Текст книги "Пробуждение Хаоса. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Янтарный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

– Я-то могу, да только это не по правилам, – пожал плечами Бьярташ, – телепортационный импульс всё равно будет замечен в кланах Рагнаро и Такменташ. Поэтому нам придётся телепортировать сначала до границ с этими кланами, пересекать их по всем правилам, и только потом…

– Не придётся, – прервал его Жерар, – я уже написал несколько строк Амадею и Демиру. Они не станут акцентировать внимание на вашей сквозной телепортации. С учётом того, что в этой группе состоит мой сын, вопросов они задавать не стали.

– Ваш сын? – Йохалле уставился на Жерара, – значит, Сареф всё-таки не передумал лезть в это самоубийственное дело. Жаль, я надеялся, что смог хоть немного вправить ему мозги.

– Ну, по крайней мере, Сареф вместо того, чтобы тайно уворовывать Месса из клана, вчера нашёл в себе силы для того, чтобы честно с нами об этом поговорить, – деликатно заметил Жерар, – так что… если это вы вправили моему внуку мозги – мне остаётся только поблагодарить вас за это.

– Так, ну хватит!!! – Сареф окончательно вышел из себя, – дедушка, в Системе вообще есть хоть какие-то вещи, о которых ты не знаешь?

– Есть, Сареф, и очень много, – улыбнулся Жерар, – тем не менее, тот факт, что я был лишён возможности участвовать в твоей жизни, не означает, что я не приглядывал за тобой иными способами.

– Я так и понял, – буркнул Сареф, – давайте, быстрее, раз уж решили лететь прямо в Агруменаш – нечего терять время!

Месс по очереди обнял на прощание Аолу, Жерара и Нину. А вот Сареф, демонстративно отвернувшись, от любящих объятий своей семьи воздержался. Ему вчера и без того стоило больших трудов довериться им и честно обо всём рассказать. После этого узнать, что Жерар с самого начала был в курсе всех его поползновений, оказалось просто оскорбительно. И хотя подсознательно Сареф понимал, как это глупо: обижаться на главу клана Гайранос за то, что тот не оказался дураком, он всё равно ничего не мог с этим поделать. Впрочем, Жерар чутко заметил состояние Сарефа, правильно его оценил – и потому ни сам не стал лезть с объятиями, и Нину с Аолой крохотным, едва уловимым жестом, но всё же придержал, чтобы они тоже к нему не лезли. Вместо этого он обратился к Бьярташу:

– Как видите, уважаемый, у вас появился тот самый шанс, о котором вы вчера просили. Я посылаю в ваш клан своего сына… и я ожидаю соответствующего к нему уважения. И, если… кгхм… обстоятельства сложатся так, что Месс получит в вашем клане необходимые ему знания и навыки – я в долгу тоже не останусь.

– Не переживайте, – с достоинством кивнул ему Бьярташ, – у нас есть опыт в том, как принимать в гостях сыновей глав кланов.

Сареф от этого заявления чуть не споткнулся. Как хорошо, что Жерар не в курсе контекста этой фразы. Потому что Мэйс, наверное, на всю жизнь запомнит гостеприимство клана Агруменаш. А мгновение спустя Бьярташ, убедившись, что все четверо готовы, поднёс флейту к пасти, выдохнул мелодию – и в следующий момент их подхватил вихрь плотной энергии, унося прочь, на земли клана Агруменаш…

Глава 2.10

Умение Бьярташа сработало невероятно точно и чётко: они вчетвером материализовались ровно перед мэрией Эльшехесса. Мало того, они оказались в круге, который был нарисован белой краской. Вероятно, такие круги были нарисованы лично для Бьярташа, который благодаря своим способностям мог по десять раз на дню перелететь из одного конца клана в другой. И для того, чтобы он в процессе телепортации ни на кого не упал и никого не покалечил, для него и были нарисованы вот такие круги, в которые он мог безопасно телепортировать.

– Бьярташ, дружище, здоров, – стревлога поприветствовали два стража, которые охраняли вход в мэрию и, как видно, дополнительно приглядывали за тем, чтобы никто не лез в телепортационный круг, – ну, как там ваш славный поход?

– Не так здорово, как хотелось бы, – вздохнул Бьярташ, – тамошний монстр пятого уровня поймал меня в ловушку, и моим друзьям пришлось сражаться вчетвером.

– Ууу, невезуха, – сочувствующе сказал один из стревлогов. После чего, ожидаемо, остановил взгляд на Мессе, – а это кто сюда с вами пришёл? Хрипунец будет не очень рад его ви…

В этот момент его напарник ткнул товарища в бок, и тот поспешно умолк. Слишком поздно он сообразил, что этим именем не стоило светить перед незнакомым человеком.

– Всё в порядке, – хмыкнул Йохалле, – так уж получилось, что этот человек собирается с ним познакомиться – и остаться после этого в живых. Жаль, что я не смогу на это полюбоваться.

– Но всё же, на будущее – держите язык за зубами, – многозначительно добавил Бьярташ, – потому что дела наши после Годасты пойдут бодрее, и есть шанс, что в клан будут прибывать и другие люди. И им совсем необязательно знать, что у нас есть… весьма специфичные способы защитить свои права.

– Справедливо, – стревлог, которого Бьярташ только что отчитал, склонил перед ним голову, – спасибо, друг, будем иметь в виду.

– Что до него, – Бьярташ указал на Месса, – позвольте представить: Месс Аджерахей-Гайранос, сын главы Жерара Аджерахей-Гайраноса и отец Сарефа.

Стражники с беспокойством переглянулись. И их смятение можно было понять. С одной стороны, Месс происходил из самых сливок человеческого общества, которые по определению были обязаны всю жизнь смотреть на стревлогов, как на грязь под своими ногами. С другой же… сейчас ситуация изменилась, и наличие здесь этого человека означало прямую заявку на сотрудничество с кланом Гайранос. Что для стревлогов было весьма и весьма кстати, учитывая, что даже для самых базовых связей с кланом Ювенаро им пришлось натурально спустить сыну Валки попытку геноцида.

– Ну, тогда вам точно надо к Анейрашу, – заметил один из стревлогов, – Сарефа-то наши братья уже знают, а вот на Месса могут неправильно среагировать. Особенно после той истории…

– Да, это будет разумно, – кивнул Бьярташ, после чего повернулся к Сарефу, – ладно, дружище. Рад был тебя повидать, но сейчас – меня уже ждут. Я правильно понимаю, что ты бы хотел сразу после того, как уладишь свои дела, отправиться в клан Зинтерра? Я могу тебя подбросить.

– Да, это было бы удобно, – кивнул Сареф, которому, признаться, совершенно не улыбалось ещё несколько дней болтаться в транспортном экипаже, чтобы добраться до Зинтерры, – думаю, я управлюсь со всеми своими делами за один день. Если завтра в это же время ты сможешь отправить меня в Зинтерру – это было бы замечательно.

– В таком случае – до завтра, – кивнул Бьярташ. После чего ступил в телепортационный круг и, выдохнув очередную мелодию, испарился в потоке воздуха. Сареф, Месс и Йохалле направились в мэрию.

– Ты, кстати, чего невыспавшийся, – спросил Сареф тёмного эльфа, – где ты был всю ночь?

– С Борисом, – коротко ответил Йохалле, – всю ночь просидели на крыше поместья. Ну и… поговорили.

Сареф понимающе кивнул. То, что вчера случилось, когда Жерар сместил Доминика с должности советника, было просто омерзительно. Признаться честно, Сареф был поражён тому, что после такого Борис вообще смог сдержать себя в руках. И Сареф крайне точно представлял, как это было. Борис, обратившись в свою форму летучей мыши, лежал, положив Йохалле голову на колени, и тихо рассказывал о своей жизни. А тёмный эльф, изредка почёсывая того за большим розовым ухом, что-то ободряюще ему отвечал. Что ж, Йохалле, как никто другой, умел поддержать и ободрить. Борису повезло, что он получил возможность выговориться хоть кому-то.

– Думаешь, с ним всё будет в порядке? – осторожно спросил Сареф. Йохалле мрачно посмотрел на него, явно размышляя, стоит ли отвечать. После чего всё же сказал:

– Будет. Если больше никогда в жизни не увидит того, кто по недоразумению судьбы лёг в постель с его матерью. Но мы отлично понимаем, что этого никогда не случится. Эта тварь слишком привыкла сосать соки из своего сына – и даже оттуда она найдёт способ дотянуться до него.

– А он не рассказывал, что стало с его мамой? – спросил Сареф, с досадой отметив, что ему даже в голову не пришло поинтересоваться этим у Бориса, потому что он был слишком сосредоточен на своих собственных задачах.

– Он сказал, что она умерла. Давно, – ответил Йохалле, – я не стал спрашивать дальше. Он и без того вчера разваливался на куски. Если бы ему пришлось вспоминать ещё и это – он бы не вынес. Но могу сказать, что если Доминик ещё хотя бы раз мне попадётся – он очень сильно об этом пожалеет.

Наконец, они дошли до кабинета Анейраша. Постучав и получив разрешение войти, Сареф сначала пустил вперёд Йохалле, потом своего отца – и только потом зашёл сам.

– Сареф, Йохалле, – Анейраш, работавший с бумагами, поднял на них взгляд и благожелательно улыбнулся, – рад вас видеть. Сареф, ты особенно вовремя заглянул, я как раз заканчиваю работать над соглашениями, которые ты выторговал для нас у Валки. Сегодня вечером мы со Старшими ещё раз пройдёмся по всем пунктам, после чего ты поставишь на них свою подпись – и мы можем отправить их Валке. А это, – стревлог посмотрел на Месса, после чего снова улыбнулся и сказал, – интересный гость. Позвольте угадать. Вы отец Сарефа, не так ли? Фамильное сходство заметно.

– Да, именно так, – кивнул Месс, подходя к Анейрашу и протягивая ему руку, – обстоятельства сложились так, что мне пришлось прибыть сюда.

– Рад вас здесь приветствовать, – ответил Анейраш, слегка привстав со своего места и отвечая на рукопожатие, – для нас большая честь – принимать вас здесь, равно как и большая ответственность перед Жераром, который, несмотря на… возможные прошлые разногласия, доверил нам жизнь своего сына. Вы прибыли сюда по клановым делам, или у вас какой-то личный интерес?

– Обстоятельства складываются так, что мой сын взялся за очень трудное и опасное задание, – ответил Месс, – по его словам, я тоже могу быть ему полезен. Однако для этого мне нужно пройти тренировки у вашего местного… специалиста по силам Хаоса, которого, судя по всему, зовут Хрипунец.

Судя по тому, как приподнялись кожные складки над глазами Анейраша, такого ответа он ожидал меньше всего. Стревлог посмотрел было на Йохалле, но тёмный эльф, развалившийся на боковом диване и закинувший одну ногу на колено другой, демонстративно смотрел в потолок, всем своим видом давая понять, что он по-прежнему крайне неодобрительно относится к этой затее.

– Ну что ж… – осторожно сказал Анейраш, – не знаю всех деталей, но, уверен, что Хрипунец будет рад оказать услугу сыну главы клана Гайранос…

– Нет! – внезапно сказал Сареф, – если мы придём к нему на таких условиях – то точно его обидим, и он откажется помогать. Я хочу, чтобы мы поговорили с ним сами.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – деликатно спросил Анейраш, – ты же знаешь, как Хрипунец ненавидит людей. И после того, что произошло с Мэйсом, его мнение если и поменялось, то только в худшую сторону.

– Я уверен, что так будет правильно, – рассудительно заметил Сареф, – если вы знаете Хрипунца – то должны понимать и то, что его никакие правила не удержат, если ему что-то поперёк горла встанет. И помогает он вам, по большей части, потому, что ему самому это нравится. Кроме того, я помню, как он полтора месяца назад пришёл ко мне лично просить, чтобы я его вылечил. Хотя ему ничего не стоило точно так же прислать ко мне тебя, чтобы ты потребовал для него лечения, раз уж Хрипунец теперь работает на вас. После такого я точно не хочу выглядеть размазнёй, которой ссыкотно лично подойти и попросить за своего отца, и которая будет прятаться за спиной главы клана. По крайней мере, в своих собственных глазах.

После этих слов Йохалле на пару секунд скосил на него зелёный глаз и едва слышно хмыкнул.

– Что-то не так? – с вызовом спросил Сареф.

– Отдаю должное: характер свой ты не растерял, – невозмутимо ответил тёмный эльф, – к сожалению, это не отменяет того, что у тебя серьёзно притупились мозги.

– Мы это уже обсудили, – хладнокровно ответил Сареф, – если ты не веришь в мой успех и не хочешь помогать – то, по крайней мере, не мешай.

– О чём вы говорите, если не секрет? – деликатно поинтересовался Анейраш.

– Вот, можешь у Йохалле и спросить, – ответил Сареф.

– О, не волнуйся, я расскажу, – невозмутимо парировал Йохалле, после чего многозначительно добавил, – и даже не рассчитывай на то, что я оставлю свои попытки переубедить тебя.

– Это очень хорошо, что ты будешь работать против моей миссии, – бесстрастно ответил Сареф, – это позволит нам подсветить в ней слабые места, которые в других обстоятельствах мы бы, скорее всего, не увидели.

– Недаром внук своего дедули, – проворчал Йохалле, отворачиваясь, – всеми отманипулирует и отовсюду выжмет пользу.

– Ну, если вы хотите поговорить с Хрипунцом – то лучше это не откладывать, – заметил Анейраш, мягко прерывая их спор, – в таком случае – твоему отцу следует взять вот это. Чтобы мои братья в городе реагировали на него правильно.

С этими словами Анейраш открыл свой стол и достал из него… вероятно, гостевой браслет. Кожаный наруч, украшенный узором из золотистых ящериц.

– Повезло, что вообще озаботились этим и сделали хотя бы десяток штук, – пробормотал про себя стревлог, – не ждали мы так быстро таких высоких гостей. С другой же стороны – значит, всё это было не зря…

Месс деликатно не заметил этого бормотания и, получив браслет, натянул его на левую руку и открыл своё Системное окно:

– А ведь совсем неплохо, – довольно заметил он, – 12 % к запасу здоровья и 12 % устойчивости к яду – это прямо очень хорошие усиления. Уверен, с таким Системным благословлением у вас в клане будут рождаться славные бойцы.

– Благодарю за любезность, – ответил Анейраш, – что ж, в таком случае – я вас не задерживаю. И не забудь, пожалуйста, зайти вечером, Сареф. Нам нужны твои подписи на итоговых вариантах соглашений…

* * *

Несколько минут спустя Сареф и Месс шли по улицам Эльшехесса, в то время как Йохалле остался у Анейраша, явно подробно и во всех красках пересказывая, во что Сареф позволил себе вляпаться. И стревлоги на улицах, действительно, провожали Месса взглядом, беспокойно перешёптывались, указывали пальцем и на него, и на гостевой браслет, который тот намеренно оставил поверх рукава своей куртки. Один раз к ним даже подошли патрулирующие стражи, но после того, как Сареф объяснил им, что этот гость – его отец, моментально отстали.

– Признаться, чувствую себя немного неуютно, – тихо сказал Месс, – никогда не видел в одном месте столько стревлогов. Как ты только это выносишь?

– Да ничего особенного, – Сареф, действительно, настолько привык к стревлогам (особенно в сочетании с тем, что ещё с детства эти таинственные двуногие ящеры вызывали у него искреннее любопытство), что совершенно не обращал на них внимания, – просто веди себя так, как если бы ты пришёл в чужой дом. Спокойно, вежливо, ненавязчиво. Поверь, сейчас, когда стревлоги активно восстанавливают свой клан, они кровно заинтересованы в том, чтобы такие люди, как ты, не боялись приходить сюда по своим делам. И, что не менее важно, чтобы они оставались довольны своим визитом.

Они прошли ещё несколько улиц. Стоило заметить, что стройка, идущая полным ходом, начинала приносить плоды, потому как эти самые улицы стремительно удлиннялись, на них появлялись новые дома, да и дороги стали ровнее, и идти по ним было приятнее. И вот, наконец, показалась лачужка, в которой жил Хрипунец.

Сареф и Месс подошли к двери… из-за которой в этот самый момент послышался заливистый женский смех. Сареф оторопел. Действительно, он так прямо и напролом шёл к своей цели, что ему даже в голову пришло, что Хрипунец может банально отдыхать… или иным способом проводить своё личное время. Они с Мессом переглянулись, после чего отец тихо сказал Сарефу:

– Может… зайдём позже? А то, и впрямь, как-то невежливо… покажешь мне пока город. Если тут, правда, всё лето шла стройка – будет интересно на это взглянуть…

– Да заходите вы! – раздался рык из дома, – не заперто!

Сареф и Месс переглянулись, после чего первый послушно толкнул дверь и вошёл в дом. Отец проследовал за ним.

Единственная комнатка в лачужке Хрипунца практически не изменилась. Только у стены появился диванчик, на котором, собственно, и лежал Хрипунец. И диванчик для Хрипунца был, определённо, маловат: его голова лежала на одном подлокотнике, а босые ступни свешивались с другого. Впрочем, у его ног стояла на коленях стревлога, которая в этот момент массировала Хрипунцу ступни.

– Заходите, заходите, – сказал им Хрипунец, – на Лишу не обращайте внимания, она просто оказывает мне небольшую, но очень приятную услугу. Не так ли, моя милая Лиша?

– О да, мой дорогой Экки, – мягко ответила стревлога, которая с обожанием во взгляде смотрела на Хрипунца, – ведь эти ноги каждый день могут пройти земли всего клана, они защищают нас от всех бед и напастей, они хранят нашу мирную жизнь. Эти усталые ноги заслужили немного отдыха и покоя.

– Именно, моя дорогая Лиша, – довольно ответил Хрипунец, после чего лениво взглянул на внезапных гостей, – не знал, что ты уже вернулся из клана Гайранос, парень. И кого же, позволь спросить, ты сюда привёл?

– Передо мной можешь не притворяться, – фыркнул в ответ Сареф, – тебе прекрасно известно о том, что мы здесь, с того самого момента, как Бьярташ перенёс нас сюда. Равно как известно и то, что это мой отец.

– Ну, всё то ты знаешь, – безмятежно ответил Хрипунец, который потянулся с выражением огромного удовольствия на морде. Сареф даже с благодарностью посмотрел на стревлогу Лишу, которая с огромным усердием и старанием массировала Теневому Символу ступни. Не исключено, что именно благодаря ней Хрипунец пребывал в настолько хорошем расположении духа, что даже не будет орать и согласится на его просьбу с первого раза.

– Ну, так что вам нужно? – спросил Хрипунец, – этого, несмотря на все свои выдающиеся качества, я не знаю.

– Лекарство, которое я добыл на Островах, не только вылечило моего отца, но и пробудило в нём некоторые… способности, – аккуратно заговорил Сареф, – кроме того, я подрядился на очень опасное дело… и мне кажется, что эти способности будут полезны в этой миссии. Поэтому я пришёл просить тебя о том, чтобы ты натренировал моего отца и научил пользоваться этими способностями, если это возможно.

После этих слов Хрипунец так резко принял сидячее положение, что стревлога Лиша даже ойкнула, едва не получив пяткой по носу. Хрипунец же невозмутимо сказал:

– Лиша, дорогая, погуляй где-нибудь часок-другой, будь так добра.

– Но, милый, я не закончила, – возмутилась было стревлога…

– Пожалуйста, – так же мягко попросил Хрипунец. Стревлога спорить больше не осмелилась – и послушно выскочила на улицу. Хрипунец же невозмутимо смотрел на Сарефа – и тот храбро смотрел на него в ответ. Эта игра в гляделки продолжалась три минуты, после чего Хрипунец, наконец, криво улыбнулся и сказал:

– Что ж, только одна вещь сейчас тебе делает честь, парень. Ты не стал прятаться за спиной Анейраша, который сейчас начал бы зудеть о том, как важно угодить сыну главы клана Гайранос, а лично пришёл просить меня. Поэтому, отдаю должное: свои шары ты не растерял. Хотя, готов поспорить, ты уже должен был заручиться поддержкой своего хитрожопого дедушки, который сейчас должен усиленно наяривать на такого умелого и перспективного внука. Но это не отменяет всего остального парень. Да, конкретно ТЫ сильно помог как мне, так и моим братьям, и конкретно ради ТЕБЯ я готов придержать свою желчь и даже притвориться, что в какие-то моменты мне не совсем плевать на тебя! Но ключевое слово здесь – НА ТЕБЯ! На других это НЕ распространяется – и заруби себе это на носу!

– Но…

– И даже не пытайся расчехлять своё Убеждение, – насмешливо фыркнул Хрипунец, – без вариантов, Сареф. Все те крупицы хорошего отношения к людям, которые каким-то образом ещё способна порождать моя душа – они для тебя. И только для тебя.

Сареф не нашёлся, что на это ответить. Да, он надеялся… но вместе с тем – понимал, что он не имеет никакого права давить на Хрипунца. Он обещал помогать стревлогам, защищать их… но не обещал никого учить силам Хаоса. Здесь он был в своём праве.

Однако в этот момент вперёд вышел Месс. И, подойдя к дивану, на котором сидел Хрипунец, он сказал:

– Уважаемый Хрипунец. Я понимаю, что вы ненавидите людскую расу – и хотя я не знаю вашей ситуации, эта ненависть, скорее всего, справедлива. Однако я прошу вас узнать вот что. Все эти годы я был жалким неудачником. Неудачником в своём клане, на которого в один момент даже собственный отец махнул рукой. Неудачником в клане Айон, который не прошёл тренировок драконов и сдался. И неудачником в клане Джеминид, который ни разу не смог вступиться за своего сына. И вот сейчас… сейчас, когда мне уже почти 50 лет, я получил единственный шанс хоть как-то помочь своему сыну. И если вы можете чему-то меня научить… в том числе и для того, чтобы помочь Сарефу… я прошу вас научить меня, – и после этих слов Месс… встал перед Хрипунцом на колени.

– Сочувствую, но ничем помочь не могу, – равнодушно пожал плечами Хрипунец, – я знаю сотни, если не тысячи куда более горьких судеб, которые заслуживают куда большей жалости.

Сарефа после этого пробрала злость. Месс не постеснялся пойти на такое унижение ради него… для того, чтобы всё равно ничего не добиться. А Хрипунец… смотрел в этот момент на Сарефа и явно ждал какой-то реакции именно от него. Но Сареф был уже куда более опытным, чем 4 года назад, и он уже безо всякого Убеждения мог подбирать верные слова. И потому, погасив свой гнев, Сареф тихо сказал:

– Когда ты в своё время находился в таком же положении – тебе дали шанс…

В следующую секунду Хрипунец сорвался со своего места… а ещё мгновение спустя Сареф понял, что стревлог прижимает его к стене, держа могучей рукой за горло…

– Сареф! – Месс испуганно вскочил на ноги, – отпусти его, или я…

– Нет! – сказал Сареф, – не вмешивайся, отец! Если он пожелает – то за секунду сотрёт нас обоих в порошок.

– Я с тобой за это расплатился, – прошипел Хрипунец, вертикальные зрачки которого расширились от гнева, – я дал тебе то, что больше не дал бы ни один Теневой Символ во всей Системе и за её пределами! Ты не смеешь мне это припоминать!

– Так то, о чём я тебя прошу, неприемлемо? – невозмутимо спросил Сареф, – или же дело просто в том, что я не в состоянии достойно вознаградить тебя за это?

Хрипунец ещё с полминуты, не мигая, смотрел на Сарефа. После чего, не сдержав одобрительной усмешки, сказал:

– Маленькая хитрожопая тварь. И ведь не сдаётся же. До последнего не сдаётся. Ну, хорошо, – он отпустил Сарефа и, повернувшись к Мессу, сказал, – всё равно сюда припрётся Анейраш, всё равно будет нудеть… зачем мне эта головная боль, если есть шанс закрыть этот вопрос раз и навсегда.

Хрипунец подошёл к своему дивану и, повернувшись к Мессу, ткнул на место перед собой.

– Садись!

Месс коротко взглянул на Сарефа и, получив от него одобрительный кивок, подошёл к Хрипунцу и сел перед ним на диван.

– Сейчас мы проверим, возможно ли тебя вообще чему-то научить. Закрой глаза, сиди и не дёргайся!

Месс послушно закрыл глаза. Хрипунец положил ему руку на лоб и держал примерно 30 секунд.

– Не открывай глаза, – приказал Хрипунец, подходя к единственному в лачужке окну. После чего сел на пол, сам закрыл глаза и свёл перед собой руки. Затем спросил:

– Что ты видишь? Отвечай быстро, не раздумывая!

– Темно, – ответил Месс, – мало света, но… как будто рядом есть вода. И высокая трава… Похоже на болотные заросли.

Хрипунец развёл перед собой руки – и через 5 секунд снова свёл, всё так же не раскрывая глаз.

– Сейчас? – спросил он.

– Горы, – ответил Месс, – высоко, яркое небо… это горы.

Хрипунец снова развёл и свёл перед собой руки.

– Сейчас?

– Вода… много яркой, чистой воды, и камни под ногами… побережье моря или океана, – ответил Месс.

– Понятно, – Хрипунец вздохнул, после чего поднялся, подошёл к дивану и сел с другой стороны от Месса.

– Ну, и что это значит? – спросил Сареф.

– Твой отец всё увидел верно, – с разочарованием и раздражением в голосе ответил Хрипунец, – у него, действительно, есть кое-какие способности. И я, действительно, могу кое-чему его научить. И я знаю, что ты от меня не отцепишься, маленький хитрожопый говнюк. Поэтому, если хотите от меня помощи – ты сейчас сядешь вот сюда, – Теневой Символ щёлкнул пальцами, и перед диваном появился небольшой стул, – и подробно расскажешь мне, зачем тебе вообще всё это понадобилось…