Текст книги "Апостол (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Кошкин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)
Глава 17
К двергарам
Пока что из всех разумных, населяющих земную бездну, кинокефалы мне нравились больше всех. Сразу после того, как они потушили свой горящий лагерь, меня накормили, напоили и спать уложили. В отдельном шатре. Хотя, наверное, было бы правильнее назвать это юртой.
Перед походом на двергаров я решил всё же отдохнуть и дать Игосу время на восстановление сил для открытия портала. Сколько я проспал, не знаю. Но когда я, протирая глаза, вышел из юрты, свет от стекляшек наверху был довольно тусклым, что намекало на ночное время. Да и народу вокруг было немного. Лишь несколько разумных сидело у костра неподалёку.
Я подошёл к ним и узнал того самого ассасина, встреченного мной вчера. Трое остальных имели бойцовские классы и один магический. Увидев, что я к ним приближаюсь, кинокефалы подорвались со своих мест, выказывая почтение.
– Вольно, – махнул я рукой и присел на свободное место.
Один из воинов снял с жаровни нашампуреный кусок жирного мяса и протянул мне:
– Отведаешь?
– С радостью, – ответил я, принимая еду.
Без понятия, чем это мясо было при жизни, но я на самом деле знать и не хотел. В таких делах меньше знаешь – лучше аппетит. Я лишь на всякий случай уточнил, не двергар ли это, но был клятвенно заверен, что разумных они не едят.
– Бездна злится, – глубокомысленно заметил маг, глядя на небо. – Светлее сегодня, чем обычно.
– Если светло, это разве не хорошо? – уточнил я, вытирая жирный подбородок.
– Не всегда, – покачал головой маг. – Свет оттуда – это энергия бездны. И если она концентрируется в таких количествах, значит, Жаждущая лютует.
– А что там вообще светится? – спросил я. – Нигде такого не видел.
В ответ один из воинов засунул руку в карман и достал оттуда горсть каких-то самоцветов:
– Так вот эти камни и светятся.
Я отложил недоеденное мясо и заинтересованно взглянул на самоцветы. Взяв несколько из них в руку, я нахмурился. Так как я вообще не разбирался в драгоценных камнях, я не мог точно сказать, что это. Но выглядели они как самородки с земли. Один был похож на крупный бриллиант. Другой, зелёный, на изумруд. Красный – это у нас что? Сапфир? Или сапфиры фиолетовые? Вообще без понятия.
– А ты как их достал? – спросил я.
– Так они периодически откалываются и падают сверху, – пожал плечами боец. – Бесполезные, но красивые.
– Можно я парочку возьму? Покажу там наверху.
– Да бери хоть все, – махнул рукой кинокефал. – Тут на этаже этого мусора полно.
Мясо я запивал принесённым мне напитком, который не был похож ни на что из того, что я когда-либо пробовал. Как оказалось, он производился у них из молока этих ездовых животных. Причём самое интересное, что мой оракул определял их именно как животных, а не монстров. В ответ на мой вопрос по поводу этой странной особенности мне рассказали, что предки этих малютов когда-то были монстрами. Но после приручения и долгой селекции, влияние бездны на них было снижено, и они формально даже перестали быть её неотъемлемой частью. Что, впрочем, никак не мешало этим животным прекрасно себя чувствовать в условиях бездны.
Мне только сначала было не понятно, чем они их кормят. Но выяснилось, что малюты всеядны. Причём настолько всеядны, что приспособились поедать даже отростки тех режущих деревьев, которые мы видели на первом этаже. Но во многом из-за кочевого образа жизни основу их рациона всё же составляет плоть монстров. И не только монстров. В целом я не особо удивился, что убитые двергары пошли на корм малютам. Бездна – это жестокое место, где каждый пытается выжить как может.
Так, слушая рассказы о жизни кинокефалов, я и встретил рассвет. Не успели огни на потолке зажечься в полную силу, как я уже увидел шагающего к нам Рыгда.
– Можно тебя? – спросил он, учтиво кивая.
Я согласился, и мы пошли в какой-то типа штаб. По крайней мере, собрание из весьма сильных разумных, сидящих в круге, намекало на то, что здесь решаются какие-то важные дела.
Я уселся рядом с той магичкой. Как её звали? Рыси? Сейчас она уже выглядела получше. Струпы на коже уже постепенно отслаивались, и под ними красовался новый ровненький эпителий. Только пока что без шерсти. Также вслед за нами пришёл уже знакомый мне ассасин и ещё с десяток разномастных одарённых, находящихся в среднем на высоком редком и начальном эпическом ранге.
Первым взял слово Рыгд. Вожак вышел в центр и задвинул свою речь о том, что такого удара клан Белого Когтя ещё никогда не получал. О том, что ему надоело бежать и прятаться по бездне. Мол, чем глубже они уходят, тем больше теряют умелых бойцов. И долго так продолжаться не может.
Я же вообще удивлялся, как они забрались так глубоко. В эбиссальской бездне никто не жил ниже девятого этажа. И даже четырнадцатый уже считался очень опасным, чтобы туда соваться. Здесь же двергары основали целый город на восемнадцатом. А кинокефалов загнали ещё глубже.
Но как я уже выяснил, всему виною были дроу. И череда кровопролитных войн, произошедших ещё до открытия храмов. Пока расы эбиссальской бездны жили в относительном мире и гармонии, не разделяясь по видовому признаку, здесь наблюдалась жёсткая сегрегация между отдельными народами.
Поэтому у проигравших просто не оставалось выбора, кроме как бежать глубже от воинственных соседей. Причём, как я понял, двергары мало чем уступали дроу в вопросах жестокости. Кинокефалам же для серьёзного сопротивления мешала разрозненность кланов.
Дроу объединяло одно общее наследие в виде города. Поэтому враждующие кланы смогли кое-как ужиться и не перебить друг друга. Кинокефалы же были по природе кочевниками, и со временем кланы собакоголовых разошлись в разные стороны.
У двергаров же были все шансы стать главной расой земной бездны вместо дроу. Но остроухие умело подогревали внутренние распри в рядах коротышек. И когда у тех вспыхнула маленькая гражданская война, в ходе которой осталась лишь одна правящая династия, дроу воспользовались моментом и напали. После чего двергары были вынуждены бежать глубоко в бездну. Но там уже под началом жёсткой единой власти короля они умудрились воспрянуть и уже серьёзно кошмарить соседские кланы кинокефалов.
В общем, собрание в целом согласилось с Рыгдом, что пора дать отпор двергарам. А для этого нужно собрать все разбросанные по бездне кланы.
– И как вы собираетесь с ними связаться? – спросил я.
Ответила мне Рыси:
– С помощью силы предков.
Затем она перевела взгляд на другую кинокефалку со странным классом «слышащая» с явным упором в мудрость. Та поняла немой вопрос и поспешила на него ответить:
– Вожаки остальных кланов готовы нас выслушать.
– Хорошо, – кивнул Рыгд. – Начинаем, когда все будут готовы.
Ждать долго не пришлось. Слышащая взмахнула руками, и помещение заполнило беловатое свечение. Постепенно оно начало охватывать всех находящихся здесь разумных, кроме меня. А потом оно начало приобретать различные формы. Вскоре рядом с остальными сидели призрачные силуэты других кинокефалов. Было их пятеро.
Рассмотреть детали не представлялось возможным. Но судя по габаритам, это было четыре мужчины и одна женщина. Рыгд вышел в центр и заговорил:
– Спасибо, что откликнулись на наш зов, – обратился он к призракам.
– Ближе к делу, Рыгд, – прохрипел голос самого здорового волчары. Даже сидя, он казался выше многих из собравшихся.
– Хорошо, Рав. – Не стал спорить наш вожак. – Перейду сразу к сути. На нас напали двергары. Мы смогли отбиться лишь благодаря посторонней помощи. Но всё наше потомство было убито. Мы хотим отомстить полуросликам и пресечь все возможные поползновения на наш общий народ. И для этого нам нужно собрать все силы кланов.
В начале повисла гробовая тишина. Казалось, будто даже завывания сквозняков бездны стали чуть тише. И тут внезапно помещение озарилось диким хохотом. Не простым человеческим смехом, а смехом с какой-то примесью порыкивания.
Мои знакомые кинокефалы с нескрываемой ненавистью посмотрели в сторону держащегося за живот силуэта самого большого гостя. Того нисколько это не смутило, но всё же вскоре он успокоился. Уперев правую руку в колено и оттопырив локоть в сторону, он заговорил:
– Вот значит как? Знаменитый клан Белого Когтя заканчивает свою судьбу вот так жалко? А ведь я говорил, Рыгд, что твоя рука не приведёт этот народ ни к чему хорошему!
Местный вожак смотрел на собеседника раздражённо. Но на последних его словах он невольно опустил взгляд, а его губы скрыли оскаленные клыки. Сам он промолчал, но не стала молчать Рыси. Магичка просто вызверилась и подскочила со своего места:
– Если бы тебе пришлось пережить то, что выпало на нашу долю, ты сломался бы уже в начале пути! И не тебе судить Рыгда, Рав!
Здоровяка экспрессивный ответ магички ни капли не смутил. Напротив. От её слов он лишь ещё раз утробно посмеялся и ответил:
– Мы не можем знать, что было бы, а что не было бы. Но Жаждущая распорядилась так, что вы теперь на грани гибели. И вместо того, чтобы принять смерть достойно, вы пришли просить помощи у нас.
Я заметил, как у Рыгда сжались кулаки настолько, что когти впились в ладони, вызывая капельки крови на коже:
– Мы не собираемся умирать, – негромко, но твёрдо, ответил он. – Мы собираемся сделать то, что необходимо было сделать уже давно. Преподать двергарам урок, которого они заслуживают!
– Нашими руками? Да, Рыгд? – это подала голос одна из женщин.
Она закинула ногу на ногу и положила руки на колени. После чего продолжила:
– Давайте не будем терять времени, и я скажу прямо. Это не наша война. Мой клан ушёл достаточно далеко. И нам ничего не угрожает. Тем более с падением дроу. Так зачем нам ввязываться в самоубийственную авантюру?
Рыси хотела что-то возразить, но Рыгд остановил её движением руки и взял слово сам:
– Разве вы не понимаете? Двергары не упокоятся, пока не уничтожат всех нас. Сначала будем мы. А затем придёт черёд и ваших кланов! Я знаю, между нами множество разногласий, но сейчас мы должны объединиться для удара по последнему врагу!
– А я считаю, что Рыгд прав, – внезапно заговорила одна из доселе молчавших фигур. – Убить врага всегда лучше, чем бегать от него. Вот только проблема в том, что, даже объединив все кланы, у нас не хватит сил. Двергары готовились к войне годами. Накапливали силы. И рассчитывали они на столкновение не с нами, а с дроу. И как докладывают мои разведчики, у них были все шансы потягаться с безволосыми остроухами. Так что я также не поведу свой клан на бойню. Сейчас будет разумнее скрыться и переждать.
Рыгд уже начинал терять спокойствие:
– Мы уже пытались. Мы скрывались и уходили всё глубже в бездну. С момента исхода численность моего клана уменьшилась вдвое! Мы потеряли множество сильных одарённых!
– Значит, они не были достаточно сильными. Или умными.
Я смотрел на это всё и поражался самообладанию одноглазого. Хотя к концу всего этого собрания нервы, кажется, начинали сдавать даже у него. Однако, сделав пару глубоких вдохов, он обратился к двум последним из гостей:
– Ну а ты, Гирв? Рас? Что вы скажете?
– Мне нечего сказать, – развёл руками глава одного из кланов. – Всё уже сказали за меня. Я не считаю целесообразным сейчас принимать участие в подобной военной кампании. На этом всё.
Сказав лишь это, четвёртый гость сделал взмах рукой и исчез. Его примеру последовали и прочие вожаки. Хотя в отличие от предыдущего торопыги, они соблаговолили попрощаться напоследок. В частности, пятый, никак не высказавшийся ранее, лишь развёл руками и даже с каким-то сочувствием ответил Рыгду:
– Прости. Даже если я приведу свой клан, мы уже ничего не сможем сделать.
После этого он также попрощался и исчез.
А вот тот здоровяк по имени Рав не столько прощался, сколько издевался:
– Рыгд, Рыгд, Рыгд. Знаешь? Мне ведь даже будет не хватать тебя и твоего жалкого клана. Вы служили очень хорошей приманкой.
Ещё посмеявшись некоторое время, он также прервал связь, оставив лидеров клана Белого когтя в задумчивой тишине. Кто-то буквально скрипел зубами от злости, как та же Рыси. А кто-то молча смотрел в одну точку, видимо, оценивая их положение.
Я всё это время лишь наблюдал со стороны, несмотря на то, что мне хотелось вмешаться и обматерить призрачных гостей самыми оскорбительными словами, которые я только знаю. Но в какой-то момент у меня в голове щёлкнуло, и я подумал: «А какое вообще моё дело?»
Это внутренняя политика кинокефалов, строившаяся явно не один год, и уж точно не мне сейчас начинать качать какие-то права. Да и как я понял, даже попробуй я высказаться, меня бы всё равно услышали только члены клана Белого когтя. Так как свечение, обеспечивающее связь, меня не затронуло.
Так что, немного нервно подёргав ногой на весу, я всё же нарушил тишину:
– М-да. Не очень-то ваш народ, оказывается, сплочён. Ну ладно. Рад был у вас погостить, но мне пора.
– Куда ты пойдёшь? – спросил у меня Рыгд, когда я встал со своего места.
– Так я же вроде говорил. В город двергаров. Как он там назывался? Горностай?
– Горнаст, – поправила меня Рыси. – Мы понимаем, ты очень силён. Но справиться со всей расой двергаров в одиночку? Ты, верно, безумец?
Я в ответ лишь ухмыльнулся:
– Безумие – это моё второе имя.
Под задумчивые взгляды кинокефалов я вышел из юрты и, взвалив меч на плечо, глубоко вдохнул воздух этого этажа. На удивление он был довольно свежим. А ещё с потолка начала сыпаться мелкая кристаллическая пыль, всё ещё отблескивая в полёте.
«Даже и не думал, что в таком ужасном месте может быть так красиво», – подумал я.
А вот о чём я не подумал, так это о том, как я буду добираться до восемнадцатого. Сведения, полученные от Симы, были какими-то неточными. Вот тебе и всевидящая.
– Ладно. Дойду как-нибудь, – пробурчал я себе под нос и направился к выходу из лагеря.
Встреченные мне по пути кинокефалы кивали мне при встрече. Хотя это даже скорее было похоже на лёгкий поклон в знак уважения. Но, несмотря на то, что они выжили, радости на собачьих мордах я не замечал. Скорее лишь какую-то тревогу и печаль.
– Ну, извините. Чем смог. Дальше уж как-нибудь сами, – проговорил я, когда вышел из лагеря и направился в ту сторону, где по идее должен был быть переход.
Но стоило мне сделать пару шагов, как я почувствовал движение за своей спиной.
С молниеносной скоростью я развернулся вокруг своей оси, сбрасывая с плеча [Истязатель]. Его клинок остановился прямо у морды выставившего перед собой руки ассасина. Того самого, что таскался за Рыгдом.
– А тебе чего? – спросил я у него, всё ещё не убирая меч.
Тот оставался довольно спокойным, не смотря на то, что клинок [Истязателя] метил ему прямо шею.
– Меня послали проводить тебя и указать короткий путь.
– Хм. Правда? Ну, пошли. – Ответил я, убирая оружие.
И как же я был в итоге благодарен Рыгду за проводника. Оказывается, двадцатый этаж – это было не просто открытое пространство и красивый сияющий потолок. Стоило нам обогнуть большую скалу, по форме напоминающую хребет какого-нибудь динозавра, как мы оказались в странном, как выразился ассасин, «костяном лесу».
Действительно, повсюду из земли торчали отростки, напоминающие кости. А среди них возвышались отдельные скалы, стремящиеся вверх. И было слишком просто заблудиться во всём этом переплетении ландшафтных особенностей. Если бы, конечно, ранее здесь не прошли двергары.
Но через этот лес мы не пошли. Мой проводник по имени Гавлаф увёл меня в другую сторону от целой протоптанной танками дороги, ведущей куда-то вдаль через нескончаемую территорию с костями в несколько человеческих ростов.
– Так будет слишком долго, – пояснил он. – Если сможешь не отставать, то можно пробраться по скале к малому переходу наверху и оказаться сразу на девятнадцатом.
Я усмехнулся в ответ:
– Это кто ещё от кого должен не отстать?
Опыта у собакоголового, конечно, было больше. Но в ловкости я не отставал. А с новой обувью мог бегать по крутым скалам, почти не боясь упасть. Так что к искомому проходу мы добрались довольно быстро. Он действительно был наверху этой скалы и, не зная, где он находится, даже фиг его обнаружишь просто так.
– Кстати, а как двергары переправили танки? – спросил я.
– Танки? – не понял Гавлаф.
– Ну, эти боевые машины. Они великоваты для стандартного прохода.
– В этом нет секрета. В бездне помимо малых переходов между этажами, есть и большие. Как раз способные пропустить монстров таких габаритов. Просто двергарам пришлось дольше сюда идти.
И тут я вспомнил про короля троллей. Он ведь явно через что-то пролез. Раньше я думал, что он изначально обитал где-то на первом этаже. Но теперь оказывается, что далеко не факт.
В общем, кое-как мы добрались до перехода на девятнадцатый. Полюбоваться данным этажом мне толком не удалось, так как Гавлаф тут же повёл меня к следующему переходу, по счастливому стечению обстоятельств, находящемуся совсем рядом.
Пришлось лишь задержаться, дабы переждать битву двух эпических монстров. Один напоминал сгорбленного длинноногого бегемота с шерстью и рогами, а второй – здоровенную сколопендру. Что-то эта парочка не поделила, заняв своими разборками нужную нам дорогу.
Я хотел было вмешаться и порешать сразу обоих. Но когда сколопендра молниеносным движением обвила всего бегемота разом и начала того душить, я слегка засомневался, стоит ли с ними связываться без особой нужды.
Всё-таки ассасинка двергаров меня достаточно отрезвила, чтобы я не зазнавался лишний раз. Ведь никогда не знаешь, чего ожидать от того или иного существа в бездне. Да и честно говоря, я всё ещё испытывал непреодолимое отвращение перед всякими членистоногими, лишний раз предпочитая к ним не приближаться.
Потому мы просто дождались, пока сколопендра не придушила свою жертву и не начала выделять какой-то очень уж ядрёный токсин. Он буквально на глазах начал растворять тело поверженного монстра, готовя того к употреблению внутрь.
– Сейчас! – скомандовал Гавлаф и тенью растворился в воздухе, срываясь с места.
Вот он был рядом и в одну секунду оказался возле сколопендры. Три точных броска метательного оружия, и монстр задёргался в бешеных конвульсиях. Он уже не понимал, кого атаковать, так как, судя по всему, центральная нервная система была поражена. Но вот тело всё ещё не хотело умирать так просто.
Гавлаф отступил, прячась за камнем, чтобы его не задели брызги токсина. А я решил вмешаться, дабы не терять ещё времени. Влетев в сколопендру, я располовинил её одним ударом меча, прорезавшим хитиновый панцирь как нечто несущественное. И после этого монстр уже окончательно сдох.
– Она бы умерла и так, – заметил Гавлаф, выходя из своего укрытия.
– Не сомневаюсь, – ответил я и махнул рукой, – если ты беспокоишься о добыче, то я не претендую.
Задерживаться надолго не стали. Ассасин вырезал коричневый кристалл из сколопендры и красный из её добычи. Последний он протянул мне, но я снова отказался, ссылаясь на то, что его клану они сейчас нужнее.
Так, без лишних приключений мы добрались до восемнадцатого этажа. Правда, по пути нам встретился один легендарный монстр, но мы пропустили его мимо, дабы снова лишний раз не терять время.
Причём будь я один, мне непременно пришлось бы с ним схлестнуться. Но у Гавлафа были какие-то уловки, позволившие нам не попасться. В этом я немного и завидовал всяким лазутчикам и призракам. Даже если противник значительно сильнее, они могли в большинстве случаев просто избежать драки.
Но вот в открытом противостоянии цена ошибки для них была слишком высока.
Восемнадцатый этаж же встретил нас неестественной пустотой. Никаких тебе завываний далёких стай монстров. Ни грызни между тварями. В общем, казался он довольно спокойным. Тем более для столь глубокого слоя бездны. Но вот визуально здесь было неуютно. Тем более, после красоты двадцатого.
Всё дело в витающем под потолком смоге. Чёрный дым и копоть охватывали всё пространство. Да так, что даже дышать стало заметно тяжелее. И если бы не золотистые жилы огней в небе, то и рассмотреть здесь что-то было бы той ещё задачей.
Я уставился в потолок и долго не мог понять, что это за сверкающие дорожки, пролегающие поверху. Когда я спросил об этом Гавлафа, тот лишь заверил меня, что я скоро всё сам пойму. Нужно лишь добраться до города двергаров.
Не смотря на кажущееся отсутствие монстров, двигались мы ещё осторожнее, чем раньше. И вскоре я понял почему.
Ассасин заранее засёк опасность, и мы спрятались, пропуская по протоптанной дорожке отряд солдат двергаров.
– Они не кажутся опасными, – заметил я.
– Они – нет. Но если они поднимут тревогу, мы будем раскрыты, и сюда слетятся уже силы посерьёзнее.
В общем, оказалось, что двергары зря время не теряли и умудрились подмять под себя значительную часть этажа, вырезав всех здешних монстров.
– Вроде я не заметил среди них каких-то сильных одарённых, – покачал я головой. – Как им удалось?
– Боевые машины, – ответил ассасин. – Те, как ты их назвал, танки, это не единственная их боевая техника. По сути, это лишь осадные орудия, которые должны были сровнять с землёй Нар’Лагас. Здесь же они успели уже опробовать множество других вещей. Например, вот как эта.
Палец кинокефала уставился куда-то вдаль, и моя челюсть невольно отъехала вниз.
– Это как они такое отгрохали? – изумился я.
– Кто ж их знает? – развёл руками ассасин.
– Мы не будем прятаться?
В ответ Гавлаф лишь вздохнул:
– Поздно. Нас уже заметили.
