Текст книги "Слезы красного квазара (СИ)"

Автор книги: Драголайн Даррен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц)

Джойс. Первое задание ученого

Джойс спал урывками.

Долгое время он не верил, что находился в академии, а потому раз за разом открывал глаза, чтобы убедиться, что не вернулся в свою прошлую комнатку, где часто пропадало электричество и вода. Теперь вместо трещин на потолке он видел идеально ровные стальные листы, а вместо криков соседей он мог наслаждаться блаженной тишиной.

И даже прерывистый сон не смог испортить его настроение. Лишь одного звонка часов оказалось достаточно для того, чтобы спрыгнуть с кровати и приступить к сборам.

Он привез чертовски мало вещей. Они вместились в одну единственную сумку, половину из которой занимали дневники. Среди вороха одежды он вытащил молочную рубашку и простые черные брюки. Привычные вещи успокоили бешено бьющееся сердце. На небольшой кухне он нашел продукты и энергетические напитки. Большинство баночек он видел впервые, однако среди них затесалась одна единственная, которую Джойс смог бы узнать даже с закрытыми глазами. Во время дедлайнов он постоянно покупал именно этот напиток. Самый дешевый из всех возможных, с невероятным количеством химии, от которой у любого нормального человека наверняка разъело бы желудок. Но Джойс пил, и потому вновь открыл столь привычный вкусовым рецепторам напиток.

Приготовив быстрый завтрак, юноша взял несколько блокнотов и направился в лабораторию.

В коридорах кипела жизнь. Если цикл назад Джойс считал их вымершими, то сейчас с трудом лавировал среди старшекурсников и преподавателей. С одним из них Джойс даже столкнулся, из-за чего долгое время извинялся.

– Просто смотри, куда идешь, – его извинения очень смутили незнакомца, и он постарался как можно быстрее уйти.

Дорогу в лабораторию Джойс нашел даже без часов. Несмотря на всю усталость он запомнил маршрут, и сейчас четко придерживался курса. И стоило только поднести запястье с часами к необходимой панели, как дверь перед ним открылась, впуская в невероятную лабораторную жизнь, частью которой он стал.

В этот раз ученых намного больше. Многие из них возились с исследованием грунта или странных растений, которых еще вчера здесь не было. Скорее всего они вернулись и изучали добытый материал.

Среди незнакомых лиц парень увидел Хелен. Девушка заполняла отчет у окна, за которым располагались инкубаторы.

– Привет, – его голос отвлек от работы, но она оказалась совсем не против.

– Здравствуй, Джойс.

– А где профессор? – юноша попытался выследить седоволосого мужчину среди ученых, но среди ярких образов нет ни одного намека на профессора. От этого Джойс почувствовал себя неловко. Кроме Хелен он ни с кем не знаком, и отсутствие Кинета совершенно не помогало его душевному спокойствию.

– После твоего ухода профессор перенес сердце в свою личную лабораторию, – только после этих слов Джойс заметил, что кристалл, который еще недавно стоял на столе, исчез. – Он посчитал, что его нестабильность очень опасна, и в случае каких-либо проблем он может вызвать детонацию среди других сердец, что находятся в хранилище.

– Здесь есть еще? – удивился Джойс.

– Конечно. А откуда, по твоему, берутся корабли? – намахнулась над его незнанием Хелен. – Редко, но нам удается найти еще сердца. Если они стабилизированы и готовы помочь в войне, то их связывают со студентом и дают корпус, после чего они входят в космический флот. Именно поэтому они хранятся в стенах академии. Все это сделано для того, чтобы никто не смог их использовать в других целях.

– И все же, – остановил ее разговор Джойс. – Разве Кинет не должен сейчас быть здесь?

Настроение Хелен изменилось. Радость в глазах исчезла, а губы сжались в тонкую бескровную линию. Она совершенно не хотела говорить о Кинете.

– Его личная лаборатория находится на одном из клыков, – сухо ответила она. – Я слышала, что там произошел инцидент, и какая-то студентка пробралась в лабораторию и коснулась сердца.

– Нестабилизированного? – удивился парень. – Она жива?

– Кинет оторвал ее от кристалла и она должна уже вернуться к занятиям, но это создало огромные проблемы для профессора. Думаю, что он не появится в лаборатории несколько циклов.

– А могу ли я попасть в его лабораторию?

В глазах Хелен появилось разочарование. Она хотела, чтобы он остался здесь. Пускай они знакомы не так долго, парень мог ощутить заинтересованность, исходящую от женщины. Но он не мог ответить на ее интерес прямо сейчас. Он был увлечен тем, что его окружало. И короткий роман с коллегой – последнее, в чем он был заинтересован.

– Можешь выйти к ангару 76. Там находятся мелкие транспортники. Они доставят тебя на клык.

– Спасибо, Хелен.

Его благодарность встретили горькой ухмылкой. Хелен вернулась к своим записям, а Джойс поправил небольшую стопку дневников и вышел из лаборатории.

Отыскать ангар не составило труда. Огромное помещение с несколькими транспортниками он нашел быстро. Среди них Джойс заметил венатора, и потому решил подойти.

– Прошу прощения, – произнес он, привлекая внимание огромного зверя. – Могу ли я попасть на клык, в котором находится лаборатория профессора Кинета?

Знакомое имя обрадовало зверя. Тот довольно вильнул хвостом, а на морде появилась широкая улыбка.

– О, к профессору? – радостно пролепетал он, переминаясь с ноги на ногу. – Конечно! Идите за мной, я настрою для вас корабль.

Маленькое судно, рассчитанное примерно на двух-трех человек, для огромного венатора слишком мало. В проходе ему пришлось пригибаться, чтобы не тереться спиной о потолок. И лишь половина его тела попала на капитанский мостик. Джойс услышал лязг когтей по панелям управления.

– Эти корабли служат лишь для перемещения по частям академии, – пояснил венатор. – Поэтому не злитесь из-за того, что они такие маленькие.

– Все нормально! – постарался его заверить Джойс.

Корабль загудел, а венатор в это время покинул борт.

– Он на автопилоте. Можете даже не садиться. Полет будет очень коротким.

Джойс зашел в комнату управления и сел в кресло. В этот самый момент корабль оторвался от земли, а защитное ограждение немного отошло. Джойс шокировано уставился в окно, пытаясь выяснить, ушел ли венатор. Ограниченный обзор не позволял ему увидеть то, что находилось позади, но парень был уверен, что проворный зверь достаточно умен для того, чтобы сбежать во время разгерметизации ангара.

Корабль верткой птицей пролетел сквозь образовавшийся зазор и направился к клыку, что находился на противоположной стороне. Чудо инженерной мысли выглядело невероятно. Академия настолько огромна, что ее поверхность напоминала сплошное полотно, однако Джойс знал, что вся поверхность центра исчерчена проходами и смотровыми окнами. Маленький корабль двигался быстро, но в какой-то момент парню показалось, что они практически в том же самом месте. Лишь когда один из клыков, наконец, скрылся, а за центральным шпилем начал вырисовываться следующий, Джойс смог осознать, насколько это место огромно.

Джойс поудобнее перехватил свои записи. В некоторых из них скрывались нарисованные чертежи академии, которые он создал лишь благодаря книгам. Это не было его исследованием. Просто в какой-то момент Джойс ощутил интерес к механике академии и пытался в голове спроектировать ее оснащение. Быть может маленькая часть всех этих расчетов близка к истине.

Клык появился перед ним во всей своей красе. Чуть изогнутая колонна медленно двигалась вокруг своего центра благодаря магнитному полю. Абсолютная синхронность с двумя точно такими же клыками.

Корабль направился к одному из посадочных ангаров. Экран на панели управления загорелся, как и рамка вокруг входа. Сразу после этого ворота, как и в центральном шпиле, открылись, пропуская маленький корабль.

Суденышко пролетело через ангар и остановилось. Посадка выдалась мягкой, и какое-то время Джойс пробыл на корабле в ожидании наполнения ангара воздухом. Стоило только этой процедуре завершиться, как люк открылся, выпуская пассажира.

Соседний корабль заскрипел. Джойс обернулся и стал свидетелем того, что на крыле потягивался венатор. Его окрас настолько яркий, что парень невольно сощурился. Настолько белоснежной шерсти он никогда не видел.

– Приветствую! Для чего явились на наш клык? – венатор вздернул головой, без слов пытаясь показать свое превосходство. Джойс разумно посчитал, что в этом не было никакой необходимости.

– Я пришел к профессору Кинету.

– Ученый, значит? – промычал зверь, и полностью черные глаза с золотой радужкой внимательно осмотрели фигуру Джойса. – Профессор вас ждет?

– Я его новый подопечный, – увильнул от ответа парень.

Его слова заставили зверя мученически застонать.

– Когда же профессора оставят в покое... Ладно, пойдем. Я проведу тебя до его комнаты.

– Не лаборатории? – удивился парень.

Зверь захохотал, а тем временем Джойс поставил в голове пометку о необходимости изучить повадки этих удивительных существ.

– Лаборатория и комната – одно и то же место, – гортанно произнес он, проходя через проход. Венатору пришлось наклониться, чтобы пролезть и не зацепить хребтом верх.

Зверя звали Жемчуг. Он рассказал, что это имя дал ему профессор. Последний сказал, что жемчуг – нечто невероятно прекрасное. И зверь в это верил.

– Так почему бы просто не ввести в поиске и не посмотреть, что это такое? – поинтересовался Джойс.

– А зачем? – морда Жемчуга выглядела искренне удивленной.

– Неужели никогда не было желания узнать происхождение своего имени?

– Его мне дал профессор. Я это ценю. И я уверен в том, что и он ценит меня, а потому не станет называть чем-то омерзительным. Поэтому мне достаточно знать, что это маленький круглый камешек белого цвета, что переливается всеми возможными красками.

Влияние Кинета на венаторов казалось невероятным. Они восхищались и любили его. Чисто и искренне, как могли любить лишь маленькие дети. Джойс вспомнил слова Хелены о том, что именно профессор настоял на клонировании. И теперь это поведение венаторов приобрело смысл.

Кинет в буквальном смысле был их создателем. По сути живым божеством или родителем. Это и есть причина их бескрайней любви.

Вскоре узкие коридоры закончились. Жемчуг вытянулся во весь свой рост, и Джойс заметил, что своей макушкой доставал лишь до брюха зверя. Настолько высокие...

Они дошли до лифта. Острым когтем Жемчуг набрал необходимый этаж.

Вскоре они пришли к нужному месту. В мрачном коридоре, освещенным лишь отражением, исходящим от планеты, была одна единственная дверь, оборудованная панелью.

– Он здесь, – произнес зверь. Лапой коснулся замка, после чего начал говорить. – Профессор Кинет, к вам пришли.

Дверь некоторое время не открывалась. В голове промелькнула мысль, что Джойса совершенно не ждали.

Но вскоре дверь открылась. И Жемчуг кивком показал, чтобы парень заходил.

В лаборатории было так же мрачно, как и в коридоре. Лишь исходящий от кристального сердца свет накрывал все вокруг красным оттенком. Джойс подошел ближе. Он прекрасно помнил, каким тусклым был кристалл в прошлый раз. Теперь он стал ярче, а сокращения в центре сильнее и чаще.

– Джойс, – раздался голос профессора.

Мужчина стоял у двери, что отделяла лабораторию от еще одного помещения. На нем был все тот же лабораторный халат и рубашка, но Джойсу показалось, что что-то в этом образе стало иным. Мелкая деталь, которую он упустил, из-за чего образ Кинета казался совершенно незнакомым.

– Профессор, – юноша рад видеть своего наставника. – Прошу меня извинить, если потревожил.

– Не переживай на этот счет. Ты меня не отвлек, – усталая улыбка коснулась его губ. – Что привело тебя сюда?

Вопрос поставил Джойса в тупик. Ведь он действительно пришел сюда без каких-либо причин.

– Вы сказали, что вам были интересны мои исследования, – глупо стал оправдываться он, после чего протянул свои блокноты. – Возможно вам станут интересны и те, что я не публиковал.

– Бумага? – искренне удивился Кинет. Он подошел ближе и принял протянутые записи, и Джойс заметил, что походка мужчины стала иной. Тяжелее, чем раньше.

Все записи, за исключением одного блокнота, оказались на столе. Кинет перевернул первую страницу.

– Возможно вы не поймете мой подчерк, – насмешливо признался Джойс.

– Не ожидал встретить существо, что пользуется органическими материалами для письма, – казалось, что использование бумаги для Кинета было куда удивительнее, нежели сами записи.

– Всегда предпочитал бумагу. В ней есть что-то, что помогает мне работать.

– Здесь с этим будет сложнее, – усмехнулся Кинет и начал, наконец, вглядываться в расчеты. – Иногда академия отправляет крейсеры на определенные станции. Можешь попросить Хелен, чтобы в следующий раз она взяла тебя. Слышал, что в тех местах можно купить все, что пожелаешь. И даже органическую бумагу.

Это было бы замечательно.

Кинет выглядел по-настоящему заинтересованным в его расчетах. Несколько серебристых прядей упали на лицо у самого носа, и у любого живого человека она бы затрепетала от дыхания. Но волосы Кинета оставались неподвижными. Очередное напоминание для Джойса о том, что перед ним стоял не человек.

Интересно, представителем какой расы он был на самом деле? И по каким причинам использовал роботизированное тело? Вопросы роились в голове Джойса, но он не мог дать им выйти дальше собственных мыслей. Они только познакомились, и подобные расспросы совершенно неуместны.

– Стеариновая винтовка? – внезапно произнес Кинет. Его голос выражал крайнюю степень удивления.

– А, это? – Джойс неловко потер затылок. – Когда-то в детстве я мечтал о подобной винтовке. В одну из ночей мне стало интересно, есть ли возможность создать подобное оружие, а потому решил провести расчеты. Не обращайте на них внимания. Всего лишь детская глупость.

– Детская глупость? – Кинет оторвался от записей. Его серебристые глаза шокировано уставились на Джойса, словно он говорил величайшее в его жизни заблуждение. – Джойс, эти расчеты верны. Ты действительно создал ручную стеариновую винтовку.

– Лишь в своей голове, – поправил парень. – Я знаю, что стеариновые кристаллы слишком велики для подобного проекта, а их раскол невозможен из-за детонации.

Кинет неопределенно фыркнул. Он отложил блокнот на стол, после чего направился к одному из столов. И Джойс понял, что ему не показалось. Походка профессора действительно тяжелее.

Мужчина опустился на колени. Открыл один из ящиков и выудил оттуда небольшую черную коробку. Вернувшись, он протянул ее Джойсу.

– Поздравляю с первым проектом, Джойс, – произнес он.

Юноша в недоумении уставился на предмет в его руках. Слегка приподнял крышку, и то, что он увидел, лишило его грудь воздуха.

В коробке лежал стеариновый кристалл. По стандартным меркам он крайне мал, но все равно достигал размера крупного кулака.

– Но, – пролепетал он, удивленно глядя на Кинета. Профессор же в это мгновение походил на довольного зверька. – Доверить мне такое?

– Почему нет? – Кинет наклонил голову, из-за чего Джойс разглядел на шее несколько родинок. Роботизированное тело идеально повторяло человеческое. Со всеми его особенностями. Есть ли необходимость в столь идеальном копировании? – Этот кристалл бесполезен в наших руках. Для карабельных пушек он слишком мал, но слишком велик для проектирования обычных винтовок.

– Но вы ведь только что сказали, что он бесполезен из-за крупного размера. По сути это ставит мой проект в тупик.

– Ты ведь ученый, Джойс, – усмехнулся профессор. – Пора превратить расчеты в нечто существенное. Тебе следует уйти от теорий и понять, что они не являются конечным результатом труда. Без них, разумеется, прогресс недостижим, но они лишь инструмент, а не конечный продукт. И твоя задача сделать так, чтобы результаты этих самых расчетов и теорий могли лежать в руках не в виде бумажных записей.

Джойс еще раз посмотрел на кристалл. В гранях красного камня он видел собственное отражение: удивленное и воодушевленное. И совершенно не испуганное. Он не боялся чего-то нового. Он лишь переживал, что оказанное ему доверие может не оправдать себя.

– Я, – запнулся он лишь на секунду, – я не подведу.

Ответ устроил Кинета. Профессор вновь взял записи и, присев на один из стульев, принялся перелистывать дневники Джойса дальше. В красном полумраке он идеально видел каждую букву и число.

– Могу задать вопрос?

Профессор кивнул.

– Правда, что студентка прикоснулась к этому сердцу? – он указал рукой на светящийся кристалл.

Умей Кинет дышать, то непременно бы тяжело вздохнул.

– Да, к сожалению. Произошел инцидент, и она попала сюда без моего ведома.

– Разве в лабораторию можно попасть без вашего разрешения? – Джойс помнил, что Жемчугу пришлось просить Кинета о входе.

Его вопрос явно не понравился профессору. Меж бровей и в уголках глаз залегли неглубокие морщинки.

– Нельзя, – единственное слово, которое он произнес, после чего вновь вернулся к чтению.

Между ними повисло едва различимое напряжение. Джойс чувствовал, что любые его слова могли только ухудшить и без того тяжелую ситуацию. И единственное, что он смог придумать, стало:

– Могу я обращаться к Вам на “ты”?

Рука Кинета замерла, когда тот переворачивал страницу. Он поднял голову, и серые глаза встретились с янтарными.

– Все это время ты обращался ко мне на “Вы”? – искренне удивился он.

– А Вы только заметили?

Слышать смех Кинета оказалось куда приятнее, нежели видеть его нахмуренное от тяжелых мыслей лицо. И Джойс надеялся, что будет слышать этот слегка статичный голос чаще.

– Да, ты можешь обращаться ко мне на “ты”.

Внезапно появившееся напряжение исчезло так же неожиданно, как и появилось.

Нео. Первый полет

– Сегодня мы приступим к практическим занятиям, – сообщила им Бернардайн во время их второго визита на корабль.

– Так рано? – удивился Зайс.

– Думаю, что лекций в вашей студенческой жизни более чем достаточно. Поэтому я считаю, что следует как можно быстрее приступить к по-настоящему полезным урокам.

Их куратор права – лекций стало слишком много. После инцидента с сердцем Нео вернулась к занятиям шесть циклов назад, и с тех пор в расписании не было ни единой строчки, где бы значилось имя их профессора. Лишь лекторы, среди которых изредка появлялась фамилия преподавателя по физической подготовке. Только на его занятиях девушка могла, наконец, расслабиться и получить удовольствие от простых силовых тренировок.

Удивительно, но члены команды оказались достаточно подготовленными. По внешнему виду Кендры видно, что девушка занималась тяжелым физическим трудом, но видеть то, как она с легкостью поднимает то, на что у других не хватало сил, невероятно. Зайс, пусть и был мельче своих соплеменников, оказался крайне быстрым. Любые упражнения, где ценились скорость и ловкость, давались ему невероятно легко. Нео могла пробежать лишь четверть дистанции, в то время как Зайс уже отдыхал за финишной линией. С его видом девушка, разумеется, не могла конкурировать. Телосложение замийца в буквальном смысле создано для бега. Блинные ноги, способные за один прыжок перемещать тело на огромные дистанции, являлись невероятным преимуществом перед большинством здешних рас. И Зайс этим бессознательно пользовался.

Однако больше всего Нео удивил Айро. Все это время он носил студенческий комбинезон, который не закрывал лишь голову и небольшую часть шеи, однако на этих занятиях его заменили обычные черная футболка и спортивные штаны, которые подчеркнули абсолютно все достоинства его фигуры. Широкие плечи и мускулистые руки в моменты интенсивных тренировок покрывались редкими, но сильно выделяющимися венами. В середине занятий футболка Айро помогала настолько, что прилипала к прессу, из-за чего Нео могла разглядеть рельефность его тела. Абсолютно каждая черта в нем кричала о совершенстве. Будто талантливый скульптор корпел всю свою жизнь, чтобы высечь из камня настолько идеальное существо.

По человеческим меркам Айро невероятно красив. Будь среди учеников другие девушки человеческой расы, то парень наверняка познал бы все прелести неловкого флирта.

И именно эти мысли стали одной из причин, по которым она так ждала практических занятий. Она знала, что они отвлекут ее.

Ведь она создала связь с кристальным сердцем. Пусть и слабую, но связь. И ей как никогда хотелось знать о том, к чему это приведет. Поскольку с каждым новым циклом ее одолевало смутное беспокойство. И слова ректора, что она слышала в медицинском отсеке, с каждым новым пробуждением казались невероятно далекими от правды.

После прикосновения к сердцу она больше не слышала голос.

Девушка, что в ее голове постоянно паниковала и просила о спасении, полностью исчезла. Нео надеялась, что кристальное сердце успокоилось после ее прикосновения, а не пострадало. И именно поэтому она так хотела как можно скорее встретиться с Криком.

Почему-то этот вопрос она хотела задать именно ему.

В первую встречу корабль показался ей надежным. Капитан Бернардайн сурова, и пускай блике к концу занятия она стала куда мягче, Нео побоялась подойти к ней. А потому выбор мгновенно пал на Крика. Скорее всего он даст дельный совет, связанный с представителем его же вида.

И сейчас команда стояла на мостике прямо перед Бернардайн, что сменила свой прошлый костюм на простую водолазку и армейские штаны, что использовали пехотинцы.

– Сегодня мы покинем академию и проведем испытание ваших летных навыков. Благодаря этому заданию мы постараемся определить ваше направление.

– На первом же занятии? – Кендра нахмурилась. Ее тяготила мысль о том, что она может оплошать в первый же день практических занятий.

– Это пробный полет. Он нужен только для меня, и в ваши дела попадет лишь строчка о практическом занятии на истребителях.

Кендра выдохнула, Зайс улыбнулся. И лишь Нео и Айро стояли так же неподвижно, как и раньше. Девушка была глубоко погружена в размышления о кристальном сердце, а мысли парня оставались такими же неопределенными, как и он сам.

– В таком случае взлетаем.

– Принято, – мягко произнес Крик.

Крик быстро нарастил мощность. Нео могла лишь смотреть на то, как миллионы окон клыка превращались в единые линии, пока они вместе с черным корпусом не превратились в единое месиво. Если не считать гиперскорость, то она никогда не летала так быстро. Гудение двигателей крейсера становились все громче, и Нео осознала, что тот готовился к переходу на следующую скорость.

Зайс чуть шире расставил ноги, Кендра и Нео прислонились друг к другу плечами, и лишь Айро невозмутимо стоял на своем месте.

– Стабилизация, укрепление и прыжок, – командным тоном произнесла Бернардайн.

И в это же мгновение дрожь корабля исчезла. Звук двигателей стал тише, но сам тон возрос настолько, что невольно хотелось закрыть уши.

– Принято, – столь привычный ответ бросил Крик, после чего совершил гиперпрыжок.

Они остановились в никому неизвестной точке галактики. Никаких планет рядом – лишь бескрайняя вселенная, в которой признаки жизни подавали лишь редкие вспыхивающие космические тела.

– Где мы? – поинтересовался Зайс.

– В месте, где сможем провести тренировку, – ответила Бернардайн. Длинные пальцы капитана стали клацать по кнопкам. – Крик, выпускай столбы.

На одном из мониторов, что показывал небольшой участок бока корабля, Нео увидела открывающийся шлюз. Некоторое время ничего не происходило, но вскоре один за другим оттуда стали вылетать колонны, которые использовали в качестве препятствий во время обучения полетам. Оснащенные магнитным барьером балки отталкивали истребители в случае, если те были готовы врезаться, а потому являлись идеальными приспособлениями для обучения молодых пилотов.

Тем временем Бернардайн вновь повернулась к ним.

– Отправляйтесь в ангар и садитесь в истребители. Думаю, что вы не нуждаетесь в объяснениях, поскольку при поступлении в академию у вас должны были принимать полетный экзамен. Поэтому прошу, – она указала рукой на выход.

– И никаких указаний? – впервые подал голос Айро.

– Получите после вылета.

Смутное распоряжение слегка напрягло. Они вышли, и Кендра вместе с Зайсом стали набрасывать примерные варианты задания, в то время как Айро и Нео шли немного позади.

Они редко говорили до ситуации с сердцем, а после и вовсе не могли найти причин для разговора. Нео хотелось разговорить Айро, поскольку после инцидента с Коско она смогла проникнуться к нему слабой симпатией. Находиться в его компании стало легче, а сам юноша перестал раз за разом вставлять едкие комментарии абсолютно в каждый диалог.

– Коско ничего не сделал? – слова сорвались с языка куда быстрее, чем она успела о них подумать.

Айро шел совсем рядом, и Нео смогла заметить скрытое замешательство в его глазах.

– Прошло несколько циклов после инцидента в столовой, – напомнила она. – Коско ничего не сделал за пределами занятий?

Айро нахмурился. Он не выглядел тем, кого злил вопрос Нео. Скорее всего ее слова поставили в тупик, и теперь он силился вспомнить все моменты, связанные с злосчастным Коско.

– Только несколько синяков во время занятий по физ подготовке. Только и всего, – сухо ответил он.

– Лишь синяки? – ухмыльнулась девушка. – С его вечной злобой к гибридам я предполагала, что он пойдет на...

Она прикусила язык. Поняла, что затронула отвратительную тему. И потому побоялась, что очередное напоминание Айро о происхождении раз выстроит между ними еще одну стену.

Однако юноша не разозлился. Казалось, что он даже выдохнул. Будто Нео перешла выстроенную им черту, из-за чего он, наконец, мог говорить свободно.

– Он просто очередной идиот, – Айро не показывал, но в его голосе Нео отчетливо расслышала нотки усталости. Юноша сталкивался с подобным далеко не в первый раз.

Они сели в поезд, что приветливо помигивал зелеными фонарями. Стоило только хвосту Зайса полностью оказаться в вагоне, как они тронулись и направились к ангару.

Размеры Крика делали его практически дрейфующим в космосе городом. Если бы огромную часть пространства не занимали двигатели и необходимые для функционирования установки, но здесь спокойно уместились бы тысячи человек. Даже ангар, в котором стояли лишь четыре одиноких истребителя, мог спокойно вместить в себя средний живой корабль. Крик был невероятен. И Нео признала это в очередной раз.

Первое, что они увидели в ангаре – полупрозрачная голубая стена, которая отделяла внутреннюю часть корабля от космоса.

– Атмосферный щит! – восхитился Зайс. Уши парня, что до этого момента статично свисали, теперь заинтересованно поднялись. – Лишь читал о них. Невероятно дорогая технология!

– И для чего она? – спросил Айро, лицо которого вновь приобрело привычную хмурость.

– Благодаря щиту можно без проблем попадать на борт и не закачивать в помещение воздух и тепло, – Нео видела подобную установку на корабле приятеля отца. Больше всего в тот момент ее захватил истребитель, что покидал ангар, в то время как она и отец оставались так близко к выходу в открытый космос. Им не требовались защитные костюмы. Они оставались там, пока истребитель шустро проходил через барьер, что отделял их от неминуемой смерти в бескислородной среде. – Потрясающая установка.

Крик удивлял их все больше и больше.

– Почему такое судно отозвали? – внезапно спросила Кендра. – Крик – потрясающий военный корабль. Почему он и Бернардайн учат нас, в то время как с подобной боевой мощью они должны находиться на поле боя?

– Мы и сами этого не знаем, – ответил им Крик. – Такова воля ректора. И его фигура имеет достаточно полномочий для нашего отстранения.

– Но ведь это глупо!

– Мы считаем абсолютно так же.

Кендра хотела продолжить расспрос, однако Крик перестал отвечать. И единственное, что они могли сделать – сесть в свои истребители и начать занятие.

В собственный самолет Нео в буквальном смысле запрыгнула. Кресло приятно окружило спину, а руки сами легли на приборную панель, набирая необходимые команды. Истребитель зашипел, и кабина над ее головой захлопнулась. Пристегнув ремни и оценив остановку, она потянула штурвал на себя. Взревевший диким зверем истребитель сорвался с места и, прорвавшись через атмосферный щит, оказался в открытом космосе.

Впервые за все пребывание в академии Нео ощутила всепоглощающее спокойствие. Здесь, в бескрайнем космосе, где она чувствовала себя по-настоящему свободной. Где любые тяжелые мысли покидали голову, а единственным, о чем она могла думать, являлся истребитель. Прекрасное маленькое судно шустрой стрелой бороздило просторы. Лишь легкого наклона штурвала достаточно для того, чтобы то послушно изменило курс. Нео сделала петлю, искренне наслаждаясь управлением. И она была уверена в том, что никто не мог остановить это редкое мгновение счастья.

– Нео, – прервал ее мысли раздавшийся из динамиков голос Крика. – Не улетай слишком далеко. Ваш тренировочный полигон намного меньше, чем ты думаешь.

Казалось, что над ней только-то подшутили. Нео развернула истребитель и поняла, что тренировочные шесты вместе с огромным крейсером остались далеко позади.

– Увлеклась, – честно призналась она, после чего направила свой миниатюрный корабль обратно, пусть и с меньшей скоростью.

Внезапно Нео осознала, что прямо сейчас она совершенно одна. Если Крик не подключится к частоте для переговоров, то истребитель становился зоной мнимой приватности. Девушка сомневалась, стоило ли так рисковать, но иного выбора у нее не было.

– Крик, можно с тобой поговорить? – счастье, которое она испытала, отступило. На его место пришла неуверенность, которая наверняка проявлялась в голосе. – Так, чтобы нас никто не услышал. Даже твой капитан.

Звучало крайне грубо и самоуверенно.

Звездный Крик был кораблем Бернардайн, и совершенно глупо надеяться на то, что он станет скрывать что-то от своего капитана. А потому длительное молчание она восприняла отрицательно, в глубине души коря себя за то, что вообще начала задавать вопросы.

– Нас не слышат, – внезапно произнес он, из-за чего Нео дернулась. Штурвал чуть качнулся, из-за чего истребитель накренился влево. Девушка быстро выровняла его и продолжила движение. – Что тебя беспокоит?

Нео сглотнула образовавшийся в горле ком. Она все еще сомневалась, стоило ли кого-то посвящать в ее переживания. Но почему-то ей хотелось верить Крику. Казалось, что в огромном белом корабле куда больше человечного, нежели в некоторых людях.

– Пару циклов назад я прикоснулась к кристальному сердцу.

– Мы осведомлены, – спокойно ответил Крик. – Думаю, что абсолютно все в академии знают, что первокурсница создала связь.

– Новости быстро распространяются даже в таком месте, – собственные слова камнем осели в груди. – Бернардайн, наверное, невероятно зла.

Глупо предполагать, что наставница ничего не сказала по этому поводу из-за тихой гордости за ученицу. Скорее всего пыталась скрыть свое презрение тем, что ее студентка в буквальном смысле пробралась в запрещенное место и прикоснулась к камню.