Текст книги "Я (не) твоя, дракон! (СИ)"

Автор книги: Елена Солт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

12. Моя?

Ханни.

Нортан держит меня мёртвой хваткой, протаскивая за портальное деревянное ограждение.

– Куда м-мы… – пищу, когда он заталкивает меня на круглую каменную платформу.

– Увидишь.

Что?! На самом деле я знаю, куда ведёт этот портал и знаю, что мне там делать нечего, особенно в этот час, особенно с ним! Вот только дракона это мало волнует.

В его руке мелькает чёрная металлическая карточка – королевский пропуск, открывающий все двери.

Расширенными от страха глазами смотрю на то, как Нортан небрежным жестом активирует портал. Пытаюсь дёрнуться в сторону, чтобы соскочить с платформы, но он не даёт. Одной рукой удерживая меня за талию, притягивает к себе, вынуждая упереться ему в грудь согнутыми в локтях руками.

– Спокойно! – командует низким голосом, буравя меня глазами. – Всё будет хорошо. Доверься мне!

Довериться? Ему?!

Горький смех встаёт в горле тугим комом, когда платформа под ногами начинает вибрировать. Инстинктивно цепляюсь за отвороты камзола Нортана ровно за миг до того, как пол исчезает.

Холодный сырой воздух облепляет нас тугим коконом. Волосы виснут в невесомости. Желудок подлетает вверх.

Жмурюсь и прижимаюсь щекой к мягкой ткани мужского камзола, пахнущего морозной свежестью и терпким одеколоном. Горячая ладонь дракона надёжно держит меня за талию.

В голове монотонно кружатся крылоборцы, меня мутит.

Я не люблю порталы! Не люблю! Особенно такие дооолгие. Чувствую на волосах лёгкое дыхание. Нортан поцеловал меня в макушку, или мне показалось? Наверное, это всего лишь ветер.

– Аах! – каблуки, наконец, касаются твёрдой поверхности.

Ноги подгибаются в коленях, но хватка Нортана не позволяет осесть или отклониться в сторону. На этот раз он держит меня за талию уже двумя руками, почти полностью её обхватывая.

Встревоженно всматривается в моё лицо:

– Ты как? Порядок?

Порядок?!

– А ты как думаешь? – шиплю сердито.

Усмехается уголком рта.

Поджимаю губы и смотрю на него снизу вверх с немой укоризной, но в следующую секунду жмурюсь – глаза слепит ярким светом огней, и они начинают слезиться.

Один за другим раздаются портальные хлопки. Грохочут колёсики чемоданов. Слышна ругань грузчиков и женский смех. И люди, люди – много людей.

Мы словно внутри пчелиного улья. Это главная портальная станция столицы.

– Идём! – Нортан тянет меня за собой.

Придерживает за локти, помогая спуститься по ступенькам, ведущим вниз с круглой платформы. Надо же, какая забота!

– Господин Обертон! – к нам подбегает человек в тёмно-синей ливрее портального служащего.

– Экипаж! – лениво роняет Нортан.

– Конечно, господин Обертон! Пожалуйста, следуйте за мной! – тот почти сгибается пополам.

– Стоп, стоп! – торможу, впиваясь каблуками в пол, вырываю руку, отступаю назад. – Я никуда не поеду! Мне нужно обратно в Академию!

Толпа идёт прямо на нас, разделяется вокруг, будто поток горной реки, напоровшийся на камень, огибает нас и смыкается снова уже позади.

Нортан оборачивается. Делает шаг мне навстречу, вновь сокращая расстояние. Прищуривается:

– Вот как? Есть план, как попасть туда?

– Эээ…

Вскидывает руку, прерывая:

– Портал в Академии работает на приём из столицы по простым купонам лишь в строго определённое время, – произносит вкрадчиво. – И сейчас не оно, мисс Бонс, увы.

Вот же ж! Сжимаю кулаки, топаю ногой от злости, потому что он прав!

И в Шарден напрямую отсюда простым людям не попасть из-за его статуса особой зоны между мирами. Только через Академию. Это что же получается? Я в ловушке?

Не явлюсь завтра утром на занятия без уважительной причины и…

– Зачем вы так? – от нервов снова перехожу на вы. – Меня же отчислят! В этом ваш план?

Сжимаю и разжимаю пальцы, борясь с обидным бессилием.

Нашёл, с кем тягаться! Он – дракон королевского рода, которому открыты все двери, а я обычная адептка, ещё даже не крылоборец! Что я могу ему противопоставить? И кому завтра утром поверят?

Моя нижняя губа предательски дёргается.

– Перестань! – рычит Нортан, затем достаёт из кармана шёлковый белый платок с вышитыми фамильными вензелями и раздражённо трёт мне щёку, убирая одинокую слезинку. – Никто тебя не отчислит. Пока я не позволю. Вернёшься обратно через пару часов, если прекратишь ныть. А теперь идём. Ну?

Переминаюсь с ноги на ногу. Глотаю солёные слёзы, недоверчиво смотрю на него:

– Куда?

– Ты ведь так хотела пунш? – насмешливо изгибает правую бровь. – Вот и выпьем. Заодно поболтаем. Хочу обсудить с тобой кое-что.

Элитная ресторация располагается на верхнем этаже здания в самом центре столицы. Вышколенные официанты в серебристых ливреях бесшумно скользят по залу.

Наш столик находится в стороне от остальных в отдельной нише, скрытой от посторонних глаз. О, я прекрасно помню это пафосное местечко. Именно здесь Нортан когда-то сделал мне предложение.

Как же я тогда была счастлива!

Настолько счастлива, что почти не глядя подписала бумаги. Как потом выяснилось – зря.

От неприятных воспоминаний сладкое послевкусие ягодного пунша на языке начинает горчить. Задумчиво помешиваю длинной ложечкой ярко-красный ароматный напиток в изящном хрустальном бокале на тонкой ножке. Подцепляю со дна звёздочку гвоздики. Поднимаю её вверх и смотрю, как она опадает сверху вниз обратно на самое дно.

– О чём думаешь? – спрашивает Нортан.

Отрываюсь от созерцания пунша, которого успела сделать всего пару глотков. Отставляю бокал, упираюсь локтями в стол, поворачиваю голову и смотрю в окно, за которым мерцают вывески магазинчиков и баров, проносятся экипажи. С высоты четвёртого этажа вся главная улица как на ладони.

– О том, что я устала, хочу в свою комнату и спать. А вместо этого зачем-то сижу здесь с тобой.

В ответ раздаётся тихий смешок. Нортан отпивает из крохотной чашечки кофе. Возвращает её на блюдце:

– Предлагаешь перейти сразу к делу?

Пожимаю плечами:

– Если это обязательно, чтобы меня наконец-то вернули в академию, – прикрываю ладонью рот и демонстративно зеваю.

Опускаю руку, но вернуть её на стол не успеваю. Дракон перехватывает моё запястье, кладёт его на середину стола и накрывает мои пальцы своей горячей ладонью:

– Ханни, посмотри на меня.

Перевожу недоумённый взгляд с наших рук на сосредоточенное лицо Нортана.

В приглушённом свете его серебристые волосы отдают мягком сиянием, тёмно-синий камзол кажется чёрным, на губах дракона играет лёгкая улыбка, лицо расслабленно, взгляд блуждает по моим губам, плечам, шее. Я словно кожей чувствую его ласкающие прикосновения.

Брови сами взлетают вверх, а щёки вспыхивают. Почему он смотрит на меня ТАК? Совсем как раньше? Ведь сейчас мы никто и ничто не предвещает…

– Ты очень красивая, Ханни, – вертикальные зрачки направлены чётко на меня, подчиняюще пульсируют ртутью, перекрывая собой большую часть голубой радужки. – Отважная, решительная, смелая. То, как ты сражалась с гарпиями, защищая ту женщину с ребёнком, выглядело впечатляюще.

Эмм? Он серьёзно хочет сейчас обсудить, как я справилась с первым заданием?

Нортан мягко перехватывает мою руку и принимается мягко массировать ладонь, вычерчивая на ней большим пальцем витиеватые узоры. От этого неожиданного и слишком интимного жеста по позвоночнику бегут мельчайшие магические разряды.

– Я… не понимаю…

– Несправедливо, что такой талантливой девушке приходится портить осанку и зрение, сидя после учёбы над артефактами. Да и вообще, Шарден не самое подходящее местечко для приличной девушки, особенно по вечерам. В чём ты сама могла убедиться сегодня, не так ли?

– Уверена, это была всего лишь досадная случайность, – пытаюсь высвободить руку, но Нортан не позволяет. Больше того, накрывает мои пальцы второй рукой.

– Уверен, что это не так. Поверь, детка, Шардэн та ещё клоака, незачем тебе таскаться туда. А если нужны деньги, то есть другой способ их получить, намного более приятный и намного менее хлопотный.

Смотрю на него во все глаза.

Внутри закрадывается подозрение. Слишком уж знаком мне этот вкрадчивый бархатный тон. Именно им дракон раньше искусно навязывал мне свою волю, выдавая её за мою собственную. Вот и сейчас, он явно что-то задумал.

Раз так, решаю ему подыграть. Оставляю попытки высвободить руку, расслабляю её. Склоняю голову набок, растягиваю губы в улыбке и добавляю в голос мёда:

– Какой же это способ, господин Обертон?

Нортан снисходительно прищуривается. Явно доволен собой и уверен, что рыбка уже заглотила приманку.

– Будь моей, Ханни. И ты ни в чём не будешь нуждаться.

О, как! Эта новая реальность пробивает очередное дно. Даже не мисса, официальная невеста. Действительно, зачем?

– Ты предлагаешь мне стать твоей ммм… содержанкой? – интересуюсь с милой улыбкой.

– Я прошу позволить мне позаботиться о тебе, – он подносит мою руку к своим губам, медленно и неторопливо целует каждый в отдельности пальчик. Завороженно смотрю на это. – Всё остальное останется на твоё усмотрение, когда и как ты будешь готова. Как тебе, м?

Теперь уже моя очередь прищуриться. Не спешу с ответом, обдумываю его. Испытываю какой-то мазохистский интерес, прощупывая всё новые и новые грани низости Нортана Обертона.

На этот раз он даже не потрудился завернуть своё желание затащить меня в койку в нарядную обёртку помолвки и будущей свадьбы. Что так?

– Если бы я собиралась устраивать свою жизнь через постель, – проговариваю с милой улыбкой, – разве пошла бы на крылоборство?

– Крылоборцы дают обет безбрачия, – невозмутимо произносит Нортан, буравя меня ртутными вертикальными зрачками.

– Спасибо, я в курсе.

– Тебе не быть ни женой, ни матерью. Хочешь и от секса отказаться? Смысл?

Так вот оно что! Сказать, что я возмущена – ничего не сказать. Выдёргиваю руку, скрещиваю запястья на груди и откидываюсь на спинку стула:

– То есть, по-твоему, если девушка не собирается замуж, то ей и терять нечего? Айда раздвигать ноги налево и направо? Расскажу завтра подругам, вот они обрадуются!

– Проклятье, – рычит Нортан и раздражённо закатывает глаза. – Причём тут это? Плевать мне на твоих подруг. Речь о тебе сейчас!

– Именно!! – вцепляюсь пальцами в край стола, царапая скатерть. – Именно МНЕ ты смеешь предлагать… такое!

Получается громко и на нас оглядываются соседние столики. Нортан сохраняет внешнее спокойствие, но играющие на скулах желваки выдают его истинный настрой, как и погнутая в его пальцах кофейная ложечка.

– И что тебя удивляет? – цедит ледяным тоном. – Любая другая на твоём месте скакала бы от счастья, а ты опять за своё, строишь из себя…

Взмахивает небрежно рукой и выплёвывает беззвучно ругательство, не предназначенное для нежных женских ушей, но которое я прекрасно читаю по губам.

Сердцебиение учащается. Чувствую, что закипаю. Отпускаю бедную скатерть, стискиваю хрустальную ножку бокала с пуншем. Надо бы успокоиться, но с этим проблема, потому что успокоиться уже не получается. Хочется дотошно докопаться до сути, понять, с чего он решил, что в этой реальности со мной можно – так?

– Продолжай? Кого я строю из себя?

Он подаётся вперёд, упирается локтями в стол, который жалобно трещит под его весом. Замечаю, как рельефные бицепсы проступают даже сквозь плотную ткань тёмно-синего камзола. Наверное, со стороны мы кажемся влюблённой парочкой, на деле же мне становится не по себе. Дракон смотрится угрожающе, и что-то мне подсказывает, что лимит его терпения уже на пределе и надо бы прикусить язык.

– Про-е-ха-ли, – проговаривает отчётливо по слогам, не сводя с меня пронизывающего взгляда, в котором я вижу уже знакомый холод из той, прошлой жизни.

Хочется поёжиться. Растираю ладонями плечи, разгоняя кровь. Смотрю в сторону, ощущая на себе тяжёлый взгляд Нортана, слышу его низкий голос:

– Давай не будем портить друг другу вечер, Ханни. У меня нет времени ходить вокруг, да около, поэтому я с тобой честен. Ты мне нравишься с первого дня, наверное, когда дерзила на том распределении. Уже тогда запомнил тебя и решил, что хочу… – он делает паузу, но почти сразу продолжает вкрадчиво. – Присматривать за тобой. Знаю, что и я тебе не противен.

Передёргиваю плечом, делаю вид, что меня крайне интересует пунш. Наверное, глупо спорить сейчас, после того, что тогда произошло в его кабинете. Да и бесполезно. Нортан Обертон убеждён в собственной неотразимости – это я усвоила давно. Рассматриваю алые волны, набегающие на хрустальные стенки бокала от помешивания ложечкой.

– Ты ведь умная девушка, Ханни. А раз так, то должна понимать, что лучше меня тебе не найти. Зачем строить из себя недотрогу, которой ты не являешься? Чтобы набить себе цену? Не стоит. Я и так не собирался дешевить. Как насчёт такой суммы? Для начала.

В немом оцепенении смотрю на то, как Нортан невозмутимо убирает руку во внутренний карман, достаёт чековую книжку и перьевую ручку. Не задумываясь, выводит на плотной бумаге семизначную цифру. Уверенным движением отрывает листок. Впечатывает его в стол, прижимает подушечками пальцев и двигает ко мне.

Завороженно смотрю на древний фамильный перстень с квадратным чёрным камнем на его безымянном пальце. Сглатываю, перевожу взгляд на проклятый листок с суммой, в которую этот мерзавец меня оценил.

Поднимаю ошарашенные глаза на дракона. Нортан надменно изгибает бровь. Думает, наверное, что я в шоке.

А я и вправду в шоке, вот только вовсе не от радости, как он явно решил.

Вскакиваю со стула и, прежде чем понимаю, что делаю, рука сама взлетает вперёд и вверх и красное содержимое моего бокала оказывается на проклятом чеке, на белоснежной скатерти и… на Нортане Обертоне, чьи глаза становятся цвета штормового моря.

Он убьёт меня, точно убьёт!

Разговоры вокруг стихают. В зале виснет зловещая тишина.

– Сядь! – цедит Нортан едва слышно одними губами, но его голос впивается в кожу сотнями мельчайших ледяных игл, пронзает слух повелительной интонацией.

Сглатываю, заворожённо наблюдая за тем, как алые капли пунша стекают по острым скулам дракона, тронутым серой однодневной щетиной.

И что теперь будет? А я понятия не имею, что! Потому что в прошлом ничего подобного себе не позволяла, оно и не требовалось! Всё было идеально, как в сказке! Тихо, мирно, ванильно, пока не грянул гром! И его отголоски, кажется, дрожат во мне до сих пор, потому что я не раскаиваюсь, вот нисколечки!

Единственное, что движет мною сейчас – инстинкт самосохранения, который велит убираться отсюда, как можно скорее и дальше! Кажется, что-то такое мелькает у меня в глазах, потому что Нортан подозрительно прищуривается и смотрит на меня предостерегающе:

– Ханни! – в голосе откровенная угроза. – Немедленно. Сядь!

Вокруг дракона, низко кланяясь, суетятся сразу двое официантов с пачкой белоснежных салфеток. Все вокруг смотрят с сочувствием на Обертона и с немым осуждением – на меня. Кто бы сомневался! Нашли злодейку, ага!

Раз уж терять нечего…

– Не надо! – тычу в остальные столики указательным пальцем. – Так на меня смотреть! Вы бы слышали, что он сказал! Сделали бы то же самое!

– Так, ну, всё! – Нортан раздражённо отшвыривает руку официанта с салфеткой, отодвигает кресло и встаёт.

С ужасом глядя на него, пячусь назад.

– Стой, кому сказал!

Ага, сейчас же! Чтобы мне прямо здесь открутили голову? Нет!

Разворачиваюсь и бегу к выходу. Просачиваюсь сквозь нарядно разодетую толпу столичных франтов со спутницами в пёстрых шелках и перьях. Из-за приторно-сладких духов не продохнуть.

– Нортан, дружище! – раздаётся за спиной. – Как сам?

– Ммм, господин Обертон, – вторит ему игривый женский голосок, кажущийся мне смутно знакомым.

Эта брюнетка…

Хмурюсь, но встряхиваю волосами. Не время сейчас!

Надеюсь, они его задержат, и я успею уйти. Что дальше – об этом я не думаю. Просто остро хочется остаться одной. Не видеть, не слышать, не думать об этот мерзавце, который раз за разом выворачивает мне душу и втаптывает в грязь. За что? Потому что ему так захотелось!

Ноги быстро-быстро сбегают по гладким мраморным ступенькам с чёрными прожилками. Гулкий звук каблучков отдаётся в ушах. Оказавшись в помпезном холле первого этажа, воровато оглядываюсь.

Гладкий мраморный пол, высокая позолоченная круглая люстра, пурпурные диванчики у стен, вышколенный управляющий и лакей в ливрее. Иду мимо них.

Радуюсь отсутствию погони. Впрочем, с чего я вообще решила, что она будет?

Распахиваю настежь тяжёлые деревянные двери и беспрепятственно выхожу на крыльцо. Холодный ночной воздух обжигает горло и нос. Судя по блестящим лужам вокруг, недавно прошёл дождь. Пахнет мокрой брусчаткой, прелой листвой и цветочной сладостью. Справа и слева от крыльца ухоженный газон с белыми розами. Вдыхаю их запах и вдруг замираю. Вспомнила.

Я вспомнила эту женщину, которую когда-то видела нечасто и мельком. Кшатрия Трэвор. Блистательная драконица, на которой не стыдно жениться, в отличие от меня! Я-то только для постели гожусь! Как выясняется в очередной, гарпии, раз!

Внутри болезненно колет. Накатывает воспоминание пустоты и потери и чувство тотального одиночества. Почему?! Почему я снова здесь? С ним?

Задираю голову к серо-синему небу, затянутому тучами.

Да сколько можно уже?!

Гадство!

– Мисс? – услужливый лакей в форме ресторации почтительно кланяется. – Могу я вызвать для вас экипаж?

Провожаю глазами несущиеся мимо кареты. Почти ночь на дворе, а движение такое оживлённое!

Вот только экипажа мне ждать не хватало! К гарпиям!

– Нет, благодарю. Я пройдусь.

Спускаюсь по скользким серым ступеням. Как назло, снова начинается дождь. Холодные капли падают за воротник лёгкого платья. Интересно, когда он начал путаться с этой Кшатрией? Когда я уехала, чтобы ухаживать за мамой? Или ещё при мне? Я была настолько наивна и глупа, так доверяла, что не разглядела змею под носом? А выходит, она всегда вертелась вокруг него, ещё со времён академии…

Гарпии, почему так больно?

Иду вдоль дороги. Хлюпаю по лужам. Не обращаю внимание на дождь и на то, что ботинки насквозь промокли. Мимо проносятся экипажи. Горят вывески магазинчиков. Столица никогда не спит. Ноги сами несут меня прочь.

Дождь усиливается. На другой стороне вижу работающую кофейню. Решаю переждать ливень там и заодно решить, как быть дальше, как выбраться из проклятой столицы и успеть вернуться в академию.

Дождь застилает глаза, катится по щекам, сливая окружающий мир в мутно-серое пятно с яркими кляксами фонарей.

Из-за нескончаемых капель воды с трудом разбираю, что вокруг. Ступаю на вроде бы пустую мостовую, делаю шаг, поворачиваю голову и застываю на месте. Ноги деревенеют и не слушаются, я заторможена от ужаса из-за не пойми откуда взявшегося экипажа, который несётся на меня во весь опор. Последнее, что я вижу – испуганные глаза кучера, пытающегося остановить лошадей. Безуспешно…

13. Не твоя!

Ханни.

Резкая боль простреливает плечо, меня дёргает назад. Экипаж на бешеной скорости проносится мимо, всего в десятке сантиметров от моего лица и одеревеневшего тела. Порыв ветра бьёт в глаза и щёки, заставляя моргнуть. Холодные брызги из лужи окатывают юбку.

Задумчиво смотрю вслед удаляющемуся экипажу, а потом меня резко разворачивает:

– С ума сошла? – рычит Нортан, встряхивая меня за плечи так, что голова болтается как у игрушечного фарфорового болванчика, который был у меня в детстве. – Бестолочь! Тебе что, жить надоело?!

Голубые глаза дракона сверкают злостью, ноздри раздуваются, челюсти плотно сомкнуты, брови сдвинуты на переносице. Светящаяся белым вывеска какого-то заведения создаёт вокруг его волос серебристый ореол.

Вокруг шумит дождь, разбиваясь о твёрдую брусчатку. Спешат запоздалые прохожие, стучат копыта лошадей и колёса мимо проезжающих экипажей. Во рту горько-ягодное послевкусие от пунша. От усталости подгибаются колени.

Можно было бы возмутиться, начать вырываться, скандалить посреди улицы, но я вдруг понимаю, что эмоционально на нуле. А Нортан, каким бы он ни был, только что спас меня, вытащив из-под колёс.

Смотрю на него и впервые задумываюсь: а что мы, собственно, делим?

Былого не вернуть, ничего уже не исправить, я выбрала новый путь.

Реальность изменилась. И чем дальше, тем больше случается необратимого.

Я от задуманного не отступлю. Нортану придётся принять это.

Сейчас в нём говорит инстинкт охотника, от которого ускользает добыча. Но терпение дракона не бесконечно, как и его мужской интерес, мне ли не знать? Совсем скоро ему наскучит, он отступит, обратит свой взор на блистательную драконицу, что настойчиво вертится вокруг, остынет ко мне и каждый из нас пойдёт своей дорогой. А если всё так, тогда какой смысл в бесполезных спорах? Если всё само собой образуется и рассосётся, и надо лишь подождать? И поберечь нервы друг друга.

Как бы то ни было, когда-то Нортан сделал для меня много хорошего. Он не плохой человек. Просто… не для меня. Но ведь с этой проблемой я уже разобралась, так к чему эти бесконечные склоки? Не правильней ли будет попридержать эмоции, перетерпеть и остаться в приятельских отношениях?

Нортан Обертон – дракон королевского рода. Надо быть беспечной идиоткой, чтобы наживать в его лице врага.

Лишние эмоции и обида мешали мне осознать всё это раньше, а теперь я отчётливо вижу и другую сторону медали. Что, если, отталкивая, я лишь распаляю его ещё больше? И тем самым только отодвигаю неизбежный разрыв?

Закрываю глаза, подаюсь вперёд, прижимаюсь щекой к широкой и твёрдой груди дракона. Сгибаю руки в локтях и касаюсь пальчиками мягкой ткани его камзола. Закрываю глаза, втягиваю носом запах морозной свежести, смешанный с шелестящим дождём.

– Прости за пунш, – проговариваю уверенно. – Я была неправа, мне следовало ответить ртом, а я… вспылила. Мне жаль, что так вышло. Спасибо, что спас. Снова.

Нортан стоит недвижимо, он словно окаменел. Не ожидал? Не знает, как реагировать? А у меня на душе становится легче.

В следующий миг чувствую, как сильные руки дракона отпускают мои плечи, его хватка ослабевает. Тёплые ладони скользят вниз по моим рукам, переходят на поясницу, движутся вверх по спине, успокаивающе поглаживают между лопаток, одной рукой Нортан касается моих влажных волос, осторожно и почти невесомо.

– Ты насквозь промокла, – проговаривает хрипло, затем мягко отстраняет меня.

Сразу становится одиноко и холодно. Мокрое платье противно липнет к груди, бёдрам и животу. По щекам катятся капли дождя.

– Идём! – одной рукой оплетает меня за плечи и тянет за собой.

– Куда? – упираюсь каблуками в мокрые камни.

– Увидишь, – роняет сухо.

– Но мне нужно в Академию! – переминаюсь с ноги на ногу, обхватываю руками живот, который под мокрой тканью покрылся гусиной кожей.

Нортан поворачивает голову. В ночном небе сверкает молния, освещая его лицо, полное холодной решимости, от которой мне вдруг становится не по себе.

– Ты будешь там завтра утром, – чеканит твёрдо. – Обещаю, что проблем не возникнет. Если сейчас сделаешь, как сказал.

Вздрагиваю от оглушительного раската грома над головой. С трудом разлепляю ресницы. Замечаю рядом с нами экипаж. Давно он здесь?

– Ханни! – требовательно подгоняет Нортан, держась за приоткрытую дверцу. – Поехали!

– Зачем? Куда? – пытаюсь перекричать шум дождя и звук проносящихся мимо карет.

Зубы начинают отбивать барабанную дробь, но сдаваться так просто я не намерена и уж тем более не собираюсь слепо доверяться дракону. Уже проходила, спасибо, хватило!

Но и терпению Нортана приходит конец. В пару шагов он оказывается рядом:

– Ко мне, мать твою! Куда ещё? Нет, в парк погулять! Тебе надо согреться и обсохнуть, если не хочешь свалиться с простудой! Переночуешь у меня и завтра утром спокойно вернёмся! Шустрее, Бонс! Ну же!

Тянет меня за локоть. Вырываю его.

Переночуешь у меня?!

Девственница, а целуешься, как шлюха!

Вон оно что! Ну, конечно! Интересно, он всё это спланировал заранее?

– Никуда я с тобой не поеду! – решительно мотаю головой и отступаю назад, подальше от проклятого экипажа.

Холодные капли ручьями текут по щекам, жалят затылок и плечи. Сверкает молния. Жмурюсь.

– Серьёзно? Здесь будешь стоять? – рычит Нортан. – Лишь бы не со мной? Не видишь, какая хрень творится вокруг? Тащиться в академию сейчас точно не вариант!

– Значит, буду стоять!

Дракон запрокидывает голову вверх, слово обращается к небесам, призывая все кары небесные на одну непутёвую бестолочь, из-за которой он вынужден мокнуть.

Испытываю в этот момент сладкое злорадное торжество.

Не всё и не всегда бывает по-твоему, господин Обертон! Не в этой жизни. Придётся отступить. И ничего ты не сделаешь.

Верчу головой по сторонам, пытаясь высмотреть укрытие. Отвлекаюсь, поэтому не сразу замечаю, как дракон оказывается рядом. Губы сомкнуты в жёсткую складку. Брови нахмурены. Вскидывает руку на уровень моих глаз. От кончиков его пальцев к моему лбу тянется серебристый дымок, и мне вдруг резко хочется спать. Колени подкашиваются, я начинаю оседать прямо в лужу, но меня подхватывают чужие руки. А потом наступает темнота.

Ноздри щекочет дразнящий аромат свежих булочек и кофе. Пустой живот тут же отзывается урчанием.

Что? Кто? Где?

Щека лежит на чём-то мягком, я почти вся с головой закутана в тёплую пушистую ткань, приятно пахнущую лавандой. Приподнимаюсь на локте, стаскиваю с головы коричневый шерстяной плед. Осматриваюсь и хочется застонать.

Резной комод из орехового дерева с позолоченными ручками. Кресло из синего велюра. Тяжёлые лимонные портьеры, из-за которых пробивается серый утренний свет.

Хуже и быть не может. Я в городском особняке Обертона.

Пытаюсь вспомнить события вчерашнего вечера, и ничего не получается.

Тревожно ощупываю себя под пледом и холодею, потому что на мне из всей одежды лишь нижнее платье и бельё. Единственная хорошая новость в том, что я лежу на диване в гостиной, а не в постели Обертона. Это несколько обнадёживает.

Щёлкает замок и раздаются шаги. Натягиваю плед до самого подбородка и поворачиваю голову.

В поле зрения появляется молоденькая Китти, наша горничная. Не наша – одёргиваю себя мысленно. И я не должна знать её имени!

– Доброе утро, мисс! – служанка приветливо улыбается, на её щеках появляются ямочки. – Вот ваша одежда! Я привела её в порядок! Позвольте, я помогу вам?

Смотрю на собственное голубое платье, раскачивающееся на вешалке.

– Кхм, спасибо, я справлюсь сама. А ты не знаешь, кто меня вчера раздевал? – задаю мучающий меня вопрос и напряжённо всматриваюсь в смешливое личико Китти.

– Я, мисс!

Фух! Одной головной болью меньше! Это радует!

– Господин сказал, что вчера на улице вы потеряли сознание, я по приказу господина избавила вас от верхней одежды, а господин высушил остальное.

Г-гарпии!

Заглядываю себе под плед, чтобы оценить это «остальное» – нижнее платье из полупрозрачной белой ткани, через которую просвечивает лиф и трусы. И это они сейчас сухие! А когда были мокрые?!

Щёки против воли начинают гореть.

– Если помощь с одеждой вам не нужна, тогда я предупрежу господина, что вы скоро будете! Он уже ожидает вас за завтраком! Ванная комната прямо по коридору.

– Благодарю!

Закончив с одеждой и наспех приведя себя в порядок, вхожу в просторную столовую.

У меня куча вопросов к дракону, не знаю, с какого начать. Китти уверена, что я сама грохнулась в обморок, ни с того ни с сего, и бедолаге «господину» не оставалось ничего, кроме как притащить меня в дом. Вот только я отчётливо помню голубоватый дымок из пальцев Нортана! Не мог же он мне примерещиться? Или мог?

Это место…

Прямоугольный стол из белого дерева. Изысканный фарфоровый сервиз. Серебряная трёхуровневая круглая подставка с красными яблоками. Розетки с разноцветными джемами на блюде в виде листка.

Гоню прочь непрошенные воспоминания. Сколько таких вот завтраков было у нас в прошлом? Не счесть. Сказать, что всё происходящее сейчас странно это ничего не сказать.

Линдси, другая служанка, почти слилась со стеной, обтянутой кремовыми шёлковыми обоями.

Нортан сидит на привычном месте во главе стола. Допивает чашечку кофе, внимательно изучая утреннюю газету. Заслышав мои шаги, мажет по мне быстрым ничего не выражающим взглядом:

– Доброе утро. Завтракай и будем выдвигаться.

Выразительно смотрит на карманные часы. Это тонкий намёк, чтобы я не копалась? Я и так не собиралась. Только попробую изумительные воздушные булочки Марты. Они такие вкусные, что ум отъешь! Я помню.

Занимаю отведённое место в середине стола. Кладу на тарелку пушистую сдобу, присыпанную снежной крошкой сахарной пудры. С трудом сдерживаю стон предвкушения от того, как нежнейшее тесто растает на языке.

Дворецкий услужливо наполняет мою фарфоровую чашечку ароматным чёрным кофе.

– Спасибо, Фассет! – брякаю в тишине столовой.

Гарпии!

Тут же прячу глаза в чашечке с кофе, молясь всем богам, чтобы Нортан был слишком увлечён газетой и не обратил внимание на мою преступную оплошность.

Я не дышу. Перестаю чувствовать запахи, теряю аппетит, но шелест откладываемой газеты всё-таки раздаётся, а затем и вопрос:

– Ты только вошла. Откуда? Ты знаешь, как зовут моего дворецкого?

Дракон делает знак прислуге, и все тут же выходят. Мы остаёмся одни в пустой столовой.

Горячий напиток обжигает горло. Дрожащими пальцами возвращаю чашечку на блюдце. Выпрямляю спину. Смотрю на Нортана.

Дракон откидывается на спинку кресла. В цепком взгляде, направленном на меня, ни намёка на недавний интерес, лишь холодный расчёт. Въедливый, подозрительный, холодный.

Подозревает что-то? Догадывается?

Я сплоховала, а он с готовностью вцепился в добычу и даже не думает её выпускать:

– Я жду.

– Йаа…

Нортан подаётся вперёд, упирается локтями в стол, всем своим видом показывая, что он весь внимание. Приходится вспоминать на ходу один из эпизодов, случившихся в той, прошлой жизни. Отмахиваюсь в сторону:

– Ой, да так, слышала, как служанки сплетничали в коридоре, дескать, Фассету пора бы взять выходной, а то кидается на всех, как бешеная гарпия, ну и ещё там всякое…

– Что именно?

– Да не помню я уже! И вообще! Что за допрос?

Подношу ко рту булочку, прихватываю губами пушистое тесто, зажмуриваюсь от удовольствия.

Как я и думала – тает во рту! Ммм!

– Сделаю вид, что поверил, – Нортан нервно расправляет газету, хлопая бумагой.

– Кстати, – я откладываю булочку на тарелку и отпиваю кофе. – Не хочешь объяснить, что это вчера было? Почему я здесь?

– Твоя истерика меня утомила, и я тебя усыпил.

Ложечка выскальзывает из пальцев и ударяет по блюдцу. Нет, вы это слышали?!

– Поверить не могу! Считаешь это нормальным? С другими девушками тоже такое проворачиваешь?

Я не вижу лица Нортана, скрытого газетой, поэтому всё, что мне остаётся, это жечь взглядом серую бумагу. Ладони начинает припекать от нестерпимого желания послать заклинание и в самом деле подпалить проклятую газету.

Уверена, он намеренно меня злит, давая понять, что в газете нечто куда более интересное, чем я! А потом из-за газеты раздаётся скучающий голос Нортана: