Текст книги "Очень личная помощница для орка (СИ)"

Автор книги: Дина Дружинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 37

Глава 37

Марта

Я оборачиваюсь на звук своего имени, произнесенного мне вслед. Эдгар стоит у поворота, будто вырос из стены. Безупречный, подтянутый как всегда. На лице вежливо-деловое выражение, но теперь, после всего произошедшего мне кажется, что это лишь маска. Прикрывающая все его истинные намерения.

– Да? Вы меня искали?

– Можно и так сказать, – произносит он бесцветно. – Мистер Моггарн пожелал, чтобы вы присутствовали при нашем разговоре с ним.. Так что, раз вы здесь… прошу, зайдите. Это касается вашей безопасности, и не только вашей.

Слово «безопасность» звучит у него так, будто он говорит «финансовый отчёт». Что-то скучное и занудное.

Как ни странно он ведет меня в каюту Бархага.

– Эдгар? – голос Бархага звучит удивлённо, тем более тем, что вслед за его помощником в каюту вхожу я.

Эдгар кланяется и, не садясь, начинает сразу:

– Мистер Моггарн, я только что узнал о происшествии в лаборатории, сэр. О… возгорании и последующем инциденте. – Он произносит это так, словно говорит о поломке небольшого парового клапана. – И считаю необходимым предложить предупредительные меры.

– Говори, – коротко бросает Бархаг. Разворачивается к нему, демонстрируя крайнюю заинтересованность.

Эдгар, чувствуя прилив уверенности в своих словах, быстро произносит:

– Эмбраксит следует временно вывести из использования. Либо, как минимум, ограничить доступ. Особенно… – он делает паузу, – в условиях, когда на борту леди Марта.

Я чувствую, как у меня поднимаются брови сами собой.

– Особенно, когда я на борту? – уточняю я, не в силах поверить, что слышу это.

Причем тут я вообще?

Эдгар даже не моргает.

– Вы – фактор риска, леди Марта. И не стоит обижаться. Это просто моё наблюдение. После вашего контакта с кристаллом, леди Марта, произошел выброс энергии и пожар. Также было и когда вы спустились вниз в технический этаж, что чуть не привело к трагедии. И если это повторится… последствия могут быть катастрофическими.

Я заставляю себя улыбнуться. Мне казалось, что тогда в машинном отделении я, напротив, спасла положение, но, видимо, у Эдгара другое мнение.

– Удивительная наблюдательность и логика, Эдгар. Особенно если учесть, что от контакта с кристаллом пострадала только я.

Эдгар кланяется едва заметно. Это выглядит издевательски. И будто этого недостаточно, он продолжает:

– Именно поэтому я и говорю. Мистер Моггарн, я считаю, что леди Марте следует сойти на берег. В безопасное место. Под охрану. До выяснения обстоятельств.

“Ну ничего себе!” – Возмущаюсь я внутренне: – “Он что ревнует?” Если не предлагает мне поберечься или просто дать мне отдохнуть. А сразу делает вывод, чтоб мне надо сойти на берег, убрать меня с “Олимпии”, и это якобы вопрос безопасности. Причем моей, в первую очередь. Очень умно!Я слышу, как у Бархага меняется дыхание, словно медленней становится и поверхностей, словно у хищника, готового к смертельному прыжку.

– Ты предлагаешь убрать Марту с корабля, – произносит он медленно, но Эдгар словно не замечает разительной перемены в настроении своего босса.

– Я предлагаю минимизировать риски для компании и для неё, – ровно отвечает Эдгар. – Мы уже имеем прецеденты: поезд, попытка похищения, пожар на борту…

– Вы думаете, что опасность всё время исходила от меня? – у меня глаза расширяются от подобных далеко идущих выводов.

Эдгар поджимает недовольно губы:

– Я не говорил, что опасность в вас. Я сказал, что ваш контакт с эмбракситом похоже вызывает аномальную термическую реакцию. А это небезопасно. А нас известная транспортная компания, мы не можем допускать катастрофу за катастрофой!

– Тогда почему вы хотите убрать меня, а не… например, проверить сам кристалл? – спрашиваю я.

Его взгляд на секунду соскальзывает с моего лица. И тут же возвращается.

– Камень проверен. Он качественный.

– Камень проверен? Вот как? – переспрашивает Бархаг. – Кем?

Эдгар отвечает очень быстро, словно готовился к этому вопросу:

– Службой снабжения. По документам.

– По документам, – медленно повторяет босс. – А ты не хочешь мне объяснить, почему в документах исправлено количество? И почему подписи под исправлениями неразборчивые?

Эдгар впервые напрягается заметно. Но быстро берёт себя в руки.

– В порту могли…

– Не “могли”, – обрывает Бархаг. – Это произошло. И ты это видел.

Я вижу, как у Эдгара сжимается челюсть. На долю секунды. Потом снова гладкая маска.

– Мистер Моггарн, – произносит он осторожно и вкрадчиво, – любые несоответствия можно урегулировать, я разберусь с этим. Но сейчас важнее предотвратить повторение инцидента.

– Повторение, – тихо говорю я и смотрю на Бархага. – А если инцидент был возможен только потому, что эмбраксит не настоящий или некачественный?

Глава 38

Глава 38

Марта

Бархаг кивает, словно складывая внутри себя очередной кусок мозаики. Мы уже говорили с ним об этом, а вот Эдгар слышит первый раз. Я вижу, как босс быстро бросает на него взгляд и так же быстро отводит его, будто не хочет, чтоб Эдгар заметил.

Босс вздыхает:

– И ты думаешь, что твоя магия стала спусковым крючком? – спрашивает он.

У меня от волнения потеют ладошки, сложно признать, что я, можно сказать, причина всех бед. Но я беру себя в руки и медленно киваю:

– Я думаю, что моя магия… могла усилить это. Подтолкнула. Сделала нестабильность смертельно опасной, той, что может устроить взрыв…

Эдгар с радостью хватается за это предложение:

– Именно об этом я и говорю! Леди Марта должна сойти с трапа “Олимпии”, её нахождение на борту нецелесообразно! – В его голосе слышится неподдельное воодушевление. – Пароход отчаливает от пристани через час, леди Марта не может отправляться в плавание! Мистер Бархаг вы должны прислушаться к моим словам!

Я вижу, что Эдгар не на шутку встревожен. Возможно, он и прав. Переглядываемся с Бархагом, который равнодушно жмёт плечами, видимо, решив проигнорировать опасения своего помощника.

– Похоже, нам нужен Терволен, – говорит он наконец.

Мне не нравится, как сжимается у меня в груди при этом имени. Но я киваю.

– Да. Он знает про камни больше, чем мы. – соглашаюсь без раздумий, в то время как Эдгар закатывает глаза, недовольный тем, что ему не верят на слово.

Бархаг подходит к переговорному кристаллу и активирует связь.

– Аргат. Немедленно ко мне в каюту.

Ответа следует незамедлительно, словно профессор только этого и ждал, раздается поспешное:

– Да, разумеется, мистер Моггарн!Все приятельские отношения похоже канули в лету, после того, как я чуть не пострадала в одном из его экспериментов. Бархаг вряд ли бы стал церемониться с профессором, и он прекрасно это понимает.

Несколько минут, пока мы ждём профессора, тянутся мучительно долго. Бархаг ходит из угла в угол, словно зверь в клетке. Я сижу, сцепив руки на коленях, и стараюсь не думать о том, что прямо сейчас в машинных трюмах «Олимпии» лежат запасы эмбраксита. Того самого. Или не того.

Дверь открывается резко. Профессор Терволен входит взъерошенный, с блеском в глазах и следами бессонницы на лице. Он явно ожидал разговора.

– Мистер Моггарн… леди Марта… – начинает он, но Бархаг тут же его перебивает.

– Может ли эмбраксит рассыпаться в пыль?

Профессор моргает, явно сбитый с толку и вопросом и тем, что мы собрались в каюте босса вчетвером. – Теоретически… при экстремальных условиях…

– Без теории, – Бархаг рубит короткими фразами. – Только факты!

– Я знаю, что ты не думал, – голос Бархага ледяной. – Мне нужны факты. Почему эмбраксит распался?

Профессор оживляется. Это его территория.

– Потому что произошёл перегруз! – выпаливает он. – Магический всплеск… необычайный! Ваш… кхм… ваш объект исследования…

Он многозначительно смотрит на меня, что я не выдерживаю и выпаливаю:

– Я не объект!

Он будто не слышит и продолжает свою мысль:

– …дал такой выброс, что структура кристалла не выдержала!

– Настоящий эмбраксит выдерживает перегруз, – говорю я чётко.

Терволен переводит взгляд на меня. На секунду мне кажется, что он видит меня впервые по-настоящему – не как объект эксперимента, а как участника разговора.

– Настоящий эмбраксит, – медленно говорит он, наконец-то соглашаясь со мной, – не распадается. Он может разрушить контуры, может вызвать обратную волну, но физически… нет. Не в пыль. И я уже говорил, что, возможно, дар леди Марты именно в том, что…

Я чувствую, как внутри меня что-то холодно и отчётливо становится на своё место. Это не мой дар, или не только он один. Я не могу разрушить кристалл. Особенно если я не прилагаю к этому никаких усилий.

Поэтому я не собираюсь больше молчать и выслушивать пустые домыслы о моей вине, и я громко заявляю.

– Дело не во мне! То, что он распался, значит, тот камень был подделкой.

Профессор колеблется, перед тем как всё-таки нехотя признать:

– Имитированный эмбраксит действительно нестабилен. Их сложно создать. И… опасно использовать. Поэтому их производство и запрещено. Я не представляю, откуда бы мог взяться поддельный кристалл, тем более что….

– А если к нему приложить живую магию? – спрашиваю я, прерывая его пространные рассуждения. У нас слишком мало времени. – Такую, как у меня?

Он замирает, а я продолжаю:

– И убрать защиту или снизить её, неважно с какой целью, тогда что будет?

– Тогда распад ускорится, – отвечает он тихо после минутного размышления. – В разы.

Бархаг резко сжимает кулаки.

– То есть, – медленно произносит он, – если бы камень был настоящим, Марта бы не пострадала?

Профессор не отвечает сразу. И это красноречивее любого “Да”.

– Вероятнее всего, – говорит он наконец. – Нет.

В его глазах загорается уже знакомый мне азартный блеск.

– Я думаю, нам нужен, – он делает паузу, обводит всех глазами. Но всё равно его слова гремят как гром среди ясного неба – … повтор эксперимента.

Все смотрят на него потрясенно. Он настоящий фанатик, раз предлагает Бархагу такое. У меня внутри всё холодеет и одновременно вспыхивает. Я даже представить не могу, в какую форму выльется гнев босса, хоть он пока и держит себя в руках:

– Нет! – говорит Бархаг мгновенно. – Никаких повторов!

– Сэр, – Терволен тут же поднимает ладони, – в вашем присутствии. Под вашим контролем. Мы поставим защиту. Мы…

– Нет.

Профессор раздражённо выкрикивает:

– Тогда вы так и будете жить в догадках! А ваша очень личная помощница будет опасна для других и для самой себя, потому что не понимает, что она делает!

Глава 39

Глава 39

Я стою посреди каюты и чувствую, как воздух становится густым, будто его пропустили несколько раз через перегретый паровой котёл. Бархаг молчит уже почти минуту. Его огромные кулаки сжаты так сильно, что костяшки побелели. Он смотрит на профессора Терволена, и в этом взгляде полыхает вся его ярость, страх за меня и ненависть к тому, что произошло.

Поворачивается ко мне и одними губами спрашивает, внимательно глядя мне прямо в глаза:

– Ты как? Готова?

Я лишь слегка киваю, во мне нет ни капли страха. Напротив, есть удивительная убежденность, что в присутствии Бархага никто не посмеет причинить мне вред. Терволен предпримет все необходимые меры безопасности, чтобы доказать мистеру Моггарну, что чрезвычайное происшествие, произошедшее в прошлый раз не более чем досадная случайность, и тем самым обелить себя в его глазах.

– Хорошо, – говорит Бархаг наконец, и голос его низкий и устрашающий, словно дальние раскаты грома. – Пусть будет один эксперимент под моим контролем.

Поворачивается ко мне и говорит в тоне, не предпролагающем никаких возражений:

– Ты будешь только наблюдать, Марта!

Потом обращается к профессору:

– Ни шагу ближе, никакого прямого участия в твоих экспериментах для неё не будет. Понял, Аргат?

Профессор кивает так быстро, что его длинные волосы взвиваются вокруг его головы словно облако и тут же оседают. В глазах у него вспыхивает снова этот безумный блеск фанатика, который готов рискнуть всем ради знания. Я сглатываю. Сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди. Бархаг соглашается. Скрепя сердце, но соглашается. Потому что мы оба понимаем: без правды мы слепы.

Терволен уже разворачивается к двери, когда вдруг замирает. Лицо его становится белым, как пароходная краска.

– Мистер Моггарн… есть небольшая проблема.

Бархаг медленно переводит на него взгляд:

– Говори.

– Я… перенёс весь эмбраксит, который был в моём распоряжении в топливный отсек. Для стабилизации. Там было прохладнее и… безопаснее. Я думал, так будет лучше. Но… там он уже смешался с основным запасом кристаллом. Разделить почти невозможно, я полагаю…

Он с виноватым видом опускает голову. В каюте воцаряется тишина. Я чувствую, как пол уходит из-под ног. Топливный отсек. Запасы на весь рейс. Если поддельный эмбраксит попал туда же…

– Отплытие откладывается, – произносит Бархаг ровным, страшным голосом. – Немедленно. Никто не сходит с корабля, пока я не разберусь. Эдгар, найди капитана и передай ему моё распоряжении, и пригласи его ко мне.

Эдгар с удовлетворенным лицом быстро исчезает за дверью.

Профессор пятится к двери, бормоча извинения. Дверь за ним закрывается. Бархаг стоит неподвижно, потом резко разворачивается и бьёт кулаком по стене. Металл гудит. Я вздрагиваю.

– Если весь корабль на поддельном топливе… – шепчу я, прокручивая в голове самые жуткие варианты.

– Мы могли взорваться в море, – озвучивает Бархаг. Его голос дрожит. Он подходит, обхватывает меня за плечи, прижимает к груди. – Я чуть не посадил тебя на эту бомбу, Марта. Выходит, Эдгар был прав, настаивая на том, чтобы ты сошла на берег.

Я обнимаю его в ответ, вдыхаю его запах.

– Мы вместе. Мы разберёмся, Бархаг. – обещаю я ему. – Но мне почему-то кажется, что профессор нарочно смешал эмбракситы, те, что у него были и те, что были в топливном отсеке “Олимпии”, когда понял, что его эмбракситы поддельные. Заметал следы.

– Скорей всего, так и есть, иного объяснения у меня нет. Он бы ни за что не отдал эмбраксит просто так. – задумчиво соглашается со мной босс.

Отстраняется, смотрит мне в глаза.

– Но сначала давай разбираться с тем, что мы можем выяснить наверняка. Твой похититель. Я хочу услышать, как продвигается расследование в полиции.

Бархаг активирует переговорный кристалл. Синий свет вспыхивает, и через несколько секунд на другом конце отвечает дежурный офицер в Порт-Эфире.

– Мистер Моггарн, – говорит Бархаг, представляясь, – дело о попытке похищения моей помощницы. Что с задержанным?

Офицер кашляет. Ответ приходит быстро. Имя Бархага явно весит больше, чем любые формальности.

Я слушаю, почти не дыша.

– Его почти отпустили, сэр. Ваш помощник Эдгар сдал его как обычного карманника. Показания изменились. Говорит, был пьян, хотел просто пошутить. Ущерба нет. Так что мы его оштрафуем за мелкое хулиганство и планируем отпустить через пару часов.

Бархаг сжимает кристалл так, что тот трещит.

– Карманника? Но он пытался похитить мою личную помощницу! Он явно не договаривает!

– Сэр? – удивленно переспрашивают на том конце провода, – О чем вы говорите? Заявление подано на попытку вытащить кошелек у одного из пассажиров.

Мы переглядываемся с Бархагом, недоумевая, почему Эдагр так поступил. Но с другой стороны, это новое обстоятельство говорит о том, что Эдгар не так уж и невиновен. И что он ведет свою собственную игру. Понять бы еще какую.

Глава 40

Глава 40

Бархаг медленно опускает переговорный кристалл на стол, и синий свет, ещё секунду назад пульсировавший в его гранях, гаснет, оставляя нас в тишине.

Никто из нас не произносит ни слова. Бархаг начинает расхаживать по своей каюте, меряя её широкими шагами, и замирает, остановившись у стола лишь в тот момент, когда на пороге появляется Эдгар и капитан корабля.

Бархаг не смотрит на Эдгара сразу. Стоит, упершись ладонями в край стола, и я вижу, как под его кожей напрягаются жилы, как медленно двигается челюсть, словно он перекатывает внутри слова, которые ещё не решил произнести вслух. В его молчании отчётливо читается с трудом сдерживаемая ярость. Наконец он выпрямляется и обращается к своему помощнику.

– Ты оформил его как карманника? – спрашивает он негромко, словно даже как-то незаинтересовано, будто уточняет какие-то несущественные детали.

Эдгар не отводит взгляда. Он стоит ровно, как всегда, идеально собранный, как будто этот разговор касается не попытки похищения, а отчёта о поставках угля. Но тем не менее, он сразу же понимает о чём вопрос, хоть он и задан без подробностей.

– Формально состава похищения не было, сэр, – отвечает он тем же бесцветным, аккуратным тоном. – Он не успел причинить вред. Так что я действовал в интересах компании и вас лично, дабы не раздувать лишнюю шумиху, привлекая ненужное внимание к этому факту.

Слова “в интересах компании” повисают в воздухе. Босс медленно повторяет их таким тоном, что у меня по спине пробегает холод:

– В интересах компании, – стальной голос, кажется, готов, убивать.

Я чувствую, что сейчас речь идёт даже не только обо мне. Не только о похитителе. Речь идёт о доверии, о границе, которую кто-то перешёл, и о том, что обратно его уже не вернуть.

– Мы едем туда, – говорит Бархаг после короткой паузы. – Сейчас.

Эдгар слегка приподнимает бровь, но выражение его лица почти не меняется.

– Сэр?

– В участок, куда ты сдал этого негодяя, – уточняет Бархаг. – И ты поедешь с нами. И Аргат тоже.

Терволен, который до этого старался держаться в тени, вздрагивает так, словно его внезапно включили в смертельно опасный эксперимент, к которому он не готовился.

– Я? Но… эмбраксит… точней, его подделка… в топливном отсеке…

– Капитан займётся отсеком, – обрывает Бархаг.

– Мистер Моггарн? – капитан ничего не понимает в нашей вакханалии, хмурит брови, – что происходит?

– Это я и пытаюсь выяснить, – говорит Бархаг, – Мистер Терволен утверждает, что у него был поддельный эмбраксит, который он отнес в топливный отсек.

– Да, так и было, – подает голос Капитан, – но мистер Терволен не сообщил, что он поддельный, он сказал, что ваш помощник выдал ему слишком много эмбраксита и он хочет его вернуть.

Капитан тревожно переводит взгляд с Эгдара на профессора и обратно, потом вновь смотрит на мистера Моггарна, который уже отдает приказ:

– Вам необходимо уведомить пассажиров о том, что стоянка будет продлена, пока экипаж не разберется с некоторыми техническими проблемами. Мы должны быть на сто процентов уверены в безопасности путешествия.

– Мистер Моггарн! – Тут же вмешивается Эдгар, – я полагаю вы перестраховываетесь, сэр. Поднимется невероятная шумиха. Если леди Марта сходит с корабля, то ему практически ничего не угрожает. Даже если в топливный котёл попадёт частично поддельный эмбраксит, котёл справится, просто может быть будет ниже скорость, или ещё какие-то мелкие неприятности. Но если дать повод для слухов, то…

Он не успевает договорить, как Бархаг изумлённо перебивает его:

– Ты предлагаешь рисковать жизнью пассажиров из-за того, чтобы не допустить распространения информации о поддельном эмбраксите?

– Риска практически нет, вся проблема была, я уверен, в леди Марте, а раз её не будет на борту корабля..

– Это исключено! – грохочет Бархаг, – распоряжение остаётся прежним. Олимпия не двинется с места, пока не будет с точностью установлено, что топливо является качественным.

Через полчаса я стою перед зеркалом в своей каюте и рассматриваю своё отражение. Все вещи собраны и упакованы Лоаной, я полностью готова сойти на берег.

В коридоре слышны шаги, приглушённые голоса. Бархаг отдаёт распоряжения капитану. Я выхожу и вижу, как он стоит у трапа, широкоплечий, непоколебимый, как утёс. Рядом с ним Эдгар, на лице которого написано: “Я делал свою работу, сэр, и не понимаю, почему вокруг столько шума”.

Чуть поодаль мнётся профессор Терволен. Он похож на побитого пса, который не понимает, за что его наказали, но уже готов винить в этом кого угодно, только не себя.

– Леди Марта. – Оживляется он, когда я подхожу. – Надеюсь, поездка не будет для вас слишком утомительной.

– Я переживу, мистер Терволен. В конце концов, я пережила попытку похищения, взрыв и едва не утонула. Небольшая поездка в автомобиле меня вряд ли добьёт.

На секунду в его глазах мелькает что-то. Но он тут же прячет это за маской деловой учтивости.

Автомобиль Бархага ждёт нас у самого трапа. Чёрный, большой, с магическим двигателем, который тихо гудит, будто огромный зверь, готовый сорваться с места. Бархаг открывает мне пассажирскую переднюю дверь, а сажусь в автомобиль под неодобрительные взгляды спутников. Ну конечно же, они думают, как и многие другие мужчины, что женщины если и могут разъзжать в автомобиле то только на заднем сиденье, вжимаясь от страха в кожанные подлокотники кресел, а еще лучше – в сильное плечо сопровождающего мужчины.

Фыркаю, закатывая глаза, и произношу, когда Бархаг усаживается за руль, а Аргат и Эдгар на заднее сиденье:

– Если вы не возражаете, мистер Моггарн, я бы хотела попробовать управлять автомобилем.

Если это и удивляет Бархага, то он виду не подает, лишь слегка вздергивает бровь, бросает на меня быстрый взгляд, соглашаясь:

– Конечно, Марта, уверен, у тебя получится. Покинем город, и поменяемся местами, сядешь за руль. Это будет незабываемая поездка, джентельмены! – оборачивается он назад, оглядываясь на замерших в шоке профессора и помощника.