Текст книги "Губернатор мусорного острова 2 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Парсиев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

Глава 9

Переодевшись, сел в машину к Малому, который дисциплинированно дожидался возле пункта приема. Как и обещал, через полчаса стоял на втором этаже мэрии перед дверью с золоченой табличкой «главный архитектор города».

– Можно? – постучав, приотворил дверь.

– Входи-входи, – торопливо позвал меня Малинославский, – Присаживайся.

– Санни Красный сказал, вы передадите мне планировку по застройке.

– Да. Вот план, – Малинославский пододвинул толстую папку А-третьего формата, – Одноэтажные таунхаусы. Постройки из твоих панелей будут очень легкими. Так что фундаменты тоже пойдут облегченные. Дёшево и сердито.

Папку я даже открывать не стал. Отдам Аристотелю, пусть он разбирается. У него это хорошо получается.

– У меня уже есть бригада строителей, – начал я заранее заготовленную аргументацию, – Завтра можем начать возводить жилье в районе Ривьеры.

– Ривьеры? – переспросил морщинистый купидончик.

– Да. Там прежний мэр разрушил людям дома бульдозерами. Жители вынуждены терпеть лишения в палаточном лагере. Можно получить хороший медийный эффект. Дети по ночам мерзнут, старики голодают. И только вы приходите им на помощь.

– Ты так думаешь? – задумался Малинославский.

– Убежден.

– Пожалуй, ты прав. Но я пообещал начать стройку в другом районе, – Малинославский уставился на меня водянистыми глазками.

Я промолчал, понимая, что спорить и доказывать бессмысленно. Если он продолжит буровить, пойдет лесом. Он и так приборзел почти бескрайно. Пусть сам производит забесплатно стеновые панели из мусора.

– Сделаем так, – продолжил Малинославский, – Начнем строить в двух местах одновременно.

– Я не произвожу панели в таких объемах, – развел я руками.

Нормальный такой выход он нашел из затруднительного положения. Если нужно сделать выбор, он берет и то, и другое. Редкий хапуга, но здесь в мэрии такие, видимо, ценятся.

– Слушай, я дам тебе разрешение на строительство и бетон на фундамент. Без этого ты все равно не сможешь начать строить в своем районе, – сказал он.

Вот это уже разговор по существу, а не одни только хотелки в одну сторону. Я уже собирался согласиться, но мне пришла мысль. Насколько помню суть системного пояснения, мои поточные линии могут увеличить производительность, если подвести к ним внешний источник питания.

– Я смогу увеличить производство, если дадите мне помещение с электроэнергией, – сказал я.

– Где же я возьму тебе такое помещение? Тут не просто помещение, тут нужен цех.

– Крымский Химкомбинат пустует. Соломон сбежал, лавочку его прикрыли, – напомнил я, – Комбинат находится в муниципальной собственности.

– Вообще-то он не пустует. Там часть цехов сдается в аренду под склады, – задумчиво проговорил Малинославский.

– Но часть цехов освободилась, – настоял я.

– Подожди здесь пять минут, – сказал архитектор, подрываясь с места.

Он ускакал куда-то вдоль по коридору, оставив меня в своем кабинете. Ждать пришлось не пять минут, а все двадцать пять, но даже такую скорость принятия решения по аренде химкомбината я бы отнес к запредельной.

– В общем, я договорился, – объявил радостно Малинославский, вернувшись в кабинет, – Можешь занять помещение склада удобрений, что ближе к морю. Сейчас тебе план нарисую.

– Не надо, я знаю, где находится этот склад.

– Вот и отлично, – архитектор удовлетворенно потер ладошки, – Пропуск на тебя уже оформлен. Когда сможешь перенести туда производство?

– Дня за три управлюсь, – пообещал я, зная, что на это мне понадобится пара часов от силы.

– Вот и хорошо. Через три дня готовь первую партию панелей.

– Будут панели. А бетон когда дадите?

– А, момент, – Малинославский начеркал на бумажке телефонный номер, – Вот сюда звони, сошлешься на меня. Там в курсе.

От Малинославского уходил в доброжелательном настрое. Он, конечно, хитрый жук, но навстречу пошел. Ривьерцы получают разрешение под типовую застройку плюс восемь шестикубовых миксеров бетона. По-моему обмен более-менее равноценный. Водопровод и электричество, правда, придется тянуть на свои деньги, но уже решил: на ривьерских бабла не жалко. Они мне как семья фактически.

Вернувшись в Ривьеру, удачно перехватил Аристотеля возле пункта приема.

– Аристотель, хорошо, что ты мне попался. Пора тебе обзавестись своей мобилой.

– Что-то случилось?

– Вот, держи, – я вручил ему тяжелую папку с планировками, – Мэрия одобрила нам строительство таунхаусов.

– Отличная новость, – обрадовался Аристотель, обдав меня вчерашним перегаром.

– Вот номер бетонного завода. Надо сослаться на Малинославского. Обещали шесть миксеров.

– Куда нам миксеры, Вик? Сперва надо все разметить, прокопать, опалубку соорудить из чего-то.

– Опалубку сделаем из тех же панелей.

– Ее бетоном выдавит.

– Надо сделать так, чтоб не выдавило. Штыри забьем.

– А арматура?

– Будет арматура. Железа на свалке хватает. Аристотель, не взрывай мне мозг. Это тебя назвали в честь древнегреческого мудреца, а не меня.

– Ладно, понял.

– Это еще не все. Я заказал грузовик. Через десять минут подъедет. Производство переезжает на КХК.

– Вик, ты стал новым мэром?

– Если бы. Выторговал аренду в обмен на панели у городского архитектора.

Вместе с Аристотелем направились к цеху, где шла обычная работа. Одни таскали металлический лом, складывая его по кучам, другие подносили мешки, набитые пластиковым мусором, скармливая его поточным линиям. Штабеля панелей, армированных перекрытий и стопки кровельного гофрированного железа уверенно прирастали.

Аристотель привлек внимание работников и объявил о переезде.

– Здесь вы все выгребли поблизости, – аргументировал он по-своему, – А возле комбината горы мусора. Таскать будет ближе.

Подъехал бортовой грузовик. Поточные линии оказались совсем не тяжелыми, что не удивительно. «Производственные мощности» расположены в некоем параллельном пространстве, в реальном же мире находятся только алюминиевые станины, кожухи да резиновые транспортерные ленты.

Правда, все три линии в грузовик не вошли. Решили сперва перевезти часть, а потом сделать еще одну ходку. Мы с Аристотелем сели в кабину к водителю, пятеро работников залезли в кузов.

На пропускном пункте у въездных ворот комбината я сказал охране, что на меня должен быть выписан пропуск от Малинославского.

– Вы от Вика? – спросил меня охранник.

– Я и есть Вик.

– Вик – это что: название фирмы, аббревиатура?

– Вик – это имя.

Охранник посмотрел на меня недоверчиво, но дальше допрашивать не стал.

– Проезжайте.

Откатные ворота поехали в сторону, открывая для нас проезд. С одной стороны, рад, что охрана не потребовала от меня документов. Мне бы просто нечего было им предъявить. С другой стороны, немного напрягает, что все договоренности существуют только на словах. Никакого реального договора аренды нет и не будет, я заезжаю на птичьих правах.

Территория комбината оказалась больше, чем я себе представлял. В несколько раз больше нашего трущобного поселка. И он не был таким заброшенным, как я думал. Сновали грузовики, на пандусах шла разгрузка. Где-то даже стояли очереди из машин.

– Комбинат что-то производит? – спросил я водителя.

– Только холод, – усмехнулся водитель.

– В смысле?

– Здесь остались промышленные холодильники, – пояснил водитель, – В них хранят продовольствие: мясо, рыбу, яйца, молоко, – все, что нужно держать в холоде.

Я попросил водителя подогнать грузовик к тому складу, в котором Соломоновские наемники устраивали засаду. Дыру в стене никто, конечно же, не заделал, и ворота по-прежнему залиты полиэтиленом. Я испортил, мне и чинить.

Дал команду выгружать линии, а сам занялся восстановлением. Аристотель пошел включать свет и включить не смог.

– Вик, света нет.

– Там кабель оборван, – вспомнил я.

Через полчаса кабель был восстановлен, ворота освобождены, а дыру в стене я заделал тем же самым пластиком. Рабочие затащили в склад поточные линии и поехали за остатками. Мы с Аристотелем остались осматривать новые владения.

Склад был построен давно, но видно, что за ним следили. Стены и фермы выкрашены относительно свежей краской. У входа имелась из досок сколоченная теплушка с топчаном и столиком, видимо для сторожа.

– Триста восемьдесят вольт, Вик, – сообщил Аристотель.

– Это хорошо? – уточнил я.

– Двести двадцать тоже есть, но триста восемьдесят лучше… если ты, конечно, знаешь, как запитать твои линии.

Я вызвал системную справку и открыл вкладку поточных линий: «предоставьте системе схему разъема для подключения к внешнему источнику питания», – затребовала система.

– Аристотель, где розетка, к которой будем подключаться? – переадресовал я вопрос своему прорабу.

– Вот она, – Аристотель ткнул пальцем в массивную розетку с четырьмя отверстиями.

– Я не понял, почему четыре отверстия? Обычно в розетках только два.

– Сеть трехфазная плюс заземление, – пояснил он.

Ну пусть будет трехфазная, хотя лично мне это ни о чем не говорит. Отсканировал три-дэ модель розетки на триста восемьдесят вольт и скормил системе. Поскрипев системными шестеренками, она нарисовала модель электрической вилки на проводе и выкатила список химических элементов, которые ей нужны для создания подключения.

Благо, свалка в двух шагах. Сходил, набрал все необходимое, запустил процесс. Через несколько минут поточная линия обзавелась проводом с вилкой на конце, которую я воткнул в розетку: «внешний источник питания успешно подключен, расчетная производительность поточной линии повышена в 3,424 раза» – отчиталась система.

Со второй ходкой работники привезли остальное, и я подключил все три линии.

– Нам понадобятся еще работники, – сообщил я Аристотелю, – Деньги есть… пока. Но больших заработков не обещай.

– Две тысячи в день будет?

– Будет.

– Еще пять человек найду, – пообещал Аристотель.

Пока обживались на новом месте, к воротам нашего цеха подгребли двое типов, по виду которых я пришел к заключению, что предлагать им работу бессмысленно. Типы были из разряда мутных. Прежде, чем заговорить, они некоторое время топтались перед воротами и озирались, не решаясь войти.

– Вы склад арендовали? – набрался смелости один из них.

Вопрос показался риторическим, но я все же ответил.

– Арендовали, – подтвердил я.

– Через кого арендовали? – задал он следующий вопрос уже увереннее.

– Через мэрию, – я не стал называть фамилию Малинославского, вид мутных типов к откровенности не располагал.

– А с лаборантом согласовали?

Я решил, что ослышался.

– С кем согласовали?

– С лаборантом.

– Вот это новость. Не знал, что надо с лаборантом согласовывать, – искренне поразился я.

– Напрасно, – попенял мутный тип, – Без согласия лаборанта вам ничего делать не дадут.

Мутные типы ушли, мы с Аристотелем проводили их недоумевающими взглядами.

– Аристотель, ты что-то понял?

– Ничего не понял.

На наше счастье грузовик еще не уехал. Я подошел к водителю, сидящему в кабине.

– Вы часом не знаете, о каком лаборанте говорили эти парни?

– Вы правда не в курсе? – удивился водитель, – Лаборант – это прозвище. Он местный авторитет. Все поставки продовольствия идут через Лаборанта. Он тут всем заправляет на пару с Соломоном. Вернее, теперь уже без Соломона.

Похоже, у меня наметилась очередная проблема. Какой-то Лаборант решает, можно мне арендовать склад, принадлежащей мэрии, или нельзя.

Глава 10

– Аристотель, – обратился я к своему прорабу, – Доедешь с водителем до Ривьеры, отпускай грузовик. Новых работников веди не через проходную, а тут по берегу.

– Там забор, – напомнил Аристотель.

– В заборе дыру я еще раньше проделал. Наш склад на отшибе, почти у моря. Воспользуемся этим. Будем ходить здесь. Этот проволочный забор так и так придется убирать, чтобы собирать мусор с побережья.

– Понял, Вик. Постараемся поменьше попадаться на глаза всяким мутным типам.

– Ага. Ползаем у берега, мусор собираем, к поставкам продовольствия отношения не имеем. Авось, Лаборант на нас внимания не обратит.

– Хорошо, Вик, только время уже – третий час дня. Пока наберу людей, настанет вечер.

– Ты прав. Тогда людей приводи завтра с утра.

Аристотель укатил на грузовике, а я остался. На всякий случай. Плохо верится, что этот пресловутый Лаборант нас оставит в покое. Мутные типы наверняка о нас уже доложили. Не из пустого любопытства они здесь крутились.

Чтобы время даром не терять, взялся делать мебель для столовки в «монументальном стиле». Эскиз с Кусей согласован. Толстые столешницы и толстые сидушки на толстых ногах. Экономить пластик не нужно, а мебели такой сносу не будет.

Ближе к концу рабочего дня к нашему складу подошел пожилой дядечка в поношенной жилеточке и круглых очках.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался он, – Это вы склад арендовали?

– Я, – подтвердил я, – А вы Лаборант?

Дядечка засмеялся.

– Смешная шутка, – сказал он.

– То есть вы не Лаборант?

– Нет. Меня зовут Григорий Васильевич Волохов. Но все зовут дядя Гриша. Скажите, вам нужен кладовщик?

– Вы работу что ли ищете?

– Увы, – погрустнел дядя Гриша, – С того склада меня попросили…

– А чего так?

– На мое место взяли родственницу завсклада. Вот так бывает, молодой человек. Служишь годами верой-правдой, а тебя вышвыривают как старого пса.

– Вы извините, дядя Гриша. Но наш складской учет отдельного работника не требует. У нас всего три вида изделий. Пересчитать не сложно.

– Жаль, – дядечка расстроился, – А бухгалтер нужен? Я пятнадцать лет бухгалтером проработал.

Не сказать, что мне позарез нужен бухгалтер, но дядю Гришу стало жаль. К тому же хозяйство расширяется. Сейчас не нужен, потом понадобится.

– Где вы работали? В какой сфере?

– Так здесь на комбинате, – дядя Гриша заулыбался, – Почитай, с самого его основания здесь работал. Был свидетелем расцвета и упадка. Одно время даже возглавлял службу снабжения. Но это было недолго. Потом как раз начался упадок.

– А почему, собственно, случился этот упадок? Разве стране не нужен свой химкомбинат?

– Стране нужен, англичанам не нужен, – пояснил дядя Гриша, – Англичане потребовали прекратить морские отгрузки. Поскольку побережье под их контролем, властям пришлось уступить. Комбинат начал хиреть… хиреть… теперь тут одни барыги. Больше ничего не производим.

– Ну хорошо, дядя Гриша. Меня зовут Вик. Я возьму вас бухгалтером и кладовщиком в одном лице. Зарплата пока будет небольшая, но и работы немного.

– Я согласен, – обрадовался дядя Гриша, – Готов начать хоть сегодня.

– Ну давайте, покажу наше хозяйство… вот наши поточные линии: эта делает пластиковые панели, эта – армированные перекрытия, тоже пластиковые, а эта – кровельные гофрированные листы с оцинковкой.

– Вик, вы все-таки надо мной подшучиваете, – с некоторой опаской произнес дядя Гриша, – Я немножко разбираюсь в производстве. Чтобы делать вот это все, нужна существенная часть мощностей комбината плюс прокатный стан, которого здесь нет и никогда не было. А для оцинковки нужно отдельное оборудование, желательно гальваническое, которого я тоже здесь не наблюдаю.

– Это моя особая способность, я зерг, если вы не заметили.

– Ах вот оно что… вы – зерг.

– Дядя Гриша, – мое терпение начало заканчиваться, – Если вас что-то не устраивает, извините. Поищите работу еще где-нибудь.

– Нет-нет, Вик. Все устраивает. Я просто в легком шоке… нет, черт возьми, я в тяжелом шоке, но я как-то привыкну.

– Вот и чудно.

Я выделил дяде Грише из партии только что изготовленной мебели стол и пару стульев, устроив ему рабочее место в углу цеха. Дядя Гриша сел и притих. Я решил его пока не трогать. Похоже, он единственный в городе, кто до сих пор не слышал про зерга с особыми способностями. Пусть свыкнется.

Когда закончил делать мебель, на побережье стемнело. Я сообщил дяде Грише, что рабочий день окончен.

– Вик, я начал вести журнал учета, – на столе у дяди Гриши появилась амбарная книга, которую он откуда-то притащил. В книгу он успел занести данные по количеству изготовленных за день изделий, – Вот здесь распишитесь.

– Серьезный подход, учет и контроль – наше все! – хмыкнул я и размашисто поставил нечитаемую закорючку.

По привычке собирался рассчитаться с работниками, но вовремя спохватился.

– Дядя Гриша, нужно выдать работникам оплату за сегодняшний день. По две тысячи.

Я отсчитал общую сумму выплаты и положил ему на стол, а сам дядя Гриша тут же завел в журнале ведомость. Работники подходили по одному, дядя Гриша требовал с каждого паспорт и заносил данные в ведомость. У двоих паспорта при себе не оказалось. Под мою ответственность дядя Гриша и им выдал деньги, но строго наказал завтра придти с паспортом. Так-то он все правильно делает, но как бы чего доброго и с меня паспорт не потребовал.

Когда все разошлись, встал вопрос, как запереть склад. Ключа мне никто не выдал. Решил попробовать изготовить ключ по аналогии с тем, как делал сегодня вилку для розетки. Отсканировал замок, создав его три-дэ модель, и загрузил в журнал заданий.

Системный интеллект не сразу понял, что от него требуется. Он изготовил ключ, который лишь входил в замочную скважину, но в ней не проворачивался. Пришлось давать пояснение, что «замыкание контакта» происходит при повороте «вилки» в «розетке».

Система кое-как поняла, что от нее требуется, со второго раза изготовила ключ с бороздками, правда в добавок присобачила на конце ключа одножильный провод, а сам ключ покрыла пластиковой изоляцией. Провод с изоляцией я оборвал и получил нормальный ключ от замка. Этак я теперь любой сейф смогу вскрыть. Хотя… я и так могу вскрыть любой сейф.

Заперев склад, отправился в Ривьеру по берегу. Ходить через проходную я тоже больше не собираюсь. Во временном лагере меня отловила Куся, накормив ужином. Я в свою очередь доложил, что мебель для ее столовой готова, осталось только доставить, тогда столовая фактически будет готова к открытию.

После ужина переоделся в палатке в рабочую одежду и отправился по берегу обратно. На поточные линии потратил почти весь адамант, нужно пополнять запас. Во-первых, он мне нужен для повышения моей личной «преобразующей силы», во-вторых, не собираюсь останавливаться на трех имеющихся поточных линиях.

В режиме «кайлоходца» прочесал берег от склада до маяка, но горелой техники, содержащей АД-излучение, не обнаружил. Крысы тоже попадаться перестали. Вернее, на пару крыс наткнулся, но эти были обычные, не заряженные адамантом.

Для очистки совести прошел от маяка дальше на запад, хотя уже и так было понятно, горелую технику из экспедиции сваливали недалеко от комбината. Искать ее на таком удалении бесполезно. Пришлось возвращаться ни с чем.

Топать до Ривьеры ни сил ни желания не осталось, тем более, что ночевать я там смогу только в старом цехе. А в новом цехе на складе имеется чудесная каморка для сторожа с широкой лавкой. Отперев склад новым ключом, на эту лавку и завалился спать.

Утром разбудили работники. Аристотель, как и обещал, привел новых. У меня набралась внушительная бригада под двадцать человек. Дядя Гриша пришел буквально через несколько минут. Вежливо негромко поздоровавшись, он юркнул в свой закуток в углу. Начался новый рабочий день.

– Вик, почему-то электричества нет, – озабоченно доложил Аристотель.

– Странно, ночью еще было, – ответил я, – Я свет включал.

– Может быть, опять обрыв кабеля?

Я пожал плечами и пошел смотреть кабель. Кабель был цел, во всяком случае я никакого обрыва не обнаружил.

– Начинайте работать, – сказал я Аристотелю, – Попробую разобраться.

Отправился сразу к административному зданию, которое видел, когда заезжал на грузовике. Все-таки комбинат велик. Дорога пешком заняла почти десять минут. Зайдя в здание комбинатской администрации, обратился к вахтеру.

– У нас на складе пропало электричество. К кому обратиться?

Вахтер не стал сразу пропускать меня через турникет.

– Минуту, – сказал со строгостью в голосе и поднял телефонную трубку со старого дискового аппарата, – Арендатор пришел… да, тот самый… по поводу электричества…

Никто другой не умеет придать себе такой важный вид, как вахтер. Наверно, их этому обучают в специальных вахтерских училищах. Этот вахтер явно был отличником. Положив трубку, он придал лицу каменно-ответственное выражение и разблокировал турникет.

Я прошел через вертушку и повернулся, надеясь получить от вахтера пояснение. Вахтер молчал, глядя в одну точку, словно надеялся пробуравить взглядом дырку в крашеной стене.

– Куда идти-то?

– Второй этаж, левое крыло, – выдавил из себя вахтер.

Я пожал плечами и пошел на второй этаж. В левом его крыле располагалась «дирекция». Я уже не сомневался, что придется говорить с Лаборантом, электричество мне отрубили осознанно. Когда вошел в приемную, секретарша на меня даже не посмотрела. Похоже, она с отличием закончила те же вахтерские курсы.

– Меня зовут Вик. Лаборант меня ждет, – сообщил я, сразу отсекая ненужные хождения по кругам административного ада.

– Вам не назначено, – оповестила секретарша таким тоном, словно уличила меня в чем-то неприличном.

– Назначено, – возразил я, – Вы уточните, будьте так любезны.

Секретарша сделала вид, будто сверяется в блокнотике со списком.

– Попробуйте зайти после обеда, – выдала она.

Не сходя с места, набрал номер Малинославского. Тот принял звонок почти сразу.

– Слушаю.

– Малинославский, это Вик, – сухо сказал я, – Лаборант отрубил мне электричество, никаких панелей тебе не будет.

– Повиси на линии, – буркнул Малинославский и отключился.

Ждать пришлось всего пару минут. Все это время секретарша строила занятой вид, пялясь в экран компьютера. Пикнул селектор, она сняла трубку, приложила к уху всего на пару секунд и положила обратно.

– Проходите, – сказала она мне неестественным сдавленным голосом.

Похоже, я ей кайф обломал. Она надеялась понаслаждаться мелкой властью надо мною, не пуская на прием к шефу. Однако, скверный знак. Когда начальник мудак, себя тоже мудачьем окружает. Что вахтер, что секретарша – одного поля ягоды. Занимают мелкие должности, а строят из себя каких-то важных шишек.