Текст книги "Губернатор мусорного острова 2 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Парсиев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)

Глава 11

Лаборант оказался грузным крепким мужиком с густой рыжей шевелюрой. Костюм на нем был явно дорогой, но сидел как на корове седло. Он больше походил на мясника, чем на лаборанта.

– Здравствуйте, меня зовут Вик. Вчера я заехал на склад, сегодня вы отключили мне электричество. Что вам от меня нужно? – сразу и кратко изложил я полную суть дела, чтоб не тратить время на хождения вокруг да около.

– Вик, ты первый день живешь в городе? – ответил Лаборант вопросом на вопрос.

Видимо, без хождений вокруг да около не обойтись.

– Не первый, – сказал я.

– Вот и я думаю, что не первый. А раз так, ты знаешь, как здесь все устроено. Мало арендовать у мэрии землю или помещение, надо еще договориться со смотрящим по району. С Санни Красным ты разве не так работаешь?

– Примерно так.

– Почему ты решил, что здесь будет иначе? Санни Красный держит свой район, а я свой.

– Ничего я не решил. Я спросил, что вам от меня надо.

– Ты сам прекрасно знаешь условия. Половину отдаешь крыше.

– Половину я должен отдавать Малинославскому, – возразил я, – Если отдавать вам вторую половину, работать не имеет смысла.

– Будешь отдавать половину от оставшейся половины, – решил Лаборант.

– Так себе условия.

– Подумай сам, Вик. Малинославский станет мэром, про всю эту стройку забудет. А мы с тобой останемся. У тебя появятся новые проекты. Понадобятся дополнительные цеха. Эти цеха есть только у меня. Других комбинатов в городе нет. Думай на перспективу.

– Понял вас. Это все ваши требования или есть что-то еще?

– Это все.

– Когда дадите электричество?

– Уже дал. Работай спокойно, Вик. Все у тебя будет хорошо.

Из здания комбинатовской администрации вышел, кипя от негодования. Шагу не ступить, чтобы не наткнуться на местечкового царька, тянущего цепкие лапки к твоему карману. Но пока шел до склада, немного остыл и начал рассуждать без эмоций.

Что мне остается? Вернуться на побережье? Без электричества производительность поточных линий упадет втрое. Немного я выиграю. Были бы запасы адаманта, мог бы компенсировать за счет создания дополнительных поточных линий, но адаманта у меня почти нет, и перспектив его получить пока не проглядывается.

А к тому, если сейчас хлопну дверью, наверняка потеряю разрешение на строительство в Ривьере. Возвращаться в старый цех – не вариант. Деваться некуда, придется принимать кабальные условия. Так-то Лаборант прав, таковы в этом городе правила игры. Хочешь расти, будь готов делиться. И чем выше захочешь подняться, тем больше жадных ручонок к тебе будут тянуться.

Дойдя до склада, обнаружил, что электричество в самом деле уже дали. В этом Лаборант не обманул.

– Вик, мебель, что надо, – одобрил Аристотель «монументальный стиль», – Теперь бы как-то перетащить ее в столовку.

– Заказывай грузовик.

– А конспирация? Мы же решили выездом не пользоваться.

– Не помогла конспирация. Нас слили Лаборанту еще вчера… все нормально, Аристотель, я с Лаборантом договорился.

На въезд грузовика в этот раз пришлось оформлять пропуск, но мне его оформили без проблем. Вернее, это сделал дядя Гриша. Он позвонил в бюро пропусков, где его хорошо знали, и договорился, сказав, что нужно перевезти мебель.

Когда грузовик подъехал, мы вдвоем с Аристотелем закидали столы и стулья в кузов. Людей я решил не отвлекать, сами справимся. Оставил дядю Гришу за главного, выдав ему деньги, чтобы вечером расплатился с работниками.

– Вик, ты тоже поедешь? – спросил Аристотель, увидев, что я сажусь в кабину.

– Поеду. Здесь мое присутствие пока не требуется.

По пути заехали в Ривьеру, захватив с собой Кусю. Приехав на место, мы с Аристотелем затащили и расставили мебель под Кусиным руководством. Столовка – ее хозяйство, ей лучше знать, как должны стоять столы и стулья.

– Осталось закупить продукты, и можно открываться, – довольно заявил Аристотель, оглядев обеденный зал.

– Можно, – подтвердила Куся.

– А штат у тебя укомплектован? – спросил я.

– Две поварихи и посудомойка, – отчиталась Куся, – Минимальный штат. Пока достаточно.

– Ну тогда поехали за продуктами. Грузовик я еще не отпустил. Аристотель, ты с нами?

– Я в продуктах не разбираюсь, – отказался Аристотель.

– Он только в бухле разбирается, – поддела его Куся, – Пусть валит по своим делам.

– Куда едем? На городской рынок? – спросил я у Куси, когда мы с ней забрались в кабину.

– На городском рынке ничего путного не купим.

– Странно. Зачем тогда рынок, если на нем ничего не купить? – не понял я.

– Вик, если хочешь, давай заедем на городской рынок, – проявила покладистость Куся, – Своими глазами все увидишь.

– Заинтриговала, – усмехнулся я и повернулся к водителю, – Едем на городской рынок.

Рынок выглядел как обычный крытый рынок. Довольно большой. Вокруг крытого рынка, как это обычно и бывает, стояли открытые ряды с прилавками, торгующие всем подряд: от хреновой закуски до турецких кожаных курток. Куся повела меня к ближайшим уличным продуктовым рядам.

– Вот, Вик. Смотри сам, – она повела рукой, приглашая лично во всем убедиться.

Вообще-то, нормально, когда на южном рынке припахивает чем-то подгнившим: помидоры киснут, рыбой приванивает, мясцо разлагается и тухнет. Но тут дух стоял уж очень тяжелый.

– Куся, а чего так воняет? – спросил я, – Забыли со вчера вывезти отходы из мусорных баков?

– Здесь всегда так воняет, Вик. Это политика руководства рынка.

– Какая нетривиальная политика! Если не ошибаюсь, руководство – это Лаборант?

– Он самый, – подтвердила Куся, – Лаборант держит продукты на складе, пока они тухнуть не начнуть.

– Не понял. А зачем?

– Чтобы люди покупали ляжки Джонсона.

– Чьи ляжки?

– Джонсона, – повторила Куся.

– Сейчас вот совсем запутался.

– Ляжками Джонсона называют английские куриные окорочка, – пояснила Куся, – Ну смотри, Лаборант продает товары транснациональных корпораций. В них сплошная химия и вообще, они безвкусные. А наших фермеров он зажимает, как может.

– Как он это проворачивает?

– Любая фермерская продукция должна получить санитарный сертификат. Без сертификата вообще нельзя продукты продавать. Вот… фермеры должны сдавать всю свою продукцию на склады Лаборанту, чтобы он выдал сертификат, и лежит она там днями, а то и неделями в ожидании сертификации, пока тухнуть не начнет.

– Вот теперь понял. Использует административный ресурс для нечестной конкуренции.

– Вот именно. Если хочешь, можем зайти в крытый рынок, увидишь продукцию Лаборанта.

Мы зашли в крытый рынок. Здесь было прохладно и, несмотря на то, что помещение было закрытым, гнилью вообще не пахло.

– Да уж, небо и земля, – сразу на входе мы уткнулись в застекленный прилавок с охлажденной продукцией, – Ляжки Джонсона выглядят довольно упитанными.

– Они накачаны специальным раствором и вкус у них как у бумаги, – разоблачила Куся секрет упитанности транснациональных ляжек, – Здесь все ненатуральное, Вик. Вон ту сметану вообще есть невозможно. Ее даже кошки не жрут.

– Да уж. Нелегкий выбор: либо покупай гнилье либо – безвкусную химию, – покивал я согласно, – А фермерской продукцией Лаборант совсем не торгует?

– Торгует, у него все есть. Если фермер не хочет ждать сертификацию, может сдать свою продукцию Лаборанту. Правда, за бесценок, зато деньги сразу на руки. А тот уже задирает цены до небес и перепродает. Посмотри на ценники, Вик, – Куся провела меня к рядам с фермерской продукцией.

– Вижу. Продают курей по цене лошадей. Прямо скажем, конские цены. Эту фермерку могут позволить себе только богатые люди.

– Рестораторы здесь закупаются, – подтвердила Куся.

– Здесь обстановку уяснил. Ну а для нашей столовки где закупаться?

– Не здесь, Вик. Поехали.

Мы вернулись в машину. Куся сказала водителю выезжать на загородную трассу и потом показывала ему дорогу. Нам пришлось съехать с асфальтовой на грунтовую. Грузовик трясся на ухабах, водитель недовольно хмурился. Наконец, мы приехали на какой-то пустырь, где был организован стихийный рынок.

Здесь вся торговля шла с колес. Картошку, лук, морковь продавали сетчатыми мешками. Молоко разливали из бидона в тару покупателя. Торговля шла бойко, я бы даже сказал, торопливо. И продавцы, и покупатели старались сделать дела как можно быстрее, как будто их время поджимало.

Мы с Кусей включились в этот ускоренный ритм. Быстро отсчитывали деньги и забирали: курятину, овощи, яйца, муку, сливочное масло толстым бесформенным куском, завернутым в бумагу. Я быстро закидывал покупки в кузов, и мы бежали к следующему продавцу.

– Вик, капусту еще возьмем, и можно ехать, – Куся направилась к грузовичку, груженому капустными кочанами.

Когда мы уже рассчитались и начали отходить, держа каждый под мышками по два здоровых вилка, на пустырь въехал автобус с черной траурной надписью на борту «САНЭПИДНАДЗОР». Из автобуса высыпали семеро дюжих молодцов. При их виде весь рынок: и продавцы, и покупатели бросились врассыпную к своим машинам.

Люди бросали покупки и непроданный товар. Заскакивали в машины и давили по газам. Кому позволяла колесная база, гнали мимо дороги, лишь бы поскорее убраться. Менее расторопных дюжие молодцы стали хватать и тащить в свой автобус.

– Облава, Вик! – одними губами выдохнула Куся.

Один из молодцов подбежал ко мне и попытался забрать вилок капусты. Я увернулся, крутанувшись. Молодца это оскорбило.

– Вы приобрели продукты питания, не прошедшие сертификацию, – выкрикнул он, – Пройдите в автобус! К вам будут применены санкции за административное нарушение.

– Уймись, лишенец, – сказал я с угрозой в голосе и еще раз увернулся, когда тот попытался еще раз выхватить из моей подмышки капустный кочан. Я в свое время с зомбарями за продукты дрался, система не просто так присвоила мне достижение «крепкий хозяйственник», какому-то ухарю отдавать свое не собираюсь.

– Ребята, помогайте! – заголосил молодец, – Тут один сопротивляется.

В мою сторону сиганул еще один ухарь, теперь уже вооруженный резиновой дубинкой. Я понял, что время дипломатии закончилось, пришло время говорить пушкам, и метнул свои кочаны, сперва одному в башку, сразу следом – второму. Не чугунные ядра, но этим хватило. Рука зерга мечет не хуже катапульты. Оба молодца присели отдохнуть с переломанными носами.

Пятеро оставшихся поборников продуктовой сертификации перестали тащить в автобус людей и мешки с товаром и тоже кинулись ко мне. Я, конечно, утратил многие боевые скилы, но, как говорится, «ручки-то помнят». Тело зерга – само по себе боевая машина.

Я даже кайло не стал доставать. Настроение и так с утра ни к черту, тут еще налетели придурки отбирать кровную капусточку и выписывать мне административный штраф. В общем, я тоже психанул. Треск ломаемых костей и челюстей раздавался далеко за пределами пустыря.

Глава 12

– Хватит, Вик! Хватит! Ты его насмерть забьешь, – сердобольная Куся повисла у меня на руках.

– Да? А я бы врезал еще разок, – сказал я с сожалением, отпуская тело, – Ты видела? Он сзади подкрался со своей дубинкой. Вообще не по-мужски.

– Ему точно хватит, – горячо заверила Куся, – Ты и так тут устроил Мамаево побоище.

Я оглядел поле боя. Все семеро валялись на грязной земле с травмами разной степени тяжести и на всякий случай старались громко не стенать, дабы не привлекать лишний раз моего внимания.

– Ладно, поехали.

Мы уселись в кабину. Куся положила себе на колени две подложки с яйцами, а я пристроил в ногах два окровавленных честно отвоеванных капустных вилка.

– Вик, капусту мог и в кузов положить, – пожурила меня Куся.

– Не, здесь пусть едут. Как знак моей победы над врагами. Эти капустные вилки олицетворяют вражеские отсеченные головы.

– Вик, ты меня прям пугаешь.

– Извини, Куся. Что-то день не задался.

Однако, победе я радовался недолго. Едва мы доехали до столовки, позвонил Санни Красный.

– Вик, привет. Ты где?

– К столовой подъезжаю. Закупили продукты. Завтра можно открываться.

– Я уже в курсе, как ты продукты покупал, – произнес Санни с осуждением в голосе, – Лаборант звонил. Кинул предъяву, что ты избил его людей.

– Ну не убил же.

– Спасибо, Вик, за заботу. Хотя, лучше б ты их убил. Некому бы было ябедничать… в общем, я Малого за тобой отправляю. Жду у себя в офисе.

Я помог Кусе занести и разложить по холодильникам продукты, отпустил грузовик, дождался Малого и поехал в Тропиканку. В офисе Санни Красного опять сидел Малинославский.

– Вик, я все порешал с Лаборантом, – радостно сообщил будущий мэр, – Лаборант даст тебе хорошую скидку, будешь брать продукты у него, чтобы больше не пришлось драться с его ребятами.

– Так, господин Малинославский, – скривился я, – Видимо, за услугу я вам что-то должен.

– Сущий пустяк, – Малинославский заулыбался, протягивая мне длинный сверток из лощеной бумаги.

– Что это?

– Агитационный плакат с моим портретом. Повесишь в столовой. Разверни.

Я развернул плакат. На нем была крупно изображена купидонская морда и надпись: «Малинославский – ваш социальный кандидат».

– Нет проблем, повешу, – пообещал я с облегчением. Не думал, что Малинославский попросит за услугу такую малость.

– А еще вы будете давать бесплатную тарелку супа, – добавил Малинославский.

– Не понял. С какого перепуга мы будем раздавать бесплатный суп?

– В рамках моей социальной предвыборной программы. Чтобы избиратели чувствовали, как я о них забочусь.

– Понятно, – рановато я хорошо о нем подумал.

Санни Красный поймал мой взгляд и незаметно развел руками, как бы говоря, что ничего не поделать.

– Сделаешь? – требовательно спросил Малинославский, – Это ненадолго. Выборы уже скоро.

– Ладно. Сделаю. Будет бесплатная тарелка супа, – пообещал я.

Малинославский умотал, оставив после себя шлейф своего приторного одеколона.

– Придется потерпеть, Вик, – сказал Санни, распахивая окно, – Выборы пройдут, он успокоится, все вернется на круги своя.

– Лаборант мне сегодня то же самое говорил.

– Ты с ним общался?

– Пришлось. Малинославский помог арендовать помещение под цех на территории КХК.

– Понятно.

– Скажите, Санни, этот Лаборант насколько крупная фигура?

– Довольно крупная. Его поддерживают англичане.

– А что англичане? – не понял я, – Какое им дело до нашего города?

– Англичанам до всего есть дело, – усмехнулся Санни, – Они лоббируют свои интересы через властные структуры. Тот же Малинославский, думаешь, он сам по себе решил в мэры баллотироваться?

– А разве по-другому бывает?

– Только по-другому и бывает, Вик. Малинославского двигают те самые англичане.

– То есть этот престарелый купидончик – британская марионетка?

– Ага.

– Понял вас. Совсем никакого продыха от этих бритишей.

– Истинно так.

Санни Красный дал мне Малого, чтобы отвез куда надо. Но мне никуда ехать не хотелось. Задолбало все. Я уже собирался отказаться от услуг Малого и просто пойти прогуляться пешком, как зазвонил телефон.

– Аврора! – обрадовался я, – Как же я рад тебя слышать.

– И я рада, Вик… у меня тут случилось окошко в графике, и я подумала… если честно, все задолбало до чертиков… если у тебя найдется немного…

– Найдется.

– … немного времени…

– Для тебя найдется сколько угодно времени.

– Я сижу в арт-кафе на Сурикова…

– Еду. Не вставай с места! Я скоро.

– Жду.

Аврора отключилась. Я сел в машину к Малому и попросил отвезти в центр.

Когда зашел в кафе, увидел, что она сидит за тем же столиком, за которым мы сидели в прошлый раз.

– Привет, – я подсел к ней, жестом подозвав официанта, – Что тебе заказать?

– Возьми капучино.

Я заказал два капучино.

– Как ты?

– Все сложно, Вик, – Аврора вздохнула, – Если охарактеризовать обстановку в целом: много суеты и мало толку. Начальство истерит, мол англичане опять что-то затевают, а мы не знаем, что именно.

– Англичане по жизни что-нибудь да затевают. Те еще затейники.

– Вот именно.

– Почему вы их терпите?

– В каком смысле?

– Ну хоть бы вот с этими выборами. Все знают, что на должность мэра англичане пропихнут своего человека. Почему не выдвинуть своего кандидата, нормального?

– А, вот ты о чем. Вик, англичане влезли во все властные муниципальные структуры, везде рассадили своих марионеток. Они даже не позволят нашему кандидату зарегистрироваться, не то что победить.

– Понятно… Аврора, мне тоже пока нечем тебя порадовать. Про АД-объект ничего не выяснил, – признался я, – Скажи, откуда вообще появилась вот эта аббревиатура: АД?… АД-объект… АД-излучение…

– Когда у зерганок открываются особые способности, они начинают видеть… как бы это объяснить… они перед внутренним взором видят текст.

– Текст?

– Вик, не думай, что я несу бред. И у меня так было, и у других.

– Я и не думаю. Верю тебе.

– А вот я в себе так не уверена, – Аврора помешала ложечкой в чашке, которую поставил перед ней официант, – Текст этот почти бессвязный. Какие-то обрывки фраз. Все зерганки начинают думать, что сходят с ума. Но потом этот текст перестает появляться.

– Интересно. Значит, аббревиатура АД из тех обрывков текста?

– Да.

В самом деле картина любопытная. Если зерганки видят текст, значит происходит установка Системы. Даже у меня Система встала не сразу и с ограничениями. А у них, видимо, вообще все криво. Скорее всего зерганки являются носителями Системы, но об этом не подозревают, потому что Система «молчит», не дает обратной связи как компьютер с выключенным монитором.

Допить нормально кофе нам не дали. Авроре кто-то позвонил на мобилу. Приняв звонок, она несколько секунд слушала трубку, а потом коротко ответила: «сейчас буду».

– Извини, Вик. Заставила тебя ехать через весь город.

– Не извиняйся ни в коем случае. Я бы проехал через полгорода, чтобы только услышать твой голос.

– А чего ж тогда не звонишь?

– Стесняюсь, наверно… не люблю звонить впустую без дела.

– Больше не стесняйся, – попросила Аврора. Поднявшись из-за стола, она чмокнула меня в щеку и вышла на улицу. К дверям кафе подъехала черная машина с армейскими номерами, в которую она села.

– Будете еще что-то заказывать? – спросил официант.

– Нет. Давайте счет.

Времени до вечера было еще много. Я решил съездить в новый цех.

По случаю предстоящих выборов по городу запустили несколько автобусных маршрутов на пригород. Старая администрация старательно пыталась задобрить население самых бедных районов. Я не стал ловить тачку, дождался автобуса и на нем доехал до комбината.

В цехе шла отлаженная работа, поточные линии трудились без сбоев. Стопки готовых изделий прирастали. Я прикинул на глаз, сколько останется после того, как отдам три четверти Малинославскому и Лаборанту. Выходило не много.

– Вик, хотите чаю? – спросил меня из своего угла дядя Гриша.

– Чаю? – переспросил я, отвлекаясь от подсчетов, – Пожалуй, не откажусь.

Дядя Гриша налил в стакан воды из бутылки и сунул в него кипятильник.

– Сахару, к сожалению, нет.

– Ничего, давайте без сахару, – я стал смотреть, как из-под кипятильника на поверхность всплывают пузырьки, – Дядя Гриша, вам наверно нужно выдать аванс?

– От аванса не отказался бы. На прежнем месте расчета пока не дали.

– Вот, дядя Гриша, десять тысяч аванса, – я выложил на стол две пятитысячные купюры, – Если на старом месте вас попытаются кинуть с деньгами, скажите мне. Разберусь.

– Разберетесь с Лаборантом? – дядя Гриша невесело усмехнулся.

– Ну… со временем разберусь и с Лаборантом.

– Грустно это все.

– Вы о чем, дядя Гриша?

– Обо всем сразу. Чем больше англичане лезут в нашу жизнь, тем она хуже.

– Раньше было не так?

– Раньше мы хоть что-то сами производили, – пояснил дядя Гриша, – Англичане развалили все. Один только порт работает, да и тот кривой новодел. Севастопольский порт они первым загадили. Там теперь хозяйничают крысы мутанты. Знал бы я, отговорил бы Севрюгина

– Севрюгина? – насторожился я, припомнив рассказ Авроры про геолога.

– Да, был один такой… персонаж, – дядя Гриша отключил кипятильник, вытащил его из стакана и сыпанул в кипяток щепотку заварки, – Давно это было, наверно полвека прошло.

– Я кое-что слышал про Севрюгина, – сказал я, – Говорят, он притащил на комбинат кусок инопланетного корабля.

– Было дело. Я лично принимал на исследования этот так называемый кусок, – поделился дядя Гриша.

– Любопытно, что потом стало с этим куском, если конечно это не государственная тайна?

– Нет никакой тайны, – заверил дядя Гриша, – Это оказался просто кусок металла. Его вернули Севрюгину.

– Да ладно, дядя Гриша. Не поверю, что вы не сомневались хотя бы самую малость. Ведь вы не просто так провели аналогию с крысами мутантами.

– Не просто так, – согласился он, – Я разговаривал с Севрюгиным, когда возвращал этот кусок. Пытался его успокоить.

– Он был расстроен?

– Конечно. Он сказал тогда, что докажет нам всем, что это не просто кусок железа, что у него уже есть план.

– Что за план?

– Он собирался проводить какие-то опыты на крысах в Севастопольском порту… Вик, не надо на меня так смотреть. Я и сам тогда подумал, что у этого Севрюгина не все дома. Но факт упрямая вещь. В Севастопольском порту через какое-то время появились крысы мутанты. Вы только не обижайтесь, Вик, но вы зерги тоже в каком-то смысле мутанты.

– Я не обижаюсь, – заверил я дядю Гришу, – Напротив, мне это все очень любопытно. Всегда хотелось раскопать, как мы появились среди людей.

– Тогда ответы надо искать в Севастополе, – заключил дядя Гриша.

– Да, вы правы. Как-то я сразу не подумал, ведь знал, что крысы мигрируют именно оттуда. Спасибо за чай, дядя Гриша.

– На здоровье.