Текст книги "Врачебная тайна 2 (СИ)"

Автор книги: Дия Семина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Я подожду, мне спешить некуда, – сдерживая улыбку, негромко ответила Лиля и снова поцеловала дочь в макушку.

– Ну-с, в таком случае, Анастасия Сергеевна, как понимаю, нам нужно перейти в другое помещение.

– Да, сделайте одолжение.

Шохнин попрощался с сияющей от счастья Лилией и прошёл следом за мной, теперь уже в небольшую гостиную на втором этаже, где мы сможем приватно поговорить, его довольная улыбка, с какой он только что попрощался со своей клиенткой, растаяла. Лицо сделалось серьёзным.

– Андрей Антонович к вам заезжал? Разговаривал с вами? – решаюсь сразу углубиться в волнующий вопрос.

– Да, мы встречались и дважды. Приятный молодой человек, и позволю себе сделать лишнее замечание, но не советую вам решать проблему кардинально. Поверьте, развод – дело такое, как разбитая чашка, склеить жизнь будет невозможно.

– Он меня предал. Весь ужас начался с того, как я застала их с Еленой, ну вы понимаете. Прям в самый пик, и думаю, что это было подстроено, потому как она, не стесняясь, стонала на весь дом. Это была провокация. Муж сам отвёз меня в монастырь. И поверьте, я его терплю только по той причине, что закон его интересы защищает чуть больше, чем мои. Однако жить с предателем…

Шохнин слегка закатил глаза, без раздражения, а скорее от усталости, мы у него сегодня третьи и дела все не самые простые. И я упорствую «на пустом месте», именно такая мысль промелькнула у него в сознании.

– Он поклялся, что был под воздействием. Он рассказал мне историю своего рода и то, как все мужчины страдали от пиявок…

Настал мой черёд закатывать глаза:

– Вы смеётесь? У мужчин разве нет воли? Третье поколение раздолбаев, которые ведутся на, простите, шлюх? Это не оправдание, а отговорка. В любом случае я не чувствую себя в безопасности, пока нахожусь рядом с ним. Но, на самом деле, мне всё равно, что с ним будет. Просто хочу получить волю, чтобы его действия не могли навредить мне.

Модест Юрьевич тяжело вздохнул.

– Увы, это невозможно. Даже, если Рубской решит каким-то образом заставить Елену сказать правду и взять на себя вину за адюльтер, у вас не будет шанса повторно выйти замуж. Никто из здравомыслящих мужчин не решится нанести урон своей репутации. Вам лучше простить мужа…

Его голос наполнился настойчивостью, как наполняется теплом камень в жаркий день. Но меня не так просто переубедить.

– Вы не понимаете, оставив наш брак в таком состоянии, как он есть сейчас, да под угрозой от моей «семьи», мы можем создать угрозу жизни моему мужу. Я прекрасно помню про остальные пункты закона. Его либо насильно обреют и сошлют в монастырь, либо убьют, подстроив несчастный случай.

– А разве вам не всё равно, что с ним будет…

Шах и мат мне, действительно, очень похоже, что я из ревности и обиды пытаюсь проучить нерадивого мужа, но всё же не хочу, чтобы он пострадал.

– Всё равно, но я не злодейка.

Мы оказались в неприятном тупике, и я прекрасно понимаю, что мой протест против брака ничего не стоит, даже ломаного гроша или стакана семечек.

Нет законных оснований для развода, кроме как доказать порочную связь с Еленой.

Шохнин сидит за столом, постукивая пальцами с идеальным маникюром по столу, размышляет над неразрешимой задачкой, а я жду его предложений, неготовая отступать от своих планов. Нет, не своих, а наших планов с Аракчеевым.

– Итак, я ещё раз сделаю вам развёрнутое пояснение ситуации, на ближайшие лет двадцать. Допустим, кто-то из любовников согласится признать себя виновным в измене, достаточно одного слова и свидетеля. В данном случае вы или ваша верная служанка может подтвердить связь Елены и Андрея Антоновича. Допустим, суд пойдёт на встречу, допустим, синод, и даже царская канцелярия одобрит развод. Но они не смогут уже вступить в брак. Я навёл справки, чтобы не ходить далеко – мать Лилии Леонидовны жила с таким мужчиной, уличённым в измене, разведённым в первом браке, и потому они не смогли пожениться. Наследство, права, обязанности, дети, всё летит в тартарары. Также ситуация сложится и с вашей стороны. Я пытаюсь сэкономить ваше время, силы, деньги, многие пары живут в таких браках. Ну и последнее, наш государь в последнее время стал выступать довольно категорично против разводов, для него это слово как злейшее из всех грехов человеческих. Он вас не разведёт. Посему, ещё раз хочу вас предостеречь от необдуманных, опрометчивых шагов. Не поднимайте более эту тему.

Вот так просто один из лучших адвокатов лишил меня последней надежды на счастье. Развод невозможен. Жить семейной жизнью с Андреем я не смогу и не хочу, даже если мне снова стереть память. Чёрт с ним, с адюльтером, меня взбесило то, как он меня привёз и сдал в монастырь. Но я промолчала. Теперь уже смысла нет обсуждать одно и то же в сотый раз.

И кто знает, может быть, пока для меня выгодно быть замужем.

– Хорошо, я вас услышала и поняла. Опрометчивых шагов с моей стороны не будет, да они и бесполезны. И я не злодейка, прибегать к крайним мерам. Однако у нас есть ещё одна сторона конфликта, мои родственники, для которых брак с довольно бедным дворянином невыгодный. И их не остановят ваши доводы.

– Они не в таком тесном с вами родстве, чтобы диктовать свои условия. Я могу сделать для вас единственный и очень эффективный шаг, написать Рубскому записку с требованием оставить вас в покое и не мешать вашей жизни с Андреем Антоновичем. Вот и всё, именно такой расклад я описал и вашему мужу, и он согласился. Он вас любит…

– Нет, он не умеет любить. Он меня боится. А письмо Рубскому напишите, попробуем отбить им охоту преследовать меня хотя бы таким образом.

– Вот и чудесно. И вообще, хочу сказать, жизнь, ведь, совершенно непредсказуемая штука, сегодня вы мечтаете развестись, а что будет завтра, только Богу известно.

– Что-то мне подсказывает, что от завтра ничего хорошего ждать не придётся. Спасибо вам, за детальный разбор моей ситуации.

– Всегда рад помочь, – он хотел сказать ещё что-то, но не решился. Встал, протянул руку для пожатия, и я тоже встала, чтобы проводить его до выхода. Возможно, это неправильно, но я уже устала от местных правил и чувствую в себе потребность пренебрегать хотя бы в мелочах закостенелые устои общества.

Глава 33

После разговора с адвокатом Шохниным настроение провалилось в бездну отчаяния.

Нет, я не наивная девочка, прекрасно понимала, что мои иллюзии заведомо были провальными, но как жить без надежды?

Как жить после ночного, откровенного признания Даниила?

Как жить после того, как меня всколыхнуло ощущение материнства?

Мои хрупкие конструкции будущего рассыпаны, растоптаны и развеяны жестокой реальностью.

Я останусь женой мужчины, которого теперь уже ненавижу, и никогда не лягу с ним в одну постель, даже ради рождения законного ребёнка…

Ещё вчера Андрей был мне просто безразличен, а сегодня я не могу ни видеть его, ни слышать.

Стерпится, слюбиться – это не про нас. И время не излечит, ненависть нас разъест изнутри, как плесень и тлен…

(Тяжёлый, прерывистый вздох, выдающий глубинную потребность выплеснуть злость, но не единой слезинки…)

За окном проехала очень шумная повозка, попыталась переключить в «здесь и сейчас», но тщетно, моё сознание снова вернулось в водоворот неприятных размышлений.

Даже измену можно было оправдать порчей, приворотом, но то, как он меня отвёз в монастырь – простить невозможно. Да, он испугался, да, моя сила кого угодно может ввергнуть в шок, но всё равно не могу его простить…

И не обязана, не я выходила за него замуж.

Весь вечер я провела в своих комнатах, а ближе к вечеру, как наивная дурочка, положила книгу Аракчеева под подушку и легла, закрыв глаза, прислушиваясь к себе. Хоть бы мудрый Гриша оказался рядом, но увы, он попал в зависимость к Даниилу и не может покинуть своего «хозяина», как и Ася теперь подчинилась мне, хотя иногда ещё по старой памяти взбрыкивает, психует, ощущая свою вторичность, но уже никуда не может деться, и её приказы потеряли актуальность.

Но она знатно усиливает мою агрессию.

Выпустить бы пар, но не могу, моя буря заденет и испугает Ирочку, и тогда Асе точно сладко не покажется.

Глушу эмоции, а боль нарастает.

Андрею лучше съехать.

Я, может быть, и сдержусь, но Ирочка уловит негатив и начнёт изводить моего прекрасного мужа так, как изводила своих горе-опекунов.

Я бы и не против, но нельзя позволять ребёнку совершать ужасные проступки, лучше даже не провоцировать конфликт.

Никто не посмел ко мне войти, пока никого не могу видеть. Ужинать не хочется совсем…

Уснуть тоже не могу…

В спальне стемнело, дневная, оживлённая жизнь в городе уступила место ночной тишине и прохладе. Конечно, это в нашем районе более или менее спокойно, а в кабаках и на окраинах опасные события бурлят так, что только держись.

Странно, почему я об этом подумала…

Поворачиваюсь на спину, вытягиваю ноги и закрываю глаза, сумбурный поток мыслей вдруг выстроился в некую последовательность, и появилась-таки идея.

Решила дать нам с Андреем последний шанс договориться. Я готова откупиться от него теми бриллиантами, что лежат в ячейке сейфа, если он официально признается, что изменил мне и поступал жестоко. Плюс настойчивость графа Аракчеева, обеспечит нужный результат. Царю, главное, грамотно подать просьбу о разводе, а уж там…

Мысли снова замерли на месте, мне нужно как-то спланировать сделку, возможно, прямо сейчас подняться на третий этаж и предложить хорошую цену.

Закрываю глаза, прислушиваюсь к окружению.

Чувствую всех, кто сейчас находится в доме, всех, кроме Андрея…

Уже поздно, а его нет.

Не то, чтобы я о нём волновалась, скорее наоборот. Нашёл бы на свою пятую точку приключений, и было бы меньше проблем.

Но что-то в моём сознании зреет нехорошее.

Предчувствие?

Ясновидение?

Хорошо, что не ревность.

Рывком сажусь в постели, тру пальцами виски, нужно сосредоточиться, жаль, не понимаю, как именно и потому даю волю силе.

Работа Аси началась неожиданно:

Отбросить всё лишнее, восприятие реальных звуков, запахи, свои личные эмоции, растворить всё это, как помеху.

Закрыть глаза…

В сознании почему-то настойчиво мелькают не те образы, какие нужны.

Было бы легче, будь у меня в руках вещи мужа, но это лишнее. Я не по следу иду, как ищейка.

Мой метод более сложный, просто я недостаточно «глубоко» погрузилась, не дошла до иллюзорной «Тени» Юнга, это мистическая идея, в нашем мире под сомнением, в этом мире – вполне реальная составляющая психики одарённых.

Нырнуть в свою «Тень», где правит Ася, найти в нём «дверь» в общее, совершенно дикое и необузданное подсознательное, оно как тёмная сторона общества. Увы, мне это сделать сложнее, потому что несколько выпадаю из контекста, ибо пришлая, зато Ася здесь как дома.

По сути, это энергетическая карта, напоминающая любую отслеживающую систему, наподобие того, как у нас в реальном времени отслеживают полёт самолётов. В целом, поле довольно слабое, но я ощущаю одарённых, и одна из них рядом – наша Ирочка. От неё очень сильный «фон».

Есть ещё мощные источники в городе, наверное, человек семь, включая меня. И, надеюсь, они не умеют вот так, как я, погружаться в «Тень» и не чуют меня в настоящем времени.

Но и обычные люди могут создавать погрешности, иногда где-то вспыхивают вспышки-всплески, когда несколько человек загораются одной идеей или хотя бы разговором. Такие активности глушат всё, что тихо дремлет поблизости.

Мне нужно отыскать, хотя бы направление.

Андрей – пустышка, а потому пока невидимка или я не там ищу…

А вот Елена весьма сильный маяк, её энергия заметная…

Если она пропала или спряталась, то, возможно, её я найду таким образом быстрее, чем мужа. И с ней точно можно будет договориться, её жадность и жажда красивой жизни возьмёт своё и за бриллианты, она даст показания об измене быстрее, чем на это решится Андрей. Елене уже нечего терять…

Отлично помню её энергетический след. Набираюсь смелости, молюсь, чтобы не нахвататься в «Тени» какой-нибудь пакости, способной лишить меня рассудка, погружаюсь ещё глубже в массовое подсознание.

Здесь Ася как рыба в воде, она быстро уловила придуманный мной принцип, и через несколько секунд поиска, я вдруг узнала знакомый след. И не один, а два…

Елена с Андреем?

Вот так новость, потерялась она, как же. Сбежала, учуяв опасность от Рубского. И теперь снова пытается сманить непутёвого, голодного до секса мужика на свою сторону? Они прямо сейчас занимаются тем, что мне бы очень помогло на суде, будь у них хоть один свидетель. Он приехал «поговорить» и не устоял, расчехлил своего дружка и вставил своей подружке, прекрасно понимая, что от меня ему ничего не перепадёт.

На что они рассчитывают?

Снова сойтись, уничтожить меня и забрать-таки наследство?

Сбежать за границу?

«Пф-ф-ф, недоумки!» – раздражённо шепчу вслух, и Ася поддаёт жару эмоциями, умело манипулируя моим сознанием, поддавливая на те рычаги, какие нужны, чтобы заставить меня действовать и тем самым вернуть ей права…

Делаю попытку вырваться из-под её опеки, и слишком резко вернулась в реальность, голова закружилась, от неожиданности и я завалилась на подушку.

Стоило проявить невероятную волю, чтобы сбросить с себя морок. Надо бы запомнить, что выходить из «тени» нужно намного медленнее, чем входить и Асю держать на коротком поводке, не позволяя ей манипулировать сознанием.

Наконец, очнулась окончательно, как мне показалось.

Скорее умылась, собрала волосы в пучок и поверх домашнего платья наспех надела тёмный жакет, не успев застегнуть слишком мелкие пуговицы, схватила шляпку с вуалью, перчатки и трость.

Ася не позволила мне как следует подумать о предстоящем приключении, а я этого не успела осознать. Ведомая одной целью – застать любовников, отправилась искать приключения на свою пятую точку. Тихо вышла из своих комнат и спустилась на первый этаж, основная дверь заперта изнутри по моему же приказу.

В этот момент мне бы остановиться и подумать своей головой, но нет…

Отвага плюс отчаяние, порождают слабоумие.

Вот сейчас именно по причине временного «помешательства» я тихонечко прошла через чёрный ход на кухне и, наконец, вышла на пустынный проспект. Прохлада позднего вечера не вернула мне здравомыслие, наоборот, заставила двигаться быстрее, почти бегом поспешила на угол, где дежурят извозчики, в ожидании редких ночных пассажиров, и за спиной раздался характерный шум.

Небольшой экипаж, довольно бодро догнал меня перед поворотом. Не карета, а коляска с откидным верхом, довольно шустрая и юркая.

– Госпожа, вам не стоит ходить туда одной, садитесь, подвезу, куда прикажете.

Настойчивый, довольно молодой и дерзкий голос заставил остановиться, поднять голову и посмотреть на возницу. Увы, широкополая шляпа скрывает его лицо. Но магическая сила Аси не учуяла в нём опасность, я довольно проворно поднялась по ступеням и села на мягкое сиденье.

Не похоже, что эта коляска служит в городском извозе.

Тут же сама нашла оправдание: это может быть чей-то кучер, но сейчас он «бомбила», решил подзаработать ночью лишнюю деньгу.

– Куда едем, сударыня?

– К любовнице моего мужа хочу их поймать с поличным! – вдруг ответила и сама не поняла, каким образом эта фраза сорвалась с моих уст. А с другой стороны – парень может стать свидетелем.

– Ах, как интересно! Но адресок-то любовницы скажете?

Задумываюсь и вдруг уловила в видениях, какой дом искать. Адрес не назвала, но описала, надеясь на опыт кучера. Дом приметный с уродливой лепниной и гаргульями на крыше и балконах.

– Так, интересно получается. Под описание подходят два дома, но один на западе города, другой на юго-востоке, если я не ошибаюсь.

– Юго-восток, точно! Ещё в доме напротив высокая арка в два этажа. И там нет каналов.

– Да, припоминаю, где это место, ну что же, хотя бы попробуем.

Подозрительно сговорчивый кучер осторожно развернул экипаж на пустынном перекрёстке, и довольно бодро помчал нас на юго-восток столицы, на самую окраину состоятельных кварталов. Что-то я не подумала «посмотреть», Анатолий туда отвёз туда мужа или нет?

Теперь едем, надеясь, что мне повезёт застать всех в самом интересном моменте, было бы классно войти и похлопать мужа по голой попе, приговаривая: «Старайся лучше!».

Конечно, самое острое уже закончилось, но даже тот факт, что они вместе и ночью – уже играет мне на руку.

Извозчик дважды оборачивался, взглянуть на меня, видимо, впервые встречает такую отчаянную и ревнивую жену.

Я же его лица вообще не разглядела. Он теперь кажется «закрытым», либо совершенно пустышка по части одарённости, либо умеет закрываться.

Мы довольно долго крутились по улицам, в поисках подходящего под описание дома, днём это всё было бы в разы проще и быстрее.

Я уже потеряла и запал, и надежду, что успею застать Андрея. Но он мне и не нужен.

Елена будет более сговорчивой.

Мои мысли прервал негромкий возглас кучера:

– А вот и арка в два этажа и тот самый дом с гаргульями…

Коляска притормозила ровно напротив высокой арки. Поднимаю голову и воочию рассматриваю серый, страшный дом, найденный по запоминающейся примете – уродливая лепнина и скульптуры гаргулий, таких страшных, что я нисколько не удивилась, что Елена поселилась именно здесь. Самое место для ведьмы.

Это какой-то бзик бывшего владельца особняка, он считал, что мраморные твари смогут его уберечь от нечисти, воров и прочих напастей. Разорился и сгинул, а два дома так и остались пугать народ, однако страшные скульптуры стали визитной карточкой зданий.

– Подождёте меня? Я быстро…

Протянула двадцать копеек за проезд, спустилась из коляски на старую мостовую, всего несколько шагов по неровным камням и я у цели. Входная дверь странного дома распахнута настежь. Анатолия и нашей кареты рядом нет.

Скорее всего, Андрей решил заночевать у подружки, тем лучше для меня, застукаю с поличным, ещё немного и я не смогу себя сдерживать, за все унижения пройдусь по любовникам тростью…

Безошибочно поднимаюсь на третий этаж, и меня вдруг охватывает дурное предчувствие: сердце на мгновение замирает, а потом начинает биться чаще, и в груди разливается холодная, тягучая тревога.

Крепче сжимаю трость, готовая пустить её в дело.

Ступаю очень осторожно и тихо, припомнив, что выбежала в домашних туфельках, совершенно как ревнивая жена, зато правдоподобно.

Вот та самая дверь…

Ещё один шаг.

Прислушиваюсь к тишине…

Стучать?

Подделать голос, назваться соседкой со второго этажа, попросить соль?

Перебираю дурацкие варианты для проникновения в квартирку Елены, и сама же ощущаю, что опоздала.

В тёмном коридоре тихо и пустынно, в квартире тоже, кажется, уже никого нет…

Никого живого…

Легонько толкаю дверь, и она со скрипом открывается.

Ася не помешала мне подняться, значит, опасности быть не должно?

В тёмной комнате едва различимый бардак. Словно кто-то всё перерыл в поисках каких-то ценностей.

Блёклый луч от уличного фонаря освещает неровный прямоугольник на полу, и в этом прямоугольнике лежит тело мужчины, я даже не успела рассмотреть, но уже почувствовала, что это он…

Мой муж…

И самое ужасное, в кресле лежит Елена, запрокинув голову, её рот открыт и искривлён в гримасе ужаса. Рука безжизненно свисает с подлокотника.

Делаю шаг вперёд, проверить живы ли они, и в этот момент кто-то очень крепкой рукой зажимает мне рот и нос тряпкой, не позволяя вдохнуть.

Хлороформ…

Дёргаюсь, пытаюсь сопротивляться, но куда там, мужчина хорошо подготовился. Через несколько секунд я обвисла в его объятиях и отключилась.

Последнее, о чём я подумала: «Какая же паршивка Ася, снова втянула меня в неприятности!».

Дорогие друзья, жду вас в третьей книге цикла