Текст книги "Господин Счастливчик"

Автор книги: Джеймс Суэйн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

24

Ламар Биггс вытащил Джерри из окружной тюрьмы Гаррисона в пять утра. На нем были джинсы и рубашка с надписью «Штат Миссисипи». Вид у него был изможденный. В участке Ламара знали все, что лишь утвердило Джерри в мысли, что он никакой не охранник казино, а как-то связан с полицией.

– Объясни, что произошло, пока ты ехал, – сказал Ламар.

Джерри смотрел в ветровое стекло. Они ехали по магистрали I-10, идущей с востока на запад. По шести полосам неслись машины из Флориды в Западный Техас. Вокруг раскинулись пустоши, убитые промышленностью. От проезжающих машин в воздух поднималась белая пыль. Джерри очень захотелось домой, к жене и дочурке.

– Трое парней спихнули меня с Сорок девятого шоссе около лесопилки, – начал он. – У них были помповые ружья. Они пытались меня убить. Я подумал, что терять мне нечего, и нажал на рычаг, над которым было написано: «Не трогать!» Он высвободил сотню бревен, они раскатились и придавили парней насмерть.

Ламар что-то невнятно буркнул. Он вел машину, как нью-йоркский таксист, наклонившись вперед, едва не прислоняясь подбородком к рулю. Ламар свернул с автострады и через пять минут замедлил ход на проселке без указателей. Рядом показался красивый двухэтажный дом, крытый черепицей. Ламар подъехал к нему и заглушил двигатель.

– Ты тут живешь? – спросил Джерри.

– Ага. Решил, что это самое подходящее место для тебя. Безопасное.

Джерри уставился на него.

– А чего мне прятаться-то?

– Жена завтрак готовит, – продолжал Ламар. – Давай сначала поедим. А потом я тебе растолкую, что происходит.

На пороге до них донесся запах жарящихся сосисок. За обеденным столом было всего два места. Ламар указал на одно из них. Джерри плюхнулся на стул. Достав телефон, он включил его и вошел в голосовую почту. Звонили Иоланда и отец. Оба встревоженные до предела. Дверь в кухню распахнулась. Вышла Изабель, та самая женщина из Луизианы, с которой Джерри виделся накануне. Она принесла две тарелки, от которых поднимался пар. Изабель поставила их на стол, не переставая улыбаться Джерри.

– Слышала, вам несладко пришлось, – сказала она. – Надеюсь, это поможет.

Джерри посмотрел в тарелку. Кукуруза, сосиски, кирпичик омлета с зеленью и два горячих тоста. Вот что ему особенно нравилось на Юге. Никаких диет. Джерри с аппетитом набросился на еду.

– Эти трое, которых ты порешил, – братья Дабб. – Ламар расправился с едой и отодвинулся от стола. – Киллеры. Работают на мафию Дикси.

Вилка выпала из руки Джерри и звякнула о тарелку.

– В Миссисипи есть мафия?

– Ага. Не итальянцы. Но сами себя именно так величают. Доел?

Джерри кивнул, Ламар поставил одну тарелку на другую и унес в кухню. Вернулся он с кофейником, налил кофе Джерри, даже не спросив, потом себе и сел.

– Еще до того как появились казино, Миссисипи был самым нищим штатом Юга. Джесси Джексон [34]34
  Джесси Джексон (р. 1941) – американский правозащитник, один из самых влиятельных религиозных лидеров среди афроамериканцев.


[Закрыть]как-то сравнил его с Эфиопией. Мафия Дикси всю преступность держала в своих руках. В основном это была наркота: амфетамины и кокаин. Плюс проституция и азартные игры по мелочи. Время от времени даже веселым соком приторговывали.

– А что это?

– Выпивка самопальная. Потом стали открываться казино. Ну и игорные притоны как ветром сдуло. А со временем и в других занятиях им пришлось потесниться. Клиентов становилось все меньше. – Ламар вытряхнул зубочистку из коробочки и сунул ее в рот. – А сейчас я тебе скажу то, что не надо никому передавать.

– Хорошо, – согласился Джерри.

– Мафия Дикси просочилась в «Волшебство Дикси». Может, и в другие казино в городе. Крадут кучу денег. Это их последний рубеж, так сказать. Дальше отступать некуда.

Джерри понял всю серьезность слов Ламара. Если даже пойдут слухи о том, что в Миссисипи люди из организованной преступной группировки работают в казино, игровому бизнесу в штате моментально придет конец. И скажется это на всем, начиная от здравоохранения и заканчивая образованием.

– А ты каким боком к этому относишься? – спросил Джерри.

– Я возглавляю полицейский отдел Комиссии по азартным играм Миссисипи. Изабель и все, кто вчера с тобой встречался, работают со мной. У меня задание: вычислить, как мафия Дикси обманывает казино, и отправить за решетку всех замешанных.

– Ух ты!

– Точнее не скажешь. Хочу задать тебе вопрос. И мне нужен честный ответ.

Джерри напрягся.

– Хорошо.

– Что там у вас случилось вчера с Тексом Снайдером?

Джерри знал, что правда может быть и лучшим другом, и злейшим врагом. Все зависит от того, как ее подать. Он поставил локти на стол и начал вполголоса:

– Текс попросил помочь ему развести одного лоха в покер. Предложил пятьдесят тысяч. Совру, если скажу, что меня это не заинтересовало.

– Но ты отказался.

– Точно. Отказался и свалил.

Ламар ковырял в зубах зубочисткой.

– Это многое объясняет.

– Что?

Ламар едва заметно ухмыльнулся.

– По нашим сведениям, лоху повезло. Он выиграл у Текса несколько сот тысяч. Но проблема в том, что Текс-то играл не на свои. Бабки ему мафия Дикси дала.

Джерри показалось, что его ударили хлыстом.

– И они…

– Пришли за ним? Еще как. Братья Дабб измордовали Текса до полусмерти. Он сейчас в больнице. Состояние критическое. Я так думаю, Текс им сказал, что ты его подставил и всю схему ему нарушил. Поэтому-то Даббы за тобой и рванули.

Джерри посмотрел в чашку и сделал глубокий вдох. Если бы Иоланда не поднесла дочку к телефону, он, наверное, согласился бы на предложение Текса и обыграл этого лоха. И тогда стал бы соучастником мафиозной группировки.

– Я под прицелом?

– Именно. Пока мы не выловим последнего Дабба.

– Еще один брат?

– Нет, папаша. Зовут Хак. Это он отправил ребят изметелить Текса. И сынков своих к тебе послал. – Ламар вышел из-за стола и вернулся со снимком, сделанным в полиции. – Можешь себе оставить.

Джерри посмотрел на снимок Хака Дабба. Лет пятьдесят пять, в комбинезоне. По виду – деревенщина с жидкой бороденкой и волосами в носу. Джерри опустил фотографию в карман рубашки.

– Ты нужен полиции в качестве свидетеля, – предупредил Ламар. – И вот что я тебе предлагаю. Можешь пожить у нас с Изабель. Хочу быть уверен, что тебе ничто не грозит. А ты пока домашненького покушаешь.

– И долго?

– Дня три. Максимум четыре.

– И все?

– У нас тут закон быстро работает.

Джерри задумался. Если положение Ламара в Комиссии по азартным играм такое, как у полицейского начальства в других штатах, то он человек могущественный. Настолько, что может велеть полиции засунуть Джерри в убогий мотель и следить за ним двадцать четыре часа в сутки. А предложение пожить у него – это уже не исполнение служебного долга.

– Рад, что могу помочь, – ответил Джерри. – Спасибо за гостеприимство.

Ламар улыбнулся одними глазами.

– В обмен я попрошу тебя кое-что сделать.

– То есть великолепная стряпня Изабель даром не дается?

– Вроде того. «Волшебство Дикси» обдирают как липку. Посмотри за играми. Может, чего заметишь. Нам бы это очень помогло.

Джерри снова глубоко вдохнул. Похвастался, что разбираешься в казиношных мошенничествах, – получай. Когда же ты прекратишь врать, отругал себя Джерри, понимая, что вряд ли прекратит. Слишком уж давно он этим занимался – затянуло. А с помощью отца и Мейбл он вполне может распутать это дело.

– Я с радостью, – заверил Джерри.

Изабелль не разрешала курить в доме. Джерри вышел на улицу, встал за гаражом и закурил. Поднеся спичку к сигарете, заметил, что руки трясутся: он едва не вляпался в большие неприятности. Но его почему-то пощадили. Джерри подумал, что это может быть связано с его исповедью отцу Тому месяц назад. Очиститься от грехов было очень трудно. Но оставаться безгрешным еще труднее. Теперь он это понял и испугался.

Джерри вытащил фотографию Хака Дабба из кармана и посмотрел на нее. Как он отреагировал, когда узнал, что трое его сыновей переехали на небеса? «Небось, ищет меня повсюду прямо сейчас», – подумал Джерри.

Он включил телефон. Джерри не говорил с Иоландой после стычки с Даббами. Не знал, как объяснить ей, что он только что убил троих, пусть даже это была самооборона. Джерри уже столько раз разочаровывал жену, что не мог обрушить на нее еще и это. Поэтому решил подождать до возвращения домой. Трусость, конечно, но поступить иначе у него не было сил.

25

Мейбл открыла дверь дома Тони и начала набирать номер на панели сигнализации, когда зазвонил телефон в кабинете. Ей не нравилось приходить в воскресенье утром, но в отсутствие Валентайна выбора не было. Субботний вечер – самое прибыльное время в казино по всему миру. И удобнее для мошенников, чем любое другое.

Сигнализация пикнула, приняв код. Мейбл прошла по коридору в кабинет. Телефон умолк, но тут же затрезвонил снова. Она подумала, что звонивший нажал быстрый повтор последнего номера. Видимо, что-то серьезное.

– «Седьмое чувство», – бодро ответила Мейбл.

– Вы мысли на расстоянии читаете?

Тони. Она присела на стул у стола.

– Нет, гадаем на картах Таро и чайном листе.

– А по руке?

– Боюсь, нет. Мне как-то один колдун гадал по руке. Сказал, у меня влажное будущее, и плюнул мне в ладонь.

Валентайн захохотал. Смеялся он заразительно. Мейбл вдруг поняла, что в последнее время он редко смеется. Очевидно, из-за этой несносной дамы из Лас-Вегаса, Люси Прайс. Стоило ей позвонить, и у Тони моментально портилось настроение.

– Джерри не звонил? – спросил он.

– Иоланда говорила с ним вчера вечером. Джерри встретился с Тексом Снайдером, но ничего толком не узнал. Он уже ехал домой.

– Текс считает, что его не обманули?

– Именно так. Это плохо?

– Это одна из частей головоломки, которая не вписывается. Исход игры можно подстроить. Но обмануть игрока в покер мирового класса – это совсем другое дело.

Мейбл оторвалась от чтения электронной почты.

– Так ты полагаешь, что Рики Смит – мошенник?

– Скажем так, я что-то нащупал.

Компьютер Тони стоял на столе. Мейбл изучала содержимое его электронного почтового ящика. Со вчерашнего дня пришло больше десяти писем из разных казино. При обычных обстоятельствах Тони попросил бы ее зачитать их. Значит, не просто нащупал, догадалась Мейбл.

– Хочу попросить тебя прокатиться и пошпионить немного, – сказал Валентайн. – Можешь?

– Сегодня?

– Угу. Возьми с собой Иоланду и малышку. Заодно и проветритесь.

– Да ты просто кладезь чудесных идей. Еще предложи устроить пикник. Так куда ехать-то?

– В край фантазий.

В полдень Мейбл завела свою «Тойоту», проехала полквартала и затормозила у дома Иоланды. К ее удивлению, Иоланда вышла через несколько секунд, держа дочку одной рукой. В другой она несла автомобильное детское кресло. Мейбл впервые видела молодую мать, которая не опаздывает. Иоланда усадила девочку, пристегнула и плюхнулась на переднее сиденье.

– Ну, поехали, – сказала она.

Мейбл смотрела на нее во все глаза.

– Готовишься к роли суперженщины?

– Я? Почему?

– Мамочки всегда опаздывают. Традиция такая.

– Джерри недавно звонил. Взбудоражил меня, – ответила Иоланда, сияя улыбкой. – Собирается задержаться в Галфпорте еще на несколько дней. Комиссия по азартным играм Миссисипи попросила помочь им.

Мейбл дала задний ход.

– Ты как будто рада, что он задерживается.

– Ой нет, что вы. Я ужасно скучаю по нему. Просто… – Иоланда пыталась подобрать точное слово. – Мне всегда хотелось, чтобы Джерри занимался делом. Мне кажется, работа с отцом пойдет ему на пользу.

Мейбл протянула ей листок, лежавший на сиденье. Это был маршрут, который она скачала с сайта «Мэпквест» и распечатала. Иоланда пробежала глазами по листу.

– Так мы сюда едем? – уточнила Иоланда.

– Да. Городишко называется Гибсонтон. Примерно час езды отсюда.

– И что там в этом Гибсонтоне?

– Балаганщики.

Гибсонтон стоял в восьми милях к югу от автострады. Дыра дырой. И городом-то не назовешь: несколько магазинов и семейных ресторанчиков вдоль пустынной улицы, парковка для трейлеров в конце. Обычный сонный городок Центральной Флориды. Мейбл ощутила некоторое разочарование. В детстве она любила проводить время на ярмарках. И ей представлялось, что по городу ходят люди на ходулях и на каждом углу стоит жонглер. Иоланда указала на здание через дорогу. Гриль-бар «Город веселья» – оповещала рукописная табличка.

– Зайдем? – предложила Иоланда. – Нам надо подгузник поменять.

Мейбл подъехала ко входу. Дорога заняла меньше времени, чем она предполагала. Часы показывали всего лишь половину первого, а в барах и ресторанах продажа спиртного до часа дня в воскресенье запрещена. Поэтому Мейбл ожидала найти заведение пустым и подумала, что они с Иоландой перекусят и подождут завсегдатаев.

«Город веселья» был вполне обычной забегаловкой с длинной стойкой в пятнах и несколькими столами в зале. В баре было всего два человека: бармен, тощий, как палка, мужчина лет шестидесяти, теребивший козлиную бородку, и гном, сидевший на табурете у стойки со стаканом томатного сока. Оба поздоровались.

– Добрый день, – ответила Мейбл, подойдя к стойке. Зеркало над ней было утыкано открытками с изображением бродячих цирков и артистов. Гном церемонно снял шляпу, из складок которой выпорхнула бабочка. Он хихикнул.

– Меня зовут Брауни. А это Малыш Пит, – представил бармен. – Чем можем помочь вам, дамы?

– Я собираю информацию о ярмарке, которую все время выгоняли из Панама-Сити, и надеялась, что вы, джентльмены, что-нибудь мне расскажете.

Малыш Пит оглянулся через плечо.

– Джентльмены? Вы о ком?

– О вас, – ответила Мейбл.

– Эй, – крикнула Иоланда из другого конца зала.

Мейбл обернулась.

– Что случилось, милая?

– Дверь в женский туалет – это не дверь.

Зал был плохо освещен. Мейбл прищурилась и посмотрела туда, куда указывала Иоланда. Дверь в мужской туалет. Рядом дверь в женский с латунной табличкой. Иоланда толкала ее, но та не открывалась.

Малышка плакала, а ее мама теряла терпение. Мейбл подошла к ним, предположив, что дверь заперта. Только в шаге от нее она поняла, что это обманка. Дверь была нарисована на стене. Причем так детально и точно, что отличить невозможно.

– За углом, – крикнул Брауни.

– Нашли предмет для розыгрыша, – буркнула Иоланда и убежала.

Мейбл обернулась к бару. Бармен и гном улыбнулись ей. Малыш Пит указал на ее голову.

– Ваши волосы. Растрепались.

Мейбл коснулась волос. Она любила убирать их наверх. Гном кивнул в сторону зеркала на дальней стене. Мейбл подошла к зеркалу и вскрикнула. В нем отражалось все, кроме нее самой.

Она дотронулась рукой до зеркала. Снова рисунок на стене. Обстановка зала была воспроизведена детально, вплоть до ведра на полу и серебристых коробочек с салфетками на столах.

– Впечатляет, – сказала Мейбл двоим шутникам. Ухмылка Брауни подсказала, что это его проделки. Она двинулась через зал. Малыш Пит ткнул пальцем в пол.

– Осторожно!

Мейбл увидела открытый люк с откинутой крышкой. Она машинально остановилась и дотронулась до крышки ногой. Опять нарисовано. Она изумленно покачала головой. Странно: ведь понимаешь, что обманка, а мозг все равно заставляет осторожничать. Мейбл несмело переступила через люк к удовольствию обоих зрителей.

Дойдя до барной стойки, она шлепнула ладонью по ней.

– Думаю, за это стоит выпить. Как у вас с имбирным элем?

Брауни разыскал бутылку эля в холодильнике и налил его в стакан с колотым льдом.

– За счет заведения, – сказал он.

– Что это за рисунки такие? – спросила Мейбл, сделав глоток. – Никогда подобного не видела.

– Тромплей, – ответил бармен. – Это по-французски «обман зрения». В этой технике все выглядит как настоящее. Надеюсь, мы вас с подругой не обидели.

– Вовсе нет. Мне нравится, когда меня дурачат.

Брауни и Малыш Пит оказались бывшими бродячими артистами, занятыми в интермедиях, вставных номерах. Они как раз рассказывали о своей жизни, когда Иоланда пришла и села у стойки. Девочка спала у нее на руках.

Брауни с Малышом Питом за сорок лет исколесили всю страну с цирками и ярмарками. Брауни начинал как клоун еще в юности. Раскрашивал лицо кремом для бритья и помадой. Малыш Пит сообщил, что лично ему никакой грим вообще не нужен.

– Повзрослев, я стал «говоруном», – продолжал Брауни. – Это такой человек, который стоит у палатки и убеждает толпу купить билет. У нас была «зазывальня» – такая маленькая сцена, где показывают номер-другой бесплатно, чтобы заманить зрителя. Еще я выступал «балбесом». Это человек, который начинает и заканчивает представление.

– Наверное, ни минутки свободной не было, – посочувствовала Мейбл.

– Когда работа, спал часов по пять в день. Но удовольствие получал от каждой минуты.

Мейбл вытащила листок из кармана. Она записала инструкции, которые диктовал Тони по телефону, и теперь сделала вид, что подсматривает в них. Что-то ей подсказывало, что Брауни, если его не остановить, может разглагольствовать весь день.

– Вам не доводилось слышать о ярмарке из Флориды? – спросила Мейбл. – Ею владела семья цыган. Лет двадцать назад.

– Небось, это ярмарка Шлитци. Они были цыгане.

– Преступники они были, – подхватил Брауни. – Автоматы подкручивали. Деньги у людей крали налево и направо. – Он посмотрел на Мейбл. – Так вы этих ищете?

Мейбл глянула в записи. Тони говорил, что цыгане взяли Рики Смита в оборот, когда тот был подростком, и обучили тонкостям своего ремесла. Что может быть пагубнее для молодого человека?

– Наверное, да, – согласилась она.

– Слова о них доброго не скажу. Если ничего не путаю, мать с отцом выдворили из страны. И ярмарка загнулась. Это было примерно…

– Пятнадцать лет назад, – подсказал Малыш Пит, поймавший бабочку под стакан. Сняв шляпу, он ловко сдвинул стакан со стойки и стряхнул бабочку в шляпу, которую тут же нахлобучил на голову.

– Сколько они живут? – спросили Мейбл.

– Эта – уже полтора месяца, – ответил гном.

Мейбл заглянула в листок. Тони обманули во время лотереи. И он решил, что этому фокусу Рики Смит научился во времена странствий с балаганщиками.

– Последний вопрос, – сказала Мейбл. – Один мой друг был на розыгрыше лотереи. Его там надули. Номера были написаны на шариках для пинг-понга. Он считает, что розыгрыш был подстроен. – Она подняла глаза на Брауни и Малыша Пита. – Ничего вам не напоминает?

– Шарики для пинг-понга? – повторил Малыш Пит. – Она сказала «шарики для пинг-понга»?

– Кажется, да, – подтвердил бармен.

Малыш Пит подскочил на стуле и запрыгнул на стойку. Потерял равновесие и чуть не упал, но вдруг резко выпрямился. Мейбл подумала, что у него в стакане не только томатный сок. Он пробежал до конца стойки и схватил бумажный пакет, стоявший на холодильнике. Пит стоял к ней спиной, и Мейбл не видела, что он делает. Но тут Пит повернулся, держа пакет на вытянутой руке.

– Загляните внутрь. И скажите, что там.

Мейбл посмотрела в пакет. Иоланда тоже. Девочка, благослови ее Боже, не издала ни звука. Пакет был набит белыми шариками для пинг-понга. На каждом был отчетливо написан номер. Малыш Пит встряхнул пакет для пущего эффекта.

– Итак, дамы и малышка, смотрите внимательно. Сейчас мой дорогой друг Брауни вытащит пять шариков с закрытыми глазами. А я, всеведущий, всевидящий Малыш Пит, предскажу, какие на них будут номера. Готовы?

Мейбл посмотрела на Иоланду.

– Ты следишь за левой рукой, а я за правой.

– Ладно, – согласилась Иоланда.

– Номера: девять, четырнадцать, двадцать три, тридцать пять и сорок семь. Именно их Брауни достанет из пакета. Девять, четырнадцать, двадцать три, тридцать пять и сорок семь.

Брауни расстегнул пуговицы на манжетах рубашки и закатал рукава до локтей. Его руки были покрыты голубоватыми татуировками с изображением русалок и линкоров. Моряк, стало быть, догадалась Мейбл.

Прикрыв глаза, Брауни сунул руку в мешок и вытащил шарик. На нем было написано «23».

– Двадцать три! Ну скажите же, что я гений. Все так говорят! – объявил Малыш Пит.

Брауни вытащил сразу два шарика. – «9» и «14».

– Двойное попадание! Как он это делает? Никто не знает!

Улыбаясь, Брауни достал четвертый шарик. «35».

– Ну разве он не достоин поклонения! – вскричал гном. Он посмотрел на Иоланду с дьявольской ухмылкой. Потом протянул ей пакет.

– А теперь вы. Достаньте последний. «47».

– Но я не понимаю, как работает ваш фокус, – возмутилась она.

– Не важно, – подбодрил Пит.

Озадаченная Иоланда отдала Мейбл спящую дочку, приподнялась и сунула руку в бумажный мешок. Выражение ее лица моментально изменилось. Мейбл не сразу догадалась, что оно означает. Иоланда поняла, в чем был подвох.

Она вынула руку и протянула Мейбл мячик с номером «47».

– Как ты это сделала? – воскликнула Мейбл.

26

В полдень в дверь позвонили. Валентайн уже пришел к мысли, что не следовало снимать дом в Слиппери-Роке. Ничего глупее он в жизни не делал. Все знали, где его искать. Входную дверь перекосило от бесконечных дождей. Ему пришлось резко дернуть ее, чтобы открыть. На пороге стоял Гейлорд. В форме. Фуражку он держал в руке.

– Сержант Гейлорд. Какой приятный сюрприз.

Сержант глянул на него враждебно.

– Я обычно по воскресеньям не работаю. Но учитывая, что у меня в морге три трупа, приходится вкалывать сверхурочно. Войти-то можно?

– А что вас ко мне привело?

– Вы сами, друг мой.

Валентайн провел его в кухню и предложил стул. Потом сварил кофе в кофеварке, обнаруженный в кладовке. Он не встречал полицейских, которые отказались бы от чашки кофе. Гейлорд не стал исключением. Заправив кофе несколькими ложками сахара, сержант сделал глоток и поморщился.

– Ух, крепкий какой. Вы кофейный наркоман?

– Вроде того.

– У всех свои привязанности. Радуйтесь, что ваша не противозаконна. – Сержант отпил кофе, выпучив глаза. – В общем, дело такое, Тони. Я тут порасспрашивал, позвонил кое-кому, справки о вас навел. Вы в Слиппери-Рок пожаловали не за тем, чтобы мемуары пописывать.

Валентайн подумал, что Гейлорд последним в городе догадался об этом.

– Шило в мешке не утаишь, да?

– От меня – нет. – Сержант ослабил узел галстука. – И вот что я вам предлагаю. Выкладывайте все начистоту. Я хочу знать, почему вы пришли с Рики Смитом в банк. Только не сочтите, что я вас в чем-то обвиняю. Но мне нужно знать правду. И если я почувствую, что вы врете, арестую вас по подозрению в преступлении. Ясно?

Валентайн кивнул. Он некрасиво поступил с Гейлордом, не рассказав ему всего накануне. Это было невежливо. И они оба понимали это. Валентайн отхлебнул кофе и выложил сержанту истинную причину своего приезда в Слиппери-Рок.

Сначала Гейлорд был немногословен. И в его тускло-зеленых глазах не отражалось никаких эмоций. Всем известно, что в маленьких городках полицейские до безобразия тупы. Во многих участках при приеме на работу одним из требований был уровень интеллекта ниже среднего. Почему-то все считали, что человек с мозгами не захочет торчать целый день в патрульной машине. Открыв пачку жвачки, сержант бросил три подушечки в рот и начал яростно жевать. Когда Валентайн умолк, Гейлорд спросил:

– Жвачку будете?

– Нет, спасибо.

Он убрал пачку.

– То есть вы думаете, что Рики все подстроил? И делает вид, что он самый везучий на свете?

– Гипотетически.

– Но доказательств у вас нет.

– Нет, сэр.

– А мотив есть, – сержант продолжал усиленно работать челюстями.

Валентайн покачал головой.

– Да есть, есть. Рики пытается быть не собой.

– Что вы имеете в виду?

Сержант поставил чашку в раковину и сел обратно.

– За большинством ограблений всегда есть мотивация. Грабителю нужны деньги, потому что ему кажется, будто они изменят его и всю его жизнь. Это же пропуск в рай.

Кофеварка по-прежнему работала. Валентайн налил себе еще, вспоминая ограбление банка.

– Да, так думали Бисли и Ларри.

– Именно. – Гейлорд выудил из кармана блокнот и заглянул в него. – Как раз перед тем, как вы их пристрелили, Бисли сказал своему напарнику, что они будут лопать чизбургеры в раю. Это строчка из песни Джимми Баффета. У моей жены все его диски есть. Я вчера вечером эту песню послушал. Знаете, о чем там на самом деле поется?

– Нет.

– О мечте.

Валентайн прихлебывал кофе. Мэри Элис Стокер сказала, что, по ее мнению, везение Рики и ограбление банка каким-то образом связаны. Теперь вот то же самое говорит Гейлорд. Но он никакой связи не улавливал. Валентайн поставил чашку на стол.

– Может, я что-то упустил, но какое отношение это имеет к тому, что Рики Смит выигрывает все подряд? Грабители вели себя так, словно с ним незнакомы.

Сержант закрыл блокнот и бросил его на стол. В его глазах сверкнул огонек.

– Честно говоря, понятия не имею. Но нутром чую – связь есть. У Бисли и пу́гала приводов не было. Что-то их подтолкнуло. – Гейлорд глянул на часы. – Жена меня прибьет.

Он встал.

– К ужину ждет?

– Мы в ресторан идем. У нас сегодня годовщина.

Валентайн проводил сержанта до машины. Гейлорд достал ключи и открыл дверцу. Мимо пронесся джип. Сержант уставился на него, точно ястреб.

– Машину видели? Новехонький «Лексус». А владелец – маляр. Отвалил сорок пять тысяч баксов.

– Говорят, хорошая машина, – заметил Валентайн.

Гейлорд посмотрел на него насмешливо.

– Знаете, сколько новых машин я видел на этой неделе? Ровно двенадцать. «БМВ», «Мерседес-Бенц», «Лексус», даже один устрашающего вида «Хаммер». Я тут шестнадцать лет уже работаю, но столько новых машин не встречал.

– Люди, покупающие их, как-то связаны друг с другом?

– Нет. Просто наши, местные. Заходят в банк, берут ссуду.

Валентайн весь подобрался: «Они покупают в кредит, как и Рики Смит».

– И не только на машины, – продолжал сержант. – Люди берут деньги, чтобы купить телевизор с плазменным экраном, или мотоцикл, или чтобы пристройку к дому сделать. Можно подумать, что Слиппери-Рок хочет в одиночку поддержать нашу экономику.

У Валентайна запиликал телефон. Он достал его и открыл. Звонил Джерри.

– Сын, – пояснил он Гейлорду.

Тот сел в машину и опустил стекло. Затем протянул бумажный пакет. Валентайн взял его и заглянул внутрь. В нем лежал его «Глок».

– Спасибо.

Валентайн посмотрел вслед уезжающему сержанту и поежился. Он вышел на улицу без пальто и теперь пожалел об этом. Старое присловье не врет: северянину всегда холодно, а южанину всегда тепло.

– Ну, как делишки? – спросил он у сына.

– Не сахар, – ответил Джерри. – Я еще в Галфпорте.

Валентайн вошел в дом и захлопнул дверь. Связь стала лучше.

– Ну и сколько ты профукал?

– Ты о чем? – обиделся Джерри.

Валентайн плюхнулся на стул. Сын появился на свет, лягаясь и вопя. И с тех пор был постоянной головной болью для родителей.

– Сколько ты проиграл в казино? Ты же поэтому мне звонишь, разве нет?

– Не, пап, не поэтому. Три брата пытались меня убрать на выезде из Галфпорта вчера вечером. Они из мафии Дикси. Я обрушил на них бревна и убил. Задержусь в Галфпорте, пока полиция не арестует их папашу. Он тоже из мафии Дикси.

Валентайн почувствовал, что сердце сбилось с ритма. В голосе Джерри слышался настоящий страх. Открыв рот, он различил такой же страх в своем.

– Почему они пытались убить тебя?

– Текс Снайдер попросил помочь ему развести лоха. Я отказался. Оказалось, что Текс связан с этими ребятами.

– Ты как? Нормально?

Джерри сделал глубокий вдох. Он говорил, запинаясь. Валентайн пожалел, что сын так далеко, что он не может обнять и подбодрить его.

– Нет, – ответил Джерри.