Текст книги "Тесса Мията невезучая"

Автор книги: Джули Абэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

– Чтобы меня победить, одних сюрикенов будет маловато.

Аканэ, размахивая косой, двинулась на Тессу. По счастью, этот этаж башни был совершенно круглым, и Тесса могла не бояться, что ее загонят в угол. Она ловко отпрыгнула назад. Ее тело медленно – очень медленно, – но верно вспоминало все, чему она научилась за время тренировок. Давали о себе знать и наставления Кита, и нудные, изнуряющие пробежки на уроках Кагуцути, благодаря которым она, оказывается, стала куда выносливее, а еще…

– Ой!

Тесса грохнулась на пол. Щит не дал ей расшибиться, но… обо что она споткнулась, если кругом все видно как на ладони?

Ку…

На губах Аканэ заиграла коварная ухмылка. Что-то было не так. Тесса направила энергетические нити к глазам…

– О нет.

Телебашня, внутри и снаружи, была опутана нитями ку. Аканэ сплела для Тессы паутину, и та попалась. Нить, о которую она запнулась, намертво прилипла к подошвам ее конверсов.

– О да, – приторным голоском пропела Аканэ. – Ладно, не будем тянуть резину. Давай сюда свою монету, смертная, и мы спокойно разойдемся.

Тесса перепрыгнула через нити ку под ногами и попятилась к окну. Мозг лихорадочно работал: нужно что-то придумать, должен же быть какой-то выход… Аканэ сражается не хуже, чем Джин, и даже лучше, учитывая, что в ее распоряжении целый океан ку. Тесса же в бою так себе, да и в обращении с ку совсем еще новичок…

Вших! Аканэ взмахнула косой, и окно сбоку от Тессы осыпалось на пол каскадом стеклянных осколков. Тесса с трудом удержалась, чтобы не вскрикнуть. Еще один неверный шаг – и следующей на пол рухнет она сама, разрубленная на сотню кусочков.

Вших, вших.

Нужно как-то отвлечь Аканэ. Выиграть время, чтобы придумать, как действовать дальше.

Вших.

Только вот чем ее отвлечешь, если она машет этой своей косой как заведенная? Впрочем…

– Рука у тебя, я смотрю, набитая – ты, случайно, парикмахером в свободное время не подрабатываешь?

Аканэ разъяренно фыркнула. Стальное лезвие со свистом устремилось к ногам Тессы, но та успела вовремя подпрыгнуть.

– Ух ты, переходим к прыжкам на скакалке? Я не против.

– По-твоему, это все игра? – прошипела Аканэ.

– Конечно. Я вообще обожаю поединки не на жизнь, а на смерть – это мое маленькое хобби.

«Я не играю. Я сражаюсь за тех, кто мне дорог», – подумала Тесса, а вслух произнесла:

– Зачем тебе участвовать в Цикле? Ты ведь и без того могущественная и знаменитая.

– Так я тебе и сказала, – буркнула Аканэ. – Но знай одно: ты здесь лишняя. Смертным слабакам не место среди богов и духов.

Внутри у Тессы все заклокотало. Нужно что-то предпринять, причем как можно скорее. С начала поединка прошло минут десять. Может, Кагуцути и сделал из них приличных бегунов, но вот щит ее вряд ли долго продержится.

– С-серьезно? – пискнула она, притворившись, будто слова Аканэ ее испугали.

– Серьезно.

Аканэ полоснула еще по одному окну, и во все стороны полетели прозрачные осколки, переливающиеся всеми цветами радуги.

Ну конечно, как бы не так. У меня не меньше прав находиться здесь, чем у тебя.

Тесса потянула за шнур на поясе, и все семь звездочек оказались у нее в руках: три в одной и четыре в другой. К каждому сюрикену она прикрепила нить ку.

Вших. У Тессы желудок скрутило судорогой, когда очередное окно превратилось в фонтан стеклянных брызг. Но времени бояться не было. Не успела Аканэ вновь поднять косу, как Тесса метнула сюрикены.

– Вперед!

– Что это ты… нет!

Коса с головокружительной быстротой принялась описывать в воздухе причудливые фигуры. С помощью ку Тесса схватила перекладину, на которой висел постер какого-то ресторанчика, и швырнула его в Аканэ, чтобы отвлечь соперницу. Тем временем семь ее сюрикенов, ведомые горячим желанием заполучить заветную монетку, неслись к малой богине. Быть может, хоть один из них, да достигнет цели – сорвет шнурок и принесет ей трофей…

Перекладина отлетела в сторону. Коса совершила грациозный пируэт – и все семь звездочек упали на пол. Тесса тут же дернула нити ку на себя, и сюрикены вернулись к ней на пояс, целые и невредимые. Вот только внутри у нее все сжалось, и она почувствовала себя совсем маленькой – как те здания за окном, что отсюда казались просто крошечными.

– Умнее ничего не могла придумать? – холодно спросила Аканэ.

– Я еще и не такое могу.

– Да будь у тебя в руках хоть Меч Тысячи Душ, ты бы все равно мне проиграла, – со спокойной уверенностью произнесла Аканэ. – Смертным не место в одной лиге с богами, подобными мне.

Да что эта девчонка себе позволяет?

– Между прочим, – вскипела Тесса, – смертные имеют такое же право участвовать в Цикле, как и бессмертные. Если боги могут решать судьбу смертной Японии, то и мы должны иметь возможность влиять на ее будущее!

– Какая прелесть.

Аканэ сделала резкий выпад, полоснув косой по правой руке Тессы.

– Нет!

Тесса опустила глаза: по трясущейся руке разливалась жгучая боль, словно плоть пожирало пламя огня.

– Хочешь еще?

Аканэ взмахнула косой, и Тесса отлетела назад. Удар пришелся ей в грудь.

– Я не сдаюсь! – крикнула Тесса и вскочила на ноги, прикрывая руками лицо и шею. Из-за большой потери ку у нее начала кружиться голова.

Я смогу. Победа будет за мной. За нами. Кит, Мими, Джин, Хати – это мой шанс дать вам повод гордиться мною. Клянусь вам, Аканэ будет повержена.

Это обещание проникло в саму ее кровь, не давая рухнуть под градом ударов Аканэ. А когда Тесса все же упала, оно дало ей сил ползти вперед, дюйм за дюймом, обдирая коленки и ладони. Мир перед глазами то и дело чернел, и тогда Тесса быстро моргала, чтобы разогнать тьму и снова увидеть Аканэ с ее смертоносной косой.

Она все еще может дотянуться до Аканэ… Может, несмотря ни на что, сорвать с ее шеи шнурок. Аканэ ведь совсем близко – до нее метр, не больше… «И если у меня получится, тогда, – думала Тесса, – я сдержу обещание, которое дала Мими». Я буду сражаться за Мими.

Силы Тессы были уже на исходе, но она не собиралась сдаваться. Подтянувшись на руках, которые пылали от боли, она продвинулась еще на пару дюймов вперед. Я буду сражаться за Кита.

– Все равно я размажу тебя, как букашку, – прорычала Аканэ. – У тебя от щита почти ничего не осталось.

Я буду сражаться за Джина. И за Хати.

Я буду сражаться за себя.

Тесса хватала ртом воздух, легкие горели огнем. На глаза упала черная пелена.

Монета! Она вот-вот будет моей…

Аканэ занесла над Тессой косу. Вших.

Тесса пронзительно закричала. Шнурок соскользнул с шеи, и монетка взлетела в воздух. Направив к глазам последние жалкие остатки ку, Тесса сумела рассмотреть тонкую нить, тянущуюся от ее монетки к чьей-то раскрытой ладони…

Проиграла. Она проиграла…

А потом мир окончательно погрузился во мрак.

24

На потемневшем небе уже зажглись звезды. Какая-то птичка стремительно взмыла ввысь и исчезла в чернильных сумерках. Из дверей академии, тесно сгрудившись, высыпали участники четвертого цикла.

– Эта смертная девчонка была готова с жизнью расстаться, лишь бы сохранить свою монету.

– Так она разве не умерла?

Раздалось испуганное шиканье.

– Да тут она. Они все тут.

Все голоса мгновенно смолкли. Бог несчастья безмолвной тенью проскользнул сквозь толпу, неся на руках маленькое тельце – ту самую смертную девчонку. Ее глаза были закрыты; она тяжело, с присвистом дышала.

За статным самураем семенили три маленькие фигурки.

– Тесса ведь поправится, да? – обеспокоенно спросила девочка с розовыми волосами. – Она обещала выиграть и чуть не умерла ради победы. В голове не укладывается… Я ее подвела. А теперь это…

– Тесса достигла состояния му, – тихо произнес лорд Тайра. – Если ее отдадут под мою опеку, она поправится. Ей нужно время, чтобы восстановить запас энергии. Однако не думаю, что она сможет участвовать в финальной битве.

– Я смогу, – еле слышно прошептала девочка у него на руках.

– Да якульт всемогущий, Тесса! – с горячностью проговорил один из мальчиков. – Лежи и набирайся сил. Если я верну тебя сестрам в таком состоянии, они меня на месте прикончат.

– Я… в порядке… в порядке… – бормотала Тесса.

Клан несчастья во главе с богом-самураем скрылся в бамбуковой роще. Участники из других кланов тут же принялись перешептываться:

– Ничего им на финальной битве не светит.

– Хорошо, что они вообще есть, эти невезучие, – никому из нас не придется проигрывать.

– А мне их даже немного жалко.

В темноте промелькнул кошачий хвост – пушистый зверек помчался докладывать все, что ему довелось услышать. Едва он исчез, как в иссиня-черной глубине ночи раздались чьи-то голоса:

– Эта девочка опасна.

– Мы ее недооценили, что правда, то правда.

– Но она по-прежнему нужна нам, чтобы добраться до мальчика.

– И достичь нашей цели.

– О да.

25

Едва Тесса пошевелилась…

– Отдыхай, – произнес чей-то настойчивый голос.

Размытые очертания перед глазами наконец приобрели резкость, и Тесса увидела, что находится в своей спальне. Она лежала на матрасе, под пушистым одеялом. В комнате сладко пахло рисовой соломой; в окно заглядывали жизнерадостные подсолнухи, которые в изобилии росли в Спасительном саду. Все как всегда.

Не считая того, что на сей раз в ее комнате был гость: рядом с кроватью, на шатком, видавшем виды стуле восседал Кит, и вид его был поистине ужасен. Хмурое лицо, суровый взгляд из-под насупленных бровей, губы превратились в тонкую жесткую линию… Нет, она точно сделала что-то не то. Тесса вжалась в матрас, желая исчезнуть.

– Отдыхай, – железным голосом повторил Кит.

Тут дверь отъехала в сторону, и в комнату ворвалась Мими.

– Ешь давай!

На Тессу приземлилась дынная булочка.

– Еда – это часть отдыха. Она полезна для души!

– А… что случилось-то? – пробормотала Тесса. Она попыталась принять сидячее положение, но безуспешно. – Ой…

– Ой. Вот именно что «ой», – процедил Кит, негодующе скрипнув зубами. – «Ой» – это то, что случается, когда ты бездумно спускаешь всю свою ку до последней капли и проваливаешься в му. Я-то думал, что доходчиво объяснил, почему му – это плохо. Ну да куда там. Наша Тесса другого мнения: она просто идет – и жадно забирает себе всю ку, до которой только может дотянуться, едва не обесточив все наши камеры, чтобы сделать щит потолще.

– То есть мы проиграли?

Кит окинул ее негодующим взглядом, а потом вздохнул:

– Тесса, при чем тут проиграли или нет? Я ведь велел тебе не лезть на рожон.

– Но если мы проиграем, тебя не станет…

– Проснулась!

В комнату влетел Джин. В руке у него дымилась кружка с чаем. Он поставил кружку на тумбочку и навис над укутанной одеялом Тессой.

– Ну как ты тут?

Ладно, с Китом потом разберемся.

– Так вымотана, что даже кивнуть сил нет? – предположил Кит. – Это состояние му. Самое что ни на есть классическое.

Тесса поморщилась:

– Да ладно тебе. Ну, устала немножко, подумаешь…

– Ты всю ночь продрыхла, Мията, – сообщил Хати, заглядывая в комнату.

Несколько секунд он пристально смотрел на Тессу, словно выжидая, отключится она или нет, а потом кивком указал на окно, за которым простирался Спасительный сад. Солнечный свет, струясь по вопиюще-зеленым кронам деревьев, заливал спальню теплым золотом.

– Уже два часа дня, вообще-то.

– Что? – выдохнула Тесса. – Так ведь у нас тренировка…

– Ее отменили, – буркнул Кит. – Чтобы тренироваться, нужна ку, а у тебя ее нет.

– Но…

Кит решительно тряхнул головой:

– Нет. Вы все нуждаетесь в отдыхе. На сегодня я запланировал для вас – для всех нас – встречу в Спасительном саду. Если, конечно, тебе хватит сил подняться с постели. Мы могли бы поговорить и в твоей спальне, но, боюсь, здесь нас могут подслушать.

– Постой, но как же уроки? – возмутилась Тесса.

Ей не болтать сейчас нужно, а тренироваться!

– Если тебе хватит силенок самостоятельно добраться до сада, а потом – до Целительных палат на осмотр, будешь сама решать, чем заниматься остаток дня. Идет?

Тесса обвела взглядом невезучих и кивнула.

Оставшись одна, она кое-как выбралась из постели, добрела до ванной и, быстро приняв душ, оделась и вышла в Спасительный сад. Невезучие ждали ее в укромном уголке, со всех сторон окруженном деревьями гинкго с роскошными зелено-золотыми кронами. Ребята и Кит, уютно расположившись в пышных креслах-мешках, попивали чай и жевали сласти. Тесса опустилась в свободное кресло и взяла кружку с чаем. Какое приятное тепло… и как же у нее все болит.

Кит щелкнул пальцами, и сквозь деревья пронесся легкий ветерок.

– На всякий случай. Сад хоть и изолирован от внешнего мира, дополнительные меры лишними не будут. Теперь нас точно никто не услышит. Итак, мой храбрый клан, настало время поговорить о главной битве.

– Может, сначала обсудим то, что произошло во время наших поединков? – спросила Тесса.

Кит издал горестный вздох, однако кивнул:

– Так и думал, что ты об этом вспомнишь. Да, теперь мы можем открыто поговорить об охотниках на богов.

Кружка выпала у Хати из рук, и чай расплескался по земле.

– Ох-хотники н-на богов…

Мими пробормотала:

– Невозможно. Их здесь уже лет десять не видели, с тех пор как…

– С тех пор как меня заключили в браслет – теперь я склонен думать, что это их рук дело, – а вокруг города маги натянули симэнаву, – проворчал Кит. – Однако, похоже, они вернулись и их стараниями вы с Джином потерпели поражение. Вмешаться в поединок Тессы я бы им не позволил, но к тому моменту они уже своего добились, сделав так, чтобы наш клан оказался последним в списке.

Хати испуганно прошептал:

– Но ведь они… они же охотятся за богами, которые против возведения границы с миром смертных… Значит, и за мной придут, раз я в твоем клане, Кит?

– Не придут. Я этого не допущу, – заверил его Кит. В каждом его слове ощущалась непоколебимая сила. – Однако я вот что хотел вам сказать: забудьте об охотниках на богов.

Джин встрепенулся:

– Но мне так хотелось побольше о них узнать…

– Тебе совершенно не нужна эта информация, – оборвал его Кит. – Поверь мне. Чем меньше ты о них знаешь, тем лучше. Предоставьте их мне. У меня появились союзники – пусть и немногочисленные, – и на сей раз охотники от меня не уйдут. Я их остановлю. А позвал я вас сюда для того, чтобы сказать: друзья мои, ваша задача – всецело сосредоточиться на последней битве. Сам я сразиться не могу, поэтому вам придется сделать это за меня. Сразиться – и победить. Справитесь, как по-вашему? Могу я рассчитывать на то, что вы выкинете из головы охотников и будете думать только о победе?

Невезучие переглянулись. Потом все дружно уставились на Тессу, ожидая от нее ответа.

– Да, – с неохотой произнесла она. – Мы станем думать только о том, как победить.

Остальные выразили свое согласие негромким бормотанием.

– Спасибо вам. – Кит пристально посмотрел на каждого из своих подопечных, потом кашлянул. – Теперь поговорим непосредственно о финальной битве Цикла смены богов – популярнейшем зрелище и одном из самых судьбоносных событий в мире бессмертных.

– А у меня сразу живот болеть начинает, стоит мне о нем вспомнить, – шепотом пожаловался Хати.

– Это тоже поединок, только между кланами, да? – предположил Джин.

– Видите ли, раз мы боги, без магических трюков никуда, – усмехнулся Кит. – Объясняю. В Калифорнии, откуда родом наша Тесса, большой разницы между временами года нет. Но здесь, в Японии, совсем другое дело. Каждый сезон у нас имеет свои прелести. Весенним днем нет ничего лучше пикника с друзьями под цветущей сакурой, а студеным зимним вечером так приятно сидеть в тепле, закутавшись в одеяло, и уплетать мандарины…

Кит умолк. В его взгляде, устремленном вниз, появилась невыразимая тоска. Несколько мгновений спустя, сделав над собой усилие, он продолжил:

– Однако… в Цикле… времена года являют собою символ грядущих перемен, и каждые тории ведут на арену, не похожую на остальные, с совершенно особенными, неповторяющимися испытаниями.

– За нами будут гоняться все семь кланов? – спросила Тесса.

Кит задумчиво постучал себя пальцем по подбородку:

– Не думаю, что на первых трех аренах ваши соперники станут поджидать вас. В каждом тории можно пробыть шестьдесят минут и ни секундой больше. Если за это время вы не успеете перейти на следующую арену, тории схлопнутся, а вы автоматически отправитесь на больничную койку.

– А мы последние в очереди, – проскулил Хати. В животе у Тессы неприятно ухнуло. – Значит, войдем мы только после всех остальных и времени у нас будет не час, а всего-то полчаса.

– Горе нам, невезучим, – вздохнула Мими. – Будем шевелиться быстрее обычного и постараемся не умереть.

– А где эти арены? – спросил Хати.

– Никто не знает, – ответил Кит. – В прошлый раз первые тории вели на главную улицу города магии, вторые – в восемьдесят восемь храмов Сикоку, третьи – в академию, а четвертые – на заснеженный пляж Хоккайдо.

– О, я бы хотел побывать на Хоккайдо, – мечтательно протянул Джин.

– Меня с собой взять не забудь, – хмыкнула Мими, сунула в рот остатки дынной булочки и принялась сосредоточенно жевать.

Кит сцепил пальцы в замок.

– Еще вопросы?

Тесса сделала большой глоток из своей кружки. Эта ходзича[2]2
  Особая разновидность зеленого чая.


[Закрыть] была поистине волшебной: мало того что она дарила ощущение уюта – как теплый плед в промозглый зимний день, – так еще и успокаивала боль.

– Расскажи, как выбирают нового бога.

– После того как я проиграю… – начал Кит.

– Ты не проиграешь, – резко заявила Тесса.

– Ну да. Ты ведь этого не допустишь. А если дела станут совсем плохи – ты землю перевернешь, но не позволишь, чтобы я занял последнее место. – На губах Кита промелькнула улыбка. – В общем, если бы я проиграл, меня, скажем так, убрали бы с моего поста, а город магии избрал бы себе другого бога несчастья.

– Меня на такие церемонии никогда не брали – я ведь всего-навсего дух, – сказал Хати. – А вот дедуля был на празднествах в честь избрания Бишамонтэн. Четыреста лет прошло, а он до сих пор ту церемонию вспоминает. – Хати вздохнул и тоскливо добавил: – Кажется, на этих церемониях жутко весело.

– Да ну? – хмыкнул Кит. Его губы искривила странная усмешка – Тессе она напомнила узловатый корень древнего дерева, изогнутый самим временем. – Судить не берусь – я был лишь на моей собственной, а ее особо веселой не назовешь: личность бога несчастья должна оставаться в тайне до самого конца, поэтому гостей на моей церемонии не было. А когда я заступил на свой пост, никто не счел это достойным поводом для массовых гуляний.

Он ухмыльнулся, и Тесса почуяла неладное. Не нужно быть ясновидящей, чтобы понять: если Кит так ухмыляется, значит жди подвоха. Он хлопнул в ладоши, и невидимый звуконепроницаемый пузырь вокруг них лопнул, издав тихий щелчок.

– Сегодня отдыхайте и набирайтесь сил, а завтра вас ждет последняя тренировка под моим чутким руководством. Тесса, ты отправляешься в Целительные палаты. Я обещал Кисагаи, что ты явишься для осмотра, так что не подведи, иначе она будет гоняться за мной до конца моих дней и, может, даже станет являться в кошмарах. Я бы и сам тебя к ней отвел, да не могу – дела.

Тесса издала страдальческий стон, но Мими уже подскочила к ней и помогла подняться на ноги.

– Я отведу!

Она принялась бойко подталкивать Тессу по направлению к дорожке, ведущей из сада.

– Мое мнение что – вообще ничего не значит? – пробурчала Тесса.

– Давай-давай, топай веселей! – тараторила Мими. – Если будешь плестись кое-как, позову своих кошечек – они-то мигом доставят тебя по адресу.

– Я бы на это посмотрел, – крикнул им вдогонку Джин.

– Да топаю я, топаю, – пропыхтела Тесса. – И не надо мне никаких котокаталок!

26

Мими с Тессой (без помощи представителей семейства кошачьих) поднялись на четвертый этаж академии, где располагались Целительные палаты. Мими подтолкнула Тессу к двери, контуры которой мягко светились в полумраке, и со словами: «Увидимся за ужином! Надеюсь, будут суши!» – обернулась кошкой и умчалась прочь.

Тесса постучала. Дверь отворилась, и из проема хлынул ослепительный солнечный свет. Тесса зажмурилась.

– Солнце? – пробормотала она. – Но ведь уже почти вечер.

Она присмотрелась и только сейчас заметила вокруг двери очертания тории. В отличие от привычных деревянных эти врата были из камня, на котором то там, то здесь виднелись серозеленые пятна лишайника. Что-то новенькое. Интересно, что за ними…

Тесса вошла в открытую дверь – и…

– Ничего себе!

В ее школе в Калифорнии врач принимал в небольшом помещении с белыми стенами, белыми занавесками, белой ширмой и белой кушеткой. Целительные палаты в академии оказались… фермой? Тесса медленно огляделась. Справа аккуратными рядками росли низенькие кустики с широкими листочками и крупными красными ягодами. Клубника! По склону холма бежала тропинка, которая вела прямо к рисовым полям; ветер колыхал зеленые стебли, и сверху казалось, будто у подножия холма раскинулось самое настоящее море. На деревьях во фруктовом саду, разбитом по левую руку от Тессы, висели сочные ароматные персики, и отовсюду неслось пение цикад, исполнявших негромкую симфонию уходящего лета. Тесса резко выдохнула. Надо же – она, оказывается, дышать перестала и даже не заметила. А царящий тут покой и правда обладал целительной энергией: она пробыла здесь всего пару минут, а уже чувствовала себя намного лучше.

– Какая красота, – прошептала Тесса.

– Согласна, – произнес тихий голос у нее за спиной.

Тесса подпрыгнула от неожиданности. Вместо тории, через которые она сюда попала, она увидела стройную девушку в белоснежном одеянии, украшенном затейливой вышивкой из серебряных нитей. На вид девушке было чуть больше, чем самой Тессе.

– Здравствуй, я Кисагаи, – представилась незнакомка. – Добро пожаловать в Целительные палаты. Ты мужественно сражалась.

Какое там «мужественно». К горлу Тессы подкатил комок. Перед глазами возникла Аканэ, размахивающая своей ужасной косой.

– Поверить не могу, что я проиграла, – произнесла она едва слышно. – Вы не могли бы вылечить меня побыстрее? Тогда я перед ужином еще успею в Облачное море, потренироваться…

– Твоя душа нуждается в исцелении, – сказала Кисагаи.

– Финальная битва уже послезавтра, я не могу…

– Времени на то, чтобы достичь совершенного исцеления, всегда недостаточно. Но совершенство – это одно, а жизнь – совсем другое. Слишком часто мы стремимся к совершенству, а ведь могли бы просто жить, – загадочно произнесла Кисагаи. – Твоя ванна готова. Продолжишь свои размышления в горячей воде. Идем.

– Но… а как же…

Тесса не нашлась что сказать, поэтому молча поплелась следом за Кисагаи к дому, стоявшему на вершине невысокого холма. В воздухе чувствовалась особенная остринка, свойственная волшебной поре межсезонья, когда позднее лето постепенно переходит в раннюю осень. Кисагаи привела Тессу в онсэн: за высокой живой изгородью из бамбука располагался небольшой каменный бассейн, в который из маленького деревянного крана бурливой клокочущей струйкой устремлялась горячая вода.

– В этих горячих источниках, которые мы зовем онсэнами, текут воды богов – ценнейший ресурс, – пояснила Кисагаи. – Онсэны собирают зачарованную воду со всех священных мест Японии. В них термальные воды из долины гейзеров, расположенной близ вулкана Хаконе и горы Фудзи, а еще целебные воды из источников города Атами, что стоит на берегу моря… ну и моя собственная ку.

От воды шел легкий запах серы, который наводил на мысли о несвежих яйцах. Тесса сморщила нос.

– Особый запах воде придают минеральные вещества. Купание в источниках восстанавливает силы – в особенности после изнуряющей битвы.

Кисагаи взмахом руки указала на маленький душ, стоявший чуть в стороне. Белоснежный рукав ее одеяния взметнулся в воздух, словно крыло какой-то сказочной птицы.

– Здесь действуют те же правила, что и при посещении онсэнов в мире смертных: первое – сначала вымойся; второе – не опускай в воду волосы. Дольше пяти минут не сиди, иначе голова закружится. Как закончишь – иди в дом, я дам тебе молока и крекеров.

– Молока? – озадаченно переспросила Тесса.

– По традиции после горячей ванны пьют молоко. Что ж, я тебя оставлю. Приятного исцеления.

Девушка ушла. Тесса быстро помылась и завязала мокрые волосы узлом. Потом подошла к бассейну, попробовала пальцами воду – и взвизгнула: так и свариться недолго. Она поставила в воду одну ногу, потом другую и наконец погрузилась в онсэн по шею. К ее удивлению, боль во всем теле тут же начала стихать.

Прислонившись к каменной стенке бассейна, Тесса подняла голову. Она и не заметила, как наступил вечер. На потемневшем небе уже дрожали россыпи ярких звезд.

– Я подвела свой клан, – прошептала Тесса.

По щеке прокатилась слезинка. Тесса медленно стерла ее ладошкой и вздохнула.

– Я столько тренировалась и все равно проиграла. Какой им всем от меня прок, если я среди них самая слабая? И щит у меня не получается. Он такой хрупкий, точно яичная скорлупа, ударишь по нему раз – и он на тысячи кусочков разлетится.

Звезды лишь подмигивали ей да молча слушали. Хрупкий… на тысячи кусочков… проиграла… мой щит слишком тонкий…

Из-за горячей воды кожа на кончиках пальцев сморщилась. Тесса решила, что, пожалуй, пять минут уже прошло, и осторожно выбралась из бассейна. Она досуха вытерлась полотенцем и завернулась в юкату цвета звездного неба. Кисагаи была права: горячая вода онсэна и правда оказалась целебной для души, растворив все печали и тревоги Тессы. Да, она проиграла – ну и что? Игра-то еще не закончилась.

Шлепая босыми ногами по дощатому полу, она направилась в дом. Внутри ее ждали уютный плюшевый диван и низенький столик, на котором стояло угощение: бумажный пакет с земляничным молоком и миска с рисовыми крекерами сэнбей.

Тесса опустилась на диванчик и в первую очередь выпила холодного молока. Вкуснятина! После, чтобы не показаться неблагодарной, сгрызла один крекер. Потом еще один. И еще парочку.

Надо же, она и вправду прекрасно себя чувствует! А ведь в глубине души сама не верила, что сможет так быстро исцелиться…

Внезапно ее осенило. Щит… Она вечно старается сделать его потолще, думая, что тогда пробить его будет непросто, но… может, попробовать по-другому? Что, если сосредоточить ку только там, где тело наиболее уязвимо – то есть в тех местах, по которым предпочитает наносить удары своей чудовищной косой Аканэ, – а остальную часть щита оставить тонкой? Тогда не придется сражаться на пределе сил, а значит, запас энергии не истощится до состояния му. Тесса аккуратно потянула на себя нити ку, намереваясь исполнить задуманное, но у нее тут же закружилась голова.

– Ясно… наверное, для тренировок пока рановато, – пробормотала Тесса.

Дважды за сутки оказаться в состоянии му – это уже слишком. А вот подумать, как можно победить в финальной битве, – отличная идея!

Тесса вскочила с дивана и, помахав на прощание Кисагаи, со всех ног помчалась к выходу.

– Я поняла! Пусть мне и не достичь совершенства, главное – я живу! А жизнь совершенна сама по себе! Вот и ответ! Спасибо!

Тесса вбежала в тории, где, как и всегда, не было ничего, кроме ослепительно-белого света. Зажмурившись, она сделала шаг – и очутилась в коридоре академии. Ура, она вернулась! Теперь нужно найти невезучих. Пусть тренироваться она пока не может, ничто не мешает ей уже сейчас начать готовиться к финальной битве!