Текст книги "Губернатор мусорного острова 2 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Парсиев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15

Коннор Кайман не соврал. Тетя Сара у этих дамочек оказалась в большом авторитете. Все они побросали свои бумаги и кинулись вокруг меня хлопотать. Кармина смотрела на это действо глазами, круглыми от удивления. Через час я был внесен в официальный реестр кандидатов от общественного движения «Дети Ривьеры», на что мне был выдан официальный протокол.

– Не слышала про такое общественное движение, – поделилась Кармина, когда я дал ей почитать выданный документ.

– И я не слышал, – хмыкнул я, – Его только что создали. А еще я зверски проголодался.

– Это от нервов. Вон там за углом есть приличный недорогой ресторанчик.

Я повел Кармину в ресторанчик. Официант пытался что-то вякнуть по поводу ее служебной формы, мол в таком виде они не обслуживают. Я сунул ему под нос гербовую бумагу с большими печатями, и официант настаивать не решился. Принял заказ и умелся на кухню.

– Вик, как ты это провернул?

– Неожиданно обзавелся полезными связями.

– Слушай, тебе же теперь надо заниматься агитацией. Митинги проводить, плакаты по городу расклеивать. Ты думал об этом?

– Пока еще не думал, но ты права. Как минимум один плакат я уже знаю, куда повесить. Мы сегодня открываем столовую в пригороде возле Ривьеры.

– Плакат можно заказать у того фотографа, который делал твое фото на паспорт, – предложила Кармина.

– Он этим занимается?

– Ну, он оформляет стенды «их разыскивает милиция».

– Я надеюсь, меня он оформит в другом стиле?

– Нормально он тебя оформит.

Отобедав в ресторане, снова отправились в управление МВД, где фотограф за умеренную плату состряпал плакат с моей физиономией и надписью: «Вик Бережнов – наш народный кандидат».

– По-моему получилась почти точная калька с плаката Малинославского, – поделился я озабоченностью, – Разница только в том, что он «социальный», а я «народный».

– Этой разницы вполне достаточно, – со знанием дела сообщил фотограф, – Поверьте, я макеты кандидатам делаю не первый раз.

Я не стал затевать дискуссию. В конце концов он по-своему прав. Важно не то, что написано на плакате, а то, какими делами я прославлюсь. Чтобы не тратиться на типографию, отсканировал готовый плакат, получив его точную физико-химическую три-дэ модель. Теперь сам могу наштамповать такие плакаты в любых количествах.

Затем проводил Кармину до дома, но заходить к ней в гости отказался.

– Кармина, если я сейчас зайду к тебе домой на чашечку кофе, увязну как пчела в сиропе. А у меня дел – тьма.

– Красивое сравнение. Зерг в сиропе! Ты прям поэт.

– Это из песни, – пояснил я и напел из Макаревича, – «Я увяз как пчела в сиропе, и не вырваться мне уже; тонкий шрам на твоей круглой попе – рваная рана в моей душе…»

– Гад же ты, зерг, – зачем-то отругала меня Кармина хотя и беззлобно, – Уже жалею, что помогла тебе с паспортом. Теперь опять пропадешь на неизвестный срок.

– Следи за мной в новостях.

– Куда деваться. Буду следить, – пообещала она.

Поцеловав ее на прощание в карминовые губы, отправился ловить тачку, чтобы доехать до здания столовки. Пока стоял на обочине с вытянутой рукой, набрал Санни Красному.

– Здравствуйте, Санни.

– Привет, Вик. Есть новости?

– Целых две. Во-первых, хочу напомнить, сегодня открываем столовую. Вы подъедете?

– Чего я там не видел? Ты, главное, не забудь повесить на стену плакат этого черта Малинославского.

– А вот это уже во-вторых, вместо плаката Малинославского там будет висеть мой плакат.

– Вот теперь интересно стало. Заезжай в Тропиканку прямо сейчас.

Пришлось ехать в Тропиканку. В офисе Санни Красного, кроме самого Санни Красного, в кресле сидел Бенджи, правая рука Санни Черного.

– Привет, Бенджи.

– Привет, Вик.

– У нас какие-то проблемы? – спросил я.

– Почему ты так решил? – удивился Санни.

– Ну я не припомню, чтобы Бенджи приезжал просто так чайку попить.

– Нет никаких проблем, – в знак миролюбивого настроя Бенджи поднял раскрытые ладони, – Я приехал чайку попить.

Санни Красный усмехнулся.

– Бенджи опередил тебя с новостями, Вик. Он уже знает, что ты стал кандидатом в мэры, – сказал он.

– У моего босса есть свои люди в мэрии, – подтвердил Бенджи, – Говорят, ты заявился с приветом от тети Сары.

– Да уж, слухами земля полнится, – поморщился я, – Ничего не скроешь в этом городе.

– Рассказывай, Вик. Как ты умудрился сойтись с этой несговорчивой тетушкой? – потребовал Санни Красный и добавил, предугадывая еще не высказанное возражение, – Рассказывай при Бенджи. Он все равно докопается. Пусть лучше узнает из первых уст.

– Моей скромной персоной заинтересовались бритиша, – ответил я, – Вроде бы я на слуху аж в самом Букингемском дворце.

Санни Красный присвистнул. Бенджи понятливо хмыкнул.

– Вообще-то, этого следовало ожидать, – сказал он, – Вик стал первым зергом мужчиной с особыми способностями. Бритишей просто не мог не заинтересовать этот факт.

Я подумал, что самого Бенджи этот факт тоже чрезвычайно интересует, потому что сам он является зергом и тоже наверняка мечтает об особых способностях. Озвучивать свою мысль, я, само собой, не стал.

– Вик, – Санни Красный вернул себе серьезный настрой, – Бритиша никому не помогают просто так забесплатно. Что они потребовали от тебя взамен?

– Сущий пустяк. Они хотят получить секрет обретения особых способностей, – ответил я, в сущности не соврав.

– То есть ты владеешь каким-то секретом? – Бенджи заметно напрягся.

– Бенджи, расслабься. Нет никакого секрета. Я сам не знаю, как получил свою способность.

– Жаль, – Бенджи расстроился, – Мой разум на автомате начал прокручивать все варианты, как выведать твой секрет: от подкупа до пыток… если что, я пошутил.

– Не надо так шутить, Бенджи, – попросил Санни Красный своим студеным простуженным голосом и снова обратился ко мне, – Это может стать проблемой, Вик… нет, черт возьми, это станет проблемой. Когда бритиша поймут, что ты водишь их за нос, они будут, мягко говоря, не в восторге. Бритиша очень не любят, когда их водят за нос.

– Санни, я прекрасно это понимаю, – заверил я, – Лично я бритишам ничего конкретного не обещал. Они сами на меня вышли, сами сделали предложение. Я ж не дурак, чтобы отказываться.

– Боюсь, ты недооцениваешь бритишей, Вик, – Санни Красный не спешил разделять моего легкомыслия, – Если бритиша начали тебе помогать, значит, имеют на тебя крюк. Будь уверен, в нужный момент они за этот крюк дернут.

– Пусть дергают. Посмотрим, кто из нас окажется рыбаком, а кто – рыбкой. Тетя Сара давно тут борзеет не по рангу, рано или поздно окажется у разбитого корыта.

– Ладно, Вик, ты прав. Такие возможности нельзя упускать, а последствия будем разгребать по мере их поступления, – согласился Санни Красный и обратился к Бенджи, – Ну что ж, Бенджи, надеюсь, ты удовлетворил свое любопытство. Нам с Виком нужно кое-что обсудить.

Санни почти прямым текстом давал понять Бенджи, что тому пора и честь знать, однако Бенджи не спешил вставать с кресла.

– Понимаю тебя, Санни, – Бенджи ехидно улыбнулся, – У тебя руки чешутся, чтобы начать использовать новый статус Вика. Такие возможности открываются…

– Хочешь что-то предложить? – спросил Санни.

– А как же. Хочу вам напомнить, что на выборах не столь важно количество проголосовавших за кандидата, сколько то, как эти голоса будут подсчитаны. Пусть за Вика проголосует хоть весь город, но если у него не будет своих людей в счетной комиссии, он проиграет. А Санни Черный имеет своих людей в счетной комиссии. Понимаете, о чем я?

– Понимаем, – ответил Санни за нас обоих, – Я об этом не подумал. Так, и что хочет Санни Черный за честный подсчет голосов?

– Участие в совместных проектах, – Бенджи пожал плечами, словно недоумевая, зачем спрашивать о таких очевидных вещах.

– Не рановато говорить о проектах? – усомнился Санни Красный, – Сперва надо победить на выборах.

– Говорить о проектах никогда не рано, – убежденно заявил Бенджи, – От этого будет зависеть, насколько Санни Черный готов вложиться в избирательную компанию Вика.

Санни Красный согласно кивнул и посмотрел на меня.

– Что скажешь, Вик?

– Думаю, нам нужны союзники, – ответил я, – Мы влазим в большую игру. Нам будут противостоять серьезные люди. Лучше поделиться кушем с Санни Черным, чем ничего не получить из-за жадности.

– Согласен с тобой, Вик, – Санни Красный припечатал ладошкой об стол, – Санни Черный в деле. У тебя самого уже есть идеи, с чего начать?

– Появилось одно соображение. Мы можем начать с проекта, который одновременно является и коммерческим, и политическим. Он поможет привлечь голоса избирателей.

– Что за проект?

– Лаборант держит монополию на поставку продовольствия в город, – начал я, – Если мы сломаем его монополию, люди смогут покупать недорогую и качественную продукцию от местного производителя.

– Как же ты ее сломаешь? На весь город один рынок и одна служба сертификации сельхозпродукции.

– На самом деле решение уже существует. Фермеры организовывают стихийные рынки за городом, только их гоняют люди Лаборанта. Но вот я подумал, а какое Лаборант имеет право их гонять? Если рынок стоит за чертой города, на него не должны распространяться муниципальные правила сертификации. Как думаете?

Санни Красный и Бенджи переглянулись.

– Отличная идея, Вик, – одобрил Бенджи, – В самом деле можно убить двух зайцев одним выстрелом: отобрать у Лаборанта кусок рынка и привлечь избирателей на твою сторону. Простые люди будут благодарны.

– Только я пока еще не углублялся в юридическую сторону, – предупредил я, – Вообще не в курсе, насколько это законно – торговать за городской чертой. Как это все регулируется на острове в целом?

– Везде регулируется примерно одинаково. В каждом городе сидит кто-то вроде Лаборанта и душит честного фермера в угоду транснациональных корпораций, – пояснил Бенджи, – Но есть принцип, прописанный в Конституции: что не запрещено, то разрешено. А я не припомню конституционного запрета на торговлю за городской чертой. Надо пробовать.

– Согласен с Бенджи, – произнес Санни Красный, – Надо пробовать. Бритиша, само собой, через свое лобби кислород нам перекроют со временем, но не сразу. Пока их крючкотворы будут искать лазейки и готовить нужные им законопроекты, мы успеем поторговать, а если повезет, то и выборы выиграть. Сделаем так, Вик, ты отправляйся открывать свою столовку, а мы с Бенджи проработаем юридическую сторону, задействуем свои связи, выясним, насколько это реально.

Я хотел выпросить у Санни Красного Малого на Дженерал Моторсе, но Санни мне Малого не дал.

– Извини, Вик. Малого сегодня отправлю в Симферополь. Добирайся сам.

Глава 16

Пришлось добираться самому.

Перед дверями закрытой столовой собралась немалая толпа, в основном из Ривьерских, но незнакомых лиц тоже было много. Судя по отдельным фразам, доносящимся из толпы, Малинославский успел растрезвонить про акцию с бесплатным супом.

Я протолкался к дверям и постучал, открыла Куся. На ней был надет белый фартук и белый поварской колпак. В руке держала поварежку. Из кухни доносились запахи еды и посудный грохот. Мотька сидел на пластиковом стуле в общем зале и грыз горбушку. Поскольку ноги его до пола не доставали, он болтал ими в воздухе.

– Вик, мы тебя заждались, – сказала она, запирая за мной дверь, – У нас все готово к открытию.

– Отлично, вот еще плакат повесь на самое видное место.

– Что это? – удивилась Куся, разворачивая плакат. Мотька запихал в рот остатки горбушки, соскочил со стула и подошел посмотреть на плакат.

– Дядь Вик, это ты на плакате, – констатировал он.

– Все верно, Мотька, я.

– А что там написано?

– Там написано: Вик Бережнов – наш народный кандидат.

– Круто! – оценил Мотька, – Ты крутой.

Мотька умотал на кухню за скотчем, Куся стала думать, куда повесить плакат.

– Вон туда на стенку, – предложил я, – Поближе к кастрюле с супом.

Куся посмотрела на меня вопросительно.

– Будем давать каждому желающему бесплатную тарелку супа. Малинославский растрепал по всему пригороду, теперь придется выполнять.

– Как скажешь, Вик.

– Куся, это не навсегда. Только до выборов.

– Я догадалась.

Мотька притащил скотч и ножницы. Куся встала на стул и прилепила плакат повыше. Потом мы отошли на несколько шагов полюбоваться моей плакатной физиономией.

– Куся, как думаешь, людей не будет смущать, что я наблюдаю с плаката за тем, как они едят?

– Ничего, ради бесплатного супа потерпят… скажу-ка я поварихе, чтоб сразу ставила вариться еще одну большую кастрюлю.

На этом прения об уместности моего портрета в столовой были закончены. Я пошел к выходу и настежь распахнул дверь. Собравшаяся перед столовой толпа затихла, уставившись на меня.

– Друзья! Многие меня знают!

– Тебя все знают, – возразил кто-то из толпы.

– Тем лучше. Тогда не буду размазывать кашу по тарелке. Сегодня я стал кандидатом в мэры от общественного движения «Дети Ривьеры».

– Правильно, Вик!

– Наконец-то!

– Давно пора!

Признаться, не ожидал такой поддержки со стороны населения пригорода. Вся заготовленная речь внезапно стала ненужной. На этом районе меня и так хорошо знают и поддерживают. Поэтому я пропустил всю речь, сразу перейдя к итогу:

– В нашей столовой для каждого бесплатная тарелка супа!

Я отошел в сторонку, пропуская людей внутрь. Открытие столовой состоялось, а мне надо срочно искать способ пополнения бюджета. С раздачей бесплатного супа столовка резко проседает по рентабельности, если вообще будет хоть какая-то прибыль. На одной только сдаче металлолома я избирательную кампанию не вытащу. Достал мобилу и набрал номер, оставленный мне Пробирниковым.

– Пробирников у аппарата, – услышал я сочный флибустьерский голос.

– Здравствуйте, это Вик. Хочу к вам подъехать.

– Жду, – коротко сообщил Пробирников и положил трубку.

Как только приехал в больницу и разыскал Пробирникова, тот сразу повел меня в лабораторию к Михал Михалычу.

– Вик, мы тебя раньше ждали, – сказал Пробирников с осуждением в голосе, – Мы с Михал Михалычем все подготовили. Осталось вписать твои данные.

Он открыл передо мной дверь с табличкой «не входить», запуская в вотчину заведующего лабораторией.

– П’гивел, наконец-то, – с облегчением произнес Михал Михалыч.

– Привел, – победно сообщил Пробирников таким тоном, словно взял на абордаж мою шхуну после изнурительной погони по морю.

Михал Михалыч достал из файлика пачку документов для регистрации экспериментально-производственного предприятия при областной больнице. Я положил на стол свой новенький паспорт.

– Старый паспорт был раздавлен бульдозерными гусеницами, – пояснил я, – Пришлось делать новый.

Мои данные были вписаны убористым почерком Михал Михалыча, и я поставил подписи там, где надо. На его столе стоял битый жизнью старенький ноут, но начальник лаборатории им не воспользовался. По всей видимости до сферы здравоохранения цифровизация еще не добралась. Медицина до последнего сопротивляется любым переменам в своем анахроничном укладе.

– Позд’гавляю, Вик, – Михал Михалыч упихал заполненные и подписанные учредительные документы обратно в файлик, – Тепе’гь ты ди’гекто’г ЭПП п’ги больнице. Все согласовано, че’гез па’гу дней нас за’гегист’ги’гуют.

– В таком случае можно приступать к изготовлению лекарств? – спросил я.

– Можно, но есть нюанс, – сказал Пробирников озабоченно, – Нам разрешили производить лекарства, но…

– Так и знал, что будет подвох.

– Вик, нас обязали тридцать процентов препаратов отпускать бесплатно по соцпрограмме.

– Совсем не удивлен, – усмехнулся я.

– То есть ты согласен? – осторожно уточнил Пробирников.

– Согласен с одним условием. Эти поставки не должен присвоить себе ни Малинославский, ни какой другой прохиндей. Пусть лекарства отпускаются бесплатно, но пациенты должны быть уведомлены, что эти поставки от меня.

– Зачем тебе это, Вик? – удивился Михал Михалыч.

– Сегодня меня зарегистрировали кандидатом в мэры города.

Пробирников и Михал Михалыч обменялись многозначительными взглядами.

– Это мы сможем устроить, – пообещал Пробирников, – На этикетках с пузырьками разместим информацию, что лекарства поставлены по твоей собственной соцпрограмме.

– Тогда давайте приступать.

Как и в прошлый раз мне предоставили формулы и исходные вещества. Я сделал несколько видов лекарств в жидком виде. Михал Михалыч и Пробирников остались мной довольны. Обещали разработать торговую марку, которую будут размещать на этикетках с препаратами.

– Лекарства от компании «Вик-фарм» звучит? – спросил Пробирников.

– Вполне, – одобрил я, – Когда нам заплатят за эту партию?

– В течение недели, – пообещал Пробирников, – Максимум – двух. Поверь, Вик, это очень быстро.

Задавил в себе недовольную гримасу и кивнул. Хотелось бы получить деньги быстрее, но я догадываюсь, как непросто заставить платить Минздрав.

– Скажите, почему больница называется областной? Она же не в Симферополе, – поинтересовался я напоследок.

– Ну и что? – удивился Пробирников, – Здесь еще двести лет назад открыли диспансер для туберкулезных больных. Раньше близость к морю давала лечебный эффект.

– То есть муниципальные власти засунуть сюда свои липкие лапки не смогут?

– Не смогут, Вик. Больница областного подчинения. Мы с Михал Михалычем уже сегодня выставим эти лекарства в аптечных киосках при больнице. Так что с учетом дефицита лекарств торговля пойдет бойко.

– То есть не Минздрав будет оплачивать?

– Нет, конечно, Вик, – Пробирников снисходительно усмехнулся, – От Минздрава денег будешь ждать несколько месяцев, если вообще дождешься. Там пока каждому на лапу не дашь, ничего не сдвинется.

– Понятно. Пожалуй, это даже к лучшему.

Оставив Пробирникову номер своего телефона, вышел из больницы, и почти сразу позвонил Санни Красный.

– Вик, мы с Бенджи собрали инфу по торговле за городской чертой. Юристы нашли одну лазейку. Под эгидой общественных движений можно проводить гуляния, празднества, крестные ходы и… бой барабанов… ярмарки! Ярмарки от общественных движений! А общественное движение у нас есть. Как там оно называется?

– Дети Ривьеры… и сколько по времени могут длиться эти ярмарки?

– Законом не ограничено, а значит, могут проводиться на постоянной основе.

– Отличная новость, Санни.

– Подожди, я еще не договорил, – охладил Санни Красный мою радость, – Одно ограничение все же есть. Торговать под открытым небом с колес, как это делают фермеры, нельзя. Нужен крытый рынок.

– М-да, это существенно осложняет задачу. А можно поконкретнее, Санни? Каким должен быть этот рынок?

– В регулирующих документах прописаны только три условия, Вик: общая площадь не менее пятисот квадратов, высота потолка не менее трех с половиной метров, помещение должно быть хорошо проветриваемым.

– Хм, то есть если мы возведем из наших панелей коробку со сквозными проемами вместо окон и накроем это все двускатной крышей, такое помещение сойдёт за крытый рынок?

– В точку, Вик. Нам, конечно, нужно будет получить акт приемки от пожарников и облстройнадзора, но это мы с Бенджи берем на себя. Я уже отправил Малого в Симферополь. Порешаем.

– Опять придётся с кем-то делиться, – догадался я.

– Ну а как иначе, Вик? Сам все понимаешь. Главные бандиты – это не мы с Санни Черным, а те, которые сидят в высоких кабинетах.

– Понимаю, Санни. Начал к этому привыкать.

– Вик, как у тебя обстоит с панелями? Запас есть?

– Есть. Наша стройка в Ривьере накрылась медным тазом. Малинославский строить не даст. Так что все материалы можем пустить на постройку рынка.

– Отлично. До конца дня согласуем место и можем начинать подвозить панели.

Когда Санни Красный отключился, пошел к дороге ловить бомбилу. Суетной сегодня получился день, но плодотворный. Став кандидатом, запустил столовую с промоакцией на супчик и треть от изготовленных лекарств, что будут выдаваться людям бесплатно, поработают на мой имидж народного кандидата. Если еще и с загородным рынком срастется, мне, пожалуй, не надо будет выдумывать никакой особой избирательной кампании. Я и так Малинославского уделаю.

Доехал до Ривьеры, переоделся в рабочую одежду и пошел к старому цеху. Все мои работники, включая Аристотеля, собрались здесь. Только дяди Гриши среди них не было.

– Вик, нас не пустили на склад, – доложил Аристотель, – Там все опечатали и охрану выставили.

– Я знаю. Малинославский перекрыл нам все, что мог. К сожалению, строить коттеджи нам тоже не позволят.

– Ты поэтому решил сам идти в мэры? – спросил догадливый Аристотель.

– Да. И поэтому тоже.

– То есть мы пока без работы.

– Работа есть, – обнадежил я мужиков, – Панели, наборные балки и кровлю пустим на постройку крытого рынка. Завтра начнем.

– Вик, уверен, что этого хватит? – Аристотель указал на штабели материалов возле цеха, – Наши производственные линии и часть продукции опечатали вместе со складом на КХК.

– Поточные линии надо как-то выручать. Они нам нужны, – сказал я, – Аристотель, ты мобилой обзавелся?

– Да, вот, – Аристотель достал из кармана кнопочный телефончик.

– Тогда диктуй номер. Схожу на разведку на КХК. Если что, позвоню, – распорядился я.

– А нам что делать?

– Пока просто ждите.