Текст книги "Ошибка реинкарнации (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Вектор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
Глава 29. Предатель внутри раскрыт, или Битва на крышах под проливным дождем
Столица Империи Шэнь умирала.
Мы прибыли на летающих мечах под покровом ночи. Сверху город, обычно сияющий тысячами бумажных фонариков, напоминал огромное темное пятно. Лишь редкие костры стражи горели на перекрестках. Воздух был густым, тяжелым, с привкусом гнили и сладковатым, тошнотворным ароматом сакуры.
Нас было пятеро: я, Цзыжань и трое старших мастеров Белого Лотоса, чьи ауры были достаточно сильны, чтобы сопротивляться воздушному заражению. У каждого на поясе висели фляги с концентрированным антидотом на основе Истинной Сакуры.
Мы приземлились на крыше высокой пагоды в квартале от Центральной Площади.
Даже отсюда мы видели его. Древнее Древо Сакуры возвышалось над крышами. Но оно больше не было розовым. В свете луны его ветви казались черными венами, а цветы пульсировали болезненным, багрово-фиолетовым светом. Вокруг ствола клубился плотный черный туман.
И там, в этом тумане, двигались тени. Много теней.
– Оболочки, – тихо процедил Цзыжань, вглядываясь во тьму. – Зараженные горожане. Они не умерли. Тьма подчинила их и стянула к Древу, как стражей.
– Их там сотни, – прошептал мастер Лю Чэнь, бледнея. – Если мы нападем, нам придется убивать невинных людей.
Мой антикризисный менеджер работал на пределе.
– Мы не будем их убивать, – отрезала я. – Они просто марионетки без сознания. Мы пойдем верхами. По крышам. Наша цель – не толпа, а корни Древа. Как только мы вольем антидот в его духовное ядро, связь прервется, и оболочки рухнут в обморок.
– Это сработает, если нам не помешают, – Цзыжань положил руку на эфес своего нового, выкованного наспех стального меча. Ледяной клинок он использовать пока не мог – его меридианы еще не до конца восстановились после Пика Смерти.
Я кивнула.
– Разделяемся. Трое мастеров идут по левому флангу, отвлекают внимание марионеток, создавая световые иллюзии. Цзыжань, вы идете по центру, пробиваете нам путь к корням. Я иду за вами с антидотом.
Внезапно небо разорвала вспышка молнии. Раскат грома ударил по ушам, и на город обрушился ливень. Холодный, колючий дождь мгновенно промочил нас до нитки.
Это было плохо. Вода смывала запах Темной Ци, дезориентируя наши магические радары.
– Выступаем! – скомандовал Грандмастер.
Мы сорвались с места. Мастера Белого Лотоса бесшумными тенями скользнули влево. Мы с Цзыжанем рванули прямо.
Прыжки по мокрым, скользким черепичным крышам под проливным дождем – это то еще развлечение. Я использовала свою золотистую ци, чтобы усиливать ноги и прилипать к поверхности.
Мы приближались к площади. Снизу доносилось жуткое, нестройное шарканье сотен ног и хриплое дыхание марионеток.
Оставался один прыжок до крыши Главного Казначейства, которое примыкало к площади с Древом.
Цзыжань перемахнул через переулок первым. Я оттолкнулась, собираясь последовать за ним.
И в этот момент, в воздухе, меня перехватили.
Мощный магический удар, сотканный из черной ци, ударил меня прямо в грудь. Моя золотая защита вспыхнула, принимая на себя основной урон, но кинетическая сила отбросила меня назад.
Я рухнула на скользкую черепицу той крыши, с которой только что прыгнула, и покатилась вниз к карнизу. Я едва успела вонзить кинжал в дерево крыши, чтобы не сорваться в двадцатиметровую пропасть переулка.
– Алиса! – Цзыжань развернулся на соседней крыше, собираясь прыгнуть обратно.
– Стоять! – раздался резкий, каркающий смех из-за трубы на моей крыше.
Я подняла голову. Дождь заливал глаза, но вспышка молнии осветила фигуру нападавшего.
Это был не Мастер Гуй. И не рядовой ассасин Синдиката.
Это был Старейшина Дисциплины клана Белого Лотоса.
Старик стоял в десяти шагах от меня. В его руке был зажат длинный посох, навершие которого пылало черным огнем. Но самым страшным была его аура. Она не была зараженной, как у марионеток. Она была намеренно черной. Он не был жертвой эпидемии. Он был ее соучастником.
– Ах ты ж старый – я выплюнула воду вперемешку с кровью и с трудом подтянулась на карниз, вставая на ноги. – Так это вы! Вы предатель внутри клана!
– Глупая девка, – Старейшина Дисциплины усмехнулся. – Я не предатель. Я чистильщик. Белый Лотос прогнил! Слабость, милосердие, попытки договориться Вы превратили величайший клан Империи в посмешище! А ты, Линь Юэ, ты – главная раковая опухоль! Ты свела Грандмастера с ума, ты нарушила все наши традиции!
Он указал посохом на Цзыжаня, который замер на соседней крыше, сжимая меч.
– Мастер Гуй был прав, – продолжал старик, перекрикивая шум дождя. – Империи нужна встряска. Нужен хаос, из которого родится новый, сильный порядок! Когда Древо Сакуры отравит столицу, мы с Гуем придем как спасители. Мы предложим "новое" лечение. И власть сама упадет нам в руки.
– Инсайдерская торговля на жизнях миллионов. Классика, – процедила я сквозь зубы. Мой мозг лихорадочно искал выход. Фляги с антидотом висели у меня на поясе. Если старик ударит по ним магией – миссия провалена.
Цзыжань напрягся, готовясь к прыжку.
– Не двигайся, Грандмастер! – рявкнул Старейшина. Вокруг него вспыхнули пять сгустков темной ци, нацеленных на меня. – Одно движение, и я испепелю ее вместе с вашим драгоценным антидотом! Я знаю, что твоя магия еще не восстановилась. Ты не успеешь закрыть ее щитом!
Это была правда. Расстояние между крышами было слишком велико для мгновенного ледяного купола.
Мы попали в патовую ситуацию (Mexican standoff).
– Отдай мне фляги, Линь Юэ. И я обещаю, что убью тебя быстро, – старик сделал шаг ко мне.
Я стояла на краю крыши. За моей спиной – бездна. Передо мной – поехавший кукушкой Старейшина с магическим пулеметом. На соседней крыше – мужчина, который ради меня готов сжечь мир, но сейчас связан по рукам и ногам страхом за мою жизнь.
Система в моей голове панически мигала красным.
[Вероятность гибели: 95%. Тактическое отступление невозможно].
«Заткнись», – мысленно приказала я ей. – «В бизнесе, если условия сделки тебя не устраивают, ты меняешь правила игры».
Я посмотрела прямо в глаза Шэнь Цзыжаню сквозь пелену дождя. Я не сказала ни слова. Я просто прикоснулась к нефриту на своей шее – тому самому маячку, который отдала ему, а он вернул мне перед вылетом «на удачу».
Наши глаза встретились.
И он понял.
Мы больше не нуждались в словах. Мы были синхронизированы на уровне инстинктов.
Я не стала отдавать фляги. И я не стала защищаться.
Я резко оттолкнулась ногами от скользкой черепицы и прыгнула не вперед, на старика, а назад. В пустоту переулка.
– Нет! – завизжал Старейшина, понимая, что антидот уходит у него из-под носа. Он выбросил все пять сгустков темной ци вслед за мной.
Но это была ловушка.
Как только он переключил свое внимание и магию на меня, падающую в бездну, он открылся.
Шэнь Цзыжань не стал тратить время на крики. Он использовал Пространственный Шаг.
Воздух над переулком разорвался.
Я падала в темноту, чувствуя, как смертоносные сгустки темной ци летят мне прямо в грудь.
И вдруг, между мной и смертью, материализовался белый силуэт.
Цзыжань перехватил меня в воздухе. Одной рукой он прижал меня к себе. А второй.
Второй рукой он ударил. Но не мечом.
Его ледяная магия, которую он экономил, выплеснулась в один-единственный, концентрированный импульс. Не щит. А ледяное копье, которое прошило дождевую завесу.
Копье столкнулось с темными сгустками, заморозив их в воздухе (они со звоном осыпались вниз), и полетело дальше.
Хрясь.
Старейшина Дисциплины, стоявший на краю крыши, поперхнулся. Ледяное копье пронзило его грудь насквозь, пригвоздив к кирпичной трубе. Старик выронил посох, его глаза остекленели, и он медленно сполз вниз, мертвый.
А мы с Цзыжанем продолжали падать.
До земли оставалось пять метров. Использовать левитацию он уже не мог – магический резерв был исчерпан ударом.
Он резко развернулся в воздухе, так, чтобы его спина оказалась внизу. Он собирался принять удар о брусчатку на себя, чтобы спасти меня и антидот.
«Черта с два!» – взбунтовалась я.
Я выпустила всю свою золотистую ци, формируя под нами плотную энергетическую подушку.
Мы врезались в землю. Золотой щит смягчил удар, но не полностью. Раздался глухой стук. Из легких выбило воздух. Мы покатились по мокрой, грязной брусчатке переулка, вцепившись друг в друга.
Мы остановились у стены.
Я лежала на нем сверху, судорожно глотая воздух. Дождь заливал лицо.
– Вы вы идиот, босс – прохрипела я, пытаясь сфокусировать зрение.
– Ты не лучше – он тяжело дышал, но его руки крепко держали меня за талию. – Ты спрыгнула с крыши.
– Это называется «управляемый риск», – я скривилась, ощупывая пояс. Фляги с антидотом были целы. Кожаные мешочки выдержали падение.
Я подняла голову.
Мы находились в узком переулке, который выходил прямо на Центральную Площадь. Отсюда до корней Древнего Древа Сакуры было не больше тридцати метров.
Но эти тридцать метров были забиты оболочками.
Зараженные горожане, услышав шум нашего падения, медленно поворачивали к нам свои серые лица с пустыми, черными глазами. Их были десятки.
– Вставай, – скомандовал Цзыжань, спихивая меня с себя и поднимаясь на ноги. Он подобрал свой стальной меч. Он прихрамывал на левую ногу – падение не прошло даром.
– Босс, ваша магия на нуле. Моя тоже, – я встала рядом с ним, вытаскивая свой короткий кинжал. Это было жалко по сравнению с их количеством.
– Нам не нужна магия. Нам нужно прорваться, – он встал в стойку. – Я пробиваю клин (V-образный прорыв). Ты бежишь за мной. Не останавливайся ни на секунду. Лей антидот в Главный Корень – он толще остальных и светится фиолетовым.
Марионетки издали хриплый вой и бросились на нас.
Это не было битвой. Это была мясорубка.
Шэнь Цзыжань работал мечом, как машина. Он не убивал их – он использовал плоскую сторону клинка, рукоять, удары ногами. Он прорубал в толпе коридор, ломая им кости, чтобы они не могли подняться, но сохраняя жизни. Это было в сто раз сложнее и изматывающее, чем просто резать врагов.
Я бежала за ним, стараясь не отставать. Чьи-то серые руки вцепились мне в подол. Я ударила нападавшего рукоятью кинжала по голове и вырвалась.
Дождь смешивался с грязью и кровью.
Пятнадцать метров. Десять. Пять.
Древо возвышалось над нами, как чудовищный спрут. Его черные корни вылезали из расколотой брусчатки.
– Туда! – Цзыжань отшвырнул сразу троих оболочек мощным пинком и указал мечом на огромный, пульсирующий фиолетовой скверной корень толщиной с бочку.
Я рванула к нему.
Я сорвала с пояса первую флягу.
– А ну пошли вон, биологические отходы! – закричала я, вгоняя свой кинжал прямо в пульсирующий фиолетовый корень, пробивая кору.
Из раны хлынула черная, вонючая жижа.
Я выдернула пробку зубами и влила содержимое фляги прямо в «рану» дерева.
Реакция была мгновенной.
Древо содрогнулось. Раздался звук, похожий на крик тысяч агонизирующих душ. Фиолетовое свечение вступило в контакт с Истинной Сакурой. Раздалось шипение. Из корня повалил густой белый пар.
– Вторую! – рыкнул Цзыжань. Он стоял спиной ко мне, сдерживая напирающую толпу марионеток. Их становилось все больше. Они лезли на него, как зомби, пытаясь задавить массой.
Я сорвала вторую флягу.
Но в этот момент из черного тумана за стволом Древа вынырнула худая, сгорбленная фигура в темном плаще.
Мастер Гуй.
Сумасшедший алхимик не собирался отдавать свое творение без боя.
В его руке сверкнул длинный, изогнутый кинжал, с которого капал концентрированный зеленый яд. Он метнулся не к Цзыжаню. Он метнулся ко мне, понимая, что я вливаю антидот.
Я стояла на коленях перед корнем, вторая фляга была в моей руке. Я была абсолютно беззащитна. Увернуться я не успевала.
– Алиса! – Цзыжань обернулся.
Я зажмурилась, готовясь принять удар ядовитого клинка.
И тут произошло три вещи одновременно.
Раздался чавкающий звук.
На меня брызнула горячая кровь.
И тяжелое мужское тело навалилось на мою спину, придавив меня к мокрым корням.
Я распахнула глаза.
Шэнь Цзыжань лежал на мне. Мастер Гуй стоял над нами с перекошенным от ужаса лицом.
Его отравленный кинжал торчал из спины Грандмастера. Прямо под левой лопаткой.
Цзыжань бросился под клинок. Он снова закрыл меня собой. Но на этот раз у него не было магического щита.
– Нет – прошептала я.
Мастер Гуй отшатнулся, пытаясь выдернуть кинжал.
Но Цзыжань, даже с клинком в спине, не потерял хватки. Он резко выкинул назад руку, схватил алхимика за горло и одним невероятным, звериным рывком сломал ему шею.
Тело Мастера Гуя обмякло и рухнуло в грязь.
А Цзыжань Цзыжань медленно сполз с моей спины и повалился на бок, прямо на извивающиеся черные корни.
Я закричала.
Я не помню, как я влила вторую флягу антидота в корень. Как Древо Сакуры вспыхнуло ослепительно-розовым светом, разрывая тьму. Как сотни марионеток вокруг нас одновременно рухнули в глубокий обморок, освобожденные от контроля.
Все это не имело значения.
Я упала на колени рядом с Цзыжанем.
Дождь смывал кровь с его белого лица. Его глаза были полузакрыты. Зеленый яд алхимика – самый страшный яд в Империи – уже расползался по его венам, смешиваясь с дождевой водой.
Я попыталась закрыть рану руками, но кровь не останавливалась. Моя золотая ци молчала. У меня не было сил. Я потратила все на падение с крыши.
– Босс Цзыжань посмотри на меня, – я трясла его за плечи, захлебываясь слезами. – Ты не смеешь умирать! Мы спасли столицу! Слышишь? Проект закрыт! Мы выиграли!
Его губы слабо дрогнули. Он попытался поднять руку, чтобы коснуться моего лица, но она бессильно упала на мокрую брусчатку.
– Алиса – его голос был едва слышным шелестом. – Ты плачешь.
– Я уволю тебя, если ты сейчас закроешь глаза! – я кричала, прижимая его голову к своей груди, раскачиваясь под проливным дождем. – Система! Сделай что-нибудь! Ты же можешь! Ты обещала счастливый конец!
Но Система молчала.
Древнее Древо Сакуры над нами расцвело, стряхивая с себя скверну. Розовые лепестки начали медленно падать на нас, смешиваясь с дождем и кровью.
Шэнь Цзыжань, величайший воин Империи, человек, который стал всем моим миром, тихо выдохнул, и его глаза закрылись.
Его сердце остановилось.
Глава 30. Кома, отчаяние и отказ от системы
Его сердце не билось.
Я сидела в луже крови и дождевой воды, прижимая тяжелое тело Шэнь Цзыжаня к себе. Розовые лепестки очищенной Истинной Сакуры падали на нас, прилипая к его бледному, восковому лицу. Вокруг валялись тела бессознательных горожан, освобожденных от Темной Ци, и труп Мастера Гуя со сломанной шеей.
Тишина, наступившая на площади после смерти сумасшедшего алхимика, звенела в ушах громче любого крика.
– Система, – прохрипела я. Мой голос был сорван. Я больше не кричала. Я говорила так, как говорят люди, которым больше нечего терять. – Воскреси его.
Мерцающий синий экран, который всегда появлялся по первому требованию (или без него), на этот раз возник нехотя, словно чувствуя мою ярость.
[Анализ объекта: Шэнь Цзыжань.
Статус: Биологическая смерть.
Причина: Токсическое поражение сердца ядом «Слезы Изумрудного Дракона» в сочетании с критической кровопотерей и магическим истощением].
– Я не спрашиваю диагноз! – я ударила кулаком по мокрой брусчатке, сбивая костяшки в кровь. – Воскреси. Его. Я выполнила все твои идиотские квесты. Я танцевала под твою дудку, я отбелила репутацию, я спасла столицу! У меня должно быть достаточно очков Романтической Комедии, чтобы купить зелье воскрешения!
Экран мигнул красным.
[Отказ. В базе данных магазина Системы отсутствуют артефакты воскрешения. Жанр «Романтическая комедия» не предусматривает необратимой смерти главных героев. Произошло критическое нарушение жанровых границ из-за перехода сюжета в Темное Уся. Система бессильна].
Я уставилась на эти светящиеся буквы, не в силах поверить.
– Бессильна? – я рассмеялась. Смех получился каркающим, истеричным. – Ты бог из машины! Ты можешь менять цвет моих волос, ты можешь останавливать гравитацию, но ты не можешь завести одно остановившееся сердце?!
[Пользователь Алиса Воронцова. Вы успешно изменили сюжет. Оригинальная Линь Юэ должна была умереть в первой главе. Шэнь Цзыжань должен был жениться на Сяо Мэй. Текущая реальность – результат ваших отклонений. Система не может отменить смерть, наступившую вне скрипта].
Меня трясло. Это был не страх, не отчаяние. Это была абсолютная, концентрированная ненависть. К этому миру, к его правилам, к дурацкой магии и к самой себе. За то, что не смогла увернуться. За то, что позволила ему снова закрыть меня собой.
– Пошла вон, – тихо сказала я. – Закрой контракт. Ты бесполезна. Уволена.
Экран исчез. Больше никаких веселых колокольчиков. Никаких «дзинь!».
Я осталась одна под проливным дождем с мертвым мужчиной на руках.
Я положила ладонь на его грудь, туда, где замерло сердце. Я прикрыла глаза, пытаясь нащупать хоть каплю своей золотистой ци. Но внутри была только звенящая пустота. Я вычерпала себя до дна, когда формировала подушку для падения.
– Цзыжань, – прошептала я, гладя его мокрые, холодные волосы. – Ты обещал. Ты упрямый, ледяной придурок. Ты обещал, что мы устроим Империи аудит. Ты не можешь вот так уйти посреди квартала!
Я попыталась начать делать ему непрямой массаж сердца, как учили на курсах первой помощи в офисе. Раз, два, три, вдох. Раз, два, три, вдох.
Но его грудная клетка была твердой как камень, и зеленый яд в его венах делал реанимацию бессмысленной. Мои руки скользили в крови и дожде.
Я остановилась, тяжело дыша, и просто упала на него, обхватив его за шею.
«Это конец», – билась в голове мысль. «Ты проиграла».
И вдруг, сквозь шум дождя, я услышала звук.
Звук приближающихся шагов. Множества шагов.
На площадь выбежала Императорская стража с факелами, шипящими под ливнем. За ними, тяжело дыша, спешили трое мастеров Белого Лотоса, с которыми мы разделились. Они пробились сквозь заслоны очнувшихся марионеток.
Один из мастеров, Лю Чэнь, бросился ко мне.
– Леди Линь Юэ! – он упал на колени, увидев Цзыжаня. Его лицо побледнело. – Грандмастер О боги.
Стража оцепила площадь.
– Не трогайте его! – я зарычала, как раненая волчица, отталкивая руку Лю Чэня, когда тот потянулся к шее Цзыжаня.
– Леди Линь, он не дышит. Его аура угасла, – тихо, с ужасом констатировал мастер. – Яд Изумрудного Дракона убивает мгновенно. Нам нужно забрать тело.
– Я сказала, не трогать!
Я вскинула голову. Мои карие глаза встретились с потрясенными взглядами стражников. И в этот момент что-то внутри меня надломилось.
Та стена, которую я выстроила в своей душе после перерождения – стена цинизма, корпоративных шуток и рационального менеджмента, – рухнула. Я больше не была Алисой Воронцовой, эффективным управленцем. Я была женщиной, у которой только что отобрали единственное, что имело смысл в этом чертовом мире.
И если Система отказалась помочь, я возьму свое сама.
Я сорвала со своей шеи нефритовую подвеску – тот самый маячок, в котором хранилась капля моей чистой, первоначальной золотистой ци. Последняя крупица магии, которую я заперла в камне на случай экстренной связи.
Я с силой сжала нефрит в кулаке. Камень хрустнул и рассыпался, вонзившись осколками в кожу.
Крошечная золотая искра вспыхнула на моей окровавленной ладони.
– Леди Линь, что вы делаете? Это не поможет! – закричал Лю Чэнь, пытаясь оттащить меня. – У вас истощение! Использование магии убьет вас!
– Отойди, – мой голос был тихим, но в нем прозвучала такая страшная, нечеловеческая власть, что мастер повиновался.
Я прижала окровавленную ладонь с пульсирующей золотой искрой к мертвой груди Цзыжаня, прямо над остановившимся сердцем.
Я не знала заклинаний воскрешения. У меня не было инструкций. Я просто знала, что должна заставить его дышать.
Я закрыла глаза и мысленно потянулась не к своему ядру (оно было пусто), а к самой своей жизненной силе. К своему дыханию, к своему пульсу, к своему существованию в этом мире.
«Забери это», – приказала я золотой искре. – «Забери все. Но запусти его».
Я начала вливать свою жизнь в мертвое тело Шэнь Цзыжаня.
Это было не больно. Это было похоже на то, как ты засыпаешь после тяжелой работы. Медленно, неотвратимо. Мое зрение начало меркнуть. Шум дождя отдалился. Звуки голосов вокруг превратились в неразборчивый гул.
Золотой свет, пробивающийся сквозь мои пальцы, начал разгораться. Он проникал сквозь белые одежды, пробивался сквозь зеленый яд в его венах. Моя жизнь выжигала яд, заменяя его собой.
– Алиса остановись – голос прозвучал в моей голове.
Я не знала, была ли это галлюцинация или остатки сознания Системы.
– Отвали, – мысленно огрызнулась я, усиливая поток.
Я чувствовала, как холод его кожи начинает отступать. Под моей ладонью дрогнула мышца.
А затем.
Тук.
Слабый, едва уловимый толчок.
Тук-тук.
Сердце Шэнь Цзыжаня сделало удар.
Золотой свет вспыхнул ослепительной сверхновой, отбрасывая всех стоящих рядом стражников на несколько метров.
И вместе с этой вспышкой моя нить оборвалась.
Тьма накрыла меня с головой. Я не почувствовала, как мое тело осело на мокрую брусчатку рядом с ним. Я не услышала криков.
Последнее, что я осознала перед тем, как окончательно провалиться в небытие, – это судорожный, хриплый вдох, который сделал мужчина рядом со мной.
Контракт был выполнен. Инвестиции защищены. Я могла спокойно спать.
Когда я открыла глаза, я ожидала увидеть больничную палату или потолок Пика Холодного Облака.
Но я увидела небоскребы.
Я сидела в кресле из черной кожи в своем старом кабинете на Уолл-Стрит. За панорамным окном шел дождь, по стеклу ползли капли, искажая огни Нью-Йорка. На столе передо мной стоял остывший эспрессо и лежал распечатанный квартальный отчет корпорации «Zenith Consulting».
Я моргнула.
На мне был строгий темно-синий брючный костюм. Мои руки были чистыми, с идеальным французским маникюром. Никакой крови. Никаких шрамов от когтей мутантов. Никакого запаха мокрого пепла и сакуры.
– Что – я попыталась встать, но ноги не слушались.
Дверь кабинета открылась. Вошла моя ассистентка, молоденькая девушка в очках.
– Алиса Андреевна, – она положила на стол новую стопку бумаг. – Совет директоров ждет вас через пятнадцать минут. Клиенты из Сингапура готовы подписать слияние. Вы просили напомнить.
Я смотрела на нее широко раскрытыми глазами.
– Совет директоров Слияние.
– Вы хорошо себя чувствуете? Вы очень бледная, – девушка обеспокоенно нахмурилась. – Может, перенести встречу? Вы работаете по шестнадцать часов в сутки. У вас пульс учащенный.
Мой пульс. Я прижала руку к груди. Сердце билось ровно, сильно.
Я переродилась обратно? Мое истощение в мире Уся убило меня там, и моя душа вернулась в свое оригинальное тело, за секунду до того, как оно умерло от инфаркта? Вся эта Империя Шэнь, мутанты, Система, магия это была просто предсмертная галлюцинация переутомленного менеджера?
Я посмотрела на квартальный отчет. Моя прошлая жизнь, о которой я так тосковала в первые дни. Власть, деньги, комфорт.
Но почему-то сейчас эта жизнь казалась мне пустой. Картонной. Серой.
Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить. Вспомнить запах сандала и грозы. Вспомнить ледяные руки, которые согревали меня ночью. Вспомнить человека, который бросил свой меч, чтобы спасти мне жизнь.
– Нет, – прошептала я. – Это не галлюцинация. Я не согласна.
– Что, простите? – переспросила ассистентка.
Я резко встала из-за стола, сметая на пол чашку с кофе. Фарфор разбился с громким звоном.
– Отмени встречу! Отмени все! – мой голос сорвался на крик, который никогда не звучал в этих стерильных стенах. Я схватила стул и швырнула его в панорамное окно.
Стекло не разбилось. Оно пошло рябью, как вода.
[Сбой симуляции. Внимание. Переходное состояние души нарушено] – механический голос, до боли знакомый, раздался прямо из динамиков интеркома на столе.
Я бросилась к интеркому.
– Верни меня обратно! Я уволила тебя, железяка, но сейчас я приказываю тебе: верни меня!
[Объект «Линь Юэ» находится в коме. Физическое тело истощено до критического минимума. Возврат души невозможен без внешнего якоря].
– Создай этот якорь! Я отдала ему свою жизнь, чтобы он дышал!
[Шэнь Цзыжань жив. Вектор яда купирован. Однако его магия направлена на поддержание вашей физической оболочки. Если вы не вернетесь в течение ближайших 12 часов местного времени Империи, оба объекта погибнут от магического резонанса. Вам предложено два варианта].
Экран компьютера на столе вспыхнул.
*[Вариант А: Остаться в современной симуляции. Проснуться от микроинфаркта в больнице Нью-Йорка. Продолжить корпоративную карьеру. Выживание: 100%].
[Вариант Б: Форсировать возврат души в тело Линь Юэ. Вероятность успешного слияния: 15%. В случае провала – окончательная смерть души. Выбор за вами]*.
Я стояла посреди своего идеального, дорогого кабинета. Я смотрела на два светящихся варианта.
Моя жизнь здесь: предсказуемая, безопасная, одинокая.
Моя жизнь там: опасная, нелогичная, полная сумасшедших принцев и алхимиков. Но там был он. Тот, кто сломал нефрит голыми руками, лишь бы никто другой не посмел на меня посмотреть. Тот, с кем мы отбили атаку ассасинов, танцуя под дождем.
Мой личный, самый убыточный, но самый важный проект в жизни.
Я не колебалась ни секунды.
Я подошла к клавиатуре компьютера и со всей силы ударила кулаком по клавише «Б».
– Запускай слияние, – процедила я. – Я иду увольнять Императора.
Офис вокруг меня мгновенно растворился во вспышке ослепительного белого света, и меня затянуло в оглушительную, ревущую воронку боли. Я возвращалась домой.
