Текст книги "Ученик Белого Дьявола 4"

Автор книги: Джон Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12
Небо все слышит!

13 февраля (вечер)

Алхимик четвёртого ранга Гаммадур Малабрис тихо побаивался своего нового ученика.

[И нет Ядра на месте.

Ни рода, ни клана, ни семьи…

Ещё и Небо шлёт молнии, словно крича:

«Скабре, уймись»!]

Ни словом, ни делом, ни мыслью Гаммадур не показывал своих сомнений. Скабре сделал невозможное: очистил тело алхимика от токсинов. Затем восстановил сразу четырнадцать разорванных энергоканалов и увеличил восстановленное Ядро.

[Может, так и надо?] – Малабрис с сомнением глянул на ученика, разогревающего печь-котёл. – [Мой дорогой ученик не знает, что «это невозможно», и потому спокойно разрывает старые шаблоны?]

В первый день полноценного обучения Скабре освоил приём «Сито» – выделил из одного ингредиента сразу два разных вида эссенций. Ученик будто помнил все двенадцать томов «Фармакопеи» наизусть. Он на деле показывал, как обрабатывать ингредиенты, которые ни разу в жизни не мог видеть.

[Может, это я неправильно смотрю на мир?] – думал про себя Гаммадур, наблюдая, как Скабре один за другим осваивает альтернативные рецепты приготовления пилюль. Сбор Духовных Частиц, Бодрствование, Ясность Ума, Очищение.

[Талант алхимика у парня расцветает прямо на моих глазах.]

Гаммадур видел, как ученик семимильными шагами нагоняет его в вопросах мастерства. Алхимик всего раз объяснил Маркусу, как использовать «Полюс» и стихию молнии для работы внутри котла… Кто же знал, что даже таких крупиц знаний хватит для того, чтобы парень уловил суть и начал её применять на деле.

[О, Небо! Почему же ты не дало ему Ядра и других корней стихии? Тогда в Поднебесье появился бы невероятный алхимик, способный делать ещё столь же невероятные препараты!]

Пилюли третьего ранга по-прежнему оставались недоступны. Алхимику и его ученику не хватало плотности духовной энергии для правильной обработки ингредиентов.

Шли дни. Старого алхимика потихоньку начала подъедать совесть. Ученик дал ему в разы больше, чем он мог представить.

[Чем мне отплатить за это?]

На шестой день обучения алхимик начал ощущать тяжесть созданной кармы. Ушёл спокойный сон, пропала тяга к приключениям…

[Раз принял блага на тысячу золотых, отвечать нужно минимум тем же,] – алхимик вспомнил совет, который почти век назад сам получил в Центре Получения Гражданства.– [Кажется, у меня есть внучка его возраста? Ещё пара девиц постарше. Может, отдать их в жены парню?]

Немного подумав, алхимик отмёл идею о браке. Адепту-гению не составит труда найти себе спутницу по любви, а не по расчёту. К тому же такой ход выгоден только роду Малабрис.

[Арр! Не хочу вспоминать этих… Предателей. Они бросили меня умирать, забрав с собой всё, что имелось в доме.]

Долг кармы продолжал давить. Ещё и облака над Ностромо с каждым днём становились всё гуще. Порой Гаммадуру казалось, что вот-вот разразится буря или что похуже. Алхимик связывал всё это со своей судьбой.

В один из дней, вспомнив о мотивах Скабре к проведению операции, Гаммадур вдруг сообразил.

– Тебе нужны «Пилюли Исцеления Меридиан»? – произнёс алхимик как бы между делом. – Прости, ученик. Это то немногое, с чем я не могу тебе помочь. Прямо сейчас у меня нет ни нужных ингредиентов, ни денег.

– Знаю, – Скабре спокойно пожал плечами. – Пилюли мне и впрямь нужны. Три штуки, а лучше пять. Хорошо, если все будут «идеального» качества.

От ТАКОЙ наглости ученика алхимик по привычке потянулся к ближайшей вещи. Хотелось кинуть в Маркуса чем-нибудь тяжёлым. С трудом удержавшись, Гаммадур взревел:

– Ты хоть понимаешь, о чём просишь⁈ Эти Пилюли в сто раз дороже золота того же веса. Их почти не бывает в свободной продаже. Понятия не имею, где ты достанешь целых три… Разве что на Аукционе.

Маркус в очередной раз зевнул из-за недосыпа.

– Там я их и получил. Кстати! Хотел вас попросить об одолжении. Раз уж вы алхимик четвёртого ранга… Пусть и без членства в Гильдии… У вас наверняка высокий уровень гражданства⁈ Выставите от своего имени на аукционе в Ностромо мои пилюли? Качество от «высшего» и до «идеального». Мы их с вами готовили последние две недели. «Талисманы Стабилизации» у меня ещё есть, а пилюль, необходимых для выращивания Ядра, не осталось.

– Кхем. Дай мне немного времени, ученик.

Гаммадур крепко задумался. Если он прямо сейчас появится в Ностромо, о нём могут вспомнить старые враги. Тот факт, что он восстановил Ядро, – а не помер, как все ожидали, – точно наделает переполоха.

[С другой стороны, не помочь ученику в такой малости тоже плохо. Может, Небо так проверяет мою решимость выплатить долг кармы?]

– Завтра съезжу. Ты, главное, из защитной формации не выходи. – Малабрис сразу поднялся и направился к выходу из алхимической лаборатории. – Ученик! Как так получилось, что у тебя, у адепта со столь выдающимся талантом, до сих пор нет ни покровителя, ни высокого уровня гражданства?

Немного подумав, Маркус стал загибать пальцы.

– Пункт первый. Я не состою ни в одной из Гильдий, клане или секте. Пункт второй. Не хочу работать на местного Лорда. Один из его приближённых собирается меня убить. Причём не фигурально. Мы с ним поцапались непонятно из-за чего.

Услышав слова ученика, алхимик расхохотался.

– Вальц? – видя, что Скабре напрягся, старик махнул рукой. – Его все в городе не любят. Будь у тебя с ним хорошие отношения, я бы сказал, что «это ты странный»… Забудем пока про покровителей и гражданство. Я завтра же съезжу в Ностромо и от СВОЕГО имени выставлю на продажу твои пилюли.

…

16 февраля (раннее утро)

Заказав конный экипаж, Малабрис сначала тайно купил себе новый дорогой наряд. Без хорошей одежды его даже на порог Аукционного Дома не пустят. Затем побрился и приобрёл через служанку парфюм и пару аксессуаров.

[О, Небо!] – алхимик посильнее закрыл шторку в карете. – [Что за дикость⁈ Я, алхимик четвёртого ранга, вынужден скрываться в городе, который считал своей новой Родиной. Меня на званые ужины приглашал и прежний Лорд… И нынешний весточки посылал. Хотя зверолюд скорее отдавал дань уважения, чем реально звал. Никто не хочет видеть на празднике жизни алхимика-калеку.]

Наконец, почистив пёрышки, Гаммадур Малабрис поехал в Аукционный Дом.

[Прошло десять лет с тех пор, как я здесь в последний раз появлялся!]

…

В одном из самых престижных заведений Ностромо старого алхимика приняли довольно странно. При упоминании утраченного членства в профильной Гильдии никто и бровью не повёл. Все сотрудники приняли этот момент спокойно. А вот пилюли «высшего» и «идеального» качества вызвали неподдельный интерес.

– Видите ли, господин Малабрис, – смущаясь, произнесла девушка на рецепции. – Не так давно прямо на пороге нашего заведения погиб Брандей, мастер-алхимик третьего ранга. По неподтвержденной информации, он был одним из немногих, кто в Ностромо продавал такие пилюли. Его ученик без вести пропал во время недавнего нападения орков. Вы случайно…

Скрытый смысл таился между строк. Рассвирепев, Гаммадур выпустил ауру и навис над девицей.

– Ещё раз услышу такое завуалированное оскорбление МОЕГО мастерства… И убью на месте! Никто в этом городе меня за это не осудит. Это МОИ пилюли! Я сам их сделал. Если надо… ПРОВЕДИТЕ ЭКСПЕРТИЗУ.

Алхимик со всей дури ударил об стол стеклянной бутылочкой с пилюлями.

– Ну же! – рявкнул Гаммадур так, чтобы его слышали все, включая охранников Аукционного Дома. – Десять лет здесь не появлялся! А вы, я вижу, совсем страх потеряли! Как мастер-алхимик четвёртого ранга, я ТРЕБУЮ экспертной оценки качества моих пилюль.

Малабрис специально раздул до скандала слова, сказанные девицей. Он профессионал, десятки лет оттачивавший своё мастерство. Во всём Ностромо есть только два специалиста, имеющих право бросаться ТАКИМИ обвинениями.

[Брандей?] – алхимик покопался в памяти. – [Кажется, лет десять назад в Ностромо и впрямь трудился такой алхимик. Дамочки из борделя ему даже прозвище дали. Вроде «Восходящая звезда»? Теперь понятно, у кого Маркус учился раньше.]

Не прошло и трёх часов, как слова Малабриса через экспертизу подтвердили специалисты Аукционного Дома. Оно и понятно: Скабре проводил очистку ингредиентов и делал заготовки под пилюли. Печать мастера на готовую продукцию ставил уже Гаммадур.

[Любой специалист из Гильдии Алхимиков знает, как опознать изготовителя. Достаточно взять образец моей ауры или увидеть крохотную личную печать на поверхности пилюли.]

Стоило сотрудникам Аукционного Дома принять почти сотню лотов на продажу… как Гаммадура зачем-то пригласили в вип-комнату. Там нервно потеющий толстячок стал объяснять суть происходящего.

– Видите ли, господин Малабрис. Я купил у почившего мастера Брандея бутыль с десятью Пилюлями Сбора «идеального» качества. Оба моих чада прорвались на следующий уровень. Я хотел узнать…

– Достаточно, – холода в голосе Гаммадура хватило бы на то, чтобы океан замёрз. – Вы только из-за своей дерзости пригласили меня сюда? Если да, то я больше НИКОГДА не воспользуюсь услугами вашего Аукционного Дома… Или попрошу вас уволить, чтобы не позорить репутацию столь серьёзного и уважаемого заведения.

Власть! Такое сладкое и почти забытое слово… Сейчас она пропитывает каждое слово, сказанное Гаммадуром. Он алхимик четвёртого ранга. Живое сокровище Ностромо! Никто… И тем более какой-то там вшивый клерк из Аукционного Дома… Не смеет распоряжаться ЕГО временем.

– П-прощу прощения, – испуганно проблеял толстячок, наконец осознав, с кем говорит. – Просьба исключительно моя… Я пригласил вас в вип-комнату, чтобы объяснить один… Эм-м-м… Нестандартный казус. Видите ли…

Услышав объяснения клерка, Гаммадур поубавил градус гнева. Во время аукциона, прошедшего две недели назад, на торгах оказались выставлены около ста лотов с пилюлями «высшего» и «идеального» качества. Они наделали среди Сект много шума.

[Ещё бы они не наделали,] – подумал про себя Гаммадур. – [Такие пилюли с высоким качеством и в таком объёме в Ностромо могли выдать только трое. Один работает на Лорда и носа из лаборатории не высовывает. Второй возглавляет Гильдию Алхимиков и почти не практикует… А третий десять лет как лишился членства в Гильдии и сейчас сидит в комнате для вип-гостей Аукционного Дома… Даже выпрыгни Брандей из штанов, ему с его слабым талантом столько хороших пилюль не сделать.]

Из-за приближающегося Турнира Континента все пилюли Скабре скупили по высоким ценам. Сам Брандей погиб ещё в начале рейда орков. Его тело уже забрали люди из Рокко и похоронили на клановом кладбище.

Дальше началось самое интересное. Секты и кое-кто из кланов Ностромо оставили предзаказы на пилюли для адептов стадии Очищения [1+]. Причём ТОЛЬКО «высшего» и «идеального» качества.

[Бездна! Будь прокляты аристократы и Секты,] – Гаммадур сразу понял, зачем на самом деле его пригласили в вип-комнату. – [Они оставили предзаказы, дабы убедиться в том, что таинственный гений-алхимик до сих пор жив. Никто из них не поверил, что Брандей и впрямь сделал те пилюли.]

Сейчас, когда Гаммадура пригласили в вип-комнату, пилюли Скабре уже разъезжались по покупателям. Секты, кланы – скоро все они получат подтверждения, что гений-алхимик не погиб и до сих пор находится в Ностромо.

Видя, что алхимик вот-вот взорвётся от гнева, клерк дал команду «принести оплату». Слуги Аукционного Дома стали вносить в вип-комнату десятки флаконов с пилюлями, духовными кристаллами и золотом, которое попросил Скабре.

[Проклятье! Меня переиграли,] – сложив все вещи в пространственную сумку, алхимик бросился к выходу из здания. – [О, Небо! Только бы никто не проболтался, что это я принёс пилюли в Аукционный Дом. В городе меня почти никто не видел. Рано врагам знать, что я снова в строю.]

…

Пока экипаж ехал от крепости Валентайна в сторону фермерских полей, алхимик не мог найти себе места. Карета экранирована от сканирующих импульсов, но кто знает…

[Бездна! Готов дать руку на отсечение, что солдаты берут взятки от кланов. Если меня узнали, то к вечеру о моём появлении в Ностромо каждая собака будет знать.]

Вернувшись домой, Гаммадур чуть ли не вприпрыжку помчался к алхимической лаборатории. Скабре, выслушав рассказ о предзаказах, тоже напрягся.

– А вот это уже плохо! – Маркус сразу заозирался. – Возможно, меня искали не только люди Лорда, но и представители Сект. Это объясняет, почему сканирующие импульсы приходили из разных частей маркграфства.

– Пока ты в моей лаборатории, тебя так просто не найдут, – качнув головой, Гаммадур указал на защитную формацию. – Признаться, ученик, я недооценил могущество людей, которые будут тебя искать.

– Значит, мне надо будет стать другим человеком.

Взяв бутылёк с «Пилюлями Исцеления Энергоканалов», Скабре посмотрел на них и так и эдак. Затем вдруг произнёс:

– Всё готово. Раз пилюли есть, можно приступать к выращиванию Ядра. Пожалуй, завтра этим и займусь.

…

16 февраля (вечер)

В городской ратуше Ностромо шло совещание. Помимо Лорда, на нём присутствовали ведущие специалисты и главы города. За счёт помощи Сект и императорской семьи разрушенные кварталы восстанавливались прямо на глазах. Появилась централизованная система водоснабжения и канализация. В каком-то смысле нападение орков пошло поселению на пользу.

Пока Пакур думал, как сделать свой город ещё лучше, в зал совещания ворвался служка – парнишка лет двадцати в форме сотрудника Информационного Бюро. Ощутив гнев адепта Золотого Ядра [3+], курьер сразу рухнул на колени. Пол под ним прогнулся, затрещали доски. Удушающая сила Пакура Валентайна стремительно расползалась по кабинету.

– М-мой Лорд! – под давлением ауры просипел курьер. – С-срочное сообщение от Бюро Катастроф…

Пребывая в ярости, Валентайн чуть сбавил давление.

– И что с того? Донесение не могло подождать до конца совещания? – Пакур и не думал прощать подчинённого. – Этикет и стук в дверь придумали как раз для таких наглецов, как ты.

– Не могли… Подождать, – курьер с трудом выдавил из себя слова. – Катастрофа… Приближается… Завтра будет здесь. Туман…

Потеряв сознание, курьер рухнул на пол. Недовольно рыкнув, Пакур обратился к замершим главам города:

– Чего застыли? Как будто это первая катастрофа, которая обрушивается на Ностромо. Бегом на свои посты! Предупредите людей, чтобы завтра снова собрались в крепости.

Вспомнив о формациях, которые ещё не успели восстановить, Валентайн поморщился, как от зубной боли.

[Опять придётся обращаться за помощью к Оленю. Бездна! С чего вдруг катастрофа Поднебесья так внезапно появляется на территории именного МОИХ владений?]

…

В то же время в трёх километрах от Ностромо в алхимической лаборатории громко чихнул Маркус Скабре.

Небо услышало о намерении создать Ядро. В Духовном Море появились первые признаки надвигающейся на Ностромо катастрофы.

Глава 13
Ошибка Пакура Валентайна

Курьера, привезшего сообщение от Бюро Катастроф, оттащили в коридор. Собрание по вопросам управления Ностромо тоже подошло к концу. Валентайн едва успел выйти из здания, как к нему подбежал личный слуга.

– Лорд! Ваш заместитель… Господин Обенель пришёл в себя!

– Наконец-то, – довольно прорычал зверолюд и сел верхом на Призрачную Лошадь.

Личный скакун Валентайна являлся редким видом духовных животных. Конь поглощал духовные частицы только того адепта, которого признал своим владельцем, и развивался вместе с ним. Чем сильнее всадник, тем сильнее становился скакун. При передвижении по земле Призрачная Лошадь развивала скорость, которая другим и не снилась.

Трое клерков Валентайна выполняли роль мобильного штаба. Один отвечал за сообщения из крепости и других поселений маркграфства. Второй следил за обороной города и присматривал за тем, как капитан Моралле осваивается на новом месте. Третий клерк брал на себя вопросы, связанные с управлением городом.

Трое клерков пять дней в неделю всюду сопровождали Лорда. В оставшиеся два Валентайн либо отдыхал, либо занимался вопросами, не связанными напрямую с маркграфством.

[Не считая Обенеля, Вальца и личного охотничьего отряда, эта троица являлась самыми приближёнными адептами к Пакуру.]

Сейчас, оставив клерков далеко позади, Пакур помчался в свою крепость. Пока Обенель находился без сознания, его поместили внутрь защитной формации, куда имели доступ только сам Лорд, целители и пара верных слуг.

Прибыв в крепость, Пакур ощутил, что к нему кто-то бежит, но не обратил на это внимания. За спиной Лорда остался один барьер защитной формации, затем второй. Пройдя сквозь третий и наиболее сильный, Валентайн очутился в лазарете.

Пакур создал это место как своего рода берлогу, куда он сам мог приползти и зализывать раны.

[У каждого уважающего себя зверолюда есть такое место. Не всегда оно является его домом.]

Если кто-то из действительно ценных подчинённых получит ранение, его принесут сюда. В личном лазарете Лорда есть всё необходимое для быстрого восстановления: редкие пилюли, пара целителей, а также поддержка от двух формаций.

Раненый получал заботу, о которой другие адепты могут лишь мечтать. Даже трещину в Ядре здесь можно залатать.

К моменту, когда Лорд вошёл в палату, Обенель уже сидел за столом. Старик под присмотром целителя ел специально приготовленную еду.

– Всем выйти! – властно рявкнул тигролюд и указал на дверь.

Пара целителей и личный слуга Обенеля рванули к выходу. Все знали: Пакур скор и резок на расправу с теми, кто ему перечит. Обенель попытался подняться со стула, но Валентайн сразу усадил его обратно.

– Сядь. Негоже моему заместителю после ранения вести себя, как остальным, – Пакур развалился на стуле, стоящем по другую сторону стола. – Старик! Ты хоть помнишь, как прибежал ко мне на поле боя?

– Плохо… Помню, – несколько заторможенно произнёс Обенель. – Прорыв… Прошёл… Нештатно.

[Не помнишь?]

От нахлынувшего гнева Пакур хотел треснуть Обенеля по голове, но понял… что тот до сих пор в шоке от прорыва.

[Ррр! Значит, двух недель старику не хватило на то, чтобы привести разум в порядок. Будто спит на ходу.]

Умом Пакур понимал: заторможенность Обенеля – по-своему хороший знак. Раз старик очнулся в своём уме и может отвечать, значит, его дух и разум всё же совладали с обретённой силой.

Пик стадии Заложения Основ [2–4]!

Добраться до этой вершины в плане личного развития суждено в лучшем случае одному адепту на миллион жителей Империи Колоссус.

[Небо почему-то тебя любит, старик!]

Видя, что заместитель вот-вот снова впадёт в апатию, Пакур перешёл в наступление.

– Тебе ведь помог Скабре?

Заместитель на секунду замялся.

– Ополченец? Да, хороший стрелок, – медленно произнёс старик.

– Не прикидывайся идиотом! – Пакур глухо зарычал. – Скабре, или как его там? Он последний, с кем тебя видели до прорыва на следующий этап Заложения Основ. Затем ты вдруг появляешься в разных частях города и разносишь группы орков. Это ОН тебе помог прорваться? Что за квази-формация? И что за пилюли он тебе дал?

Сам того не замечая, Валентайн начал выпускать ауру адепта Золотого Ядра [3−2]. Инстинкты зверолюда медленно, но верно брали верх над поведением Лорда.

Однако Обенель, опустив глаза, вдруг замолчал.

– Старик… – Пакур недовольно прорычал.

– Мне нечего добавить, мой Лорд.

– Ты-ы-ы… – Пакур резко осёкся и вдруг нахмурился. – Вот оно что. Ты дал ему слово, старый дурак? Так ведь?

Ничто другое не могло удержать Обенеля от того, чтобы рассказать Лорду о случившемся всю правду. Этот нюанс Пакур понял сразу.

Валентайн ни секунды не сомневался в верности заместителя. Только данное кому-то слово может удерживать Обенеля от исполнения приказа Лорда.

[Чёртов воин! Настанет день, и твои заморочки о чести сведут тебя в могилу. Впрочем, за это я и ценю тебя выше остальных… старик.]

Видя, что заместитель начинает отключаться, Пакур сам решил всё объяснить.

– Расскажу то, чего ты не помнишь, – Валентайн помассировал пальцами переносицу. – Твой временный протеже, некий капитан Моралле, собрал на Скабре наскоро небольшое досье… Вальц, облезлая змеюка, много о чём умолчал… Мне нет дела до того, как и зачем парень снял себе дом в квартале ополченцев и завёл служанку…

Пакур махнул рукой. Такие мелочи Лорда и впрямь не интересовали. Чего стоят мелкие тайны адептов-новиков на фоне взяток и махинаций аристократов?

– … Как нет дела и до двух торговцев, на которых Скабре якобы работал. Тот новик сам по себе и действует ТОЛЬКО так, как сам хочет. За это его Вальц и невзлюбил. На имя Скабре пришла пара сообщений в Информационное Бюро. Одно он уже получил и даже ответил. Второе наверняка жаждет прочитать, но в городе пока не появлялся.

Обенель молчал… Это было то самое молчание, которое Пакур прекрасно знал. Старый слуга по-прежнему не хочет ничего говорить о Скабре, но и не оправдывает парня. Нейтральная реакция дала понять Пакуру, что старик снюхался с новиком не так давно. Иначе бы перелопатил всю его подноготную.

– Продолжу, – произнёс Пакур. – Это Скабре помог найти убийцу капитана Лебедона в Центре. Он же нашёл тоннель, которым шавки Секты Скреббы тайно выводили за пределы города своих людей. Наш с тобой горячо любимый Кристоф притащил Скабре на МОЮ дуэль, желая потом «Талисманом Телепортации» перетащить в допросную. И тогда, и сейчас мне плевать на причины такого поступка.

Нахмурившись, Обенель глянул на Валентайна.

– О, пошла реакция! – Тигролюд довольно оскалился. – Может, ещё свои клыки мне покажешь?

– Воздержусь, мой Лорд, – Обенель отвёл глаза.

– Так вот. На город напали орки. Скабре умудрился улизнуть из допросной. Вместе с ним оттуда же сбежали сторонники Секты Скреббы. На Вальца вдруг наехали члены Клана Оуш. Кристоф понятия не имеет, откуда адепты Оуш в мёртвом виде появились в ЕГО допросной. Но это дела уже давно минувших дней. Затем Скабре вышел на площадь около здания корпуса стражи и стал отстреливаться от орков. Следом появился ты.

– Он мне помог, – Обенель вдруг посмел перебить Лорда.

У Пакура зачесались руки начистить рожу старику, но… Пока он в лазарете, этого лучше не делать. Зря, что ли, лечили⁈

Обенель продолжил.

– Скабре сильно мне помог. Не окажись он на той площади, и я бы гарантированно погиб. Меня зажал сквад… Два орка-девятки и таран на середине Заложения Основ. Потом ещё бегун примчался. Пришлось вложить свою жизненную силу в запретную технику, чтобы нанести решающий удар. Скабре орудовал луком так, будто само Небо приглядывает за ним… Мой Лорд! Я полжизни провёл на поле боя и не видел стрелка лучше, чем этот новик.

Валентайну уже в который раз хотелось гневно зарычать или выпустить ауру, дабы надавить на Обенеля… Но Лорд сдержался. Десятки лет верной службы и абсолютная преданность старика давали ему некоторые поблажки.

– После получения жетона ТВОЕГО представителя, – когтистым пальцем Пакур указал на слугу, – парнишка зашёл в Аукционный Дом. Затем высунулся наружу и каким-то чудом нашёл свою прислугу на разрушенном рынке. Потом нашёл Лилиан Манимарко.

От услышанной фамилии глаза Обенеля резко распахнулись.

– Да-а-а, старик. Та самая Манимарко. Орки взяли её в плен, а Секта Скреббы вытащила и использовала как приманку для нападения рейда на Ностромо. Скабре нашёл Манимарко и провёл через вторую защитную формацию, воспользовавшись твоим жетоном. Затем по секретному тоннелю сторонников Секты Скреббы вывел за город…

Видя, как у старика глаза лезут на лоб, Лорд начал потихоньку расслабляться. Раз Обенель удивлён, значит, непричастен ко всему, что случилось с Лилиан. Плюс пробудившиеся эмоции помогают разуму брать контроль над обретённой силой.

– … Понятия не имею как, но Скабре активировал массив и порталом отправил девицу в столицу, – продолжал Пакур. – Всё это случилось ещё до того, как Каблан «Костолом» заявил на переговорах, что в Ностромо сбежала его пленница.

Валентайн в двух словах рассказал, как именно закончилось противостояние с орками и насколько большую роль во всём этом сыграл Скабре.

– Помогшего тебе парня до сих пор не могут найти, – глухо прорычал Валентайн. – Новиком заинтересовались кланы и Секты. Адепт без Ядра и корней стихии, о котором до рейда орков никто не слышал. А тут вдруг все всполошились.

У Обенеля едва заметно дёрнулись щёки, но старик тут же взял эмоции под контроль. Однако Пакур давно знал своего слугу как облупленного. Старик хотел улыбнуться, поддерживая решение и смекалку парня. Он явно знал, в чём истинная ценность Скабре, но не мог рассказать из-за данного обещания.

– Поправляйся, старик. Место моего личного заместителя я, так и быть, придержу для тебя, – властно произнёс Пакур, поднимаясь из-за стола. – Со Скабре мне захотелось лично переговорить. Вальцу и страже я дал приказ его не трогать. Рано или поздно парень снова даст о себе знать. Если он действительно чего-то стоит, возьму его под своё крыло. Тогда ни Секта, ни кланы не посмеют тянуть к нему свои руки.

– Благодарю, мой Лорд, – сидя за столом, Обенель с трудом поклонился правителю Ностромо. – Уверяю, вы не пожалеете об этом.

Выйдя за пределы палаты, Пакур вскоре прошёл через второй барьер защитной формации, затем – через третий. За последним его ждал тот же самый слуга из Информационного Бюро, который не так давно потерял сознание.

[Р-р-р! Выходит, он бежал за мной сюда от самой ратуши? Какой настырный.]

Едва завидев Лорда, паренёк рухнул на одно колено. Следуя этикету, служка дал понять, что ждёт возможности задать вопрос.

– Говори, – властным голосом произнёс Пакур.

– Прошу прощения, мой Лорд! Я не успел вам всё рассказать, – произнёс парнишка. – Бюро Катастроф прислало сведения о том, что на Ностромо надвигается не одна катастрофа, а сразу две. Прибудут они почти одновременно. Их линии движения по Поднебесью пересекаются точно над городом.

От осознания услышанного шерсть Валентайна медленно начала вставать дыбом.

[Небо! За что ты так со мной⁈]

ДВЕ катастрофы для города, ещё не оправившегося от нападения орков… это уже явный перебор.

…

17 февраля (вечер)

Маркус Скабре (Гринч)

Мы с наставником всё ещё находились в алхимической лаборатории, прикрытой куполом защитной формации.

– Чёртовы аристократы! – недовольно бухтел Гамма, направляясь отдыхать в свой дом. – Если старые враги прознают, что я вернул себе Ядро… Жди беды.

– Прорвёмся, – я махнул рукой. – Если ваши враги придут сюда, будем считать, что это уже их проблема. На грядках вашей кухарки определённо не хватает удобрений! Да и приманка для охоты на монстров тоже не будет лишней.

– Хватит! – Гамма недовольно запыхтел. – За тобой никогда не охотились…

– Охотились.

– Не посылали группу, чтобы выкрасть.

– Посылали, – киваю мастеру. – Четыре адепта из клана Оуш. До этого ещё парочка адептов седьмого уровня [1–7] приходила, но по глупости повисла на шипах. Говорю же! Если придут сюда, это будут уже их проблемы.

Понятия не имею, кого наставник так боится. Сейчас тот случай, когда его надо поддержать, не задавая лишних вопросов.

[Гамма ради меня сунулся в Аукционный Дом и привёз полезную информацию. Меня ищут! Точнее, скорее всего, «меня». Ни кланам, ни Сектам доподлинно неизвестно, кто именно делал те «идеальные» пилюли.]

Теперь понятно, откуда столько сканирующих импульсов около Ностромо. В кланах аристократов полно адептов на стадии Заложения Основ [2+]. Добавив эту деталь в общую картину, я придумал план на ближайшие месяцы.

[Раз уж все ищут Маркуса Скабре, адепта без ядра и корней стихии… Я стану другим человеком. Например, адептом с Ядром, стихией молнии и другим именем.]

Сотрудники Центра Получения Гражданства упоминали, что имя в интерфейсе можно сменить при переезде в другую страну или в столице за большие деньги. Учитывая, что моя семья живёт на другом конце материка Крыла… Тут сами боги магии велели готовиться к переезду.

[Сначала надо вырастить Ядро. Благо у меня теперь есть всё необходимое для проведения операции.]

…

Наступала ночь. Оставаясь в алхимической лаборатории, я стал готовиться к завтрашнему дню.

Первым делом очистил тело от токсинов. Затем убедился, что энергия циркулирует стабильно и нет микроразрывов и намёков на будущие травмы.

[Мой способ управления энергией в корне отличается от того, чем пользуются адепты Поднебесья. Для меня поглощать духовные частицы всем телом – это повседневная норма, а не особая привилегия, доступная адептам стадии Заложения Основ [2+].]

Третьим этапом подготовки шло создание трёхмерной проекции моего тела в «Мохреше». Просканировав себя Сферой Восприятия, я через Визуальный Буфер перегнал данные в память импланта.

Финальный этап. Используя заметки, составленные в ходе лечения наставника, я составил план своей операции. Всё же наши с Гаммой случаи отсутствия Ядра имеют ряд различий.

…

17 февраля (вечер)

После полуночи Гаммадур отправился спать. Я же приступил ко второй части подготовки к операции.

Оставив все лишние вещи в алхимической лаборатории, надеваю маскирующий костюм охотника. Тот самый, который купил у купцов в караване. Штаны, обувь, маска для лица и охотничий комбинезон полностью поглощали мою ауру.

Выйдя так за пределы защитной формации, я позволил нескольким сканирующим импульсам пройтись по мне.

Прошло десять минут…

Двадцать…

Затем полчаса. Пришёл ещё один сканирующий импульс, но по мою душу никто так и не явился.

[Маскировка работает. Как минимум от сканирующих импульсов она меня защищает.]

Закончив с проверкой действия костюма, я раскинул руки в стороны и стал создавать Защитную Сферу. Закрутившийся Поток начал собирать духовные частицы со всей округи.

[Хорошо, что сейчас ночь и никто такое скопление энергии не видит.]

Через пару минут около меня собралась пятиметровая полусфера из духовных частиц. Сжав её до полутораметрового диаметра, я подошёл к барьеру алхимической лаборатории. Открыл в нём проход жетоном Гаммадура и через дыру перегнал внутрь формации собранные духовные частицы.

[Время наполнять мой аквариум духовной энергией! А то её внутри так мало, что плакать хочется.]

Закрыв проход, я отошёл от деревеньки чуть подальше и снова собрал Защитной Сферой духовные частицы. Затем снова накачал ими формацию алхимической лаборатории.

[А почему нет? Да, так тоже можно делать.]

По сути, я использовал пространство внутри формации как хранилище для собираемых духовных частиц. Операция – дело крайне сложное. Чем меньше моего внимания будет уходить на поддержание Защитной Сферы, тем больше я уделю его процессу выращивания Ядра.

[Маг – это тот, кто всегда готовится. Сейчас ночь. Пока враги спят, я качаюсь!]

На десятый такой заход я с трудом запихнул внутрь барьера последнюю порцию энергии. Формация тихо гудела, но пока держалась.

[Ну-с! Место для проведения операции готово.]