444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Джек Хэмлин » Игры на выживание (ЛП) » Текст книги (страница 13)
Игры на выживание (ЛП)
  • Текст добавлен: 6 ноября 2026, 10:30

Текст книги "Игры на выживание (ЛП)"


Автор книги: Джек Хэмлин


Жанр:

   

Ужасы


сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

– Что мы будем делать? – наконец спросил Крис.

– Подождем, пока это пройдет, – ответил я ему. – Они вылезли из-под земли, и рано или поздно они снова уберутся обратно.

– Откуда ты это знаешь?

– Потому что им придется. На улицах было полно костей, и я предполагаю, что эти твари вылезали и раньше, пожирали людей или зомби, а потом снова убирались под землю, оставляя после себя кости. Они сделают это снова.

– А если нет?

– Тогда мы что-нибудь придумаем.

Он издал что-то вроде хрюканья. Это был гортанный сарказм. Он не верил ни единому моему слову не больше, чем, наверное, верил я сам. Но это казалось вероятным. Нам просто пришлось бы подождать. Море червей не поднялось выше. Это было плюсом. Нет, оно и не опустилось, но опустится.

Рано или поздно это должно было произойти. Солнце стояло высоко в небе позднего дня. Я знал, что в конце концов оно высушит слизь, и личинки будут вынуждены вернуться обратно в темноту. Неприятная сторона этого сценария заключалась в том, что сейчас была осень и солнце садилось рано, но сегодня ночью станет прохладно, и по мере охлаждения воздуха слизь загустеет, и червям придется с трудом пробираться через нее.

Если этого не произойдет, то завтра, после целого дня пребывания на солнце, это море испарится.

Я надеялся.

Я молился.

Я засунул руку внутрь мотоциклетной куртки Робин, пытаясь достать сигареты из кармана ее рубашки, о которых я знал. Когда я это сделал, моя рука коснулась ее груди. Я чувствовал, как она твердо прижимается к рубашке. Я быстро вытащил оттуда сигареты. Когда я зажег одну, я заметил, что на ее лице появилась легкая ухмылка. Ее глаза были похожи на горячие голубые кристаллы. Я чувствовал, как от нее исходит тепло. Она хотела, чтобы я продолжал прикасаться к ней. Будь мы наедине, не могу сказать, что я бы этого не сделал. Я был не в себе. Я был измотан, опустошен и не мог ясно мыслить. Я рад, что там были Сэнди и Крис. Не думаю, что в тот момент я полностью контролировал свои действия.

– Ты тут немного слишком раскрепостился, не так ли, Большой Стив? – сказала она, наслаждаясь моим смущением.

Это заставило меня улыбнуться и расслабиться.

Мне нужно было взять себя в руки. Эти ребята рассчитывали на меня, и я не мог подвести их, проявив слабость и бесполезность или поддавшись бездумной страсти к девушке, которой меньше половины моего возраста.

Сигарета помогла. Они ужасно вредны для здоровья, и любой дурак это знает, но никогда не стоит недооценивать никотиновую зависимость или то, как быстро она может прояснить голову. Кофе не идет ни в какое сравнение с сигаретами.

Закончив, я открыл сумку с боеприпасами. Там осталось немного еды, но никто не хотел есть. Была одна бутылка воды, и мы поделили ее между собой. Вода была теплой и имела ужасный вкус. В старые времена я бы ее вылил, но не сейчас. Это было ценно. Крису пришлось практически заставлять Сэнди выпить немного. Когда она это сделала, она вышла из своего оцепенения. Она оттолкнула Криса, сказав ему, чтобы он ее не трогал. Что уже было чем-то.

Потом она начала плакать.

– Это хорошо, – подумал я. Ее сестра только что погибла ужасной, насильственной смертью. Совершенно нормально, что она сломалась.

Это было лучше, чем если бы она просто сидела там с этим пустым взглядом. Примерно через час она выплакалась. Мы все обнимали ее, но ни черта не могли сделать, чтобы облегчить ее страдания.

Через некоторое время она сказала: – Может, вертолет нас заметит.

Робин и я просто посмотрели друг на друга. Я надеялся, что Робин не станет отзываться с сарказмом об абсурдности этого заявления, и она не стала.

– Я видела это по телевизору, – продолжила Сэнди. – После ураганов они забирают людей с крыш.

– Конечно, – сказал Крис.

– Надеюсь, это будет скоро.

– Я тоже, – ответила ей Робин.

Мы долго сидели там в тишине, пока солнце не начало опускаться к горизонту. Тени становились все длиннее, а море все еще не отступало. К тому времени Крис уже встал и начал ходить туда-сюда. Крыша фургона была, наверное, двенадцать или тринадцать футов в длину и около восьми в ширину. Это было не то чтобы оазис, и это сводило его с ума.

– Я не могу просто так сидеть и ждать, – сказал он.

– Попробуй расслабиться. Нервничать не поможет.

– А если они придут ночью? – спросил он меня. – Я имею в виду, подумай об этом. А что, если эта река червей поднимется и затопит нас ночью? Что тогда?

– По-моему, нас съедят, – сказала Робин.

Крис бросил на нее гневный взгляд. У нее был талант действовать людям на нервы.

– Я говорю о том, что днем и так плохо, а ночью может быть по-настоящему плохо. По-настоящему, по-настоящему плохо.

– Скажи ему, чтобы он перестал, – сказала Сэнди.

– Послушай, Крис, – сказал я, – нам нужно просто переждать. Думаю, к утру их уже не будет. Сегодня ночью станет холодно. Им не понравится холод. Он сделает их вялыми. Их слизь станет густой, как патока. Помни, как бы они ни мутировали, по сути они все равно остаются просто червями. У них мягкое тело. У них нет защиты от стихий. Солнце их высушит, а холод затруднит их передвижение. Просто пережди. Природа сама с ними разберется.

Но он не верил ни слову, и я это знал.

Может, он пережил много дерьма, как и все мы, и видел много ужасного, но он все равно оставался подростком. А подростки не славятся своим терпением или неагрессивным подходом к решению проблем. Постоянная активность была для них естественной. Их тела и сознание, взбудораженные гормонами, делали их существами действия. Вот почему они заполняли футбольные команды и их вербовали в морскую пехоту. Действие и насилие были частью их сущности.

– Не знаю, почему ты думаешь, что так много о них знаешь, Стив. Ты знаешь не больше, чем я.

– Я просто догадываюсь.

– А я догадываюсь, что ты ошибаешься.

– Сядь, Крис. Хватит вести себя как гребаный пацан.

Он кипел от злости и был готов вступить в схватку. Я только вздохнул. Как будто и без его подростковых мачо-выходок проблем было мало.

– Они едят, Стив. Они хорошо питаются. А когда такие существа, как они, едят, они размножаются.

Я кивнул. – Конечно. Но мы ни черта не знаем об их жизненном цикле. Личинки превращаются в мух и других насекомых, если они нормальные. Если это так, то эти твари могут просто вылупиться или что-то в этом роде и улететь далеко...

– Представь себе этих голодных мамочек с крыльями, – сказала Робин.

– ...или что-то в этом роде. Может, их жизненный цикл сбился. Может, они размножаются не так, как раньше.

– Но они же должны как-то размножаться. Посмотри на них всех, – указал он. Логика этого была неопровержима.

– Может, они делятся, – предположила Робин. – Двоичное деление. Мы об этом учили в школе.

– Точно! – воскликнул он. – Это значит, что к утру их может стать вдвое больше, и этого хватит, чтобы нас утопить.

Слава Богу что есть Робин и ее болтовня. Боже мой. Она только усугубляла ситуацию и прекрасно это знала. Ей нравилось играть с людьми, и она проявляла невероятную терпимость, оставляя Сэнди в покое. Но это не распространялось на Криса. Он ей не нравился. Она хотела его достать.

– Они кажутся ниже, – сказала Сэнди.

Мы все посмотрели. Они действительно были ниже. Да, уровень слизи опустился как минимум на фут. Я встал. Они находились чуть выше багажника машины, стоящей перед нами. Это был прогресс.

– Видите? – сказал я. – Подождите еще пару часов, и они исчезнут. Лучше всего просто переждать.

– Это действительно лучшее, что можно сделать, – сказала Сэнди. – Подождать вертолет или дождаться, пока они высохнут. Тогда мы сможем дойти до дома пешком. Боже, это же не сложная наука

– Стив просто не хочет признать, что может ошибаться.

– Я без проблем признаю, когда ошибаюсь, и без проблем признаю, что ты тоже можешь ошибаться. Да ладно, мы же на самом деле ничего не знаем.

– Ты чертов придурок, – сказал Крис.

Он был взбешен, у него закипала кровь. Ему не нравилось, как я руководил ситуацией, поэтому он оспаривал мое лидерство, как чертова обезьяна в джунглях, пытающаяся стать доминирующим самцом.

Напряжение было слишком сильным. – Дай мне сигарету, ладно? – сказал я Робин.

– Ты знаешь, где они.

Я засунул руку в ее куртку и потянулся к карману. Конечно, она выпячивала грудь. Мои пальцы коснулись ее затвердевшего соска. Когда я посмотрел на нее, она облизнула кончики зубов. Я достал сигарету и зажег ее. Вся эта ситуация превращалась в совершенно не смешную абсурдную комедию. Одна похотливая девчонка-подросток сексуально дразнила меня. Другая думала, что вертолеты прилетят нас спасать. А еще был парень, которому нужно было утвердить свое доминирование и, возможно, заодно надрать мне задницу. Мы были похожи на стаю бабуинов, валяющихся в собственном дерьме.

– Ну, они немного пошли вниз. Кто сказал, что они не поднимутся снова?

– Ладно, Крис, – сказал я. – Ладно. Очевидно, ты считаешь меня идиотом, так что расскажи, в чем заключается твоя гениальная идея. Я знаю, что у тебя она есть, так что выкладывай.

Ему удалось улыбнуться. – Посмотри на эти машины. Они все прижаты друг к другу в одну длинную колонну. Нам было бы легко перепрыгивать с одной на другую. Ты об этом думал?

– Да, и я отверг эту идею, потому что это самоубийство. Это отличный способ ужасно погибнуть.

Он снова нахмурился, но продолжил: – Ты перепрыгиваешь с машины на машину, а потом попадаешь на тот бензовоз. Видишь те провода, свисающие с телефонного столба? Используешь их, чтобы перебраться. Рука за рукой – до той выступающей крыши. Потом выбиваешь ногой окно – и ты внутри.

Я действительно об этом думал. Это был единственный путь. Но Робин не могла прыгать, а я был почти уверен, что у Сэнди не хватило бы на это смелости. Проблемы были повсюду, и я так ему и сказал. Ладно, ты спускаешься на капот грузовика. Следующая машина была легковой. На ее багажнике лежало около трех дюймов магот. Пришлось бы пробираться сквозь них. И пришлось бы повторить этот процесс со следующими двумя машинами. Затем шел еще один фургон, грузовик для перевозки мебели, а потом автоцистерна. Но допустим, ты дошел до этого места. Что дальше? Ты прыгаешь вверх, хватаешься за свисающие тросы и молишься, чтобы они удержали тебя, пока ты перебираешься на крышу?

– Ты, может, и справишься, – сказал я. – Я, может, и справлюсь. Но Робин не сможет, и я почти уверен, что Сэнди не удастся.

– Тогда она может остаться прямо здесь.

Я кивнул. – Понятно. Если есть люди, которые не вписываются в твой маленький план, к черту их. Отдай их червям.

– Я пойду.

– Ты не можешь.

– Могу. И ты меня не остановишь.

Я встал. – Хочешь поспорить, что я не смогу, мальчик?.

Когда я стоял перед ним, возвышаясь над ним примерно на три дюйма, он уже не выглядел таким крутым.

Робин рассмеялась. – Отпусти его, Стив. Не трать силы на то, чтобы надрать ему задницу. Он того не стоит. Если его съедят черви, ну и что? Мы ведь не лишаем мир работающего мозга. Если он умрет, генофонд станет от этого только здоровее.

– Иди на хрен, – сказал он.

Робин снова рассмеялась.

Ну, несмотря на мой блеф и удар, я не собирался драться с каким-то пацаном на крыше фургона в море червей.

– Ладно, – сказал я. – Удачи тебе.

– Ты не попробуешь со мной?

– Нет. Я не собираюсь бросать девчонок.

– Как хочешь, – сказал он.

– Не делай этого! – воскликнула Сэнди. – Пожалуйста, Крис! Не делай этого! Не уходи! Я не хочу, чтобы ты уходил!

Честно говоря, я не верил, что между ними осталось хоть какое-то взаимное чувство, и, по-моему, в старые времена они были врагами, а Шарлин оказалась между ними. Но для Сэнди он был необходим. Якорь, нить, связывавшая ее со старым миром до смерти сестры. Ей это было нужно.

Крис лишь покачал головой и залез на крышу кабины фургона. Он очень осторожно ставил ноги.

– Я это сделаю, – сказал он, словно убеждая самого себя и надеясь, что я отговорю его.

Но я не собирался этого делать. С меня хватит. Если он хотел умереть, то поступал совершенно правильно.

– Удачного путешествия, – сказала ему Робин. – Я пошлю цветы.

Он обругал ее и приготовился спуститься на капот фургона, чтобы сделать небольшой прыжок на машину впереди. Он был молод и опрометчив. В его представлении это ничем не отличалось от того, словно он мчался на вражескую территорию под фонарями в пятничный вечер с мячом под мышкой.

У меня было очень плохое предчувствие, что ему предстояло убедиться в обратном.

КРИС

На крыше такси Крис настраивал себя на бой, как, наверное, делал перед важной игрой. Он вдыхал и выдыхал, заставляя сердце биться чаще. Он собрался с духом и устремил взгляд на цель. Ничто не могло его остановить, и к тому моменту он твердо убедил себя в этом.

Он опустился на капот фургона.

Черви извивались вокруг его ботинок.

Он не терял времени. Он прыгнул на багажник соседней машины, поскользнулся на червях и чуть не упал на задницу. В последний момент он удержал равновесие и вскарабкался на крышу машины, убравшись подальше от червей. Он топал ботинками, убивая всех, кто прилип к его подошвам.

Он оглянулся на меня с нахальной ухмылкой. Видишь, старик, я же тебе говорил. Проще простого. Ты сиди там с девчонками. Это все, на что ты годен. А я сделаю мужскую работу.

Я слабо улыбнулся. Уверен, он думал что-то в этом роде. Может, в каком-то смысле он был прав. Может, я боялся рискнуть. Но я не мог себе этого позволить. Девушкам нужен был я. Им нужен был кто-то, кто вытащит их из этой передряги, и этим кем-то был я. Если бы дело дошло до этого, я бы рискнул, но не раньше.

Крис продолжал идти.

Он легко перебрался через следующие два вагона. Никаких поскальзываний и скольжений. Следующим в колонне был минивэн. Он спустился на капот машины позади него, пока личинки кишели вокруг его ботинок. Он не колебался. Он ухватился за лыжный багажник на крыше минивэна и подтянулся, повторяя процедуру, раздавливая всех личинок, которые пытались прокатиться с ним. Может, он и собирался это сделать. Может, у него бы получилось. Но если бы он это сделал... что тогда? Он был бы свободен, но мы по-прежнему остались бы в ловушке. Помог бы он нам? Или просто сбежал бы из города?

Мне хотелось верить, что он бы нам помог.

Я очень хотела в это верить.

Но он этого не сделает, и ты это знаешь, говорил голос в моей голове. Он делает это отчасти для того, чтобы доказать, что ты неправ и что он сможет это сделать, но в основном из-за страха. Он в ужасе, и ты это знаешь. Он сделает что угодно, чтобы сбежать из этого кошмара.

Он поднял большой палец, давая понять, что все в порядке, что все просто как дважды два. Черви, казалось, уходили вглубь, уровень слизи продолжал снижаться. Я расценил это как хороший знак. – У нас есть шанс, – подумал я. Я наблюдал, как Крис осторожно спустился на капот минивэна. Теперь ему нужно было забраться на крышу грузовика для перевозки мебели. Она была примерно на четыре фута выше самого минивэна. Был только один способ сделать это, и он решился. Он подпрыгнул, ухватился за крышу грузового отсека, повис там, балансируя на грани падения, а затем, соскользнув ботинками с ворот, начал подтягиваться.

Ему бы это и удалось.

Но именно в этот момент произошло нечто невероятное и шокирующее. Бурлящая волна личинок поднялась, словно морская волна, ударив его с такой силой, что сорвала с грузовика и сбросила на капот минивэна. Сила всасывания той же самой волны затянула его прямо в море личинок.

В нем было много боевого духа, это я должен признать. Он приземлился в слизи и начал биться, махать руками, лягаться ногами – делать все, чтобы вырваться. Ему удалось ухватиться за крепление антенны минивэна и начать подтягиваться, все время крича: – Оно меня схватило! Оно меня схватило! Кто-нибудь, помогите, оно, блядь, меня схватило!

Это были его слова. Не "они, – а "оно. – Можно было бы подумать, что это ничего не значило. Он был в истерике. Он мучился. Его разум буквально разрывался от боли, от всего этого ужаса... и все же я услышал это слово и не мог выбросить его из головы. Я хотел ему помочь. Мне разрывало сердце от ощущения такой полной, чертовой беспомощности. Но я не мог сделать ни черта. Я отвернулся, не желая на это смотреть... но постепенно моя голова повернулась обратно, и глаза заставили меня увидеть, что с ним произошло.

Робин держался за Сэнди, которая не кричала, а издавала низкий скулящий звук полного отчаяния. Это было не совсем визг, но очень похоже. Крис все еще пытался взобраться обратно на минивэн, но это было безнадежно, и я это знал. Под ним бурлила слизь. Его лицо было багровым и напряженным, из рта текла кровь, а ногти буквально врезались в краску минивэна. Он издавал что-то вроде воя. Это был звук чистой животной боли, словно у какого-то зверя, попавшего в ловушку. Бурлящая, пенистая слизь была ярко-красной от крови, черви – Боже, казалось, их были миллионы – представляли собой кипящую массу извивающихся, корчащихся фигур, сдирающих плоть с его костей.

Сэнди стояла рядом со мной, наблюдая за смертью Криса остекленевшим взглядом. – Кровь... она просто не перестает течь из него, – сказала она. – Я и не знала, что в нем столько крови. -

Крис выдал последний маниакальный крик, снова пытаясь вырваться на свободу с последним всплеском сил. Воля к жизни, к выживанию – это потрясающе. Абсолютно потрясающе. Я видел это в Ираке: девятнадцатилетние парни с вырванными кишками пытались встать, чтобы бежать. Смерть забирала стариков легко, без особой суеты, но с молодыми здоровыми людьми это была горькая, упорная борьба. Крис подтянулся, но ниже пояса у него не осталось ничего, кроме костей. Он выглядел как человек, пытающийся выбраться из чана с кислотой. К нему прилипли тысячи могильных червей, корчась, словно псевдоподии.

Наконец он погрузился в пенистую, кровавую слизь.

Я оттащил Сэнди и заставил ее сесть рядом с Робин и мной.

Никто не говорил. Может, мы боялись того, что могли бы сказать. Ситуация казалась безнадежной, просто чертовски мрачной и безнадежной. Я не знал, что делать и что сказать. Внутри я дрожал от ярости из-за того, что произошло. Я хотел убить этих проклятых тварей. Я хотел сжечь их, поджарить и смотреть, как они шипят и чернеют, пока слизь, в которой они находились, превращается в пар.

Но об этом не могло быть и речи.

Поэтому я обнял девочек и постарался сосредоточить свою энергию на чем-то более продуктивном, чем фантазии о мести.

Оно меня схватило! Оно меня схватило! Кто-нибудь, помогите, оно, блядь, меня схватило!

Я все слышал слова Криса. Они не давали мне покоя. Они эхом отзывались в моей голове. Оно. Оно меня схватило. Оно. Опять же, не они, а оно. Эта мысль беспокоила меня, но мой мозг уже пришел к тому же выводу: червей было не много, их было один. Эта идея казалась фантастической, но она укоренилась в моем сознании – миллионы, миллиарды мутировавших червей, которые не были беспорядочными, отдельными существами, а частью большего целого, единого огромного организма, действующего и реагирующего как единое целое. Колониальное существо.

Но эта идея была безумной... разве нет?

Я не мог быть уверен. Когда Крис спустился на капот минивэна, море червей определенно отступило. Оно и раньше спадало, но когда он спустился на капот, оно заметно отступило. Мое воображение подсказывало мне, что это потому, что оно заманивало его. Возможно. Но, возможно, оно просто отреагировало на шум, который он производил, на его шаги. Может быть, оно почувствовало добычу и собиралось нанести удар. Потому что оно ударило. Оно выпустило псевдоподию, состоящую из слизи и тысяч и тысяч личинок, которая обрушилась на него, как волна, набегающая на пляж, или, что более точно, как рука, отмахивающаяся от насекомого.

Я не хотел придавать этому слишком большого значения.

Я не хотел приписывать этому организму интеллект. То, что оно сделало, было, вероятно, инстинктивным, но это точно не было случайностью. Море было вялым и безветренным, не было никаких течений, которые могли бы поднять такую волну. Я видел это. Ее гребень достигал более шести футов.

Если оно могло сделать это, то, вероятно, могло бы добраться до нас, находящихся на крыше фургона, точно так же. И если бы у него было время, оно бы это сделало.

Я должен был что-то сделать.

Я должен был что-то придумать.

Я взял у Робин еще одну сигарету, чтобы сосредоточить мысли. У меня была идея, но она была чертовски рискованной. Мне нужно было сконцентрироваться. Когда я взял сигарету, Робин не выпятила мне грудь. Она забилась в свою оболочку и выглядела примерно так же страстно, как миска холодной каши.

Я стоял там, осматривая море и окрестности.

О да, это было выполнимо. Опасно, самоубийственно, но, безусловно, выполнимо. Если бы мне удалось это осуществить и мы смогли бы пережить цепную реакцию, которую я вызову, мы были бы в безопасности. Многое зависело от червей. По сути, зависело практически все.

СУЩНОСТЬ

Когда я объявил о своих планах, Сэнди начала дрожать всем телом. Она заплакала и стала жаловаться, что останется одна, что ее бросят умирать. Робин просто уставилась на меня. В прошлый раз ей потребовалось немало времени, чтобы успокоить Сэнди, а такие вещи, как сочувствие и утешение, давались ей нелегко. Ей приходилось прилагать настоящие усилия, чтобы вести себя по-матерински.

Но что действительно вывело ее из себя, так это мой план. – Ты умрешь, Стив. Ты, блядь, умрешь, и что потом? Что, блядь, я буду делать с больной ногой и истеричной бабой?

– Я не истеричная, – сказала Сэнди.

Думаю, в любой другой раз я бы разразился смехом, но в этой ситуации не было ничего смешного. Совсем ничего смешного. Солнце приближалось к горизонту, и, как я подсчитал, через тридцать минут наступит полная темнота, а у меня не было времени излагать свою теорию об этой сущности.

– Будет жарко, – сказал я. Они переглянулись и, похоже, не возражали против этой идеи, потому что становилось прохладно и они оба дрожали. – Я имею в виду жарко, чертовски жарко. Я хочу, чтобы вы оба легли плашмя. Понимаете? Плашмя. Лицом вниз.

Робин ворчала, но я видел, что она рада, что я что-то придумал. Я тоже был рад. Я только надеялся, что это сработает.

Я взвалил АК на плечо.

Море червей снова поднималось, словно оно догадывалось, что я собираюсь сделать. Это, конечно, невозможно, но казалось, что они/оно догадывались. Было бы неплохо, если бы я смог разработать свой план, находясь на крыше фургона, но оттуда я не мог найти подходящий угол для стрельбы.

В отличие от Криса, который продвигался вперед по цепочке машин, мне нужно было вернуться назад.

Снова воспользовавшись линиями электропередач, я сполз на седан позади нас. Море червей дрожало. Оно дрожало, как желатин, – по его поверхности прокатывались странные мелкие волны. Это было почти так, будто оно находилось в ожидании, испытывало тревогу и беспокойство.

Я спустился на багажник седана и перепрыгнул на капот следующей машины, быстро взобравшись на крышу и отгоняя червей. Море червей начало отступать, как и перед тем, как оно напало на Криса.

Давай, давай! Сделай это, или тебе, блядь, конец!

Я прислушался к этому голосу и спрыгнул на багажник. Между машиной и стоящим позади пикапом был зазор в три-четыре фута. Пришлось бы неплохо прыгнуть. Если я облажаюсь, то мне точно не миновать судьбы корма для червей. Море червей бурлило тайными течениями, сгущаясь, словно мышцы руки, готовящейся к удару.

Выдавив из себя крик, я прыгнул.

И прыжок получился отличным. Я приземлился на капот пикапа, и в тот же миг мои ботинки поскользнулись на слизи. Я упал на живот. Я почувствовал, как скольжу обратно в море. Я вытянул одну руку вперед и ухватился за стеклоочиститель. Я подтянулся на капот. Я заполз на крышу.

Вот оно.

Вот оно – яйцо того плана, который я хотел вылупить.

Грузовик UPS. Тот самый, что лежал на боку. Когда асфальт разверзся, чуть не поглотив патрульную машину шерифа, тротуар под давлением вздулся в холм, приподняв заднюю часть грузовика из моря червей.

Взяв свой АК, я прицелился в него.

Море шевелилось. Оно брызгалось на пикап. Оно надвигалось на меня, и в этом у меня не было ни малейшего сомнения. Если я не сделаю это сейчас, то никогда не сделаю. Грузовик UPS находился, наверное, в ста футах или больше от меня. Я мог бы перепрыгнуть через еще несколько машин и подойти ближе, но не хотел быть слишком близко.

Я услышал, как море червей сдвинулось позади меня.

Я взял на мушку бензобак грузовика UPS и начал стрелять в него. Каждый выстрел попадал в цель. Это было похоже на лейку. Около пятидесяти галлонов бензина хлынули наружу, вливаясь в море червей. Оно отреагировало немедленно. Оно отреагировало как единое целое. Оно было колониальным организмом. Как только бензин попал на него, оно отступило, двигаясь как волна студенистой массы, словно отшатываясь от вторжения бензина. Черви умирали массово, и я это понимал. Они были пухлыми, с мягким телом и без какой-либо защиты. Они впитывали топливо, и оно их отравляло. Черви были клетками сущности, и они гибли тысячами. А когда сущность отступала, она уносила бензин с собой.

Струи топлива, бьющие из бака, теряли напор. Бак был почти пуст. Бензин убивал сущность, сбивал ее с толку, заставляя бороться за выживание, как это сделало бы любое живое существо. Оно выбросило столбы слизи и личинок на грузовик UPS, полагая, что тот на него нападает. И снова, как и волна, обрушившаяся на Криса, эти столбы напоминали псевдоподии амебы, пытающейся поглотить и обездвижить свою добычу. Струи безвредно разбрызгивались о металлическую обшивку грузовика.

Теперь – вторая фаза.

Я прицелился в ходовую часть грузовика.

Мне нужна была искра.

Я выстрелил, и пуля просто вонзилась в ось. Я выстрелил еще раз. Ничего. Снова ничего. Тогда я переключился на автоматический огонь и получил ту искру, которую хотел. Раздался оглушительный ВЗРЫВ!, когда бензобак взорвался: бензин, плававший на поверхности моря личинок, мгновенно воспламенился. Меня обдала волна жара, и я чуть не упал на задницу. Я скатился по лобовому стеклу пикапа, пока вокруг меня поднималось пламя. Я бы сгорел дотла, если бы не само это существо. Отдаляясь от огня, который его уничтожал, оно увлекло за собой бензин. Бензин прилип к слизи, как напалм, горя и шипя. Слизь превращалась в пар, а личинки жарились.

Эта сущность уносилась все быстрее и быстрее, двигаясь огромной бурлящей пластичной волной мимо грузовика и к концу улицы, где перевернулся бензовоз. Ее части ускользали вниз через многочисленные трещины и щели в асфальте.

Я спрыгнул с пикапа.

Улица была скользкой от телесных выделений этой сущности, устланной умирающими личинками. Они хрустели под ногами, когда я бежал через них к грузовику.

– БЫСТРЕЕ! – крикнул я девочкам. – У НАС МАЛО ВРЕМЕНИ!

Я помог спуститься Сэнди, а затем Робин. Я взял ее на спину, и мы побежали обратно по тому же пути. Мы мчались со всех ног, поскальзываясь и скользя по ковру из личинок. Я оглянулся, когда мы приблизились к концу улицы. Оно поглотило бензовоз и все машины вокруг него. Пылая ярко-оранжевым пламенем и извергая столбы маслянистого черного дыма, оно боролось и бушевало, поднимаясь все выше и выше, а затем снова обрушиваясь вниз в огромной кремирующей огненной буре.

Я знал, что будет дальше.

По крайней мере, я это подозревал.

Мы свернули за угол и пробежали, наверное, половину проспекта, когда раздался оглушительный БУМ, БУМ, БУМ – это взорвался бензовоз. Может, в нем была утечка, а может, сущность пробила в нем дыру, но он взорвался. Ударная волна отбросила нас на улицу. Огромное пламя взметнулось над зданиями позади нас, когда наступила ночь. Я слышал, как разбивались окна и трескались витрины. На нас обрушилась жаркая волна, унося с собой дым, пыль и обломки. Озеро огня хлынуло с улицы на проспект, а затем было втянуто обратно.

Мы бежали, задыхаясь и хрипя, вырвались из Перривилля и выбежали на желтые поля за городом. Город светился ярко-оранжевым светом позади нас, но мы справились. Боже мой, мы выбрались, и все трое выжили.

Мы бежали.

Через некоторое время мы рухнули на траву. Мы сидели там, бок о бок, и смотрели, как вдали горит город. Это было настоящее пекло. Даже на таком расстоянии, как мы находились, мы чувствовали жар. Он прекрасно согревал ту холодную октябрьскую ночь.

– Как костер на Хэллоуин, – сказала Робин.

– Да. Прямо как он, – ответила Сэнди. – Это подходит. Сегодня Хэллоуин.

Она показала мне свои цифровые наручные часы. Светящийся дисплей подтвердил это: 31 ОКТ.

Удивительно, просто потрясающе. В моей голове пронеслись образы других Хэллоуинов. Я видел, как Рики раздавала конфеты у входной двери маленьким привидениям и гоблинам. Я почти чувствовал запах мякоти тыквы, когда вырезал из нее фигурки. Я видел своего сына с мешком для "кошелька или жизни. – Из моих глаз скатились две слезы.

– Ты в порядке, Большой Стив? – спросила Робин.

– Нет. Совсем нет.

Нам нужно было найти укрытие. Мы спотыкаясь пробирались по полям.

– Смотри, – сказала Сэнди. – Вон там.

Костер. Я видел его совершенно ясно. В небольшой лощине горел костер. Он выглядел уютно. Выглядел мирно. Выглядел теплым и обнадеживающим.

– Ну, это точно не зомби, мутанты или черви, – сказал я. – Пойдем посмотрим.

– А если они не из дружелюбных? – спросила Робин.

У меня не было никакого оружия, кроме ножа на поясе. АК пропал. У меня не было ничего, чем можно было бы сражаться, и даже если бы было, не думаю, что у меня хватило бы на это сил.

– Думаю, нам лучше рискнуть. Давай просто посмотрим. Не думаю, что мы сможем пройти дальше.

– Хотя бы в этот раз, – подумал я, – разве не может нам повезти и мы встретим нормальных людей, каких-нибудь хороших людей? Хотя бы в этот чертов раз? Где-то же должны быть такие оставшиеся. – Когда мы поднялись к линии деревьев, откуда открывался вид на лощину, я поставил Робин на землю, пока она не сломала мне спину.

– Сэнди, подожди здесь с ней. Я пойду посмотрю.

– А если ты не вернешься? – спросила Робин.

Я погладил ее по голове. – Я всегда возвращаюсь.

Я спускался по склону сквозь густую траву, стараясь быть как можно тише. У меня было очень жуткое ощущение, что за мной наблюдают. Полагаю, у них была охрана по периметру. Я остановился. У костра я увидел фигуры. Потом я заметил бронированные машины, припаркованные в тени.

Черт.

Может, это была ARM, а может, кто-то похуже. Я не мог рисковать. Я поднялся по склону, и как только достиг вершины, из тени выскочила тень и сбила меня с ног. Она была сильна и прижимала меня к земле. Мощная рука сжала мне горло, и я увидел блеск поднятого боевого ножа, который вот-вот должен был выпотрошить меня. Но в тот головокружительный миг я также разглядел очертания человека, который им владел, и узнал его.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю