Текст книги "Замуж за дракона. Случайная жена повелителя (СИ)"

Автор книги: Дина Нежина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 28

Мне помогают надеть платье. И о чудо! Оно сидит идеально. Будто шили по мне. Будто снимали мерки, пока я спала. Каждая складочка на месте, каждая пуговичка застёгивается без усилий.

Девушки служанки колдуют над моей прической, заплетая и укладывая локоны один к одному.

После всех приготовлений я подхожу к зеркалу и …замираю. Забываю, как дышать.

Из отражения на меня смотрит незнакомка. Вроде бы я, но вроде и не я.

По крайней мере не та Миана, что пришла в этот мир в грязной одежде, с диким страхом в глазах, не та, что стояла на площади в ожидании казни. Не та, что вчера чуть не упала с лошади при появлении дракона.

На меня смотрит красивая женщина. Настоящая невеста повелителя драконов. Достойная жена. Я даже невольно расправляю плечи, придавая осанке королевский вид.

Глупо конечно, но мне хочется как следует проморгаться, а то и вовсе хорошенько потереть глаза. Неужели одно платье способно на такое преображение?

– Ох, госпожа, – выдыхает за моей спиной Ксанда. – Краше вас никого нет во всём королевстве. Я вам точно говорю! Повелитель будет доволен.

Я не отвечаю. Я просто смотрю и не могу поверить, что это правда. Не знаю, как Повелитель, но я точно довольна видеть себя словно сказочной принцессой. И пусть никто не знает, что я самозванка, точней попаданка, сейчас я неожиданно ощущаю себя на своём месте. Словно всё именно так, как и должно быть! И это странное и пугающее, но и приятное ощущение одновременно. Будто этот мир наконец принимает меня и разрешает мне занять в нем какое-то место.

Одетую и причесанную меня ведут через замок, к храму, в котором состоится обряд бракосочетания.

Коридоры заполнены людьми. Я никогда не видела здесь столько народу – слуги, стража, какие-то незнакомые лица в богатых одеждах. Должно быть, гости. Откуда они взялись? Приехали ночью?

Все кланяются, когда я прохожу. Шепчутся. Смотрят. Я чувствую эти взгляды кожей, в них смесь всего: любопытство, восхищение, зависть. Иду прямо, стараясь не запутаться в собственном шлейфе, который несут две девчушки важно вышагивающие позади меня.

Через несколько коридоров, спускаемся вниз к дворцовому храму, который оказывается огромным. Каменные своды уходят высоко-высоко, теряются в полумраке. Горят тысячи свечей, их свет отражается в высоких мозаичных окнах. От горящих свечей и лепестков цветов, которыми усыпан пол, исходит слабый сладкий запах. Я прохожу сквозь расступающуюся передо мной толпу, чтобы выйти к нему.

И всё остальное теряет для меня интерес, стоит мне увидеть его, своего жениха.

Каэлгард в чёрном. Чёрный камзол, расшитый золотом, чёрные брюки, высокие сапоги. Тяжёлая цепь на груди как знак его власти. Он смотрит на меня, и в его глазах я вижу тот самый огонь, от которого у меня подкашиваются колени.

Упрямо иду к нему. Длинный проход, сотни глаз, шёпот за спиной. Но я вижу только его. Только его лицо, его глаза, от которых я не могу оторваться, словно магнитом тянут меня к себе.

Каэлгард протягивает руку, чуть сжимает мои пальцы, когда я вкладываю в его раскрытую ладонь свою.

– Красивая, – шепчет он одними губами, улыбаясь.

Жрец – высокий старик в белых одеждах – начинает говорить на древнем языке. Слова тягучие, незнакомые, но они звучат как музыка. Я не понимаю ни смысла, но чувствую как они откликаются внутри меня, словно и правда мы даем клятву перед богами, которая соединит две судьбы в одну.

– Каэлгард, сын древней крови, Повелитель огня и неба, – начинает он голосом, который разносится по всему залу, вдруг переходит на знакомый мне язык: – принимаешь ли ты эту женщину в жёны, чтобы охранять её жизнь, как охраняешь свой народ? Чтобы делить с ней огонь своего сердца, как делишь силу своего рода?

– Принимаю, – ответ следует незамедлительно.

Жрец кивает, поворачивается ко мне.

– Миана, принимаешь ли ты этого мужчину в мужья, чтобы стоять рядом с ним в огне и в тени? Чтобы разделить его ношу, как он разделит твою? Чтобы быть его опорой, как он будет твоей?

Смотрю на Каэлгарда. Он ждёт. Не торопит. Но в его глазах вдруг вижу то, что не позволяет мне сомневаться. Я должна ответить прямо сейчас.

Сглатываю ком в горле. Голос дрожит, но я заставляю себя говорить громко, чтобы слышали все.

– Принимаю, – говорю я.

Каэлгард выдыхает почти неслышно, но я вижу, как расслабляются его плечи. Как будто с них сняли тяжёлый груз.

Жрец поднимает чашу с водой, сверху которой горит огонь, не гаснет.

– Соедините руки, – говорит он.

После чего льёт на наши соединённые руки жидкость из чаши. Огонь вспыхивает, яркий, золотой, но не жжёт, а лишь обволакивает наши ладони теплым светом. Метка появляется медленно как тонкая золотая нить, которая обвивает наши запястья.

– Огонь видит вас, – произносит жрец. – Вода помнит вас. Они свидетельствуют: отныне вы одно целое, что бы ни случилось. Навсегда!

И я понимаю: я правда не боюсь. Не здесь. Не сейчас. Не с ним.

Страх, который жил во мне все эти дни, все эти недели, вдруг исчезает. Растворяется в свете свечей. Остаётся только он и я, и этот миг.

И миг взрывается яркими красками, когда Каэлгард порывисто наклоняется ко мне и целует.

При всех. Долго, так, что у меня темнеет в глазах и подкашиваются колени. Я хватаюсь за его плечи, чтобы не упасть, и чувствую, как он улыбается, не отрываясь от моих губ.

Глава 29

Пир заканчивается поздно. Гости ещё шумят, хлопают в ладоши, кто-то запускает магические искры под потолок: золотые вспышки кружатся над нами и растворяются в воздухе.

Я стою рядом с Каэлгардом, держу его руку, улыбаюсь всем, кланяюсь, но внутри всё дрожит. От смеси страха и предвкушения чего-то нового, неизвестного. От того, что сейчас мы уйдём, и останемся только вдвоём. Впервые по-настоящему.

В рот даже кусочек не лезет от волнения. Выйти замуж за дракона – к такому меня жизнь точно не готовила. Это похоже как стоять на краю пропасти и решиться шагнуть. Потому что веришь, что тебя подхватят, не дадут упасть.

Каэлгард наклоняется ко мне, касается губами моего виска.

– Пора, – шепчет он тихо, только для меня.

Я киваю. Сердце колотится так сильно, что кажется, все слышат. Он берёт меня за руку, переплетает пальцы и ведёт через зал. Гости расступаются, улыбаются, кто-то кричит вслед что-то шутливое или напутственное, но я уже ничего не слышу.

Словно вокруг нашей пары образуется кокон из сжатого воздуха, куда не добираются звуки и запахи извне.

Только наши дыхания рядом. И тепло переплетённых ладоней.

Мне самой не верится, что это со мной происходит. Как я решилась вообще? Просто случайно согласилась, потому что в этом мире он был единственный, кто заботился обо мне. Так себе причина выйти замуж.

Но другая причина, в которой я боюсь даже самой себе признаться в том, что моё сердце замирает, когда он рядом. И мне не хочется отпускать это чувство.

Мы выходим в коридор. Стража кланяется, двери закрываются за нами, отрезая от толпы окончательно.

Каэлгард приводит меня в свои покои, специально приготовленные для этой ночи. Внутри них царит привычный полумрак. Мужчина лишь слегка взмахивает рукой и сотни свечей загораются ровным золотым светом.

Теперь я вижу, что пол весь усыпан лепестками роз. Всё та же огромная кровать, с тяжёлыми балдахином цвета ночи. Стол у кровати сервирован на двоих: два бокала, кувшин с вином и фрукты.

И больше я не успеваю ничего заметить и ни о чем подумать, потому что за моей спиной раздается щелчок замка. Каэлгард закрывает дверь и поворачивается ко мне.

Я стою посреди комнаты и вдруг понимаю – вот сейчас. Это случится сейчас. Он видит моё смятение, подходит медленно, берёт моё лицо в ладони осторожно, как будто я из тончайшего стекла.

– Ты дрожишь, – говорит тихо.

Я киваю. Слёзы подступают, и вдруг вся моя решимость выйти замуж за этого … дракона, довериться ему куда-то испаряется, будто её и не было.

– Я… я не знаю, хочу ли я этого… – шепчу я. – Я никогда…

Он улыбается мягко и нежно. И внезапно его глаза теплеют, плещутся на глубине расплавленным золотом.

– Тсс, – шепчет он, обнимая меня – И это не страшно. Мы никуда не торопимся. Если не готова, просто скажи. Я подожду. Сколько нужно.

Я смотрю в его глаза. В них нет нетерпения. Нет разочарования. Только тепло, которое согревает меня.

– Я готова, – шепчу я. – Просто… боюсь. Это всё так быстро произошло…

Он наклоняется, касается губами моих губ, невесомо и тут же шепчет в них:

– Тогда мы не будем торопиться. Ничего не бойся. Я с тобой. Не брошу тебя больше никогда. Веришь мне?

Я завороженно слушаю его слова, которые проникают в самое сердце. Медленно киваю. Конечно, верю. Больше мне некому верить.

Его пальцы тут же скользят по волосам, распускают причёску. Локоны падают на плечи. Он в это время уже целует меня в висок, опускается к шее, оставляя поцелуи везде. Я вздрагиваю каждый раз, когда его губы касаются кожи. Он останавливается, смотрит мне в глаза.

– Тебе хорошо? – спрашивает тихо.

– Да, – выдыхаю я.

Он улыбается. Продолжает. И действительно не торопится. Платье расстёгивает медленно, пуговка за пуговкой, что я уже сама начинаю помогать ему. Он лишь усмехается, и в тот же миг ткань падает к ногам. Я остаюсь стоят в тонкой сорочке и пытаюсь прикрыться руками, вдруг смутившись его пристального восхищенного взгляда. Он ловит мои запястья, мягко отводит в стороны.

– Не прячься, – шепчет он. – Ты моя, и ты прекрасна. Я хочу видеть тебя всю.

Я краснею до корней волос, но опускаю руки. Он смотрит на меня долго, словно пытается запомнить все изгибы тела, отлично видные под сорочкой. Потом раздевается сам – медленно, давая мне привыкнуть. Камзол, рубашка, брюки летят на пол. Я вижу его обнажённого, сильного, покрытого шрамами, но красивого. Очень красивого возбужденного мужчину.

И причина его возбуждения я. Это просто не укладывается в голове.

Но он уже обнимает меня, стягивает сорочку, и теперь прижимает кожа к коже. Время останавливается, я уплываю, тону в своих ощущениях. Запускаю пальчики в его длинные волосы, пропускаю пряди между пальцами.

Каэлгард в один миг подхватывает меня на руки. Вот только что мы стояли посреди комнаты и через мгновенье я лежу на середине кровати, распластанная под ним и прижатая к простыням тяжелым мужским телом.

И это оказывается так прекрасно, что я закрываю от блаженства глаза и сама тянусь за поцелуем. Каэлагрду это служит будто последним разрешением, он тут же впивается в мои губы, словно это единственный источник воды в пустыни, и без моих губ он погибнет от нестерпимой жажды.

Я не могу сдержать стона. Выгибаюсь под ним. И получаю ответный стон в мой рот. Он проносится током по всем нервным окончаниям и по венам, наполняет мою душу трепетом. Это так восхитительно, что я понимаю, что готова на всё, лишь бы услышать его стон ещё раз. И ещё.

Ещё много-много раз.

Глава 30

Его поцелуй обжигает, как первое настоящее пламя в моей жизни. Я тону в нём, выгибаюсь под тяжестью его тела, и стон, который вырывается из меня, кажется, принадлежит кому-то другому. Не той Миане, что всю жизнь пряталась в тени.

Каэлгард отрывается от моих губ ровно настолько, чтобы я могла вдохнуть. Его золотые глаза горят в полумраке, зрачки вертикальные, как у настоящего дракона. А в них … такая нежность, что у меня перехватывает дыхание. Неужели это возможно, неужели это происходит со мной?

– Миана, – шепчет он хрипло, и его голос дрожит, требуя ответа: – Всё хорошо? Скажи мне.

Я могу лишь кивнуть, не в силах говорить. Сердце колотится так, будто хочет вырваться и встретиться с его сердцем, которое отчаянно бьётся в ответ в его груди.

– Да… – выдыхаю наконец. – Да-а-а.

Он улыбается, смотрит на меня, откровенно любуясь, словно ему достался какой-то сказочный подарок.

Проводит большим пальцем по моей нижней губе.

– Если станет больно или неприятно, останови меня. Обещай. Я смогу остановиться, – обещает он, и я понимаю, что он готов сдержать обещание, несмотря на пожар желания, что полыхает сейчас в его глазах.

Он прижимается ко мне ближе, я отчетливо ощущаю как напряжен его член, упирающийся между моих ног. Каэлгард застывает на месте, хоть это явно стоит ему неимоверных усилий.

Я киваю снова, и он целует меня. Глубоко, но так медленно, что каждый миг растягивается в вечность. Его ладонь скользит по моей талии, поднимается выше, обхватывает грудь. Горячая ладонь почти обжигает, как будто внутри него полыхает настоящее драконье пламя, сжигает его от желания быть внутри меня.

Вздрагиваю, и он сразу замирает.

– Хорошо? – спрашивает он, не отрывая губ от моей кожи.

– Да… – шепчу я и сама удивляюсь, как уверенно звучит мой голос. – Не останавливайся.

Он целует мою шею, спускается ниже, оставляя влажный след. Каждый поцелуй словно передаёт частичку его внутреннего огня мне, и я воспламеняюсь в ответ.

Когда его губы смыкаются вокруг моего соска, я тихо всхлипываю от непривычного, острого удовольствия. Тело выгибается само, пальцы впиваются в его плечи. Он стонет мне в кожу, и этот звук отдаётся у меня между ног сладкой дрожью.

– Ты такая чувствительная… – выдыхает он, поднимая взгляд. – Мне это нравится. Нравится, что ты вся моя.

Я краснею до ушей, но уже не прячусь. Сама обнимаю его в ответ, теряя всякий стыд, целую шею и грудь, поражаясь тому, что он, дракон, сейчас в моей власти, прикрывает глаза в истоме от моих робких первых поцелуев.

Его ладонь спускается ниже, гладит мой живот и бёдра, вырисовывает на них какой-то сложный узор. Он не торопится. А потом, когда его пальцы добираются до моих влажных складочек в междуножье, я выдыхаю его имя, словно молюсь:

– Каэлгард…

– Смотри на меня, – просит он тихо. – Хочу видеть твои глаза, когда тебе хорошо.

Я послушно открываю глаза, но взгляд туманится от наслаждения. Каэлгард смотрит так, будто я единственное чудо в этом мире.

Его пальцы двигаются медленно, точно, и каждое движение вытягивает из меня новые стоны. Я дрожу, прижимаюсь к нему сильнее, и вдруг понимаю: я не боюсь. Я хочу этого. Хочу его всего.

– Пожалуйста… – шепчу я, сама не узнавая свой голос. – Я готова… Я хочу… Пожалуйста… Пожалуйста.

Я сама толком не знаю, что я прошу. Мне хочется быть с ним как можно ближе, слиться, стать одним целым.

Он целует меня глубоко, так что я теряю голову, и тут же входит в меня медленно, одним плавным движением скользя внутрь и тут же замирает, давая мне время привыкнуть к этой горячей наполненности. Ощущение жаркого распирания, чуть болезненное в первый миг, но такое правильное, что я не выдерживаю и сама двигаюсь навстречу, насаживаясь на него, требуя двигаться.

Он подхватывает мой неторопливый ритм, но когда я выдыхаю протяжный стон ему в губы, он сразу же замирает:

– Больно?

– Немного… – признаюсь я честно, с трудом подбираю слова: – Но не уходи. Не уходи от меня. Я… я хочу ещё.

Он целует мои веки, осыпает поцелуями щёки и уголки губ.

– Я здесь. Я не уйду. Ты – моя! Знала бы ты, какая ты красивая сейчас. – шепчет он мне, тихонько двигаясь, растягивая меня под себя. Приручая сладкими словами.

Мы дышим в один ритм. Он двигается сначала очень медленно, потом чуть быстрее. И еще быстрее и глубже. Каждый стон, который он не может сдержать, я слышу как доказательство, что ему так же хорошо, как и мне. И от этого осознания у меня вдруг прибавляется смелости обхватить его ногами, запустить пальцы в его длинные волосы и притянуть к себе.

– Ты… ты… – шепчу я между поцелуями. – Никто… никто никогда…Ты…

Мне так много хочется сказать, но мысли путаются, слова застревают где-то внутри, и я произношу лишь несвязано «ты, ты, ты»

– Ты – моя, – шепчет он, вколачиваясь в меня. Словно каждое его движение подтверждает мою принадлежность ему.

Я чувствую себя желанной, и это так прекрасно, что на глазах выступают слёзы. Я чувствую себя… любимой.

Кричу его имя, когда волна удовольствия накрывает меня с головой, и он следует за мной почти сразу, крепко прижимая к себе, будто боится, что я исчезну, глубоко проникая последним самым горячим движением, изливается внутри меня обжигающими толчками своего семени.

Потрясённо закрываю глаза в полном изнеможении, и тут же их распахиваю. от того, что комнату заливает золотое сияние.

Глава 31

Золотое сияние медленно угасает, но не исчезает совсем. Оно остаётся мягким, тёплым свечением, которое обволакивает нас, словно легкое облачко.

Я чувствую Каэлгарда внутри себя, вокруг себя, везде. Он такой горячий, тяжёлый, пульсирующий внутри.

Моё тело дрожит от только что пережитого удовольствия, а сердце колотится где-то в горле, и его стук разносится по всему телу.

Приподнимаюсь на локтях, пытаясь понять, что происходит. И чуть не теряю дар речи.

Над моей грудью словно вышитый тончайшей золотой нитью проявляется рисунок в форме раскрытого драконьего крыла. Точно такой же, только крупнее и мощнее, сияет на груди Каэлгарда.

Я настороженно кошусь на него.

– Это… твоя магия? – голос у меня хриплый, подозрительный. – Ты что-то сделал?

Я даже себе не могу объяснить про что именно я спрашиваю, про мягкий золотой свет, который становится всё слабее, но еще отчетливо виден или про странные парные рисунки на наших телах.

Каэлгард лежит неподвижно, с широко распахнутыми глазами. Ничуть не менее потрясенно, чем я, он взирает на на метку у меня над сердцем, и у себя тоже, и на его лице отражается настоящее потрясение. Дракон выглядит совершенно ошеломлённым. Впрочем, как и я.

– Нет… – шепчет он еле слышно. Его пальцы подрагивают, когда он осторожно касается моей метки. Встречается с моим недоверчивым взглядом, торопится сказать: – Это несомненно магия. Только мне моя. Это не я, Миана. Клянусь. Это высшая магия драконьего рода.

Он проводит подушечкой пальца по золотому крылу еле касаясь, и мы оба вздрагиваем от ощущения того, будто он коснулся не кожи, а прямо моего сердца. Метка теплеет от его прикосновения, пульсирует сильнее, и я чувствую ответный отклик в его груди. Его метка также откликается.

– Это метки истинности и брачной связи, – произносит он тихо и глухо, севшим от эмоций голосом. – Они появляются крайне редко. Только у настоящих избранных пар. Это не просто знак. Это… доказательство, что наши души признали друг друга. Что мы одно целое. Навсегда.

Я смотрю на свою метку. Золотое крыло кажется, что слегка трепещет, словно живое, от моего дыхания. Тонкие золотые линии внутри крыла переливаются. А само оно излучает нежное тепло, которое разливается по всему телу, стирая без остатка последние остатки страха и сомнений, если бы они ещё были во мне.

– Значит… это правда? – шепчу я, касаясь его метки в ответ. – Не иллюзия?

Каэлгард ловит мою руку, прижимает ладонь к своей груди. Под моими пальцами бьётся его сердце, сильно, ровно, в унисон с моим.

– Правда, Миана. Теперь даже магия драконьего мира подтверждает то, что ты – моя пара. Моя жена. Моя единственная. Навсегда. Чувствуешь?

Метка вспыхивают ярче от его слов, и я ощущаю, как внутри меня разливается странное, сладкое чувство, что я не одна больше. Отныне мы – единое целое, мы вместе. Словно невидимая нить теперь связывает нас не только словами и клятвами, но и чем-то гораздо глубже.

Он снова входит в меня и начинает двигаться. На этот раз очень медленно, глубоко, Мы смотрим друг другу в глаза, будто прямо в сердце, соединяемся не только телами, но и душами.

Каждый его толчок сопровождается вспышкой золотого света на наших метках. Я обхватываю его ногами, прижимаюсь ближе, и чувствую, как его желание разгорается с новой силой. Он не торопится, но его стоны становятся громче, а руки крепче сжимают мои бёдра, демонстрируя его нетерпение.

Мы оба одновременно выдыхаем стон. Золотое сияние меток усиливается в такт его движениям. Ощущения становятся острее, глубже, каждое движение отдаётся эхом в обоих наших телах.

– Я не могу оторваться от тебя… – рычит он, наклоняясь и целуя меня глубоко и жадно.

Когда вторая волна удовольствия накрывает меня, я выкрикиваю его имя, выгибаясь под ним. Он следует за мной почти сразу, изливаясь глубоко внутри с низким, вибрирующим рыком.

Но даже после этого мы не можем остановиться.

Каэлгард выходит из меня медленно, с явной неохотой, дает мне небольшую передышку и начинает целовать меня прокладывая дорожку из поцелуев вниз по телу. Зацеловывает мою грудь, живот, бёдра. Его губы горячие, дыхание обжигает кожу. Я вздрагиваю, когда он опускается ещё ниже, раздвигая мои ноги широкими ладонями.

– Каэлгард… – шепчу я смущённо, пытаясь сдвинуть колени.

Он поднимает на меня взгляд. Его золотые глаза горят желанием, и оно передаётся мне, будто общим, одним на двоих становится, но от этого не делится на два, а умножается.

– Позволь мне, Миана. Я хочу попробовать тебя на вкус. Почувствовать, как ты кончаешь у меня на языке. Тебе понравится, моя девочка, – жарко убеждает он меня.

Его голос низкий, хриплый, полный желания. Я вижу, как сильно он хочет этого. Вижу, как метка на его груди пульсирует ярче от одной только мысли.

И быстро, пока не передумала, киваю, кусая губу.

Он опускает голову, и первое касание его языка заставляет меня выгнуться и тихо всхлипнуть. Горячий, бархатный, настойчивый язык касается моих складочек. Он обводит меня медленно, пробует, пробует глубже, и когда находит чувствительную точку, замыкает губы и начинает посасывать.

Я громко ахаю, не в силах сдержаться. Пальцы впиваются в простыни, бёдра дрожат. Каэлгард стонет мне прямо в плоть, и вибрация проходит сквозь всё моё тело. Он пьёт меня жадно, но при этом невероятно нежно. Каждый раз, когда я выгибаюсь сильнее, он крепче прижимает меня к кровати, не давая отстраниться.

– Каэлгард… о боги… это… слишком… – стону я, но тело не слушается меня, двигаясь навстречу его рту.

– Ты моя! – рычит он, не отрываясь. – Вся моя, без остатка.

Метка над моим сердцем вспыхивает ярко-золотым каждый раз, когда накатывает очередная волна удовольствия. Я чувствую, как муж усиливает давление языка, вводит пальцы внутрь и начинает чуть сгибать их внутри, и разгибать тут же…

Это слишком. Слишком хорошо. Слишком сильные ощущения.

Я теряюсь от них, улетаю, и, кажется, никогда не вернусь.

Оргазм накрывает меня резко, будто цунами.

Я кричу, содрогаясь всем телом, пальцы запутываются в его длинных волосах, прижимая его ближе. Он не останавливается, продолжает ласкать меня через все судороги, выпивая каждый мой всхлип, каждый стон.

Когда я наконец обмякаю, дрожащая и совершенно без сил, он поднимается вверх, целует меня в губы. Я чувствую свой собственный вкус на его языке, сладко-солоноватый, смешанный с его вкусом. Это странно возбуждает.

– Ты невероятная, – шепчет он, укладываясь рядом и притягивая меня к себе. – Моя сильная, моя нежная, моя настоящая.

Я прижимаюсь щекой к его груди, прямо к тёплой золотой метке. Она пульсирует спокойно, в такт его сердцу. Моя собственная метка отвечает мягким теплом.

Закрываю глаза, слушая, как два наших сердца бьются в унисон.

Засыпаю с улыбкой на губах, чувствуя, как его рука крепче обхватывает меня во сне, притягивая к себе, словно даже во сне он боится меня потерять.