Текст книги "Замуж за врага. Лишняя в его доме (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гераскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 54

Кайден

Я чувствовал, как Каллиста не находила себе места – по нашей связи это ощущалось особенно остро. Я посылал ей волны поддержки и успокоения, стараясь удержать её от тревоги.

Император прибыл слишком быстро, словно торопился узнать какие именно новости я должен был ему преподнести.

Мы втроём – я, Харальд и император – остались в кабинете.

Я сидел за своим столом, в гостевых креслах расположились Эрэйн и Харальд. Они молча изучали друг друга.

Я поднялся, несмотря на то что утро было ещё ранним, решил, что это точно не помешает. Достал выдержанный десятилетний крод, разлил по стаканам и поставил их перед гостями.

Но они всё так же продолжали смотреть друг на друга.

Я видел, как глаза Харальда становились ярче, словно он был одновременно здесь и где-то далеко. Император тоже внимательно изучал его, а потом Харальд моргнул, и свечение его глаз исчезло. Он медленно склонил голову к плечу – по-птичьи, хищно.

Сейчас, глядя на него, я мог бы сказать: да, именно так я бы и представлял феникса. Рыжеволосый. Острый, хищный профиль.

Во всех его движениях читалась сила, власть, превосходство – и при этом ощущение, что ему не нужно доказывать это ни силой, ни магией. Словно фениксы постигли того чего хотели. Сути бытия. Они променял всё, за что идут войны и погибают люди до сих пор: за ресурсы, за власть, за положение – на тепло, заботу и семью.

– Так выходит, вы и есть фениксы, – первым нарушил тишину Эрэйн.

Он слегка подался вперёд, поставил локти на колени, исподлобья глядя на собеседника.

Харальд был расслаблен.

– Именно так.

– И почему же вы решили… открыться? – он сделал ударение на последнем слове.

Я заметил, как кончики губ Харальда дрогнули.

– Потому что я вижу и чувствую то, чего не видят и не чувствуют другие, – спокойно ответил он. – Чёрный дракон.

Последние слова он выделил, словно хотел сказать что-то большее, но остановился именно на этом.

Я нахмурился.

Сейчас эти двое – сильнейшие в мире – говорили загадками.

Я снова наполнил бокал и внимательно следил за мимикой и движениями Эрэйна и Харальда. Император прожигал собеседника тёмными глазами.

– Выходит, тайна за тайну, – проговорил Эрэйн и усмехнулся.

Потом расслабленно откинулся в кресле, положил руки на подлокотники, закинул ногу на ногу. Напряжение будто ушло.

Харальд тоже выпрямился и так же спокойно откинулся назад.

Казалось, они на каком-то другом уровне – недоступном мне – поняли и приняли друг друга.

Я всё ещё хмурился.

– А что было бы, если бы всё было иначе? – непонятно спросил император.

– Тогда нет смысла говорить о том, чего не было, – ответил Харальд.

– Согласен.

– Но так нам с тобой гораздо проще понять друг друга, – закончил Харальд. – Теперь я вижу, что мир готов к переменам. Ведь так?

– Да, – весомо ответил император.

– В таком случае вы можете рассчитывать на моё Гнездо. Я, мои сыновья, моя супруга...

– Я ценю это.

– Но еще я хочу, чтобы вы рассказали, что такое Контроль. И, конечно, я хочу безопасности для своего Гнезда, в том числе и для своей внучки и ее детей. Взамен даю нашу помощь, когда она понадобится.

Эрэйн перевёл взгляд на меня.

– Неожиданно, Кайден. Очень неожиданно. Но, признаюсь, я рад, что всё вышло именно так. Что в твоей супруге пробудилась кровь Высшей, – я кивнул. Император снова посмотрел на Харальда. – Контроль не собирался бы убивать Каллисту или заточать в казематы. Я хочу, чтобы древние расы вернулись. Или восстановились. Я вижу в этом будущее – и не вижу будущего в чистоте крови.

Он сделал паузу.

– Я передам Керрану Найтбрейку, чтобы он прекратил расследование всплесков магии в Ледяном клане. Но я хочу, чтобы ты, Кайден, пока охранял тайну Каллисты. Сейчас ещё не то время, когда Империя должна узнать о фениксах, – Эрэйн вновь посмотрел на феникса. – Я очень ценю то, что вы для меня сделали, Харальд. Предлагаю обсудить наше сотрудничество подробнее.

– Не имею ничего против, – ответил тот. – Но я хотел бы сегодня побывать и в Лунном клане. У меня там тоже есть дело и возможно ваше бы содействие помогло.

– Какое же? – с интересом спросил император.

– Об этом я и хотела рассказать вам, Ваше Величество, – вмешалась я в разговор мужчин.

Они оба посмотрели на меня.

– Ах да, конечно. Что за важное дело?

Мне пришлось рассказать всё, что мы узнали с Каллистой. О том, как были стравлены два клана. О том, что именно ненастоящий отец Каллисты помогал моей матери – которая, как выяснилось, тоже была ведьмой.

Это знание по-настоящему удивило Эрэйна. Он долго молчал, задумчиво глядя перед собой.

– Ведьма… значит, ведьмы тоже существуют. Просто прячутся, – наконец произнёс он. – И так коварны. Хм.

Он выпрямился.

– Леди Элеонору я заберу. Оповещу Керрана и об этом. Отныне её жизнь в моих руках. И ведомство Найтбрейка займётся этим.

– Не имею ничего против, – ответил я спокойно.

– Но твой отец и твоя супруга пусть останутся захороненными здесь, – проговорил Эрэйн. – Это я отдаю тебе на откуп. Всё должно остаться так, как есть. Мы сейчас не вправе менять историю или вскрывать правду.

– Я понимаю, – ответил я.

– Проблемы внутри семьи тоже остаются только для тебя, – продолжил он. – Говорить ли твоей сестре, что она не твоя дочь, – это тоже исключительно твоё право. Важно только сохранить тайну Каллисты и других фениксов. И сохранить тайну Элеоноры.

– Да, я понимаю, – повторил я.

– В таком случае… я не имею ничего против, кроме как прямо сейчас отправиться в Лунный клан и разобраться во всем. Если есть хоть малейший шанс, что на моей стороне окажется ещё один феникс, я сделаю всё возможное.

Харальд поднялся. Император тоже, и они пожали друг другу руки, скрепляя тайный Союз магией. Я же был свидетелем.

Глава 55

Каллиста

– Что, муж уже вернул тебя, убогая? – услышала я первым, едва переступив порог дома.

Навстречу мне плавно выплыла сестра в струящемся лиловом платье. Она окатила меня привычным пренебрежением и надменным взглядом. Как и в детстве, она видела только меня – больше никого. Мишень для издевок.

Всё её внимание было сосредоточено на том, чтобы указать мне моё место. Показать, какое я ничтожество. Пустышка. Ненужная дочь своих родителей. Невидимка.

Именно поэтому она не сразу заметила людей за моей спиной.

Мой супруг нахмурился – слова сестры ему не понравились. Кайден шагнул вперёд, оставляя меня за спиной. Его голос был холоден, отточен, опасен.

– Никто не собирается возвращать Каллисту, – произнёс он. – Она моя супруга по праву. И впредь за подобное обращение к ней ты будешь призвана к ответу. Даже то, что ты дочь главы клана, не помешает привести твоё наказание в исполнение.

Сестра вспыхнула. Сжала кулаки. Потом вцепилась в подол своего лилового платья и присела – ей пришлось проглотить сказанное моим мужем.

Она попыталась отыграть ситуацию. Попыталась улыбнуться. Сделать вид, какая она хорошая, добрая, милая. Как она любит свою сестричку… то есть меня.

Но Кайдену это было не нужно.

Он знал обо мне всё. Он видел мои шрамы на спине. Знал всю правду. Знал, как мне было сложно и тяжело жить здесь.

Кайден обнял меня за талию, мягко подтолкнул вперёд. Я шагнула.

За спиной раздался шум – мы прибыли большой делегацией. Такой, которую невозможно было не заметить.

Мой ненастоящий отец – пока ещё нынешний глава Лунного клана – выходил из соседнего коридора, ведущего в его кабинет. Он на ходу поправлял камзол, застёгивал пуговицы, нервным движением выравнивал шейный платок.

Остановился посреди холла.

– Лорд Айсхарн… – он осёкся, заметив остальных. – Рад видеть вас. Император… прошу, располагайтесь.

Было видно, как он опешил. Как удивлён количеством гостей. И особенно – их составом.

Но он был учтив и вежлив, как и подобает главе клана, принимающему у себя другого главу. И тем более – императора.

Мы прошли в богато обставленную гостиную, полностью соответствующую подобным случаям.

Золото. Красный бархат. Удобные кресла. Низкие столы. Диваны. Всё расставлено так, чтобы собеседникам было комфортно общаться.

Матушка тоже выплыла в холл первого этажа.

Отец посмотрел на неё – и она сразу всё поняла. Начала распоряжаться: чай, угощения, приготовление ужина для гостей.

Перед тем как войти в ту саму гостиную, глава Лунного клана дёрнул меня за рукав.

– Побудь с матерью, – сказал он тихо. – У вас есть о чём поговорить. И с сестрой тоже. Ты, вероятно, соскучилась по ним.

– Нет, – ответила я одним словом.

– Каллиста будет рядом со мной, – спокойно сказал Кайден. – И будет сопровождать меня.

– Но… – начал было глава Лунного клана.

– Лорд Мунвэйл, – Император поднял руку. – Оставьте подобный тон. Здесь я решаю, кто будет присутствовать на беседе, а кто – нет. И пригласите, наконец, свою супругу. Она тоже должна быть здесь.

Так мы и остались в гостиной.

Моя новая семья – фениксы – бесшумной тенью следовали за нами. Братья моего отца были молчаливы, но я видела, как они озираются по сторонам. Они были готовы в любой момент защитить свою семью.

Они разместились на мягком диване. Мы с Кайденом – рядом, на таком же. Император занял кресло напротив.

Матушка, заметно нервничая, вошла и села в кресло. Глава Лунного клана занял своё место.

Император посмотрел на Кайдена.

И тот запечатал вход ледяной магией.

Тишина стала плотной. Опасной.

Фениксы сейчас не могли показывать свою магию. Мы договорились, что этот козырь будет долго храниться в рукаве.

О том, какой магией обладал сам император Эрэйн Норвелл, никто не знал. Это был секрет, хранимый за семью печатями. Но в одном никто не сомневался – он был самым сильным драконом своего времени. Его ауру, его мощь чувствовали все.

И потому сейчас в роли гаранта выступал именно мой супруг.

Это была честь. И одновременно – знак того, насколько император расположен именно к главе Ледяного клана.

«Отец» нервничал, хоть и старался этого не показывать.

А вот на матушке привычное, искусственное выражение лица треснуло. Она больше не смотрела поверх плеча, как любила это делать. Не отводила взгляд. Она смотрела прямо на фениксов. Пристально. Не моргая.

И я заметила, как задрожали кончики её пальцев. Как дыхание стало рваным. Как грудь часто поднималась. Как побледнело лицо.

Она бегала глазами между лицами моей новообретенной семьи.

По тому, какие сигналы посылало её тело, я понимала: она догадывается, кто перед ней. Значит… она знала, кто мой отец.

Значит, он был похож на них.

Мама дрожала. Мой отец тоже перевёл взгляд с императора на незнакомых гостей. Он пытался понять, кто они такие. Зачем здесь. Что будет дальше.

А потом тоже побледнел. И только после этого император нарушил тишину.

– Я вижу, лорд Мунвэйл, что ты узнал моих гостей.

– Нет, – солгал отец.

– Я чувствую твою ложь, – спокойно ответил император. – Я чувствую твой страх. Ты думал, что никто и никогда не узнает о том, что ты сделал? О том, как именно ты пришёл к власти?

– О чём вы говорите, мой император? – хрипло спросил отец и нервно поправил шейный платок. Тот словно душил его. Потом положил руки на подлокотники кресла и вцепился в них.

Я видела всю его позу – напряжённую, жёсткую. Он был натянут, как пружина.

– А вы, моя милая леди Мунвэйл, – Император перевёл взгляд на мать, – догадываетесь, кто перед вами? Кто мои приглашённые гости?

Она молчала.

– Леди Мунвэйл, – повторил он. – Я задал вам вопрос.

Мать вздрогнула всем телом. Такой испуганной я не видела её, пожалуй, никогда.

– Я… я не знаю, – прошептала она.

– Я требую ответа, – голос Императора стал холоднее.

Она сглотнула.

– Я думаю… думаю, что да.

– Тогда озвучьте нам эту правду, – настаивал Эрэйн.

Щёки матери вспыхнули. Она сжала зубы. Испуг сменился злостью. Она решила атаковать.

– Это семья предателя.

– Вот как… – Император откинулся на спинку кресла, расслабленно сложил ногу на ногу, сцепил пальцы. – Очень интересно. Только не вам рассуждать о предательстве.

Он посмотрел на неё внимательно.

– Но я вас выслушаю. И в ваших же интересах сейчас сказать мне полную правду. Не солгать ни в чём.

Император сделал паузу:

– За каждое лживое слово вы понесёте наказание. Перед короной. Передо мной. Перед всем кланом.

Император давил аурой.

Я не чувствовала её так сильно – понимала это лишь по ощущениям Кайдена. Он, как сильный дракон Ледяного клана, держал спину прямо.

А вот отца штормило. Он то опускал плечи, то снова поднимал их усилием воли. Его дракон был не столь силён. И сейчас это было видно.

Фениксам же было всё равно. Магия императора на них не давила. Не действовала, как и на меня.

Мать боялась говорить. Косилась на супруга. Но приказ был отдан. Молчать было нельзя.

– Вы, видимо, уже знаете мою тайну… – проговорила она.

А потом начала отчеканивать каждое слово:

– Да. Каллиста не дочь своего отца, не дочь Брэя.

Я задержала дыхание.

– В восемнадцать лет я забеременела. Я встретила своего истинного на торговой площади. У нас был роман – короткий, тайный.

Она сглотнула.

– После первой же ночи я понесла. Он обещал забрать меня из клана. Жениться. Собирался прийти к моему отцу с предложением.  Но он не пришёл, – её голос дрогнул. – В назначенное время он просто… исчез. Он бросил меня беременную.

Она посмотрела в сторону.

– Я была в отчаянном положении. Отец узнал. И единственный, кто согласился прикрыть мой позор, – мой супруг, лорд Брэй.

Она протянула руку главе Лунного клана. Тот сжал её ладонь.

– Я не выбирала себе мужа. Это сделал мой отец. Я не знаю, где этот предатель сгинул.

Она резко посмотрела на фениксов.

– Но очевидно… вот его семья. Они похожи.

– Знала ли ты, кем он был? – спросил Император.

– Я догадывалась, что он не обычен.

– Продолжай, – приказал Эрэйн.

Мать сжала губы.

– А что я должна была делать, – почти выкрикнула она, – когда Каллиста, едва родившись, сразу после первого кормления… превратилась в тварь?

Я задохнулась от ее слов. Вот кто я для нее. Тут же почувствовала поддержку супруга.

– В огненную птицу!

Тишина в гостиной стала оглушающей.

– Об этом никто не должен был знать! И потому я делала всё, чтобы никто никогда не узнал, кто Каллиста на самом деле! Птицы любят волю. Так говорил Раймон. Свободу. И я… я лишила дочь этого. Закрыла ее словно в клетке! Это было сложно. Но если бы не она и ее отец-предатель. Моя бы судьба сложилась иначе!

Слушать всё это от матери было невыносимо. В её словах не было заботы – ни капли. Она не берегла меня. Она просто прятала свой позор. И винила моего отца в том, что он её бросил.

– В таком случае, – голос императора прозвучал холодно и ровно, – теперь я расскажу то, что известно мне.

Он начал говорить. По лицу матери было видно – она не в курсе всего. Она не знала, какие дела вёл барон, нынешний глава клана Лунных. Как маленький барон с большими амбициями шёл к власти. Как продвигался по головам. Как убивал. Как вместе с леди Элеонорой Айсхарн подстроил заговор. Как передал не те тела Кайдену Айсхарну. Как они решили убрать моего деда и дядю, рассорив два соседних клана.

Как у власти оказалась никчёмная дочь своего отца, моя мать, которая полностью переложила управление кланом на плечи барона – и он был этому только рад.

Каждое слово императора било, как удар. От уверенного взгляда главы Лунного клана не осталось ничего. Его глаза остекленели.

– Ты больше не глава клана, – произнёс император в конце. – Я снимаю тебя с этой должности.

Он сделал паузу.

– Но у тебя есть шанс поступить по совести. Возможно, тогда твоя последующая жизнь не будет столь невыносимой, как я планирую. Я хочу знать, что ты сделал с её истинным. Раймоном, сыном и братом моих гостей.

Уже бывший глава Лунного клана молчал. Его трясло.

Император давил аурой до тех пор, пока тот не рухнул на колени. Пока не преклонился. Пока не ударился лбом об пол.

А потом, сотрясаясь от мощи императора, он начал блеять – нервно, истерично, почти смеясь:

– Это я… это я всё придумал! Он… он не переродился. Подох. Его больше нет! А она – моя! И клан мой!

– Где его прах? Отвечай! – Император усилил давление.

Мать не выдержала. Её тело обмякло, голова безвольно повисла, и она рухнула в обморок.

Я замерла.

Перестала дышать.

– Он… он… в скле…пе…

Император даже не повысил голос.

– Клана у тебя больше нет. И супруги тоже.

Император снял своё воздействие, затем посмотрел на моего мужа. Кайден развеял магию льда у входа в гостиную и распахнул дверь. Вошла охрана императора.

– Увести.

Но прежде, чем Брэя увели, я хотела спросить кое-что. Однако муж опередил меня и взял инициативу на себя.

– Зачем ты хотел забрать Каллисту? – холодно спросил Кайден. – Обменять её на Марию?

Охрана крепко держала растрёпанного «отца». Он даже не мог стоять на ногах – так плохо ему было от прямого воздействия императора.

– Демоны… идут… – прохрипел он. – Хотел… получить поддержку… от… её родственников…

– Ты, как всегда, ищешь выгоду, – с презрением произнёс Кайден. – А на методы тебе плевать.

Он махнул рукой. Император коротко кивнул.

И бывшего главу клана увели.

– Я подумаю, кого назначить на роль главы Лунного клана. А пока… Каллиста покажи ваш склеп.

Глава 56

Каллиста

– Я подумаю, кого назначить на роль главы Лунного клана. А пока… – Император перевёл взгляд на меня. – Каллиста, покажи ваш склеп.

Я кивнула. Мы вышли из особняка.

Двери за нашими спинами закрылись глухо, отрезая тепло, свет и привычную роскошь. Утренний воздух был прохладным, влажным, пах землёй и листвой. Небо было темным, звезды и Луна освещали наш путь.

Мы прошли через двор. Дальше – сад. Тот самый сад, где я когда-то бегала ребёнком, стараясь быть незаметной. Где училась не мешать. Не попадаться на глаза. Не занимать лишнего места. Сейчас он казался чужим – ухоженным, красивым, но холодным. Кусты аккуратно подстрижены, дорожки чистые, ни одной случайной ветки. Всё слишком правильно.

Мы углублялись всё дальше.

Миновали беседку. Потом ещё одну аллею.

Под ногами появилась мощёная дорога – старая, вытертая временем, с неровными камнями, на которых скользил лунный свет.

С каждым шагом внутри меня поднималась тревога.

Я чувствовала её телом – в сжатых плечах, в напряжении между лопаток, в том, как сбивалось дыхание. Я шла рядом с Кайденом.

Он держал меня за руку. Он был моей опорой. Император шагал чуть впереди – спокойный, собранный, внимательный. За нами – семья фениксов.

Надежда обжигала.

Не грела – жгла изнутри, оставляя после себя тонкую, болезненную дрожь.

Во мне всё ещё жила обида на мать – тяжёлая, вязкая, как смола. Обида за годы игнорирования и жестокие наказания, за страх, который во мне взращивали, что меня прятали, ломали, ограничивали. За то, что вместо любви мне дали клетку.

Но рядом с этой обидой росло другое чувство. Опасное. Почти запретное.

Надежда.

Что отец жив, что не бросал меня. Что просто не знал, что я есть…

Я ловила себя на том, что уже представляю его. Как он смотрит. Как слушает. Как, возможно, сразу узнаёт.

От этой мысли перехватывало дыхание.

И тут же накрывал страх.

А если нет?

А если это лишь жестокая иллюзия, последняя соломинка, за которую я хватаюсь?

Боялась позволить себе эту надежду – потому что знала, как больно, когда она не подтверждается.

Кончики пальцев холодели, живот скручивало узлом.

По дороге Император неожиданно задал вопрос:

– Каллиста, ты сможешь взять на себя управление кланом?

Я замялась.

Слова застряли в горле.

Мне было стыдно признаваться в том, что я не получила должного образования. Что меня к этому не готовили. Что я слишком долго была в стороне от всего, что касалось власти, управления, ответственности.

Я взглянула на мужа. И он ответил за меня.

– Ваше Величество, Каллисте нужно время, – спокойно сказал Кайден.

Он посмотрел прямо на Императора. Император тоже посмотрел на него – пронзительно. Долго. Внимательно. А потом медленно качнул головой.

– Да. Ты писал моему эмиссару. Хм. Хорошо.

Он сделал короткую паузу.

– В таком случае напишите мне, когда ситуация изменится.

Я густо покраснела. Мне было дико неудобно и неловко. Хотелось опустить глаза, спрятаться, исчезнуть.

Но я понимала: никто надо мной сейчас не издевается. Никто не смеётся.

Император говорил по существу. По делу. Так, как говорят с теми, кого воспринимают всерьёз. И я всеми силами хотела соответствовать.

– Но я не хочу расставаться с собственной супругой, – вдруг добавил Кайден.

Император усмехнулся.

– Я понял тебя.

А потом император обратился ко мне уже напрямую:

– Каллиста, твоё мнение тоже будет учитываться в этом вопросе.

Он чуть замедлил шаг.

– Клан Лунных по праву твой. И если ты будешь готова – сообщи. Даже если твой супруг будет против.

Я растерянно кивнула. А Кайден проводил Императора недовольным взглядом.

Но тот отвернулся, хотя я заметила, как в уголках губ Императора наметилась улыбка.

Сердце билось слишком быстро, но внутри, под волнением и страхом, появлялось что-то новое – осторожное, хрупкое чувство ответственности.

А вскоре впереди показался каменный склеп.

В самом конце территории, под сенью вековых деревьев.

Он словно врастал в землю. Старый, потемневший от времени, покрытый мхом и трещинами. Корни деревьев обвивали камень, словно пытались утащить его под землю. Воздух здесь был другим – тяжелее, прохладнее, пропитанным тишиной.

Я остановилась.

Вот оно, место, где лежали мои предки.

Сердце сжалось.

Во мне продолжали бороться страх и надежда, что мой отец не исчез бесследно.

Я глубоко вдохнула.

– Здесь, – сказала я тихо.

Мать никто не взял с собой. На нее вообще никто не обратил внимания, когда мы уходили.

Император и Кайден распахнули тяжёлую дверь.