![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ambrov-keon-184417.jpg)
Текст книги "Амбров Кеон"
Автор книги: Джин Лорра
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)
Они пошли на вершину холма посмотреть на заход, потом рука об руку – в столовую, и тут Серджи заметил, что кожа Райзы порозовела не только в закатном освещении. Райза слегка сгорела, и на лице ее вокруг носа у нее выступили веснушки.
– Слушай, у тебя веснушки даже на хватательных щупальцах, – сказал Серджи, когда Райза брала поднос.
– А ты снова становишься золотым, – насмешливо ответила Райза. – Это нечестно. Я всегда хотела загореть, как ты.
Их болтовня могла перейти во флирт, но тут к ним подошла Литит.
– Хаджене Дайна хочет передать уважение Карре сектуибу Кеона.
Серджи видел, как побледнела Райза, как она решительно задрала подбородок. Ему хотелось прочесть ее мысли или даже злиннить ее: теперь она не может отказаться от своего законного места.
Дайна ждала в кабинете сектуиба. Это была высокая, бледнокожая, хладнокровная женщина – выглядела она так, словно прибыла не с юга, а с холодного севера.
Она повернулась к вошедшим и сразу посмотрела на руку Райзы, на которой не было кольца.
– Кто говорит от лица Кеона?
– Я, – быстро ответил Серджи. Пока официально не назван сектуиб, это его право как первого товарища.
– Карре шлет свое уважение, назтер, – формально сказала Дайна. – Почему вы до сих пор не назвали своего нового сектуиба?
– Преемник Недда… – начала Райза, но замолчала, когда Серджи положил ей руку на плечо.
– Недд перед смертью не назвал своего преемника, – объяснил он. – Вы здесь по той же причине, по какой у нас еще не было времени обсудить этот вопрос в общине. Кеон принимает уважение Карре и с благодарностью приветствует вас. Дайна, ваше присутствие облегчает наше положение. Благодарю за ваш приход.
Женщина смягчилась, видя его искренность, и в сопровождении Триффин пошла в столовую. Дайна сильно рисковала, добираясь сюда без товарища, – и делала это, чтобы не увеличить количество дженов. Серджи предвидел к концу месяца соревнование между Гевроном, Крегом и Триффин за право давать ей передачу, потому что Дайна как проводник не уступала Недду, а может, и превосходила его.
Когда она ушла, Райза повернулась к Серджи.
– Почему ты остановил меня, когда я собиралась сказать, что Литит вынашивает преемника Недда?
Литит ахнула.
– О, Райза, нет! Не знала, что ты считаешь, будто я возражаю против того, чтобы ты стала сектуибом. Прости меня за то, что я не поняла этого.
Райза смотрела на Литит, не понимая.
Серджи сказал:
– Статус сектуиба не наследственный. Когда сектуиб умирает или уходит на пенсию, титул принимает лучший проводник общины. В некоторых случаях может возникнуть спор, если есть два проводника равных возможностей, но в противном случае…
Он замолчал, надеясь на положительную реакцию.
Но Райза сказала:
– Нет причин считать, что ребенок Недда не станет таким же проводником, как отец.
– Нет никаких гарантий, что он вообще станет проводником, – ответила Литит. – У ребенка уровень поглощения селина выше, чем у обычного ренсайма, но он не проводник твоих способностей, Райза. Возможно, я вынашиваю товарища, как Серджи: они часто потребляют селин, как проводники с не самыми выдающимися данными.
Но даже если мой ребенок станет проводником, Кеон не может ждать двенадцать или больше лет, чтобы понять это. Ты пришла к нам в самое нужное время. Я с радостью принесу тебе присягу. Все равно со времени смерти Недда ты наш сектуиб.
Райза так побледнела, что веснушки болезненным контрастом выделялись на ее коже.
– Найдите кого-нибудь другого… Рикки, Ллойда, кого угодно!
– Райза, ты нужна Кеону, – настаивала Литит.
Чтобы не упасть, Райза ухватилась за край стола.
– В таком случае… Придется организовать дело так, чтобы Кеон больше не нуждался во мне. Тиги всегда платят свои долги. Я заплачу свои. Клянусь, но не больше, Литит. Не больше!
И Райза принялась платить свои долги. Чем теснее связь между общиной и городом, тем в большей безопасности Кеон. Сталелитейная фабрика принесет в местность деньги. Люди, подобные Таннену Дарли, с тесными связями с общиной, станут местными представителями в правительстве – и будут способствовать переменам, делающим жизнь легче.
И Райза будет свободна.
В будущем она хотела бы жить в Лавине, быть проводником местных жителей, которые не хотят убивать. Местные джанкты находят передачу приемлемой, если она позволяет им свободно ускоряться. Теперь загон Дарли полон: никто не рискует, отправляясь в рейды. Спрос растет, проводники Кеона забирают у дженов загона все больше селина, а те в свою очередь больше его производят.
Фабрику строили не на территории общины, а на большом лесистом участке между городом и Кеоном. Это было нечто вроде ничейной земли между двумя поселениями. Лес вырубили, построили первые здания фабрики, древесину частично продали на ближайшую бумажную фабрику, а остальное превратили в древесный уголь для домны.
Когда началась закладка фундамента домны, мечта стала претворяться в реальность. Таннен Дарли пригласил из Ланты несколько своих деловых партнеров. И когда они поняли, что инвестиции могут принести солидную прибыль, они тоже пожертвовали принципами ради выгоды.
Получив дополнительные средства, «Кеон Стил» наняла новых рабочих, и работа пошла еще быстрей. Домна сможет начать действовать к осени.
Этим летом жизнь в Лавине была хороша. Между посевом и уборкой фермеры зарабатывали дополнительные деньги на строительстве. Вечерами заведение Верлы и все другие салуны заполнялись людьми с деньгами в карманах. Верла со смехом рассказала Райзе, что сейчас зарабатывает больше, а работает меньше, чем раньше. Днем, когда посетителей немного, она оставляет заведение на Амбру, а сама в Кеоне учится читать и писать.
Все работающие на «Кеон Стил» получали право на образование для детей. Классы были заполнены. Большинство новичков всю жизнь не могли подняться выше из-за неграмотности. Может, они и говорили себе, что забудут «извращения» общины, как только достанут из гнезда яйца, но отношение со временем и с более тесным знакомством меняется… а также со свободой ускорения.
Трижды за лето в Кеон приводили жертв перехода – детей, родители которых согласились с их решимостью никогда не убивать. Двоих оставили дома, дети совершили по одному убийству – и затем ушли из семей, решив пройти разъединение.
Насколько было известно Райзе, ни одного ребенка, ставшего дженом, не убили и не помогли ему перейти границу, зато троих таких родители привели в Кеон: они не перестали их любить.
В конце лета вернулась первая шахтерская экспедиция; постепенно рос рукотворный холм красной породы, смешанной с металлом Древних; эта порода пойдет в домну. Звучали взрывы: в холмах работала каменоломня, и рядом с красным холмом рос белый, известняковый. Поднималась и домна. Можно было назначать день, когда ее задуют. К этому дню должны быть готовы и воздухонагреватели, и мастерские, в которых металл будут превращать в предметы торговли.
Фабрика считалась продолжением общины, хотя официально она была отдельным предприятием, документы которого Райза и Таннен Дарли зарегистрировали в местной администрации. Здесь с дженами Кеона обращались так же, как за стенами общины. Постепенно с ними так же стали обращаться и в городе, хотя Райза не сознавала этого, пока однажды ее не позвали на помощь к одной из работниц Забрины, которую в конюшне Скифа ушибла лошадь.
– Я сама виновата, – сказала эта женщина. Джастин, – когда Райза принялась торопливо злиннить ее раны. Раны тяжелые – сломанная нога, несколько треснувших ребер и вывихнутое плечо. Но если кости вправлены, сайм выздоравливает быстро.
– Лежи спокойно, – сказала Райза. – Как лошадь могла с тобой такое сделать?
Любой сайм способен ускориться и избежать столкновения с лошадью.
– Я сглупила… поверила Скифу! – раздраженно ответила Джастин. – Он сказал, что лошадь выезженная, и я вошла, ничего не подозревая… О, этот лорш! Я знала, что ему с такой лошадью не справиться; должна была знать, что так будет!
– Тише, Джасси, – сказала Забрина. – Райза тебя вылечит.
Райза спросила:
– Есть у вас фосбайн?
Они с Серджи пришли в город совсем по другому делу, и у нее не было с собой аптечки.
– Нет. Эта банда накануне вечером все у меня очистила. Схожу в загон: у Тана всегда есть запас под рукой.
Но Забрина не возвращалась, рана начала опухать, боль становилась все сильней; чем дольше они ждут, тем трудней будет вправить кости и тем сильней боль.
– Серджи, – сказала Райза, – сходи к Верле и спроси, нет ли у нее фосбайна. Не хочу начинать без него.
Не раздумывая, Серджи вышел в помещение салуна. И только услышав:
– Эй, джен, а ты что тут делаешь один? – она поняла, что наделала. Везде есть бродяги – и недовольные, которые не хотят работать и не связываются с общиной.
Но прежде чем Райза успела добежать до двери, три человека одновременно сказали:
– Он со мной!
Райза выглянула и увидела своего удивленного товарища. Серджи стоял посредине салуна, а три местных сайма встали между ним и тем, кто сидел за стойкой. Еще несколько саймов встали, готовые вмешаться.
Одним из защитников Серджи был Пренс Рафт.
– Если собираешься у нас задержаться, – сказал он мужчине у стойки, – усвой наши правила. Увидишь в городе джена из общины, считай, что он идет с сопровождением. Понятно?
В группе местных саймов послышался одобрительный говор. Мужчина посмотрел на них, его нейгер был пронизан отвращением, но он один. Повернувшись спиной к ним, он заказал еще порцию порстана.
Пренс повернулся к Серджи.
– Хочешь, я пойду с тобой?
– Спасибо, – сказал Серджи удивленно. – Кажется, в этом нет необходимости.
Фосбайн принесли и Серджи и Забрина. Как только Джастин выпила, Райза вправила ей кости и начала лечение. Это никого не удивило: проводники Кеона давно лечили всех горожан. Но на пути в общину Райза наклонилась, сидя верхом, и взяла Серджи за руку.
– Ты больше не заключенный за стенами Кеона, – сказала она.
Его нейгер оставался непроницаемым. Райза поняла, что Серджи далеко не так, как она, доволен событиями дня. Вероятно, потому, что Райзе это казалось шагом на пути к полному устранению стен. И она решила, что не может принять ее точку зрения. Он слишком предан представлению о свободе, принятому в общине. Но, возможно, всякому, кто вырос за стенами, первый глоток настоящей свободы покажется горьким.
К концу лета «Кеон Стил» начала нанимать постоянных работников. Все они нуждались в обучении, потому что на территории раньше никогда не было сталелитейной фабрики. Даже у Серджи не было практического опыта, но он знал больше других – и все, кто не соглашался признавать в джене босса, без разговоров устранялись.
Атмосфера в городе снова изменилась: те, кому было отказано, заполняли своими возгласами протеста салуны. К ним присоединились местные фермеры, которые не работали на фабрике и не вкладывали в нее деньги, и среди самых громогласных был Трипп Сентелл. Некоторые из только что нанятых уволились.
Под давлением джанктов, никогда раньше не участвовавших в сотрудничестве саймов с дженами, летний дух товарищества рассеялся. Многие в поисках работы пришли издалека, и теперь карманы их оставались пустыми. Распространилось мелкое воровство.
Если бы те, кто не соглашался работать на условиях Кеона, ушли, проблема оказалась бы решена. Но им некуда было идти. Немногие нашли работу на уборке урожая, но большинство просто болтались в городе и причиняли неприятности.
Райза все больше раздражалась. Несмотря на возражения Дайны, она вернулась к напряженному зимнему расписанию, потому что саймам, строившим фабрику, нужен был селин. Новое дело увеличило и бумажную работу, заполняя каждую минуту, не занятую обязанностями проводника.
Надежные сторонники сами были слишком заняты, чтобы помочь ей. Таннен Дарли тонул под грудами налоговых документов и списками убийств для вновь прибывших, а Серджи был слишком занят на фабрике, чтобы побыть с Райзой, даже после ее поворотного пункта. Всякий раз, когда ей выпадало несколько часов сна, на соседней кровати в ее комнате лежал товарищ, но теперь это мог быть кто угодно. Серджи был с ней только последний день перед передачей. А после нее даже не успел смягчить ее постреакцию, потому что пришлось срочно решать какие-то проблемы на фабрике.
Когда Райза в последний месяц лета достигла поворотного пункта, к ней обратился Рикки.
– Райза, тебе это не понравится, но, пожалуйста, подумай, прежде чем отгрызть мне голову. По расписанию в этом месяце передачу тебе даст Триффин, а в следующем – Крег.
Она едва не впала в панику, но сохранила самообладание. Когда фабрика начнет работать, Серджи будет занят другими проблемами. Она так и сказала Рикки, заставляя разум победить эмоции.
Рикки улыбнулся.
– Вот это сила духа! И Триффин, и Крег нуждаются в передачах с проводником твоих способностей, чтобы их собственные способности достигли высшего развития.
– Но почему мой брат? – спросила Райза. – У нас много товарищей.
– И проводников нам не всегда будет не хватать. По крайней мере пятеро детей, близких к переходу, обещают стать проводниками. Нельзя упустить возможность потренировать Триффин и Крега, пока они молоды. И нехорошо ограничиваться только одним товарищем, Райза. Серджи был с тобой целый год. Пока ты здорова и владеешь собой, прими кого-нибудь еще. Так ты подготовишься к возможным чрезвычайным ситуациям.
Он продолжал объяснять, что второй месяц будет трудней первого, поэтому он и назначил ее брата.
Триффин была полна радостного ожидания и очень внимательна, немного неловка, но в целом надежна и устойчива. Райза была рада возможности узнать ее получше. Однажды эта девушка, родившаяся на дженферме, может стать женой ее брата. Несомненно, мир меняется… но только за стенами Кеона.
Эмоционально передача нисколько не походила на то, что происходило у нее с Серджи, да и скорости Серджи у Триффин не было. Но у нее много селина и доброй воли, и Райза осталась вполне удовлетворенной. Это все равно лучше любого убийства, и если бы ее первая передача была не с Серджи, а с Триффин, она оказалась бы переполнена радостью.
Как была переполнена ею Триффин. Светлые глаза девушки блестели, она прошептала:
– Спасибо, Райза! С другими проводниками никогда так хорошо не было. Завидую Крегу в следующем месяце… и Серджи, который с тобой почти каждый месяц.
Серджи в этом месяце был излишним товарищем; Рикки держал его поле низко заряженным, чтобы оно синхронизировалось с полем Райзы. Но, очевидно, ему тоже не хватало передачи, и, когда изредка Райза виделась с ним, ей казалось, что его раздражение объясняется и этой неудовлетворенностью, а не только проблемами на фабрике.
Крег присоединился к Райзе на следующий день после передачи. Было приятно провести время с братом: они неделями не говорили по-родственному. В день поворотного пункта Рикки, несмотря на ее протесты, освободил Райзу от работы на всю вторую половину дня и на вечер.
– И я имею в виду именно свободное время, – настойчиво сказал он. – Никакой работы с документами, никакой помощи на фабрике. Крег, заставь ее немного поесть, а потом пусть ляжет. Если не уснет, усыпи ее.
Зная, что брат попробует это сделать – и испытывая любопытство, как это у него получится, – Райза позволила ему распоряжаться. Они сидели в ее комнате, пили чай, ели яблоки, а Гость мурлыкал у нее на коленях.
– Я попрошу Триффин выйти за меня, – неожиданно сказал Крег. – Может, весной. Думаю, она захочет настоящую свадьбу – у нее никогда ничего подобного не было. Не знаю, захочет ли она праздновать свой день установления, как это делают здесь, – потому что в ее день на нее надели цепи и продали ее джендилеру. – Он содрогнулся. – Райза, я так рад, что ты привела меня в Кеон.
– Я тоже рада, Крег.
– Но почему ты не присягаешь? Это наш дом! Ты любишь Серджи. Почему не выходишь за него? У нас был бы двойной праздник!
– Я подумаю, – ответила она. – Ведь сейчас нам не обязательно жить за закрытыми воротами. Не терплю цепей, Крег, – как не терпела их Триффин. Она сражалась за право жить свободно и завоевала такое право. Но этого недостаточно – ни для нее, ни для тебя.
– Но мы выбрали это, – настаивал Крег. – Мы с Триффин могли отправиться на территорию дженов, где джены живут за закрытыми дверьми и вечно боятся рейдеров и безумцев. Послушай, сестренка, жизнь не может быть совершенной. Но здесь мы делаем ее лучше.
– Так всегда говорил папа, – сказала она, вспоминая, и снова подумала, как сильно брат похож на отца.
– Папа был прав, – согласился Крег. – Я много думал об этом. Думаю, он одобрил бы то, что ты сделала. Я знаю, ему понравилась бы фабрика.
– Не уверена, что он согласился бы, чтобы фабрикой управлял джен.
– Меня он бы одобрил, – уверенно сказал Крег. – Райза, теперь я чувствую твою потребность. И могу смягчить ее. Если бы папа слышал, о чем говорят его дети, он бы это одобрил.
Но Райзе и Крегу не суждено было провести следующую передачу. Через несколько дней, когда Райза заканчивала очередной сеанс передачи, ее поджидал Рикки. Он протянул ей записку:
– Принесли только что.
Почерком Таннена Дарли было торопливо написано:
«Райза, у Сузи начался переход. Я не могу перевезти ее. Пожалуйста, приходите. Она вам верит. Тан».
– Крег, оседлай наших лошадей. Я прихвачу аптечку, – сказала Райза.
– Подожди! – воскликнул Рикки. – Райза, мы не можем рисковать своим лучшим проводником из-за перехода единственного ребенка! Мне гораздо легче изменить расписание…
– Я еду, Рикки. Помести это в расписание.
– Шен! Знаю, Дарли ваш друг, но…
– Да, он мой друг. Я пошла бы только по этой причине – но он еще и лучший друг Кеона в Лавине. Если его девочка умрет, потому что мы не смогли на несколько часов выделить ей проводника, которому она вериг, Кеон – лорш, в самом мерзком значении этого слова. Тот, кто бросает друга в переходе! Убирайся с моего пути и иди поправлять твое шедони-проклятое расписание!
Прибыв, Райза и Крег застали Сузи на последних стадиях перехода. Отец встревожено посмотрел на них.
– Она теряет сознание, – сказал он, – Никогда не видел, чтобы переход проходил так быстро. И она совершенно беспомощна. Злинньте ее потери селина…
Райза злиннила лежащую без сознания девочку. Сузи потеряла очень много энергии, но ее щупальца уже сформировались вдоль предплечий, а селиновые системы – системы! – четко определились.
– Тан, все в порядке, – сказала Райза. – Сузи – проводник.
– Проводник?
– Поэтому все происходит так быстро. Ее системы уже нормально сформировались. Теперь остается только помешать ей потратить последние запасы селина до прорыва щупалец. Крег, иди сюда, сядь на место Тана. Контролируй поля… нельзя допустить их внезапные искажения…
– Райза, ты хочешь, чтобы я?.. – удивился Крег.
– Чтобы ее способности развились полностью, она должна получить первую передачу от джена. Ей повезло: никто лучше тебя, братец, с этим не справится.
– Но… а ты?
Райза пожала плечами.
– Рикки не обрадуется. Зато обрадуется Серджи.
Радость Крега от возможности обслужить Первую Потребность одолела его нерешительность. Он занял место, оставленное Танненом Дарли. Тот злиннил Райзу.
– Вы и ваш брат…
– У нас по расписанию должна быть через несколько дней передача. Не волнуйтесь, поле у Крега высокое. Рикки нарочно делал так, чтобы он опережал меня.
Дарли смотрел на Райзу так, словно впервые ее увидел.
– Райза, не могу поверить в то, что злиннил. Вы так просто отдали своего джена моей дочери!
– Сузи в нем нуждается. Перестаньте волноваться, Тан, вы тревожите окружающее поле. С Сузи все будет в порядке.
Под действием поля Крега к Сузи вернулось сознание – но, увидев рядом с постелью джена, она протянула к нему руки и попыталась оттолкнуть.
– Нет! – всхлипывала она. – Нет, я не хочу убивать! Я не буду убивать! Я хочу стать проводником, папа!
– Сузи! – Райза быстро подошла к Крегу. – Сузи, ты проводник. Крег будет твоим товарищем, он даст тебе передачу. Ты ведь помнишь: убить товарища невозможно?
Девочка смотрела на Райзу, губы ее дрожали. Страх пожирал последние остатки селина.
– Райза! А ты не можешь?..
– Мы хотим, чтобы ты стала лучшим проводником. Подумай об этом! Ты спасла жизнь Триффин – теперь ты ежедневно будешь спасать жизни.
Райза злиннила момент, когда Сузи поняла услышанное. Ее слабый нейгер расцвел возбуждением, слезы покатились по щекам.
– Я проводник!
– Верно, – подтвердил Крег, снова обнимая ее своим полем. Она машинально повернулась к нему, и он взял ее за руки. – Теперь расслабься. Пока еще не время прорыва. Попробуем дыхательные упражнения, хорошо?
Сожаление о том, что в этом месяце у нее не будет передачи с Крегом, в сознании Райзы намного перевешивала гордость за брата. А он провел Сузи через прорыв щупалец, потом, когда она своими новыми щупальцами ухватилась за его руки, прошептал:
– Поздравляю, Сузи! – и мягко коснулся губами ее губ.
Хотя Райза все время экранировала поле Дарли, чтобы он своими эмоциями не вмешивался в первую Передачу дочери, он злиннил достаточно, чтобы на глазах его навернулись слезы радости, смешанной с печалью. Райза тоже чувствовала радость этой передачи. Так похоже на то, что было у них с Серджи. Но у Сузи воспоминания о первой передаче никогда не будут отравлены призраками предшествующих убийств. «Если бы у меня так было с самого начала»!
Но Райза оставила убийства за собой. Первый подлинный раз у нее был с Серджи в убежище звездного креста. Она достала из-под одежды этот символ и крепко сжала его, вспоминая. И радостно предвкушая радость, которую предстоит испытать с Серджи.
Сузи тем временем громко смеялась, обнимая Крега и целуя его в щеку. Потом протянула руки к отцу:
– Папа! О папа, не плачь! Со мной все хорошо!
Дарли вытер глаза и обнял дочь.
– Да, малышка, с тобой все хорошо. Поздравляю, Сузи!
Но когда они с Райзой вышли в гостиную, оставив Крега уговаривать Сузи отдохнуть до утра, Дарли посмотрел на портрет жены и спросил:
– Почему она должна была стать проводником? Я смирился с тем, что отдам ее Кеону, только если она станет дженом.
– Тан, Сузи должна учиться в Кеоне, но потом она может жить в городе. Здесь должен быть поблизости проводник, чтобы не приходилось детей во время перехода тащить в Кеон.
Дарли покачал головой.
– Люди никогда не согласятся с этим. Новые жители и так считают, что город слишком открыт перед… извращениями. – Он вздохнул. – Я неблагодарен. Вы спасли ей жизнь, и не ваша вина, что она стала проводником. Есть время заглянуть к Верле и выпить?
– Простите. Я и так отсутствовала несколько часов. Обещаю в другой раз.
– Хорошо. Возвращайтесь в Кеон. Утром я отведу Крега… – Он с мрачной улыбкой прервал фразу. – Теперь его может отвести и Сузи, верно?
– Да, и будем надеяться, что, когда фабрика заработает и местное население будет процветать, наши джены смогут ходить по городу без сопровождения.
– Боюсь, на это потребуется много времени. Слишком многие боятся тесных связей с общиной.
Райза поехала в сгущающихся сумерках и встретилась с Серджи на повороте дороги к фабрике.
– Где Крег? – спросил Серджи.
– Боюсь, тебе, придется занять его место, – ответила она и рассказала, что случилось.
– Сузи Дарли проводник! – воскликнул Серджи. – Ну, нам еще один проводник очень нужен. Райза, ты умеешь подбирать друзей. – Он обрадовался. – У меня тоже есть новость. Как только проведем воду в котлованы, где будет вымачиваться руда, – это еще один день работы. – задуем домну и выплавим первую сталь.
– Серджи! Это замечательно! Устроим большой праздник. Пригласим всех приходить и посмотреть на первый выпуск стали.
Но этим вечером времени на планирование не было. Отсутствие Райзы нарушило все расписание, и несколько саймов в тревоге ждали своей очереди у Рикки, Лойда и Дайны. Райза четыре часа непрерывно проводила передачи; она сказала, что отдохнула у Дарли, потому что всю работу сделал Крег. Рядом с Серджи она вообще не чувствовала усталости, и к полуночи расписание вернулось к норме.
Но к этому времени она ощутила усталость, а может, на нее подействовала усталость Серджи, потому что до того, как исполнять роль товарища, он с самого рассвета работал на фабрике. Идя к комнате Райзы, они услышали какой-то шум. За воротами звучали голоса, но они были слишком далеко, чтобы разобрать слова.
Потом сторож у ворот закричал:
– Нападение! На нас нападают!
Райза услышала снаружи голоса и топот копыт, злиннила идущих людей.
Голоса превратились в громкий крик:
– Извращенцы! Извращенцы! Извращенцы!
Что-то ударило в ворота, потом после паузы с треском ударило снова. Сторож вцепился в перила своей площадки, затем спрыгнул, ворота распахнулись, и в них хлынула толпа саймов джанктов. Древесный ствол, который использовался в качестве тарана, они бросили.
Со всех сторон бежали жители Кеона, на мгновение наступила пауза. Обе группы смотрели друг на друга. Вперед вышел Трипп Сентелл.
– Это конец, извращенцы! Сегодня вы принесли вашу грязь в город, прямо в дом Таннена Дарли. Ну, мы этого больше не потерпим! Мы нашли взрывающий порошок. – Он показал мешок, который держал в руке. – Сначала взорвем вашу фабрику, потом вы должны уйти. Иначе мы взорвем и вас.
Джанкты стали растягиваться, собираясь окружить саймов и дженов общины. Щелкали хлысты, и окружающее поле прониклось страхом и гневом. Собаки Серджи Лидер и Перо рычали и лаяли на пришедших.
Райза видела, как один из джанктов схватил Геврона. Старый товарищ использовал нейгерический шок – джанкт заорал и опустился на колени, – а потом спокойно ударил его в горло, оставив захлебываться собственной кровью.
Серджи схватил Райзу руками.
– Пошли! Проводники – в главное здание…
– Шен, Серджи! Ты хочешь, чтобы они нас взорвали?
Она вырвалась и бросилась к Триппу Сентеллу.
Джанкт от неожиданности позволил ей вырвать хлыст, и она хлестнула его, говоря:
– Ты лицемерный трус! Ты бьешь своих детей! Избиваешь свою жену! Нападаешь на беспомощных! Но мы не беспомощны, ты, лорш!
Серджи был рядом, он пытался смягчить ее гнев своим нейгером, но это оказалось невозможно: слишком разгневан был он сам.
Райза лишь смутно ощущала, что толпа, не ожидавшая сопротивления, отступает к воротам с криками:
– Взорвем фабрику!
Саймы и джены Кеона устремились за толпой, перепрыгивая через ствол, все еще лежавший у ворот с чем-то привязанным к нему – чем-то большим, изорванным, вялым…
Резкий полный боли крик пронзил воздух и окружающее поле, и Райза сразу замолчала. Кричала Триффин. Они склонилась в ужасе.
Серджи выпустил руку Райзы и побежал к Триффин. Райза – за ним, но он повернулся к ней и с трудом сказал:
– Нет, не смотри!
Но Райза не могла не смотреть – и не злиннить то, что джанкты привязали к стволу, – окровавленное, изорванное, мертвое тело Крега амбров Кеон.