Текст книги "Неженка и космодесант (СИ)"
Автор книги: Дина Дружинина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 36
Мы с Ардом спешим по коридору в сторону каюты Шэора. Ардэн полон решимости поговорить с братом, и я чувствую, как напряжение внутри него нарастает с каждым шагом.
Он движется, как мне кажется, слишком быстро, но останавливать его я не решаюсь. Мне очень хочется, чтобы мы поговорили наконец все вместе, и все подозрения и недомолвки остались позади.
За поворотом уже виднеется дверь, которая ведет в капитанский сектор. Сердце подпрыгивает к горлу от накатывающего волнения. Я прижимаюсь к Арду, ощущая, как пальцы его руки переплетаются с моими. Чувствую себя под его защитной, он не даст меня никому в обиду, даже собственному брату – я уверена.
Мы уже почти рядом, но внезапно всю палубу сотрясает вибрация.
– Что это? – восклицаю я, вцепляясь в рукав Арда, чтобы сохранить равновесие.
Ард хмурится.
В моей груди разливается нехорошее предчувствие, заставляет пульс судорожно стучать в висках, сжимает ледяным обручем голову.
По всему коридору разносится глухое шипение и стук.
– Кто-то пристыковался, – тихо роняет Ард сквозь зубы, стараясь успокоить меня.
Его слова лишь на миг сопереживают звуковое оповещение о том, что к кораблю пристыковался челнок.
Ард разворачивается и спешит к стыковочному шлюзу, я следую за ним, словно привязанная.
В одном из поворотов коридора сталкиваемся с Рэем: он тоже явно услышал шум стыковки и теперь бежит узнать, что происходит. Все трое оказываемся у массивной переборки как раз в момент, когда ворота раздвигаются.
– Экипаж космодесанта привез арестованных.
Первым в коридор выходит эмириец в десантной форме с короткими светлыми волосами и упрямо сжатой челюстью. За ним – второй, такой же высокий, с тяжелым взглядом. Они выглядят почти как близнецы, очень похожи друг на друга.
Впечатление, будто они не спали несколько суток. Я сразу чувствую, как от них веет напряжением и усталостью.
– Таэрон… Кайлрон… – произносит Ард, и я замечаю, что он явно удивлен. – Что происходит?
Кайлрон, тот, что вышел первым из отсека и сейчас стоит ближе к Арду, чуть ли не швыряет шлем на пол, стискивает пальцы в кулаки.
– Мы доставили вам бартийцев, – отвечает он, резким движением головы указывая назад, за свою спину. – Дриска и еще четверых. Наш корабль, который вез их, получил приказ срочно отправляться на поиски Хроопса и Таи. Так что арестованных передали вам!
Я шокированно наблюдаю позади него фигуры моих похитителей, закованные в электронные кандалы: несколько жестко скрученных существ, от которых ощутимо тянет враждебностью.
Во главе стоит тот самый Дриск (я видела его раньше) – маленького роста, с цепким взглядом. Его глаза тут же впиваются в меня, и я отступаю на полшага, чувствуя неприятный холодок. Боязливо прячусь за спиной Ардэна.
Но когда глаза арестанта встречаются с фигурой Арда, в его лице словно что-то ломается. Он застывает, чуть отступая назад, как зверь, учуявший смертельную опасность
Я чувствую исходящий от него шок и глухую ярость: вероятно, он не ожидал увидеть Арда живым.
Арду не нужно говорить ни слова; по его напряженной спине, по сжатым кулакам я понимаю, что он сразу узнает того, кто пытался его убить.
В эту минуту между ними, кажется, нет звуков. Пространство густеет от напряжения, которое я ощущаю кожей, словно шаровая молния висит в воздухе, пока не определившись в какую сторону ей двигаться.
Дриск моргает, опуская взгляд на пол, потом вновь смотрит на Арда – в его лице проступает почти панический жест: он судорожно сглатывает, сжимает пальцы, словно проверяет, не ослабли ли кандалы.
Я помню, как Дриск отвечал Хроопсу, что Ард не выживет, можно не сомневаться. И вот теперь он стоит перед ним. Жертва, которую он считал трупом, стоит перед ним целая и невредимая. И это зрелище выбивает у похитителя почву из-под его ног.
Наблюдая за колючими взглядами похитителей и десантников, я не заметила, как сзади подошел Шэор. И теперь вздрагиваю, услышав его голос из-за спины.
– Вы шли на стыковку без предупреждения потому, что связи не было? – уточняет он. Его голос звучит как удар металлической пластины о бетон.
Кайлрон поворачивается к нему:
– У нас не было выбора, Шэй! Мы пытались несколько раз, но вы не отвечали. Ситуация критическая. Как только прибыл сигнал о том, что Хроопса засекли где-то в окраинах теневого сектора, капитан приказал готовиться к отлету. Мы и так потратили последние минуты, чтобы перекинуть эту банду к вам.
Я вижу, как Ард и Шэор молча обмениваются взглядами. Все осознают, что ситуация не самая лучшая: теперь на их корабле оказалась дополнительная опасная нагрузка в виде арестованных бартийцев.
В разговор вступает молчавший до сих пор Таэрон. Он выдавливает из себя улыбку:
– Рад видеть тебя в здравии, Ард! Ходили разные слухи…
Ард лишь согласно молча кивает. Но по-прежнему держит меня за спиной.
– Нам нужно срочно двигаться за Хроопсом, – скрипит зубами Таэрон. – Увидимся в другой раз!
– А что с …Таней? или с Таей? – вмешиваюсь я, выглядываю из-за широкой спины. Сама себя поправляю, потому что не очень хорошо расслышала имя землянки, которая то ли заложница, то ли союзница Хроопса.
Оба прибывших десантника бросают на меня быстрый взгляд и тут же его отводят. Видимо, это для них это больной вопрос. Но Кайрлон отвечает, глядя куда-то в сторону, только не в глаза.
– Тая. Таисия. У нас, к сожалению, нет данных, помогла ли она ему добровольно или стала заложницей. Есть разные версии, – он перекатывает желваки под кожей и сжимает кулаки до побелевших костяшек – Дрейон уже отправился в одиночку на ее поиски, не дождавшись нас.
– В одиночку? – удивленно переспрашивает Рэй. – Это же безумие.
– В одиночку, – подтверждает Кайлрон мрачно. – Другие экипажи десантников из нашего сектора тоже двинулись в тот район, но не факт, что они найдут Хроопса быстро. Или что Тая все еще жива.
На его последних словах наступает тяжелая пауза.
Бартийцы за спинами Таэрона и Кайлрона тихо переглядываются, рыкают что-то, бросая на нас враждебные злые взгляды.
Шэор хмуро сжимает кулаки, словно готов сорваться в любую минуту.
– Это все? – холодно спрашивает он, обращаясь к прибывшим эмирийцам.
– Да. Мы передаем вам всю информацию, что имеем. Вы ведь достаточно опытны, чтобы держать эту шайку под замком, – отвечает Кайлрон и затем поворачивается к Арду. – Прости, если доставляем неудобства, но по-другому никак.
Ард только кивает головой, и я чувствую, как он напрягается сильнее.
– Разберемся, – коротко роняет он. – Приступайте к выполнению своих задач.
– Удачи, – глухо добавляет Рэй, вглядываясь в уставшие лица Таэрона и Кайлрона.
Сошедшие с челнока десантники передают всю документацию и направляются обратно.
Ард бросает взгляд на Шэора, делая шаг к нему.
Я понимаю: он хочет поговорить, объясниться, но вместо этого Шэор лишь пристально смотрит на нас, уже мысленно просчитав все возможные варианты почему мы вдвоем оказались у стыковочного шлюза, и не один из этих вариантов ему не нравится.
Для разговоров снова нет времени и возможности.
Ард хмурится, но ничего не отвечает. У меня внутри растет беспокойство, царапает острыми краями в груди. К почти привычному уже напряжению и между братьями, и между нами всеми, добавилась теперь еще и группа арестованных бартийцев на нашем корабле.
Я замечаю, что Рэй также внимательно смотрит на то, как Ард держит меня за руку, а я жмусь к нему, как к единственной опоре в этом мире. Кажется, он тоже хотел бы поговорить, но не решается вмешиваться.
Мне на мгновение становится страшно, когда я слышу приглушенное рычание Дриска. Он скалит зубы, явно желая меня напугать и показать, что он не сломлен несмотря ни на что. Я вздрагиваю, на глазах выступают слезы.
– Разместите арестованных! – коротко командует Ард, уводя меня подальше отсюда.
В коридоре за нашей спиной раздается топот конвоируемых бартийцев дальше по судну. Голоса потихоньку удаляются, смешиваясь с шумом, сопровождающим перемещение арестованных.
– Ну и денек, – вырывается у меня, когда мы с Ардом заворачиваем за угол.
– Да, – тихо соглашается он.
Но мне в его голосе словно чудится тяжесть и предчувствие новых бед.
Сердце тревожно сжимается. Разговор снова отложен, а на нашем корабле теперь целая группа опаснейших похитителей. Все это означает лишь одно: спокойные времена для нас еще очень нескоро!
Глава 37
Я просыпаюсь с безумно колотящимся сердцем в каюте Арда, еще не до конца осознавая, что именно здесь мое временное пристанище.
Голова кружится от тяжелого сна, в котором снова всплывали образы похитителей и чужие, холодные коридоры, погоню похитителей за мной, когда я бежала, но никак не могла скрыться. Но, очнувшись, я понимаю, что лежу на мягкой постели, под теплым одеялом.
Арда рядом нет.
Мне вдруг делается одиноко в спартанской обстановке его каюты, и я решаю выйти, чтобы отыскать остальных. Эта мысль придает мне решимости, и я быстро выбираюсь из постели.
Выскакиваю в коридор, пока не растеряла своей уверенности, и иду по освещенным полосовыми лампами линиям. Корабль словно сам меня ведет, и я выхожу на звук приглушенных голосов в небольшой отсек.
Странно, что я не была здесь ранее, еду приносил мне Рэй, а теперь я добралась до блока, который десантники, судя по всему, используют как столовую или кают-компанию.
Я тихонько заглядываю в проем и замираю: все трое – Ард, Шэор и Рэй – находятся внутри, сидят за столом. Завтракают.
Я уже почти заношу ногу, чтобы сделать первый шаг и войти, когда вдруг улавливаю, о чем они говорят. Замираю на пороге и быстро отхожу в сторону, прячусь за выступ.
– …говорю вам, она моя кэйтра, – произносит Ард уверенно и слегка раздраженно.
Видимо, разговор был непростой. И сейчас, старший брат подводит итоги, устанавливает новые правила.
Я стою, не шелохнувшись и даже, похоже, забываю, как дышать. Сердце начинает биться быстрее: кэйтра – это ведь эмирийское слово для истинной пары, избранной женщины. Ард вчера мне это шептал, кажется, прежде чем я уснула. Я и забыла, а сейчас, вновь услышав это слово, отчетливо вспоминаю его слова.
– А я знал с самого начала! – Ликует Рэй.
Я, и не видя его, уверена, что он светится словно новогодняя елка на главной площади моего города.
Шэор молча отодвигает свою чашку, недолго молчит и наконец хмуро замечает:
– Значит, официально объявляешь? Нам же придется провести обряд по всем обычаям. Всем троим. И детей все будут требовать… Кейтра – великая редкость, Ард.
Неожиданно слышать эти слова от Шэора, он не спорит, видимо, уже выложил все аргументы, и лишь уточняет детали. Его голос гулко отдается в моем сердце:
– Ты понимаешь, что это значит для нее? Ты спрашивал, согласна ли она?
Хлопаю глазами, не понимаю: неужели он заботится обо мне?
– Я все продумал, – отвечает Ард почти в ту же секунду, – если мы проведем обряд, то она будет под защитой Эмирии. Прокуратор не дотянется до нее. Тем более, если она родит нам ребенка.
– И когда ты думаешь провести обряд?
– Чем быстрее, тем лучше, – упрямо отвечает Ард, и я мысленно вижу, как лицо Рэя озаряется довольной ухмылкой.
Ошарашенно моргаю, пытаясь осознать услышанное. Выходит, АРд действительно видит во мне не просто спасительницу его жизни, не случайную жертву похищения, а свою избранную. Единственную.
Сердце выпрыгивает из груди. Слишком много новостей для сегодняшего утра: обряд, кейтра, дети… Не верится, что все это со мной происходит. Но заглядывая внутрь себя, я понимаю, что хочу этого. Только очень очень боюсь. Я ведь о них почти ничего не знаю.
Голова кругом идет.
Я не знаю, я не готова. Или готова?
Когда они рядом, я словно сама не своя, вся отдаюсь захватывающим меня эмоциям. А сейчас, стоя в коридоре и слушая конец разговора, в котором они обсуждают мою судьбу, я совершенно теряюсь.
Шумно сглатываю. И тут же распахиваю в ужасе глаза. Меня засекли.
Ард смотрит прямо на меня поверх чашки, которую он поднес ко рту. Подмигивает мне заговорщицки.
В этот момент Шэор внезапно поднимает глаза и тоже замечает меня в дверном проеме. Я вздрагиваю, застуканная на подслушивании, и собираюсь уже отпрянуть, но он спокойно кивает:
– Лиля, заходи. Хватит прятаться.
Рэй, уловив движение, оборачивается ко мне и смеется:
– Наша «проспавшая все на свете» проснулась! Ты как?
Я краснею – осознаю, что все трое сейчас смотрят на меня. А во мне бурлит совершенно детское желание – сбежать. Сделать вид, что меня здесь не было, и я не слышала этот разговор. Спрячусь под одеялом и притворюсь спящей. Пусть дальше ведут свои взрослые мужские разговоры про избранных и детей! Я тут не при чем!
Ард быстро встает, делает шаг ко мне и жестом указывая мне на свободное место рядом.
– Иди сюда, позавтракай с нами. Выспалась? – спрашивает с искренней заботой в голосе, словно это самый важный для него вопрос.
Понимаю, что побег мне вряд ли удастся, поэтому стараюсь унять бешеное сердцебиение и делаю первый шаг навстречу. Коленки трясутся. Мы впервые все вместе будем разговаривать и сидеть рядом.
Я нерешительно сажусь, чувствуя смешанную гамму эмоций. Рядом с Ардом, Шэором и Рэем я ощущаю и тепло, и страх одновременно. Но Ард берет меня за руку, ободряя, а Рэй заполняет чашку какой-то горячей жидкостью из какой-то странной на вид панели, мигающей лампочками, будто гирлянда.
– Это что-то вроде нашей версии бульона, – шутит Рэй. – Довольно питательно, не пугайся странного вкуса.
Я благодарю его и делаю небольшой глоток: привкус действительно необычный, но приятный. Согревает изнутри.
– Ты, наверное, хочешь узнать, как прошел допрос бартийцев? – спрашивает Шэор. Он произносит это таким тоном, словно я все равно не отстану, даже если бы он хотел скрыть подробности, и он вынужден рассказать.
Я чуть наклоняю голову, давая понять, что действительно очень хочу. На самом деле, я не рассчитывала, что со мной поделятся хоть какой-то информацией.
Рэй фыркает:
– Никак. Они молчали или отвечали ерундой. Ну, кроме мелких выпадов. Уперлись, как обычно. Гвайз корчил из себя великого лидера, Дриск шипел на всех, остальные в основном отмалчивались.
Ард накрывает мою ладонь своей теплой рукой:
– Мы все равно не узнали, где конкретно скрывается Хроопс и похищенная землянка. Думаю, что и Дрейон с ребятами их допрашивали, но тоже без толку. Похоже, арестованные либо не в курсе, либо не собираются с нами делиться.
– Но основной вывод один, – добавляет Шэор, – Прокуратор, как выяснилось, особо требует получить комм. Я думаю, что комм представляет для него такую ценность именно потому, что Ард был ранен, и ранение очень странное – высасывающее энергию под ноль. Насколько мне известно, в Космосоюзе нет такого вооружения. Похоже, ему нужно, чтобы эти сведения о характере ранения Арда – или о чем-то еще – не попали в чужие руки. И это очень странно.
Я моргаю, вспоминая все, что узнала ранее. Прокурор действительно требовал «во что бы то ни стало» снять с меня комм, пусть и вместе с рукой, как он тогда выразился. Внутри у меня снова поднимается волна протеста и страха.
– Есть такая вероятность, что все это делается для того, чтобы замести следы, – мрачно комментирует Рэй. – На комме ведь зафиксировано, как произошел выстрел в Арда, кто отдавал команды, все эти переговоры… возможно, там правда, которую прокуратор не хочет афишировать.
Ард успокаивающе сжимает мою ладонь:
– Мы не будем подчиняться приказу. Никакого допроса для тебя у прокуратора не будет, Лиля.
– А как же…, – начинаю я, но Шэор перебивает меня, уверенно заявляет, словно он всегда так считал и странно, что я помню иначе.
– Решили. Смена курса. Летим на Эмирию.
– Это безопасно? – спрашиваю я, чувствуя, как в груди нарастает беспокойство. Теперь уже не только за себя, но и за них всех.
Рэй и Шэор обмениваются взглядами. Наконец, Шэор пожимает плечами:
– Относительно. Но по законам Эмирии твой статус куда выше, чем в космосоюзе, где ты просто землянка без прав. К тому же на Эмирии, если Ард официально признает тебя своей кэйтра, никто не посмеет тебя тронуть.
Я вспыхиваю, вспоминая их разговор о свадьбе и детях. Сердце бьется слишком быстро. Моя жизнь совершает новый стремительный виток, и я даже не успеваю за ней.
– Вот и хорошо, – Ард кивает братьям и поднимается, сообщая: – Чем скорее покинем этот сектор, тем меньше проблем.
Он поворачивается ко мне, в глазах вспыхивает решимость и… да, нежность.
Я прикусываю губу и пораженно молчу, потому что чувствую, что с каждым словом и каждым мгновеньем они все глубже втягивают меня в свой мир.
– Ли – ля, – Рэй удерживает меня за руку, тянет к себе и растягивает по своему обыкновению мою имя. – Давай позавтракаем спокойно, – подмигивает мне и улыбается во весь рот, сообщая “приятную новость”: – Возможно, наш полет будет неспокойным.
Глава 38
В маленькой кают-компании, где еще совсем недавно я сидела и краснела под перекрестными обжигающими взглядами эмирийцев, становится пусто и тихо. Рэй и Ард, быстро закончив утреннюю трапезу, уходят в каюту капитанов к навигационной панели – им нужно немедленно заняться маршрутом, изменить курс корабля и заодно проверить, не появились ли в нашей зоне чужие корабли, настроить их отслеживание.
Я остаюсь наедине с Шэором, который, судя по всему, не собирается следовать за ними, а сидит и пристально смотрит на меня. Опускаю глаза, и кусаю губы. В голове вихрями закручиваются мысли о том, что он сам доложил прокуратору о том, что я на их корабле и о том, что он меня подозревает. На них наслаиваются воспоминания о том, как он меня поймал в коридоре накануне и горячо целовал. Так, что у меня подкашивались колени. Будто я и есть весь смысл его существования. Все это закручивается и смешивается в вулканический коктейль, где сложно отделить плохое от хорошего, понятное от пугающего.
Молчим.
Бросаю быстрый взгляда на сидящего напротив мужчину. Сталкиваюсь с его взглядом. У нас дуэль. В его глазах то же смятение, что и в моей душе. Наверняка, он думает о том же, о чем и я.
Внутри меня разливается тревога – ведь космодесантники только что решили ослушаться приказа Прокуратора. Сердце гулко стучит, ускоряет свой ритм.
Шэор молча встает и приносит кружку с горячим напитком. Я прикладываю его к губам, чувствуя тонкий аромат, отмечаю, что он очень похож на наш земной кофе. Улыбаюсь мужчине чуточку – лишь самыми уголками губ.
– Кофе?
В моих глазах загораются искры изумления. Так приятно вдруг ощутить что-то земное.
– Каппучино, – он произносит по слогам новое для себя слово, с любопытством заглядывает в мое лицо, – тебе нравится? Я изучил напитки твоей планеты и решил попробовать задать такие параметры в пищевом синтезаторе. Похоже?
Мне чудится или в его голосе правда слышится волнение, будто он переживает, понравится ли мне приготовленный им кофе.
Отпиваю маленький глоток и благодарно ему улыбаюсь, кивая:
– Похож, – успокаиваю я его, – Очень вкусно, спасибо!
Он выслушивает меня с серьезным видом, будто я о спасении вселенной говорю. Склоняет голову набок, наблюдает, как я медленно пью кофе.
– Боязно? – спрашивает он наконец, чуть хмуря брови.
Я вздыхаю и признаю, часто кивая: – Да! Очень! Прокуратор ведь может объявить вас… То есть нас, в розыск, а я так толком и не поняла, почему я ему настолько нужна.
Шэор по-прежнему пристально меня разглядывает, словно оценивает, насколько честен мой ответ и все ли я сказала, что хотела.
Затем неожиданно кладет свою большую ладонь поверх моей кисти, полностью накрывая ее, как куполом. Слегка гладит пальцами, будто пытаясь меня успокоить.
– На Эмирии будет проще, – говорит он негромко. – Если ты официально станешь кэйтрой Арда… или, – тут он умолкает на долю секунды, будто подбирая слова, – всех нас, то автоматически получишь защиту закона. Для прокуратора ты станешь почти недосягаема. Он должен будет собрать неопровержимые доказательства твоей вины, а не просто иметь желание заполучить десантский комм и тебя впридачу.
Шэй еще что-то говорит о защите рода и важности и неприкосновенности кейтры, но я его уже не слушаю. В моей голове взрывами звучит “Кейтра для всех нас”, для всех НАС!!!
И хоть я уже что-то такое подозревала, но эти слова только что впервые прозвучали вслух, заставляя мое сердце подскочить к горлу, а глаза – расшириться в шоке.
Это настолько не похоже на то, как это принято на Земле, что просто в голове моей отказывается укладываться.
Голос Шея на миг выдергивает меня из водоворота моих мыслей и растревоженных чувств. Он продолжает спокойно и чуть отстраненно рассказывать, будто лекцию читает:
– У обряда много этапов. Ты и Ард уже связаны энергетически. И, судя по всему, – он сверлит меня взглядом своих стремительно темнеющих глаз, – с Рэем тоже. Но официальная церемония даст законное подтверждение.
Он напрягается. Может быть потому, что не привык кому-то объяснять такие тонкости. А, может быть, от того, что в воздухе будто висит недосказанное им: “осталось только со мной”.
Я опускаю взгляд, эмоции внутри меня закручиваются в еще более яростном вихре. Чувствую, как горит мое лицо. У меня в голове миллион вопросов, но ни один из них я не решусь ему задать.
– На Эмирии в этом участвует совет старейшин, он и регистрирует союз. Это большая честь для любого эмирийца – встретить свою кейтру и создать с ней союз. Для союза нужна энергетическая и ментальная привязка. Без него ты будешь будешь чужачкой, не имеющей прав, – Шэор стискивает зубы, на его скулах перекатываются желваки.
Больше ничего он рассказать не успевает, его монолог прерывается сообщением, пришедшим на комм. Он жмет на какую-то кнопку и в тишине каюты раздается взволнованный голос Рэя:
– Сообщение от Прокуратора! Срочно. Просит выйти на связь. А еще два соседних экипажа задают вопрос: «Почему мы не подчиняемся приказу?»
Между его бровей Шэора залегают две глубокие морщины. Мы замираем. Я вижу, как он глубоко вздыхает, встает и чуть кивает мне в сторону выхода, жестом приглашая следовать за ним: «Идем!»
Мы снова собираемся вчетвером. Уже второй раз за это утро. Но только сейчас обстановка накалена до предела. Воздух почти звенит от напряжения. На дисплей оступают входящие вызовы. В рваном потоке голосов слышится нечетко:
«…десантники, подтверждайте направление. Почему отклонились от запланированного курса?»
Ард быстро нажимает на панель, переключает линии связи. На экране вспыхивают несколько эмблем соседних кораблей космодесанта. Один из них передает открытым текстом:
«…ребята, прокуратора не стоит злить. Он грозится разжаловать всех, если вы не доставите землянку. Что у вас там происходит?»
– Вот именно, что ничего хорошего, – мрачно цедит Ард, а затем дает команду: – Подключаю общий канал. Говорить буду я.
Другие экипажи явно не понимают, почему наш корабль, еще вчера шедший по заданному курсу, внезапно сворачивает к Эмирии. У них свои приказы, свои задачи, им вряд ли известны наши проблемы.
Голос Арда спокоен, но я вижу, как он сжимает кулаки, когда произносит:
– У нас на борту арестованные бартийцы – похитители землянок, мы доставляем их в суд. Кроме того, опасаемся за жизнь важного свидетеля, который также находится на борту.
Удивленно вскидываю на него глаза, как он смог не соврать ни в одном слове, но при этому не сказал и правды. Видимо, пока он не хочет говорить про меня во всеуслышание.
Слышно, как кто-то на другом конце связи возмущается, кто-то, наоборот, сочувствует. Эфир наполняется голосами, которые сливаются и наслаиваются друг на друга.
В центре стола в этот момент загорается и мигает голограмма официальной директивы от Прокуратора.
Текст сверкает красноватым шрифтом, демонстрируя всю серьезность тона: «Немедленно вернуть землянку – Объект расследования под надзор Космосоюза. В случае невыполнения будет выдан ордер на арест эмирийского десанта, действующего под командованием…»
Я судорожно сглатываю. Ордер на арест! Подумать только!
Кажется, сейчас от одного-единственного решения братьев зависит все: их свобода и, похоже, моя жизнь. На краю сознания мелькает мысль, что прокуратор даже забыл о бартийцах, будто доставить к нему на допрос нужно только меня.
