![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ambrov-keon-184417.jpg)
Текст книги "Амбров Кеон"
Автор книги: Джин Лорра
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Все их фургоны были нагружены дженами из загонов. Те сидели в своем обычном оцепенении и тупо смотрели на окружающую местность. Однако среди тупых полей этих дженов выделялся полный жизни нейгер, изменчивый и растущий.
В последнем фургоне сидела, прижавшись к решетке и свесив ноги, девушка. Все джены из загонов носят рабочие халаты по колено; на девушке джинсы, прочные башмаки, поблекшая клетчатая рубашка и плотный шерстяной свитер, в этот теплый день просто наброшенный на плечи.
Когда они подъехали ближе, Райза почувствовала шок, испытанный Серджи. Он знает эту девушку? И тут она поняла, что привлекло его внимание: на груди девушки висел звездный крест, тот самый, что вырезал и оставил в убежище Серджи. «Она поверила, – подумала Райза, – и куда же привела ее эта вера!»
Тем не менее сама Райза поднесла руку к кресту, который дал ей Серджи и который теперь лежал у нее под рубашкой.
«Мне нужно было дать его Элис», – в тысячный раз подумала она. Но в те лихорадочные минуты, когда она пыталась организовать побег Элис, ей это и в голову не приходило. Да и помог ли бы этот крест спастись от прожорливой потребности Брована?
Сейчас Райза считала, что не спас бы, тем не менее она постоянно видела во сне Элис, обвиняющую ее:
– Ты хотела оставить звездный крест для Крега, а ведь ты даже не знаешь, станет ли он дженом.
Во сне Райза, не в силах сдержаться, нападала на Элис, убивала… но труп оказывался телом Крега. А однажды, в последний раз, когда она смогла уснуть перед уходом в Карре, мертвым оказался Серджи.
Сейчас, спустя целую неделю после поворотного пункта, сны превратились в отдаленное нелепое эхо. Но когда жизнью сайма правит потребность, такие кошмары становятся ужасающе реальными.
Девушка в фургоне блондинка, как Элис, но светлее. Волосы у нее почти белые, глаза такие светло-голубые, что кажутся неестественными, как и ее нейгер.
Потому что она не испытывала страх. Она была в гневе. Она была полна раздражения. Тело у нее затекло и болело от обращения джендилеров… но поле ее звенело непокорностью и вызовом.
Когда Райза, Серджи и Крег подъехали ближе, девушка увидела их и в поле ее появилась надежда.
– Жители общины! Эй, идите сюда! – крикнула она.
Райза ощутила боль нейгера Серджи, когда тот подъехал к фургону. Что это с ним? Ведь появилась возможность спасти осознающего себя джена от смерти.
– Да, мы из общины, – сказал Серджи девушке.
Прежде чем он смог продолжить, она прервала его:
– Купите меня! Я бежала в Карре, когда меня поймали. Честно!
– Она говорит правду, – заверила Серджи Райза. – Конечно, мы…
– Мы не можем, – прервал ее Серджи. – Райза, это не разрешается.
– Не разрешается? Не разрешается? Что ты за лорш? Считаешь меня джанктом? А ты кто тогда?
– Закон не разрешает общинам покупать дженов, предназначенных для аукционов, – как будто мы можем себе это позволить. Попытайся сама. Попробуй купить девушку – увидишь, что получится.
Райза подъехала к передней части фургона.
– Ты продавец? – спросила она женщину возницу.
– Да. Джены для аукциона не продаются, – ответила женщина. – Если вы, извращенцы, хотите ее, отправляйтесь на аукцион в Нашул и торгуйтесь, как все остальные.
– Я не живу в общине, – сказала Райза.
Женщина рассмеялась.
– Наверно, на этого джена много лет не обращали внимания, вот он и вырос таким огромным. Вы, извращенцы, смешите меня… вы слишком хорошие, чтобы убивать, как все остальные, обращаетесь с дженами как с людьми, используете саймов для… – Она содрогнулась, не в силах говорить об этом. Райза почувствовала, что и ее сознание отвергает эту мысль – сайм, дающий селин другому сайму? Это извращение!
Райза заставила себя отбросить эту мысль, потому что женщина принялась с любопытством злиннигь ее. Она хотела сказать, что она не с Серджи, но тогда его конфискуют как джена без сопровождения.
Расстроенная, сознающая свое поражение, она присоединилась к Серджи и Крегу, которые проехали вперед, так что девушка не могла слышать их слов.
– Мы можем купить ее на аукционе? – спросила она.
– Спрошу Недда… но мы редко можем позволить себе заплатить столько, да и то только за таких дженов, которые станут хорошими товарищами.
Райза злиннила девушку, потом Серджи и спросила:
– Ты ведь не единственный?
– Конечно. Я тебе говорил: всякий джен, который не боится…
– Тогда зачем проводники? Почему бы в каждой общине не иметь по джену для каждого сайма?
Они пробирались между тяжело гружеными фургонами, и Серджи объяснял:
– Не все джены могут научиться не бояться – и многим нужно много времени после перехода, чтобы научиться оставаться в безопасности среди саймов. Маловероятно, чтобы джен, который сопротивляется, был бы сожжен, но теоретически это возможно. Неопытный джен может спровоцировать сайма, которому он не ровня по силам, и быть убитым, даже если он не боится.
– Убитым?
– Дженам тоже нужно небольшое количество селина для жизни. Можно убить джена, не сжигая его нервную систему, как происходит, когда его убивает джанкт, но забрав весь селин без остатка. Мне кажется, у Фаррисов был такой документально засвидетельствованный случай. У Фаррисов есть документальные свидетельства на все возможные ситуации.
– Никогда о них не слышала, – сказала Райза.
– Услышишь, – пообещал Серджи и вернулся к своему объяснению. – В таких случаях один или оба участника могут сильно пострадать – джен будет обожжен, а сайм испытает шен, – если не сумеют остановиться вовремя. Если все дойдет до завершения, джен умрет – но весьма вероятно, что сайм все равно испытает шен, потому что в нервной системе джена не хватит для сайма селина. И хотя у каждого джена есть потенциал для выработки селина и передачи его ренсаймам, не все джены способны этот потенциал реализовать. Возникает стандартный цикл: начальная ситуация, спровоцированный сайм, испуганный джен, нападение… мертвый джен и джанкт сайм.
– Вы разделяете в общинах саймов и дженов, чтобы такие ситуации не возникали?
– Это обессмыслило бы наш стиль жизни. Нет, только в состоянии жесткой потребности наши ренсаймы стараются избегать дженов, которые не являются товарищами, и то лишь из предосторожности. Все наши саймы неджанкты или дисджанкты, то есть прошли разъединение. Их нервная система настолько приспособилась к передаче проводника, что джены их не привлекают.
– Это… вы собираетесь со мной сделать? – осторожно спросила Райза.
– Мы не можем. Ты проводник, и мы отчаянно нуждаемся в твоем искусстве. Райза, никто не говорит, что пройти разъединение легко. Никогда в жизни ты не делала ничего трудней. Но я все время буду с тобой.
«А что потом?» – подумала Райза. Она посмотрела на Крега, так похожего на их отца. И постаралась думать только о том, что Крег зависит от нее. Она не может позволить ему погибнуть.
Серджи был рад вернуться домой, хотя и получил нагоняй or Недда Варнста, сектуиба Кеона. Недд пропустил две его передачи, но это все равно планировалось: Серджи должен был тренировать Эрланда, а Гервон давал все то, в чем нуждался Недд.
И все же Недд нрав:
– Джанкт проводник! Серджи, ты спятил? Я тебе велел забыть об этой глупости и возвращаться домой. Почему ты этого не сделал?
– Потому что я знал, что Райза решит пройти разъединение. И оказался прав, Недд… и у нее такие способности…
Старший собеседник злиннил Серджи, потом сел за свой стол, потирая глаза руками и проводя щупальцами по волосам: на макушке волос совсем не было, а волосы по краям за время отсутствия Серджи как будто еще больше поседели.
– Будь шенна эта женщина! – сказал Недд. – Да, я злинню, что она сделала с тобой.
– Для меня.
– Это ты так воспринимаешь. Она обращается с тобой как джанкт.
– Недд, я джен. – Он тщательно подавлял шок, полученный от убийства грабителя – и заметил, что Недд пропустил его реакцию. А вот Райза чувствовала малейшие оттенки его поля.
– Я хочу сказать, что она, вероятно, навязала тебе симулированное убийство и…
– Нет! Ничего подобного! Ни разу. Недд, она едва не утонула, она была ранена, испытала дезориентацию… она впервые оказалась на пороге истощения. Я полностью контролировал ситуацию. А во второй раз она уже приняла решение пройти разъединение, поэтому не захотела получать благодать убийства. В ней есть что-то несгибаемое, хотя внешне кажется, что ее легко сломать.
– Я злинню ее как каменную стену – сплошная сила, никакой слабости. Здесь ей нет равных, кроме тебя, Серджи. Я не могу провести ее разъединение. Шен и шид! Я надеялся, ты приведешь Эрланда, и это укрепит тебя…
– Он никогда не стал бы мне парой, – сказал Серджи. – А Райза станет. Недд, она хочет разъединиться. Неужели ты прогонишь ее?
– Конечно, нет. Я даже не могу отказать ей в желании стать проводником. За время твоего отсутствия у нас было еще три перехода. Это сократило наши налоги на дженов, но расписание пришло в хаотическое состояние и еще не вернулось к норме. Почему ты не послушался моего приказа вернуться? Тогда Райза, реши она разъединиться, была бы проблемой Йорна, а не моей!
– Разъединившись, она будет не проблемой, а благословением, – упрямо возразил Серджи.
– Ну, хорошо, посмотрим, что она знает. Приведи ее.
Когда Райза вошла в кабинет Недда, Серджи сказал:
– Надеюсь, ты готова начать учиться немедленно.
– Посмотрим, как хорошо ты умеешь контролировать свою вторичную систему, – предложил Недд.
В таких случаях Серджи жалел, что у него нет способности сайма злиннить поля. В бессилии он наблюдал за двумя проводниками. Недд говорил:
– Попробуй это, – и – хорошо, но не так сильно, – и не в силах был понять, что происходит. Только в одном случае, когда естественная реакция его организма на присутствие Недда ослабла, он знал, что Недд демонстрирует состояние передачи: вторичная нервная система проводника маскирует его первичную систему, проецируя маскировочное поле, как система джена.
Серджи испытал странное сочувствие к Недду и понял, что тот проецирует притворную потребность, чтобы дать Райзе цель.
После передачи Серджи почти не ощущал поле Райзы. Она еще не достигла поворотного пункта, и у нее не было привычки жителей общин искать утешения в полях джена. Тем не менее он все сильней ощущал ее присутствие и был потрясен, когда это ощущение внезапно оборвалось. Для него Райза – в смысле ее нейгера – превратилась в обычного джена!
Недд сказал:
– Да, верно, Райза. Но так ты провоцируешь нападение. Тебе нужно научиться контролировать себя.
Серджи снова ощутил присутствие Райзы.
– Сектуиб… – начала она.
– Я не твой сектуиб, Райза, – сказал ей Недд. – Надеюсь, когда-нибудь я им стану… но пока зови меня Недд.
– Ну, Недд. Я думаю, ты сразу понял мои опасения. Вероятно, такая способность имеет отношение к обязанностям проводника?
– Да. У тебя прирожденный талант, Райза. Практика и опыт сделают из тебя превосходного проводника.
– На самом деле я не хочу быть проводником, – объяснила Райза. – Серджи сказал, что вы нуждаетесь в проводнике – и я хочу пройти разъединение. Знаю, что буду обузой для вас, пока не сделаю этого, – к тому же я перед вами в долгу. Тиги всегда отдают свои долги. Я буду работать на Кеон, пока вы не найдете другого проводника на мое место. Или, если найдете проводника быстро, заплачу столько, сколько вы сочтете разумным. Серджи сказал, что Кеону не хватает не только проводников, но и средств.
Недд перевел взгляд с Райзы на Серджи и назад.
– Ты очень молода и не понимаешь. После разъединения ты будешь считать совсем по-другому. Но позволь заверить тебя, Райза: ты ничего не должна Кеону. Достоинство нашей общины – свобода. К Кеону можно быть привязанным только по собственному выбору.
Он указал на крес Кеона, вплетенный в гобелен на стене за его спиной.
– Наш цвет красный, это цвет любви – страсти, если хочешь. Переплетающиеся звенья белой цепи имеют много значений, и ты поймешь их, когда поживешь среди нас. Мы говорим: «Единственная свобода – это свобода выбрать собственные цепи». Ты решила порвать цепи, привязывающие тебя к убийству.
Райза серьезно кивнула.
– Да. Я понимаю эту символику: белая цепь связывает дженов, предназначенных для убийства. Я хочу пройти разъединение, чтобы не быть привязанной к убийству, и так должно быть истинно и для дженов, и для саймов.
Впервые Недд улыбнулся.
– Хорошо. В будущем, когда начнешь слабеть, думай о себе как о звене в цепи Кеона – ты никогда не будешь одинока, другие всегда поддержат тебя. Прочность цепи определяется самым слабым ее звеном – и мы дадим тебе силы, когда они тебе понадобятся. А ты свободно поделишься своими силами с нами.
– Я уже сказала: Тиги всегда отдают свои долги.
Недд вздохнул.
– Это не долг. Община – это семья, а не бизнес.
– Магазин Тигов тоже, – сказала Райза. – Вначале мы были семьей, а уж потом думали о прибыли.
– Ну, нет смысла спорить, – сказал Недд. – Живя с нами, ты поймешь, что такое Кеон. Мы не можем позволить тебе зря потерять способности Первого Года к обучению. Завтра я поучу тебя перемещать селин по твоим двум системам. Хочу, чтобы ты узнала как можно больше, прежде чем разъединение нарушит твою способность к концентрации внимания.
– Хорошо, – согласилась Райза, но Серджи ощутил легкое недовольство в ее тоне.
Он был уверен, что Недд злиннил это в ее нейгере, но проводник спокойно продолжал:
– Я несколько дней назад миновал поворотный пункт. Хочу как можно тщательней проверить твое здоровье, Райза, – через шесть дней я приобрету наивысшую чувствительность, так что внесу твою проверку в мое расписание на те дни. А тем временем ты будешь следовать распорядку дня, обязательному для всех саймов общины, включая завтраки и обеды ежедневно – без всяких исключений.
– Серджи уже сказал мне, что нужно придерживаться такого расписания.
– Тогда хорошо. На сегодня только еще одно. – Он взял пустую карточку из ящика и написал на ней имя Райзы. – Сколько тебе лет?
– Семнадцать.
Недд и Серджи удивленно переглянулись.
– Но ты еще в своем Первом Годе! – недоверчиво сказал Серджи.
– У меня был поздний переход, – оживленно объяснила Райза. Потом серьезней добавила: – Когда мне исполнилось шестнадцать, папа очень беспокоился, но ничего не происходило. А когда произошло – все было очень легко. Конечно, это не очень весело, но все предсказывали, что в таком возрасте я умру от последствий и кровотечения. Но у меня был совершенно нормальный переход, даже быстрей, чем у большинства. Меньше одного дня.
– Это типично для проводников, – сказал Недд. – А вот задержка нетипична. Я вижу, что ты еще очень молода как сайм, но мне нужно знать твой точный возраст. Сколько времени прошло после твоего перехода?
– Девять месяцев.
Хотя Серджи испытал прилив паники, он не позволил ему воздействовать на свое поле. Никогда в жизни не приходилось ему использовать такой жесткий контроль.
Недд тоже контролировал себя, потому что когда он спросил:
– Значит, когда Серджи впервые дал тебе передачу, прошло восемь месяцев после твоего перехода?
Райза ответила спокойно, очевидно, не замечая ничего необычного.
– Ты убила во время перехода и потом еще семь раз убивала? – продолжал расспрашивать проводник.
– Да. О… понимаю, – сказала Райза. – Восемь убийств, но не прошло восьми месяцев. Просто у меня всегда быстрее обычного наступала потребность. – Она сообщила точную дату перехода. – Так что сейчас на самом деле чуть больше восьми месяцев.
– Да, – кивнул проводник, делая запись. – Хорошо, Райза. Теперь иди отдохни до обеда. Я хочу поговорить с Серджи наедине.
Когда изолированная дверь за Райзой закрылась, Серджи ослабил свой контроль. Недд поморщился, потом гневно сказал:
– Как ты мог так с ней поступить? Почему ты не спросил о ее возрасте?
– Недд, прости. Мне и в голову не приходило, что у нее так много времени прошло после перехода! На вид ей двенадцать лет… мне казалось, что ей тринадцать или четырнадцать только потому, что Крегу двенадцать. Ты сам видишь – половину времени она движется как ребенок. И ты злиннил ее поле…
– Да, никакой тонкости. Я думал, как ты. – Недд сел, оперся локтями о подлокотники, свел руки и коснулся щупальцами кончиков пальцев. Этот жест означал стремление к принудительному спокойствию. – К шену, Серджи! Мне она нравится, каким бы джанктом она ни была. Но что нам делать? Она может достичь кризиса к концу Первого Года. Может, у нее осталось достаточно гибкости, чтобы пережить его. – Он наклонил голову набок и выжидательно посмотрел на Серджи.
И Серджи вынужден был ответить:
– Может, она и выживет. Но очень вероятно, что ей придется убить… или умереть.
Глава пятая
С самого начала было неясно, кому из новичков меньше понравится в Кеоне. После обеда Крег ушел с мальчиками его возраста, а Серджи стал показывать Райзе окрестности.
Земля здесь коричневая, но не красно-коричневая, как на юге, а здания представляют собой уродливое лоскутное одеяло из серого камня. Пристройки к ним деревянные. Если не считать большого дуба перед входом в главное здание, лишь несколько кустов нарушали монотонный серый и коричневый цвет.
Гость шел следом за Райзой, так как в это время она его обычно кормила. Она спросила о нем у Серджи.
– Он будет охотиться на крыс и мышей, чтобы отплатить за еду, но он еще и мой любимец.
– Конечно, – ответил Серджи, направляясь к удаленным холмам. – Все животные после обеда получают объедки… Но тебе лучше…
Его голос неожиданно заглушил громкий лай, и два огромных рыже-золотистых пса прыгнули на Серджи, размахивая хвостами и в своем восторге едва не сбив его с ног.
Он зарылся пальцами в их густой шерсти, ласкал собак, а они лизали ему лицо. Потом Серджи приказал:
– Лежать, Лидер. Довольно, Перо! – и присел, продолжая ласкать их.
Гость решил бросить собакам вызов. Он пробежал мимо Райзы, изогнув спину, взъерошив шерсть, и зашипел.
Собаки опрокинули Серджи и со счастливым лаем понеслись за котом.
Серджи позвал:
– Лидер! Перо! Назад!
Пес неохотно вернулся к хозяину. Однако сука продолжала гнаться за котом, пока Гость не взлетел на дерево у кухни, шипя и оскорбительно плюясь на лающую внизу собаку.
Серджи виновато сказал Райзе:
– Я назвал самку Пером, потому что у нее шерсть на ногах и хвосте похожа на перья, но иногда она ведет себя так, словно голова у нее набита перьями. Посажу ее на цепь…
– Гость сумеет постоять за себя, – заверила его Райза.
Действительно, как только Перо перестала лихорадочно лаять и принялась обнюхивать землю под деревом. Гость прыгнул и приземлился ей на спину. Собака удивленно завизжала, подпрыгнула, упала и побежала изо всех сил. Гость спрыгнул с ее спины и направился к Райзе, а Перо продолжала уноситься, словно ее преследовала горная кошка.
– Не думаю, чтобы он ранил твою собаку, – сказала Райза, – но боюсь, он тут будет со всеми драться.
Серджи наблюдал за Лидером: пес старательно игнорировал приближающегося кота.
– Не думаю, чтобы ему многие бросали вызов!
Но Райза с ним не соглашалась. К тому же она старалась подбодрить Крега, энтузиазм которого быстро убывал.
Крег жаловался, что ему придется ходить на уроки, хотя он уже закончил школу.
– Уроки подготовки к переходу – это нормально, – сказал он Райзе. – Не помешает получше подготовиться. Но уроки искусства! Почему я должен рисовать эти глупые цветы? И дженский язык – они называют его английским. Зачем мне учить язык дженов?
– По той же причине, по какой папа заставлял нас его изучать, – ответила ему Райза. – Если ты не понимаешь своих врагов, как ты можешь узнать их тайны?
– Но во время Первого Года я узнаю все, что нужно, – возражал Крег.
– А если у тебя вообще не будет Первого Года, когда ты научишься?
– Ты всегда была уверена, что я стану саймом, – пожаловался мальчик.
– Помнишь, что говорил папа: деньги и товары могут украсть, но никто не заберет знания.
– Да. Ну, по крайней мере я научусь здесь работать по металлу. Это чего-нибудь стоит.
Но Райзе не так легко было отделаться от дурных предчувствий. Она терпеть не могла оставаться за закрытыми стенами. Она, конечно, знала, что может уйти… но тогда станет союзницей тех, от кого эти стены защищают жителей Кеона. А она уже начал платить за свой допуск сюда.
Проделав те же упражнения, что раньше, Недд сказал ей:
– Прежде всего ты должна научиться делать шант – перевод селина между первичной и вторичной нервными системами.
Он продемонстрировал это с помощью товарища – Геврона, а Райза тем временем злиннила. Потом она взяла Серджи в объятия, как в позе передачи, но вместо того чтобы соприкоснуться губами, прислонилась головой к его груди и обнаружила, что может контролировать потоки селина в собственном организме.
Когда устремился поток энергии, Недд сказал:
– Не так быстро! Райза, ты всегда слишком стараешься!
Ощущение было необычайно странное. Она могла насытить свою первичную систему, не испытывая при этом удовлетворения, а потом опустошить эту систему, переведя селин во вторую, и испытать при этом потребность, но не жесткую.
– Теперь, – сказал Недд, – верни обе свои системы к норме.
Она попыталась отыскать взаимное расположение, то равновесие систем, которое у нее было до начала урока. Сначала нарушила равновесие в одну сторону, потом в другую…
– Успокойся, – прошептал ей на ухо Серджи. – Отдыхай в моем поле, и пусть твои системы сами найдут нужный уровень. Расслабь руки – ты делаешь мне больно. Вот так…
Он уговаривал ее, пока она не перестала пытаться, и тогда ее системы сами приспособились друг к другу.
– Хорошая работа, Серджи, – одобрил Недд. – Райза, когда ты готовилась к переходу, тебя должны были научить расслабляться.
Она кивнула.
– Не думала, что мне снова понадобится это умение.
– Серджи позже поработает с тобой. Пока ты еще не достигла поворотного пункта, хочу начать учить тебя искусству проводника. Ты сильней меня, никто, кроме Серджи, с тобой не справится, но этому он тебя научить не может.
– А что ты собираешься делать? – недоверчиво спросила Райза.
– Извлеку немного селина из твоей вторичной системы, потом верну его. Это покажет тебе, что такое извлечение не затрагивает твой личный запас; к тому же ты поймешь, что чувствуешь, когда кто-то манипулирует твоим полем. Проводник должен уметь сохранять полный контроль, иногда под чудовищным давлением, но, когда необходимо, полностью расслабляться. Поскольку здесь нет проводника, равного тебе по силе, ты должна научиться не использовать эту силу против тех, кто старается тебе помочь.
Пока Недд объяснял это, Серджи массировал Райзе шею и плечи, снимая напряжение. Как будто прочитав ее мысли, он сказал:
– У Недда может не быть твоей нейгерической силы, но ты не сравнишься с ним в дисциплине, пока не пройдешь разъединение и не приобретешь многолетний опыт. Верь ему, Райза. Он благополучно провел через разъединение многих саймов.
Райзу поместили на один из странной формы диванов, Серджи стоял за ней, Недд сидел в кресле, в котором сидит дающий передачу. Геврон встал точно за Неддом, и все четыре нейгерических поля слились в единое, не допускающее в себя никого постороннего. «Как джены это делают?» – думала Райза, знающая, что у дженов нет органов для восприятия селиновых полей. Поле Геврона казалось бледным эхом поля Серджи; внешне же это был дородный мужчина средних лет, со светло-каштановыми волосами, с морщинистой, обветренной кожей и с глазами, затененными кустистыми густыми бровями с проблесками седины. Но у него были те же бесстрашные манеры, что у Серджи, та же самая способность приводить в лучшее настроение группу саймов и дженов.
Сосредоточившись на дженах, Райза расслабилась. Ей уже казалось нормальным, что поля дженов смешиваются с ее полем. Но на этот раз все было по-другому. Теперь сайм положил руки под ее предплечья, говоря:
– Вытяни свои латерали. Райза.
Она не смогла это сделать.
Латеральные рефлексы одновременно произвольные и непроизвольные, как мигание или дыхание. Сайм в потребности не может не выставить свои латерали, когда хватает джена с высоко заряженным полем. Но сайм должен касаться джена, а не другого сайма.
Насыщенные нервами органы, такие же чувствительные к селину, как глаза к свету, латерали могут касаться ребенка, злиння его болезнь, ища признаков перехода или установления. Но в остальном это очень личные и скрытые органы, которых нельзя касаться, как нельзя касаться глаз.
Серджи положил ей руки на плечи.
– Все в порядке, – прошептал он. – Недд проводник. Он не причинит тебе боли.
С трудом глотнув, Райза заставила непокорные щупальца высунуться из сумок по обе стороны от каждого предплечья. Слабые и уязвимые, они нуждаются в хватательных щупальцах, чтобы поддерживать контакт при убийстве – и при передаче.
– Очень хорошо, – сказал Недд. – Теперь сплети хватательные щупальца. Выработай безопасную хватку, Райза. Положи свои вентральные щупальца на мои латеральные разгибательные мышцы – теперь твои дорсальные вокруг и над ними. – Он переплел свои щупальца с ее. – Твой пациент не сможет выскользнуть; если понадобится, ты сможешь силой взять его латерали. Теперь втяни латерали, и поменяем позу: твои руки под моими…
Они упражнялись до тех пор, пока хватательные щупальца девушки не начали занимать нужное положение, даже когда Недд сопротивлялся.
– Хорошая работа. Ты не причинила мне боли, даже когда твои щупальца были поверх моих разгибательных мышц. Теперь я покажу тебе хватку проводника, Райза.
Она переплела свои щупальца с его. Саймы часто в знак дружбы переплетают хватательные щупальца. Но вот он сказал:
– Снова вытяни свои латерали.
Когда латерали Недда вышли из сумок, Райза машинально убрала свои.
Вот оно. Извращение общин. Сайм к сайму, латерали к латералям.
У Райзы в горле встал комок, ее щупальца отдернулись.
– Не могу!
– Можешь, – успокаивающе сказал Недд. – Ты можешь сделать все, что захочешь. А ты хочешь принести пользу Кеону…
Тиги платит сваи долги.
Я должна научиться.
Снова она заставила свои маленькие, уязвимые латерали высунуться из сумок навстречу латералям Недда, которые по-прежнему лежали на ее предплечьях. Вот они соприкоснулись – возникло ощущение, странно напоминающее передачу, но без перемещения селина.
Недд дал ей какое-то время, чтобы освоиться, прежде чем продолжил.
– Активируй твою вторичную систему. Оставайся в состоянии проводника, и я не смогу затронуть твою первичную систему. Только возьму немного селина, потом верну его.
Райза напряглась, когда губы Недда прижались к ее губам. Тепло сайма, его щупальца, перевившиеся с ее, – все это ощущается как чужое. Она содрогнулась, но выдержала, поддержанная спокойствием Серджи.
Когда Недд замкнул цепь, возник несильный, но устойчивый поток. Райза пыталась подавить удушливое ощущение, будто он крадет ее жизнь, напоминая себе, что открыта только ее вторичная система. Процесс безболезненный, но пугающий. Когда он кончился, Райза поникла от облегчения.
Недд поднял голову и успокаивающе улыбнулся.
– Ты отлично справилась, Райза. Худшее позади. Оставайся в положении проводника. Я верну назад селин, и на сегодня кончим на этом.
На протяжении всего сезона вера Райзы в Недда усиливалась, так что она была захвачена врасплох, когда ощущение селина сайма пронзило ее нервы.
Райза невольно поморщилась. Поле Недда имитировало поле джена, но эта подделка делала положение еще хуже.
Она сопротивлялась, ее система отказывалась принять текущую не в том направлении энергию – и Недд, воспринимая обратную связь, тоже поморщился от боли в нервах.
Райза как-то отдаленно ощутила, как Геврон поддерживает Недда, но это осознание потонуло в поле Серджи, излучавшем твердое, благожелательное, но решительное осуждение.
Она откуда-то нашла в себе силы прекратить сопротивление, лежать спокойно, пока какая-то отдаленная часть ее души продолжала плакать, когда селин Недда входил в нее.
Недд разжал хватку и прислонился к Геврону.
Райза прижала руки к груди, убрала щупальца и съежилась клубком.
– Райза, – спросил Недд, – почему ты сопротивлялась? Я не собирался причинить тебе боль…
– Мне не было больно, – сказала она и услышала собственный голос – голос маленького испуганного ребенка. – Было… неправильно, вот и все!
– Неправильно? – Искреннее недоумение в его голосе и нейгере.
– Селин сайма, – сказала она, и слова отзывались дурным вкусом у нее на языке. – Как вы можете делать с людьми такое? И ожидать, что я…
– Райза, это не была передача, – объяснил Недд. – Я не пытался удовлетворить тебя – только возвращал твой селин. Проводникам часто приходится обмениваться селином. Но это не должно быть неприятным, просто незначительный эпизод.
– Неужели вы настолько извращены, что не понимаете: незначительное и есть неприятное? Отвратительное? – Она оттолкнула Серджи и вскочила на ноги. – Я не могу это делать. Это… это… – И не найдя достаточно выразительного слова, она просто убежала.
Она не сможет давать саймам такую замену удовлетворения! Вокруг работали люди Кеона, вместе саймы и джены, но разделенные проводниками. Они даже не знают, чего лишены!
Нужно забрать Крега и…
А что если он уже установился?
Она уже увела его от привычного образа жизни. Что если снова заберет и уведет из Кеона?
Время поискать ответ. Она пошла в свою комнату, чтобы взять необходимые вещи, и встретилась с Серджи.
– Куда ты идешь? – спросил он.
– У меня есть дело в городе.
– Райза, Лавин тебе не знаком. Это пограничный город с грубым населением…
– Я что, пленница здесь? – спросила она.
– Конечно, нет. Но у меня работа по расписанию… я смогу сопровождать тебя только завтра.
– Мне не нужно сопровождение! И я совсем не хочу, чтобы за мной тащился джен, показывая, что я извращенка!
– Райза… – В его поле озабоченность, сожаление, боль.
– Я вернусь. Шен, Серджи, неужели ты думаешь, что я брошу Крега? Я вернусь еще до вашего шидони-проклятого обеда. А теперь прочь с моей дороги!
Город Лавин поистине груб – пограничное обиталище неудачников. Небольшой загон, с дурным запахом, с изодранными зелеными вымпелами. Райза была рада, что ей не придется брать отсюда дженов.
В городе три салуна, с привязанными снаружи лошадьми, хотя еще только кончается утро. Смех и выкрики изнутри свидетельствовали, что там идет игра.
Платная конюшня также грязная и не выглядит процветающей. Однако универсальный магазин полон товаров и содержится в чистоте и порядке. Райза провела там около часа, отпивая лимонад. Где-то поблизости есть фермы: в город откуда-то приехали несколько мужчин и женщин на рабочих лошадях или в фургонах; две девочки и мальчик в возрасте от восьми до одиннадцати лет прибежали за заказами и получили в качестве вознаграждения лакричные палочки.
Райза не подходила к покупателям, но старательно расспросила владельца магазина. Магазин не нуждается в посторонних инвестициях. Придется Райзе поискать чего-то другого.