Текст книги "Замуж за врага. Лишняя в его доме (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гераскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 43

– Слушай, еда такая прыткая. От меня так не одна лань не ускользала, как эти… членистоногие. Даже червяк, смотри, как рванул, – учитель чайной ложкой, как искусный фехтовальщик, пытался отгонять живую еду от края тарелки, которая разбегалась в разные стороны.

Я вытащил нож с пояса и вздохнул:

– Придётся разделываться.

– Давай, а то боюсь даже представить, куда они сбегут и где их потом искать придётся.

Я стал быстро рубить… червей и жуков. Нож мягко входил в склизкую плоть, оставляя влажные следы. Я нарезал, потом разминал всё это обратной стороной лезвия, превращая в однородную кашу. Добавил немного ягод – сам не знал зачем. Потом – щепоть размолотого зерна.

– У меня сейчас будет гастрономический удар, – задумчиво протянул учитель, – Пожалуй, я вообще не хочу сегодня есть.

Я не ответил. Я был слишком сосредоточен. Когда месиво наконец перестало шевелиться, я выдохнул и поставил тарелку рядом с фениксом.

Птичка всё ещё спала. Я протянул руку и очень осторожно погладил её по голове – по мягкому хохолку, который едва заметно дрогнул.

– Эй… – прошептал я. – Маленькая.

Она пошевелилась. Приоткрыла один глаз – тёмный, с золотистой искрой внутри. Сонно чирикнула, словно возмущаясь тем, что её тревожат.

– Прости, – выдохнул я. – Но тебе нужно поесть.

Я поднёс тарелку ближе. Запах был… странный. Даже для меня. Но феникс вдруг вытянула шею, втянула воздух и заинтересованно склонила голову.

Учитель за моей спиной затаил дыхание. Мой дракон замер. Я сам даже не моргал.

Феникс повернула голову то в одну сторону, то в другую, рассматривала то, что я приготовил.

А потом сделала резкий выпад и ущипнула меня за руку, которой я держал тарелку.

Удар был не болезненный, просто неожиданный, но её маленький клюв, как оказалось, был очень острым. Из ранки брызнула кровь, и феникс даже сделала пару шагов из своего тёплого гнезда, чтобы было удобнее и глотнула каплю моей крови, а потом и вовсе я наблюдал, как она потянула магию. Бледно-голубая дорожка моей магии тонкой струйкой потекла из раны прямо в клюв, и феникс глотала её.

– О-о… – выдохнул учитель. Я и сам был обескуражен.

Мы добывали еду, а оказалось – нужна была кровь и магия.

– Мы идиоты, – вынес вердикт учитель.

– Не говорите Каллисте, что я пытался накормить ее червями.

– Ну ты сделал почти аппетитное блюдо, вон как ягодкой украсил.

– Учитель!

– Конечно, не скажу. Если она сама не вспомнит.

Вытянув из меня прилично магии, феникс снова устроилась на подушке и уснула.

Я отставил еду и посмотрел на учителя. Тот задумчиво чесал свою бороду.

– А как долго она будет в таком облике? – спросил я.

– Не знаю.

Но тут я заметил тень, которая накрыла особняк. Я насторожился, прислушался к себе. На территории поместья был чужак.

Внизу раздались выкрики. Я встал, подошёл к окну и увидел, как полностью чёрный дракон с белыми крыльями и пятнистой мордой приземляется в моём дворе. Воины, что были здесь, выстроились в ряд.

Мой собственный дракон отреагировал негативно на присутствие постороннего ящера. В горле зародилось глухое рычание.

Если не ошибаюсь, передо мной был… Керран Найтбрейк, дракон клана Тьмы. Только вот лет шесть назад с ним случилось странное – кажется, он потерял магию. И это особенно отразилось на его звере.

Только вот что ему нужно у меня?

Глава 44

Я вышел ему навстречу.  Чужой дракон на моей земле – это всегда вызов, даже если он прилетел без оружия и с поднятой головой.

– Найтбрейк, – произнёс я холодно, останавливаясь в нескольких шагах. – Не ожидал визита.

Он был таким, каким я его помнил. Высокий, сдержанный, силы в нем явно прибавилось. От него просто фонило Тьмой. Его магия давила на мои плечи. Я усмехнулся. Понял, что бывший однокурсник проверял на прочность.

Я его понимал, нужно знать противника в лицо.

– Айсхарн, – ответил он ровно. – Сочувствую утрате твоего клана.

Ни поклона. Ни лишних слов. Я кивнул ему.

– С чем ты пожаловал? – спросил прямо.

Керран заложил руки за спину – жест закрытый, выверенный.

– Я уполномочен расспросить тебя о нападении демонов на твоё поместье, – начал он спокойно. – Некоторые обстоятельства показались… не до конца ясными. По этой причине часть вопросов передана на расследование мне.

Я прищурился.

– На расследование? – голос остался ровным, но внутри меня уже поднимался лёд. – Не понимаю.

Он посмотрел прямо на меня.

– Я – глава Контроля.

– Не слышал о такой службе.

На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то похожее на усмешку – тень, не больше.

– Это неудивительно. Контроль – личная структура Императора, созданная без огласки.

Мне это не понравилось. Я отзеркалили его позу. Заложил руки за спину.

– И чем же именно ваш Контроль занимается? – спросил я.

Он ответил не сразу. Прощупывал меня. Только вот по мне сейчас было ничего не понять.

– Мы занимаемся тем, что выходит за рамки обычных расследований, особенно с магической составляющей. Необъяснимыми инцидентами. Аномалиями. Несоответствиями.

Меня будто облили холодной водой. Необъяснимый инцидент. Аномалия. Несоответствие.

В моей голове вспыхнуло одно-единственное имя, подходящее под это описание. Каллиста.

Я не изменился в лице, но внутри всё напряглось. Дракон зарычал, желая напасть на Керрана. Только вот его дракон тоже бросится в бой.

А напасть, значит, дать понять, что я что-то скрываю. И это что-то слишком важное для меня.

Керран внимательно следил за мной. Слишком внимательно. Но я не давал повода усомниться.  Более того, я должен действовать, так же как обычно. Как действовал всегда бы.

– Я прибыл задать вопросы, – снова начала Керран. – И осмотреть место нападения демонов.

Позади меня стояли мои люди. Чувствовал, как они были напряжены.

– Может быть пройдем в твой кабинет?

– Нет, – отрезал я. – У меня нет на это времени. Я покидаю поместье.

Я увидел, как его внимание обострилось. Как взгляд скользнул за мою спину – туда, где была дверь в дом. Где сейчас было то, что не должен был видеть никто.

– Спешка в такой момент… – произнёс он задумчиво. – Выглядит любопытно.

– Это не твоё дело, – холодно ответил я. – Кроме того, Император в курсе как я не люблю чужаков на своей территории. И раз ты Глава Контроля, то я сделаю милость со своей стороны. Я лично напишу, что произошло в клане в ночь нападения и отправлю отчет Его Величеству, укажу, что копию отчета желаешь получить и ты.

Последовала пауза после моих слов. А потом Керран склонил голову к плечу. Прищурился, но его выдержка была железной. Усмехнулся, кивнул, но как-то слишком легко.

Он был силён. Чересчур силён, чтобы это можно было не заметить и уж тем более – недооценить.

Керран Найтбрейк всегда таким и был. В Академии – закрытый, холодный, отстранённый. Не лез в конфликты, не искал союзов, держался особняком, будто весь остальной мир его не касался. О клане Тьмы я знал мало.

Он всегда был закрытым. Я знал лишь обрывки: при отце нынешнего Императора они находились в немилости, держались обособленно, не лезли в большую политику. А теперь всё изменилось диаметрально. Император не просто вернул им влияние – он создал отдельную службу и отдал её Керрану. Значит, доверяет. Значит, считает его достаточно сильным, чтобы держать в руках то, что нельзя доверить никому другому.

Я начал вспоминать, что было в Академии. И пожалуй, мог только вспомнить свои ощущения. Керран закрытый, слишком собранный. Сильный до опасной черты. И вот теперь я понимаю: иметь его во врагах – скверная перспектива. Очень скверная.

Но если обстоятельства сложатся так, что он пришёл за Каллистой…

Что ж. Значит, враг так враг. Я не отступлю.

Теперь я прощупывал его в ответ, так же как он меня. Ощущение силы. Давящей, тягучей, как густая тень, в которую не хочется входить без причины.

Я смотрел, как он разворачивается, как тень его дракона снова ложится на землю. И понимал: он пришёл не за демонами.

Он пришёл за ответами, которых я не собирался давать. И если Контроль действительно существует… значит, они уже чувствуют, что в моем поместье произошло нечто большее, чем просто пожар.

А потом Керран демонстративно обернулся в дракона и взмыл в небо.

– Я хочу, чтобы вы проследили за ящером, пока он не покинет мои земли.

– Конечно, глава, – отозвались двое парней и тут же обернулись.

Я подозвал своего управляющего, который топтался неподалёку, и приказал ему пригласить ко мне поверенного. А потом услышал, как к поместью примчался отряд Торна.

Я развернулся к отряду, ожидая доклада. Старый вояка спешился, потом подошел ко мне, прижал руку к груди в знаке приветствия, склонил голову, а потом произнёс:

– Мы нашли Райана.

Глава 45

– Отлично. Где он был? – спросил я.

– Прятался в лесу.

– Хорошо. Ведите его в темницу, я с ним побеседую.

– Глава… Райан погиб, – Торн сделал скорбное лицо. – Испугался вашей кары.

– Торн, – прорычал я, – Очень удобно вышло.

– Мой лорд, я верен вам, как верен был вашему отцу, – безопасник сделал шаг назад, признавая силу за моим зверем. – Я бы и помыслить не мог. Мы правда пытались взять его живым.

– Я не видел твоего письма с объяснением что и как ты делал в день нападения. Как и твоей жены и любовницы.

– Эм…

– Ты думал, я не в курсе, с кем ты спишь? К вечеру жду. А ещё то, что ты нашёл у Райана.

Вояка был недоволен. Мой тон и недоверие оскорбили его. Желваки заходили на лице. Он сцепил зубы. Но неповиновение не показывал.

– Мой лорд, с ним ничего не было.

Я подошёл к старому вояке и схватил того за грудки.

– Ты плохо работаешь, и ты потерял сноровку.

– Но я…

– А почему именно ты возглавил поиски Райана? Я тебе давал другое поручение.

– Под моим началом… парни справились быстрее.

– Под твоим началом. И правда всё сложилось очень удачно… для тебя, – я оттолкнул его от себя и приказал: – Взять лорда Торна. Допросить. Выяснить все обстоятельства.

– Глава! – наконец-то рычание вырвалось у безопасника. Тот показал, как зол. – Ваши обвинения унизительны. Я ни в чем не виноват.

– Тогда тебе нечего беспокоиться, когда у меня будет время, мы всё решим, – оскалился я.

– Но, глава…

– Труп Райана где? – я посмотрел на парней из его отряда.

– Он во дворе, глава.

– Хорошо.

После того как моего безопасника увели, я прошел посмотреть на Райана. Он был слишком туп, чтобы всё продумать. И как же глупо он умер. Я присел на корточки, посмотрел на рану. Хорошо бы, чтобы его осмотрел лорд Фарн. Целитель точно скажет каким образом погиб сын казначея. Сам себя или же ему помогли.

Встал.

– В ледник его. И пусть целитель осмотрит, – приказал ближайшему воину, тот кивнул и удалился за лекарем. Двое других подхватили тело и потащили его за конюшни в ледник.

Верить не хотелось, что после смерти отца мне достались по наследству не верные и преданные люди, а шайка корыстных ублюдков. Но факты говорили сами за себя.

Только чудом была жива моя семья.

И я с каждого спрошу за них.

А потом, как бы мне ни хотелось остаться, нужно было срочно слетать в поместье. Хотел почувствовать остаточный фон. Я не верил, что Керран так просто улетел. Тот точно попытается пройти туда, куда ему надо. По крайней мере, я именно так бы и поступил.

А пока мои ребята его сопровождают, и тот обязан быть у них на глазах, я смогу ещё раз всё проверить.

Кроме того, там осталась сумка с объяснительными.

Когда я долетел до поместья и приземлился, уже сгущались сумерки. Я обернулся, прислушался к окружающему миру. Потом направился к выгоревшему особняку. Ещё раз осмотрел путь до кабинета. Прислушался к себе – там был странный след магии. Но если Керран занимается делами аномалий, то он может зацепиться за это. А если он знаком с магией демонов, то точно определит не демонскую природу.

Я принял решение – просто сверху наложить свою магию. А чтобы это было не так заметно, я сделал это на весь первый этаж и частично второй.

Я выпустил магию, и ручейки льда побежали по стенам, полу, потолку – весь этаж заволокло моей силой. Я наблюдал за этим, а потом поймал себя на мысли, что Каллиста и правда выпила достаточно магии. А восстановиться я не успел. Хотя мой резерв был большим.

Тут же мысли увели меня к этому самому резерву. Что если мои родители не истинные, как они говорили? Но откуда тогда у меня подобная сила?

Но если они истинные, то как отец мог изменять матери?

Только сейчас я понял, что это просто невозможно. Опять же, нужно будет, когда Каллиста придёт в себя, наведаться к матери.

Тайны порядком начали подбешивать.

После того как моей магией был затянут весь первый этаж и частично второй, я вышел. Обрубил поток магии. Со временем она растает, но шлейф останется ещё на пару дней.

Я подошёл к тому самому дереву, где сидел, и там, где валялась сумка с письмами. Подхватил её. Теперь – обратно.

Это заняло ещё некоторое время. Когда я приземлился во дворе, заметил, как воины косились на окна поместья. Внутри заворочалась паника.

– Что случилось? – спросил я у ближайшего воина, схватив того за руку.

– Мой лорд, там кто-то всё время кричит. Ваш учитель не позволяет заходить в комнату.

Я спешно обошёл воина и побежал в сторону особняка. Миновал холл, потом лестницу, перепрыгивая через несколько ступеней, длинный коридор и, наконец, замер у двери. Там была магия – учитель запечатал её. Вокруг стояли воины.

– Разойтись.

Не спеша, но оборачиваясь, они отступили. Я снял защитные руны и вошёл.

И на меня тут же обрушился водопад искр и яркого света, в грудь что-то со всей силы ударило. Я подхватил на руки… нечто мягкое и горячее. А когда я проморгался, увидел, в своих руках феникса. Длинный хвост спадал почти до самого пола. Она увеличилась раза в четыре. Положила голову с лёгким золотым отливом мне на плечо.

Учитель, который всё это время просто наблюдал за фениксом со стороны, жался в углу гостиной. А гостиная… боги, она была похожа на руины. Когтями ободранные шёлковые обои, выпотрошенные мягкие диваны и кресла. Зола от камина на белёном ковре – и всё это ещё и местами обугленное.

– Ей было скучно, – бросил учитель.

– Я заметил, – недоуменно продолжал озираться.

Феникс курлыкнула что-то и покосилась на учителя.

– Каллиста, – я погладил её. – Ты меня понимаешь?

Та вздохнула, а потом слетела с моих рук и оказалась на диване. Начала вышагивать туда и обратно – буквально пару шагов влево и вправо, и всё.

Она нервно хлопала длинными красивыми крыльями. От неё летели искры огня, которые учитель с опаской, держась подальше, пытался затушить, то ногой, то сбить подушкой.

Я подошёл к фениксу и остановил её метания.

– Тш-ш… всё хорошо. Тебе нужно вернуться обратно. Сможешь?

Феникс замерла и тут же мотнула головой. С её хохолка посыпались искры, поджигая обивку. Я затушил это своей магией.

– Кай, мальчик мой! Ты смог потушить ее огонь? Слава богам! Хоть кому-то это будет по силу! А то я уже весь извелся!

Учитель устало рухнул в разворошенное кресло и уронил на колени обгоревшую подушку.

Я снова посмотрел на птичку. Вспомнил, что Каллиста никогда не обращалась, и её этому не учили.

– Надо успокоиться. Я сейчас тебе расскажу, как происходит оборот у драконов. И ты попробуешь. Возможно, тебе это поможет.

Глава 46

Я опустился на край дивана, стараясь не делать резких движений. Феникс настороженно следила за мной золотистыми глазами, в которых плясали искры.

В ней не было агрессии. Было… напряжение. Как у существа, оказавшегося в новом теле без инструкций и понимания, что с этим делать.

– Слушай меня, – тихо сказал я, удерживая дракона внутри на коротком поводке, тот волновался за птичку, словно это был наш первый оборот. – Не бойся. Ты не одна.

Калли чуть наклонила голову. Искры на крыльях на мгновение погасли.

Учитель шумно выдохнул. Он просто наблюдал и не мешал.

Я бросил на него короткий взгляд.  А потом сосредоточился на Каллисте.

– У драконов оборот начинается не с тела, – продолжил я, – а с ядра. Ты должна почувствовать себя не птицей. Не огнём. А… собой. Тем, кем ты была до этого.

Феникс нахохлилась. По комнате прошёлся горячий ветер, шторы на окнах вспыхнули и тут же погасли под моей магией.

– Тише, – я положил ладонь на спинку дивана рядом с ней. Не касаясь. – Я рядом. Ты в безопасности.

Это была правда. Абсолютная. И, кажется, она её услышала.

Я закрыл глаза и позволил Каллисте почувствовать меня – не как главу клана, не как дракона, не как того, кто отдаёт приказы и вершит суд. А как того, кто стоит рядом. Кто держит. Кто не отпустит. Своего супруга. Истинного.

В груди отозвалось тёплым давлением.

– Вспомни, – тихо сказал я. – Как ты выглядела.

Феникс вздрогнула.

Искры вспыхнули разом – не хаотично, а словно втягиваясь внутрь. Огненные перья начали осыпаться светящейся пылью, которая не падала на пол, а растворялась в воздухе.

Учитель оказался рядом.

– Кай… – прошептал он.

Я не отвёл взгляда от Каллисты. Птичка сжалась, будто собираясь в точку. Свет стал плотнее, ярче, ослепляюще-золотым. Я прикрыл глаза рукой, а когда убрал ее… феникс исчезла.

На диване, среди обгоревших подушек и оплавленной ткани, лежала Каллиста.

Бледная. Обессиленная. С растрёпанными золотистыми волосами, укрывающими ее полностью, пахнущая дымом, малиной и смородиной, корицей.

Я оказался рядом раньше, чем понял, что двигаюсь. Подхватил её, прижал к себе, чувствуя, как слабо, но ровно бьётся ее сердце. Волосами была прикрыта ее нагота.

– Всё, – выдохнул я. – Всё. Я здесь.

– Невероятно… чудо просто, – хрипло проговорил учитель из угла.

Я поднял взгляд.

– Если хоть кто-то попробует снова отнять её у меня…

Дракон внутри тихо зарычал, соглашаясь.

– …я уничтожу всех.

Учитель кивнул, понимая меня. Каллиста едва слышно вздохнула у меня на груди. Я сосредоточился на ней.

Учитель ушёл тихо. Я даже не сразу понял, в какой момент его присутствие перестало ощущаться в комнате. Дверь закрылась почти беззвучно, и в покоях стало слишком тихо.

Остались только мы.

Я выдохнул. Длинно. Глубоко. Так, будто всё это время держал воздух в груди и только сейчас позволил себе дышать.

– Идём, – тихо сказал я, не столько ей, сколько себе.

Каллиста посмотрела на меня – внимательно, по-птичьи, чуть наклонив голову. В её взгляде ещё плескалось беспокойство, огонь не ушёл до конца, он тлел на кончиках ее волос, срывался искрами вниз.

Я подхватил её на руки осторожно, как берут что-то бесконечно хрупкое и бесконечно дорогое одновременно. Она была тёплой, но не обжигающе.

Калли молчала, но она так доверчиво льнула ко мне. Впитывала все, что я был готов ей дать. А готов я был положить весь мир к ее ногам.

Мой дракон внутри едва дышал от переполняемых нас чувств.

Я перенёс Каллисту в спальню, усадил на край кровати. Она послушно позволила это сделать, хотелось защитить ее от всего мира.

Из гардероба я принес свой халат. Раскрыл, укутал, осторожно подтянул края, чтобы ей было удобно. Чтобы не дуло.

Она позволила. Даже чуть подалась ко мне.

Я сел рядом. Провёл рукой по её волосам. Пальцы дрожали. Я этого не скрывал. Не мог.

Она сейчас была так красива, что у меня перехватывало дыхание.

Перерождение изменило её – и в то же время оставило прежней. Каллиста и раньше была красивой, стоило лишь немного вернуть ей здоровье, но теперь… теперь она словно расцвела изнутри. Исчезла угловатость, ушла болезненная хрупкость. Всё, что в ней было, усилилось в разы – как будто она наконец стала собой.

Её глаза, прежде цвета молодой зелени, теперь отливали тёплым янтарём, словно в глубине зажглось солнце. Веснушки – боги, как же они ей шли. Я ловил себя на том, что смотрю слишком пристально, будто пытаюсь запомнить каждую черту, каждую тень на её лице.

– Спасибо… – слова сорвались сами, глухо, почти шёпотом. – За то, что ты жива. За то, что жива моя дочь.

Она чуть вздрогнула, словно только сейчас до конца осознала, что с ней произошло. Я почувствовал, как её плечи напряглись, как дыхание стало рваным. Я почувствовал ее порыв, прижаться ко мне, как доверчивому птенцу. И сам опередил ее. Сам притянул к себе и обнял. Она уткнулась лицом мне в грудь.

Я сжал её крепче, обхватил руками, прижимая к себе так, будто мог заслонить от всего мира. Дракон внутри рыкнул глухо и удовлетворённо – да, вот так. Защищать. Держать в объятиях. Греть.

Я чувствовал, что ей нужно, чтобы я просто был рядом.

Что бы ни ждало нас дальше – Контроль, Император, тайны крови и перерождений – всё это потом.  Всё остальное подождёт.

– Моя Калли… – снова хрипло проговорил я, начал гладить ее по голове и прижимать к себе. – Моя.

Я наклонился ближе, почти коснулся лбом её лба. Прикрыл глаза на мгновение.

– Я не знаю, как благодарить за всё. Не знаю, чем это можно измерить. Но знай… – я поднял на неё взгляд. – Ты не одна. У тебя есть семья. Есть я.

Она тихо, рвано выдохнула. Я поднял взгляд, и только тогда увидел её лицо. Губы Каллисты дрожали, слёзы текли по щекам. А потом её начало колотить – мелко, всем телом.

Дракон внутри зарычал, требуя немедленно действовать.

– Тш-ш, маленькая. Все уже хорошо. Тебе холодно? – спросил я, уже поднимаясь. – Сейчас растоплю камин.

Я сделал шаг к нему, но успел только разложить дрова, как за спиной послышалось движение.

Я обернулся и замер.

Каллиста уже шла к камину сама. Босая, по пушистому ковру. Закутанная в мой чёрный халат, который тянулся за ней шлейфом. Огненно-золотые волосы стекали по бархату водопадом.

Она остановилась, протянула руку и, не произнося ни слова, не читая заклинаний, просто подожгла дрова.

Пламя вспыхнуло сразу – ровное, тёплое, живое.

– Я… сама… – хрипло, почти шёпотом сказала она, повернувшись ко мне.

Я протянул ей руку, ожидая, когда она вложит свою ладонь в мою. И она, помедлив, сделала это. Я выдохнул. Мы с драконом в течение этих секунд даже не дышали. Значит, она нам доверяет. Я потянул её к себе на колени, усадил перед пламенем и сам прижался к ней со спины, обнял её.

Прижал к груди, интуитивно понимая: сейчас ей не нужны слова. Не нужны объяснения, оправдания, обещания. Ей нужны были только объятия. Защита. Уверенность, что она не одна. Что я есть рядом.

Я опустил подбородок ей на макушку и прикрыл глаза. В груди всё ещё глухо отзывалось рычание зверя – не яростное, не жадное, а настороженное, охранное. Моё. Наше. Сокровище.

Мы так и сидели, не замечая времени. Она чуть развернулась, уткнулась щекой мне в грудь. Я смотрел на огонь и держал её, словно боялся, что стоит отпустить – и она снова исчезнет.

Шаги я услышал заранее.

Дверь распахнулась.

– А вот и вы! – раздался голос учителя. – Каллиста, я принёс тебе еды.

Учитель поставил перед нами поднос. Сдержанно улыбнулся и удалился.

Я взял тарелку. Каллиста смотрела настороженно – не испуганно, нет… скорее так, как смотрят те, кто слишком долго был один и теперь не до конца верит, что можно позволить о себе позаботиться.

Я не торопил.

Поднёс кусочек хлеба с сыром к её губам.

Она замешкалась. На миг. Я видел, как в ней борется привычка справляться самой и что-то новое, хрупкое, только начинающееся.

Потом она всё же позволила.

Её пальцы коснулись моей руки – легко, почти невесомо. Я едва заметно выдохнул. Мы с драконом всё это время не дышали вовсе.

Она ела осторожно, но охотно. Словно тело само знало, что сейчас это безопасно. Что можно. Что не отнимут.

Дракон внутри меня млел. Не рычал. Не требовал. Он был… спокоен. Удовлетворён. Я подал ей ещё еды. Потом кусочки фруктов.

Когда она выпила сок, я заметил, как её плечи опустились, как взгляд стал мягче, расфокусированнее. Сон начал подкрадываться.

Я отставил поднос подальше.

Притянул её к себе, осторожно, не делая резких движений. Она не сопротивлялась. Напротив – доверчиво позволила уложить себя на мою груди, устроилась, словно искала опору.

Я покачивался, едва заметно. Медленно. Ровно.

Она уснула у меня на руках.

Я поднялся, отнес ее в… гнездо. То, что я построил для неё. Я уложил Каллисту в центр своей огромной кровати, осторожно, почти благоговейно. Обложил подушками, укрыл одеялом, поправил прядь волос, выбившуюся на лоб.

Она не проснулась.

Я лёг рядом.

Не смыкая глаз, я сторожил её сон.