Текст книги "Потерянная ночь (ЛП)"

Автор книги: Джейн Энн Кренц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

– Посмотри на светлую сторону, – сказал Гарри. – Работая со мной – лучший способ следить за моим расследованием и быть уверенной, что я не пойду по неправильному пути.

Она оказалась в ловушке.

– Ты часто так делаешь? – она спросила.

– Что?

– Выводишь людей из себя?

– К сожалению, да.

– Я чувствовала, что не стоило открывать дверь.

Она снова встала, убрала со стола и отнесла посуду в раковину. Стул Гарри позади нее слегка поцарапал пол. Внезапное подозрение заставило ее обернуться.

Он стоял, настороженно наблюдая за ней. – Что?

– Некоторые мужчины заблуждаются на счет женщин из Сообщества, – сказала она.

– Ты уже говорила об этом ранее.

– Давай кое-что проясним: ты спишь на диване или на полу в гостиной, выбирай.

Он кивнул один раз. – Хочешь верь, хочешь нет, но я сделал выводы для себя.

Она вздохнула и повернулась к раковине. – Не то чтобы факты помешают сплетням.

– Каким сплетням?

– Завтра в семь утра полгорода будет судачить, что ты провел ночь у меня. А остальные в десять, когда пойдут на почту забрать корреспонденцию.

– И?

Она посмотрела на него через плечо. – Каждый думает в меру своей испорченности.

– Верно. Худшее. Думаю, не поможет, если я извинюсь за то, что поставил тебя в такую ситуацию?

– Нет, – сказала она. – Это ни капли не поможет.

Глава 3

Неземной перезвон и позвякивание ее браслета-оберега вывели его из легкого сна. Тот факт, что он мог так ясно слышать тихий звук, говорил, что где-то с час или около того буря стихла.

Он смотрел, как Рэйчел спускается по лестнице. Все его чувства зашевелились, как и вчера, когда он вместе со Слэйдом посетил магазин «Шедоу-Бэй Букс». Один взгляд в эти блестящие янтарные глаза, и все остальное, что было важно в его жизни, отошло на второй план в списке его приоритетов. В тот момент он понял, что никогда не забудет ее.

Его ночное зрение было превосходным. В тусклом свете слабо горящего камина он ясно видел ее. На ней был светлый халат до щиколотки поверх ночной рубашки и пара пушистых тапочек. Ее огненно-рыжие волосы были распущены, спутаны после сна и рассыпались по плечам.

Даже находясь на другом конце комнаты, он отчетливо ощущал сильную энергию, которая обволакивала ее. Это возбудило его и разожгло кровь, заставило его захотеть дотянуться до нее и утащить за собой на диван.

Она двигалась с элегантной, женственной грацией и уверенностью, что говорило о занятиях танцами или боевым искусством. Он слышал, что и тому и другому с детства обучали в сообществе ГП.

Дарвина, крепко сжимая Амбереллу в одной лапе, скатилась по ступенькам к ногам Рэйчел.

Он лежал неподвижно на диване. Рэйчел уже злилась на него. Меньше всего ему хотелось напугать или встревожить ее. Достигнув подножия лестницы, она повернула в сторону кухни. Маршрут пролегал мимо дивана. Она взглянула в его сторону, но не остановилась.

– Я знаю, что ты не спишь, – сказала она. – Я просто выпущу Дарвину.

Она продолжила идти в темную кухню. Он откинул одеяло и сел на край дивана. Задняя дверь открылась.

– Держись с Амбереллой подальше от неприятностей, – мягко сказала Рэйчел. – Я не хочу, чтобы мне позвонил офицер Уиллис и попросил забрать тебя из участка под залог.

В ответ послышался рокот, а затем дверь закрылась. Мгновение спустя Гарри услышал, как в раковине течет вода. Дверь шкафа открылась.

Он встал с дивана и запустил пальцы в волосы, заправляя их за уши. Он шлепал босиком по холодному полу. Он снял пуловер, но на нем все еще была черная футболка и брюки, так что он решил, что одет достаточно презентабельно / прилично. Он остановился в дверях кухни. Рэйчел стояла, прислонившись к раковине, и потягивала воду из стакана. В ее глазах были тени.

– Плохой сон? – поинтересовался он.

– Да. – Она поморщилась. – Дарвина почувствовала мое волнение. Она разбудила меня. Но как только она поняла, что я проснулась, решила прошвырнуться с Амбереллой по клубам, в неурочное время.

– После закрытия?

– Ну или куда там ходят пушки по ночам. – Рэйчел посмотрела в окно. – Похоже, буря закончилась.

Он проследил за ее взглядом и увидел туман, наполненный холодным лунным светом, опускающийся на поляну вокруг коттеджа.

– Пока, – сказал он. – Но на подходе еще одна, и похуже этой.

– Ты думаешь, что это еще один признак раздрая в Заповеднике, верно?

– Сейчас за забором так много энергии, что она оказывает серьезное влияние на местный микроклимат.

– Ты не единственный, кто так говорит. В Заповеднике действительно что-то происходит, не так ли?

– Да. – Он скрестил руки на груди и смотрел, как она допивает воду. – В ту ночь, когда ты потерялась, была гроза?

– Не думаю. Когда я вышла из книжного магазина, стоял сильный туман, но я видела достаточно хорошо, чтобы доехать на велосипеде до коттеджа. Моя обувь и одежда были влажными, когда на следующее утро я вышла из Заповедника, но это было похоже на обычную сырость, которую можно ощутить, прогуливаясь по лесу и по пересеченной местности ночью.

Он долго ее изучал. – Что ты помнишь?

На мгновение он подумал, что она не ответит на вопрос. Но через некоторое время она продолжила.

– Очень мало, – сказала она. – Большую часть дня я провела в книжном магазине, проводя инвентаризацию, вытирала пыль и просто была занята. Я все еще пыталась решить, хочу ли я переехать на Рейншедоу и заняться бизнесом, как советовали тети, или выставить магазин и коттедж на продажу. Я закрылась около пяти и поехал домой на велосипеде. Дорога, а потом пустота. Ну «в основном пустота».

– Что это значит?

– В последнее время всплывают небольшие, даже я бы сказала, крохотные фрагменты воспоминаний. По крайней мере, я думаю, что это настоящие воспоминания. Но это все равно, что заметить краем глаза что-то. Когда поворачиваешься и смотришь, оно исчезает. Я пробовала вернуться на то место, где позже нашли мой велосипед, чтобы посмотреть, не вызовет ли это место какие-либо ясные воспоминания.

– И? – подтолкнул он.

– Иногда мне кажется, что там бала машина. У меня такое чувство, будто я должна знать водителя, что если бы я присмотрелась повнимательнее, я бы его узнала.

– Его?

Она колебалась. – Я так думаю, но не уверенна. – Она очень осторожно поставила пустой стакан. – Это могут быть настоящие воспоминания, ложные воспоминания или просто галлюцинации. Но сны определенно стали хуже.

– Что тебе сниться?

Она посмотрела на него, ее глаза в темноте кухни горели. – Монстры.

Содрогание энергии в атмосфере рассказало ему все, что ему нужно было знать. Она старалась удержать себя и свое здравомыслие, но в глубине души была напугана до смерти.

Он подошел к тому месту, где она стояла, и обнял ее. Она не сопротивлялась, но и не ответила на объятия. Ее напряжение было ощутимо.

– Я не знаю, надеяться ли на то, что ко мне вернутся воспоминания, или лечь в парапсихологическую больницу, – прошептала она.

– Расскажи мне о монстрах, – тихо сказал он.

– Я не вижу четкой картины. Щупальца. Глаза, которые светятся. Слишком много глаз. Как у существ из доисторического моря. Кем бы они ни были, они видят во мне добычу. Во сне я бегу по океану, но там не темно. Вода наполнена светом.

– Ты бежишь сквозь воду /под водой?

– Да. Но я дышу нормально. Я не тону. – Она вздрогнула. – Твари плавают вокруг меня, сверху, снизу, по сторонам.

– Но они не нападают?

– Нет. Как будто они не могут до меня добраться.

– Откуда свет в воде? Солнечный луч?

– Нет. – Она колебалась. – Энергия, я думаю. Вода наполнена ультра излучением. – Она немного отстранилась и посмотрела на него. – Да, сверхсияние. Я впервые поняла, что вода горячая от пси.

– Какое твое первое осознанное воспоминание на следующее утро?

– Я вышла из Заповедника незадолго до рассвета. Опять был туман – я это хорошо помню. И была музыка.

– Какая музыка?

– Чистая, красивая, похожая на колокольчики. – Она улыбнулась. – Я последовала за ней и вышла из Заповедника, пересекла забор и оказалась возле дома Келвина Дилларда. У него хижина на Миллс-роуд. Она находится недалеко от границы пси-забора.

– Расскажи мне о Келвине Дилларде.

– Келвин – очень талантливый музыкант и композитор. Он может играть практически на любом инструменте. Он сказал мне, что я его сильно напугала, потому что к нему никогда не приходят посетители, и уж точно не в такое время и не с этой стороны. Когда он понял, что я ошеломлена и дезориентирована и не могу вспомнить, что со мной произошло, он решил, что я попала в аварию, и ударилась головой. Это не хуже любой другой версии.

– Он профессиональный музыкант?

– «Нет, я так не думаю, по крайней мере, сейчас. Его музыка – это страсть. Он прожил на Рейншедоу, почти десять лет. После того, как ушел на пенсию. Он один из одиночек на острове, но не совсем затворник. Он приезжает в город, чтобы забрать почту и купить продукты. Он купил несколько книг в моем магазине. Он мне всегда нравился.

Гарри мысленно отметил, что стоит присмотреться к Келвину Дилларду. Первый свидетель на месте происшествия зачастую был наиболее тесно связан с ситуацией.

– Ты сказала, что твой велосипед нашли на дороге? – спросил он.

– Что? – Рэйчел моргнула пару раз, а затем выражение ее лица прояснилось. – А, велосипед. Да, он валялся в канаве на обочине дороги. Что подтверждает версию о том, что я упала и ударилась головой, не так ли?

– Ты в это не веришь, я так понимаю?

– Не было никаких признаков травмы. На голове не было ни крови, ни синяков.

– Итак, где-то между поездкой на велосипеде в тумане и выходом из Заповедника возле хижины Келвина Дилларда ты помнишь, как видела монстров под водой. И все?

– Разве этого недостаточно, чтобы меня считали дурочкой /чекнутой?

Он улыбнулся. – Недостаточно, по крайней мере на Рейншедоу.

– Наверное, поэтому я и оказалась здесь. – Она остановилась, глядя через его плечо на подоконник. – У меня остался сувенир с той ночи.

Он взглянул на подоконник и увидел стеклянную банку, наполненную маленькими камешками. – Дожделиты?

– Я нашла их в кармане своей куртки утром, когда вышла из Заповедника. Но я не помню, как их собирала.

– Или почему ты их взяла?

– Нет. Моя интуиция подсказывает мне, что они важны, но я не знаю, почему. Дожделиты спокойно можно найти по всему острову. Кажется, в этих камнях нет ничего особенного.

Он отпустил ее и подошел к подоконнику. Взял стеклянную банку и медленно повернул ее, рассматривая камни. В тусклом свете ночника они были тусклыми и бесцветными.

– Почему такой сильный талант, как ты, думаешь, что горстка холодных камней так важна? – задался вопросом он вслух.

– Я не знаю, почему я подумала, что они важны, но они не совсем холодные. – Она подошла к тому месту, где он стоял, и взяла у него стеклянную банку. – В них есть немного скрытой энергии, но я сомневаюсь, что другие могли бы ее почувствовать или использовать, если они не владели мощным талантом чтения кристаллов.

– Ты хочешь сказать, что умеешь работать с дожделитами?

– Конечно. Я так развлекаю детей, которые приходят в магазин. Всякий раз, когда они находят дожделит, они приносят его мне и просят показать фокус.

– Что за фокус? – он спросил.

– Сейчас покажу.

Она включила верхний свет и открутила крышку банки. Он смотрел, как она высыпала несколько камушков себе на ладонь. Энергия пульсировала в атмосфере. Ее браслет мягко звенел, и ему показалось, что некоторые крошечные камешки в амулете засияли.

Кристаллы в ее руке начали испускать небольшое количество бесцветного света. И вдруг Рэйчел держала ладонь, полную воды. Но в отличие от настоящей воды жидкость не капала сквозь пальцы. Она была прозрачной, но вязкой. Произошла еще одна дрожь энергии, и материал, похожий на ртуть, быстро принял форму кристалла. Она снова держала в руках горсть дожделитов.

Он тихо свистнул. – Будь я проклят.

– Детям нравится, когда я так делаю. – Она бросила камни обратно в банку. – Но помимо того, что это умное волшебство, в нем нет особого смысла. Насколько я могу судить, это все, что могут камни: они переходят из твердого в жидкое состояние и обратно.

– Но только кто-то с твоим даром может заставить их трансформироваться?

– Я думаю, что да.

– Ты вышла из Заповедника на рассвете с полным карманом магических кристаллов, – сказал он. – Это говорит мне об одном.

– О чем? – поинтересовалась она.

– Эти камни важны для расследования». Он протянул руку и обхватил ее челюсть. – И ты тоже. Но я всегда это знал.

– Потому что ты думаешь, что я могу быть полезна, когда дело дойдет до выявления возможных подозреваемых. Я знаю. Ты это ясно дал понять.

– Не только из-за этого. Есть и другие способы составить список подозреваемых. Возможно, менее эффективный, но осуществимый. Нет, Рэйчел Блейк, ты важна для меня по множеству других причин.

Она внимательно смотрела на него, ее янтарные глаза немного горели от равной доли женской осведомленности и осторожности. В атмосфере кружилась энергия, такая интимная, которая будоражила чувства. Он был напряжён, твёрд и на грани.

Он наклонился вперед и слегка поцеловал ее. Достаточно, чтобы почувствовать ее вкус. Это была ошибка, потому что маленькая ласка подействовала как спичка на растопку. Желание пронзило его.

Она не отстранилась, но и не бросилась в его объятия. Когда он поднял голову и посмотрел на нее, он увидел глубокие тени в ее глазах. Он знал их. Она хотела его, но не доверяла ему, по крайней мере, не так, как нужно доверять мужчине, прежде чем лечь с ним в постель.

Он опустил руку. Она была права, что была осторожна с ним, – более права, чем могла себе представить.

Она отступила назад, скрестила руки на груди и сунула руки в рукава халата.

– Я пошла наверх, – сказала она вежливо. – Пожалуйста, выключи свет, когда пойдешь на диван.

Она выбежала из кухни, подол ее халата бился о ее лодыжки. Он прислушивался к ее легким шагам на лестнице. Она практически бежала от него.

Он выключил свет на кухне и вернулся на диван. Он не лег. Вместо этого он некоторое время сидел, наблюдая за тлеющими углями в камине и задаваясь вопросом, почему женщина, которая могла получить доступ к скрытой энергии практически любого камня, сбежала из Заповедника с горсткой камней, не имевших очевидной ценности.

Когда этот ход мыслей не привел ни к чему полезному, он прекратил эти размышления и вместо этого сосредоточился на тайне Рэйчел Блейк. Он не добился никакого прогресса в этом направлении, но обнаружил, что может сидеть глядя на огонь и думать о Рэйчел до конца ночи.

Что он и сделал.

Глава 4

На улицах Фриквенси Сити его называли Торговцем. Он специализировался на элитном черном рынке. Говорили, что за определенную плату он мог достать все, что вы пожелаете.

Однако в этот момент он не мог получить то, чего больше всего хотел. Время истекало. Все пошло не так. Разочарование и ярость нарастали в нем.

Он взял кувалду и ударил ею по замерзшему водопаду. Кроме резкой отдачи в плечо, ничего не произошло. Удар не выбил даже щепку из барьера большого хранилища из кварца.

– Дерьмо.

Разочарование и ярость охватили его. Он бросил молоток и уставился на прозрачный барьер. Он был чертовски близко.

Кварцевый свод простирался от одной стены пещеры до противоположной стороны и от пола до потолка. Он перекрыл весь проход. Каскады твердого дожделита закрывали оба конца.

Он мог видеть сокровища внутри – артефакты древних технологий пришельцев стоили целое состояние на черном рынке. Но что бы он не пробовал, не могло пробить проход в барьере. Кварцевые стены оказались столь же непроницаемыми. Прозрачный камень был таким же твердым, как зеленый кварц, который пришельцы использовали для строительства своих городов и катакомб. Ничто, созданное людьми, не могло разрушить их.

Он сжал кулак и ударил им по дожделиту. Он сделал это только один раз.

– Дерьмо.

Морщась от боли, он повернулся и прошел через освещенную пси-пещерой в кварцевый туннель сквозь искусственное море.

Морские чудовища, плававшие и ползающие по глубинам, следили за ним своими холодными, немигающими глазами. Их щупальца извивались, а плавники колыхались в потоке. Торговец проигнорировал их.

Есть только один человек, который мог своим талантом открыть двери хранилища. В прошлый раз что-то пошло не так, но Рэйчел Блейк снова оказалась в пределах досягаемости. К сожалению, произошел новый поворот. Гарри Себастьян, человек, отвечающий за безопасность Заповедника, сейчас находился на острове. В городе не было секретом, что он вел расследование.

Но это было не самое худшее. Настоящая проблема заключалась в том, что Себастьян явно чувствовал, что Рэйчел – ключ к успеху. Его интуиция охотника направила его по правильному пути, почти сразу после прибытия.

Разочарование Торговца грозило подавить здравый смысл. Он заставил себя эмоционально отстраниться и подумать. Одно было ясно: чтобы добраться до Рэйчел, ему сначала придется избавиться от Гарри Себастьяна.

Глава 5

Колокольчик над дверью «Шедоу-Бэй Букс» рьяно звякнул. Вошла Шарлотта Энрайт, владелица антикварной лавки «Зазеркалье». Рекс, пушок-компаньон Слэйда, сидел у нее на плече. В одной из шести лап Рекса был его любимый предмет – маленький, элегантный и очень дорогой старинный клатч. Он взволнованно загудел при виде Дарвины и спрыгнул на пол.

Он пробежал через книжный магазин в кафе в задней части. Дарвина ждала его на подоконнике, и он вскочил, чтобы присоединиться к ней. Она любезно дала ему часть вчерашнего печенья, которое жевала. Они о чем-то перешептывались.

Хотя Рэйчел и открыла входную дверь магазина, на окне все еще висела табличка «Закрыто». Официальное время открытия – девять. Сейчас всего восемь тридцать. Джилли Финч, помощница Рэйчел по совместительству, еще не приехала. Кафе и магазин были в полном распоряжении Рэйчел, Шарлотты и пыльных кроликов.

– Как думаешь, это зарождение любви? – спросила Шарлотта. Она кивнула в сторону Рекса и Дарвины.

– Или просто курортный роман, – сказала Рэйчел. Она пошла за стойку, чтобы налить чаю. – Трудно сказать, когда это касается пыльных кроликов.

– Как и у людей, по крайней мере вначале, – сказала Шарлотта. – Нужно время, чтобы понять, что на самом деле движет отношениями, не так ли?

В ее карих глазах светилось веселье и дружеское сочувствие. Рэйчел печально улыбнулась ей. Они познакомились и подружились на летних каникулах, еще когда были подростками. Их семьи отдыхали на острове, и у каждой из них были тети – местные жители.

Однако после окончания средней школы жизнь развела их. Шарлотта отправилась в колледж и в конце концов сделала карьеру торговца паранормальным антиквариатом. Рэйчел изучала исцеление кристаллами в Академии Гармонического Просвещения и продолжила практику в Институте Просвещения, пока не решила попытаться найти свое место в обычном мире.

Сейчас они обе вернулись на Рейншедоу, и казалось, что их дружба находилась в спячке, пока они были в разлуке. Она расцвела сразу же, как только извилистые пути привели их обратно на остров.

– Не надо тактичности. – Рэйчел поставила на стойку две чашки чая. – Я прекрасно понимаю, что новость о том, что Гарри провел ночь у меня, является главной темой пересудов в городе этим утром. Я накормила его завтраком и выставила из дома, как только смогла, но Хэнк Левенсон, рыбак, проезжал мимо как раз в тот момент, когда Гарри отъезжал от моего дома на своем большом внедорожнике.

– Трудно замаскировать такую машину. Все в городе знают, что она принадлежит Гарри.

– Это точно.

– Как он оказался у тебя? – спросила Шарлотта.

– Он поехал в город поужинать. Когда разразился шторм, он решил вернуться, но дорогу перегородило дерево. По крайней мере, именно такую историю он мне рассказал.

– Ты сомневаешься?

– Скажем так, я знаю, что по дороге к хижине сторожа есть дерево. Но была ли дорога заблокирована – другой вопрос.

Шарлотта улыбнулась. – Зачем ему это / А смысл?

– Это означает, что если бы Гарри действительно навешал мне лапши на уши, он бы позаботился о том, чтобы она выдержала проверку.

– Ну, Слэйд говорит, что на дорогах действительно есть несколько поваленных деревьев.

– Ладно.

– И, честно говоря, если бы он не смог вернуться в хижину, у Гарри не было выбора, – сказала Шарлотта. – Ты находишься ближе всех.

– Ага.

– Я могу сказать, что ты не совсем убеждена.

– Ха-ха. Совсем не убеждена.

Шарлотта улыбнулась. – Был действительно сильный шторм.

Рэйчел сложила руки на стойке. – Знаешь я подумывала разместить на витрине магазина баннер с надписью «НИЧЕГО НЕ БЫЛО ПРОШЛОЙ НОЧЬЮ», но решила, что это пустая трата времени и энергии. И это не совсем правда.

– Ух ты. – Глаза Шарлотты расширились за стеклами стильных очков. – Что-то произошло?

– Да, но не слишком надейся. Я скормила ему остатки лазаньи, а затем он шантажировал меня, заставляя помочь в расследовании того, что происходит в Заповеднике.

– Шантажировал? – Шарлотта выпрямилась в ярости.

– Я знаю, о чем ты подумала. – Рэйчел по-цокала языком. – Какой оригинальный способ знакомства?

– Подожди, вот расскажу об этом Слэйду.

– Спасибо, конечно, но не беспокойся. Я несколько преувеличила. Точнее было бы сказать, что на меня оказали давление, чтобы я согласилась помочь. И уже слишком поздно отступать. Я согласилась.

– Но почему? Как? – Шарлотта нахмурилась. – И что, черт возьми, мог использовать Себастьян, чтобы оказать на тебя давление?

– Ну весь город Шедоу-Бэй.

– Не поняла?

– Вот в чем проблема, – начала Рэйчел. – Гарри думает, что кто-то в городе причастен к тому, что происходит в Заповеднике. Если я не воспользуюсь своим талантом, чтобы помочь ему сузить круг подозреваемых, он будет действовать по-своему усмотрению и, скорее всего, отдаст приказ об эвакуации.

– Вот черт. Слэйд говорил что-то о возможной эвакуации, но я не думала, что до этого дойдет. – Шарлотта остановилась, нахмурившись. – Я сомневаюсь, что это сработает. Ты знаешь местных. Многие просто проигнорируют приказ. Они посчитают, что это своего рода заговор с целью захватить их собственность или узнать их секреты или что-то в этом роде. На Рейншедоу масса людей, у которых есть причины скрывать свое прошлое.

– Я предупреждала Гарри, но он считает, что все, что происходит в Заповеднике, потенциально весьма опасно.

– Итак, ты согласилась помочь.

– Да, но я все равно считаю, что он абсолютно не прав.

– В том, что ситуация в Заповеднике становится опасной? – Шарлотта покачала головой. – Слэйд с ним согласен. Я была за забором и могу сказать, что в Заповеднике много энергии пси.

– Я не имела в виду, что Гарри ошибается насчет проблем в Заповеднике. Я имела в виду, что, по моему мнению, он ошибается относительно того, что причастен кто-то из местных. Большинство жителей живут здесь уже много лет. Почему проблемы начались сейчас, если в них замешан один из аборигенов? Почему раньше все было тихо?

Шарлотта осторожно прочистила горло. – Не все из нас давно живут на острове. Возьми меня, например. И Слейда. Мы оба недавно вернулись на остров.

Рэйчел вздрогнула. – Как и я. Но мы – исключения. В любом случае, я думаю, что мне лучше присматривать за Гарри Себастьяном. Я знаю большинство местных жителей и понимаю их. Я постараюсь удержать Гарри от неправильных выводов.

– Я согласна. И это ненадолго. Мы со Слэйдом вернемся через неделю, а если понадобится, и раньше. Ты знаешь Слэйда. Он будет держать руку на пульсе, пока мы будем знакомиться с родственниками в Фриквенси Сити. Он очень, очень серьезно относится к своим обязанностям начальника полиции.

Рэйчел улыбнулась. – Я знаю.

– Если возникнут какие-то проблемы, он вернется в течении несколько часов.

– Обнадеживает, – сказала Рэйчел.

– И так чего еще не произошло прошлой ночью, а? – Шарлотта одарила ее оценивающим взглядом. – Немного лазаньи и тонкий шантаж.

– Боюсь, на этом все. – Рэйчел взяла свою чашку. Она решила не упоминать о поцелуе на кухне. Это не имело большого значения, – подумала она.

– Ну, так получилось, – сказала Шарлотта, – что у меня есть для тебя небольшая сплетня.

– Звучит интригующе, – сказала Рэйчел. – Давай выкладывай.

Шарлотта покачала головой. – Тебе никогда не стать членом сообщества ГП.

– Эй, согласно Принципам, все знания поучительны. Насколько я понимаю, это включает в себя и сплетни.

– В данном случае то, что я тебе скажу, может немного сбалансировать гармонические весы, потому что это касается Гарри. – Шарлотта понизила голос, хотя в магазине больше никого не было.

– Слэйд проверил его биографию, как только узнал, что Фонд отправит на остров Гарри.

Вспышка беспокойства пронзила чувства Рэйчел. – Что он выяснил?

– Гарри Себастьян заключил Брак по Завету два года назад.

Пол разверзся под ногами Рэйчел. От шока у нее перехватило дыхание. Как она могла так ошибаться насчет Гарри Себастьяна? Она изо всех сил пыталась осознать то, что только что сказала Шарлотта.

– Ты уверена, что нет какой-то ошибки? – прошептала она. – У меня сложилось впечатление, что он не состоял в браке, даже по расчету.

– Он не женат, – сказала Шарлотта. – По крайней мере, больше.

Рэйчел удалось сделать вдох. – Вдовец?

– Нет. Через три недели после свадьбы жена Гарри подала на развод.

Рэйчел показалось, что пол снова ушел у нее из под ног.

– О боже, – выдавила она. – Если оставить в стороне скандал и прочие прелести, развод – это юридический и финансовый кошмар.

– Это точно.

– Должно быть, это стоило ему целого состояния.

– Я уверена, что так оно и было. Но у Себастьянов есть состояние. Да и сам Гарри очень богат.

Рэйчел отпила еще чая и медленно опустила чашку. – Причин для развода не так уж и много. Те, что существуют, узконаправленные и довольно строгие.

– В этом случае мы можем исключить большинство из них. Обе стороны были значительно старше брачного возраста. Никаких психических заболеваний и не было двоеженства.

Рэйчел покачала головой, скорее озадаченная, чем шокированная. – Тогда почему?

– Очевидно, – начала Шарлотта. – развод был оформлен в соответствии с новыми законами, предусматривающими расторжение брака в случаях непреодолимой пси-несовместимости. Жена Гарри обратилась в суд с просьбой разрешить развод на том основании, что природа таланта Гарри заставляет ее опасаться за свою безопасность и здравомыслие.

Рэйчел фыркнула. – Ну, это чистое призрачное дерьмо.

Шарлотта прочистила горло. – Извини? Я только что услышала, как ты произнесла «призрачное дерьмо»?

– То, что я выросла в ГП, не означает, что я не знаю языка.

– Я в шоке. – рассмеялась Шарлотта.

– У невесты, должно быть, был очень сильный приступ свадебного мандража после церемонии, – сказала Рейчел. – Ужасный поступок с ее стороны. Я думаю, что она должна была понять, что не хочет выходить замуж за Гарри еще во время помолвки.

– Помолвка была довольно короткой. Всего пару месяцев. Гарри и его невеста познакомились не через агентство.

– Наверное, потому, что ни одно агентство не взяло бы Гарри в качестве клиента, – сказала Рэйчел. – Его талант немного нестандартный.

– Кому ты это говоришь, – сказала Шарлотта. – Ты разговариваешь с женщиной, которую каждое агентство в Фриквенси Сити объявило несовместимой, помнишь?

– Помню.

– Как бы то ни было, брак расторгли через три недели после свадьбы. Все прошло максимально тихо, но развод всегда оставляет социальное клеймо.

– Однако в данном случае удар принял на себя Гарри, – сказала Рэйчел.

– Да. Бывшая жена вышла чистенькой и невредимой. Она оказалась пострадавшей стороной. Фактически, сейчас она помолвлена с другим. На этот раз она нашла кого-то через агентство.

– Бедный Гарри.

– Прошу прощения? Бедный Гарри?

– Всю оставшуюся жизнь он будет парнем, чья жена развелась с ним, потому что он напугал ее до смерти, – сказала Рэйчел.

– Тяжелое обвинение, мужчине трудно с таким смириться, это точно. Если до развода он был неподходящей парой, сейчас у него вообще нет шансов найти агентство, которое возьмет его в качестве клиента.

Рэйчел барабанила пальцами по стойке и думала о жаре, который царил на кухне прошлым вечером, когда Гарри поцеловал ее.

– Что-то подсказывает мне, что в этой истории есть нечто большее, – сказала она.

Колокольчик над дверью снова зазвенел. Гарри вошел в магазин со Слэйдом Эттриджем. Энергия мощных мужских аур наполнила атмосферу небольшого пространства. «Пара охотников», – подумала Рэйчел.

Рекс приветственно угукнул с подоконника и несколько раз махнул клатчем.

Шарлотта повернулась на табурете лицом к Слэйду.

– Привет, красавчик, – сказала она насмешливо-знойным голосом. – Ты часто тут бываешь?

– Когда знаю, что ты здесь, – сказал Слэйд. Он пересек книжный магазин и зашел в кафе и поцеловал Шарлотту. Это был быстрый, собственнический поцелуй, который не оставлял сомнений в сильной связи и чувстве преданности между ними двумя.

Рэйчел остро ощущала энергию, царившую в атмосфере вокруг этой пары. Краем глаза она заметила, что Гарри вдруг сильно увлекся картиной с изображением крошечного городка Шедоу-Бэй, которая висела на стене. Она знала, что он тоже чувствовал токи, кружащиеся в комнате. Пси-связь между Слэйдом и Шарлоттой была настолько сильной, что ее могли почувствовать даже люди с минимальным уровнем таланта. Конечно, все на острове были убеждены, что эти двое созданы друг для друга.

Согласно Принципам, любовь была самой мощной из всех энергий. Она охватывал всю гамму спектра от нормальной зоны до самых дальних уголков паранормальной. Рэйчел могла поверить в это, когда смотрела на Слэйда и Шарлотту вместе.

Правда, процесс влюбленности оказался для них непростым. Однажды летом, еще подростками, они познакомились на Рейншедоу, но жизнь на несколько лет развела их. Однако, вернувшись на остров уже взрослыми, они заново открыли друг друга. Были еще один или два небольших сбоя – кто-то пытался их убить, и Слэйд обнаружил, что где-то глубоко в сердце Заповедника все идет не так хорошо.

Тем не менее, свадьба была не за горами, и Рэйчел была рада за них. Они заслужили свое счастье. Шарлотта и Слейд нашли что-то очень ценное и очень редкое – любовь, которая с годами будет только крепнуть.

По телу Рейчел пробежала дрожь. Интуиция заставила ее взглянуть на Гарри. Он больше не изучал картину. Он смотрел на нее с задумчивым, можно даже сказать подозрительным, выражением.

Дарвина и Рекс тоже наблюдали за ней. Они моргнули голубыми глазками и изо всех сил старались выглядеть очаровательно/ милыми. – Им не нужно было сильно стараться, – подумала она. Пушки, как правило, выглядели мило, хотя и неряшливо, – по крайней мере, пока они не переходили в режим охоты. Как гласит старая поговорка: Когда видишь их зубы, уже слишком поздно.

– Счастливчики, – сказала она им. Она подошла к концу стойки и сняла стеклянную крышку с подноса, на котором держала печенье и сладости. – У меня осталось ровно две вчерашних печенюшки, шоколадно-кофейных.