Текст книги "Апостол (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Кошкин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц)
Глава 11
Захват
В зале с низким потолком находилось множество своеобразных… э-эм… капсул? Хотя это было слишком громкое слово для небольших отсеков из какой-то жести, на которой были нанесены руны. И я уже достаточно часто видел руны стазиса, чтобы узнать их с первого взгляда.
Но куда интереснее были те, кто в этих отсеках находился. Около полусотни человек были обездвижены, но ни Беллы, ни Данте среди них не было. Объединяло их главным образом то, что все они были азиатской внешности. Но не только это. У большинства на теле виднелась чешуя, покрывающая шею, середину груди и часто спускающаяся на живот.
У кого-то также были заострённые удлинённые уши, хотя дроу они явно не были. У кого-то на руках виднелись когти вместо ногтей, либо длинные клыки, выпирающие изо рта.
Я по связи передал магам и стрелкам из нашей группы, пока что сюда не соваться. В замкнутых пространствах они были слишком уязвимы. Поэтому вперёд медленно пошли я, Варгал и Силина.
– Это что за твари? – произнесла вслух дроу.
Но ответа у меня не было. Хотя на краю сознания мелькала одна мысль, что всё это кажется мне весьма знакомым. Не антураж, а изменения в людях. Чешуя, когти, клыки? Всё это выглядело, как те мутации, которыми я в своё время побрезговал. И выходило, что явно не зря.
Вот только, откуда здесь столько мутантов? Причём самое интересное, что мутации бездны у них были, а классы отсутствовали.
– Что будем с ними делать? – спросил Варгал.
Мне не хотелось связываться со всеми этими подозрительными товарищами. Поэтому я ответил:
– Пусть остальные заблокируют выход отсюда, а мы идём дальше за нашими.
Но стоило мне это произнести, как руны вокруг мутантов замигали и все разом погасли.
Наша троица застыла и во все глаза начала наблюдать за происходящим. Моя рука рефлекторно сжала рукоять меча, но я всё же вышел вперёд и выставил свободную ладонь перед собой:
– Мы не враги. Мы здесь просто мимо проходим, – произнёс я во всеуслышание.
Заключённые в ответ уставились на меня исступлёнными глазами, будто вообще не понимали, о чём я говорю. И меня начало одолевать нехорошее предчувствие, поэтому я решил их предупредить:
– Без резких движений.
– Деменс. Кажется, они не в себе, – заметила Силина, приподнимая свои сабли.
И она была права. Мутанты резко раскрыли рты, и мы схватились за головы, прикрывая ладонями уши от ударившего в нас визга. Тут же передо мной оказался один из мутантов, извлёкший из своего предплечья костяной клинок. Он попытался нанести им косой удар снизу вверх, но я заблокировал его уже своим таким же клинком и с удивлением заметил, что кость противника не сломалась. Также, как и не сломалась его нога, в которую я ударил [Истязателем]. Меч заставил его мышцы взорваться кровавым месивом, но вот кость перерубить не смог.
«[Стальные кости]?» – подумал я, отбрасывая врага ударом ноги.
– Отходите в коридор и не давайте им выйти! – скомандовал я Силине и Варгалу. – Берегитесь их крови!
Да. Кровь у них была кислотная, и мне впервые довелось прочувствовать на себе её воздействие. Всё бы было ничего, будь их пару человек. Но когда на тебя разом ринулась толпа людей с кислотой в сосудах, тут уже не до шуток.
В какой-то момент вообще пришлось зажмуриться, чтобы мне не выело глаза. В связи с этим я просто размахивал мечом во все стороны, отбиваясь от обезумевших мутантов.
Благо, чешуя их совершенно не спасала, так как считалась живой плотью и [Истязатель] с лёгкостью её прорубал.
Первый натиск я отбил, и мутанты поняли, что всё не так просто. Кожу нещадно жгло, но я приоткрыл глаза. Противники окружили меня и злобно скалились, не решаясь атаковать. Значит, какие-то остатки разума в них ещё присутствовали.
Часть из них пыталась выбежать в тот коридор, из которого мы пришли, но там их встречала волна заклинаний, в узком помещении, не оставляя им и шанса.
Те же, кто окружил меня, разинули рты и снова обрушили на меня свой ультразвук, который я кое-как пережил, но это была лишь затравка. Так как из их открытых ртов тут же вырвались плевки. Я сразу же догадался, что это [Кислотная слюна] и со скоростью молнии ринулся к ближайшему противнику, хватая того за горло.
Перекинув его через себя и выбив «страйк» из нескольких мутантов подальше, я тут же отрубил голову его соседу. Да, позвонки у них были также неразрушимы, но вот связки между костями были всё ещё уязвимы для [Истязателя]. Поэтому голова даже подлетела на полметра вверх, а из шеи хлынул фонтан крови, как это любят изображать именно японцы в своих фильмах.
Силина и Варгал прикрывали бойцов дальнего боя, пока одна половина мутантов рвалась к выходу. Со второй же в это время сражался я.
У нас не было в планах выпускать всех одарённых из тюрьмы. Уверен, большинство из них попали сюда не просто так. И эта обезумевшая орава лишь подтверждала мои догадки.
Какими бы слабыми они не были, но всё же пару костяных клинков вспороли мне живот, разрезав мою жилетку. А чьи-то когти расцарапали всю спину.
– Вот гады! Обновку испоганили! – выругался я, резко разворачиваясь и хватая какую-то истеричку за волосы.
Да, женщины здесь тоже были, хоть и немного. Отшвырнув её в стену и, видимо, сломав ей тем самым хребет, я встретил уколом меча сразу двоих противников, одновременно их нашампурив и приподняв в воздух.
Когда взмахом клинка я заставил их улететь в сторону, то обнаружил, что противников больше не осталось.
– Как там⁈ Все целы⁈ – крикнул я в сторону выхода.
– В порядке! – ответила мне Силина.
Вся группа вошла в помещение, и люди заозирались, как-то уже даже обыденно глядя на учинённую бойню.
– Что это за придурки? – спросил наш стрелок по имени Робин.
Я лишь пожал плечами:
– Без понятия.
На этот вопрос я бы и сам хотел узнать ответ. Поэтому тут же связался с Диной, чтобы они там не переусердствовали и оставили как можно больше пленных.
Она меня заверила, что умирают только те, кто сопротивляется. Многие же добровольно сложили оружие и сдались. Так что вся поверхность и остальные этажи почти полностью под нашим контролем.
Удостоверившись, что всё нормально, я подошёл к следующей двери. Она была такая же бронированная, но проблем доставила ещё меньше, так как открывалась в обратную сторону. Поэтому вынес я её одним ударом ноги. Кусок металла упал с диким грохотом, и я первым вошёл в помещение.
И открывшаяся картина была уже куда более понятной. Строившие эту часть тюрьмы явно вдохновлялись американскими наработками в области проектирования всяких исправительных учреждений.
Перед нами раскинулся общий зал со столами и скамейками, а по бокам виднелись многочисленные решётчатые камеры в два этажа.
Но самое интересное это то, что находящиеся здесь заключённые стояли в несколько рядов перед проходом, явно готовясь к бою. Причём мужчины и женщины в данный момент были вместе. Только парни вышли вперёд, прикрывая собой не столь многочисленных дам.
Тут же голос подал высокий широкоплечий мужик с бородой и сединой на висках:
– Ну что, братцы! Навались!
По его команде первые ряды сорвались с места и довольно скоро оказались передо мной. Бородач оказался ко мне ближе всех, и я на долю секунды даже растерялся, не понимая, как реагировать. Но когда передо мной оказался чужой кулак, думать мне перехотелось. Поэтому, уведя корпус влево и воспользовавшись колоссальным разрывом в ловкости, когда движения противника кажутся будто замедленной съёмкой, я мягко увёл его руку от себя. Затем я развернул мужика в обратную сторону и легонько толкнул в толпу, затормаживая сразу двух нападавших.
Однако остальные и не думали отступать. Казалось, что они собрались идти в последний бой, поэтому будто и терять им нечего.
Я уже думал, что придётся отправлять всех в нокаут и не сразу сообразил, что можно ведь обойтись малой кровью. Но, к счастью, об этом напомнил Варгал. Он появился рядом со мной и издал свой устрашающий рёв. Он сам по себе заставил толпу опешить. А когда я скомандовал всем замереть, применяя [Божественную волю], народ и вовсе застыл не в силах пошевелиться. Вот только не все.
Пока толпа стояла с разинутыми ртами и ошарашенно таращилась на нас с Варгалом, я заметил движение среди людей. А ещё сдавленный женский голос:
– Пустите! Дайте пройти! Да отойди ты, бездна тебя подери!
Матюгаясь, через строй протиснулась не кто иная, как Белла, и, выйдя вперёд, сначала радостно заулыбалась, увидев Варгала. Но когда заметила меня, её челюсть упала куда-то вниз, и её шок мало чем внешне отличался от шока остальных.
– Чего⁈ – Выдохнула она ошарашенно.
Затем она перевела взгляд на перевёртыша и задала вопрос ему:
– Это кто блин такой⁈ А ты в чём измазался⁈
Тигр флегматично осмотрелся по сторонам и принял человеческую форму.
– Ты сначала объясни, чего вы тут устроили? – усмехнулся Варгал. – Своих не признаёте?
– Так! Кошак! Ты мне тут зубы не заговаривай! Кто это, блин, такой⁈
Её палец упёрся в мою сторону, на что я недоумённо вскинул брови. С одной стороны, её реакция была нетипичной. Но с другой, вполне логичной.
– А у тебя оракул забрали? – отвечал ей Варгал. – Сама посмотри.
Белла явно уже давно запросила обо мне информацию, но до этого момента не могла поверить в происходящее. Рядом с ней уже стоял и Данте. Молодой парень с волосами средней длины и смазливым лицом. Он один из первых справился с шоком и теперь, не веря, улыбался:
– Да это же реально он! Белла, это Деменс!
Он не знал, что делать. То ли стоять на месте, то ли бросаться нам навстречу, поэтому просто застыл на месте.
На что я уже улыбнулся и вытер руку об жилет, дабы не обжечь никого кислотной кровью. Подойдя к Данте, я протянул ему ладонь, и тот ответил мне рукопожатием.
– Белла! Это реально он! – воскликнул маг, поворачиваясь к ведьмочке.
На её же лице отразился целый спектр эмоций. Шок сменялся недоверием, затем скепсисом, и, наконец, осознание происходящего заставило её улыбнуться и выдохнуть:
– Да ладно⁈
– Прохладно, – ответил ей Варгал. – Скажи лучше, какого чёрта у вас тут творится? Мы вас спасать пришли, а вы с кулаками.
Но объяснить они ничего не смогли, так как по всему залу вдруг завопили динамики:
– Вам что сказано, мать вашу⁈ Убейте их! Они опасны!
– А мне сдаётся, что не так всё, – как-то задумчиво изрёк возобладавший над собой бородач, который первым полез в драку.
Но стоило ему это произнести, как он тут же скорчился от боли и упал на колени. Это было явным воздействием рабского ошейника на его шее.
– Эта мерзость и здесь уже нашлась, – сплюнул я.
Не скрывая отвращения, я подошёл к мужику и лёгким движением сломал контролирующий артефакт.
Отдышавшись, тот встал на ноги и произнёс:
– Спасибо. Ну, теперь они у меня попляшут!
Тут же развернувшись на месте, он побежал куда-то сквозь толпу. Которая уже пришла в движение, и из неё выскочил ещё один парень с короткострижеными под ноль волосами. Ну, точнее, были стрижены они в том месте головы, где ещё остались. Немалая часть волос у него была сожжена вместе с левой бровью.
Зыркнув на меня глазами разного цвета, он воскликнул:
– Сними с меня! Быстрее!
Я пожал плечами и выполнил его просьбу. После чего заключённый побежал вслед за бородачом.
Из толпы же начали поступать неуверенные голоса: «Белла, это те самые твои друзья? Нам помогут?»
И ведьмочка с невозмутимым видом обратилась к собравшимся:
– Так, народ! В очередь! Сейчас этот бугай снимет с вас ошейники!
Я слегка скептически посмотрел на Беллу и негромко поинтересовался:
– Уверена, что стоить освобождать всех?
Та вновь повернулась ко мне и даже с каким-то укором спросила:
– Я? Да! А ты разве нет?
Я лишь пожал плечами, мол «как знаешь». По большому счёту, с чего это меня вообще должно волновать?
Много времени это не заняло. И большинство свежеосвобожденных тут же устремлялись в ту же сторону, куда убежал бородач и тот опалённый.
– Да что ж у вас там такое интересное происходит? – спросил я, наконец, когда последний заключённый лишился своего модного здесь аксессуара на шее.
– Пойдём, сам посмотришь, – как-то злорадно ухмыльнулся Данте.
Мы проследовали вглубь комплекса, но напоследок я шепнул Силине, чтобы она осталась на входе и никого не пропускала до моего возвращения. Та понимающе кивнула и в позе охранника встала посреди прохода.
Пройдя по лестнице наверх и обогнув пару коридоров, мы нашли убежавших заключённых, столпившихся у металлической двери. По которой бородач увлечённо долбил кулаком:
– Открывайте, мать вашу!
Тем временем из ниоткуда появился короткостриженый и отодвинул мужика со словами:
– Дай-ка, отец! Сейчас мы им устроим!
Он прицепил на дверь какой-то свёрток, после чего скомандовал:
– Все в укрытие!
Народ разбежался, кто куда, но я остался стоять на месте, заинтересованно глядя на происходящее. Когда в меня ударила волна пыли, поднятой взрывом, я не пошевелил и пальцем, лишь задаваясь вопросом, а откуда этот тип взял здесь взрывчатку?
Вот только дверь была настолько крепкой, что взрыв разве что поцарапал на ней краску. Строили тут явно на совесть.
Внезапно на связь вышла Аска:
– Деменс, что там у вас? Вы их нашли?
– Да, всё нормально, – ответил я. – Внутренняя тюрьма под нашим контролем.
– Целитель нужен?
– Пока нет.
Вскоре рядом со мной появилась Белла, и я задал ей вопрос:
– Может, уже объяснишь, какого хрена здесь творится?
– За этой дверью находится центр управления главной тюрьмой. То есть, именно этим сектором.
– А те, что наверху, как же?
– Это типа главной администрации и всякие вспомогательные службы. Самые же упыри засели здесь.
Белла с нескрываемой злобой посмотрела в сторону злополучной двери.
За моей спиной начал собираться и остальной народ, но я не спешил что-либо предпринимать. Вместо этого, я подробно расспросил Беллу и Данте о том, как здесь всё устроено.
Они сами не особо много знали. Заключённых отсюда никуда не выводили и лишними объяснениями не баловали. Но сопоставив то, что мы уже видели, с рассказом Беллы и Данте, я понял, что эта секция была особо охраняемой и, насколько это возможно, изолированной от остальной части комплекса.
Когда мы напали, поднялась тревога. Всем заключённым было велено занять свои камеры, но вскоре поступил противоположный приказ. Хотя это скорее был не приказ, а манипуляция.
Все заключённые знали, что находится за той дверью, через которую мы пришли. Каждый новичок, доставляемый сюда, проходил через предыдущее помещение, воочию наблюдая изменённых мутантов, содержащихся там. Это был один из способов сдерживания и препятствования побегу. Все знали, что попытайся они прорваться через главный вход, стазис будет снят, и томящиеся там мутанты нападут.
Но тут пришли мы, и местная администрация сообщила, что система стазиса повреждена, и скоро мутанты пробьются вовнутрь. Так что, у них был выбор. Попробовать справиться с изменёнными, либо же умереть в своих камерах.
Конечно же, никто им не сообщил, что пробивались сюда в первую очередь мы. Да и администрация, видимо, не верила, что нам удастся пройти через мутантов живыми. Поэтому так легко открыла камеры.
– Понятно, – заключил я. – Так, а вызверились вы на них так чего?
На это из толпы вышла девушка, кстати, также азиатской внешности, но вроде не японка, и стянула с себя верхнюю часть серого комбинезона. По всему телу виднелись следы многочисленных побоев. Синяки, ссадины и даже следы ожогов. Судя по всему, от окурков.
И она такая была не одна. Тот же бородач молча продемонстрировал мне внушительный ожог на спине.
– Это что они тут с вами делали? – спросил я, чувствуя, как во мне что-то закипает.
– Эксперименты, – сплюнул бородач. – Япошки, видимо, вспомнили свои фашистские корни из отряда семьсот тридцать один. Проверяли устойчивость одарённых к разным агрессивным условиям. Жар, холод, электрический ток. Пойдём, покажу.
Бородач махнул рукой, указывая следовать за ним. Меня отвели в отдельное крыло тюрьмы. На первый взгляд, оно напоминало какой-то госпиталь. Но чем дольше я всматривался в окружение, тем страннее выглядела картина. Чаны с водой и льдом, непонятная аппаратура, инструменты для вскрытия. Всё это явно не имело никакого отношения к целительству.
Но и это было не всё. В конце меня отвели в местный морг. Там уже лежало пару десятков тел с признаками явных издевательств.
– Это те, кто больше всех качал права, – пояснила Белла. – Таких забирали в первую очередь.
– Зная тебя, странно, что ты не здесь, – вздохнул я.
Ведьма посмотрела на меня укоризненным взглядом и пристыдила:
– Неуместная шутка.
Я почувствовал себя не в своей тарелке. Высказывание с моей стороны действительно было идиотским, и я даже не мог понять, что меня на него подтолкнуло. Возможно некоторое безразличие, которое я ощутил, глядя на мёртвые тела? Мёртвым уже всё равно. И в их смерти не было ничего плохого. Напротив. Смерть избавила их от страданий. Сочувствовать же нужно было живым.
– Извини. Глупость сморозил, – ответил я. – Пошли. Устроим вам праздник.
Дверь в административный отсек этой зоны выбилась довольно легко, под разинутые от удивления рты заключённых.
Ещё более удивлённо выглядели сотрудники учреждения, когда посреди прохода появился я. Удивились они настолько, что даже не сразу догадались вскинуть своё оружие и открыть огонь.
Убивать я их не стал. Короткими рывками от одного человека к другому, я вырывал из их рук автоматы и пистолеты (порою вместе с пальцами), пока тарахтение отстреливаемых патронов не стихло.
Повисла немая тишина, в ходе которой ошарашенные «мопсы» переводили взгляды то на меня, то на волками глядящих заключённых.
Мельком я отметил, что большинство чёрных военных форм спецотдела носили ещё и шевроны с белым флагом с красной окружностью посредине. Так, в международной структуре отмечали принадлежность к той или иной стране. Но, на удивление, были здесь не только японские флаги. Имелись также и флаги США. Но взгляд мой зацепился за выделяющийся среди всех флаг Румынии.
– Опа! Иди-ка сюда.
Я выдернул из толпы испуганного человека лет тридцати, отвёл его в сторону и спросил:
– Ты-то, как здесь оказался?
«Мопс» сглотнул и ответил:
– Командировка.
– Вот значит как? Интересно, – почесал я подбородок свободной от удержания пленного рукой. – Ты из спецотдела? Давай рассказывай.
Хоть и нехотя, но допрашиваемый кое-что мне рассказал. Не так много, как хотелось бы, но уже что-то. Он сам был принят в спецотдел недавно, поэтому знал немного. Их задачи мне уже были известны. Сродни они были тем задачам, что обычно выполняют всякие КГБ, ФСБ и иже с ними. Вот только формально в рамках всего мира и в отношении «потусторонних угроз».
Эта тюрьма предназначалась, очевидно, для содержания одарённых, которые отказываются сотрудничать с МОППС в плане противодействия всяким этим угрозам. То есть те, кто отказался применять свои обретённые силы на благо МОППС. Но не только вот такие свободолюбивые товарищи здесь были. Те, кто успел накуролесить с помощью сверхсил, к сотрудничеству даже не приглашались.
– А что насчёт экспериментов? – спросил я у «мопса».
– Про это я ничего не знал, пока сюда не прибыл, – замотал тот головой. – Это какая-то местная самодеятельность.
– А чего наверх не доложил? У тебя же есть своё руководство?
– Так кто ж мне даст? Связь с внешним миром здесь строго ограничена.
Я на пару секунд задумался, и «мопс» воспользовался этим, чтобы задать мне вопрос:
– А что со мной будет?
Я взглянул на него оценивающе и пожал плечами:
– Если народ подтвердит, что ты в издевательствах не участвовал, я тебя отпущу. И даже пальцы ломать не буду.
Тот облегчённо выдохнул и, как оказалось, не зря. Большинство заключённых его вообще впервые видело. Зато остальных собравшихся здесь знали очень хорошо.
Я не стал никак ограничивать людей в их жажде мести. Пользуясь возросшим до небес авторитетом, Белла взяла командование в свои руки. С помощью бородача и опалённого парня она скооперировала людей, и те вывели администрацию этой зоны в общий зал. Где уже и потекла кровь.
Я никак в этом не участвовал, а лишь наблюдал со стороны, придерживая шокированного румынского «мопса», чтобы тот не сбежал.
Вместо расправы я спокойно наблюдал за поведением отдельных заключённых. Все они были злы на своих тюремщиков. Но вот обагрять свои руки кровью спешили не все. Ярче всех на этом поприще сиял именно парень с ожогом. Отобрав у одного из тюремщиков резиновую палку, он ею же забил того насмерть, оставив лежать в луже крови.
Смачно харкнув на труп, он повернулся к остальным и воскликнул:
– Чего смотрите⁈ Или хотите сказать, я не прав⁈ Скольких эта гнида замучила, а⁈
Спорить никто с ним не стал. Напротив. Та азиатка, что первая показала мне следы побоев, достала найденный где-то пистолет и со стеклянными глазами прострелила голову одного из тюремщиков, стоящих на коленях.
Такие методы пришлись остальным больше по душе. Но всё равно лишь некоторые отваживались брать оружие и выносить мозги своим тюремщикам.
Это касалось в первую очередь надсмотрщиков из МОППС. Людей в белых халатах люди оставили на самое вкусное. Тут уж жалости не было ни у кого. Бородач, до этого не участвовавший в карательных мероприятиях, сам лично схватил одного из плюгавеньких японцев в очках и, как мешок с картошкой, взвалил того на плечо.
За ним последовали и остальные. Горе-исследователям пришлось на своей шкуре испытать действия их же приборов. Нескольких заживо сварили в кипятке. Кого-то оставили замерзать в холодильнике. Ну а кого-то поджарили на электрическом стуле.
– Ну, вот и всё, – как-то грустно пробасил бородач, отряхивая руки, когда последний мучитель испустил дух.
Повернувшись ко мне, он развёл руками:
– Ну и что теперь?
– Не знаю, – пожал плечами я. – Мы пришли только за Беллой и Данте. Остальные мне неинтересны.
– Значит, мы можем уйти? – спросил у меня обожжённый.
– Не так быстро, – покачал я головой. – Маньяков в мир я тоже выпускать не собираюсь.
Взяв под руки своего спасённого «мопса», я приказал ему отвести меня туда, где хранятся личные дела всех заключённых. И такой архив здесь действительно был. Причём не электронный, а самый что ни на есть старомодный. В серых картонных папках. Разве что без надписи «Дело №» на титульном листе.
Я посмотрел на весь этот массив бумаг и тяжело вздохнул, после чего вышел по рунической связи:
– Аска, милая, ты меня слышишь?
– Слышу, дорогой. Что у тебя?
– У меня есть работа для тебя и Чих.
– Вот бы что хорошее предложил, – вздохнула целительница. – Ладно. Сейчас будем.
– Спасибо. Заодно возьмите с собой Хила. Тут есть для него занятие.
Сортировку людей я спихнул на Чих и Аску. А помогать им оставил Лёху. Так звали сотрудничавшего с нами «мопса». Задача была выявить среди заключённых полных отморозков, которых не стоит выпускать в свет. А такие здесь действительно были.
Когда я подошёл к выходу, заметил возле всё также невозмутимо стоявшей Силины несколько трупов в состоянии разрезанной мозаики.
– Это ещё кто? – спросил я, приподняв брови.
– Уйти хотели, – флегматично ответила дроу. – Я их предупредила, что нельзя. Но они настаивали.
– Молодец. Всё правильно, – кивнул я.
Вскоре на подмогу Силине пришли ещё Проклятые. Они оцепили весь сектор, и заключённые уже сами стояли едва ли не по стойке смирно. Конечно же, кроме Беллы и Данте. Они бегали от проклятого к проклятому и радостно обнимались с друзьями, принимая поздравления.
Я же заметил группу людей в комбинезонах, стоявшую поодаль ото всех.
– А это кто? – спросил я у находившегося неподалёку бородача.
– Это? А. Трусы, – ответил, как сплюнул тот.
– Поясни.
– Когда объявили тревогу и сказали, что сюда прорываются мутанты, эти спрятались.
– А-а. Понятно, – обернулся и подозвал ближайших соклановцев, давая им команду и указывая на эту группу. – Этих заприте в камерах отдельно.
– Что с ними будет? – спросил меня бородач.
– Останутся здесь, – развёл руками я. – Они не хотели сражаться не то что за свободу, но даже за свою жизнь. Так что оставить их в живых – это уже большой подарок.
– Справедливо, – кивнул мой собеседник. – А что насчёт нас?
– Тут уже вам решать. Сейчас мои люди проверяют личные дела и ваши мозги. Неадекваты также останутся здесь ждать возвращения «мопсов». Остальные могут делать что хотят.
Все проверки затянулись на более длительное время, чем я ожидал, но Ориф заверил, что в ближайшие пару дней сюда никто не должен сунуться. Так что, мы могли не торопиться.
Попутно мы допросили пленённых «мопсов» из штаба, но чего-то особо интересного они не поведали. Да, подобные тюрьмы были и в других местах, но они были настолько секретные, что персонал одной тюрьмы ничего не знал о другой. Разве что высшее командование МОППС могло располагать хоть какой-то полнотой картины.
Также я спросил касаемо содержащихся здесь мутантов. Оказывается, их периодически вылавливали по всей Японии и частично Китаю, после чего свозили сюда. Причём, чем ближе к Чёрному Храму, тем чаще подобные бедолаги начинали появляться. Те, кого удавалось захватить живыми, помещались в стазис. Руны которого снабжались по отдельным каналам из кристаллов. Всей этой инфраструктурой занимались специальные сотрудники спецотдела, которые периодически наведывались сюда для проверки.
Очевидно, это были свои штатные маги и рунологи. В штабном здании был свой рунолог, который обеспечивал работоспособность системы, но каким-то особыми силами он не обладал. Просто завербованный самоинициированный. Что примечательно, он был китайцем. И я задумался, а не способствовало ли этому использование китайцами в быту иероглифов?
Закончив с расспросами, я просто направился обратно в зону заключения узнать, как там идут дела. Но когда я вошёл в то помещение, где содержались мутанты, моё внимание привлекла лужа крови, скопившаяся в одной из неровностей пола.
Вообще, со стороны МОППС было непредусмотрительно собирать в одном месте столько людей с [Кислотной кровью]. Эта субстанция, наверное, могла бы и всю эту тюрьму растворить в таких объёмах, как сконцентрировано здесь. И отчасти сейчас так и происходило.
Кровь стекала в одно место, но лужа не превосходила какой-то отметки. Более того. Она постепенно уменьшалась.
Я заинтересованно присел на корточки и посмотрел в это место. Кровь начала проедать пол и стекать куда-то ещё ниже. Возможно, во внутренние коммуникации, подумал я. Но вроде перебоев с электричеством или ещё чем-то пока не наблюдалось.
Повинуясь любопытству, я взял в руки [Истязателя] и попробовал сковырнуть пол в этом месте. Бетон поддался довольно легко, и вся кровь разом плюхнулась куда-то вниз. Причём «плюх» был слишком звонким для какой-то просто трубы.
Я начал активно расширять дыру в полу, пока она не стала настолько широкой, что я смог туда спокойно запрыгнуть.
Вскоре я оказался в ещё какой-то «тайной комнате». Здесь было темно даже по меркам бездны. Но когда я сумел рассмотреть окружение, моя челюсть медленно поползла вниз сама собой.
