он взял несколько кредитов под залог вашего совместного дома. А вы – единственная, кто мог бы этому помешать.
Юля закрыла глаза. Всё складывалось в ужасающую картину. Долги, новая жена, претендующая на имущество…
– А можно сделать биллинг телефона, с которого ему звонили? – уточнил Илья.
Суханов покачал головой:
– Биллинг не даст ничего нового. Карта активирована, совершён один звонок Бредневу, и всё. Больше по ней никакой активности. Типичная «одноразовая» связь.
– Получается, никаких зацепок, – вздохнула девушка.
– Почти. Когда вы ехали по трассе, ещё не через лес, Юля, вы видели заправку?
– Да, видела.
– Камеры на заправке зафиксировали серебристый седан как раз примерно в то время, когда вы двигались в направлении леса. Его водитель попал на камеры, но личность его установить невозможно. Кепка, тёмные очки, толстовка оверсайз… Даже не понять, мужчина это или женщина.
– И что это даёт? На заправку заезжают сотни людей в день.
– Да, но полиция уже пробила номер. Машина зарегистрирована на фирму вашей мамы.
Он показал размытое, нечёткое фото с камеры заправки.
– Так это машина мамы, – воскликнула Юля.
– Кто мог воспользоваться ею?
– Я понятия не имею, ведь в последнее время там заправлял всем Матвей.
– Допрошены все сотрудники, включая водителей, продавцов, управляющих, короче весь персонал сети магазинов «Дама с камелиями». Никто не брал машину, кроме самого Матвея Бреднева. Однако он в тот день был с вами на своём авто.
– Никто и не мог взять эту машину. Она обычно стояла в гараже дома. Гараж встроен в дом. В нём помещается две машины – моя и мамина. Свой автомобиль Матвей обычно ставил во дворе под навесом.
Илья посмотрел на часы и понял, что пора бы выгулять Яру. Извинившись, он оставил Юля наедине с адвокатом и спустился вниз. Собака сразу оживилась, запрыгала вокруг в предвкушении прогулки. Они вышли во двор и прошли за ворота. Там, на другой стороне улицы имелся отличный пустырь, как раз для прогулок.
Илья стоял и наблюдал за тем. Как Яра решает свои дела и обнюхивает каждый кустик, когда к дому подъехало такси. Алиса, наверное, откуда-нибудь вернулась. Она периодически где-то пропадала. Работала, наверное.
Он отвернулся и снова устремил всё своё внимание на собаку. Слышно было, как машина отъехала от ворот дома. А потом стук каблуков, звук, будто кто-то споткнулся и женский голос:
– Вот чёрт!
Илья обернулся и обнаружил покачивающуюся Алису Викторовну. Она шла к воротам такой странной походкой, что чудом не ломала каблуки. Казалось, она вот-вот упадёт. Пьяна, что ли? Илья едва успел подойти и подхватить её в тот самый момент, когда она перецепилась через плитку, которой был выложен двор. Алиса буквально повисла на нём, обвив шею.
– Ну наконец-то осмелел… – хрипло пробормотала она.
– Ничего себе, – нахмурился Илья, понимая, что её надо увести до того, как Суханов будет уезжать. – И где ты так напраздновалась?
– Да какая разница, – она небрежно махнула рукой.
Другая её рука, украшенная золотыми кольцами, всё также цеплялась за Илью. И надо сказать, нарощенные ногти царапали кожу через футболку весьма ощутимо.
– Ты крутой мужик… Зачем тебе эта девчонка? – прошептала она ему прямо в губы.
Он попытался отстраниться, но Алиса висела на нём цепко.
– Вы, Алиса Викторовна, пьяны, вам проспаться надо, – констатировал Илья.
– Пойдём ко мне. Отведи меня. Я сама не дойду. Можешь отнести.
– Нет уж, увольте. Дойти помогу, а на руках носить мне есть кого.
Он помог ей подняться на крыльцо, после чего они буквально ввалились в дом. Поднимаясь вместе с ней по лестнице, Илья всю дорогу отбивался от её рук, пытавшихся схватить его то за задницу, то за пах.
– Какой же ты классный, и пахнешь обалденно, – она потеряла равновесие и ткнулась ему носом прямо в грудь.
– Так, ну в комнату я помог подняться. Дальше сама.
– А раздеться поможешь? – Алиса на ходу скинула жакет и швырнула его на пол, оставаясь в узкой юбке и рубашке. Резко потянула края рубашки в стороны, и пуговицы посыпались на пол, открывая вид на её затянутую в кружево грудь. – Ну, куда ты собрался? Дурак, что ли? Баба сама тебя в постель тащит, а ты от меня как от прокажённой шарахаешься.
На лице Ильи ясно читали презрение и брезгливость. Вспомнились годы учёбы в университете, когда девчонки, завидев высокого парня в форме, готовы были на всё.
– Ну, иди сюда, не притворяйся импотентом. Ты ж нормальный мужик, здоровый, а значит, всегда хочешь.
Она потянула его к себе и сама чуть не полетела на пол. Илья успел поддержать её, но Алиса вдруг толкнула его на кровать и упала сверху. Его буквально окатило ароматом её духов. Первой реакций было желание как можно скорее сбросить с себя змею. Но по отношению к даме это были бы не вежливо. Алиса покрывала его быстрыми поцелуями, пытаясь проникнуть руками ему под одежду, пока он с тем же упорством пытался не дать ей это сделать. Наконец Илья сумел оттолкнуть её. При этом она упала на колени на пушистый ворс ковра, и вцепилась в его штаны, пытаясь их стянуть. У неё это даже почти получилось. Спортивки чуть съехали и под ними показались чёрные боксёры. Илья вскочил на ноги. Судорожно натягивая штаны, он напоролся на взгляд поражённо застывшей в дверях Юли. Не говоря ни слова, она вдруг развернулась и побежала прочь. Отталкивая Алису и почти спотыкаясь через неё, он ринулся следом.
В школе, в универе, да везде, в принципе, он был одним из лучших по физподготовке, бегал всегда быстрее всех, но Юлю не догнал, она успела заскочить в машину отъезжавшего уже почти Суханова. Сориентировалась. Илья пока выгнал бы со двора свою Ниву, не догнал бы. Он начал ей звонить, но телефон сначала не отвечал, а потом стал недоступен. Куда она могла податься? Никуда. Ей некуда деться кроме этого дома. Так что точно вернётся.
Илья пошёл обратно. Сел на кухне, стал снова и снова звонить ей и писать сообщения. Глупо было говорить, что она всё не так поняла. Но ведь по сути это так и было. Алиса из своей комнаты не высовывалась.
Примерно через час Илье позвонил адвокат Юрий Суханов и сказал, что Юля у него в офисе, плачет и вообще находится в не очень адекватном состоянии. Илья помчался туда.
При виде заплаканной Юли его сердце сжалось. Ему захотелось прижать её к груди, успокоить, объяснить всё. Но она была похожа на ощетинившегося ёжика.
– Предатель! – в сердцах выпалила она при виде Ильи. – Я никуда с тобой не поеду.
– Юль, я понимаю твои чувства. Но давай попробуем поговорить. Или давай, я хотя бы отвезу тебя домой.
Ему не хотелось выяснять отношения при адвокате. Илья сам чувствовал себя физически плохо от того, что невольно причинил такую боль своей девочке. Он мысленно проклинал Алису и свою неуместную галантность. Чёрт его дёрнул помогать ей! Невинная помощь превратилась в источник серьёзного конфликта в их отношениях с Юлей. Какая-то драматичная ситуация из любовного романа, ей богу! Но как донести до Юли, что всё это яйца выеденного не стоит? В её глазах он изменник, предатель, навсегда потерявший её доверие. Илье было ужасно обидно, что так нелепо всё получилось. Его вежливость сыграла с ним злую шутку.
После долгих уговоров Юля всё-таки согласилась, чтобы Илья отвёз её домой. Но с условием, что сам он уберётся немедленно. Она заявила, что слушать его не будет. Ей всё равно на все его аргументы, всё, что нужно, она уже увидела.
Девушка вспомнила, что в их первую ночь призналась ему в любви, а он не сказал в ответ, что любит её. Она сказала, а он нет. Юлю очень это задело, когда она потом вспомнила этот момент и обдумала его. Значит она для него просто увлечение. Вот почему он предложил остаться в доме! Ему сразу понравилась эта Алиса! Конечно, она яркая, красивая, очень эффектная. Они с Ильёй даже смотрятся гораздо лучше. Она ему больше подходит, чем Юля.
Ехали они в полном молчании. Юля мысленно накручивала себя, а Илья пытался подобрать слова, чтобы поговорить с ней. Но, видя её состояние, понимал, что она к разговору совсем не готова. Нужно дать ей остыть. Однако оставлять её одну в доме, наедине с Алисой, тоже нельзя было. Что если эта сука наговорит ей гадостей, насочиняет чего-нибудь? Или причинит какой-нибудь другой вред.
Юля сразу поднялась к себе в комнату, а Илья остался сидеть на кухне и думать над тем, что делать дальше, как вернуть доверие Юли. Внезапно на лестнице послышались лёгкие шаги. Он решил, что Юля всё-таки вернулась, с надеждой поглядел на дверной проём, но вместо Юли на кухню вплыла Алиса в лёгком атласном халатике.
– О, я думала тебя всё, изгнали с позором, – заметила она, проходя к чайнику и щёлкая кнопкой.
– Ты ж недавно была пьяная в дрова, – удивился он.
– Ты поверил? Это был спектакль для тебя. Я увидела, что ты там на пустыре один, решила приколоться. Я никогда не напиваюсь. Позволяю себе бокал вина, не больше.
Она повернулась, скрестив руки на груди и опершись бёдром о столешницу, и насмешливо смотрела на него. Пьяной совершенно не выглядела. Как же он, всегда считавший, что хорошо разбирается в людях, этого сразу не понял? Он поднял взгляд на молодую женщину. Красивая, наглая, раскованная, с идеальным личиком, острыми скулами, пухлыми губками. Да она обычная шлюха – осенило Илью. Или того хуже – расчётливая манипулятроша, успешно использующая женские уловки для достижения своих целей. А ведь при первом знакомстве она ему показалась совершенно безобидной и не умной. Но если Алиса способна на подобное, то от него чего угодно можно ожидать. Как бы не оказалось, что она это всё и устроила…
Глава 22
Он окинул Алису Викторовну по-мужски оценивающим взглядом. Красивая, даже породистая, тридцатилетняя женщина. Ни грамма лишнего веса, но при этом весьма сочная фигура. В меру пышные бёдра, грудь тройка, длинные светлые волосы. На такую клюнет любой. Но он женщин подобного сорта на дух не переносил. И дело не во внешности, а в характере, мировоззрении. Для таких как Алиса, тайга – это нечто ужасное, выйти гулять с собакой в дождь – настоящее испытание, каша, приготовленная на костре и ночёвка в палатке – неприемлемо и уныло. Для них куда важнее то, какая у мужчины тачка, в какой ресторан он её повезёт, и сколько денег он готов ей дать. В общем, обычная, посредственная дамочка, мнящая себя красоткой. Таких тысячи и все на одно лицо благодаря современной косметологии и пластической хирургии. Юлькина юношеская девчоночья худоба, короткие волосы, и вспыльчивость ему были куда ближе и милее. Как уютно им было спать в обнимку в домике в лесу… Нет, конечно, он не собирался обрекать любимую на такую жизнь. У его женщины должно быть всё. Но та, что не ценит тебя в таёжной домике, не оценит и в шикарном особняке. Удивительно, как при всех возможностях её мамы Юля осталась такой неиспорченной. Видимо, её мама была очень хорошим человеком и смогла достойно воспитать дочь.
Илья молча смотрел на Алису, ощущая, как внутри него закипает ярость.
– Спектакль? – его голос прозвучал тихо, но с такой ледяной холодностью, что Алиса напряглась. – Ты всё подстроила специально?
– Ну а что? – она пожала плечами, делая вид, что это пустяк. – Повеселиться хотела. Ты же сам ко мне подошёл, герой-спаситель.
– Ты думала о последствиях? Из-за твоего «развлечения» Юля сейчас страдает.
Алиса усмехнулась, но в её глазах промелькнула тень неуверенности.
– Ой, да перестань драматизировать. Если ваши отношения такие хрупкие, что один нелепый случай их разрушает, значит, они и не стоили ничего.…Илья, ты что не понял? Ты мне нравишься. И стоит тебе только захотеть, всё будет. Я не шучу.
– Если ты скажешь Юле хоть одно слово, если попытаешься навредить ей ещё больше, ты пожалеешь, – процедил он.
После чего развернулся и вышел из кухни, оставив Алису одну. Поднимаясь по лестнице, он остановился у двери Юлиной комнаты. Прислушался. Из-за двери доносились приглушённые всхлипывания. Илья постучал.
– Юль, можно войти?
– Нет! – её голос прозвучал резко, сдавленно. – Уходи!
– Я просто хочу объяснить…
– Я всё видела! Мне не нужны твои объяснения! Уходи!
Он вздохнул, прислонился лбом к двери.
– Хорошо. Я уйду. Но знай: то, что ты видела, было не тем, чем показалось. Алиса всё подстроила. Она притворилась пьяной. Я пытался ей помочь, а она…
– Не важно! – перебила его Юля. – Ты позволил ей себя обнимать, целовать… Ты не оттолкнул её сразу!
– Я пытался! Но она висела на мне, как пиявка! Я не хотел применять силу к женщине!
– А теперь ты защищаешь её? – в голосе Юли послышались новые слёзы. – Уходи, пожалуйста. Просто уходи.
Илья понял, что сейчас разговор бесполезен. Он медленно спустился вниз, прошёл в гостиную и упал в кресло, закрыв лицо руками. Мысли путались. Он вспоминал каждую деталь: как Алиса «споткнулась», как висела на нём, как пыталась его соблазнить. Да, он мог бы быть жёстче. Мог бы сразу оттолкнуть её. Но он всегда считал, что мужчина не должен грубо обращаться с женщиной, даже если она ведёт себя неподобающе.
«Дурак», – прошептал он сам себе. Илья почувствовал, как у него сжалось горло. Как теперь ей всё объяснить?
Илья набрал Вьюжанина.
– Привет, помнишь, ты хотел посидеть?
– Ага, конечно.
– Давай сейчас встретимся. Ты свободен?
– Да вот уже закругляюсь.
– Тогда в баре на Лермонтова.
– Хорошо, брат.
Илья всё рассказал Дмитрию, потому что ему нужно было с кем-то обсудить это. Тот задумчиво слушал, не перебивая.
– Ты должен ей объяснить, – сказал он.
– Я пытался. Но она не слушает. Она в шоке, понимаешь?
– Ну да… То, что она увидела… это было слишком.
– Алиса всё подстроила! Она притворилась пьяной!
– Даже если так… Иногда намерения не имеют значения. Имеют значение последствия. А последствия таковы, что твоя девушка увидела тебя в спальне с другой женщиной, которая пыталась тебя раздеть.
– Я не был с ней в постели! Она на меня упала!
– Понимаю. Но в Юлиных глазах это выглядело иначе. Илья, дай ей время. Сейчас она не в состоянии адекватно воспринимать информацию. Пусть остынет. А ты тем временем подумай, как доказать ей свою искренность.
– А если она уедет?
– Тогда придётся доказывать на расстоянии. Хочешь, я попробую с ней поговорить?
– Не знаю, станет ли она вообще кого-то слушать.
Илья посмотрел на освещённый неярким желтоватым светом зал бара. Любит ли он Юлю? Да, любит. Это осознание пришло к нему именно сейчас, когда он может её потерять. Он любил её тихую улыбку, её заботу, то, как она слушала его рассказы о тайге. Любил её нежность и одновременно внутреннюю силу.
«Почему я не сказал ей этого раньше?» – думал он.
Они просидели так несколько часов. Илье совершенно не хотелось обсуждать прошлое, но Димка всё говорил и говорил об общих знакомых, сослуживцах, друзьях. Илья больше молчал, лишь периодически кивком давая понять, что тоже помнит тот случай или того человека.
Он всё думал, куда ему теперь деваться. Ехать к себе на квартиру? Но Яра осталась в доме Юли. Ехать к Юле? Но та не хочет его видеть. И всё же он решил поехать к Юле и попытаться ещё раз с ней поговорить.
Юля сидела в гостиной на диване, обняв колени, и смотрела какой-то фильм. Яра разлеглась на полу.
Илья вошёл и присел рядом, но не настолько близко, чтобы это можно было посчитать вторжением в личное пространство.
– Давай поговорим.
– О чём? – она посмотрела на него. Её глаза были красными от слёз, но выражение лица суровое. – О том, как ты помогал «бедной пьяной женщине»? Или о том, как она случайно упала на тебя и так удачно, прямо в постель?
– Она не была пьяна! Она притворялась! Пришла и призналась мне в этом!
Юля покачала головой.
– Я могу привести её сюда, пусть она сама тебе скажет! – заявил Илья, чувствуя себя набедокурившим пацаном.
У него никогда не получалось красиво разруливать какие-то неоднозначные ситуации в отношениях. Да и вообще не умел он решать конфликты с женским полом. С мужиками проще и привычнее, даже когда они твои враги или противники в бою. Даже когда они заложников взяли и требуют выкуп, они сговорчивее обиженной девушки.
– Не надо, – резко сказала Юля. – Я не хочу её видеть. И не хочу тебя видеть. Мне нужно время, чтобы… чтобы всё обдумать.
Она направилась к лестнице. Как только она ушла, в дверях кухни появилась Алиса. Он и не знал, что всё это время она была там. Что-то готовила, судя по запаху.
– Ну что, остались вдвоём? – её голос звучал насмешливо.
Илья медленно повернулся к ней. В его глазах горел такой холодный гнев, что Алиса невольно отступила.
– А не пора ли тебе убраться из этого дома? – спросил он тихо, но так, что каждое слово било, как хлыст. – Сейчас же собирай вещи и уезжай. Или я вышвырну тебя на улицу. Поняла?
– Ты не имеешь права. Это ты тут никто. Половина дома принадлежит моему покойному мужу.
– Ещё неизвестно, может ты сама его и прикончила. Только попробуй навредить Юле. Ты очень пожалеешь. Я не шучу.
Алиса хотела что-то сказать, но увидев выражение его лица, поняла, что шутить он действительно не шутит. Она молча развернулась и скрылась в кухне.
А наверху послышались лёгкие шаги и негромко закрылась дверь. Значит, Юля всё слышала, стоя на лестнице.
Эту ночь Илья провёл на диване в гостиной. А утром поднялся к двери комнаты Юли и постучал. Она не ответила, но по звукам из комнаты было понятно, что уже не спит. Негромко играла музыка, и было слышно кряхтение попугая.
– Всё ещё не хочешь поговорить? – спросил он.
– Нет, – донеслось из глубины комнаты.
– Тогда я поехал домой. А Яру оставляю с тобой. Она будет охранять.
Глава 23
На очередную встречу с адвокатом Юля приехала одна. Там уже был Вьюжанин. Он обратил внимание на то, что Ильи нет с девушкой, но не стал ни о чём спрашивать.
– Юля, следователь говорил вам, кто именно заявил о пропаже Матвея Бреднева? – спросил Суханов.
– Нет.
– Заявила о пропаже его новая жена. Она дала показания против вас. По её словам, падчерица Матвея Бреднева Юлия Бережная пила и вела себя неадекватно. Шаталась по клубам, тянула из него деньги, а потом и вовсе пропала. И что, по мнению Алисы Викторовны, это Юлия убила отчима.
– Ну всё ясно, – покивал Вьюжанин. – Вот почему Ерухимович так зациклен на версии с Юлей. Может Алиса эта всё и устроила?
– Не удивлюсь, если так, – отозвался адвокат.
– Соседи подтверждают, что у вас были конфликты с Матвеем Бредневым.
Юля резко вскинулась:
– Конфликты? Конечно. Потому что он привёл в дом моей матери новую бабу. И потому что присвоил бизнес моей мамы, в котором вообще не разбирается. А я по его вине, скорее всего, останусь без гроша в кармане. Вьюжанин пододвинул ей чашку с чаем и салфетки, пытаясь успокоить её:
– Юля, мы не обвиняем тебя. Мы пытаемся понять, что происходит.
Она замолчала, сжав кулаки. В комнате повисла тяжёлая пауза.
– Увы, твои конфликты с ним и то, что ты была последней, кто его видел, – всё это играет против тебя. Следователь Ерухимович со дня на день может запросить разрешение на твоё задержание.
Вьюжанин встал и подошёл к окну:
– Есть одна деталь, которая меня смущает, – сказал он, глядя на залитую летним солнцем стоянку перед бизнес-центром. – Алиса Викторовна заявила о пропаже только на следующий день после того, как Матвей перестал выходить на связь. Почему ждала так долго?
Суханов кивнул:
– Следователь уже запросил данные о её передвижениях в те дни. И о телефонных переговорах. Ждём ответа.
Домой Юлю подвозил Вьюжанин. Дмитрий предложил остановиться в кофейне и выпить кофе. Девушка согласилась. Она понимала, что тот хочет поговорить и вовсе не об убийстве её отчима. Она и сама после того, как услышала перепалку Ильи и Алисы, колебалась, правильно ли делает, что не хочет с ним мириться.
Машина остановилась у небольшого кирпичного здания в старом городе, с деревянной вывеской, на которой изображён кованый фонарь. Окна обрамлены тёмным деревом, на подоконниках – горшки с плющом и геранью. Дверь с латунной ручкой и витражной вставкой.
Интерьер в кофейне был выполнен в тёплых коричневых тонах. На стенах развешены бра, дарящие помещению тёплый золотистый свет. Столы здесь были из массивного дерева под старину. А на диванах разбросано множество маленьких подушек. Посетителей буквально окутывали ароматы свежемолотого кофе, ванили и корицы, сдобной выпечки. По стенам были развешены картины с изображением различной кофейной атрибутики. А на полках, словно в музее, стояли антикварные кофейные мельницы. Фоном лилась лёгкая джазовая музыка и приглушённые голоса людей за соседними столиками.
– Здесь очень уютно, – заметила Юля, опускаясь на мягкий велюровый диван.
– Да, люблю это место, – кивнул Дмитрий, беря принесённое официантом меню. – Что будешь?
– Просто кофе. Ничего больше не хочу. Аппетита нет.
– Зря. Тут шикарная выпечка и десерты. Заскочите как-нибудь сюда с Илюхой.
Юля с грустью опустила глаза.
– Мы с ним не общаемся из-за Алисы.
– Он говорил. Не хочу лезть в ваши отношения и что-то советовать, но всё же считаю, что тебе стоит ему верить. Он не из тех людей, для кого отношения – пустой звук. Никогда не бросается в омут с головой. И не способен предать. Особенно после всего, что он прошёл.
– А что он прошёл, Дим? Кто он, ты можешь мне сказать? – Юля с надеждой заглянула ему в глаза.
Может быть, хоть кто-то приоткроет эту завесу тайны, что окружала Илью.
– Капитан спецназа. Бывший. Группа «Альфа». Может, слышала? – ответил Вьюжанин.
У Юли даже мурашки по спине побежали. Илья – капитан спецназа? И она об этом вот так случайно узнала? Для неё спецназовцы были какие-то сверхлюди, которые освобождали заложников. Илья – один из них?
– Он нашим командиром был. Друга своего отправил на задание, а тот погиб. Так он теперь всю жизнь себя винит. В тайгу ушёл поэтому. Думаю, он искал место, где его прошлое не достанет. Где можно просто быть, а не командовать. Не принимать решений, от которых зависит чья-то жизнь.
Юля молчала, глядя на собеседника. В голове крутились обрывки воспоминаний: Илья с топором у костра, его спокойные, уверенные движения, тихий голос, которым он рассказывал о грибах и следах зверей.
– Я не знала.
– Так он об этом и не говорит никогда. А ты лучше не спрашивай. Он не тот человек, который раскрывается. То, что ты сейчас узнала – это уже слишком. Больше, чем знают многие, кто с ним годами общается.
– Спасибо, что рассказал, – тихо сказала она.
– Да ничего. Просто я вижу, как он для тебя важен. И ты для него тоже. Просто… будь с ним осторожнее. Он не опасный, нет. Но у него свои демоны.
Теперь она понимала, почему он так любит тайгу. Когда шумит тайга – это самый бесконечный, древний гул, который, возможно, был единственным, что могло заглушить эхо выстрелов в памяти капитана спецназа.
– А я ещё удивлялась, что он так много всего умеет и знает… И что очень сильный. Он меня одной рукой из реки достал. Я всем своим весом на одной его руке повисла, как мешок, а он вот так хоп и легко вытянул…
– Спецназовцы многому обучены, – заметил Вьюжанин. – Илья простой и сложный одновременно. Вроде бы кажется – ведёт спокойный образ жизни, не женат и никогда не был, занимается спортом. Но представь себе человека, который прошел через ад. Антитеррористические операции, освобождение заложников, потери, постоянное напряжение – всё это оставило глубокие шрамы. Но самое страшное для него было потерять Пашку. Они дружили с раннего детства, в один детский сад ходили. Потом учились в одном классе. Почти как мушкетёры, только их было двое. И вместе решили идти в военный вуз, стали офицерами. Илья пошёл в спецназ, а потом и Пашку к себе позвал. Они несколько лет вместе прослужили. А потом случилось это. Террористы захватили заложников. Автобус, вёзший людей на юг. Командовал операцией Илья. Пашка погиб тогда. Для Гардана это была личная трагедия, потеря близкого человека, разрушившая его мир до основания. То, что раньше имело смысл, теперь стало для него пустым. Он пытался жить дальше, но каждый день был пыткой. Город, люди, привычные звуки – все это напоминало о прошлом. И тогда он принял решение, которое для многих покажется безумным, но для него было единственным выходом. Он ушёл в тайгу.
– Почему именно тайга?
– Убежище от боли. Тайга – это место, где нет напоминаний о прошлом. Нет людей, которые смотрят с жалостью, непониманием или осуждением. Нет шума, который заглушает внутренний крик. Только природа, которая принимает его таким, какой он есть. Я его понимаю. Выживание в диких условиях требует полной отдачи, концентрации на настоящем моменте. Это помогает отвлечься от мучительных воспоминаний, сосредоточиться на простых, но важных вещах: добыче пищи, строительстве убежища, борьбе с холодом. Ну и вообще бывшие спецназовцы адреналинщики обычно. Спокойствие не для них. Так что ты это тоже имей в виду.
– Наверное, ты прав насчёт тайги, – согласилась Юля. – Она обладает удивительной силой исцеления. Тишина, свежий воздух, красота дикой природы – всё это помогает успокоить разум, залечить душевные раны. Пока жила там с ним, я сама это почувствовала.
– Он винил себя за то, что произошло. И считает жизнь в тайге способом искупить свои грехи. Конечно, это лишь предположения. Истинные причины его ухода в тайгу известны только ему самому. Но одно можно сказать точно: это был отчаянный шаг человека, который потерял всё, но не потерял надежду найти себя заново. И тайга, со своей суровой красотой и безмолвием, стала для него последним прибежищем, местом, где он может попытаться собрать осколки своей жизни воедино. Я был очень рад, когда увидел вас вместе. Ты для него настоящий подарок судьбы. Илья тобой очень дорожит. Будь с ним помягче. Он не рассказывает ничего, потому что не хочет, чтобы его жалели. Илья всегда был таким – носит всё в себе. Но когда он встретил тебя… Я впервые за много лет увидел, как он по-настоящему улыбается. Не той формальной улыбкой, что для других, а той, что идёт из глубины.
Юля закрыла глаза. Она вспоминала первые дни их общения: осторожные, полные недоверия с обеих сторон. Как постепенно ледок недоверия таял, как появлялись первые шутки, первые улыбки, заинтересованные взгляды. Как однажды он просто взял из её рук чашку с чаем и стал пить из неё, как нёс её на руках по лесу, как утешал, обнимая и не задавая лишних вопросов.
– Он защищал меня перед Алисой, – прошептала она.
– Потому что он увидел в тебе родственную душу, – сказал Вьюжанин. – Двух людей, которые потеряли слишком много, но не сломались. Просто… иногда ему нужно напоминать, что он не один. Что есть ты. И что прошлое осталось в прошлом.
В дверь кофейни вошла пара, на входе мелодично зазвенел колокольчик. Они смеялись, и их смех звучал так беззаботно, что Юле на мгновение стало больно от этой контрастности миров.
– Я боюсь его потерять, – призналась она, глядя на свои руки. – После всего, что происходит…
– И он тебя, поверь, – уверенно сказал Дмитрий. – Ему с тобой очень повезло и он это понимает. Ты хороший человек. И очень красивая девушка. Кстати… Давно хотел спросить…
Дмитрий замялся.
– О чём? – подняла на него глаза Юля.
– А у тебя нет такой же классной подружки? – смущённо спросил он.
Юля улыбнулась.
– Для тебя найдём.
Она подумала про свою одногруппницу Леру – эффектную брюнетку, которой пока совсем не везло в любви. С Димой они бы смотрелись замечательно. Юля решила, что как только всё это закончится, надо будет непременно сходить куда-нибудь им вчетвером. Поймала себя на мысли, что думает о примирении с Ильёй как о само собой разумеющемся событии, и улыбнулась ещё раз.
За окном начинало темнеть, и в кофейне зажгли гирлянды. Мягкий свет падал на стол.
Они допили остывший кофе, Вьюжанин оставил деньги на столе и они вышли на улицу. Дневная жара сменилась вечерней прохладой. Но внутри было тепло от понимания, что где-то там её ждёт человек, который выбрал её вопреки всему. Человек, прошедший через ад и тайгу.
