Текст книги "Путь трёх совершенствований. Том 5 (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Крам
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)
Глава 17
Рин везла меня домой.
– О чём вы говорили? – спросила она.
– Это наши с ней дела.
– Ещё скажи, меня не касаются.
– Как раз таки только тебя и касаются, – усмехнулся я. – Кстати, со всеми этими делами, я совсем потерял счёт времени.
– Это я уже знаю.
– В каком смысле.
– Да так.
– Эй, что ты имела в виду?
– Да ничего. Проехали. Это мои дела, – начала она кривляться и пыталась копировать мой голос.
– Ты ужасный пародист, – рассмеялся я. – Ты меня с мысли сбила. Ах да. Фаза когда?
– Так уже скоро.
– А кто в гости явится?
– Вроде киберниты.
– Наконец-то можно выдохнуть.
– Ага.
– Тут остановись, – попросил я.
Она затормозила у границы моей района.
– Всё, дальше гробить колёса в ночи тебе не надо, – сказал я. – Ещё встанешь на обратном пути, я волноваться буду.
Я поцеловал Рин и не смог оторваться. Положил руку на бедро и поскользил вверх, запустил под платье. Девушка вся покрылась мурашками.
А потом вдруг резко её кресло разложилось, и она улетела влево. Я засмеялся.
– Видимо, рычаг нажала, – сказала она. Платье задралось.
– Не надевай больше такое. У меня без всякого ментала мысли путаются, – сказал я и подался к ней.
Кажется, лучше момента и не придумаешь. Тут на границе двух миров, моего и её, наш странный союз сейчас превратится во что-то большее.
– Она покачала пальцем. За нами следят, вообще-то.
– Упс. Не подумал, – смутился я. И правда, этот её наряд понижал коэффициент интеллекта просто в разы.
– Тут повсюду агенты.
Я вздохнул. Девушка села.
– Так мы теперь типа встречаемся? – спросил я.
– Да я уж надеюсь, – сказала она, и мы оба рассмеялись.
– Пока, Марина, – намеренно выделил я её настоящее имя.
– Пока, Андрей, – передразнила она меня.
Я вышел, злясь на сраных агентов, на всю эту слежку. Начал крутиться и показывать всей округе средние пальцы. Кто-нибудь да увидит. Козлы!
Поплёлся домой. Ветер гонял по узким тёмным улочкам мусор. Обычно в такие моменты не по себе, в каждом тёмном углу мерещится тень, шорох крыс превращается в поступь бандита, в каждой луже кажется отблеск не звёзд, а ножа. Но сегодня всё было иначе. Сегодня я знал, что повсюду соглядатаи.
Причём я никого из них не заметил. Зато заметил преследователя. Он был не профи, хотя какое-то представление о скрытности имел.
Я свернул в проулок, который много раз меня спасал. В нём я отбился от киллеров Ликтора. Свернул в свой излюбленный закуток с тупиком. Оружие пока призывать не стал. Обострённый слух перевёл еле слышный шёпот в слова.
– А если это всё-таки не он?
– Да это он. Я его узнал. У меня память на лица. Я даже через двадцать лет могу человека увидеть, с которым в первом классе один раз виделся и узнать. Какой-то бородой меня не обманешь. Ты боишься, что ли?
– Ниче я не боюсь.
– Двести пятьдесят штук, ты подумай!
– Всё, заткнись. Смотри вперёд.
Двести пятьдесят штук. Вряд ли ведь какие-то случайные киллеры говорят о четверти миллиона эргов. Речь о КотКоинах. Вот теперь сраные агенты тут совсем ни к чему. Сейчас они могут увидеть то, что видеть им не надо.
А у меня ни пистолета, ничего. Ладно, схоронюсь тут, если заметят, попробую их напугать призрачным мечом. Вдруг решат, что какая-то артефактная поделка и побояться связываться.
Шаги ускорились. Я присел за ящиками, подогнув колени к ногам. По идее, меня не видно. Один замер у двух отнорков. Второй пошёл до конца подворотни.
– Нет его, – тихо проговорил. Если б я убегал, они бы услышали. А там пешком не успеть скрыться.
– Выходи! – проговорил тот, что остался сторожить.
Я встал, материализуя светящийся меч, выставил его вперёд и ринулся на врагов. Успел увидеть испуганные глаза, выставленную руку, а затем меня шандарахнула молния.
Меня отбросило в стену. Как-то хватило мозгов даже в этом состоянии применить новый навык – Свой среди чужих. Сердце медленно начало останавливаться, а температура тела стала падать.
– Кажется, он всё. Умер.
– Слабоват.
– Сердце, похоже, остановилось.
– Подойди, проверь жемчуг.
Парень подошёл, пощупал пульс
– Мёртв.
Разжал обе моих ладони.
– Пусто. Не тот всё же.
И тут раздались шаги.
– Валим!
Оба налётчика побежали. За ними рванули затупки-агенты. Захлопали выстрелы.
Я раскрыл глаза. Сердце снова забилось. Грязный воздух подворотни казался слаще чем прикосновение целителя. Я призвал рукоять Спутника и убрал в инвентарь.
В подворотню забежал одетый как бомж мужик.
– Ты как? – спросил он, помогая мне подняться.
– Нормально, – сказал я. Спина болела, да и голова гудела.
Я побрёл с опорой на стеночку к выходу из проулка. Оба парня валялись чуть поодаль, не успели запрыгнуть в заброшку буквально чуть-чуть. Под каждым растекалась лужа крови. В руках одного поблёскивала жемчужина. Получается, второй был обычным человеком. И кстати, агенты жемчуг не видели.
– Я хочу подойти к ним. Посмотреть, – сказал я.
– Нельзя.
Я сделал банальную кэпэшную обводку, поплатившись вспышкой резкой боли, и направился к трупам. Но дорогу мне преградили ещё несколько агентов.
– Иди домой. Мы тут сами разберёмся.
В итоге забрать положенный мне приз не получилось.
Я брёл в раздумьях, где-то позади крались херовы присмотрщики.
Дома, естественно, ещё не спали.
– Ты чего такой грязный? – спросила мама.
– Щас расскажу.
Я закинул вещи в стирку, переоделся и зашёл на кухню, где все уже были в сборе.
– Слышу, крадётся кто-то за мной. Я в проулок и там в боковой ход встал. Жду. Шаги ускорились. Я как выскочу, налетел на незнакомца, повалил его. А там бомжара грязнющий, в десяти слоях грима. Агент, короче. Напугали друг друга, блин.
Мне всё больше приходится врать. Не нравится, конечно, но что поделать. Правду никак не скажешь.
Все разошлись спать, а я направился в душ. Уже там заметил розовую сеть капилляр, похожих на мохнатые раскидистые ветви деревьев, будто каждый из них кто-то обрисовал. Кажется, это называется фигуры Дягтерёва, в честь первого одарённого электричеством, который всем такие отпечатки оставлял в ходе экспериментов. По этому следу можно было чётко видеть, как молния прошла по телу. По идее с утра этого уже не будет видно.
Сегодня я не планировал идти в локации, но хотел провести много времени в путевой комнате. Всё же завтра меня могут настойчивее попросить показать свои умения ксера. Надо быть к этому готовым.
Я переместился в Путь. Немного пообщался с наставником, рассказав, через что сейчас прохожу. А затем собрал всё своё терпение и начал копировать предметы, один за другим. Иголка, осколок керамики, листик, а вот на пёрышке уже посыпался. Структура разная у пуха и ствола. Но всё же удалось повторить раз, потом другой и третий.
Пошёл на усложнение структуры и укрупнение предметов. Веточка. Деревянная ложка. Деревянный стакан. Простейший ремень. И вот тут снова забуксовал. Во-первых, он был большой, а во-вторых, два компонента, кожа и металл. Ещё и органика и неорганика, что тоже, как оказалось, непросто совместить.
Сотни раз я пускал сканирующий импульс. Закрывал глаза. Казалось, что предмет запомнился, но при попытке создать, он либо получался не тех размеров, либо сразу таял, либо создавалась астральная бляха или только астральная полоска кожи, а вот целиком ни в какую. Тогда я открутил бляху. Стал её дублировать, и всё получилось. Повторил с полосой кожи. Снова собрал ремень и смог скопировать!
Проверил ещё на паре двухкомпонентных предметов, таких как кинжал и фляга с водой. И снова сразу не пошло. Пришлось отдельно копировать флягу, отдельно воду, отдельно рукоять, отдельно деревянную рукоять, отдельно металлическую часть ножа. И лишь после этого всё вместе.
Можно и на стрелы переключаться.
Вот тут я завис надолго, их у меня было десятка три разных видов. Копировал каждую. И с ними стал работать над временем удержания формы предмета. Было удобно, потому что можно было создать прямую связку с действием в реальности – натягиваешь тетиву, и как бы мысленно удерживаешь астральную стрелу в этом пласте реальности, пока физически держишь лук в натяжении.
Сначала они рассыпались через секунду, потом, через две и так далее. Из-за этого тетива быстро приходила в негодность, но теперь проблем с деньгами не было, и я купил целый набор из разных компонентов. Сейчас, конечно, расходовал дешевые.
Я не знаю, сколько времени прошло, но это точно было моё самое долгое пребывание в Пути. Постепенно я перешёл на тетиву, копировал их, накидывал астральную тетиву на лук и отпускал. Какое-то время он держался, а потом разгибался, когда тетива исчезала.
Парочку дешевых луков я всё же сломал. Новичковые орудия редко рассчитаны на частый разгиб, в то время как нормальные луки, наоборот, редко с тетивой.
Оружие и инструменты копировать было легко. Топор, например, деревянная рукоять и металлическая голова. Кирка так же. Лопата. Молот. Я пытался овладеть как можно большим количеством предметов, чтобы если застигнет нужда, у меня был хотя бы разовый опыт взаимодействия с ними.
С броней возникли трудности. Она оказалась сложной по исполнению. Наручи я освоил и даже трёхкомпонентные сапоги. Шлем опять же, но вот всё остальное скопировать не выходило.
– Попробуй кольчугу, – подсказал Михаил. – Она однокомпонентная.
Но кольчугу, как оказалось, я даже отсканировать не мог, в отличие от кожаного нагрудника. Слишком много деталей, хоть они и одинаковые, у меня ничего не вышло.
Так, продвигаясь от предмета к предмету, дошёл до меча. Он вроде и был односоставным. Даже рукоять без оплётки, но с ним тоже ничего не выходило. Но и тут сотни и сотен попыток, а может даже тысячи, и я всё-таки создал меч.
Тогда принялся тренироваться работать с астральной копией, но это другой уровень. Я мог отбить ровно один удар или нанести ровно один укол, а потом оружие растворялось. Что ж, остаётся на домашнее задание.
Финальной точкой сегодняшнего захода была попытка скопировать пулю. Я её, кстати, нашёл на аукционе Пути. Но вот повторить не смог. Причём даже саму гильзу. Только цилиндр без капсюля. Так что чит на бесконечные патроны отменяется. Меня и порох вынес. Даже одну крохотную пороховую перчинку скопировать не смог. Видимо, слишком сложный химический состав.
Окончательно вымотавшись, я осмотрел груды накупленного на ауке хлама. Ну однажды, однажды я точно тут приберусь. Но не сегодня.
– Сколько я тут провёл, если переводить на земное время? – спросил у учителя.
– Знаешь, как это определить?
– Как?
– Попробуй вспомнить события вчерашнего дня. Они у тебя в голове как эпизод какой давности?
– Блин, – я даже немного струхнул, потому что сначала в памяти не всплыло ничего. Потом всё же вспомнил Рин. Её платье. А следом как бусины вокруг стали наслаиваться события с двух сторон. – Я здесь охренеть как давно. Я прям с силой вспоминаю каждый эпизод, а многие не могу расставить по порядку, потому что не помню, что было первым.
– Проснись. Станет попроще. Заземлишься в своей реальности.
Я кивнул и пожелал проснуться.
* * *
С утра мне позвонил помощник какого-то «куратора по обратной адаптации». Насколько понял, назначили какого-то дядьку смотреть за всеми нами, чтобы мы тут свои племенные обычаи обществу не навязывали. Спросил, хочу ли всю жизнь бегать от настырных как потревоженные пчёлы журналистов, или лучше один раз схожу на пресс-конференцию.
Ну с такой постановкой вопроса, конечно, лучше один раз отмучаться.
В итоге назначили её сегодня на двенадцать. То есть, видимо, всё спланировали заранее. Арена для такого рода мероприятий у нас в полисе была одна, у городского стадиона, на котором проводятся профессиональные матчи. Собственно, там обычно у профигроков и спрашивают всякое.
Я оделся попрактичнее, во всё спортивное, чтобы проще было сражаться, если вдруг агенты опять прохлопают кого-то. В инвентарь сунул пару обычных бинтов с аптечки, антисептик, иглу и нить для швов.
За мной прислали автомобиль. Причём это были не агенты. Обычный какой-то водила, вроде как даже от какой-то газетной редакции.
– Пару слов для нашего издания? – обратился он ко мне.
– Записывать прям на ходу будешь? – скептически поднял я бровь, а он смутился и остаток дороги ехали молча.
Меня подвезли с отдельного входа. Была просто куча охраны возле хлипкого заборчика. Толпы народа, будто и правда матч предстоит. Я вышел из машины. Наши все ждали меня.
– Господин Богданов, пару слов для Кадия-Экспресс! – тянула ко мне микрофон какая-то девчонка.
Охранники взяли меня в кольцо. Толпа журналистов ринулась, пытаясь прорвать их строй будто какие-то гоблины во время налёта на город.
– Что вы чувствовали, вернувшись в город?
– Вам приходилось есть других пассажиров?
– Как вам удалось выжить?
– Как вы относитесь к тому, что вашу историю называют теорией заговора?
– Каково это, вернуться к нормальной жизни?
Они орали, пытались друг друга перекричать. Лица их были искажены, словно это не журналисты, а изнывающие от голода и жажды зомби, увидевшие во мне источник насыщения. Я смотрел на них в шоке как на каких-то диких животных, потому что людского в них сейчас было меньше, чем в разумных приматах с планеты обезьян.
– Убийца! – вдруг услышал я чей-то крик со стороны. – Проклятый убийца! – орала какая-то женщина. Один из журналистов ринулся к ней. Я стрельнул глазами на Рин, и он запнулся, покатился кубарем, и его сгребла охрана.
– Тварь! Выродок! Убийца! – причитала незнакомка.
– Убийца! – присоединился к ней какой-то мужик.
– Убийца! – скандировала ещё одна семейная пара. Этих я узнал. Родители Тадеуша. А первые, наверное, родители Линды.
– Убийца! Убийца! Убий…– вся четвёрка захлебнулась последним словом, развернулась и растворилась в толпе, повинуясь мысленному импульсу Рин.
– Ликтор – ублюдок, – сказал я, подходя к своим и тепло всех приветствуя. – С такими выходками он до суда не доживёт.
– Осторожнее со словами, – подошёл Марк.
– Только твоей рожи мне тут и не хватало, – нахмурился я.
– Я пришёл предупредить вас, что лишнего говорить не стоит. Пока следствие не завершилось, лучше давать аккуратные ответы.
– Без ищеек разберёмся. Не маленькие, – отмахнулся я.
– Заходите, – замахал рукой какой-то мужик с бейджиком на шнурке.
Мы прошли коридором в огромный зал ожидания, типа большой гримёрки. Тут стояла вода, напитки и имелся перекус.
– Кому-то носики припудрить? – спросила чернокожая девица с кисточкой. За ней стояли ещё три девушки.
– Подруга, а ты часом не с моего района? – покосился я на неё.
– Не понимаю, о чём ты.
Я прищурился.
– Ладно. Я через два дома от Загорка жила, – сдалась она. – Что меня выдало?
– Без понятия. Просто почувствовал.
Софи и Элен сели на кресло и им начали что-то править в макияже и делать укладку.
– Ребята, – подошёл высокий и накачанный мужчина с квадратной седоватой стрижкой, в синем костюме, видно было, что такая одежда была ему непривычна. То ли бывший полицейский, то ли вояка. – Я Рой. Рой Донован. Я вас тут и собрал. Меня назначили руководить вашей обратной интеграцией.
Я протянул ему руку.
– Андрей Богданов.
– Увидимся в конце этого всего хаоса, – сказал он, обведя всё вокруг. Похоже, ему это всё не очень нравилось. – Сейчас к вам ведущий подойдёт.
Как-то быстро всё происходило. Я как будто подгружался с запозданием.
Минут через пять подошёл высокий улыбчивый мужчина в джинсах и пиджаке. Я не разбираюсь, но показалось, что на лице у него был автозагар.
– Я Сэм. Сэм Тауэрс. Я тут подготовил список нежелательных ответов, – он протянул листок, где было отмечено, что нельзя говорить.
Я даже не взглянул туда.
– Не смешно, мужик, – отмахнулся я от протянутого листа.
– Трибуны заполнены, – раздалось у него откуда-то из задницы.
– Ой, – спохватился он, вынул из-за пояса рацию. – Готовность пять минут, –передал Сэм. – Значит так, – повернулся он к нам. – Мы ко всему подготовились, на сцене будет охрана. К вам никто не сможет приблизиться. Если станет плохо от шума или света софитов, можете просто встать и уйти. У нас тут и врачи и психологи на подхвате. Если кто-то не хочет выходить, это вовсе не обязательно. Вот лист с примерной рассадкой, как нашему режиссёру трансляции показалось будет смотреться лучше, если есть какие-то возражения, не проблема, садитесь, как удобно. Готовы?
– Нет, но как-то пофиг, – сказал я. – Посмотрел на всех. Погнали?
Ребята покивали.
Мы пошли на сцену. Трибуны загудели. Я даже с шага немного сбился. В зале сидели несколько тысяч человек. Первые десять узких рядов перед сценой были отданы под журналистов, фотографов, телевизионщиков и фиг пойми кого ещё, а вот остальные широченные ряды исключительно зрители.
Сэм Тауэрс вышел в центр к трибуне с микрофоном. Мы расселись в три ряда как игроки по отведённым местам. Не стали ничего менять.
– Вау, сколько народу, – улыбнулся ведущий. – Итак, первый вопрос, – произнёс Сэм и указал на первого попавшегося журналиста.
Тот поднялся.
– Рик Макарти. Эко-Дайджест. Вопрос Андрею Богданову.
Я кивнул, мол, слушаю.
– А правда, что вы убили Линду Коллинс?
Шах от семейства Кригер. Трибуны замерли. Трансляция передавалась в каждый дом и на каждую радиостанцию. И что мне ответить?
Глава 18
– Интересный вопрос, – сказал я. Внутри начал подниматься гнев, и я поднялся вместе с ним, взяв микрофон в руку.
– Да это я убил Линду, – прозвучал вдруг мой голос из колонок. – И Тадеуша. Они вынудили меня. Радуйтесь, что не съел их!
Трибуны загудели.
Какого хрена?
Ведущий бросил на меня панический взгляд, его заученная улыбочка сейчас вот вообще не спасала.
– Где сраный звукарь? – обратился я к своим.
– Где-то недалеко должен по идее быть, – сказал Тор. Мы все завертелись.
– Там! – Рин указала за сцену. Там за декорированной под джунгли стенкой были техспециалисты.
– Следующий вопрос! – очнулся наконец Сэм.
Я поднялся и зашёл за эти деревянные «кулисы» и подошёл к звукарю за пультом.
– Ты охренел?
– Это не я. Клянусь! – побледнел парень.
– Кто удалённо мог подрубиться?
– Я… я не знаю. Техник или режиссёр.
Тор подошёл к пульту и стал изучать провода. Всё же его стезя.
– Так, а это что? – он указал на второй кабель-питания.
– Без понятия. Я только кнопки нажимаю. Подключали техники, – снова завёл свою шарманку звукарь.
Уже подошла охрана.
– В чём дело? – спросил один из них.
– У вас надо спрашивать, – сказал я. – Техников сюда всех, кто подключал.
– Не спеши командовать, – посоветовал один из них. – У нас тут своё начальство. Сейчас доложим.
Я набычился. Ладно. Ещё не всё так плохо.
Вернулся на место. Тор пока остался мониторить ситуацию.
– Убийца!
– Убийца!
– Убийца! – заскандировали трибуны. И это было жутко. Словно каждый вкладывал какую-то энергию в слова и сейчас это всё било по мне, будто у них есть Голос.
Я взял микрофон, но он оказался отключен. Я поймал глазами этого горе-специалиста по обратной адаптации. Рой, кажется. Он лишь разводил руками.
Я снова ушёл.
– Рой, что за дерьмо? – спросил я напрямую.
– Полегче, парень, не с одноклассником общаешься.
– Согласен, будь на твоём месте, кто из них, таких проблем бы не возникло.
– Остынь, – выдавил из себя сдержанность он. Похоже, тоже начал заводиться. Всё же служака бывший, такими как я привык командовать.
Подвели двух техников.
– Кто подключал? – спросил я.
Они ткнули пальцем в друг друга.
Я глубоко вдохнул. Всё же жизнь за стеной сделала меня нервным, я был готов оттаскать обоих за шкирки и сдерживаться приходилось с большим трудом.
– Оба? – уточнил я.
Они закивали.
– Проверьте, всё нормально подключено. Ничего лишнего?
– У нас всё чётко. Не на глаз работали, а по схеме.
Я поискал глазами Тора, но он куда-то исчез.
– А где…
Один из мордоворотов указал вверх. Тор взбирался по вертикальной П-образной стальной конструкции и полз сейчас к месту, где крепились прожектора. За его движениями наблюдал с замиранием сердца весь стадион, вообще-то без страховки такое не исполняют.
– Раз-раз. Раз-раз! – раздался голос Тора по всей арене. – Нашёл дублирующий контур, на самый верх запихали.
Потом раздался ультразвук, и парень стал спускаться. Мбаку уже страховал снизу. Тор бросил аппаратуру, и я поймал небольшую коробку. И тут одна из перекрёстных железяк отломилась, парень сорвался, Мбаку растопырил пальцы, замедляя его полёт, и в этот же миг Лапа распластался в прыжке, поймав падающего парня и прокатившись с ним.
Трибуны ахнули.
Я прикрыл глаза, несколько раз выдохнул, пытаясь унять сердцебиение. Сунул Рою коробку.
– Разберись, – сказал ему.
– Вы меня и тут решили до смерти пугать, – поднял я обоих парней.
Мы снова расселись.
– Забыл предупредить, пресс-конференциями с элементами акробатического шоу, – как мог пытался сгладить углы Сэм. – Следующий вопрос, вот вы девушка в красном.
– Вопрос Андрею.
Я уже знал, что будет опять какая-то провокация.
– Стелла Королькова. Зелёные Новости. У меня два вопроса. Каково это жить, зная, что ты повинен в стольких смертях? И правда ли, что ты отравил пилота?
Я взял микрофон и начал отвечать, но вместо моих истинных слов из колонок моим голосом донеслось:
– Вы ничего не докажете!
Вот сволочи.
– Убийца!
– Убийца!
– Убийца! – опять заскандировали трибуны.
Там явно есть нанятые заводилы. Не нравится мне в чужом спектакле играть. Надо бы найти режиссёра этой пьесы и подвесить его на сцене.
Я подскочил с места. Взял микрофон у Элен, но он отключился. Схватил микрофон Аманды, но и тот сразу потух.
– Тор, за мной. Рин, слушай нас, – я коснулся виска. – Если что, вызовем подмогу.
Мы ушли за декорации.
– Где режиссёр трансляции? – спросил я у охранника.
– Не знаю. Моя задача сцену сзади охранять, – пробасил он.
– Рой! – заорал я. – Где ты?
Но «спец по адаптации» не отзывался.
– Передай по рации, пусть Рой сюда явится, – попросил я качка в костюме.
– Такого в инструктаже не было.
– Передай. Сложно, что ли?
Он вздохнул, словно я попросил его все блины в спортзале пересчитать и всё же вызвал квадратноголового.
– Анд, я не знаю, в чём дело, – немного запыхавшись явился он. – Я не могу найти организатора.
– Погоди, так это не ты всё сделал?
– Нет. У меня же много людей в подчинении. Один из них отвечал за медиасферу, и предложил это. И его нигде нет.
– Где пульт режиссёра?
– Я не знаю.
– Выговор вам, тащ специалист по обратной адаптации. Пока не справляетесь. Даже, наоборот, в джунгли сбежать захотелось.
Мужчина ничего не ответил и убежал искать организатора.
– Тор, на тебя вся надежда.
Он как ищейка взял след по проводам и повёл меня куда-то под сцену. Там была операторская, режиссёрская и дверь с надписью «склад». Все три были заперты.
Мы переглянулись, и я долбанул по складской двери ногой. Тут же на шум заявилась охрана.
– Эй, что вы делаете? Запрещено ломать!
Рин должна была сейчас почувствовать, что назревает.
Охранник вызвал по рации подкрепление.
– Там режиссёр трансляции, который мне всё поганит, – объяснил я.
– Да мне пофиг. Я отвечаю за объект? Ты понимаешь? Мне за это деньги платят.
– Ну тогда не обессудь! – пожал я плечами. Инстинкты у мужика на высшем уровне, он сразу попятился, хотя я даже двинуться не успел.
Охранники всё пребывали.
– Или сами открывайте, или я выломаю, – сказал я, и прочёл по глазам нескольких, что они не удивлены таким исходом событий.
– Судя по их эмоциональной реакции, – раздался голос Рин сзади их сплочённой группы. – Охрану инструктировали о подобном.
К нам уже подтянулась полиция. Но всё моё племя уже тоже было тут.
– Пожалуйста, займите свои места, – увещевал начальник охраны с бейджем «Говард Даль».
– Что здесь происходит? – явился Рой.
– Пусть дверь вскроют, – сказал я.
– Откройте! – потребовал Рой.
– При всём уважении, – размеренно говорил начальник охраны. – Меня наняли не вы. За имущество я материально ответственный.
Охраны тут было уже человек сорок, тот, кто это всё придумал, решил, что это меня остановит. Плюс пятёрка копов. И ещё немерено стражей правопорядка на стадионе. Рин не вытянет даже эту группу. Всё же это не подростки. Взрослые мужики, более того, взрослые агрессивно настроенные мужики, прошедшие подготовку. Сколько-нибудь она заставит отступить, но остальная орда будет нам противодействовать.
Вернуться на сцену и продолжать быть объектом насмешек – это не по мне. Но и если я сбегу, то подтвержу озвученные моим же голосом тезисы. Мне будет не отмыться. Шанс выбраться только один.
Я даже не давал команды, мы просто накинулись на охрану. Я бросил двойку, и первый слёг. Мбаку пустил волну, сбивая всех противников. Лапа и Аманда обернулись и стали их раскидывать.
Но и среди ребят в костюмах оказались одарённые. Мне приморозили ноги. Томас улетел в полёт, отправленный кинетическим трамплином.
Размытый Рывок. Лёд с треском разлетелся, а я врезался в очередного охранника и снёс его. По мне прилетело несколько пинков, по башке приложились кулаком, кто-то ударил по спине. Охранники уже не соблюдали инструкцию, они пытались не дать себя вырубить.
Полицейские не могли стрелять, они использовали шокеры. Причём только по нам, видимо, чувствуя некую общность с теми, кто тоже хоть и косвенно, но был частью правопорядка.
Но всё же это были городские жители, против дикарей шансов у них оказалось мало. К тому же Рин находила лазейки. Одного заставляла лишь отступить, другого не закрыть собой товарища, третьего выбрать целью Аманду, а не Мэй.
Мы положили всю толпу, и вроде даже никого не покалечили.
Я выбил дверь, но внутри не было режиссёра, лишь пульт удалённого управления. Тор отключил всю лишнюю аппаратуру. И мы вернулись на трибуны, потрёпанные, побитые, но непобеждённые.
– Рин, – обратился я к ментатке. – Сейчас идёшь по рядам и выводишь провокаторов и заводил. Я парочку и визуально заметил, но всё же тебе лучше это удастся. Лапа, Томас, прикроете её, если кому-то нужно будет положить руку на плечо. Рой. Рой! Алло!
– Да, – вернулся к нам горе-спец шокированный всем произошедшим.
– У тебя полномочия-то есть какие-то?
– Ну, меня представили всем ведомствам. Я чиновник или вроде того получаюсь.
– Так рули ситуацией!
Он принялся командовать. Всю охрану вывели с арены. Их места потихоньку стали занимать полицейские.
Сэм поплыл, он пытался, что-то выдумать, но выглядело это нелепо, я вырвал у него микрофон.
– Дамы и господа, ещё раз рад всех приветствовать!
Рин уже шла по рядам и выводила по одному человеку, их сразу же копы уводили куда-то.
– Прошу у всех прощения за этот спектакль. Вами жестоко воспользовались провокаторы, но сейчас мы от них избавимся, и уже продолжим в более чистой атмосфере без примесей коварства и подстав. Ещё раз Кадия, привет! Мы выжили, нахрен, мы вернулись! Дайте шума!
Трибуны заулюлюкали и зааплодировали. Некоторые, заметив, что происходит, спешили покинуть свои места, но их на каждом из входов ждали полицейские.
Сэм попробовал взять другой микрофон.
– Да всё иди уже, – махнул я, и он ушёл со сцены.
Журналисты жаждали задать вопросы.
– Я вижу вас, ребят. Сейчас продолжим. Для начала дам небольшое пояснение. Вы тут спрашивали про Тадеуша, Линду и пилота. Так вот, скажу. Тот, кто устроил эту провокацию со сгенерированным голосом, это он виновник. Вы, наверное, заметили, одного тут не хватает. Ему не хватило смелости явиться. Потому что соврать в глаза тысячам людей он бы не смог. Имя этой трусливой сучки Ликтор Кригер.
Я дождался, когда шум стихнет и продолжил.
– Он множество раз пытался меня убить, но ничего не вышло. И в самолёте была очередная попытка. Пакетик с «Пыльца смерти» она же Поллен Мортиферум. Я должен был зайти в туалет, где он его распылил, но пилот заскочил вперёд меня, – тут было несколько тысяч человек, но все слушали, затаив дыхание. – Потому мы и упали. Потому и погибли все остальные. А теперь следующий вопрос. Только прошу вас, без банальностей. Вот ты парень, у тебя умное лицо.
Народ ещё не был знаком с нашей историей, так что придётся модерировать и отсеивать вопросы.
– Тайрон Чавес. КадияТВ. Вопрос Элен Маверик. С какой самой тяжелой травмой вам пришлось столкнуться за стеной?
– Да, слушай, всё было тяжело. Я ведь недоучка. Все вирусы – неизвестные. Все паразиты не встречались в городе. Я даже ребятам не сообщала лишний раз, чтобы не пугать. Ну вот нога Мбаку и рука Лизы, самое тяжелое. Ну и Линда, перелом позвоночника при падении. Ей я и сейчас бы ничем не смогла помочь, а тогда тем более. Хорошо, что она не мучалась. Ей помогли обрести покой. Хорошо, что нашёлся тот, в ком была смелость избавить её от того, чтобы её сожрали заживо.
– Следующий вопрос, – снова вступил я. – Вот вы, леди.
– Донна Васикина. Фудфетиш. По какой еде вы больше всего скучали?
– Ой, слишком скучно, Донна, – сказал я. – Попробуй ещё раз.
– Что самое ужасное вам приходилось есть?
– Ты ведь не это хотела спросить?
– Ну…
– Ладно, отвечу на невысказанный вопрос Донны, раз она такая стеснительная. Нет, мы не жрали человечину или мясо других гуманоидов. Но в первый день, я не говорил ребятам, но на самом деле я накормил их ящерицами и змеями.
Какие эмоции на лицах. Хе-хе. Как хорошо, что это уйдёт в эфир, и можно будет пересмотреть.
– Да нормально было, – сказал Тай. И все засмеялись.
– Идём дальше. Вот вы, сэр. В лого Дигмы.
– Дастин Штольцфус. Дигма-спорт. В изначальной задумке Дигма – тренажёр для нашей суровой реальности. Помогла ли она вам?
– Оо-о-о, братец. Ну конечно! – воскликнул я. – Виды существ, наверное, основное что спасало. Ты их знаешь. И ты готов к тому, как они выглядят, потому что многие, будем честны, довольно неприглядны и уже это само по себе отталкивает.
– И запахи, – добавила Софи. – Дигма готовит тебя к «стене запахов» понимаете? Когда смрад сбивает с ног.
– Так что все играйте в Дигму, – добавил Тор. – Ночные партии. И турниры. Участвуйте, не бойтесь. Это бесценный опыт. Опыт стрельбы опять же. Только за счёт него я дожил. Других данных у меня не было.
– Следующий вопрос. Вижу зрительницу из зала. Дайте ей микрофон. Здравствуйте.
– Эм. Здрасьте. Я немного волнуюсь.
– Не волнуйтесь. Представьтесь пожалуйста.
– Я Асока. Мне тридцать шесть. Мой сын подросток, он неодарённый, и не представляю его в вашей ситуации. Они все теперь обсуждают это. Как можно подготовить ребёнка к такому?
– Отличный вопрос.
– К такому не надо, – взял слово Томас. – Но мы, бездарные, выжили благодаря спорту. Он развил волю, физическую силу и умение работать в команде.
– Вот девушка. Да. Вы в платье. Дайте ей микрофон.
– А. Я Майли Кан. Гхм. Газета Кадийской Академии. Эм. Я сама живу в общаге. И в общем…
– Чуть короче, Майли.
– Всех интересует, что у вас там всех было с романтикой.
Все заулыбались.
– С романтикой был порядок, Майли, – ответил я, и увидел несколько больших пальцев от своих. – Дальше. Вот дайте слово тому представительному мужчине.
