Текст книги "Губернатор мусорного острова 2 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Парсиев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава 5

Бенджи молча отвел руку, почти не глядя навел пистолет на кузена и выстрелил. Мозги кузена густо забрызгали зеленые обои в желтый цветочек.

– Привет, Вик, – как ни в чем не бывало поздоровался он.

– Привет, Бенджи.

– Не подскажешь, Вик, где еще трое? – спросил он вежливо.

– Они в подвале, – я указал на спуск.

– Спасибо.

Бенджи спустился в подвал, а я шумно выдохнул, вернулся в комнату и взял Кармину на руки. Через несколько секунд услышал один за другим три выстрела. Бенджи вернулся снизу, промакивая платочком слезящиеся глаза.

– Ты страшный человек, Вик, – сказал он, – Не думал, что совершу акт сострадания, пустив кому-то пулю в голову.

– Они сами напросились.

– Не сомневаюсь в этом… что с ней? – Бенджи кивком головы указал на Кармину.

– Похоже, ее чем-то обкололи.

Бенджи приподнял веко Кармины и заглянул в зрачок.

– Не хочу тебя расстраивать, Вик, но это похоже на передозировку. Ее срочно надо везти в больницу. Я подброшу, пойдем.

Я вынес Кармину на воздух. Рядом с красной машиной сигана был припаркован серый Мерседес. Бенджи открыл заднюю дверь, чтобы я мог залезть в салон с Карминой на руках.

– Кирку свою не хочешь забрать?

– Нет.

Бенджи сел за руль и завел машину. Едва мы отъехали, к дому подкатил микроавтобус с надписью на борту «клининговая служба».

– Это мои люди, – пояснил Бенджи, – Приберут там все.

Он ехал быстро, при этом как-то очень спокойно и расслабленно. Чувствовалось, что это его обычная манера вождения.

– Как ты здесь оказался, Бенджи? – спросил я с заднего сидения.

– Твой босс позвонил моему боссу. Потребовал объяснений.

– По поводу?

– Кто-то траванул в машине грибными спорами двух людей Санни Красного. Подкинули в открытую форточку. Мой босс не при делах, Вик. Он отправил меня, чтобы я разобрался.

– И как ты вышел на кузена?

– Прошел слушок, что кузен начал работать на Соломона. Я не поверил сначала. Но решил за ним проследить. Этот дом… знаешь, кому он принадлежит?

– Соломону.

– Близко, но нет… мэру. Вернее, семье мэра. Я быстро выяснил, что этот дом превратили в торговую точку. И что здесь часто бывает один сиган, который тоже работал на Соломона. Два плюс два сложить было не трудно.

– Они отравили двух парней Санни Красного, чтобы выкрасть Кармину, – пояснил я.

– Я так и понял. Решили стать новыми манкобаронами. Санни Черный такого не прощает. Даже кузену.

Бенджи достал мобильник, и я замолчал, чтобы не отвлекать его от звонка.

– Док, ты на работе? – спросил Бенджи в трубку, – В клинике?… тогда встречай. Везу к тебе молодую женщину… передоз… нет, она не наркоманка… долго рассказывать…

Бенджи убрал мобильник в карман.

– Пробирников поможет. Кстати, тех двух траванутых тоже он вытаскивал.

– Они живы?

– Живы. Пробирников их вытащил.

Бенджи въехал на территорию сильно обветшавшего больничного комплекса с выцветшей надписью на фасаде: «областная клиническая больница» и загнал машину на пандус приемного отделения. Два санитара с каталкой уже стояли наготове. Всю дорогу я так и ехал с Карминой на руках, старался не дать ей отключиться. Руки за время поездки затекли, но я сам вынес ее и уложил на каталку. Санитары сразу покатили каталку внутрь.

Бенджи остался снаружи, чтобы отогнать машину, а я пошел по длинному коридору вслед за санитарами. Они скрылись за дверями реанимации, в которую меня не пустили. Оставалось только ждать. Через пару минут ко мне присоединился Бенджи.

– Пробирников ее осмотрит и выйдет, – пообещал он.

Ждать пришлось больше получаса. Из дверей реанимации вышел человек с крючковатым носом и курчавой флибустьерской бородкой. О том, что он врач, догадаться можно было только по белому халату. А надеть ему кафтан и треуголку – получится форменный пират. К тому же вид у него был хмурый.

– Что-то не так, док? – настороженно спросил у него Бенджи.

– Делаем все, что можем, – отрывисто и зло проговорил док.

– А поконкретней?

– Можно и поконкретней. У меня не хватает лекарств. Да что там не хватает, у меня их просто нет! Я не могу лечить пациентов одним физраствором!, – последние слова док почти прокричал.

– Скажи, какие лекарства нужны? Мы сгоняем, купим.

– Не купите, Бенджи, – врач внезапно сник, – Ты знаешь, мы полностью зависим от импорта. Лекарств нет даже на резервном складе минздрава.

– А формулу лекарства вы знаете? – влез я в разговор.

– Формулу? – переспросил врач таким тоном, будто я уязвил его в больное место.

– Док, ты не думай. Он не шутит, – вступился за меня Бенджи, – Я тебе про него рассказывал.

– А-а-а, – густые докторские брови заинтересованно вздыбились, – Тот самый зерг с побережья?

– Он самый. Его зовут Вик… Вик, это док Пробирников, наш светила.

– А ну-ка пошли, – требовательно заявил светила и первым направился дальше по коридору. Мне ничего не оставалось, как пойти следом.

Врач привел меня к дверям лаборатории отделения фармакологии с категорической табличкой «не входить». Заставил надеть такой же как у него белый халат, бахилы и шапочку. Только затем позволил зайти в помещение, уставленное стеллажами со всякими колбами, пробирками и прочими ретортами. За столом одиноко сидел старичок с одуванчиковым пушком на голове.

– Михал Михалыч, – зычно обратился к старичку Пробирников, – Я привел к вам уникума. Того самого зерга с побережья.

Я сморщился. Похоже, обо мне на острове каждая собака знает. Режим секретности провален с треском. Не быть мне шпионом.

– Да что ви гово’гите! Тот самый зе’гг. И он-таки готов посодействовать?

– Он готов, – поручился за меня Пробирников, – Давайте формулы, Михал Михалыч, мне срочно нужны лекарства.

Михал Михалыч подорвался со стула, кинувшись к стеллажам. Через минуту мне была представлена формула, выписанная из толстого справочника.

– Исходные элементы давайте, – потребовал я, бросив на формулу беглый взгляд.

– В каком виде? – не очень понятно уточнил картавый старичок.

– В любом: твердом, жидком, газообразном.

– Да, но наука пока не способна синтези’говать такие вещества из отдельных элементов, – попытался вразумить меня Михал Михалыч, – Это сложная последовательность. Ее получают из о’гганического сы’гья путем многоступенчатой пе’ге’габотки…

– Михал Михалыч, я не знаю, на что способна наука, – перебил его я, – Спорить не стану. Давайте мне элементы в любом виде и…

– И что?

– И емкость, куда залить готовое вещество. Кстати, как хоть лекарство называется?

– Витамин, называется. Не забивайте себе голову, молодой человек.

Михал Михалыч очень хотел мне верить, но поверить не мог. Он выставил на стол две колбы с прозрачной жидкостью. Я пожал плечами, достал кайло и врубил анализатор.

– В этой колбе дистиллированная вода, а в этой серная кислота, – выдал я итог анализа, – Михал Михалыч, выставляйте все сразу. Не испытывайте мое терпение.

– Сдалось мне ваше те’гпение, – проворчал Михал Михалыч, – Вас-то я должен п’гове’гить.

Он выставил еще несколько реагентов, и я безошибочно назвал их состав.

– Теперь я смогу сделать лекарство, – пообещал я, – Емкость пустую давайте.

На стол выставили колбу. Я собрал все нужные элементы и запустил процесс синтеза. Через полминуты лекарство было готово. Пробирников и Михал Михалыч глядели круглыми глазами, как из клюва кайла словно из крана в колбу наливается прозрачная жидкость.

– Готово.

– Мине-таки нужно сделать химанализ, – заявил Михал Михалыч со скепсисом в голосе.

– Сколько времени он займет?

– Несколько часов.

– Слушайте, если хотите, поставьте мне укол для теста, – предложил я, – Я за препарат ручаюсь.

– Я не могу одоб’гить п’гименение п’гепа’гата, кото’гый был синтези’гован п’ги помощи лома и какой-то мате’ги, – заартачился Михал Михалыч.

– Это не лом, а кайло, – возразил я.

– Железный а’ггумент, – издевательски парировал Михал Михалыч, – Но меня, батенька, он не уст’гоит.

– Тогда я сам ей поставлю укол, – заявил я решительно и взял со стола колбу с лекарством.

– Подождите, – остановил меня Пробирников, – Еще два препарата.

– Ты ему ве’гишь? – спросил Михал Михалыч Пробирникова с таким видом, будто меня здесь не было.

– Верю. Он точно не шарлатан. Сам посуди, он безошибочно определил все реагенты.

– Под твою ответственность, – предупредил старичок мрачно.

Мне были предоставлены еще две формулы, и я изготовил еще два препарата. На нормальный химанализ Михал Михалычу времени не дали, но дотошный старикан засунул в каждую колбу лакмусовую бумажку.

– Это еще ни о чем не гово’гит, – сказал он воинственно, потрясая бумажными полосками, – Полный химанализ все 'гавно надо делать.

– Михал Михалыч, – я приложил руку к сердцу, – Обязательно сделайте все говно, но позже. Обещаю, изготовлю вам по ведру каждого лекарства.

Пробирников подписал фломастером каждую колбу, и мы отправились обратно в реанимацию. Я собирался сделать, как и обещал, поставить уколы Кармине сам, но врач оставил меня в коридоре. Мало того, он выгнал из реанимации в коридор и медсестру. Все-таки решил взять всю ответственность на себя.

– Бенджи, спасибо огромное, ты очень помог. Тебе нет смысла здесь торчать. Наверно, своих дел хватает.

– Мне любопытно, как помогут твои лекарства, – ответил Бенджи, – К тому же я никуда не спешу… Схожу, пожалуй, за кофе. Тебе какой взять?

– Мне все равно.

– Тогда капучино.

Бенджи дважды ходил за кофе. Мы терпеливо ждали. Наконец, Пробирников вышел из палаты реанимации и аккуратно, но плотно прикрыл за собой двойные двери.

– С ней все будет хорошо. Помогли твои препараты.

– К ней можно заглянуть?

– Не надо. Она спит. Приходи завтра. Заберешь ее из больницы.

– Спасибо, док.

– Спасибо не булькает. С тебя три ведра, – напомнил Пробирников.

– Сделаю хоть сейчас, я же обещал.

– Сейчас не надо. Пусть сначала Михалыч проведет все исследования.

Пожав напоследок сухую докторскую руку, мы с Бенджи вышли во двор.

– Вик, куда тебе?

– Надо заехать к Кармине домой. Видимо, опять придется чинить замок.

– Подброшу.

Бенджи подвез меня до подъезда Кармины. Парни Санни Красного больше не дежурили, что вполне понятно. Кармину они не уберегли. Поблагодарив Бенджи, поднялся на этаж. Личинка замка опять была выбита. Скорее всего сиган постарался, он был мужиком здоровым.

Починив замок, взял с тумбочки ключ от квартиры и запер дверь. На проезжей части поймал машину. Водитель с какого-то перепуга вместо привычных полутора тысяч запросил две.

– Шеф, я не понял, с утра бензин подорожал? С чего два косаря?

Водитель помялся для виду и согласился отвезти за полторы тысячи. Только сев в машину, я сообразил, что мой внешний вид выдает человека с деньгами. В глазах водителей я стал на пятьсот рублей дороже. Надо будет забрать в Индустрии красоты сандалии, бриджи и перуанку. В той одежде не так жарко и дешевле ездить.

Глава 6

Когда добрался до Ривьеры, на побережье опустилась черная южная ночь. Думал, все легли спать, но во временном палаточном лагере ярко горел костер, вокруг которого собралось много народу. Люди не унывали, смеялись, разговаривали. Кто-то пел под гитару.

Подойдя ближе, наткнулся на Кусю.

– Вик, тебя не узнать, – она всплеснула руками.

– Приоделся по случаю, – сообщил я небрежно, – Куся, выручай. Этот костюмчик я быстро уделаю, а рабочая одежда погибла под гусеницами бульдозера. Надо во что-то одеться.

– Не погибла. Я ее починила, – сказала Куся.

Мы сходили к палатке, из которой она вынесла сверток с одеждой и мои башмаки.

– Куся, ты – золото.

– Переоденься в палатке.

– Там никого?

– Мотька, он не спит.

Я влез в палатку со свертком, но темень в ней была полная даже для моего зерговского глаза.

– Мотька, ты здесь? Есть, чем подсветить?

Послышалась возня, затем зажегся фонарик. Я начал стягивать пиджак под пристальным Мотькиным взглядом.

– Дядь Вик, тебе шляпы не хватает.

– Шляпы?

– Крутые дядьки все в шляпах ходят.

– Наверно, ты прав, Мотька. Надо будет обзавестись шляпой.

– Конечно надо, ты же крутой.

Мотька помог аккуратно сложить рубашку и брюки. Пиджак подвесили на плечиках, зацепив на петельку под потолком палатки. Переодевшись, я выполз наружу. Левая штанина и правый рукав обзавелись внушительными заплатами, но для рабочей одежды сойдет. Куся поджидала меня с тарелкой похлебки и куском хлеба.

– Поешь.

– Спасибо. Не откажусь.

Меня пустили поближе к огню. Похоже, ривьерцы больше не считали меня виновником всех бед и даже мною гордились, потому что я одержал верх над самим Соломоном Огибейлом.

Посидев с народом и поев, решил прогуляться. Уступил место у огня подвыпившему Аристотелю, а сам пошел в сторону моря. Крысиная миграция закончилась, никто больше не боялся ходить по ночам. Каждый бродил, где ему вздумается. Где-то возле цеха, судя по голосам, собралась целая компания. Меня это удивило. Не припомню, чтобы люди устраивали вечеринки на свалке.

Я направился к цеху и сам место узнал не сразу. Кусок пляжа перестал быть свалкой. Видимо, весь пластик отправился на переработку в поточную линию. Мусора, конечно, все равно валялось много, но это был галечный пляж у моря.

Возле цеха были уложены в стопки изготовленные за день стеновые панели. Их уже наделали столько, что пора набирать отдельную бригаду и начинать возводить новые дома. Как бы мне еще разорваться, чтобы все успеть.

Компания сидела на берегу у самой воды. Люди соскучились по возможности просто нормально посидеть на морском берегу. Я не стал к ним подходить. Постоял, глядя на море, и решил, что пора идти обратно. Надо что-то придумать с ночлегом.

– Здравствуйте, Вик, – услышал я незнакомый голос с едва заметным английским акцентом.

Обернувшись, увидел сухощавого джентльмена в сером костюме и шляпе. Мотька, пожалуй, отнес бы его к разряду крутых дядек.

– Мы знакомы? – уточнил я осторожно.

– Только заочно, – ответил джентльмен, – Обычно мы с вами общались через связного, но по понятным причинам, его пришлось отозвать.

Хорошо, что я стоял спиной к луне, и джентльмен не видел, как перекосило мою рожу от удивления. Какой еще связной? Какие еще «понятные причины»?

– Вы уверены, что меня ни с кем не спутали?

– Меня зовут Коннор Кайман, – сообщил джентльмен таким тоном, словно это имя должно было для меня все разъяснить, и доверительно добавил, – Вы правильно сделали, Вик, что сменили легенду. Легавые русской разведки сидели у вас на хвосте. Сыграно превосходно. Русские даже отозвали своего агента. Собственно, поэтому я и вышел с вами на связь самолично.

У меня на хвосте сидела русская разведка? Из разведки на ум приходит только одна Аврора. Это ее, получается, отозвали? А я тогда кто? Английский шпион? Давненько не испытывал такого бодрящего потрясения.

– Рад познакомиться с вами лично, Коннор, – заверил я джентльмена, – Полагаю, у вас была веская причина, чтобы выйти со мной на связь самолично?

– Мы можем поговорить где-то уединенно?

– В цехе нам никто не помешает. Прошу вас, – я едва сдержался, чтобы не добавить «сэр».

Мы зашли в цех. Поскольку цех по-прежнему не имел крыши, внутри под светом звезд я хорошо видел в отличие от Каймана, который умудрился два раза врезаться и три раза оступиться. Первой мыслью было – тихо грохнуть британского резидента, распылить на атомы и забыть как страшный сон.

Однако, рассудочная часть моего разума пришла к заключению, что это не выход. Вслед за Кайманом припрется еще какой-нибудь «Крокодайл». Пока нет полной картины степени моей вовлеченности в эту шпионскую блуду, резких движений лучше не делать. И уж тем более, не стоит идти сдаваться в разведку или контрразведку. Родина скажет спасибо, но за шпионаж не простит.

– В первую очередь хочу поздравить вас, Вик, – пафосно продолжил Коннор Кайман, – Вам все-таки удалось разгадать загадку АД-излучения. А ведь почти никто не верил. Да что греха таить, я и сам почти перестал верить. Время шло, вы, уж извините за прямоту, все больше злоупотребляли алкоголем. Но факт на лицо, вы стали первым мужчиной зергом, овладевшим особыми способностями. Жду не дождусь, когда получу от вас полный отчет о проделанной работе.

Тут, конечно, Кайман меня переоценил. Я так и не выяснил, что такое АД-излучение, но его слова послужили толчком, который помог выстроить цепь умозаключений. Собственно, все ответы были под носом, а я просто не мог сопоставить очевидные факты. Адамант! Вот, что такое АД-излучение. Система тоже не относит адамант к веществам, и ставит особняком от обычных химических элементов. Все просто.

– Боюсь, вы меня переоцениваете, Коннор, я так до конца и не понял, как именно заполучил особую способность, – охладил я пыл резидента, раскатавшего губу по всему пляжу. Делиться с ним своими озарениями об адаманте не мобираюсь. Не хватало еще отчеты ему писать.

– Ничего страшного, Вик, – Коннора Каймана мои слова не сильно расстроили, – В конце концов, не так уж важно, какая именно из наших теорий принесла результат, возможно, все сразу дало совокупный эффект. Со временем мы отделим зерна от плевел. Главное, вы совершили прорыв! Обещаю, Вик, вы получите Нобелевскую премию.

Мне стало даже немного жаль ушлого англичанина. Он строил какие-то теории и вместе с прежним носителем моего тела пытался их воплотить. Вот только у того зерга ничего не получалось. По всей видимости, парень все больше разочаровывался и все больше бухал, пока не допился до смерти. И тут его тело занял я, носитель Системы, и получил все от самой Системы. Судьба умеет подшутить. Нобелевской премии Кайману не видать, как своих ушей.

– Всегда мечтал получить Нобелевскую премию, – соврал я, чтобы не разочаровывать Каймана раньше времени.

– О премии будем говорить позже, – Кайман самодовольно улыбнулся в полной уверенности, что за Нобелевку я готов носом рыть, выполняя его поручения, – А пока поговорим о другой части вашей задачи. Как вы продвигаетесь с поиском АД-объекта?

Мне сразу вспомнилась военная горелая техника, из которой я добывал адамант. Это ее Кайман называет АД-объектом? Почему тогда в единственном числе? Таких объектов я уже повстречал немало. Или… есть какой-то особый АД-объект?

– Признаюсь честно, Коннор, – продолжил я сочинять на ходу, – Очень трудно идти туда, не знаю куда, и искать то, не знаю что. Я перерыл половину пляжа. Как видите, я даже привлек население для его расчистки от мусора. Если не сбавлять темп, за несколько лет обойду все побережье.

– У нас нет нескольких лет, Вик, – жестко возразил Коннор, – И вы это прекрасно знаете.

– Тогда скажите конкретно, где искать?

– Я не скажу вам ничего нового, Вик. Наиболее вероятное место нахождения объекта – территория Крымского Химического Комбината.

Я вздохнул и промолчал, в надежде, что резидент добавит что-то еще. Однако резидент больше ничего добавлять не собирался.

– И все же, Коннор, мы говорим об одном объекте? – решился уточнить я, – Не группа объектов? Не класс объектов? Не свойство объектов?

– Мы говорим об одном единственном объекте, Вик. Это однозначно, – настоял Кайман, – Мне нужны результаты. Я жду от вас такого же прорыва, как с излучением… До встречи, Вик. Мне пора. Провожать не надо.

Коннор Кайман вышел из цеха, оставив меня одного. Любопытный разговор получился. С одной стороны, приятного мало. Меньше всего я хотел бы связываться с бритишами, тем более с резидентами. С другой стороны, Кайман подкинул любопытную инфу про загадочный АД-объект. Для усиления способностей адаманта нужно все больше. Мне бы не помешал постоянный источник, желательно неиссякаемый.

Решил в Ривьеру не возвращаться. Накидал на пол несколько готовых стеновых панелей и завалился спать прямо на них. Утром меня разбудил Мотька, прибежавший со стороны Ривьеры.

– Дядь Вик, я тебя ищу-ищу, а ты в цехе спишь, – попенял он обиженно.

– Что случилось?

– Ничего не случилось. Тебя Арнольдыч искал.

– Арнольдыч? А где он?

– В пункте приема. Где еще ему быть…

– Ладно. Сейчас схожу.

Пока шел от цеха, встречал ривьерских мужиков, направляющихся к цеху. Можно не сомневаться, поточные линии сегодня снова будут загружены работой на сто процентов. Зайдя в пункт приема, застал Арнольдыча в добром здравии и спокойном расположении духа. Надеюсь, никакого форс-мажора не случилось.

– Здравствуйте, Иван Арнольдыч. Мотька сказал, вы меня искали.

– Это не я искал. Санни Красный до тебя дозвониться не может.

– Остался без телефона. Придется новый покупать, – повинился я.

– Ты уж озаботься, Вик.

– Одолжите ваш мобильник, позвонить Санни? – попросил я.

– В этом нет необходимости. Вон, Малой за тобой подъехал.

Арнольдыч кивком головы указал на окошко, в котором был виден паркующийся Дженерал Моторс.

Вышел из пункта и сел в машину к Малому. Тот сразу повез меня в Тропиканку. Спрашивать у Малого, зачем я понадобился Санни Красному, бессмысленно. Через полчаса сам все выясню.

Когда вошел в кабинет Санни Красного, кроме самого Санни Красного там находился посетитель, одухотворенного вида мужчина в возрасте в ниспадающих одеждах свободного кроя и с белыми кудрями, этакий стареющий купидончик.

– Вик, ну наконец-то, – на лице Санни Красного отразилось двойное чувство: он был обрадован, что я нашелся, и одновременно недоволен тем, что меня пришлось долго ждать, – Знакомься с господином Малинославским, нашим городским архитектором.

– Рад знакомству, – произнес я вежливо, присаживаясь в соседнее кресло.