Текст книги "Брошенная в тайге (СИ)"

Автор книги: Елена Тюрина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 3

Юля провела одна в тайге два дня. Два дня, наполненных ужасом.

Её руки дрожали от усталости и холода. Она чувствовала, что силы на исходе. Одежда пропиталась сыростью и не просыхала, от голода постоянно ныл живот, и тошнило, пить хотелось так, что порой ей казалось – она теряет способность соображать. Если бы не увидела сквозь деревья тёмную массу, оказавшуюся домом, то отчаялась бы окончательно. Она даже сначала решила, что уже видит мираж.

Подойдя ближе, осмотрелась. Посреди леса стоял добротный двухэтажный сруб с треугольной крышей, а вокруг были явные следы человеческого пребывания. К крыше приставлена лестница, на широком деревянном крыльце стояло самодельное кресло-качалка, пара вёдер, собачья миска, чуть в стороне от дома было костровище, окружённое брёвнами, а с другой стороны к избе примыкал сарай-дровяник. Это всё, что Юля успела заметить. Она не знала, кого здесь увидит, и не была уверена, стоит ли доверять незнакомому человеку, но выбора не было – снова ночевать в тайге означало верную смерть. Девушка осторожно постучала в дверь. Тишина. Ещё раз, чуть громче. Дверь приоткрылась, и на пороге появился высокий широкоплечий мужчина с бородой и серыми внимательными глазами. Реальный, живой человек посреди дикого непроходимого леса. Он смотрел на девушку с удивлением. Откуда здесь в тайге могло взяться такое чудо? Взъерошенные короткие светлые волосы, огромные зелёные глазища, сама худенькая, невысокая. Оценив её измученный вид, он без слов отошёл в сторону, приглашая войти.

– Так, Яра, нельзя. А ну пропусти, – мужчина поглядел вниз, толкая кого-то ногой.

Юля тоже опустила взгляд и увидела крупную овчарку. После слов хозяина та исчезла в доме. Но девушка не решалась войти, опасаясь собаки.

– Здравствуйте. Что-то случилось? Вам нужна помощь? – обратился незнакомец к Юле.

Она услышала эти слова как через вату или толщу воды, потому что когда снова подняла к нему лицо, перед глазами всё закружилось, и она стала погружаться в темноту.

Очнулась Юля на широком деревянном лежаке. Она лежала на клетчатом покрывале, под головой небольшая подушка. В нос ударил запах травяного отвара и дыма от печи. Голова кружилась, но уже не так сильно. Тело ныло от усталости, а живот сводило от голода. Но больше всего хотелось воды.

Немного полежав, Юля медленно села. Она боялась, что снова закружится голова. Лежак отделяла от остальной комнаты занавеска. Юля гадала, в доме ли хозяин, потому что было тихо. Несмотря на то, что она ещё совсем ничего не знала ни о доме, ни о его владельце, от этого места веяло духом доброжелательности и гостеприимства. Какое-то интуитивное чувство подсказывало ей, что бояться нечего. И всё же здравый смысл призывал быть осторожной. Юля подумала о том, как интересно устроена психика. Встретив в лесу человека, мы испугаемся, но если он с собакой, то мы будем доверять ему больше… Вывод такой – животное отлично усыпляет бдительность, и людей слишком легко обмануть.

Она опасливо отодвинула занавеску и увидела, что мужчина сидит на табурете к ней спиной, а у его ног растянулась овчарка. Услышав движение, собака подняла голову и повела ушами, а мужчина обернулся. В его светлых глазах не было ни любопытства, ни осуждения, только спокойная забота.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он тихим, но глубоким голосом. – Я приготовил вам чай. Он поможет восстановиться.

Юля попыталась приподняться, но мужчина мягко остановил её.

– Не спешите. Вам нужен покой.

Она кивнула. Огляделась. Комната, где Юля находилась, была небольшой, но уютной. В углу стояла печь-буржуйка – сердце этого лесного дома, от которого исходило приятное тепло. На стенах висели связки сушёных трав, продукты в пакетах, охотничьи трофеи и какие-то инструменты. На полках были расставлены посуда, банки с чаем, кофе, крупами, конфетами и печеньем. Всё говорило о том, что здесь живёт человек, привыкший к суровой таёжной жизни.

– Спасибо, – прошептала Юля, голос её был хриплым. – Я… я заблудилась.

Мужчина кивнул, словно это было само собой разумеющимся.

– Вижу. Меня зовут Илья. А вас?

– Юля.

– Что ж, Юля, вам повезло, что вы дошли до моей избушки. Тайга ошибок не прощает.

В его словах чувствовалось знание этих мест. Юля вдруг поняла, что ей невероятно повезло. Этот человек, суровый на вид, оказался её спасителем. Но страх перед неизвестностью ещё не до конца отступил, он сменился страхом перед этим мужчиной и его собакой. Кто он? Почему живёт здесь один? Откуда могла взяться двухэтажная изба посреди леса? Первой мыслью Юли было, что это жилище лесника или охотника. Висящее на стене ружье только подтверждало это. Но сейчас она не была уверена в своих выводах. Охотников она представляла иначе – более жёсткими, грубыми. Может быть, он лесник? Юля понятия не имела, как организована жизнь человека этой профессии и может ли он всё время жить в лесу, вдали от цивилизации.

Яра, как назвал её Илья, положила голову на лапы, внимательно наблюдая за Юлей своими умными глазами. Девушка почувствовала, как напряжение в её теле спадает. Даже собака, которая поначалу казалась угрозой, теперь выглядела скорее защитницей.

Илья встал и подошёл к печи, где что-то тихонько булькало в кастрюльке.

– Вам нужно поесть. Горячий суп – лучшее лекарство после такой дороги.

Юля почувствовала, как желудок снова свело от голода. За всё это время она не ела ничего, кроме горстки ягод, найденных в лесу. Запах наваристого супа был невероятно притягательным. Она смотрела на Илью, на его широкую спину, на то, как ловко он управлялся с половником, и понимала, что оказалась в надёжных руках. Впервые за эти долгие, мучительные дни она почувствовала себя в безопасности. И эта безопасность была не просто отсутствием угрозы, а ощущением тепла, заботы и человеческого участия, которого так остро не хватало в дикой, безжалостной тайге.

Внутри дома было жарко, пахло дымом и травами. Мужчина приоткрыл дверь, чтобы проветрить дом, и дышать стало гораздо легче. А потом молча подал ей кружку с горячим чаем, и она сделала первый глоток за долгие дни. Но напиться чаем не получилось. Когда он протянул ей бутылку с обычной чистой водой, она пила жадно, так что вода текла по подбородку.

Утолив жажду, Юля, следуя приглашению хозяина, перебралась за стол. Илья поставил перед ней миску с дымящимся супом. Аромат дичи наполнил избу, заставляя Юлю забыть обо всём, кроме нестерпимого голода. Она взяла ложку, руки всё ещё немного дрожали, но уже не от холода или страха, а от предвкушения. Первый глоток обжёг язык, но это было приятное жжение, согревающее изнутри. Суп оказался густым, наваристым, с кусочками мяса и овощей, и каждый глоток возвращал ей силы.

Илья сел напротив, наблюдая за ней. Он не задавал вопросов, не торопил, просто сидел, излучая спокойствие. Яра, лежавшая у лавки, иногда поднимала голову, бросая на Юлю быстрый взгляд, словно проверяя, всё ли в порядке. Постепенно, с каждым съеденным кусочком, Юля чувствовала, как напряжение покидает её тело. Она ела медленно, наслаждаясь вкусом.

Когда миска опустела, Юля почувствовала себя значительно лучше. Голова прояснилась, тело наполнилось приятной тяжестью. Она подняла глаза на Илью.

– Спасибо, – сказала она. – Вы спасли мне жизнь.

Илья лишь слегка кивнул.

– Тайга – не место для прогулок. Особенно для тех, кто не знает её повадок. Как вы здесь оказались?

Юля глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Нужно ли рассказывать всё? Доверяться совершенно чужому человеку? Она не решилась говорить правду. Потому что эта правда вызовет много лишних вопросов. Вдруг он решит, что она ненормальная. Юля ответила уклончиво, что просто заблудилась. Насколько это звучало правдоподобно, её сейчас мало волновало. Она больше рассказывала о том, как ей было страшно одной в тайге, как она боялась, что на неё набросятся животные или что она умрёт от голода. Говорила тихо, иногда прерываясь, чтобы подобрать слова. Илья слушал внимательно, не перебивая, его серые глаза оставались такими же спокойными и проницательными.

– Я думала, что это конец, – закончила Юля, чувствуя, как к горлу подступает комок. – Уже потеряла всякую надежду.

– Надежду терять нельзя, – произнёс Илья. – Особенно здесь, в тайге.

Этот человек производил впечатление того, кто видел и пережил многое. Он словно был частью тайги, понимал её законы, её суровую красоту.

Когда она упомянула, что шла по какой-то таёжной дороге, и та постепенно увела её в настоящие дебри, он нахмурился, будто догадался, о какой дороге речь.

– Тут километрах в десяти от моей избы есть старая дорога, но ею почти не пользуются, – заметил Илья. – Хотя по ней можно даже к Красноярской трассе выйти. Тут когда-то давным-давно лес валили и раскатали ту дорогу. Сейчас по ней особо не ездят и она потихоньку зарастает.

Видимо, как раз о той лесной дороге, по которой они ехали с Матвеем, он и говорил. Выходит, за эти два дня она прошла примерно десять километров.

– Как долго я могу у вас оставаться? – спросила Юля, понимая, что ей нужно как-то выбираться отсюда.

– Пока не наберётесь сил, – ответил Илья. – А потом посмотрим. До ближайшего посёлка отсюда километров двадцать пять. Это целый день пути для хорошо подготовленного человека. Самой вам туда не добраться.

Юля кивнула. Она понимала, что он прав. Её приключение ещё не закончилось, но теперь у неё был проводник, спаситель. И это давало ей силы. Она посмотрела на Яру, которая мирно дремала, положив голову на лапы.

В избе царила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в печи и мерным сопением Яры. Юля чувствовала себя уставшей, но в то же время удивительно спокойной. Страх отступил, уступив место благодарности и новому, непривычному ощущению защищённости. Теперь она была не одна. И это самое главное.

Илья взял со стола планшет и показал ей карту.

– Вот здесь мы, – сказал он, – А вот ближайшая деревня. Дорога нелёгкая. Если быстро идти, то за день можно добраться. А если с вашей скоростью, то минимум три дня пешком.

Она никогда столько не ходила. Ездила за рулём или на такси. А из физических нагрузок у неё были спортзал через день, бассейн и конный спорт. Идти по тайге пешком десятки километров? Юля поникла.

По плечу ли избалованной домашней девушке справиться с навалившимися на неё проблемами? Юле совсем не хотелось возвращаться домой. Точнее туда, где когда-то был её дом. Теперь её там никто не ждал. Здесь с Ильёй ей было хорошо. Её душа отогревалась рядом с ним после испытанного шока. Вскоре Илья отправился во двор заниматься какими-то делами, а Юля снова легла на его самодельную постель. Удивительно, но хороший человек рядом и природа способны исцелить, кажется, любую душевную рану. Вот только самому Илье, хоть он и был очень вежлив и доброжелателен, похоже, не терпелось от неё избавиться.

Тепло печи, сытость и ощущение безопасности убаюкивали её. Яра, словно почувствовав, что девушка успокоилась, тихонько подошла и положила морду на край лежака. Её присутствие было неожиданно утешительным. Девушка погладила собаку, а та ткнулась носом в её ладонь. Это трогательное участие заставило Юлю улыбнуться. Она закрыла глаза. Ощущения и образы последних двух дней проносились перед ней: бесконечные деревья, страх, голод. Но теперь эти воспоминания были окутаны тёплым светом хижины, запахом трав и присутствием Ильи. Она чувствовала, как её тело расслабляется, а разум погружается в глубокий, целительный сон.

Глава 4

Утро возвестило о своём приходе первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь небольшое окошко. Юля проснулась от запаха свежезаваренного чая и жареной рыбы. Она чувствовала себя отдохнувшей, хотя тело всё ещё ныло от пережитых нагрузок. Голова была ясной, а в душе царило спокойствие.

Илья уже сидел за столом, потягивая чай. Яра лежала рядом, лениво вытянув лапы.

– Доброе утро, – сказал Илья, заметив, что Юля проснулась. – Как спалось?

– Отлично, – ответила девушка, поднимаясь. – Спасибо.

Интересно, где ночевал он сам? Похоже, она заняла единственную в этом доме кровать, если этот грубо сбитый из досок деревянный лежак можно было так назвать.

Юля взяла выданные ей Ильёй полотенце, зубную пасту и новую, запечатанную зубную щётку. А когда вышла на порог, то с удовольствием вдохнула утренний воздух. Он был свежим и прохладным. Солнце уже поднялось высоко, освещая верхушки деревьев.

Алюминиевый умывальник висел с другой стороны дома, куда не попадало солнце. Поэтому вода в нём была всегда прохладная. Юля впервые смогла нормально умыться и почистить зубы. Вчера ей было не до этого.

А когда вернулась в дом и подошла к столу, то на нём стояла тарелка с жареной рыбой и кружка с ароматным чаем.

– Это что, свежая рыба? – удивилась Юля.

– Да, – кивнул Илья. – Тут неподалёку река.

– Можно потом на неё посмотреть?

– Конечно, я тебя проведу. Сама можешь заплутать. Как водичка? Не очень холодная?

– Нет, нормально, – ответила Юля. – Бодрит.

– У меня в планах сделать в доме кухонную зону из досок, и умывальник тут установить, чтобы на улицу не бегать, – стал рассказывать хозяин. – Вон у той стены умывальник будет, под ним ведро для сбора воды, а рядом шкафчик для всяких мелочей.

Илья указал в сторону окна. Судя по всему, там уже была начата работа – имелась самодельная столешница из доски и боковые стенки будущего шкафчика, а на стене были приделаны крепления для умывальника.

– Как у тебя тут всё основательно. Где ты научился так мастерски работать с деревом? – спросила Юля, усаживаясь за стол.

– Да нигде, сам как-то… – он повёл своими широченными плечами.

Не удивительно, что у него настолько развитая мускулатура. Целыми днями дрова колоть, пилить, строгать, брёвна носить да по лесу ходить – с такими нагрузками и спорта не нужно никакого – подумала девушка. От Ильи исходила настоящая, грубая, первобытная мужская сила. Та, что даётся далеко не каждому мужчине, та, которую невозможно искусственно получить. Юля видела много парней в спортзале, которые до изнеможения качали мышцы и пили протеин, чтобы стать большими и рельефными, но получались из них какие-то пластмассовые Кены. Аккуратные, в обтягивающих ягодицы шортиках, с идеально подстриженными бородами и гладкой грудью. В Илье же чувствовалась чистая природная энергетика, которую не получится подделать или «накачать» в тренажёрном зале. Таких мужчин обычно уважают товарищи. От таких теряют голову женщины…

– Слушай, Илья… – Юля замялась. – По местным посёлкам такие слухи страшные ходят. Будто тут девушек убивают. Ты ничего об этом не знаешь?

Он отрицательно покачал головой.

– Нет. Впервые слышу. Сколько я тут живу, ничего подобного не было.

– Ясно. Я так и думала, что это просто местные страшилки.

– Возможно. В деревнях люди любят рассказывать всякие небылицы.

Почему-то она ему поверила. Илья говорил спокойно, не отводил глаз. Ему верилось.

– А как тебе здесь одному живётся? Не страшно, что ночью будешь спать, а кто-то в дом залезет? – Юля с аппетитом разбирала рыбу прямо руками, и не стесняясь, облизывала пальцы.

– Ну, во-первых, у меня есть собака, которая любому злоумышленнику сразу ногу отгрызёт, – пошутил Илья, поглядев с улыбкой на Яру. Та шевельнула кончиком хвоста, должно быть, в подтверждение его слов. – И, во-вторых, чтобы ко мне сюда дойти, надо обладать завидным упорством и здоровьем. Но таких людей единицы. А вот в городе сколько человек живёт? Тысячи. А то и миллионы. И сколько из них не очень адекватны? Гораздо больше вероятности, что именно там, пока ты будешь спать, кто-то к тебе в дом залезет. Мне кажется, как раз в глуши меньше опасности. Кто сюда специально пойдёт-поедет, если это медвежий угол? Вряд ли тут какие-то удивительные ценности имеются, чтобы специально сюда тащились воровать.

– А дикие животные?

– Дикие животные намного адекватнее диких людей, которые обитают в городе, и с которыми ты живёшь бок обок. Уверяю тебя, лихих людей в тайге маловероятно встретить. Если и встречается кто-то, то это либо охотники, либо местные, либо такие же отшельники, как я. Лихим тут делать точно нечего. Как по мне, в парке на скамейке спать опасней, чем в палатке в лесу.

– Ммм… Кстати, да, согласна. А ты этот дом сам построил?

– Да, три года назад.

– Прям совсем сам? – Юля округлила глаза, недоверчиво взирая на Илью.

– Ну да. Построил за лето. Сам жил тут же в палатке. Материалы завозил сюда на квадроцикле.

Он вдруг поднялся с места, потянулся к полке, взял оттуда какой-то конверт, высыпал из него на стол фотографии. Там были атмосферные снимки строительства. На заднем плане ещё недостроенный сруб из брёвен, а на переднем котелок на костре, а возле него Илья в болотного цвета костюме и сапогах присел, обнимая Яру. На другом фото он на квадроцикле, а сзади Яра положила лапы ему на плечи, склонив голову набок, задорно смотрит в камеру.

– Вот это ты крутой! – неподдельно восхитилась Юля.

Он, кажется, немного смутился.

– У тебя есть квадроцикл? – у гостьи загорелись глаза.

– Уже нет. Пришлось его продать на запчасти. Поломался и восстановлению не подлежал.

– Жаль. Я думала, покатаешь… – Юля поглядела на него кокетливо, но потом вдруг засмущалась и отвела взгляд. – Какие шикарные фотографии. Я не знала, что можно вот так в лесу строить.

– Вообще-то нельзя… – Илья усмехнулся.

– И всё равно ты всё сам! Это невероятно!

– Дед мой помогал немного. Он же и фоткал. Я для него это распечатал, но всё никак не отвезу.

Завтрак был простым, но невероятно вкусным. Юля ела с удовольствием. Ей всё больше нравилась эта изба. Она была уютной, затерянной среди бескрайних лесов, но для девушки она стала символом спасения, местом, где она, считай, заново родилась.

Тайга вокруг дома казалась бескрайней и непредсказуемой, но теперь Юля знала, что она не одна. Конечно, к хозяину дома было много вопросов, но она задаст их позже. Сейчас ей нужно было прийти в себя и понять, что делать дальше. Вернувшееся, было, воодушевление постепенно угасало, когда она начинала думать о том, в какое положение попала. Безопасно ли ей возвращаться домой? Ответ на этот вопрос точно не был утвердительным.

Физическое восстановление шло полным ходом, но душевное состояние ухудшалось. Если раньше все мысли были сосредоточены на выживании, мозг работал на пределе, а тело мобилизовало все ресурсы, то теперь Юлю охватила апатия. Её мысли постоянно возвращались к тому, что произошло. Она прокручивала в голове все события, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Не понимала, что ей дальше делать, кто ей друг, а кто враг, не знала, может ли положиться на Илью и вообще нужно ли ему это всё. Ещё совсем юная, она никогда не сталкивалась с серьёзными испытаниями и смертельной опасностью. Сейчас же она чувствовала, что на кону стоит её собственная жизнь.

Илья был загадкой. Он оказался немногословен, но его взгляд проникал в самую душу. Юля не могла понять, о чём он думает, что чувствует. Он был для неё одновременно спасителем и потенциальной угрозой. Всё не шли из головы те жуткие рассказы об ужасных находках в тайге. Она пыталась найти в его поведении хоть какой-то намёк на его истинные намерения, но он оставался непроницаемым.

Юля мало что делала, точнее не делала ничего, почти всё время проводя в постели или сидя на пороге дома и гладя Яру. Наверное, нужно было помогать Илье по хозяйству, но сейчас у неё не было на это сил. Да и не умела она ничего. От осознания своей беспомощности и ненужности Юля в какой-то момент расплакалась. Она вспомнила маму, и ей стало обидно от того, как ужасно всё сложилось. Мама всегда говорила, что хочет для неё наилучшей судьбы. А в итоге её любимая девочка чуть не погибла, и теперь прозябает здесь. Тайга, которая раньше казалась ей враждебной, теперь стала убежищем. Но это убежище было временным, и Юля понимала, что рано или поздно ей придётся покинуть его. Да, Юля себя жалела, и упивалась своим горем. Она чувствовала себя пойманной в ловушку, из которой не было выхода. Ей нужно было с кем-то поговорить, но она пока что боялась довериться Илье. Поэтому в какой-то момент просто легла, отвернулась лицом к стене и тихонько плакала, уткнувшись в подушку, пока тот колол на улице дрова. Она не услышала, как он вошёл. Илья с минуту смотрел, как трясутся от слёз её плечи и слушал тихие всхлипывания.

– Так, ну всё, прекращай, – вдруг сказал он. – Я тебе тут не нанимался в няньки. Найдут тебя, не бойся. Скоро найдут.

Юля встрепенулась, посмотрела на него опухшими от слёз глазами из-под растрёпанных волос, упавших на лоб.

– Нет, никто меня не найдёт. Меня даже искать не будут, – сквозь слёзы выдавила она. – Меня сюда специально завезли. Чтоб я погибла в тайге.

– Не выдумывай.

– Но это правда!

Илья присел на край лежака и тот скрипнул под его тяжестью.

– Ну всё, успокойся. Давай, слёзы вытирай. Расскажи мне всё. Что-нибудь придумаем. Я рацию включу, передадим о тебе информацию. И за тобой приедут.

– Не надо! – Юля села и умоляюще посмотрела на Илью. – Не сообщай никому. Я не хочу, чтоб меня возвращали туда!

– И что ты предлагаешь? Ты тут собралась всё время жить? А мне это надо? Говорю же, я не нянька!

Девушка вскинула на него свои испуганные глаза. От страха и волнения сердце и желудок у неё подкатили к горлу. Он что, её выгоняет?