355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Беразинский » Приключения в мире «Готики» » Текст книги (страница 5)
Приключения в мире «Готики»
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 08:52

Текст книги "Приключения в мире «Готики»"


Автор книги: Дмитрий Беразинский



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 30 страниц)

– И что, ты предлагаешь добавить мне еще десять кусков?

– А ты предлагаешь мне выложить их из собственного кармана? – вопросом на вопрос ответил я, – так я тебя огорчу: у меня нет карманов!

– Держи! – торопливо сунул мне в руку мешочек с рудой Уистлер, – только принеси его скорей!

– И ты держи! – я снял с плеч рюкзак и протянул Призраку искомый меч.

– Хвала Инносу! – прошептал тот, – я сдержу свое обещание.

– Да уж, – заметил я, – что-что, а обещания вы здесь держать умеете. Куда там земным президентам!

Уровень 4. Новый Лагерь

После всех приключений мне пришлось остановиться и подсчитать свои бонусы. Итак, что я имел на сегодняшний день и нынешний час? Слай порекомендует меня Диего без вопросов. Уистлер сделает то же самое. Жалко, что мнение Снафа здесь никого не интересует, иначе у меня было бы целых три голоса. Тут я вспомнил о Торусе и припустил к Южным воротам. Парень, называвшийся Мордрагом, должен был торчать там. И действительно, он там был. Придуривался, беседуя с каким-то призраком о способах добычи звериных шкур. Увидав меня, он окликнул:

– Эй, новенький! Ты ведь новенький, верно?

– Верно, – согласился я. А ты – Мордраг?

– Точно, – смешно надул щеки тот, – что ты хочешь мне сказать.

– У тебя здесь есть недоброжелатель, – осторожно начал я. Но этого парня просто так было не взять.

– А у кого нет недоброжелателей? – презрительно сплюнул он сквозь зубы, – это ведь не богадельня, братишка, а лагерь для преступников. Здесь, можно сказать, у каждого имеются недоброжелатели.

– Это так, – согласно кивнул я головой, – но ведь проблемы создаваемые нашими недоброжелателями, бывают разные…

– Эх, парень! – вздохнул Мордраг, – вижу, ты умный человек. По крайней мере, рассуждаешь здраво. Есть одно место в этой колонии, где такие умники жуть как нужны.

– Это где? – насторожился я.

– У нас, в Новом Лагере. Если надумаешь его посетить, только шепни мне. Я тебя тотчас отведу туда.

Я задумался. Предложение Мордрага имело смысл. Кто сказал, что дегустаторы пробуют только одно блюдо? Отчего бы мне не сходить с этим Вором – мужик он дюжий и вроде честный… хотя, о какой честности может идти речь в Зоне?

– Ладно. Пошли, сходим в ваш лагерь. Ты кругом прав: здесь всем насрать на мой ум. Только и глядят, как бы выгоду с меня поиметь. Пойдем!

– Иди за мной! – сказал Мордраг, припустив к выходу из Крепости.

На свое удивление, я нисколько от него не отставал. В своей прошлой жизни мне доводилось быть шустрым лишь по пути в сортир, а здесь мы передвигались добрым марафонским шагом – километров пятнадцать в час. Я даже не успел запыхаться, как Мордраг снял с плеч лук и принялся методично расстреливать небольшое стадо падальщиков, преграждающих нам дорогу. Один из них, раненый в ногу, бросился в мою сторону, но я не оплошал. Свистнул мой меч, стремительно покинувший ножны, и голова падальщика покатилась под ноги Мордрагу.

– Неплохо! – заметил он, – я подумал, что ты совсем зеленый. Вот только глаза у тебя не пацанские – аж светятся изнутри. У магов наших такие глаза, у Ли еще разве…

Я подождал, пока Вор соберет свои стрелы, вытрет их о траву и сунет обратно в колчан. Затем мы побежали дальше: мимо прохода в земли орков, у которого висели красные стяги и герб Гомеза; мимо клюющего кизяки одинокого падальщика, настолько занятого своим занятием, что он никого в упор не замечал; нырнули в небольшое ущелье, в глубину которого вела узенькая тропинка.

– Тут нужно осторожно! – предупредил меня Мордраг, – слева в развалинах водятся глорхи. А этим тварям только дай что пожевать – хоть кусок коры с резинового дерева. Обойдем справа – там должны ягоды расти, грибы хорошие разные…

Не знаю, как Мордрагу, а вот мне в этой странной местности абсолютно не хотелось чувствовать себя ни ягодником, ни грибником. Хотелось вооружиться какой-нибудь системой залпового огня типа «Град» или «Ураган» и хорошенько зачистить эти развалины от всякого сброда: будь то глорхи, орки или им подобные твари. От этого места за версту несло неприятностями, поэтому я был очень рад, когда мы с Мордрагом выбрались на небольшое плато, где солнце пекло даже через Барьер и веселило душу. В углу плато стоял небольшой домишко с красной черепичной крышей, а на его крылечке сидел хозяин – смуглый мужчина лет сорока. Он был одет в доспехи Призрака, в руках его был острый нож, которым он выстругивал и починял стрелы.

– Это случайно не Кавалорн? – спросил я у Мордрага, – я хочу познакомиться. Этого парня мне весьма рекомендовал Фингерс как самого великого ловкача во всей колонии.

– Иди, знакомься, – пожал плечами мой проводник, – а я в теньке посижу. На прошлой неделе мне посчастливилось спереть колчан стрел у этого ловкача, не думаю, что он будет рад меня видеть. Вот стрелы он бросает своим луком – да! Немногие с ним сравнятся. А учителя по ловкости ты найдешь у нас в лагере. Настоящего учителя.

Несмотря на явный скепсис Мордрага, я приблизился к незнакомцу и учтиво поздоровался. Кавалорн отложил в сторону ножик и стрелы, поднялся во все свои метр девяносто и пробасил:

– Здорово! Что-то я тебя раньше не встречал. Новенький что ли?

– Это точно. Мне тебя рекомендовал Фингерс. Сказал, что ты можешь научить меня бесшумно красться.

Кавалорн недоверчиво рассмеялся:

– И ты за такой фигней перся через половину колонии? Не могу поверить!

– А что тут такого?

Он снова рассмеялся. Потом захохотал. Затем сжалился надо мной и принялся рассказывать. Оказывается, причина его смеха до прозаична до боли в костях и до коликов в животе. Существует немало полезных вещей, которым может обучиться человек: военные навыки, воровские навыки, охотничьи навыки. Подкрадывание – это такой навык, который можно использовать и в военных, и в охотничьих целях. А можно и не использовать вообще. Он полезен парню типа меня так же, как и умение гадать на кофейной гуще. Это если человек захочет стать асом, то ему просто жизненно необходимо такое умение. А пока я не умею как следует держать в руках саблю, мне искусство подкрадывания нахрен не нужно.

– Хочешь, я тебя лучше научу первичным навыкам стрельбы из лука? – участливо спросил охотник, глядя на мою расстроенную физиономию, – по крайней мере, это полезное умение.

– Давай! – со вздохом согласился я, – значит, голос Фингерса я теряю.

– Да на кой черт тебе этот Фингерс сдался! – рыкнул Кавалорн, – я, как последний дурачок, учился воровским навыкам, а этот жлоб велел мне спереть меч у Гомеза. Естественно, так, чтобы Гомез этого не заметил. Только вот незадача: он не упомянул, что после кражи мне придется смываться из лагеря. Думаешь, какого черта я здесь торчу? Если появлюсь в Старом Лагере – мне каюк.

До вечера я учился швырять стрелы в цель, укрепленную на стволе старого дерева неизвестной мне породы. Изучив состояние моего вещмешка, Кавалорн отобрал пару вещей себе, а мне выдал учебно-тренировочный лук, с помощью которого мне предстояло согнать семь потов в достижении хоть каких-то результатов. Когда тени от предметов стали угрожающей длинны, он сунул мне кусок вяленого мяса и горбушку хлеба. Достал из сундука бутылку вина, разлил по бокалам из обожженной глины. Короче говоря, о Мордраге я вспомнил, лишь допив вино.

Взяв по сходной цене у Кавалорна колчан стрел, я побежал стремительной походкой Леголаса туда, где мы с моим проводником временно расстались. Радость то какая! Мордраг меня не бросил! Он сидел, опершись спиной о валун и дремал, сжимая в руках свою шипастую булаву. Когда моя тень упала на его лицо, он резко вскочил.

– А! Это ты? – он широко распахнул свою пасть и громко зевнул, – ну, что?

– Пойдем, – предложил я, чувствуя себя немного виноватым, – может быть, ты есть хочешь?

– «Может» тут совершенно ни к месту, – заявил Мордраг, – съел бы жареного шныга.

Это была бы очень большая жертва с его стороны. Мясо шныга мне доводилось видеть в лавке у Фиска. Жареная колоша по сравнению с ним – неземной деликатес. Я вздохнул и достал из рюкзака кусок жареного мяса падальщика.

– Вот! Ужинай и идем дальше.

– Я ведь говорил, что ты – толковый! – завопил Мордраг, впиваясь своими крепкими зубами в жаркое. Этому парню хватило пяти минут, чтобы умять полкило мяса и запить его бутылкой кислого пива.

Затем он распустил пояс на брюхе ровно на одну дырочку и поправил висящую на нем булаву.

– Ну, что же, пойдем!

Мы вновь припустили по тропинке вверх. Казалось, в колонии практически нет ровных мест – все какие-то горы, овраги, кручи и холмы. Наверху я услышал знакомое пощелкивание падальщиков и ругань раздосадованного Мордрага. Он полагал, что хотя бы полчаса можно было передвигаться спокойно, без агрессии и сражений. Но эти птички, видимо, придерживались иной точки зрения. Пришлось мне обнажать меч и бросаться в атаку – заметно отяжелевший Вор уже не выглядел таким же живчиком, как утром. С четверкой Падальщиков мы справились быстро – минут за семь. Мордраг остался потрошить туши, а я решил обследовать небольшую пещеру, возле которой мы устроили сражение. При виде этих углублений в скалах я просто испытывал приступы «золотой лихорадки».

В пещере меня ожидал небольшой сюрприз. Квартет крысокротов мирно ковырялся в траве и грязи, когда на них налетел ваш покорный слуга и ударом сапога перебил хребет первому из них. Я лучше бы допустил, чтобы меня загрызли эти твари, чем позвал на помощь. Во-первых, это– позор. А во-вторых, я все-таки надеялся найти сундучок-другой с полезными вещицами. С божьей помощью (вот только которого из богов?) с ними я справился. Зажег факел, вырезал лучшие куски туш и внимательно осмотрел пещеру. Очередной облом: слева в углу валялась бутылочка с лечебным эликсиром, да кто-то позабыл в том же месте свой тесак. Добыча, мягко говоря, меня удручила. Так ли уж было нужно лезть в эту пещеру? А если бы там и впрямь оказался сундучок?

– Ну, чего ты там так долго? – проворчал Мордраг, когда я вышел на полянку.

– Думал, брильянты найду! – хмыкнул я, – четверых крысокротов пришлось ухлопать, а в результате нашел лишь бутылочку лекарства и старый топор.

Мордраг хрипло рассмеялся.

– Ты думаешь, что в этой пещере не бывал я… или Кавалорн… или Айдан?

– Какой еще Айдан? – не понял я.

– Наш парень, из воров. Живет за следующим поворотом. Можно сказать, наш местный Кавалорн. Охотится на всяческих тварей и живет одинокой жизнью затворника.

Поскольку я немного знал про жизнь затворника Кавалорна, то мысленно только хмыкнул. Мордраг же понесся вперед, точно после схватки с падальщиками успел пару раз присесть в кустах по природным надобностям. Я еле за ним поспевал. Мы поднялись еще выше, где дорога вновь на мгновение сузилась до узкого прохода в скалах, а затем широко разошлась. Прямо перед нами был волк – здоровенная тварь килограмм семьдесят весом с горящими от голода глазами. Я снова пожалел о наличии отсутствия со мной хотя бы простого ижевского ружьишка, а Мордраг сдернул с плеч лук и принялся осыпать волка градом стрел.

Волк от боли заскулил. Услыхав вопли собрата, из-за скалы на нас выскочила другая зверюга – не меньше первой. Пришлось мне вытаскивать меч и нападать. Не очень просто, знаете ли, бросаться на усыпанную клыками пасть стремительного и сильного зверя, который в мгновенье ока может сомкнуть челюсти у тебя на горле. От неожиданности я громко испортил воздух и это, о парадокс, немного испугало волка. Воспользовавшись его ошеломленностью, я провел серию блестящих атак. Жаль, не видел Скатти! Мой меч свистел в воздухе и буквально за мгновение успел три раза поразить зверя. Была бы у меня в руках сила, допустим… Торуса! Зверюге бы точно, не сдобровать. Но он лишь отскочил на добрый десяток шагов и принялся зализывать рану на передней лапе.

За моей спиной Мордраг покончил со своим противником и изволил добить моего – всадил в него три стрелы. Я потряс своей головой и принялся вытирать меч о траву.

– Тебя волк не зацепил? – спросил Мордраг, – дыхание его со свистом вырывалось из глотки.

Я отрицательно помотал головой.

– Счастливчик! – сокрушенно вздохнул Вор, – меня в первой схватке волк так потрепал, что неделю отлеживаться пришлось. Как видишь, я в тебе не ошибся. Пойдем.

Уже совсем стемнело, когда мы, наконец, прошли мимо хижины Айдана – одинокого охотника из Нового Лагеря. Мордраг с ним на ходу перебросился приветствиями и пообещал зайти как-нибудь на неделе. Жаль, но мне так и не удалось пообщаться с ним.

– Да в любой момент попадешь к нему! – успокоил меня Мордраг, – просто уже слишком поздно. А еще идти целых полчаса. Стоп!

Произнеся эти слова, Вор вытащил свою булаву и бросился куда-то в темноту, откуда за секунду до этого раздалось какое-то пыхтение. Я, сломя голову, ринулся следом. На самом краю обрыва мой проводник сражался с двумя гоблинами, вооруженными примитивными мечами. Пока Мордраг дрался с первым, второго я попросту столкнул с обрыва. Думать было особенно некогда.

– Ты – страшный человек! – выдохнул Вор, вытаскивая стрелы из поверженного гоблина, – я в первый раз такое вижу! Никто из наших бы не додумался такое сделать.

– А что оставалось делать? С мечом я пока не очень ловко обращаюсь, а стоять и ждать, пока из тебя сделают отбивную не хотелось.

– Я бы стоял и ждал, пока появится возможность нанести удар! – признался Мордраг, – однажды я видел, как Диего отстреливался от дюжины падальщиков. Он стоял и стрелял, пока они кружились около него. После он сказал, что мог попросту забраться на высокий валун и в безопасности убивать наседавших птиц, но в тот момент ему и в голову ничего не пришло.

– Видно, я еще слишком слаб в обращении с оружием! – повторился я, – поэтому мое тело само и придумывает всякие штуки.

– Хотелось бы мне иметь такое тело, – хмыкнул мой проводник.

Двигаясь дальше, мы вышли к мосту, у которого я обнаружил еще тлеющий костер. У самого входа на мост горел фонарь. Мордраг объяснил мне, что костер зажег стражник, который отвечает за все фонари в лагере. Рядом с костром стоял сундук. Наконец-то!

– Ты не подождешь минутку, пока я обшарю этого красавца? – спросил я.

– Давай! – кивнул мой проводник, – только напрасно ты это затеял. Знаешь, сколько народу ходит этой тропой? Да этот сундучок давным-давно осмотрен и оттуда выгребли все, что там находилось!

Вместо того, чтобы вступать в спор, я присел на корточки перед сундуком и вынул все свои отмычки. Оказалось, что их у меня всего две. Сначала я пытался поворачивать отмычкой вправо, но она хрустнула и сломалась. Черт побери! Замок-то целый, насколько это вообще может быть! Заржавел немного, но его никто и не думал вскрывать! Осторожно введя в отверстие последнюю отмычку, я повернул язычок замка влево. Внутри что-то ободрительно щелкнуло. Я перекрестился и еще раз повернул отмычку в том же направлении. Снова милый сердцу щелчок. Кажется, я начинал понимать все прелести воровской профессии. Следующее движение было вправо. Замок громко скрипнул и крышка сундука слегка приподнялась. С бьющимся сердцем я поднял ее и глянул внутрь.

Наконец-то! Небольшая, но удача! Небольшая, но моя! За моей спиной обиженно засопел Мордраг.

– Надо же! Столько ходить мимо этого ящика, и ни разу ни одна душа не пожелала в него заглянуть.

Я выгреб из сундука пару пива, две отмычки, пять стрел и почти пятьдесят кусков руды. Разделив руду пополам, протянул Мордрагу его часть. К моему удивлению, он покачал головой.

– Не нужно. Ты и так меня кое-чему сегодня научил, что гораздо дороже руды.

– Чему? – спросил я.

– Искусству смотреть под ноги! – признался Вор, – знаешь, сколько мне сегодня в кабаке поставят выпивки, когда я расскажу, что было в этом никому не нужном сундуке? Если учитывать, что для большинства Воров в Новом Лагере двадцать кусков руды являются приличной суммой, то тебе сказочно повезло. Ты – непростой малый, а я уже устал сегодня удивляться.

Мы перешли на шаг и, минуя мост, свернули налево. Мордраг начал мне рассказывать о Новом Лагере, о работе в поле, о добыче в Свободной шахте руды, о Магах воды. Слушать его было интересно, поэтому я и не заметил, как мы добрались до места. Вход в Новый Лагерь представлял собой проход в скалах, на который местные умельцы присобачили что-то навроде ворот, у которых коротали время два привратника в полном боевом облачении.

– Ну, вот мы и пришли, – повернулся ко мне Мордраг, – возьми вот это кольцо. Передашь его Ларсу – он главный среди Воров в Новом Лагере. Скажешь, что я за тебя ручаюсь. Это должно на него произвести впечатление.

Мой проводник немного помолчал, а затем произнес:

– Ты знаешь, я тут подумал, и решил остаться на время здесь. Ты прав. Слишком много подозрительных субъектов в Старом Лагере внезапно стало проявлять интерес к цвету моих потрохов. А они мне дороги. Если вдруг я тебе понадоблюсь, то ты всегда сможешь отыскать меня в нашем кабаке.

С этими словами он подошел к привратникам, и они принялись хлопать друг друга по спина, предплечьям и бицепсам. Я с удивлением обнаружил, что к Мордрагу в Новом лагере относятся, как в Советском Союзе относились к Штирлицу – со смесью гордости и восхищения. Естественно, это для Мюллера «Штырлиц» был шпионом. В памяти всех русских людей он навсегда останется разведчиком.

Я вступил на территорию нового лагеря осторожно оглядываясь по углам. Так осторожно заходит после всех анекдотов про джигитов наш человек в серную баню города-героя Тбилиси. В Старом Лагере я наслышался всяческих баек об их антагонистах: члены Болотного Лагеря – нарики и идиоты; их коллеги из Нового Лагеря воры и бандиты-беспредельщики. Пока я не видел ничего предосудительного. Справа от меня блестело водное зеркало небольшого водоема, слева шла каменная стена естественного происхождения. По тропинке вдоль озерца я двинулся вперед. Вскоре начались поля, на которых буйствовал рис. Их (я имею в виду поля) я узнал, вспомнив фотоснимки из альбома про Китай, несколько уровней аккуратных ухоженных полей, подвод по каналам воды, сточные канавки. Работники, видимо, уже отдыхали. Даже если представить себе наши средние широты, то было все равно, не менее девяти часов вечера.

Вскоре дорога стала еще более утоптанной и вывела меня наверх – к небольшому костру, у которого грелись, ужинали, выпивали и просто коротали время несколько человек. Они меня демонстративно не замечали. Поэтому я не стал лезть к ним со своим «добрым вечером». Слева в темноте были видны какие-то похожие на амбары строения, а также небольшой навес. Дорога, после того как я миновал молчаливую компанию, сузилась и свернула на девяносто градусов влево. О-па! Еще один форпост! Его охраняли на этот раз не воры, а солдаты в таких же доспехах, как у Карима – гладиатора, которого мне предстояло уделать, чтобы услыхать заветное «Вау!» здоровяка Скатти.

– И ты, наверное, пройти хочешь? – с фальшивым участием спросил один из солдат.

– А ты меня хочешь не пустить? – спросил я довольно агрессивно.

– Нет. Я тебя попросту хочу предупредить, – ухмыльнулся тот, – здесь не Старый Лагерь с его следящими за порядком стражниками. Здесь каждый сам за себя, и только мы – наемники держимся все вместе. Меня вот, Ярвисом зовут.

– А меня – Марвином, – пришлось представиться и мне, – я здесь недавно.

– Я по доспехам вижу, что недавно, – хохотнул Ярвис.

– У меня нет доспехов! – возразил я.

– А я о чем? Ха-ха! Знаешь, Марвин, – проворчал этот славный малый уже не так громко и стебно, – сегодня уже стемнело. Прими совет человека, который здесь находится с первого дня. Сразу после ворот сверни направо и переночуй у крестьян – это будет только лучше для тебя. Крестьяне вовсе уж не такие беспросветные дураки – они могут тебе подсоветовать что-нибудь дельное. От них, я считаю, гораздо больше проку, чем от воров.

Я тепло поблагодарил участливого наемника и поспешил последовать его совету. Как только закончилось караульно-дозорное помещение, свернул направо и по берегу большого озера (гораздо больше первого) проследовал туда, где у костров после тяжелого трудового дня отдыхали десятка два человек в простых домотканых одеждах. Прямо за кострами виднелся большой барак – по всей вероятности, место ночлега. Крестьяне релаксировали вовсю: кто курил болотник, кто-то уплетал за обе щеки тушеный рис, а кто и потягивал местную дешевую выпивку – рисовый самогон. Меня окликнули тут же, как только я прошел мимо первой «кучки».

– Эй, чего ты здесь ходишь? – от «кучки» отделился приземистый здоровяк и вразвалочку подошел ко мне, – ищешь неприятностей? Так здесь их полным-полно, верно, ребята?

Крестьяне ответили утвердительным ворчанием.

– Да угомонись ты! – скривился я, – я новенький здесь. Меня только вчера забросили.

Мужик был силен – нечего сказать. Но у меня был неплохой меч. Уж как-нибудь я бы по башке им смог попасть – тем более, боевой практики у меня было побольше, нежели у торчащего целый день на поле крестьянина. Но неожиданно здоровяк дал обратный ход.

– Извини, – произнес он миролюбиво, – не признал в темноте. Ходют тут всякие – а после них вещи пропадают. Я – Горацио!

– Марвин! – в очередной раз представился я, – а вот ты… ты не похож на всех остальных. Кто ты?

Лесть была примитивнейшая. На Земле я услыхал бы знаменитую фразу Станиславского, однако Горацио купился с потрохами.

– Ну… так я и не говорю, что я родился крестьянином. Когда-то я был неплохим кузнецом, да вот только по субботам любил раздавить бутылочку-другую джина. И вот, однажды, в пьяном состоянии я подрался с одним парнем. Черт побери! Я вовсе не хотел его убивать, я просто не сознавал своей силы! Но проклятому судье было все равно: через трое суток я уже был здесь и меня хотели записать в гладиаторы при арене Старого Лагеря. Да только я дал себе клятву, что больше не буду драться. Единственный человек, которому бы я хотел отомстить, так это – судья Дрэдд. Бессердечный кретин!

– Знавал я одного Дрэдда! – произнес задумчиво я, – сердца у него не было, факт! И тоже, между прочим, судьей работал. Даже сам приговор в исполнение приводил.

– Вот мерзавец! – возмутился Горацио, – а где это было?

– Есть многое на свете, друг Горацио, – начал я неопределенно, – а вот ты мне не покажешь пару приемчиков? Уж больно много здесь развелось всяких типов, что подбираются к заднице без предупреждения.

– Ну, если бы ты привел более убедительную причину, – сказал бывший кузнец, – то я бы еще подумал. Если придумаешь что-то получше, то посмотрим. А пока – спокойной ночи.

– И тебе того же, – ответил я и побрел дальше.

Возле самого барака стоял одинокий крестьянин и совершал процесс принятия на грудь. В гордом одиночестве, скотина… хотя бы нашел себе напарника на такое дело!

– Хелло, я – Руфус! – икнул он и протянул мне келебасу с самогоном, – глотни разок, тебе не помешает!

Я послушно приложился к тыквенной бутыли и едва не вырыгнул от непередаваемых ощущений. Рисовый джин… самогон… короче говоря, этим горлодером хорошо запивать национальное японское блюдо «Фугу», приготавливаемое из рыбы-собаки, лишенной половых желез. Опохмеляться этим кошмаром, мягко говоря, не стоило.

– Забористый джин! – засмеялся Руфус, увидав мои корчи, – меня около года от него вернуло, а затем я привык. Что делать, если как следует не глотнешь джина за ужином, то после дня, проведенного в поле, ты хорошо не выспишься. А если ты хорошо не выспишься, то не выдержишь день в поле.

– Как у тебя дела? – спросил я, как только обрел возможность нормально разговаривать.

– Я здесь давно, – философски заметил он, – привык.

– А как ты попал сюда, в Новый Лагерь?

– Да уж, попал! – вздохнул мой собеседник, – приперся вот так, как ты – одним глазком глянуть на этот Лагерь и Свободную шахту. Таскался по территории, пока не наткнулся на Лефти – это один из головорезов при Лорде, управителе на рисовых полях. Он спросил меня, не желаю ли я помочь обществу, поработав немного в поле. Я, конечно, согласился.

– И что?

– Приятель! Ты когда-нибудь работал в поле? К вечеру мне показалось, что я не переживу ночи. Однако, спалось мне очень хорошо, только наутро болели все кости. Но пришел Лефти и сказал, чтобы я хватал мотыгу и тащил свою задницу на поля – уже все были там. Я, конечно, отказался. Сказал, что с меня хватило вчерашнего дня. Подлец Лефти пересчитал мне своей булавой все ребра, при этом несколько штук сломав. Целую неделю я отлеживался, а крестьяне тайком меня подкармливали. После этого мне ничего не оставалось, как идти и работать вместе со всеми.

– Поучительная история! – вздохнул я, – а какой из себя этот Лефти?

– По вечерам он сидит вместе с Лордом и еще двумя мерзавцами у костра – курят болотник. Тебе повезло, что ты пришел вечером. Тебя не тронули. И если хочешь сохранить свои ребра в целости, то лучше обходи его стороной.

Я поблагодарил Руфуса за несомненно полезную информацию и вошел в барак. Прямо на полу валялись тюфяки, набитые рисовой соломой, а на некоторых из них спали люди. Кое-кто только укладывался, поэтому я спросил у одного из отходящих ко сну:

– Слушай, а где у вас можно переночевать?

– Да ложись на соседний тюфяк и спи! Тут все равны! Лучшие места у двери – там прохладнее, а здесь выбирай любое свободное.

Я последовал совету Пока (так он назвался) и улегся на солому. На Земле я при своем весе ни за что бы не уснул на подобной постели, де еще кишащей насекомыми. Но моему новому телу было глубоко пофигу, где и на чем спать.

– Эй! – донесся до меня шепот Пока, – а ты чего, новенький?

– Ага! – так же прошептал я, – вчерашний.

– Ну и как там – в Большом мире?

– Ничего особенного, – нейтрально ответил я, – как всегда.

– Ничего не меняется! – вздохнул Пок, – а за что тебя швырнули за Барьер?

– Я и сам толком не понял, – в таких случаях я рассказывал почти правду – чтобы не путаться, – только прибыл в Хоринис, как меня схватили и тут же прочитали приговор. Все!

Пок приглушенно выругался.

– Сволочи! Это они умеют. Я всю жизнь исправно платил налоги, какие бы высокие они не были. Но этой жирной твари, нашему королю, все было мало. Он их все увеличивал и увеличивал, и вот настал такой момент, когда я не смог заплатить налог вовремя! Я пробился на прием к королевскому сборщику податей, умолял его на коленях подождать несколько дней, но все напрасно! Ладно, спокойной ночи!

Тяжеловато было уснуть после всех этих историй, но я все-таки еще немного поворочался и забылся сном.

Утром я открыл глаза, когда уже вовсю светило солнце и в бараке никого не было. Выйдя из своей ночлежки, умылся в прохладных водах озера. Затем мне пришло в голову искупаться. Полчаса я изнурял собственное тело различными видами спортивного плавания, а затем вышел на берег, оделся и направился в центр Нового Лагеря. Несколько крестьян еще сидели у догорающего костра и обреченно готовились к новому трудовому дню.

– У этого парня явно не все дома! – услышал я приглушенный говорок одного из них, – бултыхаться в озере, кишащем шныгами! Да это просто какой-то придурок!

Сделав вид, будто ничего не услышал, я продолжил свой путь и ступил на дамбу. Для этого мира она была настоящим произведением искусства, а высота ее внушала уважение к генеральному конструктору. Или проектировщику. Прямо посередине дамбы, у перил, стоял задумчивый крестьянин с дубинкой на ремне и что-то шептал, прикрыв глаза.

– С тобой все в порядке? – вежливо поинтересовался я.

– Со мной – да! – ответил крестьянин, – а вот с дамбой – нет. Похоже, над основанием плотины поработал шныг. Эта тварь своими зубами и когтями разрушает деревянные балки и каменный фундамент. Если ее не прикончить, то ляснут все наши рисовые поля, и людям будет нечего есть.

– Ты кто? – спросил я.

– Гомер. Я построил эту плотину много лет назад, когда только колония разделилась на лагеря. Нас было всего несколько человек: я, Лорд, Ларс, Мордраг и Волк. Ну, и еще Ли с его ребятами – они ничего делать не умеют, зато за ними, как за каменной стеной. Поначалу здесь было даже очень ничего! Это потом сюда приперся всякий сброд, навроде Лефти и Бутча, а в конце у нас изволили поселиться и шестеро Магов Воды.

– А что со шныгом? – напомнил я, – где он прячется, хотел бы я знать?

Гомер пожал плечами.

– Если бы я мог его убить, то поискал на той стороне озера. Туда редко кто заглядывает – голый песок и скалы. Нет! С этим шныгом давно пора что-то предпринять.

Он остался стоять на дамбе и продолжал вглядываться в ее основание, а я проследовал дальше – туда, где в огромной пещере виднелось несколько уровней жилищ, расположенных полукольцом. Зайдя в нее, я недоуменно огляделся. Вроде бы, по всем законам жанра, в пещере такого типа должно быть темно. Хотя бы сумрачно. Но нет – все пространство ее как бы освещалось изнутри мертвенно-бледным светом неестественной природы. Если бы я был на Земле, то сказал бы что пещеру освещают кварцевые светильники. Несколько сот кварцевых светильников.

Однако, первое впечатление было ошибочным. В самом центре пещеры, оказывается, существовала огромная яма, из которой и исходило это сияние. Яма была забрана крупной решеткой, у краев которой прохаживался, заложив руки за спину, некий господин. Одетый в темно-зеленую робу с широкими рукавами, он бродил вокруг этой ямы, точно Ленин по камере номер 193 дома предварительного заключения, погруженный в раздумья. На лице у мага была монументальность.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю