Текст книги "Апостол (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Кошкин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 24 страниц)
Глава 19
На завод!
Когда меня потащил вниз падающий поток лавы, главное, о чём я в этот момент думал: «Блин! А штаны у меня огнеупорные или нет⁈»
А ещё перчатки же! Комбинация их с цепью и мечом была очень удобной, чтобы выкашивать мелких врагов пачками, да ещё и на некотором расстоянии. Сапоги, кстати, также были неплохими. Не хотелось бы их потерять.
Прыгая в лаву, я был почти уверен, то у них было свойство устойчивости к огню. Но сейчас, вот это «почти» не давало мне покоя. Как неточные воспоминания о том, выключил ты утюг дома или нет.
Поэтому, когда ощущение падения пропало, я начал активно загребать руками, чтобы выплыть из лавы. Но эта сволочь была настолько вязкая, что я будто барахтался на одном месте. Но не было бы счастья, да несчастье помогло. Из-за урона от огня моя сила вновь подскочила до божественной, и я начал грести со скоростью катера, к которому приделали двигатель от атомохода.
Кстати, ощущения от лавы после возвращения на божественную выносливость, стали даже приятными. Я будто попал в очень сильно раскочегаренную сауну. Правда, было страшно подумать, что там творилось с моей кожей. Но оказалось, всё не так плохо. Всё-таки божественный ранг, есть божественный ранг. А ещё, как я понял, лава имела какое-то магическое начало, потому как от неё внезапно защитило [Порождение презрения]. Так что, когда я буквально выпал из какого-то лавового бассейна, я обнаружил, что кожа даже не покрылась волдырями. Скорее было похоже на то, будто я очень долго просидел на солнце без солнцезащитного крема. Ну знаете, вот эти солнечные ожоги, когда тебе в итоге даже двигаться больно? Что-то похожее я ощущал и сейчас. Причём лава вытекала даже из штанов, которые, к моей огромной радости, были целы и невредимы. Как и перчатки. А вот сапоги остались где-то там в бассейне.
Ещё удивительнее было то, что даже волосы почти не пострадали. Просто укоротились в два раза. Ну и когда я хлопками потушил горящую голову, обнаружил, что кончики теперь были опалены.
– Стрижка-вспышка, – пошутил я и осмотрелся по сторонам.
Это было какое-то тёмное, зловещее место, пропитанное потом, кровью и отчаянием рабочих, трудящихся не покладая рук. В общем, выглядело это место, как типичный завод где-нибудь в Челябинске. Огромных масштабов и размеров конвейерные линии тянулись практически на километры. Какие-то монструозные чаны черпали ту самую падающую лаву, чтобы увезти неизвестно для чего.
Но это было ещё не всё. Из любопытства я запрыгнул на возвышающуюся конструкцию, похожую на основу строительного крана, и осмотрел всё это пространство сверху. Сотни, а может и тысячи осадных танков. Про мотоциклы и говорить нечего. Здесь они, похоже, делались просто на сдачу от стружки металла, оставшейся при производстве. Но самое главное, это два громадных робота-часовых, которые превосходили свой прототип размерами раза в полтора. И несли с собой не примитивные цепи, а по боевому молоту и встроенные в руки осадные орудия как в танках.
Но два это были уже полностью собранные. На линиях я видел уже готовящиеся новые детали для гигантов. Так что скоро, их должно стать значительно больше.
Я аж потерял дар речи, глядя на всё это. В голове тут же пронеслись услышанные двергарские разговоры, и пазл сложился. Ну не нужны были такие силы для того, чтобы уничтожить каких-то там кинокефалов. Уж явно не такой громоздкой техникой. Для отлова кочевников нужны быстрые мобильные отряды. А не танки и человекоподобные мехи. Здесь явно всё сложнее. Ощущение, будто двергары собирались подчинить себе всё пространство бездны. Но только ли его?
Молнией меня пронзила догадка:
– Они собираются на поверхность, – прошептал я.
Нападение на кинокефалов было просто испытанием новой боевой техники. И оно бы прошло удачно, если бы я не вмешался.
Впервые за долгое время я растерялся. Пользуясь окружающим меня непроглядным мраком, я уселся на металлическую сваю под потолком и задумчиво смотрел за всем происходящим. Коренастые бородатые рабочие неустанно трудились на линиях. Но не только они. Немалая часть двергаров выступала в роли надсмотрщиков за рабами, которые выполняли наиболее тяжёлую и грязную работу. Немало среди них было кинокефалов. Но каково же было моё удивление, когда я увидел рабов также множество дроу.
Заинтересованный, я спустился чуть ниже, стараясь, чтобы меня всё же не заметили. Благодаря этому, я смог получше присмотреться к снующим из стороны в сторону рабам.
И да. Как мне и показалось на первый взгляд, среди остроухих витало какое-то напряжение. Было заметно, что они старались держаться отдельными группами и бросали друг на друга неприязненные взгляды.
«Дроу даже здесь остаются дроу», – подумал я про себя, качая головой.
Пока они терзали друг друга в междоусобных клановых войнах, двергары как-то смогли объединиться и достичь немыслимых высот. Так что, даже если бы я не обрёк Нар’Лагас сам, это сделали бы поднявшиеся наверх двергары. Причём такими силами, они сравняли бы город с землёй просто мимоходом, продвигаясь к выходу на поверхность.
Сидя на своей жёрдочке, я понял, что планы у меня меняются. Нельзя так просто отсюда уходить. Нужно подпортить планы двергаров. Вот только как? Начать бегать вокруг и крошить всё что вижу? Вариант был не самым дурацким. Хотя на самом деле, он был просто дебильным. Да, я был бы в состоянии разломать несколько сборочных линий. Перебить уйму народу. Но масштаб этого завода был настолько колоссален, а помещения его тянулись просто на километры вдаль, что мои телодвижения будут казаться здесь какой-то малозначительной вознёй.
Да, сила и выносливость у меня могли быть божественными. Но это по-прежнему достигалось тем, что я заходил на порог плана смерти. А это не одно и то же, когда ты имеешь подобный ранг честно.
Значит, нужно было сначала узнать, как тут вообще всё устроено. Поймать кого-то из полуросликов и допросить? Рискованно. Один лишь факт того, что меня до сих пор не засекли, был большой удачей. А уж тем более рыскать здесь мне никто не даст.
И тут у меня брови медленно поползли от изумления. «Люди⁈» – не поверил я своим глазам. Начиналась пересменка рабов. И взамен уже еле держащимся на ногах пришли чуть более свежие работники, среди которых я увидел пару десятков своих сородичей.
– Вы то здесь как оказались? – покачал я головой.
Но на самом деле это был мой шанс. Я нашёл в толпе уходящих дроу самого физически крепкого, сопоставимого с моими габаритами. Подловив момент, я медленно спустил на цепи свой меч и нанёс ему удар в спину, после чего подтянул труп к себе.
Так я разжился серой мешковатой робой, под которой смог скрыть свои классные штаны с карманами. Проблема была только с мечом. Под одеждой его было не спрятать. Поэтому с молитвами всем богам я попробовал всунуть его в карман штанов. Хотя по всем прикидкам, он не должен был туда пролезть, ну никак. Но артефактная одежда меня снова удивила. Стоило мне попытаться чуть сильнее впихнуть невпихуемое, как карман растянулся и [Истязатель] скрылся в его недрах. Туда же отправились и обе мои цепи. «Хм. Может сюда и мотоцикл бы влез?» – подумал я.
Но шутки шутками, а надо было действовать. И мне даже пришлось нацепить на себя так ненавистный мне рабский ошейник. Далее я начал наблюдать за группой людей. Их разделили на два отряда. Один отправили в какое-то другое место. А другой остался относительно неподалёку, с заданием таскать какие-то на вид очень тяжёлые мешки. «Отлично. Это мне подходит», – решил я.
Пришлось ещё около часа надзирать за надзирателями, ожидая удобного момента, чтобы влиться в новый трудовой коллектив. И мне повезло в том, что старая смена надсмотрщиков сначала принимала новую смену рабов, а потом уже сменяли их. Так что новопришедшие надзиратели не заметили, что внезапно среди рабов появился новый человек.
Я просто спрыгнул возле кучи мешков и как ни в чём ни бывало схватил два из них и взвалил на плечи. Стоявший в этот момент неподалёку темноволосый небритый парень с густыми бровями выпучил на меня глаза и хотело было задать вопрос:
– Ты ещё кто…
– Но я дёрнулся вперёд и нанёс ему лёгонький удар под дых.
– Эй⁈ Что у вас там⁈ – окликнул нас двергар, который только что сменил предыдущего.
– Всё нормально, шеф! У него просто спину прихватило от нагрузки! – ответил я.
А сам тем временем склонился над повисшим у меня на руке и прошептал ему на ухо:
– Заткнись и веди себя естественно, если хочешь жить.
Двергара же мой ответ не устроил, и он лично подошёл проверить, всё ли в порядке. И стоит отдать должное. Парень быстро взял себя в руки и столкнувшись лицом к лицу с полуросликом мило улыбнулся и затараторил:
– Простите, господин! Что-то щёлкнуло в спине! Я уже готов продолжать работу!
Надзиратель лишь хмуро окинул нас взглядом и не говоря ни слова огрел плёткой сначала темноволосого, а затем и меня.
– За работу! Живо! – проорал он во всю глотку. Настолько широко раскрывая рот, что я смог подробно рассмотреть его полусгнившие зубы.
«Шестёрка на удаление», – подумал я. И за свою задумчивость снова получил удар плетью по спине.
– Живее, мразь! Я кому говорю, тварь⁈
Я угрюмо подхватил мешки и понёс их на какую-то платформу, думая про себя: «Я тебя, сука, запомнил, и ты будешь умирать медленно».
Люди в рабских ошейниках непонимающе на меня косились. А потом косились уже удивлённо, когда замечали, что я с лёгкостью таскаю сразу по два мешка. Но, как ни странно, мне помог тот темноволосый. Он успокаивал своих товарищей, что-то шепча им. После чего они уже не так ошалело на меня таращились.
Я встретился с ним взглядом и кивнул в знак благодарности. Он ответил тем же, и мы продолжили работу. Гора мешков казалась просто бесконечной. Ненароком я открыл один из них, чтобы вообще понять, что за дрянь мы таскаем. Но это мало мне что дало. Какой-то чёрный порошок, состоящий из мелких и крупных частиц. Но тут я услышал за спиной:
– Это углерод.
Всё тот же парень подошёл к мешкам, чтобы взять новую ношу.
– Его в сплавы добавляют, – добавил он, взваливая ношу на плечи.
– Ну это понятно, – ответил я, повторяя за ним.
Я хотел спросить ещё кое-что, но надзиратель быстро пресёк все разговоры диким криком, оповещающим о том, что он всем нам вырвет языки, если услышит ещё хоть одно слово.
Пришлось просто работать аж до конца смены. Я даже сбился со счёта, сколько времени прошло. Но по ощущениям не менее часов двенадцати. Я уже думал, что скорее Игос откроет портал прямо здесь, чем эта скучная смена закончится.
Физически мне было совсем не тяжело. Несмотря на то, что я делал работу за двоих. Хотя потом я задался вопросом, а зачем я вообще это делаю, если можно было носить как все по одному мешку? Но вот девчонки, несмотря на то, что сила у них была чуть повыше, чем у обычного человека, к середине смены уже еле волочили ноги.
Я уже просто подходил к ним и молча взваливал на свои плечи ещё и их мешки. Надзиратель хотел было повозникать, но я зыркнул на него таким взглядом, что он как-то резко притих и больше не мешал помогать братьям и сёстрам моим меньшим.
Девушки смотрели на меня благодарными глазами. Особенно одна пышная блондинка с размером груди, выходящим за все рамки приличия. Даже находясь в такой ситуации, она пробовала со мной флиртовать лишь одним лицом. И я был даже благодарен этому двергару за то, что она так сильно всех напугал наказанием за разговорчики.
От нечего делать я также развлекался тем, что изучал окружающих. Пара воинских классов. Девчонки, ожидаемо, маги и целители. Несколько стрелков. Всё очень стандартно. Кроме темноволосого. У него был класс, доселе мне не встречавшийся.
Характеристики же этой группы не поднимались выше необычного ранга. Что, впрочем, для гражданских было уже хоть что-то. Значит, даже успели где-то раздобыть эссенции.
Так мы и отпахали до конца смены. Народ еле волочил ноги, а я флегматично наблюдал за тем, как отдельные погонщики двуногого скота отправляют нас на отдых. И тут я услышал за спиной:
– Этот может ещё смену отходил бы? Смотри, как бодро себя чувствует!
Я обернулся и увидел, что сразу двое погонщиков смотрели на меня и лыбились такими же гнилыми, как у их коллеги, зубами. И они даже не понимали, что сейчас собственными руками подписывали себе приговор. Терять ещё лишнее время на таскание грёбаных мешков я не собирался ни при каких условиях. Уж лучше я реально разнесу тут всё голыми руками.
Но тут меня удивил наш надзиратель, который вёл себя довольно тихо в последнее время. Он подошёл к погонщикам и сказал:
– Не надо. Он и так за двоих работал. Хороший раб.
– Хороший, говоришь? – усмехнулся один из погонщиков. – Ну ладно. Пусть набирается сегодня сил. Давай, пошёл!
Меня огрели по спине плетью, для проформы, но я даже почти не разозлился. Скорее я был удивлён поведением надзирателя и про себя подумал: «Ну ладно. По-возможности, я тебя пощажу».
Нас повели через цеха в длинный коридор, который, как оказалось, вёл в бараки. Это было несколько обширных помещений. Но прежде чем туда войти, мы проходили мимо пункта выдачи еды. Каждый по очереди подходил к жирному двергару стоящему возле огромной кастрюли и получал тарелку какой-то непонятной каши.
Когда подошла моя очередь, повар (или кто он здесь?) смерил меня взглядом и усмехнулся:
– Слишком ты уж жирный для целой порции. На тебе половинку! Худей.
И вместо полной миски он плюхнул мне этой жижи просто немного на донышко.
Я хмуро посмотрел на свою порцию, а потом на двергара и ответил:
– Знаешь? Ты прав. Надо бы немного похудеть. Не буду сегодня есть.
Сказав это, я отвёл руку с миской в противоположную сторону от повара и с размаху швырнул её прямо в наглую ухмыляющуюся рожу. Я уже готовился к предстоящей схватке с погонщиками. Но обернувшись, увидел, что они всем скопом ржут как кони, схватившись за животы. Пока повар пытается остановить кровь из носа.
Проржавшись один из погонщиков ткнул плетью девушку недалеко от меня и приказал ей:
– Займись им. Только без глупостей.
После этого он снял с неё ошейник. Что было странно. Обычно рабские ошейники не препятствовали самой возможности применения магии, если рабовладелец не против.
Девушка же коротко кивнула и подбежала к пострадавшему, прикладывая светящиеся зеленым ладони к его лицу. Перелом это не исправило, зато кровь течь перестала. И этого видимо было достаточно для наших надзирателей. Один из них, тот, что приказывал целительнице, подошёл ко мне и спокойным тоном проговорил:
– На этот раз ты меня позабавил. Но ещё одна такая выходка и я подвешу тебя на цепи и буду медленно окунать в лаву начиная с ног. Ты меня понял?
– Угу, – буркнул я и демонстративно развернулся, шагая за остальными в барак.
Насколько была недовольна рожа этого местного заправилы мне уже было плевать. Всё равно он скоро окажется на плане смерти. Уж я то об этом позабочусь. А пока что мне надо было позаботиться о получении нужной мне информации. И начал я, конечно же, с темноволосого.
Он будто меня и ждал, не отходя далеко от входа в барак.
– Ну так и кто ты такой? – хитро прищурился он, припадая губами к своей порции каши.
Я в ответ лишь пожал плечами и проговорил:
– Деменс. Берсерк.
– Хм. Ну а я, Гермес. Трикстер.
– Необычный класс, – заметил я. – За что ты его получил?
Тот пожал плечами:
– Да я сам не особо понимаю. Но наверное, за фокусы.
– Фокусы?
– Да, фокусы. Ну знаешь? Артисты на улицах Парижа пользуются спросом у туристов, – Гермес снова хитро улыбнулся.
А я же покачал головой:
– Бездна не даёт силы за простые фокусы. Твои фокусы должны на кого-то воздействовать.
– Ну ладно, раскусил, – засмеялся парень. – Порою люди не особо добровольно жертвуют бродячим артистам. Иногда нужно им в этом помочь. Без их ведома.
Я сложил руки на груди:
– Значит, ты вор?
– Ну зачем так грубо? – начал было кривляться Гермес, но, напоровшись на мой осуждающий взгляд, вздохнул, – ну да, я вор. Уж извините! Когда твоя мамаша работает проституткой, а отца ты никогда и не знал, у тебя не особо много социальных лифтов.
– Ладно. Проехали. Расскажи мне, как тут всё устроено.
Гермес снова ухмыльнулся:
– Значит, ты действительно взялся из ниоткуда. Давай так. Ты мне расскажешь, зачем ты здесь, а я поведаю тебе обо всём, что знаю.
– Хорошо. Договорились.
Услышав, что я сам пришёл сюда с поверхности, Гермес сначала даже не поверил. Но я ответил, что мне плевать, верит он мне или нет. И пусть лучше расскажет, как здесь оказались люди.
И, как ни странно, в бездне находилось намного больше людей, чем я думал. Кто-то был воодушевлён новыми возможностями, дарованными бездной. Подумать только! Ты мог стать самым настоящим суперменом, если рискнёшь и спустишься вниз. Но помимо позитивной мотивации была и негативная. А именно преследование одарённых со стороны властей. Да и не только. Поэтому беглецы сбивались в группы, чтобы было проще.
Одни пытались скрываться на поверхности, находясь постоянно в бегах. Те, что посмелее, находили путь в бездну, в попытках развить свой дар. И среди обоих этих типов мелких кланов ходили слухи про Проклятых. Якобы мы клан самых сильных одарённых на планете. И вообще, мы сражались в бездне, когда про неё ещё никто даже слыхом ни слыхивал. И мы бывали там, где «мопсы» какать опасаются.
– Скажи, это всё правда? – наконец спросил меня Гермес.
Я пожевал губами, подняв глаза к потолку, но был вынужден кивнуть в знак согласия:
– По сути, в общих чертах, это так.
После моего ответа трикстер начал смотреть на меня с каким-то благоговением, что заставило меня закатить глаза и выдохнуть:
– Ну вот чего ты начинаешь? Нормально же общались.
Собеседник резко подобрался и приобрёл серьёзный тон:
– Какой у нас план? – спросил он.
– Я сам пытаюсь понять, – пожал я плечами. – Я здесь вообще мимо проходил. Однако смотрю, слишком как-то весело тут у вас. Дай, думаю, задержусь.
– Да уж, не соскучишься, – вздохнул Гермес.
Я решил его подбодрить:
– Не вешай нос. У мен в планах, уничтожить этот завод. Но раз уж вы тут, попробую и вас вытащить. Если вы мне поможете.
– Всё что угодно, чтобы отсюда свалить. Пойдём, познакомлю с остальными. Вместе уже подумаем, что можно сделать.
Под остальными Гермес подразумевал свой клан. Собственно, это и были все люди, которые сюда попали. А также одиночки, которые присоединились к ним уже здесь. Они называли себя Изгои. Часть из них была мелкими преступниками, как Гермес. Но отморозков вроде убийц и грабителей они к себе не принимали. Также было много всяких бродяг, которые не вписывались в общество ещё и до прихода бездны. А с получением её даров так и вовсе стали персонами нон-грата. Но объединяло их одно. Они не побоялись спуститься вниз, чтобы развивать свои силы.
Сначала ныкались в окрестностях одного из выходов в пирамиду, охотясь на самых слабых монстров. Потом, когда переоценившие свою смелость, отсеялись, начали совершать рейды на отдельные стаи монстров.
И в один из таких рейдов Изгоям не повезло. Они нарвались на дроу. Только это были не клановые бойцы, а как я понял, а какая-то самостоятельная шайка, позволявшая себе иметь дела с двергарами. Они давали цену за рабов намного более щедрую. Поэтому дроу передали людей в Горнаст, а не в Нар’Лагас. И наверное, Изгоям в этом даже повезло, учитывая, что творили с рабами те же кунасы.
То, что я пришёл сюда сам, многие восприняли как шутку. Но когда я самостоятельно снял свой ошейник, большинство сомнений тут же отпало. Но не скепсис.
– И какой у тебя план? – спросил один из Изгоев. Из той части клана, что не учавствовала в переноске мешков с нами.
Я скрестил руки на груди и пожал плечами:
– У меня нет плана. Я силён своей импровизацией.
– Прекрасно! – вздёрнул руками вверх изгой. – Нас пришёл спасать камикадзе!
– Кто сказал, что я пришёл за вами? Если что-то не нравится, я никого за собой не тащу.
Недовольный как-то резко стих, но возникшую неловкость поспешил рассеять Гермес:
– Воу-воу! Тише, ребята! Впервые за долгое время у нас появился хоть какой-то шанс на побег. Или вы предпочтёте подохнуть здесь?
Желающих подохнуть здесь, конечно же, не нашлось. Но резонный вопрос, о том, что вообще делать всё же был озвучен. На что я ответил, что для того, чтобы придумать, что делать, мне нужно понимать, как тут всё работает.
И по обрывочным сведениям, полученным от Изгоев, я смог понять, откуда у двергаров столько ресурсов. Оказывается, вся эта льющаяся сверху лава была совсем даже не лавой. Вот тут я боюсь ошибиться, но как я понял, это, по сути, была смесь из различных расплавленных металлов. То есть двергары сидели практически на источнике бесконечных материалов.
– Погодите, – покачал головой я. – Но ведь они не используют всю эту лаву. Излишек ведь куда-то стекает?
– Тут точно непонятно, – развёл руками Гермес. – Стекает она в этот огромный бассейн. Но он на нашей памяти ещё ни разу не переполнялся.
– Вполне возможно, что лава течёт по кругу, – предположил один из Изгоев.
– Поясни?
– Ну, смотрите. Она собирается со всего этажа в этом вулкане. Затем стекает в бассейн. Но где её изначальный источник? Так может, его изначально-то и нет? Это как с водой. Она выпадает дождём, собирается в лужи, затем снова испаряется. И так по кругу. Что, если после бассейна лава идёт куда-то в недра, проходит путь и снова поднимается к вулкану?
– То есть, если существует какой-то путь, по которому она идёт вниз из бассейна, можно было бы попробовать его перекрыть, и лаве будет некуда уходить? – предположил я.
– В теории.
– Угу, теоретики. Только как вы это сделаете? – всё не унимался тот самый недовольный, разговаривая издевательским тоном.
Это уже начинало меня раздражать. Я окинул его неприязненным взглядом и спокойно, но со сталью в голосе ответил:
– Ещё одно слово с твоей стороны, никак не помогающее делу, и я выбью тебе зубы.
Между нами тут же появился Гермес, пытаясь уладить нарастающий конфликт:
– Ребята! Рат! Тише! Склоки нам никак не помогут.
Поднятый шум тем временем начал привлекать внимание остальных рабов, уже подозрительно косящихся в нашу сторону.
Этот Рат же всё не унимался и из-за спины Гермеса начал сыпать мне угрозы:
– Ну давай попробуй! Подойди, русский! Думаешь, я не справлюсь с дикарём⁈
Я на самом деле даже не разозлился. В какой-то мере мне было скорее смешно с этого дурачка, но гавкающую шавку надо было успокоить, пока он не привлёк ещё больше ненужного внимания.
Поэтому я одной рукой аккуратно приподнял Гермеса и переставил его в сторону. А второй тут же дал лёгкую по моим меркам пощёчину скандалисту. Её хватило на то, чтобы отправить того в глубокий нокаут. И два зуба, кстати, всё же по полу покатились.
Я демонстративно отряхнул руки и посмотрел на замолчавших Изгоев:
– Итак, запоминаем вот что. Я никогда не бросаю слов на ветер. В этом вы уже могли убедиться. Так что и обещать я вам ничего не буду. Кроме того, что сделаю всё, что смогу, чтобы вытащить вас. Но главное – это разрушить завод. И пока мы это не сделаем, никто никуда не уйдёт. Так что в ваших интересах мне помочь.
Повисла задумчивая тишина. Кто-то смотрел молча в пол, почёсывая подбородок. Кто-то перетаскивал Рата на лежанку, чтобы тот не валялся на сыром полу. Но тут подла голос та самая пухленькая блондинка:
– Кажется, я знаю. На прошлой неделе меня отправляли работать в новый цех.
– Это когда забирали тебя одну? – уточнил Гермес.
– Да. Я тогда не придала этому значения. Но рабов там как таковых было совсем мало. Больше работали сами двергары. Но самое интересное, как поняла, они разрабатывали там взрывчатку.
– И как ты это поняла?
– Ну во-первых, отец моего бывшего был бойцом ИРА, отвечавшим именно за всякое взрывающееся. И сами принципы изготовления мне знакомы, хоть и использовались там незнакомые компоненты. А во-вторых, когда один из двергаров чуть не уронил одно из готовых изделий, его там на месте прибить хотели. Я опять же значения этому не придала, но теперь…
Я задумчиво почесал бороду, после чего кивнул:
– Сможешь объяснить, как туда добраться?
Объяснить-то она смогла. Но вот я снова был не уверен, что правильно всё понял и запомнил. Девушка повторила путь трижды, но всё осложнялось тем, что она и сама уже не совсем помнила, как туда пройти. В итоге я сделал вид, что всё понял, и направился было к выходу. Но меня остановил Гермес:
– Погоди! Ты уйдёшь прямо сейчас?
– Нужно действовать, пока идёт день и поток лавы на пике. А ждать ещё сутки я не могу. И так возникла слишком долгая задержка.
– А как же мы? Что делать нам?
– Хм. Действительно, – задумался я.
А потом решил, что тут думать? Я дам им возможность, а за свою свободу они уже пусть сражаются сами. Поэтому я молча подошёл к Гермесу и через секунду половинки его ошейника упали на пол. Не говоря ни слова, я разломал ошейники всех изгоев, и те непонимающе на меня уставились. Я же поспешил им пояснить:
– Пока я разбираюсь с заводом, ваша задача выбраться отсюда наверх и ждать меня. Там уже что-нибудь придумаем.
Изгоям явно этот план не нравился. Хотя, наверное, он их скорее пугал. Но перчить мне никто не стал. Кроме начинавших собираться вокруг дроу.
– Вы что задумали, белокожие⁈ – возник передо мной высокий статный мужчина, держащийся как типичный аристократ дроу.
Таких-то я уже насмотрелся.
– Побег, – спокойно ответил я.
По рядам остроухих прошло волнение, но вскоре я услышал голос:
– Мы с вами! Сними и наши ошейники!
Я посмотрел на них скептически и спросил:
– Из какого вы клана?
– Венатур, – ответил тот первый подавший голос. – Если поможете сбежать, матриарх Сунера щедро вас одарит!
Видимо, они здесь уже давно. И поначалу я не хотел рассказывать им последние новости из Нар’Лагаса. Но вскоре передумал. Только нужно было немного исказить правду, чтобы использовать остроухих в своих целях.
– Вряд-ли Сунера уже сможет хоть кого-нибудь одарить, – покачал я головой.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурился дроу.
– Вы тут, видимо, уже давно и не в курсе произошедшего. Поэтому плохие вести придётся принести мне.
Дроу уставились на меня, напряжённо ожидая моих пояснений. И я не стал их томить, продолжив:
– Нар’Лагас пал. Двергары полностью его уничтожили.
Сказанное мной подняло шум и естественно мне сразу не поверили. Но я поспешил доказать, что действительно был в Нар’Лагасе и поимённо знаю всех матриархов и даже как зовут дочь Сунеры. Чего простой чужак, вряд ли мог знать. А затем я привёл свой главный довод:
– Вы же видели, что здесь происходит. Все эти огромные осадные танки и механические великаны. Для чего, по-вашему, двергары всё это производят? И кто является их главным врагом?
На лицах дроу я начал замечать понимание. Аристократ тихо прошептал, глядя в пол
– Неужели…
– Да. Вы сами помогали своим врагам создавать оружие против дроу.
Пришлось ещё немного подождать, прежде чем волна эмоций схлынет и остроухие успокоятся. Когда все стадии от отрицания до принятия прошли, а аристократ посовещался со своими дроу, он снова вернулся ко мне и обратился уже без этой, свойственной дроу надменности:
– Сними наши ошейники. Дай нам возможность отомстить.
– Не слышу главного слова, – ответил я ему скептическим взглядом.
И тот понял, что раз я так близко знаком с дроу, то явно не могу питать к ним тёплых чувств. Но стоит отдать им должное. Видимо, проведя столько времени в качестве рабов, спесь и высокомерие немного с них слетели. Поэтому вскоре я увидел немыслимое. Вся группа венатуров разом встала передо мной на одно колено и аристократ заговорил:
– Ещё раз прошу тебя. Сними наши ошейники и дай возможность отомстить презренным двергарам за наш народ!
Я кивнул, а про себя подумал: «Вот бы ваш народ весь через двергарские казематы провести. Может и простоял бы ваш город подольше».
Но вслух я промолчал. И тихо начал разламывать один ошейник за другим. Когда последнее средство сдерживания рабов упало на пол, я обратился к их главному:
– Теперь ждите. Я освобожу остальных рабов. Так, у вас будет больше шансов выбраться.
Аристократ молча кивнул, соглашаясь с моим планом. А я подошёл к выходу из барака, предварительно аккуратно достав из кармана свой меч и намотав цепь на руку.
Выносить дверь ударом я не стал. А просто хорошенько на неё навалился, чтобы получилось не так громко. Но всё же пронзительный скрежет привлёк внимание надсмотрщиков. Но я порубил их быстрее, чем они успели что-то сообразить. Меч на цепи пробил насквозь первого стоявшего двергара. Зачем расчленил его пополам и по широкой дуге поразил ещё троих. Оставалось двое, но и с ними долго возиться не пришлось.
Поэтому вскоре я подошёл к следующей железной двери барака и её то уже вынес ударом ноги, привлекая к себе внимание пленников.
Войдя внутрь, я подбоченился и поприветствовал всех собравшихся:
– Вечер в хату, арестанты!
Мой взгляд проскользил по заключённым здесь кинокефалам и остановился на единственном несобакоголовом. От вида которого, мои брови поползли вверх:
– О-па! А ты тут какими судьбами?
