Текст книги "Я (не) твоя, дракон! (СИ)"

Автор книги: Елена Солт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

3. Второй шанс

Ханни.

– Эй, соня, подъём!

– Она реально спит? Охренеть.

– Вот это нервы.

– Железные, ха! Не то, что твои яйца, да, Дроу?

– Свалил! Пока твои не проверил на прочность.

Кто-то безжалостно трясёт меня за плечо, рискуя его оторвать.

– Ммм? – разлепляю глаза и тут же их выпучиваю.

Резко выпрямляю спину и чувствую, как челюсть падает вниз.

Я сижу на низкой длинной скамье у стены в коридоре Академии Виантур.

Вокруг меня столпилась кучка адептов. Я их всех знаю, но… стоп, стоп, стоп…

– Фу, Бонс, подотри слюни! – презрительно морщится Эйзек Минч, дракон и избалованный сынок богатых родителей, поправляя идеально уложенную платиновую чёлку. – Я, конечно, понимаю, что при виде меня ты течёшь, но выглядит мерзко.

Инстинктивно вытираю рот. Гарпии! Как будто я и правда сладко спала, это ж надо! Что, блин, здесь происходит? Как я попала в Академию? Где Нортан?

– Свалил отсюда! – это уже Юэн впечатывает кулак в плечо Эйзека.

– Эй, крошка Бонс, не дуйся! – Эйзек подмигивает мне, ржёт и уходит к массивной деревянной двери у противоположной стены, где толпятся остальные адепты.

Пока они препираются, я жадно всматриваюсь в друзей. Юэн и Агнес выглядят… моложе тех их версий, которые я помню.

– Придурок! – шипит Агнес, провожая Минча взглядом, встряхивает копной пшеничных кудряшек и поворачивается ко мне.

Её большие голубые глаза тревожно всматриваются в моё лицо:

– Я уж думала, не добужусь тебя! – в её глазах пляшут смешинки. – Простите, господин ректор, мисс Бонс пропустит распределение, потому что она спит!

– Распределение? – повторяю за Агнес, словно эхо.

– Что с лицом? – лавка прогибается под весом Юэна, развалившегося слева от меня.

Он вытягивает длинные ноги в проход, наталкивается на мой ошарашенный взгляд и вскидывает изящную чёрную бровь:

– Ты вроде бы всё решила? Он стопудово возьмёт тебя, так что не дрейфь.

Массивная дверь открывается. Мы втроём дружно поворачиваем головы. Адепты расступаются, и я слышу тоненький голосок миссис Тауф, худенькой девушки с родинкой на щеке, секретаря ректора:

– Мистеры Минч, Дроу, Увас, мисс Леро, Хэндрикс и мисс Бонс, прошу вас!

– Идём! – Юэн и Агнес тут же соскакивают с лавки.

Я тоже встаю, а что ещё мне остаётся? Провожу руками по длинной юбке глубокого изумрудного цвета, поправляю форменный галстук на груди. Пропускаю сквозь пальцы каштановые пряди волос с медным оттенком. Такие длинные я носила, когда училась в Академии…

– Мисс Бонс! – поторапливает меня миссис Тауф и суетливо машет рукой. – Бегом, бегом!

– Простите! – спешу к двери, за которой уже исчезли мои друзья и те, кого вызвали вместе с нами.

Я сплю? Этого всего не может быть по-настоящему! На ходу щипаю себя за руку. Ай! Больно.

Если это не сон, тогда… не может быть. Каждый мой шаг вбивает гвоздь в обыденное «настоящее», руша привычную картину мира.

Сердцебиение учащается. Я почти не чувствую ног. Если это то, что я думаю, тогда…

Тук, тук, тук. Звук моих каблучков кажется оглушительным в тишине, висящей в Зале распределения. Просторное помещение со стенами, обитыми красным деревом. Высокий потолок. Кафедра на возвышении, за которой сидит комиссия, состоящая из ректора, деканов и руководителей направлений.

Я трусливо смотрю в пол себе под ноги, потому что боюсь поднимать глаза. Боюсь увидеть ЕГО. Адепты выстроились в ровную линию перед кафедрой.

Миссис Тауф, быстро-быстро стуча каблучками, проходит мимо нас к маленькому письменному столику возле окна.

– Итак, – твёрдый голос ректора наполняет пространство. – Рад всех приветствовать.

Тиан Зорен – дракон, ему больше пятидесяти лет, но выглядит моложе. Так, по крайней мере, всегда с придыханием говорит Агнес. Длинные пепельные волосы ректора убраны в низкий хвост. На лице лишь несколько горизонтальных морщинок на лбу, да складка возле рта. Наверное, Агнес права.

Ректор смотрит в стол, шуршит листами пергамента, перебирая личные дела адептов:

– Кто у нас первый по списку?

– Мистер Дроу, – с готовностью подсказывает со своего места миссис Тауф.

– Мистер Дроу, – повторяет ректор и безошибочно смотрит на Юэна. – Вы выбрали направление?

– Да, господин, ректор! Крылоборство!

– Похвально, – кивает ректор и поворачивает голову налево, смотрит на мага со смуглой кожей и коротко стриженными чёрными волосами в чёрной кожаной куртке. – Мастер Киртис?

– Проходит, – сухо подтверждает тот, сверившись со списком.

– Принято. Дальше.

Агнес и Эйзек так же без проблем проходят на крылоборство. Увас на зельеварение. Хэндрикс на целительство. Всё идёт как нотам, пока что.

Поражаюсь тому, как точно сейчас воспроизводится очерёдность событий. Я вспоминаю каждую деталь, узнаю её.

Последний учебный год в Академии Виантур. Финальное распределение. Выбранное направление станет для нас основным и именно на него мы получим диплом. Мы шли к этому все четыре года.

Комиссия – всего лишь формальность. Списки давно утверждены, и каждый знает, куда попадёт.

В Академии Виантур есть постоянные кафедры: практической магии, целительства, зельеварения, иллюзий, ментальной магии. Помимо них есть два направления от короны, которые меняются время от времени, в зависимости от того, в каких специалистах королевство нуждается в данный момент.

Вот уже несколько лет это крылоборство под патронажем Королевского Министерства Крылоборцев и артефакторика под патронажем частной Корпорации Дратур, крупнейшего предприятия по производству артефактов.

В отличие от деканов факультетов академии, руководители временных направлений постоянно сменяются. И это неудивительно: у них другие задачи и цели, преподавание для них явно не зов души, а вынужденная повинность в угоду королю. Они не задерживаются здесь дольше года. Нет стабильности, но есть другие плюсы.

Лучшим адептам крылоборцев и артефакторики гарантировано трудоустройство. Мне с моим скромным магическим резервом сам Бог велел выбирать артефакторику, для которой всплески магии и большой резерв всегда считались усложняющими обстоятельством.

Медленно, но верно в голове всё укладывается по полочкам. Я не сплю и не сошла с ума. Реверс сработал.

– Мисс Бонс? – кажется, ректор уже второй раз называет моё имя. Или третий?

– Простите, господин ректор, – улыбаюсь несмело, – я волнуюсь.

Вокруг глаз дракона расходятся лучики морщинок:

– Вам не о чем волноваться, мисс Бонс. На это у вас было четыре года экзаменов и зачётов. А сейчас просто озвучьте ваше направление.

Облизываю сухие губы. Боги! Смотрю на деканов факультетов, которые сейчас откровенно скучают. На мастера Киртиса, поднёсшего к губам стеклянную бутылку с водой, на ректора, терпеливо ожидающего моего ответа. На того, кто сидит справа от ректора, намеренно не смотрю.

– Крылоборство, – стараюсь, чтобы голос не дрожал.

Все присутствующие адепты резко поворачивают на меня головы. Мастер Киртис давится водой:

– Простите, что? – он вытирает рот белой салфеткой. – Мисс Бонс, это шутка? Вы даже не отожмётесь ни разу!

– Я справлюсь! Я долго думала, и решила! Я буду усердно работать! Я не подведу! Прошу вас!

Смотрю на него в упор. Другого выхода нет. На кафедрах явно всё занято, там места не резиновые, а вот у направлений, спонсируемых короной, всегда есть резерв.

Становится тихо. Мастер Киртис жадно пьёт из бутылки. Ректор вздыхает и трёт переносицу.

И в этот момент раздаётся спокойный ледяной голос справа от ректора:

– Мисс Бонс в моих списках. Как это понимать?

Заставляю себя повернуть голову. Вдох, выдох. А вот и руководитель направления артефакторики в Академии Виантур в этом году. Один из учредителей Корпорации Дратур. Дракон королевского рода. Нортан Обертон.

Именно к нему я попала в той, прошлой жизни, когда впервые свернула «не туда». Я в его списках. Он считает меня «своей». И явно не настроен отдавать.

Взгляды всех присутствующих сходятся на мне. И надо что-то ответить.

Вертикальные зрачки дракона сужаются до узких щёлочек. Голубой лёд радужки почти физически жжёт мои лицо и шею. Язык прилипает к нёбу, кончики пальцев дрожат.

Лорд Обертон откидывается на спинку кресла, поднимает подбородок, смотрит на меня внимательно из-под полуприкрытых век. Изучает, безошибочно считывает эмоции, после чего произносит бархатным вкрадчивым голосом:

– Девушка перепутала. Переволновалась. Бывает, – дракон осматривает меня, скользит взглядом сверху вниз и обратно. Задерживается на груди и снова глаза в глаза.

Гипнотизирует. Ломает волю. Путает мысли.

Как же хорошо я знаю этот взгляд! Оценивающий и удовлетворённый. Не хватает только штампика «одобрено». Впрочем, его роль выполняет безапелляционный вердикт:

– Она хотела сказать «артефакторика», – произносит уверенно. – И она проходит. Поздравляю, мисс Бонс.

Мастер Киртис пожимает плечами. Я ему на фиг не упала и конечно он не станет рвать за меня глотку. Скорее, порадуется, что не обзавёлся слабым звеном в команде. Деканы откровенно скучают. Ректор не смотрит на меня и что-то пишет.

– Хорошо, что разобрались, – кивает рассеянно и смотрит на миссис Тауф. – Давайте следующих.

Вот так, одно слово Обертона перечеркнуло всю мою пламенную речь.

Моргаю несколько раз, сбрасывая наваждение:

– Постойте! – делаю шаг вперёд, выходя из ровной шеренги адептов. – Я не согласна, нет! Я не ошиблась, я передумала и решила посвятить свою жизнь крылоборству! Сожалею, что делаю это в последний момент, но мои мотивы направлены исключительно на благо страны и короля!

Упоминание последнего действует на присутствующих волшебным образом. Да, есть кто-то, кто выше даже тебя, Нортан Обертон, и чьим именем я могу прикрыться! Судя по оживившейся комиссии, я выбрала верную тактику.

– Поясните, – позволяет ректор.

Он складывает руки на стол, сплетая пальцы, склоняет голову набок и внимательно на меня смотрит. Нортан по-прежнему расслаблен, но уголок его рта опущен вниз, а левая бровь насмешливо выгнута, дескать, ну, давай, попытайся.

А мне терять нечего!

– Просто… – нервно поправляю галстук. – Любой адепт принесёт много больше пользы, занимаясь тем, в чём он талантлив, чем горит и к чему расположен. Учёба на направлении, к которому адепт не расположен, лишь увеличивает расходы короны и не сулит экономической выгоды, если адепт не будет работать по полученной специальности. Как я уже сказала, я хочу посвятить свою жизнь крылоборству и не планирую работать с артефактами. Вот почему меня следует принять на крылоборство, господин ректор, и не принимать на артефакторику.

Вокруг становится тихо. Слышна болтовня и смех адептов за дверью. Нервный вздох Агнес за спиной. И ледяной голос Нортана Обертона:

– Надо было раньше думать о ваших склонностях. У вас на это было четыре года. Достаточно, чтобы выбрать. И вы выбрали. А сейчас морочите нам всем головы и отнимаете время. Вам так нравится быть в центре внимания, мисс Бонс?

Смотрю на него во все глаза. Что происходит, вообще? Почему он так вцепился в меня? Одной адепткой больше, одной меньше – подумаешь! Да у него их будет вагон и тележка! Но нет, Нортан Обертон не привык, чтобы ему отказывали, даже в такой малости. В этом всё дело?

Упёрся рогом и продавливает меня и всех остальных. О, он прекрасно это умеет, мне ли не знать!

– Мне нравится крылоборство, господин Обертон, – отвечаю тихо, но твёрдо и задираю подбородок.

Нет, я не сдамся и не отступлю. Это мой второй шанс, и я готова вгрызаться в него зубами!

Пока мы с руководителем направления артефакторики буравим друг друга взглядами, ректор наклоняется к мастеру Киртису и о чём-то с ним переговаривается, после чего возвращается в своё прежнее положение с прямой спиной:

– Будет вам крылоборство, мисс Бонс, – произносит с добродушной усмешкой. – Кто мы такие, чтобы впустую транжирить деньги короны? Вы уж их отработайте, каждый золотой, потраченный на ваше обучение.

– Для начала это обучение неплохо бы закончить, – вздыхает мастер Киртис, – в чём лично у меня большие сомнения.

Мне понятен его скептицизм, и он имеет на него полное право. Я не блистала на физкультуре, он это знает. Видел недавние занятия, видел списки. Моего имени не было в отличниках и среднячках.

Но это неважно. Всё это сейчас неважно!

Главное, что я добилась своего:

– Спасибо, господин ректор, мастер Киртис! Я не подведу, обещаю!

– Успехов, мисс Бонс, – устало кивает ректор и поворачивается к секретарю. – Миссис Трауф, пригласите следующих.

Мельком смотрю на Нортана, чей чеканный профиль повёрнут к окну. Делает вид, что ему всё равно. Нервничать из-за какой-то адептки? Слишком мелко для дракона королевской крови. Надеюсь, он не примет случившееся на свой счёт и благополучно забудет обо мне сразу, как только я выйду за дверь.

Собственно, туда я и направляюсь в окружении других адептов.

Внутренне горжусь собой! Верю, что это, пусть маленький, но всё же шаг на путь «долго и счастливо» с пути «поворот не туда». Теперь я под руководством мастера Киртиса.

Нортан Обертон не властен надо мной. Как руководитель иного направления, теперь он не приблизится ко мне. Не начнёт ухаживать. А я не влюблюсь. Наши дорожки уже разошлись в разные стороны и теперь всё будет хорошо. Мысленно убеждаю себя в этом, пока иду к выходу, чувствуя лопатками чужой тяжёлый взгляд.

Едва мы оказываемся в коридоре, Эйзек заступает мне дорогу:

– Каких гарпий, Бонс? – шипит ядовито. – Какое, на хрен, тебе крылоборство, а?

– Тебя забыла спросить! – нахожусь в ответ.

– Проблемы? – рядом со мной, плечом к плечу, останавливаются Юэн и Агнес.

– Да! – Эйзек скрещивает руки на груди. – Слабакам среди крылоборцев не место!

– И это решать тебе? – тёплая ладонь Агнес ободряюще сжимает моё плечо. – Не много ли на себя берёшь?

От прежней насмешливости Эйзека не осталось и следа. Взгляд колючий и злой. Вокруг нас начинают собираться адепты. Всем интересно посмотреть, чем кончится дело. Эйзек понижает голос:

– Не вздумай лезть в мою группу!

– И не собиралась!

– Я предупредил!

– Я услышала!

Смотрим друг другу глаза. Эйзек морщится и явно хочет сказать что-то ещё, но бросает быстрый взгляд мне за плечо, разворачивается и уходит. Оглядываюсь и вижу миссис Тауф со списками.

Агнес подхватывает меня под руку и тянет прочь:

– Ничего не хочешь мне рассказать? – шепчет на ухо.

– Ты тоже недовольна? – идём быстрым шагом по коридору.

– Как-то ты резко, Ханни, – Юэн догоняет нас и пристраивается к шагу. – Ты же реально на артефакторику шла! Что изменилось?

ВСЁ! Хочется крикнуть, но не могу. Надо успокоиться, но нервы на пределе:

– Передумала! Решила, что быть крылоборцем интереснее! К тому же так я буду с вами! Чем плохо? Вы будто не рады!

– Не в этом дело, – качает головой Агнес, касается моего запястья, вынуждает остановиться и развернуться к ней лицом к лицу. – Будь добра, объясни, потому что я не понимаю!

Поворачиваюсь к ней, смотрю усталым взглядом. У меня никогда не было секретов от Агнес, но сейчас явно не тот случай. Реверсы вне закона, их создание и использование признано опасным для государства и карается смертью.

Никто не должен знать о случившемся. И дело даже не в том, что я не доверяю друзьям. Доверяю. Но если вдруг что-то пойдёт не так, их объявят сообщниками. Словно невзначай поправляю галстук на груди. Чувствую под ним мамин кулон. Нужно будет его уничтожить при первой же возможности. Скрыть все следы. Обезопасить себя.

Но для начала придётся усыпить бдительность друзей. Вот только Агнес не унимается и не помогает:

– Эй, Ханни! Я ведь тебя знаю! Ты всегда мечтала о большой и дружной семье! – наседает на меня, давит на больное. – О любимом мужчине рядом! Для крылоборца всё это под запретом! Они дают обет безбрачия. А ребёнка, если даже он появится, обязаны отдать на усыновление и не знать о нём ничего! Забыла?

Ребёнок…

Воспоминания обрушиваются на меня внезапно и резко. Волевым усилием останавливаю эту лавину. Не хочу ни думать, ни осмысливать это. Слишком больно. Сердце изрезано на лоскутки, душа в клочья.

– Это было раньше, – отвечаю сухо. – Сейчас всё иначе. Я не прошу вас помогать, просто не мешайте. Я не буду обузой и слабым звеном. Обещаю! Надеюсь, этого достаточно?

Против воли в глазах копятся слёзы. Если они снова начнут отговаривать меня и убеждать, что я не справлюсь, что крылоборство не моё, то я уже не знаю, что делать.

Юэн первым нарушает молчание:

– Вполне, – убирает руки в карманы тёмно-синих форменных брюк. Выразительно смотрит на Агнес.

Подруга делает шаг и обнимает меня. Укутывает тёплым облаком и ароматом розовых духов:

– Не знаю, что с тобой стряслось, Ханни. Надеюсь, когда-нибудь ты расскажешь. Но если ты уверена, что всё делаешь правильно, то, конечно, мы на твоей стороне. А Эйзек пусть катится к гарпиям. Не бери в голову! Прорвёмся!

– Спасибо! – обнимаю Агнес в ответ. Юэн остаётся в стороне и смотрит на нас с улыбкой, а я думаю, что, кажется, всё не так уж плохо.

Вечером объявлен первый сбор по вновь сформированным направлениям. В своей прошлой жизни в этот самый момент я садилась за парту в уютном кабинете в окружении стеллажей, снизу доверху забитых книгами и редкими артефактами. И с восхищением смотрела на учредителя Корпорации Дратур, ненадолго спустившегося с вершины мира к нам, простым адептам.

Встряхиваю волосами, отгоняя непрошенные воспоминания. Прошлое останется в прошлом.

А в настоящем мы вместе с Агнес идём в сторону выхода, потому что сбор крылоборцев назначен снаружи, на их главной тренировочной площадке.

Мягкое закатное солнце освещает пространство за Академией. Под ногами шуршат разноцветные мелкие камешки турмалина. Он здесь повсюду. Академия стоит на его залежах, и в этом уникальность места. Редкий минерал способен удерживать и накапливать магию. Пробуждать спящий дар, усиливать слабый и стабилизировать неустойчивый, поглощая излишки силы.

Идеальное место, если бы не одно «но». Залежи турмалина привлекают не только нас. Поднимаю голову и с тревогой смотрю на небо. Сейчас лазурно-чистое. Успокаиваю себя тем, что тревожиться не о чем. За всё время учёбы здесь я видела ИХ всего пару раз. И оба раза ОНИ держались на расстоянии. Но страх перед НИМИ сидит глубоко в подкорке каждого из адептов. Никто не забыл ИХ кровавые налёты десятилетней давности. Об этом писали все газеты, такое вообще невозможно забыть.

Останавливаемся у края открытой площадки за Академией. Площадка оборудована полосой препятствий и дорожкой для бега. По её краю разбросаны серые булыжники, виднеются останки старинной полуразрушенной часовни и хозяйственная постройка с раздевалками и инвентарём для тренировок.

Дальше обрыв и пушистая вата облаков. Академия Виантур находится на парящем острове. До земли около километра. Один неосторожный шаг, и нет тебя. К счастью, везде по периметру есть ограждения. Это место единственное, где их нет.

Человек двадцать адептов уже расположилась на булыжниках. Кто-то стоит, кто-то сидит. Туда подходим и мы с Агнес. Юэн в компании парней кивает нам. Эйзек демонстративно отворачивается. Что-то говорит троим дружкам, и они дружно ржут.

– Не обращай внимания, – шепчет Агнес.

– И не думала, – устаиваюсь на тёплом шероховатом камне.

Смотрю в сторону на белых упитанных чаек, кружащих среди облаков.

Спустя несколько минут появляется мастер Киртис. За ним плетутся два крепких адепта с огромными чёрными мешками наперевес. По команде наставника сваливают их на землю.

– Тишина! – рявкает мастер Киртис, хотя с его появлением все разговорчики и так смолкли. – Сейчас я называю фамилию, вы подходите за формой и расписаться. За форму отвечаете головой. Всем ясно? Поехали.

Свёртки с формой и амуницией крылоборцев – вот что было в пухлых мешках.

По мере того, как мешки худеют, я начинаю нервничать. Юэн, Агнес и даже засранец Эйзек с дружками – свёртки получили все! Кроме меня.

– Примерить сейчас же! – раздаётся голос мастера Киртиса. – Если есть претензии по комплектации и размеру, решаем на берегу! Раздевалки к вашим услугам. Все всё получили?

Несмело тяну руку вверх.

Заметив меня, наставник хмурится и кивает:

– Вы! Подойдите.

Спрыгиваю с камня и под тихий шум голосов и шелест обёрточной упаковки иду к мастеру Киртису. Наставник небрежно комкает пустые чёрные мешки.

– Вы у меня в списках, – бросает отрывисто, – но вашего личного дела у меня нет. Поэтому нет формы. А раз нет формы, то и к тренировкам я вас допустить не могу.

Внутри всё падает. Неужели, всё было зря?

– И как быть?

Мастер Киртис тяжело вздыхает:

– Добудьте мне ваше личное дело. Подозреваю, что оно до сих пор там, куда вы изначально собирались. Обертон мне его не передал, а у меня нет времени бегать за ним и выпрашивать. Займитесь этим. Будет дело – будет вам форма.

С тоской смотрю на остальных адептов, ровной вереницей тянущихся к раздевалкам.

– Поняла вас, мастер Киртис!

– И ещё, Ханни.

– Да?

– Если не успеете до первой тренировки, придётся вам остаться на артефактах. У меня нет времени возиться с отстающими. А вы и так не блещете, сами знаете.

– Я всё принесу!

Вместо ответа мастер Киртис кивает и отворачивается к обступившим его адептам из тех, кто уже успел всё примерить, а я разворачиваюсь и быстрым шагом иду в сторону академии.

Проклятый Нортан! Чтоб гарпии тебя покусали! Зачем ты это делаешь?

Мысленно проклиная бывшего, сама не замечаю, как оказываюсь возле его кабинета. Я прекрасно знаю, где он находится. Стучу в тяжёлую деревянную дверь. Заперто!

– Гадство! – луплю ладонью по каменной стене.

Точно! У него же сейчас тоже установочное занятие! И Барт, помощник, видимо, с ним. Пойти туда? Или дождаться здесь?

Скрещиваю руки на груди. Сердито смотрю на магическую пластину справа от двери, и меня вдруг осеняет. Дыхание учащается, в груди становится жарко. Я знаю код!

Это не именная пластина! Чтобы Барт тоже мог попадать в кабинет в отсутствие своего начальника, Нортан установил код. Определённую последовательность линий.

Зачем мне лишний раз попадаться ему на глаза? Я решила свести наше общение к минимуму, и я это сделаю! То, что моё личное дело до сих пор у него – чистая формальность. Что, если я тихонечко заберу его и отнесу мастеру Киртису?

Опасливо смотрю по сторонам. В коридоре пусто. Другого такого удачного случая может не представиться. Облизываю губы, решаясь, касаюсь магической пластины подушечками пальцев, выписывая знакомые линии.

Раздаётся щелчок и дверь открывается. Почти не дыша, проскальзываю в кабинет и закрываю за собой дверь.

Внутри тихо и пусто. Пахнет чернилами, кожей и мужским парфюмом. Окна кабинета выходят на восток, и вечером здесь полутьма. Так, ладно. Прохожу к серому комоду, где хранятся документы. Выдвигаю нужный ящик. Быстро работая пальцами, перебираю папки.

Усмехаюсь уголками губ, когда нахожу свою. Это было вовсе не трудно! Мастер Киртис, у вас не получится так просто от меня отделаться! Довольная собственными находчивостью и наглостью, зажимаю папку под мышкой. Задвигаю ящик. Делаю шаг в сторону выхода и леденею. В ужасе смотрю на круглую ручку, которая поворачивается. Дверь начинает открываться.