Текст книги "Пиратобой (СИ)"

Автор книги: Эл Лекс

Соавторы: Аристарх Риддер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

И в этот момент внезапно раздался стук в дверь. Адмирал прервался на полуслове, и бросил:

– Войдите.

Дверь открылась и внутрь вошел один из тех, кто сопровождал адмирала на борту «Бекаса», но при этом не пошел с нами в каюту. В руках он держал лист желтоватой бумаги, исписанный мелким нервным почерком с двух сторон.

– Отчет, вашбродие. – отчеканил он, протягивая адмиралу бумагу.

– Спасибо, Вацлав. – кивнул адмирал. – Свободен.

Вацлав на месте развернулся, и, чеканя шаг, явно рисуясь передо мной, вышел из каюты.

– Минуту, пожалуйста. – произнес адмирал и погрузился в чтение бумаги. Я от нечего делать тоже попытался разобрать, что накалякано на стороне, обращенной ко мне, но так ничего и не смог прочесть – почерк хуже, чем у врача.

– Занимательно. – снова произнес адмирал, складывая лист вдвое. – Если ты еще не понял, это отчет о проведенной операции, включая опрос всего экипажа с целью восстановить картину событий.

– И, судя по всему, в нем фигурирую я? – наполовину спросил, наполовину констатировал я.

– Фигурируешь, еще как. Если говорить коротко – весь экипаж, кто тебя видел, как один подтвердили твои слова. И про подъем со дна, и про особую доблесть в бою, и про количество убитых пиратов ты даже не приукрасил ни на каплю.

– Такой уж я. Честный!

– Честный это хорошо. – серьезно кивнул адмирал. – Честности как раз в наших рядах в последнее время и не хватает.

– В ваших рядах? – я прищурился. – Адмирал, давайте начистоту.

– Начистоту? А отчего бы не начистоту? – адмирал кивнул. – Спрут, говоря откровенно, твои перспективы весьма хреновы. У тебя ничего нет, а как только люди узнают, что у тебя ультрамарин, но при этом опять же – нихрена нет, – ты станешь целью для многих тысяч людей, включая и других носителей прокачанной системы. При этом ты, судя по всему, обладаешь многими качествами, которые могли бы оказаться полезными не только тебе самому, но и нам. А поэтому, как глава морской стражи, я официально предлагаю тебе вступить в наши ряды. Что скажешь?

Глава 9

Искал медь, а нашел золото…

Даже не так – искал медь, а нашел марин!

Я-то надеялся, что адмирал просто расскажет о системе подробнее, как ей пользоваться, как она работает, и все такое… А он не просто оправдал мои самые смелые ожидания, он пошел дальше, и предложил мне буквально обучиться владению системой! Под руководством опытных наставников, по давно составленным и отлаженным программам, да причем обучиться не просто абы чему, а именно тому, что меня и интересовало больше всего – использованию системы в бою, в непосредственном контакте с противниками! Это ли не чудо?

Еще чуть-чуть, и я буквально поверю в судьбу!

Но все-таки соглашаться очертя голову я не торопился. Жизненный опыт (каким бы он ни был и откуда бы он ни взялся) подсказывал мне, что такие предложения с бухты-барахты не делаются, и у этой шоколадной медали обязательно найдется оборотная сторона, которая будет похожего цвета, но сделана отнюдь не из шоколада.

К тому же, не будет лишним и цену себе понабивать слегка.

– Предложение, безусловно, крайне интересное. – неторопливо начал я, принимая максимально расслабленную и непринужденную позу. – Но я не готов дать ответ вот так сразу.

– И что же мешает? – адмирал послушно клюнул на крючок, а, значит, я правильно понял ситуацию – он во мне заинтересован намного больше, чем я в нем и в том, что он представляет и предлагает.

– Ну для начала я банально не знаю, что вообще такое эта ваша морская стража. – я развел руками. – А вписываться в то, не знаю что, сами понимаете – не самый умный поступок.

– Ну, тут не поспоришь. – спокойно согласился капитан. – Тем более, что причина-то плёвая на самом деле, и я могу ответить на этот твой вопрос прямо сейчас. Морская стража – это организация, которая соблюдает мир и порядок на вверенной нам морской территории Вентры. Уничтожаем пиратов, охраняем мирные корабли, в том числе и торговые, в том числе и за пределами нашей зоны ответственности, если таков будет указ. Можно сказать, что мы – армия Вентры, только на море.

– А Вентра это?.. Страна?

– И да… И нет. – медленно ответил адмирал. – Вентра это торговая республика.

Торговая республика, торговая республика… Слова знакомые, в памяти вызывают какие-то ассоциации, – Ганза, но точного определения не всплывает. Кажется, «торговая республика» это нечто вроде современных мега-корпораций. Ну, тех, у которых штат сотрудников больше иной страны, которые строят собственные городки для своих работников, укомплектованные в том числе больницами и детскими садиками…

Разница лишь в том, что корпорации живут производством какого-то товара, а торговые республики – покупкой и продажей всего подряд, в основном – того, что важно для государства, в составе которого они существуют. На этом собственно и держится их эрзац-автономия, когда они вроде платят налоги стране, но одновременно с этим имеют собственное управление из богатых и важных купцов, свой свод правил и даже, что логично, собственную армию. Задумает какой-нибудь князь или там царь пощупать такую республику – и можешь остаться без пальцев, потому что на наторгованные деньги богатые и важные купцы снарядят себе армию поболе королевской. А заодно еще и страна останется без важного торгового ресурса, когда боевые действия обрежут поставки. А заодно еще и те, с кем торгует республика, могут вписаться на ее стороне, потому что им тоже не по нраву лишаться выгодного торгового маршрута. Короче, торговая республика это буквально колючий еж, к которому с какой стороны не подступись – везде иголки. Но при этом этот ёж исправно гадит золотыми слитками, что с лихвой покрывает все неприятности.

И теперь мне предлагают стать одной из иголок этого ежа. Можно сказать, вписаться в частную службу охраны какой-то мега-корпорации с неясными, но однозначно широкими полномочиями и таким же кругом обязанностей.

Отличное предложение, я считаю, надо брать. Высокие риски подразумевают и высокую награду, а для меня сейчас лучшая награда – это доскональное изучение того, чем этот мир благосклонно наградил меня. И нет лучше способа познать систему ультрамарин, нежели пройти полный, продуманный, отлаженный, отточенный на сотнях курсантов, курс подготовки.

Но сперва…

– А кто вообще идет в морскую стражу? – несмотря на то, что уже все решил, я не торопился говорить «да». Каким бы сейчас ни был ответ капитана, я со всем справлюсь. Но хотелось заранее знать, с чем именно мне предстоит справляться.

Но адмирал меня удивил.

– Неправильный вопрос. – усмехнулся он в густые пышные усы. – Правильный вопрос – «Кого берут в морскую стражу»! И вот на это я уже могу тебе ответить – берут тех, кто достоин. Это непростое дело, дело для настоящих мужчин, и, конечно же, только для тех, кто обладает системой. Хотя бы базового уровня, этого достаточно, если кандидат в курсе отважен, дисциплинирован, смел и настойчив. Но если этих качеств нет, то даже обладание ультрамарином не поможет занять место в рядах морской стражи.

– Это прямо так престижно? – искренне не поверил я.

– Конечно! – адмирал аж хлопнул ладонью об стол. – А как иначе⁈ Море – это единственное, благодаря чему Вентра существует, от торговли и до добычи редких минералов! А морская стража – это те, кто делают море спокойным и безопасным. Конечно, это почетное место, все дети хотят стать стражниками.

– Но далеко не у всех получается. – закончил я за адмирала, и он кивнул, глядя мне в глаза:

– Разумеется, не у всех. Я даже больше скажу – мало у кого это получается. Каждый год в академию конкурс по двадцать три или даже двадцать пять человек на одно место.

– Сильно. – я поджал губы, изображая заинтересованность этим фактом. – Но, видимо, в этот раз у вас недобор?

– Недобор? – адмирал поднял кустистые брови.

– Ну, раз еще для одного курсанта место нашлось. – я пожал плечами.

– А, вон ты о чем. – адмирал махнул рукой. – Никакого недобора нет, просто ты попался мне очень уж вовремя… В общем, не думай об этом. Если говорить кратко – да, можешь считать, что у нас недобор. Не хватает как раз тебя.

– Что ж, ладно. – я не стал давить на адмирала, выпытывая подробности, которые мне не особенно-то и важны. – Недобор так недобор. В таком случае я принимаю ваше предложение. Где расписаться?

– В академии распишешься, курсант. – адмирал поднялся из-за стола, тяжело опираясь о него ладонями.

– Пока еще нет. – я погрозил ему пальцем. – Если распишусь я только в академии, то значит и курсантом стану только там.

– Не выпендривайся особо. – прогудел адмирал в бороду, но явно с долей шутки. – Я все-таки буду одним из твоих преподавателей.

– Жду не дождусь. – хмыкнул я, и на сей раз капитан оставил это без внимания.

Его волновало кое-что совсем другое.

– Но с именем тебе что-то придется сделать… Придумать хотя бы, что ли. – задумчиво глядя на меня, он потеребил бороду. – Не могу же я тебя внести в ведомости как Спрута, ну.

– Ну придумать-то имя несложно. – я пожал плечами. – Сложнее будет сделать документы, которые бы подтверждали, что это имя – мое.

– С этим я тоже разберусь. – адмирал махнул рукой. – Конечно, если потом окажется, что ты какой-нибудь известный пират, который в бою ударился головой и от этого потерял память, то тебя не спасет ни академия, ни поддельные документы на придуманное имя. С пиратами у нас разговор короткий – пуля в лоб, а если пулю жалко – то веревка через рею.

– Но у кораблей нет рей. – ухмыльнулся я. – И вообще парусов.

– Да это так, к слову. – вздохнул адмирал. – Так что насчет имени?

Я задумался.

Ни один человек еще в мире, моем мире, не попадал в ситуацию, когда он сам выбирал себе имя. Даже если он менял имя, которое ему дали родители – это совсем другая ситуация. В глубине души-то и он и все вокруг прекрасно понимали, что имя, данное при рождении, навсегда останется с ним.

Но я сейчас, можно сказать, родился заново. Или просто родился – не знаю, как это действительно происходило. Так или иначе, я действительно могу выбрать себе имя самостоятельно, и оно должно быть таким… Таким…

Хотя ладно, это уже детство какое-то. Мы все тут взрослые люди, даже если не выглядим таковыми, как я. Имя это всего лишь имя, слово, которое будут произносить, чтобы обратиться ко мне. Хоть Резаком назовись, хоть Якорем – главное с палубы в море не сигай.

– Макс. – сами собой выговорили мои губы, пока я обо всем этом раздумывал. – Пусть будет Макс.

– А фамилия не Дракс случаем? – усмехнулся адмирал, и я состроил удивленную морду:

– Как вы догадались? Прямо с языка сняли!

– Очень смешно.

– А я не шучу! Действительно отличное предложение – Макс Дракс! Мне нравится!

– Имей в виду, передумать не получится. – пригрозил адмирал, но я лишь пожал плечами.

Если мне понадобится – поменяют. Не он, так кто-то другой. Уж я-то найду способ это сделать, может, даже с помощью моей ультра-системы.

– И еще… – начал адмирал, но в этот момент внезапно раздался быстрый нервный стук в дверь, и он осекся.

Дверь отворилась, будто стучали только лишь для того, чтобы обозначить намерение ее открыть, но никак не для того, чтобы спросить разрешения войти.

В каюту снова вошел один из тех, кто сопровождал адмирала на «Бекасе» – но не тот, что в первый раз, другой. Он ворвался внутрь, как вихрь, вылетел на середину помещения, и тут же остановился, вытянувшись во фрунт.

– Вашбродие, все мероприятия по обеспечению безопасности на корабле проведены! – отчеканил он. – Оказана помощь двадцати членам экипажа, безвозвратные потери составили…

– Цыц. – спокойно велел адмирал, и адъютант прервался на полуслове. – Отчет в письменной форме. Свободен.

– Да, вашбродие! – гаркнул адъютант, развернулся на пятках и покинул каюту так же стремительно, как и ворвался в нее.

Я, не сдерживая улыбки, перевел взгляд на адмирала. Он перехватил его, вздохнул и покачал головой:

– Вот только ничего не говори сейчас. Просто молчи и ничего не говори.

– А потом мне говорить уже не по чину будет. – еще шире улыбнулся я. – Не так ли?

– Именно так. – кивнул адмирал. – Я рад, что ты такой смышленый парень.

И, не дожидаясь ответа, он вышел вслед за адъютантом, а я последовал за ним.

Капитан «Бекаса» воспринял мое отбытие спокойно, он даже порадовался за меня, когда я сказал, что меня пригласили в курсанты морской стражи.

– Это отличная новость, парень! – произнес он, хлопнув меня по плечу. – Я и сам когда-то пробовался в морскую стражу, но не подошел под какие-то там их стандарты, не знаю уж, под какие. А ты… Я просто чувствую, что ты далеко пойдешь – у тебя прямо все задатки настоящего стражника!

С работниками колокола, с которыми я впервые повстречался в этом мире, и вовсе не пришлось даже прощаться – они были наравне с остальными заняты уборкой на палубе после побоища. Я лишь пересекся с ними взглядом, махнул рукой, получил то же самое в ответ, и перебрался на борт корабля морской стражи.

Он, конечно, выглядел намного внушительнее «Бекаса» – две палубы, орудийная башня с мощной двухствольной пушкой, калибра никак не меньше чем 150 миллиметров, да плюс пулеметы по бортам с ленточным питанием – в общем, прямо боевой корабль. Да еще и содержался он прямо в идеальном порядке! Все, что должно блестеть – блестит, что должно быть покрашено – покрашено, что смазано – покрыто таким слоем смазки, что она чуть ли не капает на палубу.

И все равно для меня он оставался каким-то плавучим архаизмом. Моя травмированная память рисовала мне смутные силуэты боевых кораблей, в которые здешние посудины укладывались ну прямо скажем не идеально. Я бы сказал, что здешние технологии отставали от тех, к которым я привык, лет та на сто, но это могло быть настолько же правдой, насколько и жесточайшим заблуждением.

Зато вот что было мне привычно и не вызывало никакого диссонанса – так это дисциплина и выучка стражников. Никто не удивился, что на борту появился лишний пассажир, никто вообще не обращал на меня внимания, будто меня и вовсе не существовало. Разве что корабельный кок пришел в каюту адмирала, в которой тот попросил меня подождать прибытия в Вентру, и принес миску наваристой густой похлебки с огромными кусками мяса. Очень кстати, надо сказать, принес – я прилично проголодался.

Вычистив миску куском хлеба до блеска, я без особого интереса оглядел каюту адмирала, подметив, что он, несмотря на свое звание, предпочитает аскетизм в противовес тому же капитану «Бекаса», и, так как прибытием в порт пока еще и не пахло, решил потратить время самым полезным способом.

Поспать.

Почему-то мозг подсказывал мне, что любую свободную минуту следует тратить на то, чтобы поспать, потому что потом такой возможности может и не представиться.

Поэтому я лег на узкую жесткую койку, привинченную к стене, чтобы в шторм не каталась по каюте, сшибая все на своем пути, и моментально отключился.

Проснулся я, по ощущениям, часа через три, может, три с четвертью. И проснулся не от того, что меня кто-то разбудил, а от того, что изменился шумовой фон. Что-то очевидно изменилось… Двигатель перестал работать, вот что изменилось! До этого момента он едва слышно ворчал где-то подо мной, словно желудок, переваривающий солярку и недовольный тем, что всю остальную команду кормят вкусной ароматной похлебкой, а теперь стих.

Значит, мы прибыли в порт.

Я сел на койке, спустил ноги, готовясь встать, и в этот момент дверь открылась и в каюту вошел адмирал. Без стука вошел – ну еще бы, это же его каюта.

– Макс. – он увидел, что я сижу на койке, и улыбнулся в бороду. – Прикорнул? Это правильно. Любую свободную минуту следует уделять сну, потому что хрен его знает, когда еще удастся вздремнуть.

Я посмотрел на него, не скрывая подозрительности во взгляде, ведь он буквально процитировал мои собственные мысли, с которыми я ложился спать.

Но адмирал то ли не заметил моего взгляда, то ли не придумал ему значения, то ли вовсе – проигнорировал. Он просто развернулся и бросил через плечо:

– Идем. Мы прибыли в порт, так что следующая остановка – академия морской стражи. Как мы и договаривались.

Я вышел из каюты следом за капитаном, прошел по надраенной палубе, потом – по металлическим грохочущим сходням, и оказался на причале. Вот уж что-что, а причал никаких возмущений в моей памяти не вызывал – ровный, бетонный язык, высунутый в море, на самом кончике которого расположился корабль. Впереди, где язык сливался с еще несколькими такими же, превращаясь в бетонный плац, располагалась ангары, склады, диспетчерская вышка с маяком на крыше, и еще какие-то постройки.

Но главное – не это. Главное – это то, что прямо на причале, буквально в десяти метрах от нас, стоял автомобиль. Такой же архаичный и древний, как и все остальное, но при этом – шикарный и вычурный. По одному лишь внешнему виду, по позолоте и зеркальному лаку кузова, было видно, что это не машина на каждый день, это практически пышная карета с двигателем.

– Залезай. – велел адмирал, и первым подошел к машине. – Поедем в академию.

– Вот это аттракцион будет, надо думать. – усмехнулся я, подходя к автомобилю тоже. – Все, кто это увидит, решат, что в академию привезли самого важного человека за всю историю ее существования. Или вообще всего человечества.

– Ну, полно тебе. – адмирал на мгновение обернулся и задиристо блеснул глазами. – Хотя как знать, как знать… А вдруг оно так и есть?

Он сам заливисто засмеялся своей шутке и сел в машину.

Глава 10

Я не ошибся в своих предположениях – внутри машина выглядела так же дорого-богато, как и снаружи, разве что материалы отличались. Если снаружи предсказуемо блестели хром и полированный в зеркало лак, то внутри царствовали кожа и дерево. Широкий задний диван, был выполнен из молочно-белой кожи, даже не представляю, какому животному она принадлежала при жизни. Элементы фурнитуры в основном были деревянными, полированными в такое же зеркало, что и краска снаружи, но кое-где в них встречались крошечные металлические инкрустации, настолько же тонкие, насколько искусные. Что они изображали, я понять не смог – видимо, это что-то из местной культуры, с которой мне еще предстоит познакомиться, но темы моря и его покорения угадывались даже при беглом взгляде. Волны, пена, восходящее солнце, вот это вот всё…

Под ногами вместо привычных резиновых ковриков (ишь, я помню, какие коврики для меня привычны!) лежали настоящие ковры. Шерстяные произведения искусства в микро-масштабе, рисунки на которых опять же изображали что-то морское, на фоне чего ярко выделялся один и тот же символ – деревянный штурвал, перекрытый скрещенными палашом и винтовкой. И палаш и винтовка старые, намного старее, чем-то, что я видел до этого и тем более – что держал в руках, а значит, этот герб (или логотип, как его правильно назвать?) существует без изменений уже очень давно.

Следом за фон Дракеном я уселся на заднее сиденье, принявшее меня в свои скрипучие, но мягкие, как перина из лебяжьего пуха, объятья, и только потянулся было к двери, но она уже закрывалась. Не сама, конечно, ее закрывал водитель, который сноровисто выпрыгнул со своего места, как только мы подошли. И закрывал он ее довольно тяжело, совсем не так, как нормальную дверь – по ходу дела, машина еще и бронирована сверх меры.

Дверь хлопнула, моментально отсекая все звуки. Они и до этого не особенно мешали – так, плеск волн, редкие крики чаек, звон колокола где-то вдали, – но теперь мы с адмиралом вообще оказались в звуковом вакууме, как будто в уши ваты натолкали.

– Выпьешь? – спросил адмирал, открывая дверцу в сплошной перегородке, отделяющей передние сиденья от задних.

Я на мгновение задумался. Что скрывается под «выпить» я помнил, но вот хочу ли я?

– Нет, спасибо. – секунду подумав, я решил, что не хочу.

– И молодец. – кивнул адмирал, и закрыл мини-бар обратно. – И правильно. Стражнику потребен трезвый ум. Пьяные очень плохо обращаются с системой… Да, впрочем, они чаще всего и с собственным тело-то обращаются плохо, так что ничего удивительного.

– Кстати, об этом. – я кивнул. – Как раз хотел спросить, что там с системой. Или вернее, что мне теперь с ней делать.

Открылась и закрылась передняя дверь, машина завелась, и, едва слышно ворча, стронулась с места.

– Ах да, система. – адмирал махнул рукой. – Все никак не могу привыкнуть, что ты ничего о ней не знаешь… Я надеюсь, ты не выбрал никакую ветку развития?

– Нет. – я пожал плечами. – Я даже не особенно понял, как это вообще делается.

– Открывай системное меню и выбирай «умения»… С меню-то ты уже научился обращаться?

Я кивнул и зажал метку на пальце, вызывая меню и далее – «умения», ожидая увидеть там то, что уже видел до этого – абсолютную пустоту, в которой одиноко торчит иконка «акулы».

Но оказалось, что я прилично отстал от жизни. В окошке «Умения» прямо над иконкой «акулы» горела, буквально пылала ярко-голубая надпись

Специализация не выбрана

– Специализация не выбрана. – вслух прочитал я. – Ясно-понятно.

Не дожидаясь указания от адмирала, я глазами ткнул в надпись, и она тут же поползла вниз, расползаясь на символы, которые в свою очередь встраивались в совершенно посторонние слова. Эти слова выстраивались в список, и этот список все рос и рос и рос, он уже перешел во второй столбец, в третий, и, казалось, не собирался останавливаться вообще!

Но в итоге все же остановился. По примерной оценке пунктов в нем было около пятисот, или даже чуть больше, и все надписи были до того маленькими, что приходилось напрягать зрение, чтобы разобрать, что вообще написано. Правда система помогла и тут – стоило прищуриться, пытаясь прочитать буквы размером с блоху, и нужная надпись тут же резко прыгала вперед, словно на нее в лупу посмотрел.

– Автомобилестроение… – вслух начал я. – Авиастроение… Агрономия… Астрономия…

– Разобрался. – с удовлетворением констатировал Дракен.

– А почему раньше я этого не видел?

– А когда ты получил первый свободный опыт?

– На «Бекасе». – я пожал плечами, глядя через полупрозрачные строчки на адмирала. – Когда пиратов завалил.

– Вот потому и. Возможность выбора специализации появляется только когда получаешь самый первый опыт в жизни. Теперь ищи в списке «Пехота» и подтверждай.

Я сразу же посмотрел в середину списка, пробежал пару строк и наткнулся на то, что велел адмирал. Выбрал глазами, и все остальные специализации растворились, а «Пехота» уехало наверх, закрепившись над таблицей навыков, которая теперь была заполнена пиктограммами.

Да-да, кроме «акулы» у меня появились в доступе еще и другие навыки! Ну, вернее, не в доступе, а в перспективе, потому что сейчас все их иконки были серыми и явно не активными, а полоска под словом «Пехота» красноречиво говорила о том, что у меня ноль из тридцати. Очков опыта, надо полагать.

– Отлично. Вижу, все сработало. – снова прокомментировал адмирал, который, похоже, по моему лицу догадывался, что я делаю и что при этом вижу.

Сколько же раз ему уже доводилось все это видеть, что он так легко всё считывает?

– И что дальше?

– А дальше пока что ничего. – адмирал улыбнулся. – Дальше будет зачисление в академию и обучение на равных со всеми остальными. По физическим данным ты пройдешь, задохликом не выглядишь, а это важное условие. Система у тебя есть, первую специализацию ты выбрал правильную – все условия выполнены, поздравляю.

– В академии все начинают с ветки «Пехота»? – уточнил я. – Почему?

– Потому что это должны уметь все. – адмирал пожал плечами. – Даже я. В академии учатся не только обладатели ультрамарина, но и обычной системы тоже. Они могут себе позволить только одну специализацию, но зато их много. Поэтому они становятся рядовым составом стражи, ведь очевидно, что на одного адмирала надо две-три тысячи рядовых бойцов. Ты вроде неглупый малый, должен понимать.

Я понимал.

Но одновременно – не понимал. Получалось, что те, кому не повезло родиться с мариновой ложечкой в заднице, обречены вечно лезть под пули и клинки? Почему-то в моем понимании это должно работать иначе.

– То есть, простым людям… Ну, в смысле, обладателям марина, не суждено стать командирами и командорами ни при каких обстоятельствах?

– Почему же? – улыбнулся адмирал. – Вполне суждено. Если обладатель простой системы покажет себя на высшем уровне, докажет делом, что он достоин большего, чем может дать ему его система, совет морской стражи вполне может субсидировать ему выдачу активного марина. Такого количества, которого ему хватит, чтобы его система перешла на ультра-уровень.

– И часто такое происходит?

– Не сказал бы. – с сожалением вздохнул адмирал. – За последние двадцать лет было только пять таких случаев, насколько я знаю.

– А как вообще это работает? Я про марин, его активность и то, что он помогает в развитии системы?

– Про радиацию что-нибудь слышал? – вопросом на вопрос ответил адмирал, и я лишь кивнул. – Ну вот активность марина это вроде радиации, только не убивает, а наоборот – дает новые способности. Когда марин находится в толще земли, откуда его добывают, он как бы заключен в оболочку и не фонит, но стоит его извлечь из его, скажем так, капсулы, он тут же начинает облучать все вокруг мариновыми волнами. Не только людей, но и предметы, животных и растения. В морях даже есть зоны активного марина, где из-за каких-то событий вскрылись залежи марина и начали облучать все вокруг себя, включая морских тварей. Те обычно после этого растут как не в себя, становятся агрессивными и иногда даже показывают что-то вроде системных способностей… По крайней мере, они явно демонстрируют возможности, которых у них не было в бытности обычной морской тварюшкой. Мы их называем левиафанами.

– И как они выглядят, эти левиафаны?

– Да как только не выглядят. – усмехнулся адмирал. – Никогда не угадаешь, что вырастет из известной тебе твари и никогда не угадаешь, из чего вырос очередной левиафан. Мариновое излучение меняет их до неузнаваемости, например, однажды встретили что-то вроде циклопической мурены, почти пятьдесят метров в длину, а потом выяснилось, что когда-то в прошлом это был тунец. Просто излучение марина так сильно и непропорционально его исказило. Помню, тогда пир на весь мир был. Почти неделю вся Вентра только тунцом и питалась.

Ага, то есть, мясо левиафанов пригодно в пищу. Значит, от радиации у маринового излучения только способность проникать в ткани и задерживаться там. Ну и, очевидно, что когда накапливается определенная доза, человек получает систему марин, а при второй, пороговой дозе, вроде той, что в случае с радиацией приводит к быстрой, почти моментальной, смерти – награждает его ультрамарином.

Занятно.

– А опыт? – снова спросил я. – Как его получать?

– Делая те вещи, которые подразумевает твоя специализация. Например, ты сейчас выбрал «Пехоту», значит, тебе надо стрелять и драться. Если вместо этого будешь делать какие-то другие вещи – например, вздумаешь табуретки собирать, или там лекарства варить, то тоже будешь получать опыт, но уже – свободный, и намного меньше. Свободный опыт, чтоб ты знал, это…

– Надо понимать, опыт, который можно вкинуть в любую специализацию? – настала моя очередь пожимать плечами. – Я угадал?

– Ну, это было очевидно. – улыбнулся адмирал. – Да, все так и есть. Количество свободного опыта у тебя показано в меню «Характеристики» и там же ты его можешь перелить туда, куда пожелаешь. Но, если ты спросишь меня, то я тебе скажу – никуда его не переливай. Если бы у тебя была обычная система, то тогда, понятно, не было бы смысла его копить, но коль скоро у тебя ультрамарин, лучше просто сохраняй свободный опыт. Когда-нибудь он тебе может очень сильно пригодиться, особенно если учесть, что за жизнь ты выполняешь миллиард действий, которые потенциально могут принести тебе свободный опыт. Вот возьмешь ты новую ветку специализации, а у тебя уже достаточно свободного опыта, чтобы наполовину ее прокачать – ну не здорово ли?

– Действительно, неплохой бонус. – согласился я. – То есть, первые очки опыта мне как пехотинцу начнут капать только когда я убью очередного пирата?

– Нет, что ты! – рассмеялся адмирал. – Если бы это было так, то я даже не представляю, как бы мы обучали курсантов! Первые очки опыта ты будешь получать уже на тренировках, и именно ими мы и займемся в оставшиеся до начала учебного периода дни! Чтобы к его началу ты успел набрать достаточно очков опыта, чтобы получить второй уровень и получить свой первый навык. Без этого тебе курсантом не стать. И учти – легко не будет, ни до учебного периода, ни тем более в процессе. Все остальные курсанты с детства готовились к поступлению в академию, поэтому тренировались как бешеные, у некоторых из них вся ветка уже прокачана до самого конца, а ты даже первый навык еще не открыл. Так что будем налегать на тренировки… И на еду. Задохликом ты, конечно, не выглядишь, как я и сказал, но массы поднабрать тебе бы тоже не помешало.

Машина замедлила ход и, качнувшись на подвеске, остановилась. Вот черт, за всеми этими разговорами я совершенно забыл даже в окно посмотреть хоть раз, просто чтобы хоть немного разглядеть город, по которому ехал. Ту самую Вентру, с которой я теперь официально связал свою жизнь на неизвестный период времени.

– Приехали. – констатировал Дракен и принялся вылезать в дверь, которую ему уже успел открыть водитель.

Я же не стал дожидаться, когда ее откроют и мне тоже, дернул ручку сам, толкнул от себя – тяжеленная, тварь! – выбрался наружу, и осмотрелся.

Перед нами, прямо перед носом машины, высилось огромное здание академии – перепутать ее с чем-то другим было решительно невозможно. Оно стояло прямо на укрепленном бетоном и камнем берегу, и наполовину врезалось в море, словно острый нос военного корабля. Сама академия тоже была сложена из камня, темно-серого, вроде базальта, с редкими вкраплениями каких-то бронзовых пластин, в основном, рядом с окнами, и стальных труб-водостоков. Над главным входом, роль которого играли тяжелые двустворчатые двери из черного мореного дуба, сиял начищенный до нестерпимого блеска медный знак морской стражи, точно такой же, как на коврах в машине – штурвал, винтовка, палаш и барашки волн в качестве фона.

Территорию вокруг академии окружал небольшой парк, который даже скорее можно было бы назвать слегка облагороженным сосновым леском, настолько он казался темным и дремучим. Как будто из настоящего леса вырезали кусок и пересадили сюда, нисколько не смущаясь тем, что в высоту он получился больше, чем в длину и ширину. По периметру этот лесок окружала каменная ограда, высотой по пояс, из которой в небо на высоту двух моих ростов торчали острые пики, соединенные друг с другом кованым узоров в виде все тех же морских волн. Красота, да и только.