Текст книги "Искренне, твоя неудобная жена (ЛП)"

Автор книги: Джулия Вулф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

ГЛАВА 35
Сирша

На четвертое утро пребывания Клары я нашла ее на кухне, готовящей завтрак. Лука уже ушел на работу, поэтому я была удивлена, увидев ее там. Обычно она была в офисе раньше него.

– Собираешься опоздать? – спросила я.

Она застонала, положив руку на живот.

– Сегодня утром я двигалась медленнее.

– Я думаю, у тебя есть вполне разумное оправдание для замедления в целом.

Она отмахнулась от меня.

– Ерунда. У меня будет три месяца декретного отпуска, и, без сомнения, к его концу я буду лезть на стены. Я не хочу начинать это раньше, чем нужно. Кроме того, моя работа не очень утомительна физически. На то, чтобы подняться с постели и привести себя в презентабельный вид, уходит вдвое больше энергии, чем раньше.

Я скользнула рядом с ней, обняв ее за плечи и сжав.

– Ну, ты выглядишь просто великолепно, если тебе от этого легче.

Она уткнулась головой мне в плечо и ухмыльнулась.

– Это действительно так, исходя из слов моей великолепной невестки. Хотя я сожалею о том дне, когда мне придется увидеть тебя сияющей и беременной. Ты такая высокая, держу пари, что твой живот будет крошечным, и я буду кипеть от зависти. Я просто это знаю.

Когда я не засмеялась, Клара обратила на меня свои зоркие глаза. Я подарила ей самую теплую улыбку, какую только могла.

Я ненавидела ложь больше, чем нужно, поэтому отвечала осторожно.

– Я не уверена, когда это произойдет.

Ее рука полетела ко рту.

– Ох, только посмотрите на меня, говорю не подумав. Всё из-за этого малыша, он вытягивает из меня последние мозги. Раньше бы я никогда не позволила себе предположить, что женщина планирует стать матерью. Простишь меня?

– Конечно, я прощаю тебя. Ты не сказала ничего плохого.

Растерявшись, я занялась завариванием кофе. Майлз скоро должен был прийти сюда, чтобы начать наш рабочий день. У нас была встреча с Кенджи, поэтому мне нужно было позавтракать, прежде чем все пойдёт своим чередом.

Потом я вспомнила, как Лука беспокоился о своей сестре. Она не была восприимчива к его вмешательству в ее брак, но, возможно, она поговорит со мной.

– Ты снова будешь здесь сегодня вечером? – Я действовала непринужденно, глядя на нее поверх дымящегося кофе.

Клара оперлась бедром о стойку.

– Если ты не против, я бы хотела остаться еще на ночь.

– Тебе не обязательно спрашивать, Клара. Мы говорили об этом вчера вечером и согласились, так как нам нравится, что ты здесь.

Ее брови взлетели.

– Мой брат не возражает против того, чтобы я вторглась в его семейное счастье?

Я смеялась.

– Он действительно не возражает. – Я поставила кружку на стойку и открыла коробку мюсли. – Как ты думаешь, Миллер тоже хотел бы остаться? Нам бы очень хотелось, чтобы он остался.

– О, нет, все в порядке, я... – она оборвала себя, повернувшись к раковине. Неожиданно ей захотелось помыть тарелку и стакан. Я задела за живое.

– Мне жаль. Если ты хочешь поговорить, я здесь, но я не буду давить. – Я устроила шоу, насыпая мюсли в миску, чтобы она расслабилась. Я не собиралась к ней приставать.

Потом она обернулась со слезами на глазах.

– Я не знаю, что происходит. – Она провела по лицу тыльной стороной ладони. – Я была убеждена, что он изменяет, потому что с ним что-то не так. Но как только я рассказала ему об этом, он поклялся мне, что это не так, и с тех пор он прилагает все усилия, чтобы быть хорошим мужем. Он был так внимателен... Я заставила себя поверить, что я сумасшедшая.

Я подошла к ней, взяла ее руки в свои и потащила в гостиную. Мы сидели вместе на диване, на котором никто никогда не сидел. Клементина появилась и заняла свое место, обвиваясь вокруг живота Клары.

Клара какое-то время ворковала с Клем, поглаживая ее мягкую шерсть, затем глубоко вздохнула и все выплеснула:

– Ассистентка Миллера приходила ко мне в понедельник. Она покупала машину, поэтому они проверяли ее кредитную историю и обнаружили в ней кредитную карту, которая ей не принадлежала. Естественно, она запаниковала и проверила ее. Карта на ее имя, но адрес наш. Мой и Миллера.

Мое сердце застряло в горле. Я понятия не имела, к чему это приведет, но ничего хорошего из этого быть не могло.

– Ты спрашивала его? – спросила я.

– Нет. Еще нет. Но я немного покопалась и нашла выписку по кредитной карте. Он заплатил за цветы, доставленные женщине по имени Тереза Грейвс в Теннесси. Он также отправил книгу на ее адрес. Я этого не понимаю. Я просто не знаю. Миллер никого не знает в Теннесси. Он не был ни в каких поездках. Я не знаю, что и думать. И я боюсь, Сирша. Мне нужно знать, но я не хочу спрашивать.

Я хотела помочь. Желание было настолько сильным, что я едва могла усидеть на месте.

– Лука может поговорить с ним.

– Нет, – отрезала она. – Точно нет. Лука убьет его голыми руками, если узнает... – Она ахнула, ее грудь резко поднялась. Клементина мяукала и боднулась головой о Клару. Через мгновение Клара впилась пальцами в шерсть Клем, успокаивая их обеих. – Несколько дней назад я заглянула в телефон Миллера. У меня было всего несколько минут, но я нажала на его почтовое приложение, и оно вошло в учетную запись, о существовании которой я не знала.

Она прервала себя, ее губы сжались в прямую линию.

– Ты не можешь так продолжать. Ненавижу видеть тебя такой расстроенной.

Ее сияющие, полные слез глаза встретились с моими.

– А что, если ты поговоришь с ним? Вы могли бы встретиться с ним за кофе, может быть, сказать, что хочешь поговорить с ним о детских вещах, и попытаться вытянуть из него правду.

Идея была сумасшедшей. У нас с Миллером почти не было соприкосновений. Зачем ему довериться мне? Но Клара была так расстроена. Если бы у меня был хоть малейший шанс помочь ей, я должна была это сделать.

– Хорошо. Я постараюсь.

Она выдохнула, ее плечи изогнулись вперед.

– Большое спасибо.

Ее облегчение было ощутимым. Я обняла ее, потому что она действительно выглядела так, будто ей не помешали бы объятия.

– Конечно, Клара. Ты не должна находиться в таком стрессе.

– Я ценю твою заботу. – Она отстранилась и глубоко вздохнула. – Пожалуйста, не говори Луке, пока мы не получим все факты. Если мой брат узнает, его арестуют.

– Я не хочу иметь от него секретов.

Она покачала головой.

– Нет, я понимаю. Но можешь ли ты подождать до тех пор, пока это произойдет? И позволь мне сказать ему, как только мы узнаем наверняка.

Мой желудок свело от дискомфорта, но я согласилась. Я бы позволила Кларе рассказать Луке, что происходит, поскольку это был ее брак и жизнь. С ее стороны было справедливо иметь возможность выбирать время.

В понедельник утром я только села за свой стол, когда Лука прислал мне электронное письмо.

Кому: saoirserossi@peakstrategies.com

От: lucarossi@rossimotors.com

Сирша,

У меня сегодня отменилась встреча, и я хочу пригласить тебя на обед. Это не эвфемизм. Я хочу сесть напротив тебя и вместе поесть. У меня достаточно времени. Я могу встретиться с тобой рядом с домом, если так проще.

Скажи мне, что ты свободна.

Твой,

Лука

Я улыбнулась, читая письмо, хотя мое сердце упало. Мне пришлось бы отказаться, поскольку я уже планировала встречу с Миллером, чего я боялась, как если бы мне поставили пломбу без новокаина. Я уже злилась на Миллера за то, что он был таким дерьмовым мужем, что его жена попросила меня вмешаться, но теперь я злилась вдвойне, потому что собиралась упустить время, проведенное с Лукой.

Однако я не смогла сбить улыбку со своего лица. Это стало чем-то вроде константы с тех пор, как неделю назад Лука отказался от правил. В субботу Клара уехала к родителям, а это, как я думала, означало, что я вернусь в свою спальню. Но когда я попыталась, Лука схватил меня и швырнул на свою кровать.

Мы не говорили об изменениях. Это просто... случилось.

– Расскажи мне анекдот.

Я отпрянула, удивлённая голосом Майлза. Я не должна была этого делать. Мы делили офис, и я впустила его в квартиру всего полчаса назад. Я знала, что он был со мной в комнате, но была так занята мечтами о Луке, что забыла, что я не одна.

– Это не шутка, – сказала я.

Он сел задницей на край моего стола привычка, которую он унаследовал со времен работы с Элизой в Andes. Мы с Майлзом оба болтушки. Мы быстро поняли, что для того, чтобы что-то сделать, нам нужно научиться игнорировать друг друга, иначе мы будем часами болтать вместо работы.

– Может, это просто моя паранойя, но я вижу, как ты улыбаешься своему компьютеру, как маленький псих, и думаю, что ты обсуждаешь меня за моей спиной.

Смеясь, я откинулась на спинку стула, сложив руки на груди.

– Это определенно паранойя. Даже без сомнений.

Его глаза сузились.

– Ты не собираешься мне рассказать?

Я бы рассказала, но он меня забавлял, так что я решила немного его помучить.

– Я не хочу ранить твои чувства.

– Вот и все. Это партнерство расторгнуто. – Он взял чистый лист бумаги для принтера и разорвал его посередине.

– Это был не наш контракт.

Он скомкал кусок, глядя мне прямо в глаза.

– Это было символично. Оно растворилось в моем сердце.

Я упала набок в приступе смеха. Работать с Майлзом Олдричем было одним из лучших решений, которые я когда-либо принимала.

Он нахмурился на меня сквозь мой смех.

– Мне не смешно, Сирши.

Чуть успокоившись, я замахала руками между нами.

– Прости, прости. Я бы никогда не говорила о тебе гадости... ну, кроме твоего ужасного вкуса в выборе фургонов с едой.

Его подбородок выдвинулся вперед.

– Я по-прежнему считаю, что «Тако Людвига» лучшие.

– Это потому, что ты маньяк. Никто больше не хочет тако с квашеной капустой.

– Больше для меня. – Его рука опустилась на мой стол. – А теперь скажи мне, что заставило тебя ухмыляться перед тем, как я каждый день в течение следующего месяца заказывал тако с квашеной капустой и ел их на твоих глазах.

Меня почти стошнило от воспоминаний об этом запахе. Одного раза было достаточно. Им запрещено находиться в квартире.

– Просто приятное письмо от мужа, вот и все.

Он вскинул руки вверх.

– Ты не могла этого сказать?

– Я могла бы, но нам было весело.

– Тебе было весело. Знаешь, я понимаю, почему ты и Элиза друзья. У вас обеих демонические сердца. Хорошо, что я хорошо лажу со злыми женщинами.

– Вернись к своему столу и успокойся, зная, что я никогда не стану трепаться о тебе.

Он вскочил и одарил меня ухмылкой, на которой появлялись ямочки.

– Я никогда не сомневался в тебе, Сирши.

Когда я снова осталась одна, я ответила на письмо Луки, максимально утаив правду. Я бы не стала ему лгать, если бы не необходимость.

Кому: lucarossi@rossimotors.com

От: saoirserossi@peakstrategies.com

Лука,

Я бы хотела сесть напротив тебя и поесть вместе. К сожалению, и мне очень грустно из-за этого, я не смогу прийти сегодня.

Мы с Майлзом собираемся осмотреть тот общий офис, о котором я тебе говорила. Я загляну к тебе, когда мы закончим. Разрешены ли поцелуи в офисе? Потому что я планирую дать тебе несколько.

Искренне,

Твоя неудобная жена

Закусив губу, я нажала «Отправить». Его рука дергалась, когда он читал, когда я так подписывалась. Он ненавидел, что я так себя называю. Но он женился на женщине, которой нравилось провоцировать мужа.

Я с нетерпением ждала возможности увидеть, что он с этим сделает.

Моя легкость исчезла, как только я вспомнила о предстоящей встрече с Миллером.

Чертов Миллер. Испортил все.

Я ушла с обеда с Миллером, ничего не зная.

Он был нервным, уклончивым и странно потным. Он много расспрашивал меня о состоянии Клары. Она не пришла сегодня в офис, поэтому он волновался. Судя по темным кругам вокруг его глаз, казалось, что он какое-то время волновался.

Но когда я прямо спросила его, изменяет ли он, он категорически отрицал это... и я ему поверила.

Что-то было не так. Очень, очень не так. Он не сказал мне, что это было, и я даже не могла догадаться. Но я действительно не думала, что есть еще одна женщина. Он любил свою жену, даже несмотря на то, что сильно ошибался.

Я написал Кларе сообщение по дороге из кафе к зданию «Росси».

Я: Я только что закончила обед с Миллером. Он говорит, что не изменяет, и, возможно, я глупа, но я ему верю.

Клара: Ты спрашивала его о Терезе Грейвс? Цветы? Книга?

Я: Да. Он вел себя так, будто понятия не имел, о чем я говорю. И когда я показала ему выписку по кредитной карте, которую ты мне дала, он сказал, что, должно быть, какая-то ошибка.

Клара: О, нет. Почему он не может просто быть честным?

Я: Не думаю, что он будет с тобой честен. Тебе придется решить, что ты хочешь делать, не имея ответов на все вопросы. Мне жаль.

Клара: Нет, не извиняйся. Ты превзошла свой сестринский долг по отношению ко мне. Я никогда не смогу отплатить тебе. Спасибо тебе за все.

Я: Тебе не обязательно меня благодарить. Когда ты скажешь Луке?

Клара: Я скоро ему скажу. Сначала мне нужно привести мысли в порядок.

Я: Пожалуйста, сделай это как можно скорее. Я не сильна в секретах.

Клара: Я скажу. Обещаю. Я поговорю с ним на этой неделе.

Я положила телефон обратно в сумочку и посмотрела на здание «Росси» передо мной. Мой желудок перевернулся от осознания того, что Лука был там и ждал меня.

Мне не хотелось говорить с ним об этом, но я верила, что Клара скоро ему расскажет. Пока Лука не задал мне прямой вопрос о том, что происходит, мне не пришлось бы лгать. Поскольку я ужасно умела лгать и ненавидела это делать, я скрестила пальцы, пока шла внутрь, чтобы найти мужа.

ГЛАВА 36
Лука

Моя рука опустилась на нахальную задницу Сирши.

– Ты не неудобная. Скажи это.

Она извивалась у меня на коленях, уткнувшись лицом в мое горло.

– Я не неудобная.

– Однако ты чертовски опасная. – Я ударил ее еще раз, заставив ее вскрикнуть.

– Я чертовски опасная.

Я ударил ее еще раз.

– Я не буду заниматься с тобой сексом в своем офисе. Рядом слишком много людей, чтобы я мог сделать с тобой то, что хочу. Теперь из-за тебя мне придется работать остаток дня с половиной запаса крови в члене.

Я почувствовал ее улыбку на своем горле.

– Тебе не обязательно было меня шлепать.

– Ты этого ждала, и ты это знаешь.

Я был разочарован тем, что Сирша не смогла присоединиться ко мне за обедом, но, когда она появилась у меня в дверях несколько минут назад, это исчезло. Держа ее на коленях, я более чем компенсировал отсутствие ее компании раньше.

Я сжал костяшки пальцев под ее подбородком, поднимая ее со своего горла, чтобы я мог смотреть на нее. Я просыпался с этим лицом уже неделю, и ни одна часть меня не хотела снова просыпаться в одиночестве.

– Как вам офис? – спросил я.

– Нам понравилось. Однако я не знаю, готовы ли мы еще подписать контракт. Мы скорее просто ознакомились с тем, что там было.

– Вы с Майлзом пообедали или ты голодна?

Ее нос сморщился.

– Я не голодна.

В ее ответе было напряжение, которое привлекло мое внимание.

– Ты ела?

– Мм-хм. – Ее глаза метнулись в сторону, а руки стиснули бедра.

– Это было да?

– Да, Лука. Я ела.

– С Майлзом...?

Она фыркнула, отворачиваясь от меня.

– Да. Мы с Майлзом оба поели. На самом деле он, вероятно, задается вопросом, почему я не вернулась на работу. Мне нужно идти.

Я поймал ее прежде, чем она успела соскользнуть с моих колен, прижимая ее к своей груди.

– Все в порядке?

– Конечно, в порядке. Хотя я хотела зайти только на минутку. Мне нужно вернуться на работу. – Ее губы прижались к моему горлу, и она уткнулась в меня носом. – Увидимся вечером.

Она хотела уйти, и я позволил ей. Но она вызвала во мне тревогу. Я знал свою жену. Она была ужасной лгуньей, и сейчас я был почти уверен, что она о чем-то солгала.

Подойдя к Сирше сзади, я заключил ее в объятия. Ее голова со вздохом упала мне на плечо.

– Что ты делаешь, красотка?

Я вернулся домой, меня приветствовала Клементина и запах чеснока и специй. Погладив кошку, я последовал за своим носом на кухню, где у плиты стояла Сирша. Она не была домашней богиней, но хорошо готовила, и моя мама научила ее нескольким моим любимым блюдам из детства.

Я не жаловался и считал, что мне повезло.

– Лосось и спаржа. – Она наклонила голову набок, чтобы встретиться со мной взглядом. – Я не была уверена, что ты успеешь прийти домой, чтобы поужинать со мной.

– Ты рада, что я успел?

– Всегда.

Наклонившись, я поцеловал ее в губы.

– Я умираю с голоду. Ты голодна?

– Мм-хм. Дай мне несколько минут, и я тебя накормлю.

Я скользнул рукой вниз к ее нижней части живота, широко расставив пальцы.

– Что ты ела на обед?

Ее дыхание сбилось. Это было быстро, и если бы я не держал ее, я бы и не заметил. Но я заметил и снова насторожился.

– Ужасный сэндвич с курицей и карри в кафе недалеко от «Росси». Мне придется проверить название, чтобы ты никогда не ел там.

Обогнув ее, я выключил плиту. Сирша вскрикнула, когда я развернул ее лицом к себе.

– Это чушь.

Ее рот открылся.

– Что? Я не...

Я коснулся ее губ.

– Ты не лжешь. У тебя это очень плохо получается. Теперь ты лжешь мне, и я хочу знать, почему. – Она попыталась повернуть голову, но я поймал ее за подбородок, удерживая на месте, и она зажала рот. – Ты действительно собираешься это сделать? Я стою перед тобой и говорю тебе: я знаю, что ты что-то скрываешь от меня, и ты...

– Я обещала Кларе, – отрезала она. – Хорошо? Я обещала ей, что ничего не скажу.

Взяв ее руку в свою, я вытащил ее из кухни и потащил за собой в кабинет. Здесь ей было комфортно. Тут она расслаблялась.

Если бы она собиралась нарушить свое обещание (а она так и сделает), то это произойдет здесь, где все было мягко, вдали от горячей плиты и острых ножей на кухне.

– Лука, я не могу этого сделать. Поговори с Кларой. Я собираюсь закончить ужин.

Она начала подниматься, но я потянул ее обратно вниз, держа обе ее руки в своих.

– Нет. Мне плевать на ужин. Кларе не следовало ставить тебя в такое положение, и она это знает. Ты тоже это знаешь. Я не знаю, почему ты согласилась солгать ради нее...

– Она твоя сестра. – Сирша вырвала свои руки из моих и скрестила их на груди. Моя красотка была в ярости, но она должна была знать, что до этого дойдет.

И все же я смягчился ее доводами. Сирша понимала важность семьи так же, как и я. Ее готовность сделать все возможное, чтобы помочь Кларе просто потому, что она была моей сестрой, повлияла на меня на интуитивном уровне. Мне захотелось взять эту женщину на руки, обнять ее и сказать ей, чтобы она ни о чем не беспокоилась. Что она могла хранить свои секреты и продолжать лгать без объяснения причин.

Но этого никогда не произойдет.

Я мог многое упустить из виду, но ложь не входила в их число.

– Я ценю, что ты пытаешься защитить Клару и помочь ей, но она была не в праве просить тебя скрыть что-то от меня. Ты не встаешь между мужем и женой. Клара ошибалась, поступая так. Мне нужно, чтобы ты поговорила со мной, Сирша. Больше никакой лжи.

На секунду я подумал, что она мне не скажет. Ее зубы крепко стиснули нижнюю губу, а взгляд переместился в сторону, к потолку, к моим сложенным рукам, пока, наконец, не остановился на мне.

– Клара попросила меня поговорить с Миллером. Я обедала с ним сегодня. Я действительно съела ужасный сэндвич с курицей и карри.

Закрыв глаза, я медленно выдохнул, чтобы не позволить гневу взять верх, прежде чем решить, насколько мне надо злиться и куда его направить.

– Почему ты обедала с Миллером?

Пальцы на ее руках сжались.

– Она боится, что он ей изменяет, но ты, конечно, это знаешь. Но произошло нечто другое. Миллер открыл секретную кредитную карту на имя своей помощницы и использовал ее, чтобы отправить цветы и книгу этой женщине в Теннесси. Клара не хотела, чтобы ты знал. Она боялась, что ты убьешь его.

– Он трахает кого-то в Теннесси?

Я бы убил его. Я бы обязательно это сделал. Если не голыми руками, то я воспользуюсь одним из темных контактов Эллиота. Я не знал наверняка, что он знал киллеров, но был бы удивлен, если бы он не знал, как их нанять.

И Миллер умрет, если причинит вред Кларе. Если он ей изменил, то проснулся бы со своим сморщенным членом во рту. Ему следовало знать, что лучше не связываться с Росси. Клара, возможно, хотела мира и ненасильственного решения проблемы, но в этом отношении мы были разными.

Сирша быстро покачала головой.

– Нет. Я не верю, что он изменяет. Я думаю... – Она глубоко вздохнула. – Очевидно, я не специалист в области психического здоровья, но после обеда у меня сложилось впечатление, что Миллер находится в стрессе до такой степени, что ему плохо. И я действительно не знаю, как определить, почему я так думаю, но что-то было не так. Больше, чем его беспокойство по поводу того, что Клара ушла от него.

Я скрежетал зубами, сжимая челюсти. Сейчас не время говорить всю грязь, которая крутится у меня в голове. У Сирши было нежное сердце. Она беспокоилась о его психическом здоровье. Все, что меня волновало, это моя семья, и, насколько я понимаю, с этого момента Миллер в неё не входит.

– У тебя есть имя женщины из Теннесси?

Она кивнула.

– Я боюсь давать его тебе. Я знаю, ты хочешь сжечь все дотла, но ты не можешь.

Я знал, что она права. Все фантазии о том, чтобы нанять киллера и пролить кровь Миллера, были всего лишь фантазиями. Слишком многое было поставлено на карту. Мои руки были связаны обязанностями.

То, что я не мог его убить, не означало, что я не мог уничтожить его другими способами.

– Назови мне имя, и я отправлю его своему детективу. – Разжав ее скрещенные руки, я потянул ее к себе. Остальное расстояние она преодолела сама, свернувшись у меня на коленях.

– Не трогай его, – прошептала она.

– Единственное, что я могу обещать – это не трогать его, пока не получу все факты. – Я провел костяшкой пальца по ее щеке и убрал прядь волос с ее лица. – Я собираюсь позаботиться об этом. Это больше не твоя проблема.

Ее ладонь была теплой и мягкой на моей челюсти.

– Я хотела быть той, кто позаботится об этом. Я думала, что смогу.

– Ты молодец, красотка. – Я чмокнул ее в лоб. – Ты помогла моей сестре и сделала все, что смогла. Я благодарен за это. Но ты должна понимать, что больше не сможешь этого делать. Мы не лжем друг другу. Меня раздражает мысль, что ты на это способна.

– Я явно на это не способна. – Ее нос сморщился, как всегда, когда ей было некомфортно... или она лгала. – Ты сразу меня раскусил.

Я коснулся ее губ кончиком пальца.

– Однако это было твое намерение. Должен признать, это больно.

Она начала двигаться, обвила меня руками и уткнулась лицом в мою шею. Ее губы скользнули по моей коже.

– Я чувствую себя дерьмово, Лука. Меня от этого тошнит. – Ее пальцы схватили мою рубашку, когда она придвинулась ближе. – Мне жаль, что я причинила тебе боль. Неважно, хотела я этого или нет. Я это сделала, и мне очень жаль.

Ее яростная реакция на мою боль застала меня врасплох. Она спокойно восприняла мой гнев, но в ту секунду, когда я сказал, что мне больно, она обняла меня, извиняясь передо мной, дрожа в моих руках.

– Сирша. Посмотри на меня.

Она подняла голову, открыв раскрасневшееся лицо и слезящиеся глаза.

– Мне очень жаль, Лука.

Я взял ее трясущийся подбородок в руку.

– Обещай никогда больше ничего от меня не скрывать, и я тебя прощу.

Ее ресницы опустились, и одинокая слеза скатилась по ее щеке.

– Я обещаю. Я так ненавижу это. Я совершенно ни в коем случае не хочу это повторять. Мы ничего не скрываем друг от друга.

Я вытер ее слезу большим пальцем и слизал ее.

– Нет, мы этого не делаем. И мы не плачем друг о друге, если только это не слезы счастья. Понятно?

– Я поняла.

– И никакого проливания вина на себя. Ты не должна говорить «да» в ущерб себе.

– Никакого проливания вина, – повторила она.

– Тебе лучше иметь это в виду.

Она шумно вдохнула, и этот дрожащий вздох сжал мне сердце.

– Я серьезно, Лука.

Она наклонилась и прижалась губами к моим. Обхватив ее затылок, я держал ее там, пока по-настоящему целовал жену, давая ей почувствовать вкус соли на моем языке от ее слез и заменяя ее всей ее сладостью.

С Миллером разберутся. И скоро. Но прямо сейчас мне нужно было сосредоточиться на том, что было самым важным в данный момент, а именно на том, чтобы наладить отношения с моей женой.