Текст книги "Пробуждение Хаоса. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Янтарный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

Глава 2.8

Собрались даже быстрее. Пошла, наверное, всего шестая минута, как последней в кабинет торопливо вошла Нина, накинувшая поверх ночной сорочки лиловый шёлковый халат с золотыми узорами. Жерар, Месс, а так же Аола, которая всё ещё оставалась в повседневном платье, уже были на месте.

– Спасибо, что так быстро откликнулись… и простите, что приходится так поздно вас отвлекать. Но мне очень нужно поговорить со всеми вами, потому что это очень важно, и это касается всех членов нашей… – Сареф запнулся, после чего всё-таки выдавил из себя этой слово, – семьи.

– В таком случае – ты можешь сесть за мой стол, – великодушно кивнул ему Жерар. Сареф от этих слов опешил.

– Я? За твой стол?

– Да, – кивнул Жерар, который уже занял одно из гостевых кресел, словно заранее это запланировал, – ведущим в этом разговоре будешь ты, поэтому, думаю, так будет удобнее нам всем.

Не став спорить, Сареф послушно проследовал через весь кабинет и сел в кресло Жерара… стоило признать, довольно скромное для главы одного из двух ведущих торговых кланов материка. Впрочем, оно было, как минимум, удобным – и, вероятно, Жерару, которому, как ни крути, шёл уже седьмой десяток, этого было более, чем достаточно.

Сев за стол, Сареф собрался с духом. Такая откровенность требовала, на удивление, много усилий. С друзьями это было как-то проще, легче… но и друзьями для Сарефа становились исключительно его единомышленники. А семья… это всё же немного другое. Как минимум, у каждого из них своё мнение, и далеко не всем, что ты им говоришь, они могут быть согласны…

– Сареф, ну мы ещё долго будем так сидеть? – спросила Нина спустя полтора минуты молчания.

– Спокойно, дорогая, – Жерар, сидевший рядом с ней, мягко коснулся руки своей супруги, – Сареф, судя по всему, собирается попросить нас об очень серьёзной помощи. И серьёзной помощи он собирается просить у той самой семьи, которая, по его мнению, всю жизнь находилась где угодно, но только не рядом с ним. И это тяжело. Не дави на него, пусть он возьмёт столько времени, сколько ему надо.

Эти слова заставили Сарефа со стыдом опустить голову. Как же легко Жерар его сейчас читал. Семья, которая всю жизнь находилась где угодно, но только не рядом с ним… эти слова были буквально выгравированы у него в мозгу с того самого момента, когда он покинул клан Джеминид. Ну, разве что, кроме Аолы… но даже его собственная мать смогла всего пару раз оказать ему моральную поддержку и один раз заступиться за него перед кланом Айон. И за эту наглость она ради своей собственной безопасности оказалась на несколько лет заперта в клане Ондеро…

– Мне, действительно, нужна помощь, но очень… скажем так, необычная, – Сареф, наконец, пересилил себя и начал говорить, – потому что это касается того заказа… того разговора с Ильмаррионом после Годасты.

– Ты уверен, что нам безопасно это знать? – тут же уточнил Жерар, – магистр драконов КРАЙНЕ не любит, когда другие суют свой нос в его дела.

– Я это знаю, – кивнул Сареф, – однако я сразу предупредил его, что для выполнения такой задачи мне потребуется команда. И я, так или иначе, должен буду ввести их в курс дела, чтобы у них вообще было понимание, за какую работу они берутся, и какие риски будут нести. Ильмаррион с этим согласился.

– Очень хорошо, – кивнул Жерар, – и, насколько я могу судить, ты хочешь, чтобы в эту команду вошёл Месс? Сомневаюсь, чтобы тебя интересовали Аола или Нина. Да и я никогда не был таким уж выдающимся бойцом.

– Ну… в общем и целом – да, – ответил Сареф.

– И только-то? – рассмеялся Месс, – Святая Система, Сареф, да, да, тысячу раз ДА! Ты не представляешь, что я чувствовал, когда Красс пересказывал нам с Аолой ваши приключения на Островах Теневых Символов! И уж насколько Красс не любит показывать эмоций – даже он в эти моменты натурально ссал кипятком!..

– Месс! – сердито одёрнула его Нина.

– Мама, прекрати, – отмахнулся Месс, – мы здесь все уже большие мальчики и девочки. В общем, сын, с того самого момента это моя главная мечта – отправиться с тобой на такое же опасное задание и выполнить его. И чтобы я, твой отец, был рядом со своим сыном! Хотя бы один раз в жизни… И тут приходишь ты и говоришь, что у тебя как раз такое задание! Да я готов отправляться с тобой в эту же секунду!

– Спасибо, папа, – Сареф, конечно, знал, что Месс будет согласен, но одно дело знать, и другое – видеть, что за тобой, действительно, готовы идти куда угодно. Хотя, казалось бы, у него было немало друзей, которые были готовы ради него на многое… и всё же это было несколько другое. Дружбу своих друзей требовалось сначала завоевать и заслужить… а вот Месс был готов идти за ним просто потому, что Сареф – его сын. И это ощущение было совершенно иным… почему-то ему в этот момент в голову пришёл Борис в своей звериной форме, которого Йохалле чешет за большим розовым ухом. И которому это было одновременно приятно и немножко стыдно…

– И всё-таки я собрал вас всех потому, что дело это очень опасное и рискованное. Поэтому я хочу, чтобы твои родители и твоя жена тоже могли оценить это задание и высказать своё мнение. Если коротко – из клана Айон пропали трое важных для Ильмарриона человек. Он готов заплатить любую цену за их возвращение.

– При всём уважении – это не выглядит как что-то, с чем магистр драконов не мог бы справиться сам, – недовольно заметила Нина, которая среди всех присутствующих явно меньше всего симпатизировала Сарефу и подозрительно буравила его взглядом, – понятно, что главы кланов по мелочам не бегают, но если уж это, действительно, важные для магистра драконов люди – он мог бы и оторвать свой зад от стула на несколько дней.

– Ильмаррион пытался решить этот вопрос своими силами, – сдержанно ответил Сареф, – у него этого не получилось. Естественно, магистр драконов предпочёл бы решить такой личный вопрос, не вовлекая в него посторонних людей. И тот факт, что он обратился ко мне… особенно если учитывать всю нашу крайне богатую и насыщенную историю отношений, в общем-то, прямо говорит о том, что в этот раз без помощи со стороны ему не обойтись.

– Ну, я очень надеюсь, внук мой, что ты сохранил холодный рассудок во время этого разговора, – холодно процедила Нина, которая явно чувствовала, как Сареф ускользает от самой сути, – потому что если магистр драконов приходит к тебе и говорит, что существует задача, которая ему не по силам, а вот тебе – вполне себе, то это может сильно вскружить голову, знаешь ли. Не говоря уже о том, что само по себе это звучит крайне подозрительно.

– Может быть, дело в том, что Ильмаррион сам, как бы это так сказать… слишком заметный? – предположила Аола, – большая сила – это, конечно, хорошо, но и она обладает рядом минусов. И один из главных её недостатков – это то, что её очень трудно спрятать. И, как следствие, у тебя практически нет возможностей действовать тайно и не привлекая к себе внимания.

– Это имеет смысл, – поддержал супругу Месс, – если судить по прошлым заданиям Сарефа, то что в поисках Чемпиона стревлогов, что в поисках сестёр он просто собирал команду профессионалов и, лишний раз не отсвечивая, аккуратно шёл к своей цели. При этом с кланами Сареф не связан, и потому он всегда свободен выдавать себя за вольного наёмника или вообще за кого угодно. Может быть, теперь Ильмарриону понадобилось именно это?

– Всё так, да не так, – Сареф, наконец, набрался храбрости и, понимая, что если он не признается сейчас, эта тягомотина будет длиться бесконечно, выпалил, – Ильмаррион уверен в том, что эти заложники находятся на первом уровне Хаоса, который нейтральные монстры называют Приграничьем. И, поскольку я уже вызволял оттуда Чемпиона стревлогов…

– НИ! ЗА! ЧТО!!! – выпалила Нина, вскочив со своего кресла и сжав кулаки, – если тебе так приспичило туда идти, Сареф – ты свободен в своём выборе. Я признаю, что ты крайне удачливый и крайне способный сукин…

– КГХМ! – предостерегающе хмыкнул Жерар.

– Молодой человек, – выпалила Нина, – и, может быть, ты там даже выживешь. Ладно, – Нина глубоко вздохнула и сказала, – прости мне эту грубость, Сареф. Ты тоже владеешь хилереми, поэтому конкретно ты там наверняка выживешь. Но, прошу тебя, умоляю тебя, не забирай у меня сына сразу после того, как я с таким трудом его вернула! Я отдала всё, чтобы подарить ему хотя бы небольшой кусок спокойной и счастливой жизни! И если после всего этого Месс там погибнет…

– Нина, дорогая, спасибо, мы тебя услышали, – Жерар снова мягко коснулся руки своей жены, и та медленно села обратно в кресло. После чего Жерар посмотрел на Сарефа:

– Но, вообще, Сареф, моя жена права. У тебя есть хилереми – и это значительно повышает твою выживаемость в самых опасных местах Системы.

– В том и дело, – недовольно пробурчала Нина, – Приграничье – это уже ЗА пределами Системы.

– Конечно, – кивнул Жерар, после чего невозмутимо продолжил, – в таком случае, Сареф, поясни, пожалуйста, зачем тебе в этом похоже нужен именно Месс?

– Хаос принёс ему исцеление, которого не смогла даровать Система, – пояснил Сареф, – поэтому есть значительный шанс, что Месс стал в какой-то степени своим для Хаоса – и поэтому его пагубное влияние будет либо сведено к минимуму так же, как и у носителей хилереми, либо и вовсе сойдёт на нет. Кроме того, у Месса проявился провидческий дар. Это может значительно помочь нам в поисках заложников.

– Провидческий дар? – Жерар непонимающе посмотрел на Месса, – сын, почему ты ничего об этом не сказал?

– Да это было то всего один раз, – смутился Месс, – это было нечто вроде пророческого сна. И да, он, действительно, показал мне то, что происходило в реальности. Но… мы же тогда разговаривали с Адральвезом, помнишь? – Месс растерянно посмотрел на Сарефа, – он подтвердил, что моё исцеление прошло чисто… но Хаос всё равно потихоньку будет брать своё. А потом… чтобы не беспокоить тебя, отец, мы просто поговорили об этом с мамой… и решили, что для того, чтобы лишний раз не дразнить Хаос во мне, то будет лучше просто не пользоваться этими способностями и забыть о них. Но теперь…

– Но теперь ты хочешь раскрутить в Мессе эти силы, – снова яростно выпалила Нина, – нарушить равновесие! И что потом⁈ Не факт, что Месс овладеет этими силами! А если ему после этого станет хуже⁈ А что, если уже во время этой миссии Хаос начнёт подчинять себе его разум⁈ У Месса нет хилереми, Сареф, как у тебя или у меня, его некому защитить! Как ты можешь так рисковать своим отцом⁈

– Адральвез обещал свою помощь, если Мессу станет хуже, – напомнил Сареф, – он разрешил обращаться к нему с этим вопросом в любое время.

– Допустим, – нехотя согласилась Нина, – это сомнительно, но… ладно, я видела, как Адральвез всю Годасту косился на тебя, этого даже его капюшон не мог скрыть. Ты ему интересен, он явно строит на тебя какие-то свои планы… и я готова поверить в то, что ради тебя он поможет Мессу. Но всё равно, Сареф, ты отлично понимаешь, в чём здесь проблема! То, что Месс, якобы, после исцеления стал для Хаоса своим, как и то, что он, якобы, через свои сны может видеть то, что ему нужно – это всё вилами по воде написано! Неужели ты готов до такой степени рисковать и полагаться на случай⁈

– Нет, – покачал головой Сареф, которому во время этого обсуждения пришла в голову блестящая идея, – в клане Агруменаш у меня есть очень хороший знакомый… и он является большим специалистом по силам Хаоса. Я хочу, чтобы Месс отправился со мной в клан Агруменаш, где я свёл бы его с этим специалистом. Он сможет проверить устойчивость Месса к силам Хаоса и дать… достаточно объективную оценку, насколько для него безопасно будет отправиться в такой поход. Равно как он же сможет научить Месса пользоваться своим даром более осознанно, если это возможно. Если этот специалист скажет, что Месс не выдержит этот поход – он просто вернётся назад.

– Жерар, Аола, ну а вы почему молчите⁈ – Нина, потеряв возможность припереть ускользающего Сарефа к стенке, обратилась к ним, – неужели вам всё равно⁈

– Если Сареф и Месс смогут оказать Ильмарриону ТАКУЮ услугу – это откроет нам просто невероятные возможности, – задумчиво ответил Жерар.

– ЧТО⁈ – Нина от этих слов на несколько секунд потеряла дар речи, – дорогой, ты вообще слушал, о чём мы только что говорили⁈

– Я всего лишь констатирую факт, – ответил Жерар, – это не означает, что я готов просто так бросить своего сына в пекло. Но нужно признать очевидное: клан Айон сейчас переживает ряд кризисов. И если мы окажемся полезны для Ильмарриона в такой момент – в будущем это откроет нам много выгод… возможно, не на одно поколение. И если всё пойдёт так, как я задумал, и Месс в один день займёт моё место, то дружелюбно настроенный Ильмаррион будет весьма кстати.

– Ну да, если он вообще вернётся из этого похода, – выпалила Нина, после чего посмотрела на Аолу, – ну а ты? Неужели тебе тоже всё равно⁈

– Конечно, нет, – тихо ответила Аола, – но послушайте, что я вам скажу. Все эти годы, пока Сареф рос, пока был в клане Джеминид – я была рядом с Мессом. Я с уважением отношусь к вам, Нина, потому что без вас Месс не появился бы на свет. Но… вы не видели, КАК он переживал свою беспомощность. Даже спустя годы он всё равно не сдавался, он всё равно пытался что-то делать, строить отношения, как-то показать себя, быть полезным… и у него всё равно ничего не получалось. Я даже примерно понимаю, что он ощущал. Это как если бы ты был за стеклом, которое просматривается только с одной стороны, не пропуская через себя ни звук, ни картинку. И вот ты в одиночестве бьёшься в это стекло, кричишь, машешь руками… но тебя никто не видит, никто не слышит, все просто идут мимо, и всем всё равно…

– Ну да, конечно! – вспыхнула Нина, которая окончательно потеряла терпение, – а ты ж, бедная, в это время лежала в соседней комнате и сострадала моему сыну, а сама раздвигала ноги перед очередным!..

– Бабушка! – опешил Сареф, – не надо, это нечестно…

– НЕТ! – Аола подняла руку, призывая остальных к молчанию, – пусть Нина скажет всё, что думает! Она мать Месса, она имеет право.

– Какая может быть цена твоему состраданию⁈ – мрачно спросила Нина, – если ты ему изменяла! Какой бы он не был – он был твоим мужем! И если ты его понимала, если ты, действительно, всё понимала – то как ты могла? И как ты можешь просто так сейчас сидеть здесь и думать, что это просто можно забыть⁈

– Мама, я не виню Аолу за это, – попытался возразить Месс, – я тогда не мог дать ей того, что могу дать сейчас. Не нужно…

– Спасибо, дорогой, но, позволь, я сделаю это сама, – мягко сказала Аона, после чего обратилась к Нине, – я бесконечно уважаю вас за то, что вы смогли сделать лекарство и вернуться, Нина. Но при этом вы упускаете из виду другое. Знаете ли вы, каково это: каждый день быть рядом с таким человеком? Без надежды на то, что он когда-то изменится. Стоять рядом с ним на каждом клановом собрании – и защищать его от насмешек. Тащить пьяного бессознательного мужа в его спальню, ожидая каждую секунду, что его стошнит. Быть рядом – и терпеть каждый день. Вы всего этого не видели. Вы всего этого не застали. Вы всего лишь в один прекрасный момент пришли, принесли лекарство – и всё исправилось, и все зажили долго и счастливо.

– Не то, чтобы это была увеселительная прогулка, девочка, – уязвлённо ответила Нина… но, впрочем, злости в её голосе было на порядок меньше.

– Я знаю. Я это прекрасно знаю, – откликнулась Аола, – но я прошу вас увидеть одну простую истину. Каждой из нас пришлось нести свою ношу. Ради того, чтобы этот счастливый момент настал. Кроме того, помните, что всё это время рядом со мной рос ещё и Сареф. Которого Адейро воспитывал холодно, жёстко, расчётливо – и полностью удалив меня от сына. Нести такую двойную ношу было слишком невыносимо… и да, в какие-то моменты я не выдерживала. И всё же я надеюсь, что вы меня поймёте.

– А потом – да, – продолжила Аола, – я оставила Месса и уехала в клан Ондеро. Но сделала я это потому, что знала: Месс будет в безопасности. А вот Сареф был в опасности, и ему нужна была моя помощь. Поэтому да, Нина, я тоже 19 лет была лишена возможности сделать хоть что-то для Сарефа. И потому, когда у меня появилась такая возможность, я выбрала своего сына… как и вы – когда-то.

Нина ничего не ответила. И это тягостное молчание длилось целую минуту. После чего Нина медленно встала и подошла к Аоле. Та тоже поднялась на ноги… и вот уже через секунду на глазах у ошеломлённых Жерара, Месса и Сарефа две женщины стояли, обнявшись и плача.

– Поверьте, Нина, – в слезах всхлипывала Аола, – я, как никто, хочу, чтобы Месс мог насладиться отпущенными ему… нам… годами! Но я все эти годы слишком хорошо видела, как он бился в стеклянную стену… слишком хорошо понимала, как это для него было невыносимо! И если теперь, когда проклятое стекло, наконец, пропало, Месс не воспользуется шансом, который ему выпал… хотя бы не попытается – это убьёт его надёжнее, чем даже Хаос…

Нина ничего не ответила, только крепче прижимала к себе Аолу, которую она, несмотря ни на что, любила, и которой была бесконечно благодарна за то, что именно она сохраняла её сыну крохи разума всё это время… пока она, наконец, не смогла вернуться…

– Так, – Жерар поднялся со своего кресла и подошёл к женщинам, по очереди похлопав их по плечам, – предлагаю на сегодня разойтись отдыхать. Мы слишком устали и слишком вымотались, чтобы решать такие вопросы. Сареф, у тебя же ещё есть время?

– По правде говоря, я бы хотел отправляться завтра сразу после завтрака, – ответил Сареф, – Йохалле и Бьярташ своими способностями могут доставить нас в клан Агруменаш меньше, чем за час. Я мог бы доставить туда Месса, а сам – отправиться в клан Зинтерра.

– А туда тебе зачем? – спросила Нина.

– Мне тоже нужно освоить несколько техник для похода в Приграничье. Кроме того, там есть ещё один кандидат в этот поход, и будет большая удача, если я смогу её завербовать. Так что, как видите, я не собираюсь завтра же нырять в Хаос. Я, в общем-то, отдаю себе отчёт в том, что это очень опасный поход, и готовиться к нему предстоит ещё не один месяц.

– Прекрасно, – кивнул Жерар, – в таком случае – расходимся. Нина, Месс, Аола – вас я жду здесь утром. Думаю, часа перед завтраком нам хватит, чтобы ещё раз подробно всё обсудить. А ты, Сареф, ступай отдыхать. За завтраком мы сообщим о своём решении.

Кивнув, Сареф встал из-за стола и направился к выходу. Но на полпути не выдержал и обнял сначала Аолу, потом Месса. И уже потом – Жерара и Нину. И даже бабушка обняла его вполне искренне. Что ж… даже если Месс и не сможет пойти с ним на это задание… провести этот разговор стоило хотя бы ради того, чтобы Аола и Нина окончательно помирились…

– Хозяин… я же вас правильно понял? – осторожно спросил его Хим, когда они направлялись в свою комнату, – вы, серьёзно, хотите, чтобы Хрипунец тренировал вашего отца? Да он убьёт вас, если вы подойдёте к нему с такой просьбой.

– Один раз уже не убил, – фыркнул Сареф, – так что не убьёт и теперь. Да и вообще, если Хрипунец думал, что может просто так обвести меня вокруг пальца и сначала развести меня на его защиту во время суда, а потом ещё и на лечение своей морды – и ему за это ничего не будет, то он очень сильно ошибается. Пусть теперь отрабатывает, никуда он от нас не денется…

Глава 2.9

Ночь для Сарефа прошла беспокойно. Он думал о том, что ему впервые в жизни пришлось настолько серьёзно довериться людям, которые, вроде как, и были для него одной семьёй, но которые в его жизни, по факту, почти не присутствовали.

Ведь, если вспомнить, как он начинал свою миссию по спасению Джайны и Изабель – там не было сказано ни одного лишнего слова. Адейро и Гидеон донесли до него задачу, сделали предложение, он на него согласился – и молча отправился дальше, не видя ни одной причины хоть как-то ставить глав кланов в известность о том, как он собирается работать.

Здесь же всё было иначе. Ему пришлось значительно раскрыться перед другими. В том числе и потому, что Нина была права на его счёт: Сареф хотел взяться за это задание, в том числе, и потому, что оно было сложным и интересным. И, как оказалось, даже если ты – целый глава клана Айон, есть вещи, которые даже ты не можешь решить ни своей силой, ни своим статусом, ни своим умом. Ну и, конечно, желание помочь ни в чём не повинным детям, которые были виноваты только в том, что они, собственно, являются детьми своего отца.

С другой стороны… здесь уже начиналась скользкая мораль, на которую лишний раз ступать не хотелось. Ведь, если разобраться, в Системе было полно несчастных детей, без родителей, в сиротских приютах, или в многодетных семьях, которые едва-едва сводят концы с концами. Почему бы не сострадать им, почему бы не пытаться помогать им, если уж дело именно в детях? И возникает такой нехороший вопрос: а, действительно ли, Сареф хочет помочь Айри, Михаилу и Илии потому, что они ни в чём не повинные дети… или всё же потому, что богатый и могущественный папа пообещал за их спасение щедрую награду?

Что ж… лет 5–10 назад Сареф бы серьёзно увяз в таком вопросе. Сейчас же, когда он уже повидал мир, немного разобрался, как тот работает, а так же (в том числе и стараниями Адральвеза, стоило отдать ему должное) немного научился думать своей головой, то свою психику Сареф надёжно закрыл от таких мыслей с неприятным душком вины несколькими фундаментальными аргументами.

Во-первых, Сареф один. Следовательно, он, в первую очередь, должен думать о себе. Для того, чтобы он был здоров, он хорошо себя чувствовал, и у него завтра были силы встать утром с постели. Всем не поможешь. Всех не спасёшь. И потому нужно чётко соотносить возможности, которыми ты обладаешь, и ответственность, которую ты на себя взваливаешь… Или которую, в силу тех или иных причин, на тебя пытается взвалить кто-то ещё…

Во-вторых, Сарефу хватило ровно одного раза с мальчишкой Тьером, чтобы испытать на своей шкуре, каково это: когда тебе за твоё же доброе дело ещё и насрали на голову. Поэтому с тех пор он работает только по запросу. Вот, на спасение Айри, Михаила и Илии поступил запрос – и он готов с ним работать. И вот по тому, насколько он приложит все возможные силы, и какие перепробует решения, Сареф и будет себя оценивать, насколько он хороший или плохой исполнитель. С этой точки зрения операцией по спасению сестёр Сареф был доволен: он сделал абсолютно всё, и этого хватило не только для того, чтобы спасти Изабель и Джайну, но и для того, чтобы вызволить Нину. И потому теперь ни одна собака во всей Системе не посмеет ничего гавкнуть на тему того, что он, Сареф Гайранос-Джеминид, приложил недостаточно усилий во время этого задания.

Ну и, в-третьих, даже если такого ребёнка из бедной, несчастной семьи облагодетельствовать, перенести его в другую обстановку, обучить его, дать всё самое лучшее – далеко не факт, что он всё это оценит. И тот же Орик, которого забрали из такой малообеспеченной семьи и 12 лет учили наравне с прочими членами клана Зинтерра, был ярчайшим тому доказательством. Можно представить, как потом винили себя как Адральвез, так и вербовщик, который привёл Орика в клан. Потому что выходит, что они собственными руками привели в клан смерть для тех несчастных двоих, которых Орик ради мести умудрился убить навсегда…

* * *

Когда утром Сареф вошёл в столовую, то Жерар, Нина, Аола и Месс уже находились на месте. При этом каждый из членов его семьи испытывал разные эмоции. Жерар пребывал в мрачной задумчивости, замешанной на некоторой доле раздражения. Он явно злился, потому что не мог сопоставить выгоды и риски задания от Ильмарриона. Нина явно была печальна и раздражена, и весь её вид говорил о том, что её сейчас лучше не трогать. Ну, её чувства тоже можно понять. Она сейчас отпускает Месса так же, как всякая мать однажды отпускает своего сына жить свою взрослую жизнь. И тот факт, что они с Мессом в этом отношении опоздали почти на 30 лет, в общем-то, мало что менял.

Аола пребывала в самом спокойном состоянии из всех присутствующих. В её движениях читались достоинство и даже некоторая тихая гордость. Хотя явно присутствовал и страх. О, Аола явно не меньше Нины понимала, как сильно рискует Месс, соглашаясь на этот поход. Но вместе с тем она знала: для Месса это реальный шанс проявить себя. Показать и всей Системе, и самому себе, что он на что-то годится, и что пропавшие годы пропали не впустую, как бы противоречиво ни звучало подобное.

Сам же Месс пребывал в ожидании и волнении. Сареф, в принципе, не сомневался, что Месс выбьет себе право идти с ним. Другое дело в том, как долго Мессу пришлось себе это право выбивать. Как, впрочем, показательно и то, что на этот утренний разговор Сарефа всё-таки не позвали. Впрочем, это может быть связано и с тем, что Сареф официально всё-таки не является членом клана Гайранос, и потому не обо всех делах клана ему следует знать.

– Доброе утро, – поприветствовал их Сареф, садясь за стол, – итак, что вы решили?

– Мы решили, что Месс может отправиться с тобой в клан Агруменаш, – ответила Нина, – после чего он обязательно вернётся и продемонстрирует свои полученные навыки нам! И только на основании этого мы и будем принимать окончательно решение, насколько он готов или не готов идти в Приграничье!

– Нина, но ведь вы бы тоже могли нам помочь, – заметил Сареф, деликатно опустив грубый тон бабушки, – ты же столько времени провела там, пока искала лекарство. Ты наверняка столько всего узнала. Так почему бы тебе тоже не принять участие? Приготовь для нас какие-то снадобья, которые могли бы помочь нам в таком походе. Для чего я, в конце концов, усилил твою реторту?

– Это не реторта. И я собирала все эти знания ровно для одной-единственной цели. Которую, к счастью, благополучно смогла выполнить. И потому я больше не желаю иметь дело с подобного рода вещами, – ровно ответила Нина, злобный взгляд которой, впрочем, явно намекал, что если кто-то сейчас заикнётся об Амброзии Хаоса – то очень сильно об этом пожалеет.

– Но, бабушка, – осторожно заметил Сареф, – при всём уважении, но ты же не ожидала, что ты просто придёшь, принесёшь Мессу лекарство, он исцелится, и всё резко станет хорошо? Тот факт, что Месс выпал из клановой жизни на многие годы, никуда не делся. И для того, чтобы другие начали воспринимать его всерьёз, ему нужно сделать себе имя, ему нужна возможность проявить себя. Потому что реакция таких, как Доминик – это только верхушка айсберга. Те же Поль, Айвен и Гектор, пусть не так открыто, но тоже вполне могут задаваться вопросами, почему они должны уступить Мессу кресло главы клана просто за сам факт его существования?

Нина в ответ на эти слова насупилась и уткнулась в тарелку. А вот Жерар, напротив, довольно улыбнулся. Значит, в том или ином виде этот аргумент фигурировал и в их утреннем разговоре.

– Сделать себе имя можно и без того, чтобы класть свою голову на гильотину, – мрачно ответила Нина.

– Возможно. Но, будем откровенны, для мягкого и поступательного процесса времени у Месса осталось не так много, – с вежливой ехидцей заметил Сареф, после чего добавил, – да будет тебе, бабушка. Ты же сама должна была видеть, сколько людей, и не только людей, и даже не только Системных Жителей я смог организовать, чтобы спасти Джайну. Неужели ты настолько в меня не веришь?

– Как ты думаешь, что будет, если копьё, не знающее промаха, метнуть в птицу, в которую невозможно попасть? – неожиданно спросила его Нина.

– Это что, вопрос с подвохом? – подозрительно поинтересовался Сареф, которого столь резкая смена темы немного сбила с толку.

– Отнюдь, – покачала головой Нина, – мне, правда, интересно, что ты ответишь.

– Зависит от точности метателя копья и степени уклонения птицы, – пожал плечами Сареф.

– Ты не знаешь ни того, ни другого, – ответила Нина.

– Ну, тогда – не знаю, – разумно ответил Сареф.

– Вот именно, ты не знаешь! – вспылила Нина, – и никто не знает! Твоя сила и твоё мастерство велики, Сареф, а уж в сочетании с твоим возрастом их и вовсе можно считать выдающимися. Но никто не имеет ни малейшего понятия, хватит ли этого для того, что ты задумал.

– Да ну брось, – рассмеялся Сареф, хотя сквозь этот смех и начало против его воли проскальзывать раздражение, – ты же сама вчера беспокоилась, не раздулось ли моё самомнение от этого задания до такой степени, что я мог бы летать на одной только его силе. Так вот – не раздулось. Я ни за что не поверю, будто бы я – первый Житель Системы, которому что-то понадобилось в Приграничье. В конце концов, если Ильмаррион уверен, что его заложники в Приграничье – значит, Теневые Символы как-то их туда доставили. Следовательно, существуют способы проникнуть в это место. Да, возможно, не очень приятные и не очень безопасные. Однако же такими путями вполне возможно как попасть в Приграничье, так и вернуться оттуда.

– Теневые Символы – это совершенно другой случай, Сареф, – Нина покачала головой, – становление Теневым Символом – это заключение договора с Хаосом, которому ты рано или поздно будешь принадлежать. Очень наивно с твоей стороны ожидать, что ты сможешь использовать то же, что используют они. Даже если у тебя есть хилереми.

– Хватит споров, – Жерар мягко поднял руку, – мы приняли промежуточное решение. Пусть Месс отправляется в клан Агруменаш, получает там новые знания и оттачивает навыки. Политически всё складывается весьма удачно: я радушно принял в своём поместье стревлога, теперь мой сын может нанести в этот клан ответный визит. И если всё сложится удачно – то и в клане Агруменаш у нас будут свои связи.

– То есть, ты всё-таки делаешь на них ставку? – поинтересовался Сареф.

– Разумеется, – улыбнулся Жерар, – если уж на этой Годасте они смогли заручиться твоей поддержкой, значит, настроены они очень серьёзно. Как минимум, следующие 10 лет они будут активно грызть землю зубами, восстанавливая клан и создавая себе заново доброе имя. И я всячески желаю им удачи в их начинаниях… и всё же это – тоже возможность, которой нужно всего лишь правильно распорядиться, чтобы в выигрыше остались все…

* * *

Через полчаса все собрались у границы поместья, где их уже ждали Йохалле и Бьярташ. Причём на тёмном эльфе Сареф задержал взгляд подробнее. Посторонние, конечно, могли и не обратить на это внимания, но Сареф, который Йохалле знал уже очень давно, заметил, что тёмный эльф явно не выспался. Впрочем, Йохалле и сам понял, что Сареф заметил его состояние, и потому едва заметно покачал головой, прося не акцентировать на этом внимание, по крайней мере, сейчас.

– Итак, – Жерар обратился к Бьярташу, который уже готовил свои умения, – правильно ли я понимаю, что вы можете переместиться сразу на территории своего клана?