Текст книги "Ученик чудовища (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Мазуров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22

Прошли недели, наполненные монотонным, изнурительным трудом. Мои дни выстроились в строгий ритм: утренние медитации на восприятие пространства под бдительным взором Кроу, попытки создать и стабилизировать первый, крошечный разрыв, что каждый раз заканчивалось головной болью и ощущением, будто мозг пытаются вывернуть наизнанку. После обеда – тренировки другой магии. Я последовал совету учителя и попытался использовать энергию драконьих вен башни.

Первая попытка едва не стоила мне жизни. Дикий, необузданный поток внешней маны рванул через меня, как торнадо, едва не разорвав хрупкие каналы, по которым текла моя собственная сила. Я рухнул на каменный пол тренировочного зала, истекая кровью из носа и ушей. Кроу, наблюдавший за процессом, не издал ни звука, лишь подошёл, влил в меня глоток едкого целебного зелья и произнёс:

– Контроль. Не пытайся оседлать ураган. Найди в нём одно течение и стань его частью. Повторим завтра.

И я повторял. Снова и снова. Падал, терял сознание, приходил в себя и снова вставал. Постепенно, ценою боли и упрямства, я начал чувствовать не просто хаотичный вихрь силы, а отдельные струи, течения внутри него. Я учился не сопротивляться, а направлять поток, подобно тому, как флюгер поворачивается вслед за ветром, а не борется с ним.

Именно в один из таких дней, когда я, сидя посреди зала, плёл новую паутину заклинаний, дверь открылась без стука.

На пороге стоял Кроу. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, скользнул по моему плетению.

– Хорошо. Но закончишь позже, – произнёс он. – Пришло время для более важного дела.

Я осторожно развеял плетение. Сила, которую я черпал из вен башни, медленно отхлынула, оставив после себя лёгкую пустоту и звон в ушах.

– Учитель?

– Ты упорен. Упрям. И достиг определённого рубежа, – произнёс Кроу, медленно приблизившись. – Твои манипуляции с пространством, хоть и примитивны, но стабильны. Этого достаточно.

Он остановился прямо передо мной. Его алые глаза, казалось, видели меня насквозь.

– Ты готов к попытке заключить контракт.

Слова повисли в воздухе, тяжёлые и значимые. Я помнил про контракт с воронами, но ранее Кроу говорил что я не готов. А ведь они невероятно полезны. Я видел, как они приносят ему вести, как служат его глазами и ушами. Тотемный контракт. Это было нечто большее, чем просто призыв существ или договор о услугах. Это была связь на уровне сущности. И честно говоря, у меня были небольшие сомнения на этот счёт. И всё же, это был шанс стать сильнее и познать новую грань магии. Так что я был готов.

– С воронами, – кивнул я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

– Да, – кивнул Кроу. – Мой контракт – с тотемом Стаи. Он даёт возможности, но накладывает свои цепи. Для тебя… попытка будет иной. Ты не я. Но у тебя есть потенциал, и они его почуяли. Они наблюдают.

Я невольно поднял взгляд к высокому, тёмному потолку зала. Ничего, кроме камня и теней.

– Что мне нужно делать?

– Следовать за мной и не мешать, – сухо ответил Кроу. – И помни: в их мире правила иные. Там твоя магия может вести себя иначе. Держись за свою суть. Всё остальное – иллюзия, которую они создают или которую ты сам себе нарисуешь.

Не дав мне задать ещё вопросов, он развернулся и вышел из зала. Я поспешил за ним.

Мы шли не вверх, в кабинет Кроу или библиотеку, а вниз, по узкой, редко используемой лестнице, которая вела в самые глубины фундамента башни. Воздух становился холоднее, влажнее, пахнущим сыростью, вековой пылью и чем-то ещё – едва уловимым металлическим привкусом древности. Светильники здесь горели тускло. Кроу вынужден был вызвать бледный шар холодного света, плывущий перед нами.

В конце лестницы была небольшая круглая комната без мебели. Пол, стены и потолок были покрыты сложнейшими плетениями внедрёнными прямо в них. У меня даже заболела голова от попыток разобраться в этой паутине нитей. В центре комнаты на полу был выложен круг из отполированного до зеркального блеска чёрного камня, похожего на обсидиан.

– Место силы Здесь тончайшая грань между мирами. Именно тут я когда-то заключил свой договор при поддержке моего учителя, – тихо произнёсс Кроу, с нотками ностальгии в голосе.

Он вошёл в чёрный круг и жестом велел мне последовать. Я ступил на гладкую, холодную поверхность. Камень под ногами казался нестабильным, будто я стоял не на твёрдой породе, а на поверхности очень глубокого и очень тёмного озера.

Кроу поднял руки. Он не произносил заклинаний вслух. Вместо этого по его телу пробежала дрожь, и из его спины вырвались клубы чёрного дыма. Дым сгущался, формируя очертания гигантских птичьих крыльев, которые на мгновение окутали нас обоих. Я услышал карканье – не одно, а тысячи, сливающиеся в единый, оглушительный хор, который звучал не снаружи, а прямо у меня в голове.

Свет погас. Вернее, он сменился другим – тусклым и серым. Пол под ногами исчез. Но мы не упали. Всё вокруг оказалось покрыто туманом. В нём мелькали тени: силуэты деревьев с кривыми, голыми ветвями, очертания острых скал и крылья воронов.

– Мир тотема, – донёсся до меня голос Кроу. – Здесь обитает дух Стаи. Не отдельные вороны. Их коллективный разум. Их память. Их воля.

Туман перед нами внезапно рассеялся, отступив, как занавес. Мы оказались на вершине гигантского, мёртвого дерева. Вернее, на том, что от него осталось: огромный, почерневший ствол, вздымающийся в серое, беззвёздное небо, и ветви, торчащие во все стороны. Масштабы были сюрреалистичны. Каждая ветвь была шириной с городскую улицу, а ствол терялся в высоте, упираясь, казалось, в само небо.

И на самой толстой ветви, прямо перед нами, сидел Ворон.

Да. Это слово стоит писать с заглавной буквы. Ведь это было нечто большее чем просто птица. Он был огромен, размером с целого слона. Его перья будто были созданы из абсолютной пустоты, поглощающей тусклый свет этого мира. Только глаза выделялись на этом фоне – два огромных, мерцающих интеллектом агата, в которых отражалась вековая мудрость.

Кроу стоял рядом со мной, но его осанка изменилась. Он выпрямился, и в его позе читалось уважение равного к равному. Он склонил голову, но не низко.

– Старейший. Я привёл того, о ком говорил.

Глаза Ворона медленно, с невыразимой тяжестью, перевели фокус с Кроу на меня. Я почувствовал, как моя мана, всё моё существо, пронизывается этим взглядом, будто меня рассматривают под линзой, способной видеть не только тело, но и душу, прошлое и смутные очертания возможного будущего.

Голос Ворона не звучал в ушах. Он возникал прямо в сознании, глубокий, скрипучий, состоящий из шороха тысяч крыльев и треска ломающихся костей.

– Кроу-С-Тенью-В-Крыльях. Ты сдержал слово. Привёл птенца. Но птенец… пуст.

Я заставил себя выпрямиться под этим давлением.

– Пуст? – мысленно послал я, не зная, как ещё общаться.

– В тебе нет духа Ворона, – прозвучал приговор в моей голове. – Ты жаждешь свободы, но сам себя ограничиваешь. Твоя суть не в небесах среди нас. Тебя сковывает паутина, которую ты сам и сплёл. Возможно, ты сможешь измениться, но не сейчас. Твой путь не среди нашей стаи. Он иной…

Разочарование, горькое и острое, кольнуло меня. Я видел, какие возможности давал контракт Кроу. И я надеялся…

– Значит, контракт невозможен? – спросил я, стараясь, чтобы в мысленном «голосе» не прозвучало разочарование.

Ворон склонил голову набок. В его глазах мелькнула искра, которую я счёл бы насмешкой, будь это существо способно на такие простые эмоции.

– Контракт Тотема? Нет. Ты не можешь стать частью Стаи. Ты не сможешь нести наши цепи, и мы не сможем принять твои. Наши пути принципиально различны. Но…

Он расправил крылья. Казалось, на мгновение померкло и без того тусклое небо. Бесчисленные тени отделились от его перьев и закружились вокруг нас – силуэты воронов всех размеров, от крошечных до исполинских.

– … мир велик. И Стая всегда голодна. Ты не можешь стать одним из нас. Но ты можешь стать… союзником. Проводником.

– Проводником? – мысленно переспросил я.

– Магия, – проскрипел голос в моей голове. – Чистая, структурированная мана вашего мира. Для нас она… пряность. Редкий деликатес. Она укрепляет наш дух в этой реальности, позволяет проявиться ярче, действовать дольше. Кроу-С-Тенью-В-Крыльях платит нам своей сутью. Ты… другой. Ты сам – источник интересного вкуса. Твоя мана, которую ты так старательно точишь, как клинок… она могла бы стать нашей платой.

Я посмотрел на Кроу. Он стоял неподвижно, его лицо было каменной маской, но в глазах я прочитал едва уловимое ожидание. Он предвидел такой исход.

– Что вы предлагаете? – спросил я Ворона.

– Договор, а не Контракт. Стая позволит тебе призывать наших младших собратьев. Они будут служить тебе глазами в небе, голосом в тишине, когтями в темноте. Взамен на службу ты будешь платить маной. Но лишь младших ты сможешь позвать. Старшие не откликнутся на твой зов. Наша связь недостаточна для того, чтобы ты призвал кого-то из них в свой мир.

Это было не то, на что я рассчитывал. Не сила тотема, не слияние с духом стаи, а простая сделка: мана в обмен на услуги. Что-то вроде найма. И меня это устраивало, но всё же, любопытство показало себя.

– А если я откажусь? – задал я вопрос.

Ворон пронзительно каркнул, отчего задрожала ветвь под нами, а с неба посыпался пепел, похожий на перья.

– Тогда ты уйдёшь отсюда с пустыми руками. И двери этого мира для тебя захлопнутся. Навсегда. Стая не навязывает свои услуги. Но и не предлагает их дважды.

Выбора, по сути, не было. Отказаться – значит лишиться потенциально огромного преимущества. Шпионаж, связь, отвлечение внимания, даже мелкие диверсии – возможности были огромны. А цена… цена была приемлемой.

– Есть ограничения? – спросил я, стараясь мыслить практично. – На время призыва, на расстояние, на то, что я могу им приказать?

– Они не будут бросаться в пламя ради тебя, если ты не заплатишь за это отдельно и щедро, – мысленно усмехнулся Ворон. – Мы не глупцы. Мы – вороны. Мы будем наблюдать, доставлять вести, воровать мелкие предметы, пугать твоих врагов. Детали и границы можно оговорить. Вопрос лишь в цене, что ты готов будешь заплатить.

Я взглянул на Кроу. Он едва заметно кивнул. Мол, решение за тобой, но шанс упускать не стоит.

– Я согласен, – окончательно решил я.

Глаза Ворона вспыхнули ярче. Вокруг закружились тени, и я почувствовал, как в моём сознании начинает формироваться что-то новое – не голос, а сложная, многослойная структура, похожая на проект договора. Объёмы маны. Частота «платежей». Максимальное количество птиц, которых я могу удерживать одновременно. Всё это возникало в голове в виде образов, ощущений, а не слов. Я сосредоточился, внося свои поправки: штраф за преждевременный уход; обязательство воронов не шпионить за мной и моими близкими по своей инициативе; цена помощи, если я буду без сознания и многое иное.

Торг был невербальным, напряжённым и утомительным. Ворон был древним и невероятно хитрым. Он пытался ввести скрытые условия, размытые формулировки. Я, обученный Кроу читать между строк в самых сложных гримуарах, упирался, требуя ясности. Кроу наблюдал молча, но иногда его тень на стволе дерева незаметно кивала или качала головой, давая мне понять, где я прав, а где ведусь на уловку.

Наконец, структура договора устоялась. Обе стороны почувствовали, что выжали максимум из возможного.

– Договор заключён, – проскрипел голос Ворона, и в его тоне впервые прозвучало что-то вроде удовлетворения. – Протяни руку.

Я протянул правую руку. Из тьмы выпорхнуло маленькое чёрноё перо. Оно плавно опустилось мне на тыльную сторону ладони и впиталось в кожу. Боль была острой и холодной, как укол иглы из льда. На месте, где было перо, осталась едва заметная метка той же формы. Сосредоточившись, я почувствовал через него слабый, отдалённый шум – гомон стаи воронов.

– Метка канала в наш мир, – пояснил Кроу. – Через неё ты будешь платить и через неё звать. Не злоупотребляй. И никогда не пытайся обмануть. Они почувствуют.

Ворон, совершив сделку, казалось, потерял к нам интерес. Он сложил крылья, и его гигантская фигура начала растворяться в тумане, становясь частью бесконечного дерева и серого неба.

– Иди, птенец. У тебя большое будущее. Надеюсь, ты нас не разочаруешь… – донёсся последний мысленный посыл, и мир вокруг нас поплыл.

Ощущение падения, резкий толчок. И вот я вновь стоял на чёрном обсидиановом круге в подвале башни. Колени подкосились, и я едва удержался на ногах. Голова раскалывалась от напряжения переговоров и контакта с чужеродным сознанием. Ладонь, где была метка, горела ледяным огнём.

Кроу положил руку мне на плечо. Его прикосновение стало твёрдым и устойчивым якорём в реальности.

– Не Контракт, но Договор, – произнёс он. – Не то на что я рассчитывал, но куда большее, чем могло бы быть. Ты вёл себя достойно. Не поддался на уловки.

– Спасибо, учитель, – выдохнул я. – Но… духа Ворона во мне нет. Он прав.

– И слава богам, – неожиданно усмехнулся Кроу. – Одного ублюдка с тенью ворона в этой башне достаточно. Ты должен идти своим путём. Этот контракт помог мне заключить мой учитель. Но видимо пришло время сменить путь и обрести новую судьбу. А этот договор… это инструмент. Не больше, но и не меньше. Учись им пользоваться.

– Спасибо, учитель, – улыбнулся я.

– К тому же, такой договор не ограничивает тебя. Вороны – не приемлют ограничений. Они свободны и того же ждут от того, с кем заключили договор. Ты вполне можешь попытаться найти свой тотем и заключить контракт уже с ним. Да, это будет намного сложнее, чем пойти по моим стопам, но не невозможно. Позже я научу тебя как это сделать, – он повернулся и направился к лестнице, но на полпути обернулся. – А сейчас – восстанови силы, прежде чем экспериментировать с каналом. Если выжмешь себя всухую, оплачивая первый вызов, они могут решить, что с тебя больше нечего взять, и разорвут соглашение сами. А платить штраф в таком состоянии ты не сможешь. Со всеми вытекающими.

Он удалился, оставив меня одного в холодной комнате с горящей меткой на руке и новой, странной тяжестью на душе. Я не получил мощи тотема. Но я приобрёл союзников. Странных, ненадёжных, требующих постоянной оплаты, но союзников.

Но это был далеко не конец. Путь ворона мне был закрыт. Что ж. Значит, я протопчу свою тропу. И пусть стая наблюдает. Возможно, им ещё предстоит узнать, на что я способен.

Глава 23

Прошло несколько дней после заключения договора с Вороньей Стаей. Метка на тыльной стороне ладони перестала жечь и превратилась в едва заметный, чуть более тёмный участок кожи, напоминавший родимое пятно в форме пера.

Я уже проверил призыв. Вороны отзывались – система работала. Небольшое желание, поток маны к метке и вот уже птица материализовалась из тени за моим плечом, села на подоконник и смотрела на меня умным, оценивающим взглядом, после чего улетела по моей мысленной команде осмотреть окрестности башни. Отчёт она передала через ту же метку – потоком сжатых визуальных образов и ощущений.

Это было полезно. Даже очень. Фактически – почти незаметная воздушная разведка. И всё же, я чувствовал что это не то, чего я ждал.

– Широ, слушай. А я могу заключить контракт с белками? – задал я вопрос вслух, постучав ногтем по кристаллу на груди.

Бельчонок моментально появился рядом и стал внимательно вглядываться в моё лицо.

– Не, без шансов, – покачал он головой. – В тебе нет ничего беличьего. Ну… разве что только любопытство. В остальном же, ничего общего. Даже с воронами ты куда ближе, чем с нами.

– Но мы же с тобой связаны…

– Это немного другое. Тут важны личные качества нас обоих, ну и доверие. Связь фамильяра это очень сложная тема. Я тут не так много знаю. Но про контракт со всеми белками точно скажу – это не твоё.

– Ну… Чего-то такого я, если честно и ожидал. Но спросить должен был, – лишь улыбнулся я, пожав плечами.

– Вообще, нет никаких гарантий, что ты вообще сможешь заключить контракт тотема хоть с кем-то. На самом деле это весьма редкое явление, насколько я знаю. Даже если найти тех, с кем ты можешь быть связан, далеко не факт, что тотем согласится на эту связь. Иначе все бы так и делали.

– Понимаю. И всё же, надо хотя бы попробовать, – кивнул я.

– Ну смотри сам. Останавливать я тебя не собираюсь. И ревновать не буду. Личная связь фамильяра и связь с тотемом – это две совершенно разные вещи. Так что, дерзай. Мне даже будет любопытно, кто же это окажется, – фыркнул бельчонок и вернулся к себе домой в кристалл.

* * *

Решение этого вопроса пришло ко мне само. Я сидел в библиотеке, пытаясь разобраться в одном особенно запутанном трактате о стабилизации пространственных аномалий, когда дверь с лёгким скрипом открылась, пропуская внутрь Кроу. Он редко навещал меня здесь, предпочитая вызывать к себе. Его появление само по себе было знаком.

– Доволен своими воронами? – спросил он, остановившись у моего стола и бросив взгляд на раскрытый фолиант.

– Это инструмент, – отозвался я, откладывая перо. – Контракт работника и работодателя. Не более.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – медленно кивнул Кроу, а его пальцы провели по корешкам ближайших книг. – Но я чувствую горечь в твоих словах. Ты разочарован. Нет, не так. Ты чувствуешь себя неполноценным, потому что тебя отказались выбирать. Ты был уверен в себе, но тебя посчитали недостойным. Понимаю, серьёзный удар по самомнению

Я промолчал, потому что отрицать это не имело смысла. Он видел меня насквозь. Пусть я и не хотел этого признавать, но это ударило по мне больнее, чем я думал. Видимо, жизнь сироты тоже повлияла на это. Всё же для нас нет ничего хуже, чем когда от нас отказываются…

– Ждать, пока твой дух сам проявится и притянет к себе подходящий тотем, можно десятилетиями, если это вообще произойдёт, – продолжил он. – У меня нет намерения столько ждать. Думаю, как и у тебя. Так что ты готов к попытке. Пусть это и будет невероятно опасно.

– Попытки чего? – спросил я, хотя предчувствие уже начало шевелить волосы на затылке.

– Свободного поиска, – ответил Кроу, а его голос стал низким, резонирующим в тишине библиотеки. – Я отправлю тебя туда же, откуда мы вернулись. В миры духов. Но не к конкретному тотему. Я уберу из уравнения координаты и отпущу тебя в свободное плавание. Твоя собственная суть, твой дух, станет маяком. Что-то отзовётся. Что-то притянется. Или не притянется. Тут как повезёт…

Он посмотрел на меня прямо. В его алых глазах не было ни одобрения, ни страха. Была только холодная, безжалостная ясность.

– Я не могу сопровождать тебя. Иначе моя связь с миром воронов притянет именно туда. Так что ты пойдёшь один.

– А если… если отзовётся что-то, что я не смогу контролировать? Что-то враждебное? Это ведь очень опасно, иначе все бы так делали. Верно?

– Конечно! Если что-то пойдёт не так – ты погибнешь, – просто сказал Кроу. – Или сойдёшь с ума. Или будешь поглощён и станешь частью этого мира. Риск крайне велик. Большинство магов, что отправлялись на свободный поиск – не возвращаются. Но ладно бы только это. Иногда бывает и такое, что в теле мага возвращается уже совсем не он, а сущность с той стороны, что жаждет разрушений. Именно поэтому свободный поиск и запрещён в Империи. Никто не хочет терять магов просто так. И ты, разумеется, можешь отказаться. Просто забыть об этом. Я тебя винить не буду и даже пойму. Вот только, ты ведь уже сделал свой выбор, верно? Иначе я бы к тебе не пришёл.

И он был прав. Выбор я сделал уже давно…

– Я готов, – твёрдо встал я со своего места.

– Тогда идём, – Кроу развернулся и вышел. Я последовал за ним.

Мы вновь спустились в то же самое место. Я расположился на плите, а Кроу встал рядом.

– Не думай ни о чём лишнем. Просто сосредоточься на своей сути, – сказал Кроу, стоя поодаль.

Кроу поднял руки. Он начал творить плетение, такое сложное, что моё зрение отказывалось его воспринимать. Казалось, он не сплетал нити маны, а распутывал саму реальность вокруг меня. Я почувствовал, как исчезает пол под ногами, но не упал – просто исчезло само понятие «низ».

– Ищи свою суть! – голос Кроу донёсся до меня, будто из-за толстого слоя воды. – Не то, кем ты хочешь быть! То, кто ты есть! Всё остальное – ложь, которая погубит!

Затем связь оборвалась. Не с щелчком, а с тихим, затяжным гулом, стихающим в бесконечности.

Я остался один.

Нет, не так. Одиночество предполагает наличие себя. А здесь «я» начало расползаться, терять границы. Серое безмолвие, знакомое по миру воронов, сменилось на нечто иное. Здесь не было ни тумана, ни дерева. Здесь была… пустота. Напряжённая. Будто перед грозой. Я висел – или плыл – в абсолютной темноте, лишённой света, звука, запаха. Оставалось только внутреннее ощущение себя: стук сердца (было ли оно ещё?), поток маны внутри (текла ли она ещё?), и главное – узор мыслей, что наполнялся деталями.

И я сосредоточился на этом. Не на силе. Не на амбициях. На самой своей сути. На своих желаниях. Ведь за столько лет они ничуть не изменились. Я жаждал знаний, ловя их в свою сеть. Я хотел плести невероятные плетения и познать всю магию. А ещё… я жаждал защитить то и тех, кто оказался связан со мной…

И пустота ответила.

Сначала – шевелением на периферии того, что когда-то было зрением. Не свет, а ощущение движения. Множества мелких, точных, синхронизированных движений. Потом появился звук. Вернее, вибрация. Тихий, едва уловимый гул, состоящий из мириад микровибраций, сливающихся в единую, сложную симфонию. И запах – сладковатый, терпкий, запах старого дерева, влажной земли и чего-то ещё… Шёлка. Мокрого шёлка.

Тьма передо мной стала не просто чёрной. Она обрела структуру. Сперва – тончайшие, едва заметные нити, пересекающие пространство под разными углами. Их было тысячи, миллионы. Они вибрировали, передавая по себе дрожь. Затем между нитями начало проступать нечто большее: огромные, причудливые своды, будто я оказался в невообразимо гигантском, тёмном соборе, чьи колонны и арки были сплетены из той же тёмной материи. И повсюду на этих сводах, на этих нитях, висели капли. Капли росы? Нет. Они отражали свет, которого не было. В каждой капле – искажённое отражение, обрывок чужого мира, чужой смерти.

Это было что-то большее. Это была Паутина. Вселенского масштаба.

И тогда я увидел их. Они были повсюду. Сидели в узлах гигантской сети, свешивались на тончайших нитях, медленно и грациозно перемещались по невидимым тропам. Пауки. Но такие, каких не могло быть в реальности. Одни – размером с гору. Другие – крошечные, не больше пылинки. Третьи были призрачными, полупрозрачными, будто сплетёнными из самого мрака.

И в центре этой вселенской сети, в точке, где сходились главные нити, висело Нечто. Огромный белоснежный паук, будто ставший единым с самой паутиной. Это был Дух. Тот самый. И он смотрел на меня. А его взгляд был подобен прикосновению миллиона лапок к моей душе, исследующих каждую трещинку, каждый изгиб.

Внезапно голос, казалось, зазвучал отовсюду.

– Ты пришёл. Мы чувствовали твой узор. Ты плетёшь. Ты ждёшь. Ты расплетаешь мир на части, чтобы понять, как он работает, и сплести под своим контролем. Твой дух – это дух ткача. Но несмотря на наличие стаи, ты плетёшь в одиночку. Грубо. Неэффективно.

В этом голосе не было ни осуждения, ни насмешки. Был лишь холодный анализ, куда более точный, чем мой собственный.

– Я пришёл за контрактом, – произнёс я. – Контрактом с тотемом.

– Контракт… – отозвалось существо, и вся паутина вокруг затрепетала, передавая эту мысль от одного края вселенной к другому. – Давно у нас не было контрактора. Люди боятся нас. Не понимают нашей сути. Да, пауки – одиночки. Именно так вы видите нас. Вот только это ошибка. Все мы объеденены одной нитью. Все мы плетём единую паутину. Ты… близок нам. Хоть и весьма молод, но готов учиться новому. Да, мы научим тебя. Научим видеть мир как сеть связей. Чувствовать каждую вибрацию на её нитях – будь то шаг врага, поток маны или шепот мысли. Мы предлагаем терпение, которое не знает срока. И умение плести. Плести не только магию. Плести свою судьбу.

Это было именно то, чего мне не хватало. Того, что я бессознательно искал. Не грубая мощь, а понимание и контроль.

– Что вы хотите взамен? – спросил я, помня что ничего не даётся просто так.

– Часть тебя. Твою линейность. Твою спешку. Твою привязанность к быстрому результату. Взамен, ты научишься ждать. Научишься видеть красоту в застывшей жертве, опутанной по рукам и ногам твоими нитями. Ты примешь нашу природу: мы не охотники, что бегут за добычей. Мы – архитекторы, в чьи владения добыча приходит сама. И ты станешь частью нашей паутины.

Цена была… странной. Они отберут часть меня? Или я сам со временем отсеку эти лишние части и научусь новому? Уточнять он явно не собирался.

– А если я откажусь? – не смог не задать этот вопрос.

– Ты уйдёшь. Двери за тобой закроются. И больше ты никогда не увидишь нашего узора. Ты будешь слепым ткачом, ткущим свой узор в темноте.

Выбор… А был ли он? Я ведь уже давно всё решил. Сама моя суть отзывалась на это предложение. Я просто не мог отказаться. А цена… Её я готов уплатить.

– Я согласен, – сказал я, и в моих мыслях не было сомнений.

Тогда из самого центра паутины, из той точки, где сходились все нити, отделилась одна-единственная тончайшая, серебристая нить. Она медленно подплыла ко мне и коснулась лба, чуть выше переносицы.

Боли не было. Было странное чувство. Я ощущал, как эта нить входит в самое ядро моего сознания, связывается с моими мыслями, с потоками маны, с самой душой.

И по этой нити хлынуло знание. Не слова, не образы даже. Принципы. Понимание связей. Я увидел башню Кроу не как здание, а как узел силовых линий на карте мира. Увидел Воронью Стаю как отдельный, чужеродный клубок нитей, привязанных ко мне одной тонкой, договорной ниточкой. И я увидел саму Паутину, частью которой я теперь стал. Бесконечную, сложную, живую. И себя – крошечный, но значимый узелок в ней.

Процесс длился вечность и мгновение. Когда он завершился, я всё ещё висел в темноте. Но теперь темнота не была пустой. Она была пронизана сияющими, переливающимися нитями связей. Я мог чувствовать вибрации на них. Где-то далеко дрожала нить, ведущая к Кроу – стабильная и мощная. Где-то ещё дальше – мерцающий и беспокойный клубок нитей, каждая из которых связывала меня с теми другими людьми. Были и другие – слабые, сильные, простые и запутанные.

Я был больше не один.

Серебристая нить, связывающая меня с Центром, мягко отпустила моё сознание, но не исчезла. Она осталась, тончайшая и неразрывная, уходящая вглубь меня самого.

Я падал. Или меня выталкивали.

Резкий толчок. Холод камня под спиной. Я лежал на полу, в том же самом месте. Рядом стоял Кроу, что тут же накинул несколько диагностирующих плетений. Он вглядывался в мои глаза, стараясь убедиться что это именно я.

– Ну? – спросил он всего одним слогом.

Я с трудом поднялся на локти. Голова гудела, переполненная новыми ощущениями. Мир вокруг был тем же, но… другим. Я видел не просто стены. Я видел, как магическая защита башни сплетена в единый кокон, как энергия жил течёт по определённым каналам в камне. Я видел тонкую, почти невидимую нить, тянущуюся от Кроу к тени в углу – его связь с воронами.

– Пауки, – выдохнул я.

На лице Кроу, промелькнуло нечто вроде чистого, неподдельного изумления. Оно длилось долю секунды, но я успел поймать его.

– Чёрт возьми, – тихо, с почти уважением, произнёс старый маг. – Ты либо везунчик, либо самоубийца. Контракт с Пауками… Никогда не слышал чтобы хоть кто-то смог с ними договориться. А вот про магов, что попадали в их мир – вполне. Их иссушенные тела возвращались уже без разума…

Он протянул руку, чтобы помочь мне встать. И я принял его помощь.

– Значит, маги изучают тотемов и есть какая-то информация о них? – возмущённо уставился на старика.

– Разумеется, – фыркнул он. – Неужели ты думал, что может быть иначе? Если это можно изучить – значит маги сделают это. Были маги что специально бродили по миру духов в поисках различных тотемов, но не заключая контракт. Или же информацию оставляли те, кто заключил контракт. Пусть в общем доступе информации не так уж и много, но она есть. Про пауков там тоже есть. Правда, лишь то, что если увидел их, стоит сразу же бежать, пока не попался в их ловушку.

– Почему вы не дали мне почитать о них?

– И что бы ты сделал? Сбежал? – усмехнулся старик, насмешливо посмотрев на меня. – Это только навредило бы тебе. При свободном призыве нужно сосредоточиться на своей сути, а не на том, «какого зверька ты бы хотел». На этом погорели многие маги. Если ты окажешься перед тотемом, что тебе не подходит – он просто уничтожит тебя. Если бы не я, с воронами было бы то же самое. Поэтому частенько тотемы и переходят внутри одной семьи.

– Это… логично, – лишь оставалось согласиться мне.

– Ну тогда могу тебя поздравить. Ты всё же нашёл свой тотем. Пауки… Да, это было всё же довольно неожиданно. Хотя… Нет. Всё же стоило этого ждать. Если подумать, ты и впрямь очень близок к ним по духу. Просто я не думал что с ними вообще можно договориться. Всё же охотники… Они не любят упускать добычу, что попала в их сети. Ну да ладно, – махнул он рукой. – Что сделано, то сделано. Осваивайся. И я не буду спрашивать про цену, что ты заплатил, но надеюсь, это того стоило.

Старик двинулся к выходу, но вдруг замер.

– И знаешь… Лучше не распространяйся о своём тотеме. Если что, говори что это просто призыв. Люди, как сам понимаешь, вряд ли будут доверять человеку, что связан с пауками. Пусть пауки и помогают людям, истребляя вредителей и вообще, очень полезны, но репутация у них не очень…

– Понимаю, – лишь кивнул я.

– Вот и славно. Тогда можешь отдыхать, – вышел он за дверь.

Этим я и занялся.