Текст книги "Бракованный. Меняю мужа (СИ)"
Автор книги: Джули Рэйн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
9. Сделка
Его губы складываются в нахальную ухмылку. Будь я леди, то непременно бы оскорбилась. Но я не она. Я скольжу глазами по уложенным волосам, тёмным глазам и волевым скулам. Взгляд опускается на чёрную бабочку, перемещается на крепкие плечи и спускается к расслабленно лежащим на колене длинным пальцам. Он хорош. Очень хорош. Если бы мы встретились при других обстоятельствах и статусах, возможно, что-то бы и вышло.
– Это зависит от того, что именно я найду в смартфоне, – не обещая ничего конкретного, подталкиваю я мужчину к опасной авантюре.
Брюнет не громко цокает языком.
– И что же вы планируете там найти?
Горло сдавливает невидимое кольцо, пока незнакомец продолжает:
– Доказательства неверности? – нотка иронии в его голосе раздражает. – А что потом?
– Гадаете, порадуем ли мы вас ещё одной сценой?
– Гадаю, входите ли вы в большинство, что закроют глаза на грехи партнёра, – зрачки незнакомца на мгновение отражают лунный свет, и я могу поклясться, что вижу в них азарт.
Горечь во рту от его предположения заставляет поморщиться. Не хочется даже думать, что так живёт большинство. Сужаю глаза, всматриваясь в лицо собеседника:
– Почему мне кажется, что вам есть, что сказать?
Но он беззаботно пожимает плечами.
– Увы, но я знаю лишь то, что ваш муж болван.
– Потому что устроил сцену?
Брюнет грациозно встаёт и медленно обходит мой диван, останавливаясь позади. Не оборачиваюсь, всем телом чувствуя его присутствие. Машинально задерживаю дыхание, когда его приглушённый голос раздаётся совсем рядом, прямо над правым ухом:
– Потому что до сих пор не отыскал вас. А ведь на моём месте мог быть кто-то другой… – от низкого тембра руки покрывают мурашки, – в этой совершенно тёмной пустой комнате…
Медленно поворачиваю голову вправо, пока не упираюсь взглядом в приоткрытые чувственные губы. Я буквально заставляю себя вспомнить, как дышать. Предательское потягивание внизу живота ясно даёт понять, что после двухнедельного воздержания тело больше не на моей стороне. Но на моей ещё, к счастью, мозг.
– Значит, ему повезло, что со мной здесь именно вы… – выдыхаю я.
Попытка замедлить сердцебиение заканчивается провалом, и я просто надеюсь на то, что его бешеный ритм слышу я одна.
– Так действительно ли вы хотите знать, что скрывает ваш муж? – продолжает мужчина, выпрямляясь. – Иногда лучше оставаться в сладком неведении, чтобы потом не пришлось притворяться.
Его слова задевают. Уверенность, что я подавлю чувства и смирюсь с предательством, раздражает. Я поднимаюсь на ноги и направляюсь к двери.
– Могли бы сразу сказать, что вам это не по силам.
Неожиданно чувствую на запястье крепкую хватку. С одной стороны – неприятно. Есть всего два мужчины, демонстрацию физического превосходства которых я могу перенести: Марк и Нейт. Другим меня останавливать запрещено. Контролировать, удерживать и уж тем более применять силу в качестве наказания – непозволительно. Но с другой стороны я ловлю иное чувство – сладостное осознание, что наживку он всё-таки проглотил. Быстро прячу хищную ухмылку и оборачиваюсь, наигранно хлопая ресницами.
– Танец, – произносит он и отпускает запястье. – Плата за услугу.
– Танец? – выгибаю я бровь. – Решили сэкономить деньги?
– Это аванс, ведь, как вы там сказали… всё зависит от того, что вы найдёте в телефоне? – он пожимает плечами. – Страхуюсь, вдруг он чист.
И я цепляюсь за эти слова, как за спасательный круг. Я хочу, чтобы Марк был чист, и вовсе не для того, чтобы не быть должной незнакомцу. Я просто не могу принять, что всё закончится именно так.
– И после танца вы готовы отправиться и выкрасть смартфон? – вкрадчиво уточняю я.
– И даже отвлечь вашего мужа, если потребуется, – хищно добавляет он.
На миг я вновь сомневаюсь в адекватности происходящего, но желание узнать правду не даёт колебаться долго. Интуиция подсказывает, что оно того стоит.
Брюнет протягивает ладонь, и я вкладываю в неё свои пальцы. Из-за двери доносится приглушённый мотив. Он притягивает меня к себе и перекладывает руки на талию. В голове сомнения и обволакивающее ощущение хождения по лезвию: либо я вскоре получу телефон мужа, либо окажусь застанутой им же и сама предстану в качестве изменщицы. Марк не будет разбираться в том, что именно здесь происходит, а воспользуется шансом внушить мне чувство вины.
Да он же настоящий абьюзер, – хмурюсь я, подкрепляя слова воспоминаниями. – Как я столько времени этого не замечала?
Возвращаю плавно спускающиеся руки мужчины на место, когда мы проходим первый угол помещения. Здесь темнее и гораздо тише. Его пальцы аккуратно скользят по открытой коже поясницы, вызывая мурашки. Не будь я так мысленно занята личной драмой, может, он и смог бы получить какую-то реакцию помимо физической. Но увы, сейчас я целиком и полностью поглощена лишь беспокойством о хрупкости моего брака.
Мужчина резко замирает, и я не сразу понимаю, почему. Погрузившись в свои мысли слишком глубоко, я лишь через долю секунды понимаю, что музыка вновь стала громче. Дверь закрывается, и раздаётся несколько неспешных шагов. На стене, у которой мы танцевали совсем недавно, появляется тусклый свет от смартфона. Высокие шкафы не дают нам увидеть гостя, предоставляя лишь возможность надеяться, что он не задержится здесь надолго. Глаза расширяются от страха, когда из глубины комнаты раздаётся голос. Знакомый мне голос. Голос мужа:
– Нет, я ещё не выехал. – Тяжёлый вздох. – Я не могу найти Мию, не уеду же я без неё. – Пара секунд тяжёлой, давящей на нервы тишины сковывает и без того напряжённое тело. – Да перестань, она не могла.
Я хочу было выйти, сказать, что была всё это время здесь, что обижена и зла на него, но брюнет перехватывает мой взволнованный взгляд и медленно качает головой. Мужчина беззвучно прислоняет указательный палец к губам.
– Не знаю, я обошёл все комнаты… Но она бы не уехала без меня.
В голове лихорадочно вертится лишь одна мысль:
Пожалуйста, скажи, что собираешься по рабочему вопросу. Скажи, что по работе. Дай понять, что тебя ждёт работа.
Это всё, что меня волнует на данный момент. Я хочу убедиться, что была не права. Как бы я ни злилась и ни ненавидела мужа, я хочу знать, что ошиблась. Хочу верить, что он не предавал меня, потому что принять обратное будет слишком больно.
– Хотя, я и её дружка давно не видел…
Перестаю дышать, потому что его подозрение бьёт под дых. Как он мог подумать, что я сбежала с Нейтом? Я, которая всегда заботилась о его репутации. Ощущение, что этот человек меня совсем не знает, режет по живому.
– Ладно, скоро буду, – выдыхает Марк, и я слишком хорошо его знаю, чтобы не услышать улыбку.
Пожалуйста…
– Целую, детка.
Я слышу взрыв, с которым сердце разрывается на тысячи стеклянных осколков. Он оглушает. Тихий щелчок закрывшейся двери не ставится с ним ни в какое сравнение. На глазах тут же появляются слёзы. Я не могу пошевелиться. Оцепенение – вот, как тело отреагировало на стресс. Я думала, что уничтожу Марка, когда узнаю об измене, но то, что я узнала, уничтожило меня. Наши отношения, всё то, что мы строили, так легко превратилось в пыль, будто кто-то нажал кнопку “delete”.
– Так понимаю, в телефоне уже нет смысла?.. – аккуратно интересуется мужчина в шаге от меня, про которого я успела забыть.
Сглатываю ком, впивающийся осколками разбитого сердца. Вот так – раз, и всё закончено. Больше нет смысла что-то спасать, больше нет смысла надеяться. Хочется осесть на пол, потому что ноги подкашиваются. Я не верю. Не хочу верить, но и стереть из памяти не могу.
Гадаю, входите ли вы в большинство, что закроют глаза на грехи партнёра, – раздаётся эхом в голове.
Глаза щиплет, и я мысленно благодарю кого бы то ни было, что здесь темно. Сжимаю кулаки что есть сил, чтобы привести себя в чувства. Ногти больно впиваются в ладони и кажется, что мне впервые удаётся пошевелиться.
Я на секунду прикрываю глаза и вижу улыбающееся лицо Марка. Красивый, искренний, счастливый рядом со мной. Наша свадьба. Поцелуи, прогулки, долгие разговоры, смех, знаки внимания, жаркий секс. Вижу, как он подаёт мне руку, помогая выйти из машины, как держит зонт над головой, как влюблённо смотрит, когда убирает мне прядь за ухо.
Боль пронзает всё тело, проходя по нему лихорадочной молниеобразной волной. Это не могло быть фальшью, между нами действительно было что-то настоящее. И от этого ещё больнее. Почему он отказался от нас? Так легко, будто разорвал контракт с неоправдавшей надежд компанией. Напоминание, что у нас давно перестало ладиться, не облегчает ношу. Разве он не должен был попытаться сохранить чувства, как пыталась я? Разве в спасении брака не должны участвовать оба? До последней капли?
Он предал меня. Этот сукин сын предал меня.
Челюсть сводит от того, с какой силой я сжимаю зубы. Отчаяние перерастает в гнев.
Этот сукин сын посмел меня предать!
Выпрямляю спину и поднимаю подбородок, смотря в шкаф перед собой. Смахиваю слёзы ресницами. Жар, поднимающийся из глубин, растворяет остатки кома в горле. Я дышу тяжело, но уже не от сдавливающих чувств, а от тех, которые заставляют действовать. Марк сильно ошибается, если считает, что со мной можно так поступать. Идеи мести приходят одна за другой, но в любой из них я вижу нюанс:
Уничтожить Марка будет легче, если он будет продолжать считать меня дурой.
Окидываю всё это время молча ожидающего мужчину беглым взглядом и хочу было попросить вызвать такси, но потом вспоминаю, что дома меня ждёт лишь пустая постель. Мысль о том, что Марк прямо сейчас едет к девушке, которую будет трахать, убивает. А мысль о том, что это продолжается уже какое-то время, приводит в чувства холодной яростью.
Пока я ждала его вечерами, сохраняя верность, он кувыркался с какой-то шлюхой.
Все ставки на Эйприл, но она ли это?
Я не могу обвинить её голословно, мне нужны веские доказательства.
Я должна ткнуть её в это дерьмо лицом так, чтобы у неё не было шанса отмыться.
– Пожалуй, мне пора, – бросаю я, не заботясь о манерах, и направляюсь к выходу из зала.
Цокот каблуков раздаётся звонко в воцарившейся тишине.
– Вас подвезти? – успевает поинтересоваться голос позади, но я отказываюсь и выхожу из библиотеки.
Свет бьёт по глазам, пока я протискиваюсь между людьми в надежде отыскать Нейта. Мне приходится обойти пару комнат, прежде чем я нахожу знакомую фигуру с выглядывающей из-за ворота татуировкой. Его взгляд тут же меняется, стоит нам встретиться глазами. Он беззвучно произносит слова, и я считываю по губам:
– Я убью его…
10. Воскресенье. 22 декабря
Просыпаться сегодня особенно тяжело. Удивительно, что мне удаётся поднять опухшие от пролитых слёз веки. Ещё удивительнее то, что мне удалось остановить Нейта от того, чтобы надрать Марку зад. Друг отчаянно порывался размазать моего мужа по асфальту, но я дала понять, что хочу поступить иначе. Пусть Марк не верен мне, но он не дурак. В случае развода он попытается сделать так, чтобы я осталась ни с чем. И меня бы это не особо волновало ранее, при иных обстоятельствах, так как большая часть имущества в браке приобретена именно им, но сейчас, когда я узнала о предательстве, я хочу наказать его. А что у нас Марк любит больше всего? Правильно, деньги и подружку, с которой проводит время вместо меня. И я постараюсь сделать так, чтобы он лишился и того и другого.
Половина кровати ожидаемо не тронута. Не то, чтобы я удивлена отсутствию супруга, но совсем не явиться за ночь является как минимум открытым неуважением. Провожу рукой по подушке и сжимаю ногтями гладкую ткань золотистого цвета, представляя на её месте шею любимого мужа. Смартфон, оставленный вчера дома, так и лежит одиноко на тумбочке: куча пропущенных от Марка и Нейта, но все они прошлым числом.
Чтобы снова выглядеть человеком, на водные процедуры и нанесение уходовых средств у меня уходит не менее часа. Пожалуй, самая сложная часть плана состоит в том, чтобы не дать мужу догадаться, что теперь я всё знаю.
Я спускаюсь на первый этаж. Темноволосая девушка в эластичных перчатках уже вовсю натирает полиролью деревянную столешницу гарнитура. Ей около тридцати, и она приходит два раза в неделю, чтобы выдраить дом до блеска, за что Марк отчисляет приличную сумму. К слову, её работа того стоит.
– Доброе утро, Дилан, – приветливо здороваюсь я, на что получаю дружелюбную улыбку.
– Доброе утро, миссис Брукс. Чудесный день сегодня, – она кивает на окно, в которое ярко светит солнце.
– Да, чудесный, – соглашаюсь я и наливаю кофе. – Дилан, ты не застала с утра мистера Брукса?
– Нет. Наверное, разминулись, – пожимает плечами девушка.
– Да… наверное, – отзываюсь я, считая не лучшей идеей вводить девушку в курс наших передряг. – Как твои дела?
– О, всё замечательно. На выходных ездили с Майком к его родителям, оказались милейшие люди. Обсудили дату свадьбы и решили всё-таки летом.
– Это прекрасно! Ты прямо светишься, – искренне радуюсь я, но потом вспоминаю, что и сама недавно была такой же.
Я сажусь за стол, задумчиво прокручивая кружку в руках. Каков шанс, что её брак будет лучше? Дилан хорошая и мне будет жаль, если Майк окажется таким же уродом, как и Марк.
– Приготовить вам завтрак? – интересуется она, закончив со столешницей, на что я вежливо отказываюсь и добавляю:
– Мой желудок не просыпается раньше десяти.
– Ну, попытаться стоило, – хихикает девушка, подхватывает пульверизатор и покидает кухню.
Я остаюсь одна, и мозг напористо начинает разрабатывать план красивого отступления. С деньгами проблем нет, родители наш разрыв как-нибудь переживут, пусть и будут первое время негодовать при каждом удобном случае. Хоть сейчас собирай чемоданы. Но я не могу уйти так просто, Марк должен поплатиться. Делаю пару глотков бодрящего кофе и стремительно направляюсь к кабинету мужа.
– Дилан, пожалуйста, дай знать, если вдруг Марк придёт. Хочу устроить ему сюрприз, – загадочно подмигиваю я девушке, которая понимающе кивает в ответ.
Возле массивного рабочего стола я немного мешкаюсь и фотографирую его, чтобы запомнить расположение предметов – слишком уж идеально всё разложено, даже пара ручек лежит строго перпендикулярно бумагам. При виде идеального порядка складывается ощущение, что Марк отмеряет сантиметры между вещами. Не из-за того ли, что опасается момента, который сейчас настал?
Запускаю компьютер и начинаю просматривать стопку бумаг на углу стола: графики покупательской способности, анализ недвижимости и штатов, в которых она расположена, данные подрядчиков… ничего интересного, а потому неудивительно, что всё это лежит в открытом доступе. Заставка на экране компьютера запрашивает пароль, и я напрягаю мозг. Даты рождения и имена всех членов семьи Марка, дата нашего знакомства, дата свадьбы и даже имя питомца из детства мужа, о котором он как-то рассказывал, не подходят. В голове что-то щёлкает, и я медленно нажимаю на клавиши в последовательности, складывающейся в звучное “Эйприл”... и компьютер оживает.
Сукин сын…
Обессиленно опускаюсь в кресло, на короткое время позабыв о целях своего визита. Никто не ставит на пароль имя коллеги. На такой случай выбирается имя кого-то дорогого, кого не забудешь наверняка.
Сотни файлов открываются один за одним, как орешки под умелыми беличьими лапами. Мне не нужно много времени, чтобы вникнуть в суть и убедиться, что большая часть из них не имеет для меня никакой ценности. А вот прикреплённый к электронному письму документ с перечнем домов, которые компания сейчас пытается выкупить для сноса и дальнейшего возведения проекта, кажется мне интересным. Фотографирую список и продолжаю искать дальше.
Неосознанно замедляюсь, когда среди строчек деловых писем от его белокурой помощницы вижу нотки флирта, а кое-где и упоминание будущих встреч под видом обсуждения дел. Сжимаю зубы, ведь всё это разные рестораны и отели. Было бы куда легче застать их врасплох, будь у них конкретное любимое местечко.
– Миссис Брукс? Миссис Брукс! – зовёт Дилан, и я понимаю, что это не спроста.
Обычно девушка находит меня, а не кричит на весь дом, а это значит, что мой муженёк вернулся. Быстро закрываю все программы и выключаю компьютер, но не успеваю встать из-за стола, как в дверях появляется Марк… хоть я и не сразу признаю в нём своего мужа: пиджак нараспашку, помятая рубашка на пару пуговиц расстёгнута, волосы взъерошены, а лицо опухло, выдавая литры выпитого алкоголя и жуткий недосып.
– Что ты тут делаешь? – устало и совсем не дружелюбно произносит он.
– Пыталась понять, где тебя искать. – Используя стол в качестве опоры, поднимаюсь на ноги. – Не хочешь поделиться, что всю ночь отмечал?
Марк морщится и проходит вглубь кабинета. Он скидывает пиджак на кресло и валится сверху сам.
– Сразу после того, как услышу твою версию.
Хмурюсь. Он слишком много себе позволяет, но если перейдёт черту и сам расскажет о походах налево, то будет настороже. Сделать подножку ему будет куда сложнее, а значит, я должна натянуть маску любящей жены и сыграть свою роль, как бы ни было противно.
– Версию чего? Как мне пришлось добираться домой на такси? Или как я глаз не сомкнула, ждала тебя, пока ты шлялся непонятно где?
В глазах Марка мелькает недопонимание. Он медленно моргает и произносит, сводя брови:
– Это же ты меня вчера кинула?
Я скрещиваю руки на груди.
– Ты хоть искал меня, чтобы вместе поехать домой?
– Тебя там не было! – повышает он голос, и я внутренне вздрагиваю, но не подаю вида.
– К моменту, когда я успокоилась после твоей сцены необоснованной ревности, мне сообщили, что ты уехал, – еле слышно заканчиваю я.
Что-то настоящее пробивается в ворохе чувств, к глазам подступают слёзы. Мужчина, именуемый мужем, тупо смотрит на меня в попытке сложить пазлы.
– Да, милый, – добавляю я, направляясь к выходу, – ты бросил меня на глазах у всех.
– Ты ведь уехала со своим дружком? – не унимается Марк. – Я видел, как он садится в машину.
– А меня ты видел?.. – повышаю я голос не в силах играть хладнокровие.
Я ухожу. Резко. Кабинет остаётся позади вместе с задетой гордостью, обидой и компьютером, запароленным теперь ненавистным для меня именем. Медленно выдыхаю через нос, восстанавливая ясность разума. С тех пор, как я решила играть роль, всё стало таким ненадёжным. Не то слово, не то время, и всё полетит к чертям. А в моих планах туда должен лететь только Марк. Ну, и Эйприл, конечно. Прицепом.
11. Обед
– Миссис Брукс? – Дилан встречает меня у подножия лестницы.
– Да, Дилан, спасибо. Я совсем забыла, что у мистера Брукса встреча со школьными друзьями сегодня, – выдавливаю улыбку, даже сейчас на автомате защищая мужа. – Сюрприз переносится.
– Нет. То есть да, – мешкается девушка, – но я к вам сейчас по другому вопросу.
Я останавливаюсь напротив, и она вручает мне сложенный вдвое листок. На лицевой стороне каллиграфическим почерком выведены мои инициалы, а внутри упоминание о сумме, которую мне удалось собрать на благотворительном вечере. И всё бы ничего, но сумма вдвое больше, чем было в моей танцевальной карточке. Хмурюсь и читаю дальше, где кроется ответ: остальное получено за выставленный лот, и теперь я обязана написать картину некоему мистеру Феррону.
Нейт, господи…
Ситуация осложняется очередным поводом для мужа упрекнуть меня и разорвать наши отношения до того, как я придумаю способ его уничтожить. Складываю листок, не обращая внимание на замершую рядом Дилан.
Это же Нейт. Скажу ему, что обойдётся, – улыбка сама появляется на лице. – А картину напишу позже, когда расставлю все точки с Марком.
Я киваю сама себе и отправляюсь заниматься обедом. Монотонная готовка успокаивает и даёт время подумать. Нарезаю мясо, обдумывая список недвижимости. Местоположение объектов кажется смутно знакомым, и к моменту, когда вода в кастрюле закипает, я понимаю, что оно находится неподалёку от места жительства Кристен.
Пока нож в моих руках ловко расправляется с салатом, в голову приходит идея приобрести один из домов. “Брукс корпорэйшен” ещё не удалось скупить весь район, а значит, есть шанс опередить Марка. Скорее всего, придётся заплатить вдвое больше, но в итоге это будет хорошей палкой в колёса. Учитывая, сколько надежд на данный проект возлагает мой муж, он будет в бешенстве, почувствовав себя бессильным. В конце концов, если я решу продать дом, Марк заплатит и пятикратную сумму, так что в минусе я точно не останусь.
Лук отправляется в кастрюлю, когда мысли переключаются на пункт “разбитая репутация”. Мне нужно, чтобы ему перестали доверять, а заказчик остаётся крайней недоволен в одном случае – если теряет деньги. Или если получает некачественную работу, учитывая вложенные суммы. Но доступа к счетам компании у меня нет, а рисковать жизнью людей, подправляя проект, я не стану.
Заправляю салат маслом и рука замирает в воздухе, когда меня осеняет: не обязательно портить проект, можно ведь просто пустить слухи. Никто не станет рисковать, если заподозрит некачественную работу.
Правда, после проверок выяснится обратное…
Я не успеваю закончить внутренний диалог, потому что на кухне появляется Марк. Кажется, он успел вздремнуть: взгляд более трезвый и даже стыдливый, а руки неуклюже пытаются расправить мятую рубашку.
– Мия… – начинает он, но замолкает, когда наши глаза встречаются.
Я расставляю свежеприготовленную еду на стол и молча сажусь на своё место. Дилан недавно ушла, поэтому мы можем поговорить с глазу на глаз, не боясь быть услышанными.
– Я подумала, что тебе не помешает сегодня жидкая пища, – отстранённо произношу я.
Он сглатывает и садится за стол, облизывает пересохшие губы.
– Спасибо.
Не отвечаю. Я принимаюсь за еду, то и дело сбиваясь с мыслей. Думать о том, как смешать мужа с грязью, когда он сидит напротив, оказывается сложно. Начинает возникать слишком много совместных воспоминаний, и я их подавляю силой. Мне нельзя его жалеть. Или я, или он.
– Я решила съездить к подруге, – сообщаю я, не поднимая взгляд. – На несколько дней.
– В Рождество? – тон кажется озадаченным.
– Да. Ты ведь всё равно работаешь, а я не хочу праздновать его одна.
– Но ты же хотела прийти в офис?
Мысленно ругаюсь, потому что максимально чувствую искусственность его разочарования. Если недавно я не понимала, что именно меня смущало в разговорах с мужем, то теперь я это вижу ясно – он не доигрывает.
– О, думаю, что я буду только мешаться, – пожимаю я плечами. – В конце концов, я даже не в курсе дел.
На некоторое время в помещении повисает тишина, лишь тихий звон ложек о тарелки уведомляет, что кто-то в этом доме всё-таки есть.
– К кому ты поедешь?
– К Кристен. Мы не виделись уже полтора года.
– Но твоя машина в ремонте.
– И? – вскидываю брови, впиваясь глазами в мужа. – Нейт тоже собирался навестить её.
Продолжаю сверлить взглядом лохматую мужскую голову, и её хозяин тушуется. Он чувствует себя крайне виноватым и не рискует лезть на рожон. То, что мне и нужно. Держу пари, он бесконечно рад и тому, что я не закатываю истерику по поводу того, где он был и с кем. Что ж, будем оба делать вид, что считаем, будто он надрался в баре.
– Хорошо, – только и выдаёт он, поднося очередную ложку ко рту.
Нет, милая, как же я без тебя на Рождество? Дорогая, я хочу провести этот день вместе, это же семейный праздник! Пожалуйста, останься со мной! – саркастически произносит голос мужа в моей голове в отличие от реального, которого всё устраивает. Нет, конечно, его не устраивает то, что я еду с Нейтом, но зато он рад, что избавился от меня и никто не будет смущать их с Эйприл совместный уикенд.
Мразь.
Расслабляю кисть, которой слишком сильно сжимаю вилку. Оставшееся время за столом я думаю о том, что необходимо уделять больше внимания самоконтролю, иначе эмоции грозят в любую секунду раскрыть все карты. А я не могу себе этого позволить.
Самое интересное только впереди.
