Текст книги "Беглянки (СИ)"

Автор книги: Дэя Лим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Тунрида задумалась. Она уже видела подобный замок в одной лавке. Продавец даже показывал ей книжицу с правильными ответами, но память упорно отказывалась воспроизводить, что там было. На ум также ничего путного не приходило. «Куча перестает быть кучей после которой песчинки? Хм, это что, математическая задачка? Нужно назвать конкретное число или как?» Девушка в этом сомневалась. Ответы на подобные вопросы обычно были совершенно другого характера, скорее философские. Что-то типа: «атрибуты не соответствуют субстрату». Ясно, эту задачку ей не решить, но замок должен дать новую попытку, так что она ничего не теряет, если попытается ответить.

– После первой, ведь это будет уже другая куча, не та, что раньше, – рискнула Рид.

Замок мигнул зеленым и затих, дверь была по-прежнему заперта – очевидно, ответ оказался неверным. Что ж, попробуем снова. Рид постучала, замок ожил.

– Сия дверь открывается лишь перед мудрыми. Ответь: если каждый элемент корабля был заменён хотя бы один раз, можно ли считать корабль прежним кораблём?

«Вот блин! А вопрос чем-то напоминает мой предыдущий ответ, ха. Но ответ «нет, это будет другой корабль» явно не подходит – слишком просто».

Полукровка с раздражением уставилась на магический механизм. Как бы ей хотелось узнать, кто его создал. У нее с этим мастером был бы весьма содержательный разговор.

* * *

У Ветты дела обстояли не лучше.

«Это уже, наверное, сотый гриб! Ненавижу грибы, никогда больше их есть не буду!»

У нее озябли руки. В пещере было довольно прохладно, да еще склизкие поганки… Спина болела: грубо сколоченная скамеечка уступала в удобстве любому полену. Уже хотелось есть, но мелкие похитители вряд ли станут кормить свою «кухарку». Тут к графине бочком приблизилось странное существо, напоминавшее помесь курицы с козой: трехрогое и с бородкой. Зверек был размером с кошку. Примечательным был окрас существа – ярко-синий. Оно осторожно понюхало руки девушки и лизнуло пальцы. Графине стало щекотно, она рассмеялась. Зверек тут же испуганно отпрыгнул назад.

– Не бойся, я тебя не обижу. Хочешь грибы? – Ветта погладила животное; его шерсть оказалась на удивление мягкой. – На, держи.

Графиня протянула новому приятелю уже очищенный гриб, и зверек моментально сжевал угощение. Девушка улыбнулась: хоть кто-то здесь настроен дружелюбно. Неожиданно домашняя зверушка хозяев икнула и поменяла окраску, став светло-голубой. «Хм, забавно», – подумала Ветта, однако гневный окрик за спиной заставил ее подпрыгнуть.

– Ты что, накормила хнуну грибами?! Эй, она скормила хнуне грибы! – подбежавший хогмен был вне себя от ярости.

В пещере начался переполох. Вот теперь Ветта испугалась.

– Но что… в чем дело? Почему ему нельзя грибы?

Ее никто не слушал. Местные жители пытались поймать голубую хнуну, которая с веселым ржанием носилась теперь по всей пещере, устраивая погром.

– Лови! Э-э-эх, ушла. Она идет на тебя! Давай!!!

– Эх…

– Ой.

– Не сюда, давай левее!

И много непонятного клекота холмовиков.

Пока счет был 10:0 в пользу животного, в смысле: десять подбитых человечков на одну опьяневшую хнуну. Кутерьма продолжалась минут пятнадцать, подбитых стало больше. Наконец зверек подбежал к Ветте, и девушка взяла его на руки.

«По мне так этот зверек выглядит счастливым. Подумаешь, слегка разбросал вещи, что так кричать?»

Хнуну начала икать, хогмены окружили графиню плотным кольцом. Недовольное ворчание (в исполнении хогменов – злой стрекот) все нарастало.

– Где найти таку дурну?

– Сама пришла, зато краса…

Ветта невольно приосанилась. Конечно, эти человечки вряд ли подойдут на роль судей конкурса красоты, но ведь все равно приятно, что хоть кто-то оценил твою «красу».

– …для человека. Зелена!

– Зелена – хорошо, – согласился неведомый обвинитель. – Но ничего не уметь, готовить долго, хнуну кормить грибы.

Хнуна как раз успела заснуть и теперь сладко храпела на руках у Ветты. Существо было совсем легким.

– Пусть хоть грибы сварит.

Хогмены начали расходиться. Благодаря буйству хнуны им предстояло разгребать весь этот беспорядок. Возле Ветты остались двое холмовиков – знакомый высокий и воинственного вида женщина с маленьким копьем в руках.

– Ты отварить грибы, – начала она.

– И не сметь давать их хнуну, – грозно добавил высокий.

Графиня аккуратно положила спящую проказницу на землю, подальше от очищенных грибов.

«Ну, хотя бы отварить грибы несложно, с этим я справлюсь, а там, глядишь, и Рид придумает, как меня вызволить. Где же она пропадает?!»

* * *

Рид сидела на камне возле двери в позе «мыслителя». Она уже целый час ломала голову над последней задачей. Вопрос звучал так: может ли всемогущее существо создать камень, который оно само не сможет поднять? С одной стороны, конечно, может – оно же всемогущее. Но как то же самое всемогущее существо не сможет поднять этот Падший камень?! Кто придумывает эти задачи? Ему явно нечем заняться. Божиня, Ветта, наверняка уже с ног валится от непосильной работы, пока я тут не могу отгадать дурацкие задачки. Вот Селия явно знала ответ на каждую из них: сестрица вечно торчит в своей башне, полной книг. Да что там, всезнайка Селия! Даже ее братец Велиар – явно знает ответ на какую-нибудь из них, он ведь успел проучиться в университете. И только Рид не в курсе, где кончается куча, тот ли это корабль и каковы возможности всемогущих созданий. Надо было слушать маму, когда та настаивала на учебе. Не торчала бы сейчас у этой двери, как дура.

Зеленый свет в очередной раз погас. Скорее всего, вышло время на раздумье. Тунрида сделала большой глоток из фляжки – с чистейшим виски, между прочим. Все, пора слушать очередной идиотский вопрос, на который она не знает ответа.

Полукровка постучалась.

– Тук-тук, треклятая мелюзга, похитившая мою спутницу.

– Сия дверь открывается лишь перед мудрыми. Ответь: что будет, если всепробивающий камень врежется в непробиваемую стену?

«Что-то похожее я уже слышала. Итак, всепробивающий камень и непробиваемая стена… Мне кажется, что ответ зависит от предпочтений вопрошающего: кто ему ближе – камень или стена? Стена рухнет или камень отскочит? А-а-а-а, как меня достал этот замок!»

– Камень отскочит, а стена рухнет!

Замок в который раз мигнул зеленым и погас.

– Кто бы сомневался… Тук-тук!

* * *

Что-то пошло не так!

От грибов не должна была появиться пена, и еще в таком количестве. Правда, они с Тунридой всегда готовили съедобные грибы, но Ветта была уверена, что пены быть не должно.

А она была.

И ее было… много.

– Что это?! – маленькая женщина с копьем с возмущением смотрела на котел.

– Э-э-э… грибы варятся? – с вопросительной интонацией ответила девушка. Сейчас она и сама сомневалась в правильности готовки. Но ведь она всего лишь порезала грибы и кинула их в кипящую воду. Еще немного посолила, между прочим – своей солью, баночка была в кармане. Ей ведь не выдали никаких специй. Как творить в такой обстановке?

Копьеносица внимательно посмотрела на пену, взяла в руку немного и с опаской принюхалась. Ее глаза расширились от ужаса.

– Добавить соленость?!

– Гм, а что?

Тут из котла повалила новая порция пены, и ее поток нарастал. Словно это был не котелок, а специальный механизм для создания грязной зеленой пены. Утихомирившиеся после пробега хнуны холмовики с новыми воплями принялись носиться по пещере, пытаясь спасти книги и остальные вещи от пенной лавины. Копьеносица и вернувшийся высокий хогмен что-то кричали, но за общей суматохой Ветта их не расслышала. Девушка нашла спящую хнуну и взяла ее на руки; зверек мурлыкнул. Кругом была пена, а котел продолжал извержение.

«Божиня, скоро вся пещера наполнится!»

* * *

– Знаешь, а я уже вошла во вкус. Когда еще почувствуешь себя такой идиоткой? Ну-ка, повтори, как там?

– В одной стране вышел указ: «Шерифы всех городов должны проживать не в своём городе, а в специальном городе для шерифов». Ответь на вопрос: где должен жить шериф города шерифов?

Если бы рядом был Велиар, то он бы уже считал про себя: «Раз, два, три…». Но брата Рид поблизости не было, поэтому полукровка вскочила без всякого счета. Тунрида давно не была столь разъяренной.

– Ты! Долбаный замок Падшей! Если сейчас же не откроешь гребаную дверь, я тебя…

Рид не успела закончить: замок перестал светиться зеленым, поменяв окраску на нежно-розовую.

– Пароль назван верно, добро пожаловать! – произнес металлический голос, резко отличающийся от меланхоличного тенора, мучающего полукровку вопросами.

Дверь распахнулась, и из нее вырвался поток серовато-зеленой пены, в которой барахтались хогмены вперемешку с вещами. Спустя пару мгновений Рид осознала, что стоит с раскрытым ртом. Перемазанные холмовики верещали: солнце еще не село, а хогмены не выносят прямых солнечных лучей, предпочитая выходить из своих жилищ по ночам. Из пещеры выглянула Ветта, столь же чумазая, как и хозяева пещеры.

– Тунрида! Наконец-то! Я уже думала, что ты меня не найдешь!

– Что здесь произошло? Откуда вся эта пена?!

– Э-э-э, ну…

– Ты! – на входе из пещеры показался высокий хогмен. – Приносящая беды! Далеко не убежишь, как стемнеет, мы…

– Эй, красавчик, – окликнула позеленевшего от злости холмовика Рид. – Посмотри сюда!

Полукровка отодвинула край рукава, показав свою звезду.

– Лучше не лезь к моей подруге!

Хогмен еще какое-то время жег спутниц ненавидящим взором, но в конце концов с глухим бормотанием отступил вглубь пещеры. Остальные последовали за ним, прикрывая глаза от слепящего солнца. Когда последний из холмовиков забрался внутрь, дверь с оглушающим грохотом захлопнулась. Девушки остались на пенной поляне в одиночестве, хотя…

Из-под куртки Ветты послышалось приглушенное мычание.

– Тш, тише, миленький, я с тобой, – нежно проворковала графиня, стараясь успокоить зверюшку, пристроившуюся в куртке.

– Кто там у тебя? – изумилась Рид.

– Маленькая хорошенькая хнуну.

– Ты стырила у холмовиков домашнюю скотину?!

– Мы с ней подружились! И еще я случайно накормила ее грибами…

– Ладно, – перебила объяснения Тунрида. – Нам пора делать ноги. Эти мелкие дьяволята придут в ярость, когда заметят пропажу. До захода солнца нужно уйти как можно дальше от их пещеры.

– Это значит, я могу оставить его себе? – Ветта с мольбой посмотрела на полукровку. – Ну, пожалуйста!

– Хорошо, – со вздохом согласилась Рид. – Только хнуну нам не хватало для полного счастья! Пошли отсюда.

Забрав со стоянки вещи, девушки чуть ли не бегом припустили от зловещего места. Не останавливаясь, они шли весь остаток дня, а когда начало смеркаться, полукровка предложила переночевать на дереве.

– По деревьям они лазить не умеют, так что сегодня ночью нам лучше забраться повыше.

Сама Рид залезла на высокую сосну легко, несмотря на тяжелый рюкзак. Графиня долго не могла приноровиться: по деревьям она лазила разве что лет в десять. К тому же зверек тоже немало мешал подъему. Тем не менее, после нескольких провальных попыток, с помощью полукровки Ветте удалось забраться.

– Уф, наконец-то. Думаешь, они уже вышли на охоту?

– Скорее всего, солнце-то село.

Графиня внимательно вглядывалась в сгущающуюся тьму. Ей сразу начало казаться, что внизу копошатся маленькие тени. Словно почувствовав ее испуг, хнуну выглянул наружу из своего укрытия на животе девушки и лизнул Ветте щеку.

– Как ты его назовешь? – с улыбкой спросила Тунрида.

– Я даже не знаю, мальчик это или девочка.

– Вообще-то хнуну могут менять пол, так что имя следует выбрать, хм… нейтральное.

– Да? – удивилась графиня. – Не знала, что такое возможно. Как насчет Аквамарина?

Рид посмотрела на трехрогую мордочку предполагаемого Аквамарина.

– Уверена?

– Может, Сапфир?

– Стоит ли называть его в честь драгоценных камней?

– Но ведь он синий.

– Ну и пусть будет Синька!

– Фу, что за Синька? Кобальт или Индигорум…

– Синька, Синька… Смотри, ему нравится, вон аж светиться начал.

– Он светится!

– А ты чего ожидала? – пожала плечами Рид. – Он ведь пещерное животное, и как ты его к солнечному свету приучать будешь?

– Пусть сидит за пазухой, глядишь, постепенно привыкнет, – графиня задумчиво погладила светящееся синим цветом хнуну. – И все-такиСинька мне не нравится.

Глава № 7. Белочка.

Глава № 7. Белочка.

Стоило Ветте забыться беспокойным сном, как ее тут же разбудили отдаленные раскаты грома. Графине ещё не доводилось встречать грозу в глухом лесу ночью, и теперь она подозревала, что и впредь постаралась бы этого избегать. Ослепительные вспышки молний где-то там, чуть восточнее, напоминали битву Магов. Воздух был тяжелым и влажным.

«Если гроза дойдет до нас, где же мы спрячемся от дождя? Под раскидистую и не слишком высокую ель?»

Заснуть в такой обстановке было нереально... для графини. Рид безмятежно посапывала рядом. Сон полукровки ничуть не тревожили нарастающие звуки грозы, и это вызывало у Ветты одновременно восхищение и легкую зависть.

«Интересно, дождь ее разбудит или она так и будет храпеть под ливнем?».

Вдруг неподалеку девушка услышала, как кто-то скребет землю. Не успев толком испугаться, Ветта увидела мягкое свечение Синьки (хотя не Синьки, конечно, а Лазурита). Зверек копался в земле, судя по всему, пытаясь откопать что-то увесистое. Вот теперь девушке стало жутко: она вспомнила рассказы о том, что собаки могут находить мертвецов.

«А вдруг здесь кого-то убили, и хнуну его обнаружил(а)?»

Очередной раскат грома прозвучал особенно зловеще…

– Тунрида, вставай! Проснись, Синька кого-то откапывает! – Ветта отчаянно затрясла полукровку, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Полукровка пробормотала что-то невнятное, но, судя по интонации, отнюдь не литературное.

– Рид, я серьезно, – продолжала тормошить её Ветта, уже почти на грани паники.

– О-о-о-отстань от меня! Сама заснуть не можешь и другим не даешь?

– Синька копает землю!

Тунрида открыла один глаз: «Вот когда кого-нибудь раскопает – тогда и буди!».

– Рид! Ну, будь человеком…

– Я – полукровка, а не человек, – ворчливо отозвалась Рид, но все-таки села, потирая лицо и хмуро всматриваясь в надвигающуюся грозу. – Скоро накроет.

Тут Синька тонко и как-то радостно взвизгнул: чудо-животное уже наполовину откопало совсем не труп. Нечто черное, округлое, похожее на большой камень.

– Ого, – с уважением заметила полукровка. – Да он у тебя из этих, кто чует плагеи!

– Что еще за плагеи? – спросила Ветта, с опаской посматривая на черный булыжник.

– В переводе означает «слезы земли». Это такой, хм… скажем, фрукт. Очень редкий и весьма вкусный, пробовала его пару раз. Кстати, немногие хнуну могут его отыскать! Такие зверьки высоко ценятся, так что ты знала, кого тырить.

Рид подошла к зверьку и, очистив находку от земли, довольно кивнула.

– Хороший экземпляр! Хочешь попробовать? Да-да, тебя, разумеется, тоже накормим, молодец, – Рид погладила прыгающего от возбуждения Синьку. – Надо только сполоснуть его чуть-чуть.

После помывки загадочный фрукт стал походить на антрацитово-черную тыкву.

– Ты уверена, что людям можно его есть? – все еще сомневалась графиня. – Я помню, как холмовики заставили меня чистить поганки.

– Он съедобный, честно. Я видела, как его ели люди, и им ничего не было. По вкусу похож на арбуз, и он очень красивый!

– Красивый?!

– Смотри, – Рид достала свой кинжал, провернула его в пальцах с видом опытного кулинара и осторожно разрезала плагеи пополам.

Внутри фрукт оказался куда интереснее, чем снаружи: полупрозрачный, светло-голубой, чем-то похожий на застывшее желе. Ветте показалось, что аквамариновая субстанция чуть светится, словно кристалл, в который кто-то спрятал кусочек северного сияния. Тунрида отрезала внушительный кусок и протянула его графине.

– Попробуй, на вкус тоже ничего.

Действительно, вкус был хорош, в нем было что-то от арбуза, как и говорила Рид: сладкий, сочный. Тут Ветта заметила нечто белое, просвечивающее внутри ее куска.

– Это семена, – заметив её замешательство, спокойно пояснила Рид. – По вкусу похожи на лесной орех, не бойся.

Ветта осторожно разжевала «орех» плагеи.

– Ммм… а мне кажется, что они больше похожи на кешью, – протянула она, и в её голосе прозвучало такое искреннее удовольствие, что даже Рид не смогла сдержать улыбку. Теперь графиня уже с надеждой осматривала свой кусок – не найдётся ли ещё парочка семян.

Рид рассмеялась:

– Не переживай, у нас еще целый плагеи. Давай перебираться под какое-нибудь дерево, дождь начинается.

Тунрида не забыла про Синьку и торжественно подала ему не меньше четверти от всего фрукта; зверек тут же накинулся на угощение. Спутницы перенесли вещи под раскидистую ель, где продолжили наслаждаться сочным «кристаллом».

Плагеи закончился быстро.

– Надо было оставить на утро, – печально сказала Ветта, глядя на последний кусочек лакомства.

– Он плохо хранится, так что его съедают сразу, – возразила Рид. – К тому же дождь почти закончился, гроза ушла дальше, мы можем выдвигаться в путь.

– То есть сейчас? Без сна?!

– А ты хочешь спать? – с лукавой улыбкой спросила Рид.

Ветта вдруг осознала, что желание спать пропало. Вместо привычной усталости её переполняла энергия, бурлящая где-то под кожей, словно в жилы закачали не кровь, а искрящийся лимонад. Казалось, что сейчас она в состоянии добежать до моря.

– Плагеи ценятся не только за вкус, но и как прекрасный источник жизненной энергии! Ну, еще за общий оздоровительный эффект. Мы сейчас все равно не сможем уснуть. Так что пошли, не будем терять времени.

Девушки отправились в путь; подле них прыгал Синька, освещая дорогу своим голубоватым светом.

* * *

Они бодро прошагали остаток ночи и первую половину дня, затем не столько усталость, сколько голод заставил их сделать привал. Тунрида впервые за дорогу подстрелила зайца, хотя Ветта была против.

– Он такой пушистенький. Ну зачем было его убивать?

Рид, взвесив добычу на руке, довольно кивнула:

– А затем! Нам же надо есть.

.– Набрали бы грибов, – упрямо буркнула Ветта. – Не впервой.

– Как знаешь, он все равно уже мертв, а мне хочется мяса.

– Кровожадная полукровка! – буркнула Ветта, признавая свое поражение.

К своему стыду, девушка поняла, что тоже хочет мяса и отказываться от зайчатины не собирается. Пытаясь бороться с нахлынувшим угрызением совести, графиня взяла арбалет.

– Пойду потренируюсь.

Рид, которая в это время уже деловито свежевала зайца, с лёгкой опаской покосилась на арбалет в руках Ветты.

– Думаешь, это хорошая мысль? – осторожно спросила она. – В прошлый раз…

– Да-да, я помню, спасибо, – раздраженно перебила её Ветта, чувствуя, как щёки заливает румянец. – Постараюсь больше не попадаться всяким холмовикам!

– Тогда Синьку возьми, пусть сидит за пазухой, – посоветовала Рид, чуть смягчая тон. – Ему там тепло, а тебе спокойнее: если вдруг опять встретишь кого-то подозрительного, у тебя будет живой детектор опасности. Он заворчит раньше, чем ты заметишь засаду.

Ветта вздохнула, но спорить не стала. Она осторожно подняла дремавшего под курткой зверька и бережно спрятала у себя за пазухой. Синька (вообще-то, Лазурит!) сонно мурлыкнул.

Тунрида, напевая что-то под нос, закончила обдирать тушку. Отложив то, что осталось от зайца, девушка разожгла костер с помощью магического угля: все равно после такой грозы не осталось ни одной сухой веточки.

Пока пламя разгоралось, полукровка разрезала мясо на куски. Достав мешочек с любимой приправой, девушка принялась за готовку. В нетленке еще оставалось немного молока. Порывшись в рюкзаке, девушка нашла пару картошин. Здорово! Она приметила дикий лук по пути – будет жаркое из зайчатины. Пальчики оближешь!

Чуть повозившись, Рид установила свою «сковородку» – потрепанную, видавшую виды железную пластину, которую она гордо именовала «артефактом полевой кухни». Тщательно обваляв мясо в пряной смеси, она принялась поджаривать зайчатину. Аромат поплыл по поляне, смешиваясь с запахом дыма и влажной листвы. Однако нужно было еще сготовить бульон.

Полукровка окликнула Ветту. Та успела пару раз попасть именно в те деревья, в которые целилась, поэтому ее настроение заметно улучшилось.

– Пахнет чудесно, я могу чем-то помочь?

– Да, ты не могла бы набрать воды? Мы проходили ключ, помнишь? Он не так далеко.

– Конечно, – с готовностью согласилась девушка. Схватив котелок, Ветта перебросила рыжую косу (с недавних пор она начала заплетать волосы, как Рид) через плечо и отправилась на поиски воды.

«Она изменилась», – подумала вдруг полукровка. – Стала более уверенной. Даже осанка другая – не такая напряженная. Хорошо, что эти дурацкие зеленые пятна начинают сходить».

Графиня, не подозревающая о хвалебных мыслях полукровки, в свою очередь размышляла о скорой встрече с тетей. В груди то и дело вспыхивало тёплое предвкушение, смешанное с легкой тревогой. Она не знала, как Рид планирует перейти границу, однако была уверена, что Тунрида что-нибудь придумает.

Ветта любила тетю Виолу, младшую сестру отца. Та была женщиной удивительно живой и яркой – такой, что рядом с ней даже самый хмурый день будто становился светлее. Виола обожала своих кошек и свою свободу, и, кажется, именно в этом и заключалась ее главная философия жизни. Ветта до сих пор помнила, как отец ругался с сестрой по поводу ее отношения к браку:

– Ты должна выйти замуж или уйти в монастырь, как все приличные женщины нашего рода, Виола! Да прекрати смеяться!

А тётя смеялась. Она всегда много смеялась – звонко, искренне, будто сама мысль о том, чтобы загнать себя в какие-то рамки, казалась ей невероятно смешной.

Лишь один раз Ветта видела тётку печальной и молчаливой – на похоронах отца. Закутанная в черную шаль, с темными кругами под глазами, тетя сама на себя не походила. Она крепко обняла Ветту при встрече, но ничего не сказала, только плакала.

Ветте было так горько в то время, она даже не задумывалась, что внезапная смерть отца превращает Зарину в ее опекуншу. Отец так хотел, чтобы они с Зариной подружились и стали одной семьей, но ведь он не мог не понимать, что мечты не воплотились в жизнь?

Виола не хотела оставлять племянницу с чужой женщиной. Ветта помнила, как тётя ругалась с Зариной, грозилась обратиться к шерифу. Может, она так и поступила, только лорд Смайгон рассудил не в её пользу… Так или иначе, девушка осталась с Зариной, а Виола с похорон брата ни разу не появилась во дворце. Даже писем не было.

«Может, Зарина специально прятала письма?» – в который раз подумала Ветта, невольно сжимая пальцы в кулаки.

«Нет, хватит об этом думать! – строго сказала себе графиня. – Виола любит меня и будет рада принять к себе».

Ключ нашелся быстро. Набрав воды, девушка поспешила к стоянке. Видимо, ради разнообразия боги позволили ей добраться до лагеря без приключений. Рид уже снимала мясо со сковороды, и от золотистых ломтиков шел такой аромат, что у Ветты в животе заурчало.

– Может, так съедим? – с надеждой спросила графиня.

– Ничего, потерпишь. С бульоном мясо будет нежнее, – не терпящим возражений тоном заявила полукровка. – На вот, лук почисти.

Забрав воду у Ветты, Рид перелила часть в тарелку, а в оставшуюся воду добавила молоко и немного специй. Порубила картошку и лук, который успела почистить графиня. Когда бульон закипел, полукровка порезала в него крупными кусками поджаренное мясо.

– Вот, – довольно вздохнула Тунрида. – Осталось немного подождать, и обед готов!

– Скорее ужин, – хмыкнула Ветта, потирая живот. Синька, успевший выспаться, осторожно выглядывал из куртки, щурясь от косых лучей солнца.

– Ужин так ужин, – пожала плечами Рид. – Мы вполне можем здесь заночевать.

Когда полукровка наконец-то допустила графиню до еды, девушка накинулась на блюдо с неподобающей для леди скоростью. После трех добавок Ветта согласилась, что блюдо стоило ожиданий. Рид (что удивительно) тактично воздержалась от упоминаний, что кто-то не хотел зайчатины. Полукровка вообще с наступлением вечера как-то притихла. О чем-то задумавшись, она смотрела на огонь, крепко сжав кружку с чаем. Ветта, раздумывая, спросить или не спросить, что тревожит спутницу, лениво гладила Синьку, лежащего на коленях.

– Все нормально? – все-таки решилась графиня.

Тунрида, мрачно нахмурившись, лишь дернула плечом.

– Всё в порядке, – ответила она, но голос прозвучал не слишком убедительно. – Просто… устала.

– Э-э-э, ну ладно, – Ветта не видела полукровку такой… раздосадованной, злой, печальной? – Завалюсь-ка я спать. Ну, спокойной ночи!

Ветта быстро схватила первые попавшиеся под руку ветви и устроила «лежанку». Ветки были влажноватыми, но графиню волновало не это. Рид так и осталась сидеть у тлеющего огня.

* * *

С самого утра Тунрида была заметно не в духе. Ветта давно отбросила попытки уследить за переменами в настроении спутницы. Может, настроение полукровок зависит от фаз луны или магнитных бурь? Если так, то сегодня была мощнейшая солнечная активность. Спутницы прошли совсем немного (даже по меркам Ветты), как вдруг Рид объявила о привале.

– Ночевать будем здесь! Соберешь хворост для костра, или это слишком сложное задание для «ее святейшества»?

Ветта хотела огрызнуться, но вовремя заметила взгляд подруги.

«Она хочет поругаться, – пронеслось в голове, – хочет покричать».

– Хорошо, сейчас соберу, – мирно ответила девушка и поспешила в лес.

Что-то тут не так, и дело не в Ветте. Но как узнать, что именно? Тунрида и в хорошем настроении не любит рассказывать о себе. А может, дело все-таки в Ветте? И Рид просто надоело с ней возиться?

Пока Ветта выстраивала гипотезы, попутно собирая хворост, ее спутница готовила место для ночевки. Яма под костер была уже обустроена. Рядом протекала небольшая речушка: можно наловить рыбы и сварить уху или запечь – словом, голод им не грозит.

«Какого черта я делаю? – с тоской подумала Рид. – Еще ж светло, могли бы пройти пару-другую миль».

Но дело в том, что сил идти не было. Хотелось лечь, свернуться калачиком и заснуть-забыться. Тунрида ненавидела себя в таком состоянии. Это появилось после встречи сним .

Даэрон.

Проклятый фейри.

Знала же, что нельзя с ними связываться! Так нет. Она повелась на его обаяние, лёгкость, на эту их дурацкую способность делать так, что весь мир будто становился ярче. Как раз в этот день он… Тоска со злобой переполняли её, сплетаясь в тугой узел где-то под рёбрами. Спустя столько лет рана не желала затягиваться.

«Напиться, что ли?» – промелькнула мысль.

А почему, собственно, и нет? Рид достала одну из фляжек – ту, что хранила лучший виски на свете. Ну, может, и не самый лучший, зато достаточно крепкий.

Тунрида сделала приличный глоток и ощутила, как волна жара прокатилась по телу. Стало чуточку легче. Итак, глоток виски – стало получше. Какой из этого вывод?

Когда Ветта вернулась на поляну, костра еще не было. Зато присутствовала пьяная и довольная собой полукровка:

– Пррривет, как хворст? Ух ты! Ты нашла его и всего за… за час, этт прогрэ-э-е-е-е-с-ссс!!!

Ветта аккуратно положила хворост у заготовленной ямки, не зная, что делать дальше. В таком состоянии она Рид еще не видела. Графиня, в принципе, никого в таком состоянии еще не видела. И что теперь?! Ветта слышала, что в подобных случаях помогает крепкий кофе или холодная ванна. Кофе, разумеется, не было. А вот ванна… Может, удастся довести Рид до реки? Вода в ней вполне прохладная.

Тем временем Тунрида, копавшаяся в своем походном мешке, с радостным воплем достала из него удочку. Затем, чуть поразмыслив, снова принялась копошиться и извлекла складной арбалет.

– Мясо или рыба? – спросила она у Ветты, взвешивая на руках удочку и арбалет.

– Ты с ума сошла?! Убери арбалет, ты же не в состоянии охотиться!

– Я не в ссостнии? – с пьяной обидой спросила Рид.

Ветта поняла, что допустила ошибку.

– Рыба, я хочу рыбы, давай прогуляемся к реке!

– Не-е, я докжжу, что я не … эт самое, – с этими словами девушка бросила удочку и шатающейся походкой отправилась в чащу.

«Что делать? Что делать?» – Ветта, слегка паникуя, отправилась за ней. Животных они вряд ли сейчас найдут, но как остановить блуждания Рид и вернуться к лагерю?

Тут полукровка так резко остановилась, что Ветта, не успев затормозить, налетела на неё, уткнувшись носом в жесткую ткань куртки.

– Тшшшшш, – прижав к щеке палец, Рид показывала куда-то наверх. – Смотри, белки!

– Одна белочка точно есть! Стоит рядом со мной.

– Тс-с, сммтри воооон туда!

Ветта посмотрела, куда указывала полукровка, и, действительно, на одной из веток сидела белка. «Беги, белка, беги, – подумала про себя девушка, – какого черта ты до сих пор не убежала?!».

– Видишь их?

– Там только одна белка, – терпеливо, как ребенку, сказала Ветта.

– Я ща подстрелю правую!

– Нет там ни правой, ни левой – одна белка!

– Не важжн.

Рид прицелилась, если можно так сказать про волнообразные движения, и… выстрелила. С изумлением и не без толики восхищения Ветта увидела, как белка свалилась вниз в кусты. Кусты заметно дернулись. Ветта с Рид переглянулись, после чего Тунрида грозно скомандовала:

– Кто там в кустах, выходи!

Кусты задрожали сильнее, и из-за них появился невысокий мужичок в старой, потрепанной шапке лесника. На шапке лежала окровавленная тушка белки.

– Зд-р-р-авствуйте, девушки! – заикаясь, еле выговорил мужик.

– Здравствуйте, – слегка смущаясь, поздоровалась Ветта. Рид продолжала сверлить лесника испытующим взором. – А мы тут охотимся.

– Я заметил, – лесник так энергично закивал в ответ, что тушка белки сорвалась с шапки и шлепнулась ему на плечо, а оттуда – прямо к ногам.

– Кто ты такой и что делал в кустах? – Рид перехватила арбалет из правой руки в левую и начала подбираться к леснику. Мужик попятился:

– Я Шон, местный лесничий, вот, собираю орехи! – Он показал дрожащей рукой на куст лесных орехов, из которого выбрался.

– Собирал. Орехи, – повторила Рид таким тоном, словно все сказанное Шоном звучало крайне подозрительно. – Хм-м-м.

– А вы откуда, девушки? – решил сменить тему лесник. Тунрида тут же сузила глаза, но Ветта быстро ответила:

– Мы из Старопрудовки идем в Лудск, проведать тетушку.

Лесник заулыбался:

– Моя теща тоже живет в Лудске. Путь-то неблизкий, может, переночуете у нас?

– У вас? – Ветта замялась. Опять ночевать на земле не хотелось, но тащить пьяную полукровку в незнакомый дом… Стоит ли оно того?

– Моя жена будет рада, к нам редко заходят гости – все ж в глухом лесу живем, – забормотал лесник. Судя по всему, он уже жалел, что заикнулся о ночевке. Ветта его понимала: кому охота привести к себе домой странную парочку, да еще учитывая, что Рид до сих пор держит его под прицелом?

– Хорошо, спасибо за гостеприимство, – неожиданно сказала Рид почти трезвым голосом. Она наконец опустила арбалет, потом подняла подстреленную белку и посмотрела на неё с таким видом, словно пыталась вспомнить, как вообще эта история началась. Ветта и Шон переглянулись с одинаковым выражением: «Ну вот, теперь уже поздно отступать». И оба тяжело вздохнули – каждый по-своему.