Текст книги "Слезы красного квазара (СИ)"

Автор книги: Драголайн Даррен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

Айро прав. Ведь планета на самом деле считалась безопасной для исследователей, в то время как на ней проводили свои опыты прислужники вентросов. Неизвестно, единичный ли это случай. Быть может на других планетах, что находились в статусе заповедников, аналогичная ситуация. И пока Совет судорожно вел открытую войну, прямо на его территории враг расправил свои крылья.

Джойса совершенно не успокоили слова. Он смотрел на сумку и видел на ней запекшуюся кровь, что скорее всего принадлежала именно ему.

– Я подниму этот вопрос после возвращения, – Бернардайн зашипела после этих слов. Оголенный провод ударил ее пальцы слабым разрядом электрического тока. – И не вини себя в случившемся, Джойс. Ты делал свою работу, и единственная, кто действительно во всем виновата – я. Я так же слепо поверила в то, что планета безопасна. И каждый из вас расплатился за мое невежество.

– Не нужно искать виноватых, – выдал простую истину Нео. – Это случилось. И мы выбрались. Теперь нам нужно вернуться и отдохнуть. Извините меня, конечно, но я предпочту встретиться лицом к лицу с последствиями тогда, когда мои волосы и кожа будут пахнут цветами, а костюм перестанет напоминать изорванное покрывало.

Редкая шутка разрядила обстановку, и губы некоторых членов экипажа тронула слабая улыбка. Плечи каждого опустились, и все скопившееся напряжение отступило.

Совсем скоро они вернуться обратно. Пусть академия являлась лишь временным пристанищем, прямо сейчас каждый из них спокойно мог назвать ее домом.

– В любом случае это был интересный опыт, – заговорила Кендра. Она больше не колотилась. – Кто похвастается чем-то подобным на первом же курсе?

– И тем, что увидел скелет ренатарца, – внезапно произнес Айро. Зайс от его слов напрягся. Хвост и уши опустились, а шерсть на шее встала дыбом, будто он визуально хотел стать больше. Внезапная перемена в товарище не осталась незамеченной. – Зайс, все нормально?

– Да, я в порядке, – произнес он после некоторых раздумий. – В норме.

– Нет, ты не в порядке, – вмешалась Нео. – Еще в пещере ты вел себя очень странно. Будто после вида останков ты перестал видеть и слышать. Что случилось?

Абсолютно все были обеспокоены. Когда все тихо восхищались размерами некогда великого зверя, Зайс испытывал нечто совершенно иное. Замиец почесал шею и прикрыл глаза. Ему крайне неловко говорить о том, что он почувствовал в тот момент:

– Когда я увидел череп... Меня будто парализовал животный страх. Я смотрел на мертвое существо, но в голове мелькали изображения того, как ренатарец поднимает голову и убивает нас одним лишь вздохом. И чем ближе я подходил, тем ужаснее становился воздух вокруг. Будто подсознание пыталось заставить меня бежать, но я оцепенел от страха.

– Твой народ очень долгое время страдал от ренатарцев, – произнесла Бернардайн. – Быть может это инстинкт, выработанный многими поколениями.

– Мы живем в цивилизованном обществе, – невесело усмехнулся замиец. – Инстинкты присущи животным.

– И все же мы все произошли от животных. Быть может наука ошиблась, и часть чего-то древнего все еще живет в наших телах.

Приемник перед Бернардайн зашипел, когда она ввела необходимые данные и прижала один провод к оголенной части другого.

– Крик, ты меня слышишь? – внезапно произнесла Бернардайн.

Несколько тиков приемник молчал, но вскоре уже родной голос раздался по всему корпусу корабля:

– Берн? Что случилось? Что за частота?

– Крик, немедленно свяжись с штабом! На планете находятся приспешники вентросов. И они...

Мощный удар о корпус корабля выбил провод из рук. Раздалось шипение, среди которого можно было услышать встревоженный голос Крика, что прокричал имя своего капитана. И сразу после этого он замолк окончательно.

– За нами погоня! – скошенный хвост корабля и неплотно закрывающийся люк образовали щель. Именно через нее Айро увидел шесть туруанцев.

Каждый из них сидел на гравитационном мотоцикле. Когтистые руки держались за рулевое управление, а на спинах ремнями крепились лазерные винтовки.

Ближе всех к кораблю оказался Пайот. Винтовка в его руках куда крупнее тех, что везли прихвостни. Из дула шел дым, который мгновенно разметался ветром. Прицелившись, он выстрелил вновь. Корабль в очередной раз тряхнуло, когда лазер попал в крыло. Совсем рядом с двигателем.

– Уходим отсюда!

Кендра ускорила корабль. Вырвавшись вперед, она стала сильнее кружить среди скал, пытаясь оторваться от хвоста. Но мотоциклы куда быстрее и маневреннее старого судна. Лишь на резких поворотах ей удавалось оторваться, то стоило только камням выстроиться в ровные ряды, где она не могла маневрировать, туруанцы начинали догонять.

– Кендра! Целятся в левое крыло!

Девушка потянула штурвал на себя сразу, как только увидела небольшое расширение сверху. Снаряд пролетел под крылом, совершенно его не затронув.

Айро вскочил со своего места и бросился искать хоть что-то, смутно напоминавшее оружие. Среди ящиков он нашел несколько старых винтовок. Часть из них полностью разряжена, но одна все же имела небольшой запас энергии. Она шумно загудела, когда пальцы нажали на кнопку активации.

– Приоткрой люк! – закричал он.

Когда щель немного увеличилась, дуло винтовки высунулось наружу. Прицеливаться из-за ограниченной обзорности тяжело, но Айро и не надеялся попасть. Выстрелы заставили преследователей уворачиваться, и один из туруанцев не справился с управлением, когда лазер пролетел совсем рядом с его головой. Руль резко ушел вправо, и мотоцикл врезался в одну из скал.

– Слева!

Один из преследователей ускорился, после чего скрылся под брюхом корабля. Бернардайн пыталась найти среди панели кнопку включения камер, что должны показывать слепые зоны судна. Вот только та была вырвана, как и многие другие кнопки на этом корабле.

Но неожиданная идея пришла Кендре в голову.

– Держитесь! – закричала она.

Параличь немного отступил. Нео невольно вцепилась в предплечье Джойса, в то время как второй рукой схватила ближайший ящик. В следующее мгновение корабль резко пошел вниз.

Оставались считанные сантиметры до земли, когда до них донесся шум лязгающего металла. Туруанец, скрывавшийся под кораблем и желавший напасть исподтишка, стал причиной собственной гибели. Остальные преследователи объехали его безжизненное тело и загоревшийся мотоцикл.

Внезапно камни стали реже, и Кендра увидела проход, через который смог бы пролететь корабль. Резким движением потянула рычаг у правой ноги. Корабль взметнулся ввысь, и стоявшие на ногах Айро и Зайс упали на люк.

– Осторожно! – закричала Нео.

Ящик, в котором Айро нашел винтовку, полетел прямо на них. Зайс своим хвостом отбросил товарища. Контейнер разорвало от сильного удара, и огромная часть содержимого оказалась снаружи. Самые мелкие детали пролезли через щель и полетели прямо в туруанцев. Это их замедлило, но не остановило.

Корабль надрывно гудел. Двигатели перегрелись от непривычной для себя скорости. Окружившие корабль камни отражали его звуки, из-за чего шум напоминал взлет сверхмощной ракеты. Ближе к выходу судно взревело, а его скорость стала совсем сумасшедшей. Кендра выжимала из него все. Тянула за рычаг так сильно, что костяшки на руках побелели. Капля холодного пота стекла по ее лицу, а зеленые глаза сосредоточились лишь на одной единственной точке.

Точке, что стала их ключом свободе.

Корабль вышел из-под земли, словно выпрыгнувшая из воды рыба. Надрывное рычание двигателя прекратилось, а скорость – упала. Кендра продолжала улетать все выше, пока до ушей не донесся голос Бернардайн:

– Кендра, не поднимайся выше. Это не космический корабль. Он не выдержит такой перегрузки.

Девушка выровняла судно, но скорости не снизила. Крик получил сообщение. Теперь им необходимо ждать прилета военных.

Лишь немного подождать.

И когда надежда, казалось, практически опустилась в руки, двигатель их корабля был взорван самонаводящейся ракетой. Судно закружило, и каждого пассажира прижало к своим местам с невероятной силой.

Кендра пыталась его стабилизировать. Надрывный писк приборов и обильное задымление мешали сконцентрироваться, но она пыталась заставить корабль работать. Запасные двигатели отказывали один за другим.

– Держитесь!

Она тянула руль и рычаг с такой силой, будто стремилась их вырвать. И когда земля оказалась в опасной близости, один из двигателей на брюхе все же смог активироваться. Недостаточно мощный, чтобы корабль смог продолжить полет, но именно благодаря ему Кендра смогла стабилизировать судорожно крутившееся судно.

Корабль разбился. Ржавый корпус раскололся надвое, когда судно столкнулось с землей. Двигатели полыхали, и горящее топливо дымилось так сильно, что черное облако можно было разглядеть с очень огромного расстояния.

Но все члены экипажа выжили.

Очередной удар, выбивший воздух из легких. Нео открыла глаза и увидела над собой голубое небо, что быстро исчезало за облаками черного дыма. Она видела раскинувшихся на полу товарищей, что медленно приходили в себя. Услышала тихие стоны Бернардайн и Кендры.

Живы. Они все живы. Немного потрепаны, но все же живы.

Попыталась встать. Пришлось опираться на стену, но все же ей удалось подняться. Нео подошла к расколу и посмотрела на раскинувшийся перед ней вид.

Они упали практически у самого обрыва. Высокие камни, что представляли собой сушу планеты, омывали огромные красные волны. Они пенились подобно кипящей воде, а шум жидкости напоминал шуршание бумаги. Воздух пах гарью, пеплом и свежей зеленью. Смешение этих ароматов вызывало тревогу.

Сзади раздался звук заряженного оружия. Нео обернулась и увидела стоящего у корабля Пайота. Взгляд мужчины направлен прямо на нее, как и дуло огромной винтовки. Такое оружие пробьет тело насквозь.

– А теперь вы выйдите из корабля и пойдете за мной, – прорычал он.

Не удалось. Не сбежали. Новая позиция позволила Нео увидеть лицо подруги, и то выражало лишь безысходность. В голове девушки наверняка кружились всевозможные мысли, украшенные сильнейшим чувством вины от того, что она не смогла всех увезти из этого места.

– Я сказал выйти из корабля!

Нео сделала шаг вперед. Винтовки всех остальных туруанцев нацелились на ее голову. Тело ныло, но она все же приподняла руки, признавая поражение. Остальные так же встали со своих мест. Кендра придерживала раненную Бернардайн, в то время как Айро – Джойса.

– Как же мне хочется всех вас поубивать, – Пайот сказал это скорее себе, нежели остальным. – Просто покончить с вами здесь и сейчас. Пускай меня накажут за то, что я уничтожил источник информации. Мне уже плевать. Я просто хочу, чтобы вы все сдохли!

Винтовка загудела громче. Нео видела, как внутри дула появляется свет.

– Нет!

Кто-то закричал, но девушка не могла разобрать, кто именно. Мир для нее замедлился. Вид заряжающейся винтовки заставил вспомнить одну сцену из детства.

Тогда мама подарила ей игрушечный пистолет. Она целыми днями играла в войну. Надувала щеки и изображала звуки выстрелов, пряталась по углам и нападала на маму из засады. В то время это казалось невероятно веселым занятием.

Ведь она знала, что это всего лишь игрушечный пистолет, а все ее жертвы – плоды собственного воображения.

Вот только теперь она не играла, а винтовка в руках противника была настоящей.

Вся жизнь промелькнула перед глазами. Нео видела смеющуюся мать, что радовалась ее уродливому рисунку. Видела тихое счастье в глазах отца, когда тот возвращался домой после долгого отсутствия. Вспомнила цикл, когда ушла мать. И тот самый цикл, когда она получила известие о зачислении в академию.

Нео любила маму, но та ушла. И после этого она никогда не говорила со своим отцом по душам.

И в последнее мгновение жизни она жалела именно об этом.

– Пайот! – закричал один из туруанцев. Он опустил оружие, и пальцем указал на небо.

Мужчина посмотрел в указанном направлении. Шок на его лице был таким же неожиданным, как и выпавшая из рук винтовка.

Ветер усилился, и к шуму шуршащей травы присоединился еще один звук. Он становился все громче и громче. Шипящий, с примесью чего-то грубого и утробного. Будто оркестр, состоящий из одних труб.

Абсолютно все посмотрели на небо. На секунду солнце ослепило, и в уголках глаз Нео появились слезы. Но они не помешали разглядеть до боли знакомую белую обшивку.

– Крик! – счастливо закричала Кендра.

Корабль, которому запрещено спускаться из-за возможности уничтожения экосистемы, стремительно снижался. Пламя охватило его носовую часть, и стоило только ему окончательно прорвать атмосферу, как все двигатели Крика взревели в попытке поставить корпус параллельно поверхности планеты.

Огромное судно остановилось лишь у самого моря. Горячее пламя у брюшной части выпаривало воду, отчего та превращалась в розовый пар. Тот поднимался все выше и выше, и огромная часть корабля скрылась за этим густым туманом. Раздался очередной громкий звук, напоминавший вой сотни труб. Ветер, бушевавший до этого, приобрел еще большую силу. Им пришлось схватиться за выступающие части корабля, чтобы удержаться на ногах.

Температура и влажность воздуха стремительно повышалась. Нео чувствовала, что дышать становилось все сложнее. Крик в буквальном смысле выпаривал море, и чем дольше он оставался на месте, тем хуже становилось всем вокруг.

– Пайот, он уничтожит планету! – вновь закричал приспешник.

Мужчина опомнился. Вытащил из кобуры пистолет и подбежал к разбитому судну. Схватил первого попавшегося под руку человека и приставил к его виску пистолет.

– Убирайся отсюда! – закричал он. – Или я вышибу ей мозги.

Нео впервые видела неподдельный страх в глазах наставницы. В руках огромного туруанца она казалась совершенно беззащитной, но интуиция подсказывала, что вовсе не страх приставленного к голове оружия заставлял ее так выглядеть. Нет, здесь было что-то другое.

А затем раздался другой звук. Железные кольца на носу Крика пришли в движение. С каждым оборотом они двигались все быстрее и быстрее, после чего произошло то, чего никто не ожидал.

Крик выстрелил. Огромный снаряд, выпущенный из стеариновой пушки, оставил в поверхности планеты огромный кратер, что простирался на многие километры. Нео видела обнаженное дно планеты. Если раньше они считали, что возвышающиеся над землей камни невероятно высокие, то на фоне кратера они превратились в мелкую морскую гальку.

Кольца на несколько тиков замедлили ход, но вскоре вновь вернулись к быстрому темпу. В центре пушки зарождалось похожее свечение, что Нео видела на дне винтовки.

– Ты не в той позиции, чтобы торговаться.

Никто из присутствующих не слышал подобного голоса от Крика. Холодный и безэмоциональный. Совершенно чуждый для заботливого и участливого корабля.

– Твой следующий выстрел будет стоить ей жизни, – прошипел Пайот. Он знал, что системы корабля достаточно чувствительны, чтобы его услышали.

Крик не ответил. Вместо этого он вновь выстрелил, и новое землетрясение сотрясло поверхность. Очередной снаряд попал в прошлый кратер, из-за чего дыра в земле стала еще глубже. Густой черный дым исходил из ее недр. Если именно там находился череп ренатарца, то он еще после первого залпа превратился в пыль.

– Ты не в той позиции, чтобы торговаться, – вновь повторил Крик.

Животный ужас сковал тело. Прошлый страх не шел ни в какое сравнение с нынешним. Вид быстро разрушающегося биома лишь от одного выстрела вгонял в панику, и Нео осознала то, что до сих пор не готова была принять.

Живые корабли – настоящее оружие. Она видела пушки раньше, но никогда не ощущала от них настоящей угрозы. Молчаливая Сойка отца напоминала уставшую от всего бабушку, а Звездный Крик – старшего брата, что всегда готов дать совет. Знала, что те участвовали в войне, но видела последствия лишь через экраны планшетов.

Но сейчас она видела все своими же глазами.

Плавники на шее Пайота затрепетали от злости из бессилия. В голове появлялись мысли о возможном пути отхода, но в каждом из них появлялись проблемы. Абсолютно в каждом случае Крик направлял пушку прямо на него, после чего собственное тело распадалось атомы.

– Пайот, давай отпустим их и уйдем, – прошептал один из преследователей. – Оно того не стоит. Пусть уходят.

– Он убьет нас, как только я отпущу ее, – он сильнее сжал руку. Зажатая Бернардайн с трудом могла глотать воздух.

– Потребуй гарантии. Лучше уйти с пустыми руками, но живыми.

У них не было никаких шансов на побег. И если Пайот хотел уйти, то ему придется отпустить пленников.

– Дай гарантии, что ты отпустишь нас! – потребовал он.

Кольца в пушке Крика не замедлили ход, но выстрела так и не произошло.

– Мне нет до вас никакого дела, – сухо ответило судно. – Поэтому гарантией может быть лишь мое слово.

– Мне этого недостаточно! Эти твари вернуться на борт, а после этого ты испепелишь нас. Уверен, что ты очень зол.

Еще один выстрел. Кратер в нескольких километрах от них разрастался с огромной скоростью.

– Прямо сейчас сюда летит целый флот Совета. И, поверьте, торговаться с ними куда сложнее. Не тяни время и отпусти мой экипаж. В таком случае у тебя будет шанс на бегство.

Пайот зашипел от злости. Совет знал, что его граждане в плену, и в ближайшее время уже несколько кораблей окажется у атмосферы. Вентросы же знали о пленниках. Никакой опасности, а потому никто из них не торопился прилетать на планету-заповедник. Губы Пайота приподнялись, обнажая острые зубы. Он проиграл еще в тот момент, как Крик стал испарять море.

Дышать практически невозможно. Из-за сожженных водорослей воздух приобрел кислый запах и вкус, от которого хотелось блевать. Глаза слезились от обилия соли. Пайот ощутил, как по его телу побежал холодный пот.

Он боролся с собой. Одна часть хотела просто убить женщину в его руках. Закончить начатое и принять свою судьбу. Другая, более трусливая, надеялась на спасение. Руки дрожали, и пистолет проехался по виску Бернардайн. Его дуло теперь направлено на землю.

Трусливая часть победила. Пайот прикусил язык до крови.

Он слишком сильно хотел жить.

– Забирай своих шлюх, – прошипел он, отпуская Бернардайн. Та упала на колени. Тяжелыми вздохами она попыталась протолкнуть в легкие хоть немного воздуха. – Забирай и убирайся.

Пушка слегка затихла, но каждый на поверхности знал, что в любое мгновение четвертый снаряд пронзит планету.

Пайот отступил. Айро же оказался рядом с наставницей и помог ей встать. Жгучая ненависть кипела во всем его тела, а в мыслях он хватал винтовку и стрелял прямо между глаз ненавистного мужчины.

Они забрали мотоциклы. Айро посадил перед собой куратора, Зайс – Джойса. Нео с кристаллом и Кендрой забрали третий. Рыжеволосая после падения отказалась садиться на место водителя. Переведя мотоциклы в режим полета, все они в последний раз посмотрели на своих преследователей.

Те, подобно статуям, стояли без единого движения. И лишь ветер трепал их перепонки и одежду. Глаза, полные ярости и бессилия, смотрели на белоснежный крейсер.

Нажав на педаль газа, Нео сорвалась со своего места. Мотоцикл слетел со скалы, но благодаря режиму устремился вперед, а не вниз. И чем дальше они удалялись от места падения, тем легче ей становилось. И пускай она влетела с самую гущу пара, где дышать практически невозможно, а жар от двигателей ощущался на каждом участке кожи, она чувствовала себя невероятно хорошо.

Они справились. И они возвращались на борт.

Остальные два мотоцикла совсем рядом. Сквозь розовое марево можно разглядеть хмурое лицо Айро, что удерживал перед собой Бернардайн. Сосредоточенный, как и всегда, но внутренне ликующий от того, что все это закончилось.

И когда три мотоцикла пролетели в ангар, а за их спинами появился голубой щит, каждый из них смог выдохнуть.

Их путешествие подошло к концу.

Роботы-помощники уже стояли у входа. Они помогли уложить Джойса на носилки.

– Прошу, идите за нами. Вам необходимо оказать медицинскую помощь.

Двигатели корабля утробно зарычали от набираемых оборотов. Огромное судно неприспособленно к полетам на планете, где есть гравитация. В какой-то момент корпус истошно заскрипел и Нео испугалась, что Крик сломается на две равные половины. Двигатели работали на полную мощность, и никто из присутствующих не хотел знать, сколько воды Крик испарил своим взлетом. Через голубой щит видны лишь клубы розового пара, и каждый испытал печаль от того, что не увидит красоты планеты в последний раз.

– Капитан Бернардайн, – робот с золотистым корпусом вывел женщину из оцепенения. – Прошу, проследуйте за мной в медпункт.

Она посмотрела на торчащий из плеча осколок. Место уже практически не болело. Больше всего напрягала потеря крови, из-за которой ее клонило в сон.

– Я буду в своей каюте.

– Бернардайн, – строгий голос Крика все такой же непривычный. – Тебе нужна медицинская помощь.

– Вынимать осколок на корабле – не лучшая идея. А капельницу мне могут поставить и в кровати.

Это так. Особых условий стерильности не требовалось. Достаточно иметь под рукой стерильные инструменты и дезинфицирующее средство.

– Я принесу физиологический раствор в вашу комнату, – произнес робот и направился туда, куда его копии увели студентов и раненого исследователя.

Бернардайн села во внутренний поезд. Тот нехотя тронулся, и очень скоро женщина стояла в своей каюте. Одной рукой попыталась сорвать костюм, но тот длительное время не поддавался ее пальцам. Перед глазами плясали темные пятна, а единственная рабочая рука не справлялась с задачей. Это злило. Бернардайн ненавидела чувство беспомощности.

Долгое время Крик хранил молчание. Стены, казалось, излучали само понятие печали и сожаления.

– Я слышу, как ты думаешь.

– Я виноват перед всеми вами, – произнес он. – Я должен был связаться. Убедиться, что все хорошо.

– И ты бы это сделал, потому что мы определили временные рамки. Ты их придерживался.

– А должен был нарушить! – внезапно вспылил Крик. – Должен был связаться раньше. И в том, что с вами случилось, виноват только я.

Застежки костюма таки поддались. Бернардайн стащила с себя ошметки, и белый некогда костюм грязным комком упал на пол. Полностью обнаженная женщина подошла к кровати и опустилась на матрас.

Уставшее тело мгновенно расслабилось. Скопившееся напряжение утекало стремительно, и Бернардайн словила себя на мысли, что готова провалиться в блаженный сон. Хотелось забыть про то, что случилось. Будто это очередной кошмар, приснившийся в один из циклов.

– Что произошло? – протянул Крик.

Держать его в неведении нельзя.

– На планете находится тайная лаборатория. На ней свои исследования проводит некая Кемана. Я так и не поняла ее направление, но учитывая обилие частей и макетов кораблей предполагаю, что она конструктор.

– Вентрос?

– Нет, – Бернардайн отрицательно качнула головой. Белоснежные локоны разметались по подушке. – Я еще не встречала представителя подобного вида. Думаю, что в ближайшее время нам с тобой придется проштудировать все известные Совету расы.

– Ты же знаешь, что я всегда готов тебе помочь, – он будто пытался приободрить, но в голосе отчетливо звучали ноты печали.

Корабль сильно тряхнуло. Скорее всего они покинули атмосферу и вернулись в уже привычный космос. Двигатели затихли, а стены перестали судорожно дрожать.

Дверь в каюту открылась. Робот подошел к кровати, где лежала женщина. Опустившись на колени, он взял Бернардайн за запястье.

– Я введу вам раствор, чтобы минимизировать последствия обильной кровопотери.

– Действуй.

Игла мгновенно проникла под кожу. Холодный раствор потек по венам. И пускай Бернардайн не ощутила никакой разницы в своем состоянии, она знала, что теперь станет легче.

– Кемана работала с механикой, но среди ее исследований затерялось кристальное сердце. Крик, оно в крайне плохом состоянии.

– Роботы уже подключили его к моей цепи питания, – успокоил Крик. – Не переживай, я поддержу его жизнь до прилета в академию. Но нам стоит предупредить профессора Кинета. Только он сможет помочь ему.

Бернрадайн невесело усмехнулась.

– Ужасно боюсь встречи с профессором.

– Почему же? Он кажется очень доброжелательным.

– Он и не кажется, Крик. Он на самом деле такой. Вот только я не смогла уберечь его подопечного. Меня беспокоит именно это.

– Не переживай, с ним все будет хорошо. Со всеми вами.

– Совсем недавно тебя утешала я, а сейчас уже ты пытаешься меня успокоить.

– Потому что я действительно виноват. Ты же стала жертвой последствий моей недальновидности.

– Здесь виновата лишь действующая власть, что не позаботилась о безопасности заповедников. Приспешники вентросов строят лаборатории на принадлежащих Совету планетах, и никто об этом ничего не знает. До этого цикла я даже представить не могла, что враги могут спокойно жить на наших планетах.

– Больше не будут. Я уже известил наше руководство. Они выслали несколько крейсеров для захвата.

Крик именно такой. Всегда честный, даже если находится в проигрышной позиции. По своей природе он неспособен врать, и Бернардайн считала это невероятно очаровательным.

Когда раствор закончился, а робот покинул каюту, Бернардайн позволила себе устало выдохнуть. Плечо с осколком вновь стало тянуть. Крик заметил это.

– Сильно болит?

Женщина отрицательно качнула головой.

– Вовсе нет. Рука практически полностью потеряла чувствительность.

– Потерпи немного. Скоро я верну вас всех в академию. Там помогут врачи.

– Я и не переживаю, – осознанность медленно отступала, и Бернардайн чувствовала, что вот-вот уснет. – Я знаю, что ты сделаешь все необходимое, Крик. Именно это ты и сделал на той планете.

Она сделала паузу. Холодный раствор остудил тело, и теперь она чувствовала неприятное покалывание во всем теле.

– Пускай выстрелы и были лишними. Представить не могу, что нас ждет. Ради нас ты был готов пожертвовать жизнью целой планеты. Совет определенно заставит нас объясняться.

Попытка разрядить атмосферу увенчалась успехом. Она услышала тихий смешок, но после него последовала совершенно неожиданна фраза:

– Ради тебя, Бернардайн, я уничтожу целую галактику.

Если Крик и сказал что-то после, то беловолосая этого не слышала. Сердце билось, словно у молодой девицы, которой впервые признались в любви. И пускай Бернардайн уже давно не в том возрасте, чтобы каждое слово мужчины вызывало у нее подобные чувства, Крик каждый раз умудрялся превращать ее в маленькую наивную девочку.

Она улыбнулась собственным мыслям.

– Если ты уничтожишь целую галактику, то нам не хватит и твоей жизни, чтобы объясниться перед советом.

– Мое предложение сбежать все еще в силе, – промурчал он, словно довольный кот.

Тянущее чувство в плече окончательно забыто. Бернардайн совершенно не было дело до чего-то столь незначительного.

Она вернулась на борт, вернула студентов и Джойса. И пускай ей придется объясняться перед судом за то, что сделал Крик с заповедником. Ей совершенно плевать. Прямо сейчас она счастлива лишь от того, что вернулась к тому, кого любила каждой клеткой своего тела.

И она знала, что любовь Крика к ней росла так же стремительно, как и сама вселенная.