Текст книги "Брошенная в тайге (СИ)"
Автор книги: Елена Тюрина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Глава 11
Перед тем, как отправиться назад, Илья решил перекусить в небольшом придорожном кафе, где имелся интернет. С телефона Илья зашёл в сеть и вбил в поисковую строку «Юлия Бережная». Нашёл её профиль в одной из социальных сетей. Но там не было никакой информации, кроме одной её фотографии с большим попугаем жако и упоминания о том, что Юля увлекается верховой ездой. Так же в сети нашлось несколько интервью с её матерью Виолеттой Александровной. На фото была запечатлена очень красивая женщина – эффектная яркая блондинка, стройная, дорого и стильно одетая. Она выглядела гораздо младше своего возраста. Увеличенные губы, нарощенные ресницы и волосы… Юля в этом плане мало походила на свою родительницу. Она была скорее пацанкой, девчонкой-сорванцом. Худая, как подросток, точнее, спортивная и очень подвижная, с задорной короткой стрижкой, она была совершенно не похожа на томную красотку, какой виделась Илье Виолетта Александровна. Мама Юли своими фотографиями и интервью производила впечатление человека, для которого больше важно внешнее, а не внутреннее. Не удивительно, что она вышла за такого мужчину, как Бреднев. Тот, судя по его фотографиям в соцсетях, позиционировал себя как мачо и был любителем красивой жизни. Таким можно похвастаться перед подругами и подчеркнуть свой статус. Продемонстрировать, что она ещё огого, раз сумела заполучить такого красивого мужчину, а ещё и младше себя. Илья прекрасно знал подобный сорт женщина. Этакая императрица. Она много говорила о себе и очень гордилась своими успехами. Её имя ей очень шло. Она даже оформление своих цветочных магазинов выбрала в фиолетовом, розовом и сиреневом тонах. «Цветы я любила с детства, – рассказывала Виолетта Александровна журналистам. – Всегда мечтала их выращивать. Сначала дома разводила на подоконнике, потом у меня появилось дело моей жизни – цветочный магазин. И когда смогла заработать на дом, то засадила цветами весь двор. Отец моей дочери бросил меня ещё когда я была беременна. Юлю я родила в достаточно зрелом возрасте – тридцать пять лет. И растила её сама. Мне нужно было как-то крутиться, чтобы обеспечить девочке достойную жизнь. Сначала появился один цветочный магазин, потом ещё и ещё. На развитие бизнеса у меня ушло больше десяти лет, но теперь я знаю, что у меня есть, что передать дочери. У меня кроме Юленьки никого больше нет».
Очевидно, что женщина, у которой не сложилась личная жизнь, и которой приходилось много работать, чтобы обеспечить себя и ребёнка, мечтала о лучшей судьбе для единственной дочери. Девушка выросла настоящей красавицей. Миниатюрная зеленоглазая блондинка наверняка часто ловила на себе восторженные взгляды, а вокруг неё всегда было много друзей. Но удивительно то, что мать, так старавшаяся для дочери, через полгода после этого интервью вышла замуж за Матвея Бреднева. Какая необходимость в столько скоропалительном браке, да ещё и с мужчиной намного младше по возрасту? Во внезапно вспыхнувшую любовь Илья не верил. Его удивляло, что женщина, способная успешно руководить бизнесом, оказалась настолько беспечна, чтобы, по сути, отнять всё у своего ребёнка и отдать какому-то проходимцу.
Илья задумчиво полистал ещё несколько статей. Среди заметок и видеороликов об убийстве Бреднева ему попалось видео с комментарием его матери. Та не верила в причастность Юлии.
– Да вы что! Недоучившаяся домашняя деточка, без жизненного опыта, без какой-либо подготовки к самостоятельной жизни, она не могла убить и теперь скрываться где-то в тайге. Это совершенно не про неё. Скорее всего, Юлю тоже убили. Или похитили. Юленька же совершенно беспомощная, она ребёнок ещё! Виола растила её как цветочек. Виолетта очень хорошей мамой была. Всё для Юли делала. Конный спорт для элит, там ужас как дорого всё, а она Юленьку на него отдала, – рассказывала женщина.
… Юля уже не верила, что Илья вернётся сегодня. Начинало темнеть, и она понимала, что, скорее всего, он решит заночевать в палатке или какой-нибудь охотничьей избе. А придёт завтра утром.
Она в очередной раз бросила взгляд в окно и вдруг, на самой границе видимости, среди деревьев, заметила движение. Сначала это был лишь смутный силуэт, но по мере приближения он становился всё отчётливее. Высокий, знакомый, с рюкзаком за плечами. Илья!
Юля бросилась к двери, распахнула её и выбежала на крыльцо. Яра помчалась навстречу хозяину. Илья, увидев их, улыбнулся и помахал рукой.
– Я вернулся! – крикнул он, подходя ближе.
Юля подбежала к нему и неожиданно крепко обняла. Она чувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Слёзы облегчения, радости и пережитого страха. Он же, похоже, совершенно не ожидал от неё такого. И судя по растерянности на лице, смутился.
– Я так испугалась, – прошептала она, прижимаясь к нему.
Илья погладил её по волосам.
– Что случилось?
Они вошли в дом. Юля, пытаясь успокоиться, начала рассказывать о ночном происшествии. О стуке, о тёмном силуэте, о ружье. Илья слушал внимательно, не перебивая, но по его лицу Юля видела, что он сомневается.
– Может, тебе показалось от страха? – осторожно спросил он, когда она закончила.
– Нет, Илья, это было реально! Яра тоже это слышала, она рычала! – настаивала Юля, чувствуя обиду от его недоверия. – Я не спала всю ночь, я видела его!
Илья вздохнул.
– Скорее всего, это был зверь. Молодой мишка, пестун, иногда тут бродит. Они часто встают на задние лапы, чтобы осмотреться. Видимо, еду искал.
– Что значит пестун? – спросила Юля.
– Трёхлетка. Яра его почуяла, и тебя защищала, молодец, – он погладил собаку. – На человека она бы не лаяла. Приучена так. Не надо, чтобы лаяла. Иначе тот, кто идёт с плохими намерениями, просто избавится от собаки. Яра обычно вообще не лает. Просто подкрадывается, заваливает постороннего, ложится сверху и вот тогда уже сигнализирует.
Он взял ружьё, которое Юля так и оставила у стены, и проверил его.
– Оно даже не заряжено, – сказал Илья, глядя на неё.
Юля почувствовала, как по её телу пробежал холодок. Она держала в руках незаряженное ружьё, пытаясь отпугнуть неизвестное существо. Осознание этого уязвило её.
– Я не знала, – тихо сказала она.
Илья вышел на улицу, внимательно осматривая землю вокруг дома. Он прошёл туда, где Юля видела тёмную фигуру. Вернувшись, покачал головой.
– Я был прав. Михаил приходил.
Девушка уставилась на Илью вопросительно. Какой-то его знакомый Михаил шастает тут ночью, а он так спокойно об этом говорит? Видимо, этот Михаил не нормальный. Разве можно так пугать людей?
– Какой ещё Михаил? – спросила Юля, готовая уже обрушиться на этого неизвестного ей человека с возмущениями.
– Какой-какой… Потапович. Мишкины следы. И полешки он покидал. А твоего крика и лая Яры испугался, вот и убежал.
Юля чувствовала себя растерянной. Выходит, она зря паниковала?
– Я думала, умру от страха, – проговорила девушка. – И знаешь, шаги были очень отчётливые, человеческие.
Илья вдруг обнял её. Она затихла в его руках, глядела на него снизу вверх.
– Я верю, что ты испугалась. Но здесь, в тайге, нужно быть готовой ко всему. И не паниковать. Я научу тебя пользоваться ружьём. Только делать это стоит лишь в исключительных случаях. Не нужно просто палить в медведя, если он не пытается тебя слопать. Он сам тебя боится не меньше. Если нужно просто отогнать зверя от дома, достаточно воспользоваться сигналом охотника или обычной петардой.
Юля кивнула. Она понимала, что Илья пытается её успокоить, но внутри неё всё ещё жила тревога. Ночное происшествие оставило глубокий след. Она больше не могла смотреть на тайгу как на просто красивый лес. Теперь она видела в ней нечто большее – нечто таинственное, опасное и не до конца понятное.
– Кстати, со мной в первое лето, когда я тут поселился, тоже похожий случай был. Ночью проснулся от странных звуков, будто снаружи кто-то ходил и топал, – вдруг вспомнил Илья. – На улицу вышел с фонариком. Оказалось, это семья ежей. Ёжики в то лето поселились на участке и каждую ночь мне такое устраивали. Они как взрослые крепкие мужики топают. Так что и тут наверняка никакой мистики нет. Но хороший прожектор с датчиком движения на солнечных батареях надо бы поставить…
Юля улыбнулась, однако тревога никуда не делась. Может быть, Илья вообще придумал эту историю про ёжиков, – подумала она.
– А медведь уже как-то сюда залезал, – продолжал Илья. – Я тогда в посёлок на пару дней ушёл, дом не стал запирать. Решил, что если кто из охотников наведается, будет им где отдохнуть. В тайге вообще не принято избы запирать. Короче, когда вернулся, в доме всё было вверх дном, вещи повсюду валялись. Я сначала подумал, что какие-то маргиналы влезли, а потом понял по характеру разрушений, так сказать, что это мишутка. Для меня это открытие было тогда чем-то невероятным. До того я вообще никогда медведей не встречал, только следы их пребывания видел. Знал, что рядом медведица жила, но она никогда не подходила близко к дому. Видел её следы и следы её медвежонка. Медвежонок стал подростком, то есть пестуном. Мамка отвадила его от себя, и он не знал, как ему быть. С пестунами такое случается часто. Сначала они адаптируются жить без мамки и в какой-то момент приспосабливаются к самостоятельной жизни. Видимо этот пестун был голоден, и самой лёгкой наживой оказалась изба, в которой были запасы консервов и круп. Я не застал воришку на месте преступления, и всё-таки решил отпугнуть его несколькими выстрелами сигнала охотника. Многие знакомые говорили, что если медведь разорил один раз избу, то он будет возвращаться туда постоянно, пока не предпринять какие-то меры. Но на самом деле пестуны вполне себе умные и адекватные медведи, которые быстро учатся и запоминают, куда не стоит больше лезть. Этот пестун оказался именно таким. Выстрелов сигналом охотника ему было достаточно, чтобы понять, что территория занята и лучше сюда не приходить. Он не стал домушником и больше не появлялся в моей избе. Конечно, случаи бывают разные, и никогда не стоит забывать, что дикое животное непредсказуемо и опасно. Особенно в сезон гона, а ещё шатуны, мамки с детками, подранки. Всегда нужно соблюдать меры безопасности и много знать о повадках диких животных. Это может спасти тебе жизнь.
Илья поглядел на Юлю и понял, что, кажется, не убедил её.
– Во всяком случае, то, что ты слышала ночью – это точно не потусторонняя сила. Наш мозг так интересно устроен, – проговорил он. – Всё неведомое воспринимает как опасность. Но в реальности большинство пугающих нас событий вполне безобидны. Животное сюда пробраться не может. Значит пока ты в доме, опасен только человек. А откуда здесь люди?
Юля не стала больше спорить, хотя была уверена, что ночью у дома ходило вовсе не животное.
Вечером, когда они сидели за столом и ужинали, она чувствовала себя немного спокойнее. Присутствие Ильи, его доброжелательность и уверенность в себе, действовали на неё умиротворяюще. Илья принёс много чего, и кроме всего прочего большую шоколадку с орехами для неё. А ещё он купил ей упаковку нижнего белья, носочки, несколько футболок, штанов и шорт, обувь, подходящую для тайги. Особенно смутило нижнее бельё и средства гигиены. Всё-таки, когда посторонний мужчина покупает такие интимные вещи, это вызывает неловкость. В обычной жизни Юля бы не поняла подобного жеста, а здесь всё это на самом деле было ей необходимо. Поэтому девушка не подала виду, что ей неудобно принимать такие подарки.
– Надеюсь, угадал с размером, – заметил Илья. – В деревне магазин так себе. Только самые простые вещи есть, да и то выбор невелик.
– Спасибо тебе огромное! – Юля поглядела на него с благодарностью.
Когда мама покупала ей дорогие брендовые шмотки, она ни разу так не радовалась, как этой простой одежде.
Юля совершенно не ожидала ничего подобного, и этот трогательный поступок её умилил. Правда, она не знала, как его расценивать. Как ухаживание? Или просто как желание порадовать свою гостью? А может просто как шаг, вызванный необходимостью. Но откуда у него деньги на это всё, если он не работает, а живёт только за счёт охоты, рыбалки и собирательства?
Юля со смущением прокручивала в памяти момент, как бросилась его обнимать, и как он сам потом привлёк её к груди. Для неё это был порыв, инстинктивное желание обрести защиту. А для него было ли это чем-то особенным? Или он просто утешал её, как утешал бы любого другого испуганного человека?
К слову, Илья так ничего и не сказал ей о том, что узнал.
Глава 12
Погода их баловала. В тайге даже летом обычно бывает весьма прохладно, особенно ночью. Но пока всё время, что Юля уже провела в таёжной избе, стояло приятное тепло, и было безветренно. Девушка любила наблюдать за неспешно плывущими по небу клочьями перистых облаков. И порой думала о том, что сейчас могла бы быть на море. Она собиралась с подругой на пару недель на юг. Но планы кардинально изменились. И она совсем не жалела об этом. Эти лето Юля не забудет никогда. Омрачало его только одно – убийство Матвея. Кто и зачем это сделал? Она понятия не имела. Ей было жаль его. Иногда ночью она даже заснуть не могла из-за мыслей о его смерти. Всё-таки она знала его почти десять лет, жила с ним под одной крышей. И хотя часто с ним спорила и вела себя весьма дерзко, никогда в жизни не желала ему ничего плохого, а уж тем более смерти.
В день возвращения Ильи погода заметно испортилась. С утра подул довольно сильный ветер, а к вечеру Юле уже казалось, что надвигается ураган. Сама природа вокруг будто стала тревожной, напряглась в предвкушении какого-то катаклизма. К ночи разыгралась гроза, всё загремело, засверкало, хлынул дождь. Юля поняла, что боится спать одна в доме в такую погоду. Она легла, но не могла заснуть, когда скрипнула дверь, и появился Илья.
– В бане крыша течёт, – сказал он, бросая покрывало и подушку на свободную половину широкого лежака.
Лежак был настолько просторным, что на нём легко могли уместиться двое, а то и три человека. Илья улёгся, и доски тяжело скрипнули под его немалым весом.
Юля же от волнения лежала в темноте с открытыми глазами, затаив дыхание и стараясь не шевелиться. Она смотрела на окно, где абсолютную темноту то и дело разрезали молнии. Слушала, как снаружи с неистовой силой бушует гроза, как гром сотрясает стены. Такой ливень обрушился на землю, словно пытался смыть всё на своем пути. После полуночи всё стихло, и Юля не заметила, как заснула. Проснулась, а рядом никого. В доме тихо и пусто. Только слышно глухие удары – Илья колол дрова.
Юля села. Солнечный луч из окна падал на пол и освещал пылинки, танцующие в воздухе. Тишина казалась неестественной после ночного буйства стихии.
Девушка встала, потянулась, чувствуя лёгкую ломоту в теле от неудобной позы. Ночной страх отступил. Илья. Он ушёл так же внезапно, как и появился. Просто исчез, оставив после себя лишь смятое покрывало и подушку на широком лежаке.
Юля подошла к окну, отодвинула занавеску. Утро было свежим, воздух пах мокрой землёй и хвоей. Илья стоял у поленницы, ловко орудуя топором. Его спина была напряжена, мышцы красиво бугрились, каждый удар топора звучал чётко и уверенно.
Сердце Юли забилось быстрее. Она тихонько отошла от окна, боясь, что он её заметит. На столе уже стоял заваренный чай, его запах наполнял комнату. Юля налила себе чашку, вышла из дома и присела на ступеньки крыльца, предварительно положив на них кусок сухого пенопласта. К ней тут же подошла Яра, улеглась рядом.
Внезапно Илья обернулся, словно почувствовал её взгляд. Их глаза встретились. Он кивнул ей, и снова вернулся к своему занятию.
Она решила ни о чём не думать. Не сейчас. Пока она просто будет наслаждаться этим летним утром, запахом свежего воздуха, ароматным чаем.
Солнце поднималось всё выше, золотя верхушки деревьев и проникая сквозь листву, скользя по траве и по бревенчатым стенам дома, который теперь стал их общим убежищем. Яра тихонько посапывала рядом. Юля погладила овчарку. Её шерсть была чуть влажной, тёплой и мягкой. Вдалеке послышался крик птицы, затем другой. Лес оживал.
Илья продолжал рубить дрова, его движения были ритмичными и завораживающими. Юля не могла не смотреть на него, хотя и старалась делать это незаметно. В каждом взмахе топора была какая-то первобытная сила, мужественность, которая притягивала.
Илья закончил с поленницей, аккуратно сложив последние поленья. Он выпрямился, потянулся, и Юля почувствовала, как её сердце снова забилось быстрее. Он повернулся к ней, и на его лице появилась лёгкая улыбка. Мужчина подошёл к крыльцу, присел рядом, и Яра тут же перебралась поближе к нему, легла у ног.
– Доброе утро, – сказал он, его голос был низким и немного хриплым.
– Доброе, – ответила Юля, чувствуя, как румянец заливает её щёки.
Он взял её чашку, сделал глоток, затем вернул ей. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и по телу Юли пробежала лёгкая дрожь. Она посмотрела на него, на его сильные руки, на его спокойное лицо. В его глазах читалось что-то, что она пока не могла разгадать, но что-то очень тёплое и родное.
Они сидели так какое-то время, молча, наслаждаясь утром, теплом солнца и присутствием друг друга. Слова были не нужны. Всё было ясно без них. Этот момент был их, и он был прекрасен.
– Насчёт Яры… – вдруг негромко сказал Илья, прищурившись от солнца и глядя на собаку. – Я тут подумал. Надо тебя научить не только из ружья стрелять, но и собакой командовать. А то мало ли что…
– Разве трудно собакой командовать? – удивилась Юля. – Какие там нужны особые знания? Сказала «фас» и всё.
– Нет. На «фас» она не реагирует. Её учили на другое слово.
– Какое?
– «Кыш», – сказал он одними губами, а собака подскочила на ноги, стала крутить головой, пытаясь понять, где враг. – Яра, лежать. Спокойно. Всё хорошо.
Значит всё-таки эта ситуация с приходом неизвестного ночного гостя напрягла Илью, хоть с виду он и пытался показать, что ничего страшного не произошло, – решила Юля. Выходит, он за неё переживает… У Юли в животе от этой мысли стало щекотно, а губы сами собой растянулись в улыбке.
Днём, когда земля немного подсохла после дождя, Илья сказал, что пойдёт в лес поискать грибы. И она напросилась с ним. Грибов практически не нашли, но просто гулять по лесу оказалось настоящим удовольствием. Под ногами хрустели ветки, приятно пружинил мох. В тех местах, куда плохо попадало солнце, земля была ещё мокрая, и вскоре у обоих промокли ноги. Но это нисколько не портило прогулку. Они находили странные, покрытые лишайником камни, старые пни, превратившиеся в произведения искусства, и каждый раз это было маленькое открытие, добавляющее красок в лесную палитру. Юля замечала каждую мелочь: крошечного жучка, ползущего по коре, яркую ягоду, спрятавшуюся под листом, или причудливую форму облака, проглядывающего сквозь просветы в кронах. Ей нравилось, что можно просто быть, без спешки, без планов, полностью отдавшись очарованию мгновения.
– Тут много медвежьих меток, – заметил Илья, кивая на ободранный ствол. – Но они не свежие. Прошлогодние.
– А как ты понимаешь, что это медвежьи метки? Как они выглядят? – поинтересовалась Юля.
– Ну вот, смотри, на сосне кора содрана. Это точно медведь. Если присмотреться, можно увидеть шерсть. Он это делает когтями и зубами. Старается повыше содрать кору, чтоб показать собратьям, которые забредут на его территорию, свой рост. Вот это, судя по высоте метки, крупный мишка сделал.
– А ничего, что мы на его территорию зашли? – с опаской спросила Юля. – Может, домой пойдём, не будем портить природу? Тем более что её охраняют медведи.
Илья засмеялся.
– Нет. Я же говорю, это прошлогодние метки, свежих нет.
Они поднялись на гору, и оттуда Юля увидела раскинувшийся со всех сторон огромный и прекрасный лес. Он стоял весь в лёгком тумане. Она заворожено любовалась этой картиной, как вдруг в траве раздалось громкое фырканье, ворчание, какие-то визги.
– Ого, что там?
Юля попятился, а Илья, наоборот, подошёл ближе.
– Колючие разборки, – констатировал он.
– Что? – округлила глаза Юля.
– Драка ёжиков.
Девушка приблизилась и увидела, что в траве на самом деле дерутся два крупных ежа. Один другого жёстко трепал за шею, а тот пытался вырваться, отбивался, пыхтел, фыркал.
– Ужас. Я никогда такого не видела! Интересно, что у них случилось?
– По-любому баба виновата. Из-за неё замес, – пошутил Илья.
– В смысле? – она повернулась и непонимающе поглядела на своего спутника.
– Говорю, где-то рядом дама. Тоже колючая, – ответил Илья. – А может территорию не поделили. Вообще ёжики очень ревностно охраняют свои владения.
– Надо их разнять.
Юля поглядела на дерущихся ежей с жалостью. Илья же легонько толкнул того, что более агрессивен, носком ботинка.
– Э, мужики, а ну хорош, расходимся. Завязывайте уже.
Ёжик отпустил своего соперника, и Илья подтолкнул его под зад.
– Иди давай, агрессор. И ты тоже, – он подтолкнул второго ежа. – Так, ты туда, а ты туда.
Драчуны, фыркая, поковыляли в разные стороны.
– Фух, класс! Спасибо, что разнял их, – улыбнулась Юля.
Назад Илья повёл её другим путём. Юля грызла привезённый Ильёй чупа-чупс и глазела по сторонам. Когда шли по какой-то широкой дороге, девушка вдруг увидела яму, как будто кто-то провалился ногой.
– О, гляди, какой слоняра тут шёл… – только она сказала это, как тут же ушла под землю…
Очень странное было ощущение. Дорога оказалась рекой. Яма была выше Юли. Девушка почти по пояс оказалась в воде. Благо, не с головой ушла.
Илья наклонился, заглянул в провал. Потом молча протянул ей руку. Она крепко схватилась за неё, и он одним махом вытащил Юлю, как будто она была лёгкой пушинкой.
– Кто ты? Ты человек? – изумлённо спросила девушка, поражаясь его силе.
А он засмеялся. Юля стояла вся насквозь мокрая и грязная, но почему-то ей было до ужаса смешно. И она расхохоталась. Выяснилось, что в этом месте кто-то наложил дров и присыпал их землёй. Мост получился большой, но, как оказалось, не очень надёжный. Видимо, прогнил за много лет. Река мелкая, вся поросшая камышом. Потому Юля и не заметила её среди зелени.
– Ты знал, что тут река? – сквозь смех спросила Юля.
– Да, – кивнул Илья. – Но я не думал, что тут можно провалиться. Видишь, не выдержал тебя мостик. Наверное, аура тяжёлая…
Юля от возмущения и смеха чуть не задохнулась. И бросилась было на него, но Илья выставил вперёд руку.
– Так, смотри, а то опять нырнёшь. А я второй раз вытаскивать не буду.
Это был тот редкий случай, когда Илья смеялся. Юля даже удивилась. Она ещё ни разу не видела его смеющимся.
Однако следующее Юлино приключение выдалось не таким весёлым. Она всё ещё хохотала после падения в реку, когда вдруг неожиданно вскрикнула и упала. Илья протянул ей руку, чтобы поднять, но оказалось, что упала она не просто потому, что споткнулась или подвернула ногу. Девушка сняла кроссовок, и показала прокол в ступне. Острый сук пробил подошву и впился ей в самый центр ступни. Из раны текла кровь.
Илья не сдержался и впервые при ней грубо выругался. А потом уже спокойнее добавил:
– Какой-то некузявый день у тебя сегодня. Надеюсь, прививка от столбняка имеется?
– Я не помню… не знаю… – лепетала потрясённая случившимся Юля.
Илья без лишних разговоров подхватил её и понёс. Юля обвила его шею руками. Хотелось реветь во весь голос, но она сдерживалась и просто всхлипывала. Ей было очень больно и страшно. Что если у неё случится заражение? Из босой ноги капала кровь на траву и ветки. Её второй кроссовок несла Яра. Юля чувствовала себя клушей, которая даже в лес сходить без приключений не способна. Но вот от того, что её несут на руках, дискомфорта не было совершенно. Не было ни смущения, ни страха, что Илья её уронит или что они вместе сейчас грохнутся. Ни чувства вины, что она вынудила его тащить себя. Она слышала, как в его груди гулко бухает сердце, и чувствовала лишь замирание души и теплоту. А ещё было ощущение защищенности от мира. Это был момент той волнующей близости, когда девушка ощущает себя настоящей девушкой – хрупкой и нежной, крошечной и беспомощной, в то время как мужчина чувствует себя настоящим мужчиной – сильным и надёжным защитником.
У Ильи, пока нёс Юлю, даже дыхание не сбилось. Словно она совершенно невесомая. В бане он посадил её на скамью, принёс аптечку, промыл рану хлоргексидином. Нога у неё болела. Наступать было очень больно, но даже в спокойном состоянии, когда она сидела или лежала, боль всё равно была сильная.
– Колотые раны стопы всегда болезненны, – пояснил Илья. – Дня три-четыре придётся потерпеть. Будем надеяться, что у тебя есть иммунитет от столбняка. Конечно, к врачу бы лучше. Но я не знаю, как тебя туда доставить. Пешком ты не дойдёшь. Рацию ты разбила, поэтому вызвать помощь не получится. Даже мужики охотники куда-то ушли, о то бы я у них рацию попросил.
– Нет, нет, я не хочу к врачу. Я потерплю, – поспешила заверить его Юля.
– Слушай, – он вдруг склонился к ней, упершись ладонями в скамью по обеим сторонам от её колен. – Нельзя всю жизнь прятаться! Тебе всё равно надо когда-то вернуться. Тебя ищут.
– Откуда ты знаешь? – обеспокоенно спросила девушка.
– Видел ориентировку.
Юля широко распахнула глаза и в них заблестели слёзы.
– Я не вернусь! Меня или убьют или посадят…
– Пф, – он надул щёки, выпрямился и сказал: – Мокрые вещи снимай. Сейчас воду нагрею, искупаешься. Потом ногу твою забинтуем. У меня мазь есть хорошая, ранозаживляющая.
