Текст книги "Неженка и космодесант (СИ)"
Автор книги: Дина Дружинина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
Глава 22. Не потому, чтоб я ее любил…
Шэор
Она.
Образ выжжен на сетчатке, глаза можно не закрывать, итог все равно один – перед глазами всегда она.
Всего лишь человек. Повторяю сотый раз. Про себя, вслух, могу рычать, бить кулаком об стену. Лучше лбом наверное. Действенней.
Она – слабое, уязвимое, хрупкое создание. Че-ло-веч-ка. Вероятно, одна из тупиковых ветвей эволюции.
Слова обжигают изнутри, потому что чувствую я совсем другое.
Ощущение от её присутствия, мягкий, едва уловимый аромат, обволакивающий с каждым её словом или взглядом, сводят с ума. Разжигают неведомые до сих пор эмоции. Горю.
Весь день в голове раскладывается на отрезки между приемами таблеток блокаторов. За вчера я проглотил примерно пачку. Хватает на два часа, я проверял.
Десять раз и проверил с каждой новой таблеткой. Не работает. Они притупляют желание, но не гасят его до конца. Глушат ее присутствие: без них ощущаю ее каждым натянутым нервом. С ними – тоже самое, но словно в тумане, натяжение не ослабевает.
С силой пинаю обшивку панели каюты. Скрежещу зубами, сжимаю кулаки.
Ведь все было нормально: втроем с братьями бороздили просторы Вселенной, пока старший не кинулся куда-то, нашел ее там и отдал ей свой комм.
Комм не снимается, я пробовал.
Пальцы до сих пор помнят ощущение тонкого ритма ее пульса. Бум-бум бум – вторит ему мое большое сердце.
Все было, как раньше, пока младший брат не завел свою песню “Лиля – малышка на миллион вейнов”, а во мне внутренний голос подхватил незатейливый мотив, что она – даже на два миллиона малышка!
Что скажет Ард, когда очнется? Связи с ним нет, хоть изныряйся в энергополе.
Я пытался, но мое энергополе вокруг человечки закручивается спиралью ДНК, будто она центр моего мира.
Но это же бред! Просто ерунда! Человечка не может быть настолько… притягательной. Все дело в феромонах, я уверен в этом. Ее тело, ее голос, даже ее жесты – все это вызывает реакцию на уровне инстинктов. Моих инстинктов. Эмирийцы уязвимы к таким вещам, и она это знает.
Хмыкаю, разворачивая в голове гипотезу, что все землянки так действуют на эмирийцев. И если это так, то я не завидую парням с пленницами на корабле, там их сто пятьдесят шесть, и их всего двенадцать – четыре боевых трио.
Нас двое с Рэем, и то под воздействием ее поля мы оба натянутой стрелой себя чувствуем.
О таком не докладывают в донесениях. Надо с парнями с глазу на глаз переговорить, как там они справляются.
Запас блокаторов не бесконечен, но без них я бы уже … Фантазии сводят с ума.
Рэй утверждает, что это любовь, что Лиля – его Кэйтра.
А человечка тем временем сеет хаос вокруг. Смотрит на меня своими глазами, неважно блестит в них страх или решимость, я чувствую, как гнев и желание смешиваются внутри, создавая опасную бурю. Буря закручивается вихревыми кольцами как на Кронаире энергетические штормы.
Мысли кругами насилуют мозг.
Я убеждаю себя, что она играет.
Что это часть какого-то хитроумного плана.
Но эта мысль не даёт мне успокоения. Она лишь разжигает огонь. Заставляет присматриваться к ней еще тщательней, следить, не выпускать из виду ничего, анализировать каждый вздох, тем самым еще глубже загоняя себя в ловушку.
Она сама и есть ловушка. Идеально созданная только для меня и братьев.
И как всякая ловушка, она притягательна. С чего б иначе Арду отдавать ей свой комм?
Карусель мыслей заходит на второй круг.
Но если это так, почему я готов защищать её от всех? Словно невидимыми нитками связан с ней, и обрыв связи – смертелен.
Раньше было такое только с братьми. Теперь в наше трио вклинилась Лиля.
Повторяю вслух ее имя:
– Ли-ля.
Я разберусь, кто ты, и как ты это делаешь со мной.
Мои пальцы сжимаются в кулак, а затем расслабляются. Я не могу отогнать её от своих мыслей, от своей головы.
Это… просто химия. Энергофизика. Нейробиология.
Я знаю много слов, они все подходят для самовнушения, но не приносят покоя.
Я чувствую это, когда вижу, как Рэйнэн улыбается ей, пытается поддержать ее. Я ловлю себя на том, что хочу врезать брату за одну только мысль о том, чтобы приблизиться к ней.
Я должен отвлечься.
Выхожу в коридор, опираясь плечом на холодную стену, и прищуриваюсь, глядя вдоль коридора, слышу приближающиеся шаги Рэя. Моя задача – защищать корабль, миссию, брата.
Не ее. Она – враг. Она подозреваемый.
Но я знаю, что если хоть что-то или кто-то попытается причинить ей боль, я сотру их в пыль.
– Шерзов хвост! Человечка! – шепчу я с досадой, стиснув зубы.
Разворачиваюсь, иду обратно в каюту.
Тягучей лавой кипит ярость. Не к ней. К себе. К своему проклятому сердцу, которое посмело выдать мне эту слабость.
В ту же минуту дверь каюты открывается, и внутрь врывается Рэй.
– Она собирается идти к Арду, верит, что подойдет ему энергетически, – выпаливает секрет века младший брат, не заботясь о приветствии.
Медленно поворачиваюсь к нему, пытаясь понять, правильно ли расслышал.
– К Арду? Как донор? – переспрашиваю на всякий случай. Уточняю.
Рэй кивает, волнуется. Также чувствует ее, можно не спрашивать.
– Она боится за его жизнь. Сказала, что хочет помочь, что, если он умрет, это будет неправильно.
Щурюсь, пытаясь подавить внезапную вспышку гнева. Максирую ее под насмешку:
– Боится? С чего бы ей бояться за Арда? Она даже не знает его.
– Ты не видишь, что она искренне хочет помочь? – возражает Рэйнэн, делая шаг вперёд. – Шэор, она… она просто человек, не эмирийка, как мы привыкли.
– Вот именно, не такая, как мы, – резко отрезаю. – Ты не видишь? Это может быть ловушка. Она слишком хороша, слишком правильная. Думаешь, случайная землянка оказалась на корабле работорговцев, но не в качестве груза?
– Ты параноик, – сыплет он обвинениями, – Не все такие расчетливые, как ты.
Отворачиваюсь, стиснув кулаки, молчу.
Аргументов нет ни у меня, ни у него. Диалог снова зашел в тупик. Вряд ли он станет слушать мои подозрения насчет землянки.
Но и его измышления насчет кэйтры мне тоже поперек горла.
Между нами наливается грозой затянувшаяся пауза.
Внезапно что-то меняется. Оба замираем, будто воздух вокруг стал плотнее. Встречаюсь взглядом с Рэем. как в зеркало смотрю в его расширияющиеся от ужаса глаза.
– Лиля!
Мне не надо повторять и расшифровывать, что он имеет в виду. К ней тянет, как к центру гравитации.
Выскакиваю в коридор, краем сознания отмечая, что Рэйнэн ринулся следом.
Разворот нейроэнергооболочки у обоих – за один удар сердца.
Рывок, бешеная скорость.
Впервые с того момента, как она взошла на корабль, мы с Рэем не убивать друг друга готовы, а действовать вместе. Ради нее.
Глава 23
Голос Гвайза звучит в моей голове, отдается эхом в испуганных мыслях.
Я ничего не понимаю, разве что успеваю отметить про себя, что каюта Гвайза не похожа на мою. И хоть Шэор и утверждает, что мы оба подозреваемые, Гвайзу приходится жить в гораздо худших условиях, чем мне.
“Возможно, Шэй просто меня пугает?” – мелькает крамольная мысль на самом краю сознания.
А потом события разворачиваются, как в замедленной съемке.
Гвайз дергается и стонет, желтые огни его глаз меркнут на секунду, вероятно, он закрывает глаза, снова вспыхивают. Назойливо сверлит меня немигающим взглядом.
Я понимаю, что ему неимоверно сложно сделать даже малейшее движение, возможно, он скован. Но все равно он очень силен. Чувствую, как он пытается управлять мной, также как и на корабле похитителей влазит в мой мозг, лишая воли, подчиняя себе.
Хочу сделать шаг назад, закрыть дверь, это всего пара движений – но не могу пошевелить ни пальцем!
– Ты слушаешь только меня! – Командует он натужно сиплым голосом в моей голове.
Я пытаюсь вырваться из-под его воздействия, но тело отказывается слушаться. На висках выступает холодный пот, голову сдавливает словно ледяным обручем.
Паника нарастает, проваливаюсь в нее как в черный тугой кокон. Я обездвижена, одно только сердце неистово колотится где-то в горле.
Я так и стою в коридоре, а Гвайз находится в каюте. Никто из нас не может пошевелиться. Он – потому что скован, обездвижен какой-то силой, а я? Почему я не могу убежать? – Злюсь я на себя.
В голове проносятся образы братьев. Мне так обидно, ведь я хотела помочь Арду, а получилось, наоборот, сама влипла в неприятности. На глазах от бессилия выступают слезы, сжимаю кулаки, намереваясь сопротивляться до последнего указаниям Гвайза в моей голове.
Как съемка вдруг из замедленной превращается в таймлапс: все закручивается с немыслимой скоростью.
Глаза не успевают следить за происходящим. Я больше чувствую где-то внутри себя, что что-то происходит, чем реально что-то вижу.
Воздух становится плотным и тяжёлым, как перед грозой, словно ветер на миг развивает мои волосы. Я сначала пугаюсь этому, но тут же успокаиваюсь, когда передо мной буквально материализуются два знакомых силуэта. Воздух звенит между нами, расчерченный тонкими нитями энергополя.
Их ауры буквально взрываются вокруг меня, оттесняя липкое давление Гвайза.
Шэор и Рэйнэн.
Заслоняют меня широкими спинами, разом смыкая между мной и похитителем свои плечи, сдвигают меня в коридор.
Давление в моей голове тут же слабеет. Чувствую облегчение до потемнения в глазах. Я оступаюсь и чуть не падаю, хватаясь за переборки отсека рукой.
Шэор, с глазами, горящими яростью, разворачивается, словно знает, и не глядя на меня, что мне плохо. Оказывается рядом в мгновение ока.
Он хватает меня за плечи и рывком прижимает к себе, по-прежнему заслоняя спиной от Гвайза.
– Ли-ля, мы здесь, – говорит он твёрдо, но его голос быстро смягчается, когда он смотрит в мое побледневшее лицо. – Всё в порядке. Тебе больше ничего бояться.
Смотрю на него непонимающе. Смысл слов после мысленной атаки Гвайза доходит с трудом.
– Зачем ты пришла сюда? Я же просил сидеть в каюте и не выходить без разрешения! – Злится Шэй.
На его скулах перекатываются желваки от резко стиснутых до скрипа зубов.
Ловлю его взгляд, пытаясь осознать, что он говорит. Теперь его слова звучат по-другому. Я помню, он запретил мне выходить. Но, оказывается, это было продиктовано заботой, а не моим арестом?
Тем временем Рэйнэн кидается к Гвайзу. Я не вижу, что происходит, но слышу только, как Гвайз вскрикивает, и потом глухой удар падающего тела.
Шэор с тревогой всматривается в мое лицо.
– Он… – шепчу я жалуясь, меня начинает трясти от пережитого испуга. – Он…
Всхлипываю и не могу подобрать слова.
– Т-ш-ш, – прижимает меня к себе еще ближе. Гладит мои растрепанные волосы на затылке.
В его глазах замешивает коктейль из эмоций, я считываю их – злость, беспокойство, толика облегчения, приправленная еще чем-то темным, горячим. Темнота закрашивает серые радужки мужчины в черный, топит меня на глубине его глаз.
Забываю, как дышать, смотрю во все глаза в черную бездну, сверкающую бликами далеких огней. Бездна смотрит на меня, окутывает жаром. Не могу ей сопротивляться и еще сильней вжимаюсь в мощную грудь Эмирийца, доверчиво закидываю руки ему на плечи. Он спас меня, он не может быть плохим!
И в то же мгновение чувствую, как его горячие губы касаются моих. Упрямо с силой проникают в рот, пьют мое дыхание. ОН словно наказывает меня, что ослушалась, что я вообще существую.
– Готов, – равнодушно бросает Рэйнэн, выходя из каюты. Деловито сообщает Шэору: – я усилил энергопуты…
Внезапно замолкает, наткнувшись взглядом на нас, фыркает сердито:
– Нашел время! – Хмурит брови, тянет меня за плечи к себе от среднего брата, разворачивает лицом к себе, сканирует взглядом, – Лиля? Ты в порядке?
Шокированно молчу. За последние несколько минут я совсем не в порядке. То Гвайз с пси-воздействием, потом поцелуй Шэора. Губы до сих пор горят. Аккуратно трогаю их кончиками пальцев, честно мотаю головой: “Я не в порядке, я не знаю, что со мной происходит, почему я так реагирую на них”
Смотрю, как между бровей Рэя собираются две глубоких морщины. И тут же мир опрокидывается, потому что мужчина резко наклоняется и быстро подхватывает меня на руки, начинает шагать прочь, подальше от каюты Гвайза по коридору.
С минуту пристально смотрит на меня, потом повораичвает голову к Шэору:
– Она в порядке?
Тот жмет плечами. Шагает рядом шаг в шаг с братом.
– Ее трясет, – сообщает Рэй очевидное. Еще крепче прижимает меня к себе.
Шэй идет рядом, глядя то на неё, то на брата.
– Что будем делать с Гвайзом? – спрашивает Рэй, словно рассуждая сам с собой.
Ругается непонятными словами, мой комм отказывается это переводить. Но последнюю фразу переводит, и я понимаю слова, но смысл – снова мимо:
– Когда уже эти шерзы прокураторские пришлют данные? Как их вообще содержать? Выкручиваем энергопуты на максимум, он говорить не может, чуть снижаем – он воздействует на… – Красноречиво бросает взгляд на меня, сжимает губы в тонкую линию.
У меня начинает кружиться голова, тело трясет от озноба.
– Лиля! – взволнованные голоса Эмирийцев сливаются в один, доносятся будто издалека, прежде чем я окончательно проваливаюсь в темноту, – в медблок, срочно!
Глава 24
Прихожу в себя несколькими мгновениями позже – мое тело все еще крепко прижато к мощной груди Рэя. Он идет по коридору, держа меня в своих сильных, надёжных руках, будто я вешу не больше перышка.
В мое ухо гулкими ударами стучит его сердце, успокаивает меня мерным ритмом.
– Ты в безопасности, все хорошо! – Говорит он тихо, быстро взглянув на меня. Но в противоречие со своими словами хмурится и резко ускоряется.
Очертания коридора смазываются, меня мутит от скорости, я прикрываю глаза.
С закрытыми глазами так просто расслабиться в его руках, чувствуя жар, исходящий от его тела. Я верю ему сейчас, когда он так бережно несет меня. Верю, что он действительно сможет защитить, что он знает, что нужно делать.
Открываю глаза только в тот момент, когда он укладывает меня в капсулу. Шэор молча наблюдает за его действиями, стоя за спиной Рэя, хмурит брови, как обычно.
Оба стоят напряженные, смотрят на меня внимательно, будто рентгеном просвечивают. Под их пристальными взглядами, чувствую, что на мне словно нет никакой одежды, они давно бы ее испепелили уже взглядами, но, видимо, космийки шьют из прочного материала, который не плавится от взглядов эмирийцев.
В отличие от меня. Я – то плавлюсь и краснею от их внимания, закусываю губу.
Рэй по-другому истолковывает мое волнение, успокаивающе гладит меня по плечу, сжимает горячей ладонью несколько раз предплечье.
Но даже в такой напряженный момент его веселая натура наглого младшего брата берет свое, и он лукаво подмигивает мне, спрашивая:
– Лиля, боишься? Хочешь, я рядом с тобой лягу? Одно твое слово, и я…
Шэор закатывает глаза, оттесняет брата от капсулы широким плечом, встает перед ним.
Склоняется надо мной:
– Не слушай его. Все в порядке будет, это стандартная процедура после агрессивного пси-воздействия.
Перевожу взгляд на Рэя, который ободряюще улыбается мне и подмигивает из-за спины Шэора, в то время как тот закрывает надо мной прозрачный купол медицинской капсулы.
Поначалу я лежу с открытыми глазами и смотрю на бегущие дерганныеми росчерками огоньки на прозрачном фоне; слежу, как из зеленых они становятся оранжевыми; какие-то замирают, какие-то вспыхивают ярче и бегут дальше по им одним известной траектории.
Но постепенно их мелькание утомляет меня, или может быть, это последствия сильного стресса сказываются, – на меня накатывает ощущение сильной усталости и одновременно расслабляющего покоя. Мне больше ничего не угрожает, я в безопасности.
Чувствуя, как тяжелеют мои веки, медленно их закрываю и открываю, стараюсь бороться с так невовремя наваливающимся на меня сном, но проигрываю битву.
Едва мои ресницы смыкаются, перед глазами возникает знакомые образ. Глубокий, пронизывающий взгляд абсолютно черных глаз, словно сам космос смотрит на меня, манит вспышками сверхновых в своей глубине.
Ард.
Он стоит рядом, его фигура кажется огромной, как скала.
Он очень внушительный, как и в прошлом моем сне или в нашу первую встречу он также стоит в темной арке на пути к моему дому. Опирается на стену спиной.
И я, как и тогда, сейчас также не могу пройти мимо.
Глубокое чувство, что я нужна ему, а он нужен мне, мгновенно топит океаном, погребает под волнами осознания.
Я быстро приближаюсь к нему:
– Привет! Я здесь! – тяну к нему руку, хочу прикоснуться к ладони.
Ард молниеносно сгребает меня в объятья. Он откровенно любуется мной, его взгляд становится теплым, ласкающим.
Рукой касается моего лица. Шершавыми подушечками пальцев проводит по линии скул, очерчивает их контур
– Такая нежная, – произносит он низким голосом, отдающимся рокотом в моей груди.
Мое дыхание учащается, ускоряется вслед за пульсом.
Ардэн склоняется ближе. Его губы касаются моей кожи, легко, словно прикосновение летнего ветра.
Чувствую, как у меня всё внутри сжимается в тугой узел и тут же расслабляется, будто поцелуй уносит с собой все мои страхи и сомнения.
Он целует меня мягко, но уверенно, покрывает невесомыми поцелуями мое лицо, находит губы своими губами.
Его руки скользят по моей спине, смыкаются в замок на талии, притягивая меня еще ближе к себе, впечатывают в его грудь.
Я отвечаю ему, забывая обо всём. В его объятиях не существует боли, страха, вопросов, только тепло, которое охватывает меня, заставляя дрожать и одновременно терять себя.
Лишь на секунду оторвавшись от меня, он вдруг быстро произносит, будто хочет успеть и очень боится опоздать:
– Лиля, им нужен комм, сбереги…
И вдруг в моем сне фигура Ардэна начинает осыпаться, как пыль, словно разделенная на пиксели и уничтожаемая компьютерным вирусом.
Задыхаюсь от ужаса: все тепло мира разом исчезает, оставляя после себя холодную пустоту.
А в следующую секунду меня подхватывают сильные руки. Распахиваю глаза в надежде, что это Ард, что он уцелел.
Но меня держит Рэй, встревоженно вглядывается в лицо, резко спрашивает:
– Что случилось? Ты так кричала и пыталась снять комм.
Перевожу взгляд на свои руки, я не осознавая своих движений, расцарапала запястье ногтями до крови, так хотела содрать этот комм, отдать его Арду.
Не понимаю, что Ард хотел сказать мне в своем сне. Он просит отдать комм ему? Но как я это сделаю? От глухого отчаяния ударяю по груди Рэя сжатыми кулаками.
Он удивленно вскидывает брови, напряженно вслушиваясь, как тяжело я дышу, и как изо всех сил колотится мое растревоженное сердце.
– Что произошло? Ты в порядке?
Во взгляде чернота, ноздри раздуваются. Неужели не видит, что я не в порядке?
– Мне снится Ард! – Говорю я с нажимом, – Мне он все время снится. Я нужна ему. Он… он…
Осознание того, что я должна сознаться одному из братьев, что я целуюсь во сне с его старшим, заливает щеки пунцовым цветом. Я знаю, что у меня даже на груди краснота идет пятнами.
Эмириец прослеживает глазами за ней в узкий вырез расстегнутой на груди космийки. Еще больше темнеет взглядом.
– Рассказывай! – Приказывает мне он, очевидно решив, что я что-то скрываю.
– Он сказал, что вам нужен комм, чтобы я берегла его.
Рэйнэн мрачнеет еще больше.
– Это просто сон, Лиля. Особенность твоей расы. Ты встревожилась, и приснился сон. Я читал, что у человеков так бывает.
– У людей, – автоматически поправляю его.
– У людей, – соглашается он. – Нам конечно нужен комм, но это комм Арда, он ему нужней будет. Когда он очнется, конечно.
– Отведи меня к нему! – требуя я твердым тоном.
Я не знаю, как ему объяснить, проломить его уверенность, что хоть сон может быть просто сном и ничего не значить, но я чувствую, что я могу что-то сделать. Что я нужна Арду, я могу помочь.
– Отведешь? – Заглядываю умоляюще в его глаза.
И он, не выдержав моего взгляда, быстро кивает, соглашаясь.
Глава 25
– Рэй? – выдыхаю я его имя, чувствуя, как мое сердце все еще колотится то ли от приснившегося мне долгого поцелуя с Ардом или то ли от того, что Рэй согласился меня отвести к нему.
Я сама не до конца верю в это, поэтому вопросительно смотрю на него, ожидая подтверждения словами, требую ответа:
– Ты обещаешь?
– Да, Лиля, я обещаю, – произносит он тихо, словно размышляя, еще не уверен в принятом решении и до сих пор взвешивает его плюсы и минусы.
– Ты так кричала, – добавляет он, вспоминая произошедшее пару минут назад, на мгновенье прижимает меня к себе крепче, словно в его объятьях я буду защищена от всех своих бед, даже от кошмаров.
Тихонько пожимаю плечами. Я ведь не осознавала, что кричу, я была очень напугана приснившимся мне сном.
И сейчас понимаю, что сон, в котором Ард исчезал, таял словно дымка, меня напугал гораздо больше, чем произошедшее сегодня наяву с вмешательством Гвайза.
– Я не уверен, что это правильно, – продолжает Рэй честно. – Но я не хочу, чтобы ты боялась настолько, что кричала от страха. Это убивает меня, что я не могу тебе ничем помочь! – Добавляет он тихо, словно признаваясь в непозволительной слабости.
Стискивает зубы, под кожей скул напрягаются мышцы. Мне хочется погладить их, успокоить его, заверить, что все будет хорошо: лучше что-то делать, чем не делать ничего.
Но я не знаю этого наверняка, поэтому я лишь произношу ответное признание:
– Поверь, я чувствую тоже самое, когда не могу помочь Арду.
Глаза Рэя вспыхивают, и он удивленно смотрит на меня, хмурясь. Замолкает на время, обдумывая мои слова, по-прежнему держит меня на руках, чуть качает, словно баюкает.
– Я верю тебе, – хрипло произносит он в конце концов. – Расскажи, что тебе с-ни-лось? – старательно произносит новое для себя слово. – Как это вообще – видеть сон? На что это похоже?
– Сон похож на реальность, – приходит моя очередь удивляться, но я отрывисто рассказываю: – Когда спишь, все кажется происходящим на самом деле: люди, разговоры. Сны, бывает, забываются, а бывает, что врезаются в память. Еще говорят, что бывают черно-белые сны, но мне всегда снятся цветные…
Казалось бы, такая простая тема – про сны. Но у меня почему-то ощущение, что мы говорим о чем-то очень интимном. Продолжаю, стараясь не поднимать на Рэя глаза:
– Как будто смотришь фильм в своей голове, все события происходят помимо твоей воли, ты можешь только смотреть.
– Что тебе приснилось на этот раз? – Рэй настаивает на ответе.
Склонив голову, смотрит на меня. Ждет, что я расскажу.
Отрицательно мотаю головой, делиться с ним про поцелуи и свои ощущения, рассказывать, как у меня кружится от них голова, как мне приятно, когда руки Арда, смыкаются на моей спине, вжимают меня в его твердую грудь, – я не намерена.
Пауза между нами затягивается. Мне кажется или он реально принюхивается ко мне? Интересно, что он хочет понять, глубоко втягивая носом воздух и раздувая ноздри.
Приходится слегка поерзать в его руках. Сколько в нем силы, я даже не берусь вообразить: держит меня на руках, словно забыл вообще обо мне. Чувствую себя пушинкой.
Рэй отмирает, пытается торговаться:
– Давай договоримся, – произносит с самой сияющей и невинной улыбкой, на какую он способен.
Видимо, Рэйнэн решил включить навыки межмировой дипломатии, продолжает многообещающе:
– Ты остаешься в капсуле, пока я не получу отчет о том, что с тобой все в порядке. Лежишь спокойно и больше не пугаешься и не пытаешься содрать с себя комм, а я потом сразу отнесу тебя к Арду. Идет? – спрашивает с хитрой улыбкой, заранее зная, что деваться мне некуда, и я точно соглашусь.
Укладывает меня обратно в медицинскую камеру, откуда я смотрю на него снизу вверх, тепло улыбаюсь ему и говорю:
– Ладно.
Улыбается в ответ.
Похоже, среди нас проходит негласное соревнование на самую теплую и обворожительную улыбку.
И когда он, расслабившись, довольный откидывается на спинку стула, я задаю вопрос, который меня волнует:
– Ты тут так и будешь сидеть? Все время?
– Да, я здесь, – он улыбается, но улыбка выходит напряжённой. – Мы решили с Шэором, что ты больше не будешь оставаться одна. Ни на минуту.
– Почему?
Рэй вздыхает, проводит рукой по своим светлым волосам, ерошит их легким движением, которое мне хочется немедленно повторить, пропуская его волосы между пальцев.
– Потому что ты упрямая, мы уже поняли. И если тебе взбредет снова пойти к Гвайзу, я хочу быть уверен, что тебя можно вовремя остановить.
Я краснею от обвинений, но мне ничего возразить. Они справедливы, я сама угодила в лапы Гвайза.
– Мы будем рядом по очереди, – продолжает он. – Потому что тебе одной быть… небезопасно.
– Я хотела попасть к Арду, – повторяю упрямо и тихо.
– Да понял я, понял. Но пришла к Гвайзу, и судя по его реакции, он этого и ждал. В этом и вопрос. Как так вышло? Каюта, в которой он содержится – в дальнем отсеке корабля, туда дойти – это очень надо постараться. Но ты пришла прямо к нему в лапы.
Он старается говорить насмешливо, но я слышу, что он всерьез обеспокоен.
Прикрываю глаза, чувствуя, как снова накатывает усталость. Превозмогая ее, спрашиваю:
– Ты считаешь, что это не случайность? Я же могла просто заблудиться? – Мне хочется надеяться на положительный ответ.
Но вместо него, Рэй цыкает половинкой рта, качает головой:
– Мне кажется маловероятным. Так что отныне – кто-то из нас всегда будет рядом. И это не обсуждается! – Рубит он рукой воздух, ставя точку в разговоре. – Ложись, и постарайся отдохнуть. так сканирование и лечение пройдут гораздо быстрей.
– Хорошо, – шепчу, прежде чем снова провалиться в сон.
На этот раз мне ничего не снится. Но где-то в глубине души я всё ещё чувствую тепло прикосновений.
Первое, что я вижу, открыв глаза, – Рэя, сидящего на краю медицинской капсулы.
– Как ты? – Спрашивает он. В голосе звучит хрипотца.
– Кажется, жива, – пытаюсь пошутить я.
Он улыбается, но в его глазах таится тревога.
