Текст книги "Испытание золотом (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Распопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 18

4 сентября 1459 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

Пышные церемонии официального принятия делегации посольств начались и правда через несколько дней, когда было всё готово, хотя я мотался в королевский дворец по нескольку раз в день, как на работу, поскольку согласовывал с королём все пункты наших с ним договорённостей. Сеньор Антонио д’Алессандро всё это видел, но поскольку я ничего не рассказывал и ему, лишь молчал и тоже злился. Однажды даже высказав мне претензию, что он тоже входит в это посольство. Пришлось его успокоить.

– Сеньор Антонио, – я покачал головой, – пока у нас с Его высочеством идут согласования нашей с ним части этого договора, и даже об этом вы узнаете чуть позже. Но прошу меня понять, от короля Фердинанда I я лично не получаю ничего за эту миссию, в отличие от вас, так что дайте мне поторговаться с Хуаном хоть за какое-то вознаграждение для себя.

Юрист меня понял, и хотя не остался доволен моим ответом, но хотя бы больше не приставал. Вот и сейчас, идя рядом со мной во дворец, когда нас засыпали цветами, кругом играла музыка и везде были флаги Арагона и Неаполитанского королевства, сеньор Антонио нет-нет, да и посматривал недовольно в мою сторону.

Во дворце нас приняли тоже очень достойно, мы словно были тут впервые, принесли богатые дары от короля Фердинанда I, якобы впервые познакомились с Их высочествами и преподнесли верительные посольские грамоты, что можем его представлять и на все следующие пять дней погрузились в переговоры, которые, по сути, были уже предрешены. Мы с Хуаном обо всём договорились заранее и теперь оба отыгрывали свои роли, а бедный сеньор Антонио д’Алессандро был вынужден участвовать в этом фарсе и более того, изумляться тому, что оказывается: долг его короля переходит ко мне, Хуан отказывается помогать мятежным баронам Неаполитанского королевства, а взамен, как я и просил, он согласен на помолвку своей дочери с сыном короля Фердинанда I. Так что вроде бы юрист достиг всего зачем его посылал король: Хуан не вмешивается в дела Неаполя и даже вопрос долга урегулирован, но сеньор Антонио всё время смотрел на меня и его явно не отпускали смутные сомнения, что он не всё знает.

Когда наконец переговоры окончились, договора подписались и ему нечего было больше делать в Сарагосе, юрист подошёл ко мне.

– Я так понял сеньор Иньиго, что вы в Неаполь не возвращаетесь? – не спросил, а больше подтвердил он.

– Какой смысл, сеньор Антонио? – деланно удивился я, – мы свою миссию выполнили, и вы вполне компетентно отчитаетесь за нас двоих, заодно предупредите Его высочество, чтобы высылал сюда посольство для помолвки по доверенности. Которое и обговорит все условия последующего венчания.

– Долг Его высочества Фердинанда I, – юрист прямо на меня посмотрел, – вы думаете он вам его вернёт?

– Конечно, сеньор Антонио, – улыбнулся я, – я нисколько не сомневаюсь в честности Его высочества, особенно когда вы ему скажете, что я буду готов принять долг не в золоте, а в руде от Неаполитанских рудников.

Видимо он сомневался в том, что мне отдадут хоть один золотой, поскольку задумчиво посмотрел на меня и поклонился.

– Тогда мне нужно выполнить ещё одно поручение Его высочества и только после этого я вернусь в Неаполь, сеньор Иньиго, – сказал он, – поэтому хочу сейчас вас поблагодарить за помощь в этих переговорах, пока мы не расстались.

– Мне тоже было принято видеть вас в деле, сеньор Антонио, – заверил его я, – и сам, если понадобиться хочу нанять вас.

– Буду рад помочь, – поклонился он и ушёл.

Ко мне подошёл Сергио.

– Я вот тоже не понимаю, как ты хочешь выбить этот долг с короля Фердинанда, – заметил он, – по мне ты просто потерял деньги.

– Посмотрим мой друг, – улыбнулся я ему, – посмотрим.

– Мой корабль, кстати, тоже готов, – продолжил он, – почему ты тянешь с тем, чтобы я отбыл?

– Мы договорились с Его высочеством провести процедуру моего награждения, как только отбудет, сеньор Антонио, – ответил я ему, – так что немного терпения мой друг.

– Твоего награждения? – граф удивлённо на меня посмотрел, – ты всё-таки ограбил короля?

– Нет конечно, Сергио! – возмутился я, – мы просто пришли к взаимному соглашению.

– Ну-ну, – скривился он, – хорошо, я подожду.

Я поманил к себе Бернарда, и когда швейцарец подошёл, я попросил его.

– Отправь кого-нибудь на поиски того турка-врача, что помогал моему дедушке в Гвадалахаре, – попросил я его, – я составлю письмо, предложу ему быть моим врачом.

– Мне он тоже показался сведущим в медицине, сеньор Иньиго, – покачал головой Бернард, – хорошо, всё сделаю.

* * *

11 сентября 1459 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

– Во имя Бога, Святого Михаила и Святого Георгия, я делаю тебя рыцарем. Будь храбрым, верным и великодушным, – прозвучали первые слова короля, затем последовала акколада и прозвучали его следующие слова.

– Встаньте, маркиз Балеарский, – король поднял с моего плеча меч, – отныне это ваш титул и титул ваших потомков, носите его с честью.

– Для меня это действительно великая честь, Ваше высочество, – я поднялся и низко поклонился королю, затем королеве, – мой долг всегда будет защищать вас и корону, поэтому я даю вам повторную клятву верности, что всегда буду на вашей стороне, чтобы не происходило и какие бы блага мне ни предлагали другие.

Со стороны дворян послышался шум, поскольку это было вовсе не обязательные слова, зато король удивлённо на меня посмотрел и кивнул, принимая их. Мне же было легко давать такие клятвы, зная будущее, а особенно то, что не было никакого резона поддерживать мятежников, которые скоро в королевстве полезут изо всех щелей. Теперь хотя бы сэкономлю себе время и ко мне не будут приезжать с предложениями, поскольку будут знать, что я всегда на стороне короны.

– Прошу к столу, это дело нужно отметить, – Хуан позвал всех к длинным столам и начался пир. Который затянулся на целый день и ночь. Ни для кого не было секретом, что за всё заплатил я, так что ели и пили вволю, а тосты в мою честь то и дело поднимались за столом. И пусть большинство были неискренними, мне было всё равно, я стал маркизом, так что теперь можно было назначить и дать земли баронам, которые совершенно точно это давно заслужили.

А потому, едва я вернулся с пьянки, как не стал откладывать дела в долгий ящик и прямо в таверне собрал всех своих людей, которые не понимая, что происходит, столпились в большом помещении.

– Сеньор Альваро, сеньор Алонсо, – обратился я к своим управляющим, – прошу вас подойти ко мне и встать на одно колено.

Изумлённые дворяне это сделали, и Бернард подал свой меч, который мне пришлось держать двумя руками из-за его тяжести, к тому же следить, чтобы я не порезал им своих новых вассалов.

– От имени короля, Его высочества Хуана II, а также своей волей маркиза Балеарского, я дарую титул барона Менорского с владением острова Менорка, сеньору Альваро Парету, носите этот титул с честью барон, как пусть носят его и ваши потомки, – я коснулся мечом его плеча и видя, как расширяются его глаза, перешёл к Алонсо.

– От имени короля, Его высочества Хуана II, а также своей волей маркиза Балеарского, я дарую титул барона Ибирийского с владением острова Ибица, сеньору Алонсо Парету, носите этот титул с честью барон, как пусть носят его и ваши потомки.

– Сеньор Иньиго, – сеньор, то есть тьфу, теперь уже барон Альваро, потрясённо смотрел на меня, как, впрочем, удивлёнными были все вокруг, кроме графа Латаса, который с лёгкой улыбкой стоял сбоку от меня.

– Не забыли слова вассальной клятвы? – ехидно поинтересовался я у обоих, и оба дворянина, тут же мне её принесли, а я заверил их, что их вольности буду теперь свято блюсти, как и свои.

Оба новоявленных барона поднялись на ноги, принимая поздравления от Сергио, слуг и наёмников.

– Здесь есть ещё один человек, которого я бы хотел сегодня отблагодарить за верность мне, – я повернулся к Бернарду, – боюсь мой друг, Тоскана нам пока не светит, так что иди сюда и вставай на оба колена.

Все в таверне замерли, такое случалось крайне редко, особенно не на поле боя. Швейцарец, выпучив на меня глаза, сделал, что я велел.

– Я делаю тебя рыцарем, – сократил я официальную формулировку и коснулся его плеча мечом, – а также дарую титул барона Форментерского с владением острова Форментера. Носите этот титул с честью барон Бернард Готфрид фон Ландаману, как пусть носят его и ваши потомки.

Вассальную клятву швейцарец не знал, но её ему тут же подсказали, и он со слезами на глазах, путаясь в словах, её всё же произнёс, вставая с пола уже не только дворянином, но ещё и бароном. Первыми его конечно же стали поздравлять граф Латаса и ещё два барона, затем все остальные.

– Хозяин! – крикнул я, – еды и вина, всем, кто бы ни подошёл к таверне! Мы отмечаем три титула людей, заслуживших их своей верностью!

– Да здравствует, сеньор Иньиго! Да здравствует, сеньор Иньиго! – тут же заорали все, а особенно Бернард, который всё ещё не мог поверить в случившееся.

– Славься, маркиз Балеарский! – тост барона Альваро подхватили следующим, и я кланяясь и махая всем рукой пошёл в свою комнату, поскольку мне нужно было отдохнуть.

Паула, глядя на меня счастливыми глазами, помогла раздеться.

– Вы уже маркиз, мой господин, – погладила она мою руку, – я так рада за вас!

– Это не предел моих мечтаний дорогая, – я одной рукой приблизил её к себе и обнял, – не думай, мы найдём тебе тоже мужа с титулом, чтобы ты заняла достойное место в обществе, соответственно своим талантам.

– Иньиго, я всегда знаю, что вы не оставите меня без награды, – девушка мне улыбнулась и потянувшись, поцеловала в щёку, – и приму любое ваше решение.

– Лучше бы было, если бы ты сама кого-то полюбила, – я задумчиво на неё посмотрел, – я не хочу неволить тебя.

– Время покажет Иньиго, – улыбнулась мне девушка, осторожно целуя меня.

– Хм-м-м, я не помешал? – раздался голос граф Латаса.

Паула с сожалением от меня отстранилась и встав с кровати, поклонилась графу.

– Конечно нет Сергио, проходи, – показал я ему рукой на стул, а девушка вышла из комнаты.

– Я наконец понял, о каком награждении ты говорил, – улыбнулся он, садясь рядом, – все несомненно, достойные люди.

– Ты собрался? – поинтересовался я у него, на что граф кивнул.

– Теперь меня точно ничего не держит здесь, я отплаваю уже завтра.

– Отлично, – я благодарно на него посмотрел, – ещё раз спасибо, мне правда больше некого послать, кроме тебя. Слишком высок уровень встреч.

– Я прекрасно тебя понимаю, – согласился он, – ты сказал это шаг к моему герцогству?

– Да, осталось совсем немного, чтобы закончить дела в Остии, оставив там производство целиком на управляющего Анджело ди Якопо Тани, который должен туда прибыть из Лондона, затем дождаться возвращения из Майнца сеньора Веспазиано да Бистиччи, а также твоего из Португалии, чтобы полностью закрыть все свои обязательства, данные перед выборами папы и мы можем с тобой полностью посвятить себя нашей основной цели, завоеванию земли, для того чтобы стать герцогами.

– Было бы неплохо, – согласился он со мной, – главное, чтобы король Кастилии не забрал наши завоевания себе.

– Будем действовать осмотрительно, – вздохнул я, – меня там не очень любят, так что будем ещё и осторожны.

– Тогда ладно, маркиз, – с улыбкой протянул он мне руку, запястье которой я пожал, – до встречи.

– До скорой встречи граф, – улыбнулся я в ответ, – попутного вам ветра.

Он хмыкнул и пошёл на выход, а вместо него вернулась Паула.

– Вы отдыхать будете сеньор Иньиго? – она вопросительно посмотрела на меня.

Я потыкал пальцем вниз, откуда раздавались весёлые крики и слышался рёв песен.

– Постараюсь.

– Сейчас попрошу их быть потише, – она собралась уходить, но я её остановил.

– Не стоит портить людям веселье, – вздохнул я, – иди расскажи мне что-нибудь, я тогда может быстрее усну.

Паула быстро забралась ко мне в кровать и стала рассказывать о своём детстве. Это конечно были вовсе не те истории, под которые можно было спокойно уснуть, но хотя бы становилось понятно, откуда в её сердце поселилось столько жестокости.

Глава 19

Мне тоже нужно было уезжать из Сарагосы, но я ждал, когда приедет Хуан Рамос, так что пришлось чуть задержаться в городе и встретиться с архиепископом, у которого я получил разрешение на одно запланированное мной дело в Арагоне по линии церкви, и взамен он попросил у меня денег на начало стройки нового собора, я, разумеется, дал и пообещал ещё, как и пожертвовал ещё тем церквям, которые он мне подсказал, чтобы моё имя слышалось на улицах города чаще. Так что, получив от него поддержку, остальное время я просто развлекался, изредка ужинал с королём, но остальное время ничего серьёзного не делал.

Поскольку у меня внезапно появилось столько свободного времени, то я решил достать из памяти давно подзабытый кодек Ефрема и наконец прочитать, что там было написано изначально. Для этого правда пришлось потратить тысячу баллов на «Улучшенное зрение», а также пять тысяч на «Улучшенное зрение на приближение», немного подумав, я плюнул на всё и полностью закрыл эту ветку навыков, добавив ещё пять тысяч в «Улучшенное зрение на удаление», так что теперь мог смотреть так далеко, будто пользовался морским биноклем. К тому же у меня ещё оставалось двадцать три тысячи с прошлых находок монет, но пока я не видел, на что их можно было рационально потратить.

Да можно было избавиться от надоевшего горба, но я только представил себе, как это буду всем объяснять, как желание тут же пропало. Все телесные изменения стоило делать только под какие-то события, когда ко мне не должно возникнуть вопросов, и так уже одно то, что я смог ходить, после многих лет сидячего образа жизни, привлекало ко мне много внимания, поскольку новость о чудесном избавлении от недуга, словно круги от брошенного камня расходилась по миру, и моё имя многие уже знали поэтому, а не потому, что я такой замечательный. Так что определённо нужно было быть очень осторожным с дальнейшими трансформациями тела, точно не так быстро, как я сделал это за последние несколько лет, когда одновременно починил себе обе руки и обе ноги.

Но конкретно сейчас меня интересовало другое, и я словно под микроскопом стал изучать первый слой записей в кодексе Ефрема, который отсканировал, когда первый раз был у Медичи. Сведений по моей основной цели, поиска монет там, к сожалению, не было, а вот зато информации, которой не было ни у кого сейчас о первичных библейских текстах и Евангелие, в том числе и апокрифичных его видов, там имелось в избытке. С этими новыми данными печатная Библия Гуттенберга имела очень много ошибок, в том числе и критических, так что нужно было мне хорошо подумать, как это использовать.

Ещё, что было интересно, в первичном тексте Ефрема говорилось о ещё одной книге, которую заказал греческим переводчикам Египта римский император, и её хотели отправить в Александрию, так что дальнейший след древних манускриптов с текстами первоначального греческого текста Библии, мне видимо нужно было искать теперь там.

– «Определённо без надёжного флота и войска, делать мне там нечего, – задумался я, посмотрев в истории, что сейчас Александрия принадлежала мамлюкам, – а это значит мои планы по поиску монет опять начинают откладываться, нужно в первую очередь заняться тем, что я ранее отложил на потом – обеспечить себе доминирование на море. К тому же, в свете того, что у меня теперь появился личный враг, можно было совместить приятное с полезным и я даже уже знал, как это можно сделать».

* * *

– Сеньор Иньиго, – ко мне зашёл Бернард, – к вам прибыл гость, но я попросил его снять жильё, где-то подальше от нас и сказать мне адрес. Думаю, будет лучше, чтобы вас с ним не видели вместе.

Я сразу понял о каком госте он говорит, так что кивнул.

– Согласен Бернард, навестим его лучше ночью.

Так и случилось, под покровом ночи и в окружении только преданных солдат мы наведались в гости к Хуану Рамосу, который изображал из себя купца.

– Сеньор Иньиго, – убийца низко мне поклонился, – поздравляю вас с новым титулом.

– Благодарю, – я повернулся к Бернарду, – оставьте нас барон пожалуйста.

Хуан Рамос изумлённо посмотрел на швейцарца, который кивнул и вышел.

– Вы даровали ему дворянство? – удивился Хуан.

– Он это заслужил, – кивнул я.

Кастилец почесал лоб.

– Сеньор Иньиго, я готов отчитаться обо всех своих тратах за деньги, что вы прислали мне, но прежде, могу я попросить вас рассмотреть одну мою просьбу?

– Разумеется Хуан.

– Я доволен и счастлив видеть то, как развивается моё братство, но всё же это всё тайно и закрыто, а мне бы хотелось иметь большую известность на этом поприще. К тому же это позволило бы мне находить больше детей, отбирая из них лучший материал, а остальные оставались бы просто послушниками, не зная, для чего на самом деле существует само братство.

– Я не знаю сам и не понимаю, как это можно осуществить, поэтому обращаюсь к вам за помощью, ведь мою первую мечту вы так легко осуществили, и я был бы абсолютно счалив, если бы вы придумали, как осуществить и вторую – как сделать наше братство официальным, но с тайным уставом?

Я задумался, в голову приходило только одно решение, но которое было трудно осуществить.

– Почему-то у меня в голове крутится только одно, – я поднял на него взгляд, – рыцарский орден. Вот только чтобы он принял статус легального, нужно чтобы его создал папа, что сам понимаешь, весьма и весьма непросто.

Глаза мужчины широко расширились.

– Рыцарский орден⁈ Сеньор Иньиго, вы настоящий гений! – радостно воскликнул он, – это решило бы сразу все проблемы!

– Несомненно, вот только как уговорить папу на его создание? – скептически покачал я головой.

– Я никуда не тороплюсь, сеньор Иньиго, – быстро заверил меня Хуан Рамос, – но и правда, едва вы сказали про орден, как я тут же понял, что вот оно – лучшее решение.

– Хорошо, я подумаю, как это можно сделать Хуан, – вздохнул я, – но гарантий дать не могу, сам понимаешь, что это весьма сложный процесс, особенно как потом сделать из тебя магистра. Ты не знатен.

– Верно, сеньор Иньиго, – кивнул он, – и тем выше для меня будет такая награда.

Определённо с честолюбием у Хуана Рамоса было всё в порядке, но он был нужен мне, как и его братство. Например, для задания, которое я собирался ему сейчас поручить.

Я достал сумку, которая висела у меня на боку и открыв её, передал ему кипу портретов людей.

– А пока, задание Хуан, – объяснил я ему смену темы, – накупи товаров, возьми самых лучших своих учеников и езжайте в Милан. Поживите, пообтешитесь там и убейте для меня всех этих людей.

– Дворяне? – поинтересовался он, беря пачку в руку.

– Многие, но не все, – объяснил я, – мне неважно, как и когда они умрут, главное, чтобы они покинули этот свет.

– Я понял, сеньор Иньиго, – кивнул он, – это будет отличной проверкой нынешнего выпуска.

– Сам понимаешь, моё имя вообще не должно возникать нигде в их обучении, – заметил я, – я общаюсь только с тобой.

– Разумеется, сеньор Иньиго, – тут же заверил меня убийца, – я понимаю риски.

– Отлично, тогда приступай, – я достал вексель, и передав его ему, – здесь много, но много и целей.

Он взял документ, его глаза расширились, и он аккуратно спрятал вексель туда же, куда недавно убрал и портреты.

– Срока нет, условий нет, – объяснил я ему, – я просто хочу, чтобы они все умерли.

– Так оно и будет сеньор Иньиго, вам не о чем беспокоится, – заверил он меня.

– Я слышал от Бернарда, что у тебя на ферме появились и девочки? – поинтересовался я у него.

– Пришлось брать, сеньор Иньиго, – вздохнул он, – не бросать же умирать их на улицах.

– Позаботься об их воспитании и образовании, служанки в чужих домах нам тоже пригодятся, к тому же они могут стать любовницами хозяев, – цинично заметил я.

– Я тоже об этом подумал, сеньор Иньиго, – согласился он со мной, – да и их охотнее берут в няньки детям.

– Продолжай воспитывать детей, и давать им всем новые дома для работы, – кивнул я, – скоро я переберусь в Кастилию, так что мне нужно будет больше информации о том, что там происходит. Позаботься об этом.

– Слушаюсь, сеньор Иньиго.

– А я пока подумаю, что делать с твоим рыцарским орденом, – задумчиво произнёс я, чтобы его поощрить и глаза убийцы радостно вспыхнули.

– Я верю, что у вас всё получится, сеньор Иньиго! – заверил меня он.

– Посмотрим, время покажет, – ответил я ему словами Паулы.

* * *

21 сентября 1459 A . D ., Сарагоса, королевство Арагон

Утром, собрав ближний круг, я ошарашил их новостью.

– Планы поменялись, я еду в Аликанте, – сообщил я всем, – но не все вы поедете со мной.

– Сеньор Альваро, берите всех наших флорентийских инженеров, часть моей охраны и отправляйтесь на Балеарские острова, – обратился я к новоиспечённому барону, – ваша задача обследовать все четыре, составить карты местности, познакомится со всеми нынешними наместниками и прикинуть фронт работ по превращению всех островов в крепости. Денег на это всё я дам, теперь это будут наши с вами форпосты в будущей борьбе с пиратами и турками.

– Слушаюсь, сеньор Иньиго, – довольно кивнул дворянин, – я позабочусь обо всём, не переживайте.

– Сеньор Бернард, – я повернулся к швейцарцу, – хватит уже твоей родне бить баклуши. Езжай домой, бери всех, кто готов переехать, нам нужны будут люди на защиту нашей земли. Так что пусть переезжают семьями, земельные наделы мы всем выделим, как и подъемные для покупки скота и инвентаря на месте.

– Слушаюсь, сеньор Иньиго, – кивнул серьёзно огромный наёмник, – уверен, на таких условиях желающие точно будут.

– Дальше, – я остановил свой взгляд на Пауле, – ты моя дорогая, поедешь в этот раз одна, только с охраной, нужно проверить, как идут дела в Остии. Прибыл ли новый управляющий, если прибыл, то что он делает, чем занят, выполняются ли мои указания по строительству складов в порту, идёт ли приём руды с Неаполитанских рудников. В общем полный перечень дел, ты получишь перед отъездом, я запишу, чтобы ты ничего не забыла.

Девушка явно не хотела со мной расставаться, едва мы соединились, но в присутствии всех спорить не могла, лишь поклонилась и ответила.

– Слушаюсь, сеньор Иньиго.

– Сеньор Алонсо, – я повернулся ко второму управляющему, – езжайте в Кастилию, предложите всем вашим родственникам те же условия, что я только что объявил для швейцарцев: земля, подъёмные, скот. Нам нужно будет очень много людей, чтобы прокормить и защитить нашу собственность. Договоритесь с сеньором Альваро, как и где вы будете принимать людей, когда он закончит, хотя бы с первичным осмотром островов.

– Слушаюсь, сеньор Иньиго, – понимающе кивнул барон.

– Бартоло, – я повернулся к парню, который был недавно в первых рядах, но внезапно его там не оказалось, – а где Бартоло?

– Прибыл гонец из Рима, сеньор Иньиго, – заметил Ханс, – Бартоло вышел к нему.

– Что-то случилось? – удивился я, и вскоре получил на этот вопрос ответ. Вернулся парень в слезах, держащий в руках письмо.

– Отец умер, сеньор Иньиго, – тихо сказал он, – меня просят вернуться в Рим, чтобы вступить в наследство.

– Мои соболезнования, – я перекрестился, и вздохнул, смерть кардинала была не совсем своевременной, но что делать, Бартоло нужно было опускать, иначе меня бы никто не понял, – и конечно, выезжай, я буду ждать твоего возвращения.

– Сеньор Иньиго, – Бартоло поднял на меня смущённый взгляд, – боюсь с не смогу вернутся к вам обратно, отец в завещании попросил меня стать епископом, он всё подготовил для этого, так что мне нужно будет только принять сан.

– «Как же всё несвоевременно-то, – вздохнул я, поскольку терять секретаря сильно не хотелось, но выбора похоже и правда не было».

– Паула, перо и бумагу, пожалуйста, – обратился я к девушке и когда всё было быстро поднесено, я достал бланк векселя и подписал его на сумму в три тысячи флоринов.

– Отпускаю вас мои дорогие с тяжёлым сердцем, – вздохнул я, передавая вексель Бартоло с Глорией, – вы знаете, как я вас люблю, но последняя воля кардинала, к которому я хорошо относился, для меня священна.

На глазах обоих молодых людей покатились слёзы, они упали на колени и стали благодарить меня как за прощальный подарок, так и за всё хорошее, что я для них сделал.

– Что же, тогда остался ты Ханс, – я повернулся к капитану наёмников, – что скажешь, если я предложу твоему отряду постоянный контракт?

– Только положительно, сеньор Иньиго, не откажется никто, – заверил меня швейцарец.

– Займись тогда этим, суммы обговорим позже, – кивнул я.

– Слушаюсь, сеньор Иньиго, – поклонился он.

– Тогда готовьтесь, ищите корабли, – я обвёл помещение внимательным взглядом, – я жду от вас верной службы и хорошего исполнения поручений.

Люди серьёзно мне поклонились, и мы разошлись, а я мимоходом поймал Бернарда.

– Пошли кого-то ещё и в Сеговию, пусть Иосиф Колон приедет в Аликанте, у меня есть для него дело.

– Всё сделаю, сеньор Иньиго.

После моей речи, по мере нахождения кораблей, идущих в нужную сторону, таверна становилась всё малолюдное, поскольку все отбывали по порученным им делам, а вскоре настала и моя очередь, отправится в Аликанте, где я надеялся подождать возвращение своих мореплавателей, поскольку теперь, когда у меня начали появляться приличные суммы денег с доходов квасцов, можно было как расширить свой флот, так и нагадить Миланскому герцогу, чтобы он, если поощрял своего сынка гадить даже там, где этого делать не стоило, задумался о своих поступках.