Текст книги "Синее пламя Юга (СИ)"

Автор книги: Екатерина Бакулина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10. Твои намерения ясны

Я, лорд Магнус Эйгиль, герцог Рёйгена, обязуюсь выплатить долг дону Рикардо Кавалли, герцогу Атегоны, за пшеницу, поставленную в этом году, на общую сумму: тысяча марок серебром.

За овес и ячмень: семьсот марок серебром…

Из долговых расписок

Голова кружилась и не переставала никак.

Я не могла понять толком – плохо мне или хорошо. Подташнивало, колотилось сердце, руки начинали мелко дрожать, и от яркого света хотелось щуриться.

Судя по сгорбленной спине Искандера, ему приходилось не лучше.

Мы ехали домой.

– Миледи, возьмите, – Ульрих протянул мне фляжку.

– Что это?

– Бренди, – сказал он. – Поможет немного расслабиться. Нужно время, чтобы сила смогла улечься в вас. Потом будет легче.

Не уверена, что это поможет сейчас. Но взяла. Пальцы слегка сводило… Глотнула чуть-чуть, и обожгло горло. Ну и крепкое же! Я закашляла, чуть не выронила, но Ульрих успел отобрать. Ухмыльнулся.

Нет, лучше не стало. Только немного тепла внутри…

– А мне дай? – Искандер обернулся.

– А у тебя своего нет? – удивился Ульрих.

– Нет. Только вода. А то я сейчас либо напьюсь, либо свалюсь спать… а скорее всего, все сразу. Мне еще с людьми поговорить надо, я просил к моему приезду собрать…

Он вздохнул.

– Свое нельзя, а мое можно, значит?

– Ульрих! – Искандер протянул руку. – Прекрати.

Тот со вздохом протянул ему фляжку.

Я видела, как Искандер пьет, прямо как воду, большими глотками, кадык дергается.

– Хватит тебе! – Ульрих возмутился такому. – А то правда свалишься, не доедешь!

Искандер поморщился, но отдал. Вытер губы тыльной стороной ладони.

– Паршиво? – поинтересовался Ульрих.

– Угу.

– Теперь еще к Камню пойдешь?

– Пойду, – согласился Искандер. – Не сегодня, а то меня… разорвет все это. Вообще-то, – тут он посмотрел на меня, – нам, думаю, вместе с Ингрид стоит идти. По одному не выйдет.

Я кивнула.

– Хорошо.

Я пойду с ним. Если уж мы начали это, останавливаться нельзя.

Изменилось ли что-то после жертвы в Багряной роще? Наверно, сейчас и не сказать. Должно пройти время. Я отлично знаю, что одним махом ничего не изменится.

– А что за дела у тебя? – спросил Ульрих. – Из-за которых нельзя напиться и поспать?

– Поговорить надо… У тебя я уже спрашивал, – Искандер слегка скривился, устало. – Хочу понять, кто был на башне за последнюю неделю. Кто поил Камень кровью.

– Думаешь, тебе признаются? – Ульрих усмехнулся с иронией.

– Не думаю. Но вдруг кто что видел и проболтается.

* * *

– Ингрид, – он догнал меня уже у дверей моей комнаты.

Немного задержался во дворе, разговаривая со своими, а я сразу пошла к себе. Устала.

– Подожди, – попросил он.

Я подождала.

– Слушай… – Искандер подошел, остановился рядом, и как-то словно сам не понимая, с чего начать. – Я так и не поблагодарил тебя нормально. Я обязан тебе жизнью.

Он облизал губы.

– Наверно, – сказала я.

Я сделала то, что считала нужным, не ради благодарности.

– Если я могу что-то сделать для тебя…

Покачала головой.

– Сделай Рёйген снова безопасным.

Он неуверенно улыбнулся.

Синие искры отчаянно метались в его глазах.

Дарованная сила металась в нем, пытаясь найти выход. Я знаю, я чувствовала то же. Хотелось бежать, что-то делать и ломать, танцевать, кричать, ударить кого-нибудь… и, в то же время, хотелось залезть в темный уголок, завернуться в одеяло и не вылезать больше. Спрятаться. Это разрывало.

– Ингрид…

Он стоял и смотрел.

Я улыбнулась невольно. Он ведь взрослый уже мужик, но сейчас выглядит совсем как мальчишка. И я отлично вижу, чего он хочет.

Потянулся, коснулся моей руки.

А чего хочу я?

Сама немного подалась к нему ближе. Позволила обнять, сама обняла его. Уткнулась носом в его плечо.

– Я так испугалась, Сандер, – сказала тихо. – Там, у алтаря. Мне показалось, эта штука сейчас убьет тебя. И что тогда будет со мной?

Его чуть судорожный вдох… его ладони прижимают меня к себе… И нет, он вовсе не успокаивать меня собрался. Сам ближе шагнул, заставляя отступить, и прижал к стене. То ли стон, то ли рык – не понять. Сам ко мне прижался. Крепко. Немного резко. Нетерпеливо поглаживая. Губами коснулся моей шеи… горячими…

Я замерла в его руках, вот так, сразу, не была готова. Сама отпустила его. Еще немного, и почти готова была оттолкнуть, потому что… не знаю. Не сейчас. Просто все так быстро и… сложно. Я, наверно, не против, но…

– Ингрид? – он посмотрел на меня.

И мне усилие потребовалось, чтобы поднять голову, посмотреть на него. Наверно, на моем лице отразилось достаточно ясно. Потому что он разжал руки.

– Прости, – отпустил окончательно и отступил на полшага. – Мне показалось, ты тоже…

Хочу ли я?

Синие искры в его глазах. Сила, которая ищет выход… и это и правда было бы лучшим решением…

Огонь танцует в крови.

– Ваша светлость! – осторожный голос из-за спины. – Простите, ваша светлость! Все уже готово.

– Готово? – спросила я.

– Мне надо кое-что обсудить, я велел собрать… – Искандер зажмурился, тряхнул головой. – Может, и к лучшему. Если ты не против, я загляну к тебе вечером. Поговорим.

Я кивнула.

Хорошо. И чуть неловко, что все вышло так.

* * *

Я не могла найти себе места весь вечер.

Что-то бурлило и скребло внутри меня. Крутило. Я не понимала, как быть с этим. Мне было плохо, мутило, и, вместе с тем, хотелось прыгать и… драться.

Достала короткий легкий меч – отец подарил его когда-то. Он не очень одобрял, но традиции Рёйгена требовали, чтобы дочь правителя не только вышивать умела, но и могла за себя постоять. Была хозяйкой своей земли, могла защитить замок, пока глава рода отсутствует.

Взяла, попыталась вспомнить, чему меня учили. Вряд ли это пригодится, с тварями все совсем иначе, их сталью не возьмешь. Но мне хотелось делать хоть что-то. Тело требовало действия, а без действия – все кости начинало ломить.

Стойка, выпад. И еще раз. Нижний удар, верхний блок… Становилось немного легче.

Слегка напугала слуг, которые принесли мне еду. Но не страшно.

Шаг вперед, легче, корпус ровнее… и выпад снова.

До темноты, пока солнце не село.

Потом немного отпустило. Я уже дышала с трудом и взмокла вся. Наверно, леди так неприлично. Плевать.

Только сидеть спокойно я все равно не могла.

Принялась ходить кругами по комнате, словно зверь в клетке.

И, вместе с тем, чувствовала, что буря внутри меня начинает затихать. Огонь не ослабевает, но больше не мечется так. И все равно, чтобы успокоиться, еще нужно время.

Поймала себя, что постоянно смотрю на дверь, жду, когда придет Искандер. Он обещал. Слушаю шаги за дверью. Я сама хочу того же, что он хотел совсем недавно, сама готова его сейчас куда-нибудь прижать, раздеть и… Просто хочу. И даже не потому, что мне нужен он сам. Но мне кажется – это поможет, станет легче. Дарованная сила уляжется наконец.

А заодно поняла, что от всей этой беготни и упражнений с мечом я вся пропотела и… так нельзя. Спешно позвала горничную, велела принести воды, чтобы умыться, переодеться потом.

Если придет, пока я моюсь… что ж, значит, придет…

Но я успела даже причесать и красиво уложить волосы. Ночь на дворе…

А Искандер все не шел.

И я не могу больше ждать.

Решила пойти поискать сама. Его комната совсем недалеко…

Из-под двери тонкая полоска света. Он у себя?

Я постучала.

Тихо.

Позвала.

– Сандер! Ты здесь? Я не помешаю?

Тихо. Только какие-то легкие звуки там… шаги? Шелест?

Дверь не заперта. Я чуть приоткрыла.

Горят свечи. И там, прямо посреди комнаты, у кушетки та девица… как же ее? Голая… почти… лениво так запахивает кружевной пеньюар… но реально он мало что прикрывает. Все ее формы отлично читаются под кружевами.

– Миледи! – как ни в чем не бывало улыбается она. – Вы ищете его светлость? Он сейчас… немного занят. Что ему передать?

Несколько мгновений я просто смотрела.

Потом захлопнула дверь.

Нет. Вот же ублюдок!

Хватит с меня.

* * *

Мне надо на воздух. Подышать и остыть. Я сейчас даже думать ни о чем не хочу.

И уж точно не хочу устраивать скандалы перед этой девкой. Я лучше Искандеру потом выскажу все.

Спокойно…

– Миледи! – Йокель окликнул меня. – Вы не спите?

Спокойно. Ему ничего не нужно знать. Сначала разберусь сама.

– Решила подышать воздухом, – сказала я. – Хочу немного прогуляться перед сном.

Он кивнул так серьезно.

– Могу я поговорить с вами, миледи? Если хотите, мы выйдем в сад.

В сад хочу. Надо только сказать, чтобы мне принесли теплый плащ.

Йокель смотрел на меня внимательно.

Я знаю его с детства, он всю жизнь служил моему отцу, и даже моему деду успел послужить немного. Всегда был верен.

– Конечно, – сказала я. – Идем.

Йокель большой и хмурый, шрам на лице.

Что он знал на самом деле? Когда отца вызвали в Мидсворд, Йокеля не тронули, только потому, что он простой воин, не дворянин, до него никому не было дела.

Спросить? Или сначала послушать?

– О чем ты хотел поговорить? – сказала я.

Йокель цокнул, покачал головой.

– Не знаю, как лучше сказать это, миледи. Ваш муж, этот… Простите. Мне очень жаль, что вам пришлось пережить все это.

Я чуть поморщилась. Вот только не надо этого.

Да, я сбежала, а Искандер привез меня назад. Обманом.

Но жалости не надо.

– Не стоит, – сказала сухо. – Я подчиняюсь воле короля. Это мой долг.

– Безусловно, миледи, – Йокель склонил голову. – Я очень надеюсь, что король понимает, кому доверил Рёйген, но… боюсь, как бы это не стало ошибкой.

Трагически поджал губы, насупился еще больше.

Йокель не склонен к театральным ходам, пустым сомнениям и заламыванию рук. Если он говорит, то для этого должны быть основания. Он действительно обеспокоен.

– О чем ты говоришь? – сказала я.

– Я могу ошибаться, миледи… Но с приездом нового герцога что-то изменилось… Вы же и сами видите, что происходит? Твари стали злее, они приходят днем и врываются в дома. Такого никогда не было. Да, понимаю, что ваш отец во многом был не прав, но то, что происходит сейчас… Боюсь, эту зиму в Рёйгене переживут немногие.

Я вздрогнула даже.

Да. Даже трети зимы не прошло, скоро ночь больших костров, самая длинная ночь года. И если твари действительно будут приходить, то мне даже представить страшно, что с нами будет. В Ормхольме еще можно укрыться за стенами, но простые люди совсем беззащитны.

– Ты считаешь, это его вина? – осторожно спросила я.

Не то чтобы я в это верила. Я видела, как Искандер сражался с тварями, как тяжело ему приходилось. Но я хочу услышать сейчас.

– Я не знаю как, миледи, но, боюсь, он делает это намеренно. Подкармливает тварей…

– Зачем?

– Чтобы потом показать себя героем, – сказал Йокель. – Убедить, что это именно он всех спас. Только лорд Искандер вряд ли понимает, какую силу вызывает. Может выйти, что потом ему с этой силой не справиться. Одно дело – сжечь несколько тварей, вышедших к трактиру, и совсем другое, если это будет происходить повсеместно.

– К трактиру?

Что-то зацепило меня в этом. В первый раз, при первой встрече…

– Миледи… – Йокель тяжело вздохнул. – Вы не знаете, да? Вчера приехал Тагир, тот, что оставался в деревне… Он привез с собой мальчика из трактира. – Замолчал, так, словно я должна была понимать, в чем дело.

Тот мальчик, которого Искандер спас? Почему? Как его звали… Бьярни.

– Хагни? – сказала я. Просто проверить.

– Бьярни, – сказал Йокель. – Все было сделано так, словно мальчик случайно оказался на улице, и тогда лорд Искандер спас его. Он предстал перед вами как герой. Да и перед остальными тоже. Я понимаю, он хотел впечатление произвести. Но такой ценой…

Засопел сердито.

У меня сердце сжалось.

Чего я не понимаю в этом? Я ведь была там, все видела. Я ведь прекрасно знаю, что ни один ребенок Рёйгена в таком возрасте не станет бегать на улице в темноте, в метель. Это немыслимо. Осторожность впитывают с молоком матери.

Как это вышло?

– Вы не знаете, миледи?

Я покачала головой.

– Мальчик говорит, что лорд Искандер заставил его сделать это. Отер. Он назвался Отером тогда. Наобещал с три короба. Денег дал и сказал, что заберет в замок, поможет устроиться и будущее у паренька будет обеспечено. Едва ли не в личную гвардию возьмет, когда подрастет. Какому мальчишке не хочется? Они зарезали петуха, а мальчик должен был бросить его на снег, полить вокруг кровью. И спрятаться где-то неподалеку. Метель начиналась и твари уже выли близко, так что на кровь бы вышли наверняка. Как только твари подойдут, мальчик должен закричать, тем самым подать сигнал. И тогда уж лорд Искандер выйдет и всех спасет.

Сердце… до боли… Ведь так и было. Это не случайно.

И даже то, каким я видела Искандера следующим утром – на нем лица не было. Не потому что устал и Пустоши отняли силы. Я вижу теперь, что сил у него хватит на десятерых. Он просто сам не ожидал, что так обернется. Он и сам сказал, что не рассчитал… Да, так и сказал. Он думал, что будет проще, а вышло… мальчик едва не погиб. Вранье враньем, но смерти ребенку Искандер не желал точно.

Но изначально это было игрой.

– Вы можете спросить сами у мальчика, – сказал Йокель. – И у вашего мужа можете спросить.

Он не сомневался.

Я спрошу. Если Искандер подтвердит мне, что с этим делать?

Еще одна ложь.

Где во всем этом правда на самом деле?

А если кровь на Камне так же была пролита им самим? По его приказу? Может быть, даже не замышляя особого зла, просто как с мальчиком, в самом начале, когда думал, что легко будет справиться.

Но как мне с этим быть?

Мне сложно поверить, что он мог это намеренно сделать, но… я ведь даже о том, что делал отец, не знала ничего. За столько лет – не поняла. А тут неделя знакомства.

Йокель смотрел на меня с сочувствием и очень внимательно.

– Будьте осторожны с ним, миледи. Если вам нужна помощь, всегда говорите мне сразу. Я верно служил вашему отцу, вы выросли у меня на глазах… Я сделаю все.

– Спасибо, – сказала я. Для начала мне нужно разобраться. – Йокель… Ты ведь знал, что делал мой отец? Что приносил кровавые жертвы? Ты был с ним.

– Был, – он помрачнел еще больше. – Я не считаю это предательством, миледи. Понимаю, что могли рассказать вам, и не возьмусь отрицать. Но из Мидсворда все это видится иначе. Оттуда не видно того, что происходит здесь. Как живут люди. Как сохнет урожай в полях, как твари выходят по ночам. Не понимают, что будет, если не принести эти жертвы. Тогда невинных жертв будет больше. Ваш отец делал все, что в его силах, как мог. Но, вместо того, чтобы помочь ему, его казнили. Только ведь при нем никогда не было такого, как творится сейчас. Хигги никогда не нападали на людей открыто. Люди не жили в таком страхе, миледи.

Йокель говорил очень серьезно, верил в то, о чем говорил. Я верила.

Но все это…

Я даже не знаю, с какой стороны подступиться. Как быть?

Книги в библиотеке поискать? Там должно быть что-то о тварях, об алтаре и самом Камне Ормхольма. Были какие-то древние книги…

И еще…

– У меня есть к тебе просьба, Йокель, – сказала я. – Вчера мне довелось встретиться с хиггами лицом к лицу. И я боюсь, такое может случиться снова. Я хочу уметь постоять за себя, хоть как-то. Ты ведь можешь показать мне, как управляться с огнем? Ты умеешь, я знаю.

Он покачал головой, с сожалением.

– Да, миледи, – но согласился все равно. – Я покажу. И пусть боги хранят вас.

* * *

Весь следующий день я только и делала, что ждала Искандера.

Столько вопросов, и так безумно нужно поговорить… а он уехал с утра.

Ну, как с утра… не так уж и рано, мне сказали, он долго сидел, меня ждал. Но я проснулась только к полудню. Бессонная ночь…

После разговора с Йокелем я еще долго бродила по крепостным стенам, смотрела вдаль. Не могла заставить себя успокоиться. Вопросы и мрачные мысли кипели во мне, тут не до сна. Потом замерзла в конце концов, пошла к себе. Но уснуть смогла только к рассвету.

А утром узнала, что Искандер уехал по каким-то своим делам, не дождавшись. Тагира с собой увез.

Потом Йокель учил меня управляться с огнем.

Я сняла плащ, закатала рукава. Я очень старалась, делала все так, как он говорил.

По-всякому. Пыталась закрыть глаза, сосредоточиться, почувствовать огонь в себе. Глубокий вдох… и медленно послать его по рукам, до кончиков пальцев. Пыталась сразу ударить в цель – щит, закрепленный на столбе.

Йокель показывал мне.

Его огонь лилово-синий. Рваный, искрящий огненный шар… Я видела, каких усилий это стоит Йокелю, как он старается, как делает вдох, собирается, как напрягаются руки. Он исторгает огонь из себя. Пальцы охватывает огнем, и только потом огонь срывается и летит в цель.

На щите остается черная вмятина, копоть вокруг. Все в копоти. Слабый огонь всегда сильно дымит.

Вчера я видела, как Ульрих делал это – небрежное движение пальцами, и все пылает. Легко. Чистый прозрачный огонь, не оставляющий гари. У Искандера выходит иначе… но ведь дело не только лишь в силе.

– Попробуйте еще, миледи. Раз за разом. Однажды у вас получится. Главное не отступать.

Все это я понимаю и без Йокеля.

Отец никогда не учил меня. Он еще соглашался найти учителей для упражнений мечом, да и то учили меня совсем немного, только чтобы отдать дань традиции. Но с огнем… он говорил, что это не нужно, что женщине стоит гасить огонь в себе, уж точно не воевать, это против природы. Что мне это никогда не пригодится.

Я должна быть покорной и тихой.

А сейчас совсем иное требовалось от меня. Я понимаю, Искандеру не хватает рук, он даже меня готов…

А если это намеренно? Если он только и ждет, когда придет мой черед героически погибнуть, сражаясь с тварями? Тут ведь никто даже не придерется, не усомнится.

А я…

Я все равно постараюсь научиться. Огонь во мне.

Найти в себе огонь было несложно, я чувствовала силу, особенно со вчерашнего дня – чувствовала отчетливо. Но сила металась внутри меня, никак не хотела подчиняться.

Толку от моих усилий было немного.

Искры между пальцев, слабый пшик, и все же огненный шар, который я не смогла ни бросить в цель, ни удержать. Он обжег мне пальцы, и я уронила, прожгла на юбке дыру. Перепугала Йокеля, он спешно бросился тушить, и испугалась сама.

Но я пыталась снова и снова. Потом уже Йокель устал, просто сел рядом, наблюдая. Держа тулуп наготове, чтобы если что – накрыть и сбить пламя.

Но лишь искры выходят снова. Пальцы от копоти черные и куртка едва не до плеч.

К обеду я окончательно измучилась сама и сдалась, решила оставить до завтра.

Может быть, Искандер подскажет мне…

Но мысли о нем вызывали только боль.

А после обеда отправилась в библиотеку, книги поискать.

Нашла целую стопку на столе. Подборку. Мне сказали, что лорд Искандер был тут вчера, тоже искал книги, читал. И кажется, сказали мне, он так и уснул в этом кресле. В подсвечнике оплывшая свеча, еще не заменили…

Уснул? Так он поэтому не зашел ко мне? И в комнате с девицей его не было вовсе? Она ведь сказала – он занят… его нет… Или дождалась?

Нет, гадать мне сейчас бессмысленно, нужно поговорить с ним и все понять. Для начала – поговорить. Я не стану делать выводы опрометчиво.

Но так ли важно, на самом деле, с кем он спит, если все так сложно и я не могу доверять ему? Если я сама с ним спать не хочу? Я не могу обнимать человека, которому не доверяю. И это так больно и обидно вдруг. Вот именно это…

Спокойно.

Не сейчас…

Закрыть глаза и сделать вдох, потом выдох.

Я здесь ради книг.

Книги… История Рёйгена, генеалогия рёйгенских родов, «О первых людях»…

Я помню, у отца была толстая старая книга в синем кожаном переплете, там было о тварях, а Камне, какие-то схемы, руны, копии записей древних пергаментов. Но тут нет. Либо Искандер забрал ее, либо забрали до него.

Я вдруг подумала, что оставлять такое посторонним отец бы не стал, тем более понимая, в чем его обвиняют. Слишком ценная вещь. Он даже мне не разрешал прикасаться, я видела лишь мельком.

Он спрятал книгу?

Нужно найти, мне кажется, там должно быть много интересного.

А пока… «О первых людях» – я взяла полистать, села в кресло.

Но сколько ни старалась, в голову все лезли посторонние мысли совсем не о том.

Я ждала Искандера. Мне казалось, я поговорю с ним и все решится. Так или иначе, но я для себя пойму…

Он вернулся уже в сумерках, я услышала трубящий рожок и побежала во двор встречать.

Там, где-то в снежных полях, снова была битва. Это видно по опаленной одежде, по черным следам копоти на щеке. Ездили вдвоем в этот раз. Тагир хмурый, с ходу наорал на слугу, который что-то там неудачно ему сказал… или наоборот…

Искандер уставший. В неровном свете факелов его черты кажутся резкими, почти угловатыми, и запавшие глаза. Но, увидев меня, он улыбается вдруг так искренне и так тепло. И тянет улыбнуться в ответ.

– Ингрид! Прости, я не зашел к тебе вчера.

И смотрит так, что безумно хочется простить, обнять.

Если бы только все было так просто.

– А почему не зашел? – спросила я.

Тон, наверно, вышел немного резкий, потому что улыбка Искандера теряет уверенность. Он присматривается ко мне, пытается что-то понять.

– Заснул… прости. Но я готов загладить свою вину. Ты ждала?

Его улыбка чуть настороженная, но в ней азарт мелькает и предвкушение. А ведь казалось бы… у него точно был нелегкий день.

– Мне нужно поговорить с тобой, Сандер.

Улыбка сползает.

Зато я вижу вдруг, как Тагир за его спиной ухмыляется очень довольно. Словно знает какой-то секрет. Он ведь знает.

– Наедине, Сандер.

– Хорошо, – кивает он, отдает лошадь подбежавшим слугам. – Пойдем. Где ты хочешь поговорить?