Текст книги "И вновь приходит любовь"

Автор книги: Дебби Маццука

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Глава 8

Эйли шумно выдохнула, когда лэрд Данвегана, тихо выругавшись, швырнул ее на кровать.

– Эйлианна, тебе обязательно надо было устраивать весь этот переполох внизу?! – закричат Рори, гневно сверкая глазами.

С его волос и с одежды стекали ручейки эля, и от него разило как из пивной бочки.

– Мне?.. Это не я устроила сцену, а ты, Рори! Незачем было нести меня, когда мы вошли. Я же не видела девушку позади меня, когда попыталась высвободиться.

Она действительно не хотела толкнуть служанку с полным кувшином эля. И уж точно не хотела, чтобы кувшин упал на Рори. Вспомнив, какое у него в тот момент было лицо, Эйли, не удержавшись, громко рассмеялась.

Рори тоже засмеялся и, наклонившись над ней, заглянул в глаза.

– Думаю, ты прекрасно знала, что делала, Эйлианна. Просто тебе не по нутру подчиняться моим; приказам, верно?

Тут Эйли вдруг поняла, что он перевел взгляд на ее губы, и смех замер у нее в горле, а по всему телу прокатилась волна жара. Ей ужасно хотелось провести пальцем по его чувственным губам и прикоснуться к щекам, чуть потемневшим от отросшей за день щетины. А Рори снова заглянул ей в глаза, и она увидела в его взгляде огонь желания. Интересно, видел ли он то же самое в ее глазах? Знал ли, что она желала его столь же страстно? Ах, как же она жаждала его поцелуев, его ласк… Сейчас она с радостью уступила бы ему, если бы он только захотел…

Эйли с трудом подавила вздох разочарования, когда Рори вдруг отстранился от нее. Когда же он опустился перед кроватью на корточки, Эйли, приподнявшись, пробормотала:

– Э… Рори, что ты делаешь?

Он не ответил. Но в следующее мгновение Эйли вдруг почувствовала, что он снял с нее туфли и принялся стаскивать чулки. Она поморщилась, когда Рори осторожно оторвал шелк оттого места на пятке, где он приклеился вместе с засохшей кровью.

Обхватив пальцами ее лодыжку, он тщательно осмотрел стопу, после чего поднял на Эйли глаза.

– Ты же целительница, Эйлианна. Ты должна была что-то с этим сделать, не так ли?

Неужели он ожидал от нее ответа? Да она не могла даже думать, не то что говорить. Тут Рори перевел взгляд на другую ногу, и Эйли, судорожно сглотнув, прикусила губу – она боялась, что начнет молить его о большем.

А Рори так же осторожно снял и второй чулок. Затем взглянул на Эйли, и она в тот же миг поняла: он знал, какие чувства она сейчас испытывала, знал, чего ждала от него. Но он-то всего лишь стремился позаботиться о ней, не более того. Эйли почувствовала, как краска стыда прихлынула к щекам. Ну не дура ли она?

А он вдруг выпрямился и, отвернувшись от нее, проговорил:

– Я пришлю сюда миссис Мак, чтобы поухаживала за тобой. Мари потребуется время, чтобы подлечиться, прежде чем она вновь приступит к своим обязанностям.

Эйли от растерянности заморгала. Она действительно услышала нотки гнева в его голосе? Или ей просто показалось?

– Да, конечно. Я вовсе и не ожидала, что Мари…

С таким же успехом она могла бы разговаривать со стеной. Потому что в этот момент, выходя из комнаты, Рори с силой захлопнул за собой дубовую дверь.

Эйли со вздохом прижала пальцы к вискам. Она должна покинуть Данвеган как можно быстрее. Должна покинуть это место, пока не наделала глупостей. Конечно, ее влечение к лэрду не единственная причина для бегства. Нет-нет, не единственная… Просто она хочет вернуться домой. Хочет вернуться к той жизни, которую оставила.

А этот мужчина… Он нарушил ее душевное равновесие, лишил ее здравомыслия. Лэрд Данвегана – мечта любой женщины, он как сказочный возлюбленный. Да-да, в этом-то и беда. И получалось, что она сейчас живет словно в сказке. Или, как показал сегодняшний день, – в кошмаре. Поэтому волшебный флаг – ее единственное спасение от Рори и своего желания. Спасение от безумия.

Эйли встала с кровати и поморщилась от боли в ноге.

– Нет-нет, сядь, моя девочка, сядь, – проговорила миссис Мак, в тот же миг вошедшая в комнату с полотенцами на плече и бадьей горячей воды в руках.

Поставив бадью на пол, она спросила:

– Чем же ты так прогневила нашего лэрда?

Эйли пожала плечами.

– Да ничем.

И в самом деле – ничем. Она ведь не просила его заняться с ней любовью. И сейчас, размышляя об этом, Эйли очень сомневалась, что он вообще понял, что сделали с ней его жаркие прикосновения. Миссис Мак кивнула:

– Что ж, все ясно. Стало быть, это рана его беспокоит. Йен что-то говорил об этом.

– Но лэрд ничего не сказал про рану.

Да, не сказал, но, наверное, ему было очень больно. Эйли взглянула на дверь смежной комнаты.

– Миссис Мак, мне надо взглянуть на него…

Пожилая женщина решительно покачала головой:

– Нет, моя дорогая. Садись же, садись… Знаешь, Йен уже предлагал, чтоб ты поухаживала за лэрдом, но тот отказался.

– О!

Эйли почувствовала, что краснеет. Рори не хотел, чтобы она приближалась к нему. Что ж, возможно, это даже к лучшему.

– Не переживай ты так, милая девочка, – проговорила миссис Мак. – Он нисколько не сомневается в твоих способностях. Просто не любит, чтоб вокруг него суетились, вот и все.

Пожав плечами, Эйли в задумчивости проговорила:

– Кажется, я его понимаю…

Миссис Мак внимательно посмотрела на нее.

– Знаешь, девочка, вы с ним кое в чем похожи. Да, очень… – Она протянула Эйли полотенца. – Вот, возьми. Если я больше не нужна тебе, пойду позабочусь о Мари.

– Зачем?! Что-то случилось?! – воскликнула Эйли, снова вставая.

Миссис Мак покачала головой и, указав на ее ноги, строго сказала:

– Если не побережешь их немного, они никогда не заживут. Что же до Мари, то с ней ничего страшного. Время и немножко доброты – это наверняка ее вылечит.

– Я сделаю все возможное, чтобы помочь бедняжке, – проговорила Эйли. – Ах, до сих пор не могу поверить, что люди способны на такое. Никогда этого не забуду.

Она невольно поежилась. Вероятно, только из-за Мари она откладывала поиски флага. Да, прежде чем покинуть замок, ей следует убедиться, что с девушкой все в порядке.

– А вот мне кажется, что теперь нам следует быть немного поосторожнее с Мари, – заметила пожилая женщина. – Не надо слишком уж жалеть ее.

Явно озадаченная словами миссис Мак, Эйли пробормотала:

– Вы о чем?

Миссис Мак тяжело вздохнула.

– Я слышала, женщины выдали ее священнику: в основном из-за ее нового платья. Наверное, подумали, что она слишком высоко взлетела, и позавидовали.

Эйли в отчаянии зажала рот ладонью.

– Это я виновата, – прошептала она. – Бедная девочка пострадала из-за меня. – При воспоминании о сцене во дворе Эйли похолодела. – О Боже, ведь это все я натворила, я подарила ей это платье. Не могу допустить, чтобы Мари ходила в обносках. Нет, не хочу больше здесь оставаться. Миссис Мак, пожалуйста, помогите мне…

Женщина похлопала ее по плечу.

– Ну-ну, спокойнее, леди Эйлианна.

– Леди?! – Голос Эйли повысился до истерического визга. – Никакая я не леди! Вы знаете, кто я такая! И мне здесь не место. Я никогда не знаю, как тут себя вести, и вот вам результат – девушка чуть не погибла из-за меня. Ах, Мари, милая, невинная Мари…

Тут смежная дверь распахнулась, и в дверном проеме появился Рори, заполнив его своими широченными плечами.

– Черт побери, что здесь происходит?!

– Ничего не происходит, милорд, – ответила миссис Мак. – Леди Эйлианна… немного взволнована, вот и все. А вы не беспокойтесь, я позабочусь о ней.

Лэрд стал медленно к ним приближаться – словно хищник к жертве перед решающим броском.

Но Эйли не в силах была встревожиться. Сейчас ей хотелось только одного – забраться в постель, с головой накрыться одеялом и молиться, чтобы этот ночной кошмар побыстрее закончился. Чтобы она проснулась в Нью-Йорке, в своей уютной квартирке. И тогда все было бы замечательно. «Если не считать уголовного дела и того факта, что ты можешь лишиться своей работы, то да, ты права – все будет просто замечательно», – с издевательской усмешкой напомнил ей внутренний голос.

Господи, она этого больше не вынесет! За что, за что ей все это?! Ее охватило отчаяние, и Эйли, всхлипнув, закрыла лицо ладонями.

Рори был уже совсем близко от кровати, но тут миссис Мак, раскинув в стороны руки, стала прямо перед ним, закрывая Эйли.

– Милорд, уходите. Я позабочусь о ней, – решительно заявила пожилая женщина.

Рори попытался ее обойти, но миссис Мак снова преградила ему дорогу. Что-то проворчав себе под нос, лэрд обхватил ее обеими руками и, приподняв, убрал со своего пути.

– Не мешайте мне, миссис Мак!

Прежде чем он заключил Эйли в объятия, миссис Мак наклонилась к ней и что-то прошептала на ухо. В следующее мгновение Рори привлек ее к себе и крепко прижал к груди. Взглянув на пожилую женщину, пробормотал:

– Оставьте нас, пожалуйста, миссис Мак.

Та сокрушенно покачала головой и вышла из комнаты, хлопнув дверью.

А лэрд, чуть отстранившись от Эйли, откинул с ее лица шелковистые пряди и тихо прошептал:

– Успокойся, дорогая, не плачь.

Подхватив Эйли на руки, он уселся на кровать и, усадив ее себе на колени, снова обнял. Подол ее платья задрался, и обнажились длинные стройные ноги. «О Боже, она чистейший соблазн», – промелькнуло в Рори. Именно по этой причине он и передал ее заботам миссис Мак. Но сейчас… Сейчас он снова чувствовал, как по телу разливается жар желания. И с каждым мгновением он все сильнее возбуждался.

Тут Эйлианна шевельнулась и утерла слезы. Рори заглянул ей в лицо и прошептал:

– Успокоилась, да? Вот и хорошо. А теперь расскажи мне, что тебя так расстроило.

Она вдруг снова всхлипнула и пробормотала:

– Я… хочу домой.

Рори зарылся лицом в ее чудесные волосы.

– Да, Эйлианна, хорошо, мы найдем способ отправить тебя домой.

Это было именно то решение, которое он принял перед тем, как покинуть ее комнату. Так почему же он сейчас ощущает такую ужасную пустоту в сердце? Почему холодеет при мысли о том, что она покинет Данвеган?

Эйли шмыгнула носом и снова утерла ладонью слезы. Рори пошарил в изножье кровати и, нащупав полотенца, взял одно из них.

– Вот, возьми.

Он протянул полотенце Эйлианне.

– Спасибо, – пробормотала она.

– Дорогая, так ты поэтому плакала? Скучаешь по дому?

– Нет… Вернее – да.

Она икнула.

Он приподнял пальцами ее подбородок и заглянул в глаза. Немного помолчав, сказал:

– Что с тобой случилось, девочка? Похоже, ты что-то скрываешь.

Он осторожно провел пальцами по ее щеке, залитой слезами.

– Это все из-за меня, Рори. О Боже, я же не знала!..

– Эйлианна, о чем ты толкуешь?

– Мари… – Она опять всхлипнула. – Неужели не понимаешь? Это ведь по моей вине другие девушки выдали ее священнику.

Заливаясь слезами, Эйли уткнулась лицом в его грудь.

– Эйлианна, но я все равно ничего не понимаю. Расскажи, что произошло.

Она вздрогнула и еще крепче к нему прижалась. Рори чуть отстранился от нее и проговорил:

– Эйлианна, девочка, сядь поудобнее. И расскажи обо всем. Я никак не пойму, что ты пытаешься мне сказать.

– Рори, я… я не хотела ничего плохого. Просто подумала, что было бы очень мило, если б Мари надела что-нибудь красивое.

Она взглянула на него из-под длинных ресниц, слипшихся от слез.

– Миссис Мак не возражала, но именно поэтому… Поэтому другие служанки выдали ее этому сумасшедшему. Они ей позавидовали. И все это – по моей вине. Ох, не могу поверить, что я такое натворила.

Он взял ее лицо в ладони и утер со щек слезы большими пальцами.

– Ты просто была к ней добра, Эйлианна, вот и все. А когда Мари больше всего нуждалась в тебе, ты оказалась рядом и защитила ее. Ты храбрее всех известных мне женщин. И Мари повезло, что у нее такая хозяйка, как ты.

Эйли хотела что-то возразить, но тут Рори, не удержавшись, уложил ее на кровать и прижался губами к ее губам. Тихонько всхлипнув, Эйли обвила руками его шею, и губы их слились в страстном поцелуе. И в эти мгновения Рори понял: в ту первую ночь, когда Эйлианна внезапно оказалась в его постели, – это ему не померещилось, то был вовсе не горячечный бред. Потому что сейчас, целуя ее, он чувствовал то же самое, что и тогда. И именно такой он ее запомнил – пылкой, чувственной, страстной.

И с ней у него все было совсем не так, как когда-то с Брианной. Из-за болезненной хрупкости своей жены Рори никогда не давал волю своей страсти. А с Эйлианной ему незачем было бы сдерживаться.

А поцелуй их все длился и длился, и Эйлианна все сильнее прижималась к нему своим восхитительным телом. Неистовое, неукротимое желание в какой-то момент изгнало из его сознания чувство вины, и Рори, оторвавшись наконец от губ этой прекрасной женщины, принялся покрывать поцелуями ее изящную шею. Одновременно он расстегивал пуговицы на ее платье, и с каждой расстегнутой пуговицей губы его спускались все ниже и ниже.

По-прежнему прижимаясь к нему, Эйлианна тихонько стонала. Потом вдруг запустила пальцы вето волосы и снова привлекла к себе для поцелуя. Поцелуй ее был горячим и страстным, и теперь уже Рори совершенно ни о чем не думал, теперь он знал только одно: он хотел эту женщину, он нуждался в ней. «Нуждаешься в ней… нуждаешься в ней», – звучало у него в ушах, словно кто-то нашептывал ему эти слова.

Рори принялся расстегивать очередную пуговицу, но тут вдруг в ушах его зазвучал другой голос, и голос этот вопрошал: «Неужели ты и впрямь не можешь без этой женщины?» Он вздрогнул и замер, словно окаменел – на него вновь навалилось чувство вины. Эйлианна тут же прервала поцелуй и, отстранившись, спросила:

– Что с тобой? Рана, да? Я сделала тебе больно?

Не на шутку встревожившись, она заглянула ему в глаза.

Рори лег на бок и поднес к губам ее руку. Принимая оправдание, которое она предлагала ему, пробормотал:

– Ничего, скоро пройдет.

Она нахмурилась и, приподнявшись, потрогала его лоб, дотронулась до щеки и стала осторожно ощупывать место вокруг раны.

– Нет, Рори, не пройдет, если ты не побережешься.

– А я сказал, что пройдет. – Он решительно отстранил се руку. – Кстати о ранах… Что, у миссис Мак не было возможности позаботиться о твоих?

Эйли бросила на него вопросительный взгляд и села на кровати. Она отвернулась, но Рори все же успел заметить боль в ее глазах.

– Пожалуйста, не беспокойся за меня. Я сама могу о себе позаботиться.

Какое-то время оба молчали, потом Рори тихо сказал:

– Прости меня, Эйлианна. Просто я…

Он умолк и тяжело вздохнул.

Повернувшись к нему, она внимательно на него посмотрела:

– Может, все дело в том, что это комната твоей жены? Я права, да?

Рори глухо застонал. К горлу его подступила тошнота, когда он встал с кровати. Ад и все дьяволы! Ведь он чуть не овладел этой женщиной в покоях жены. Похоже, рядом с Эйлианной он не в состоянии мыслить здраво. Конечно же, он должен взять себя в руки, но как это сделать, находясь рядом с ней?

Понимая, какую опасность представляет для него эта женщина, Рори проговорил:

– Я знаю, Эйлианна, что ты хочешь вернуться к своим родным. Но ты ничего не помнишь о них, поэтому я взял на себя смелость разузнать о тебе хоть что-нибудь у Ангуса Грэма. Возможно, он что-то и знает. Я ожидаю его ответного послания со дня надень.

Эйли в испуге взглянула на лэрда:

– Но почему?.. Зачем ты это сделал?

Рори нахмурился. По какой-то непонятной ему причине беспокойство Эйлианны возродило его прежние сомнения. Пристально посмотрев на нее, он спросил:

– Так кто же ты такая? Может, ты чего-то недоговариваешь?

Она отвела глаза и пробормотала:

– Ты ошибаешься, Рори.

Он взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза:

– Эйлианна, предупреждаю тебя: ничего от меня не утаивай.

Она вздрогнула, и ее голубые глаза потемнели до полуночно-синего – так всегда происходило, когда ее охватывал гнев. Рори уже успел заметить это, и если бы дело сейчас не было таким важным, то он бы рассмеялся.

По-прежнему глядя ему в глаза, она отчетливо проговорила:

– Не смей угрожать мне, Рори Маклауд. Ты угрожаешь мне только потому, что чувствуешь свою вину… Ведь из-за меня ты на несколько минут забыл свою драгоценную Брианну, верно? Но пойми, то была всего лишь похоть. Это случается. И не волнуйся, больше такое не повторится, А сейчас я бы попросила тебя покинуть мою комнату, – добавила Эйли, уже отвернувшись.

Рори тяжело вздохнула. Увы, он все испортил, но Эйлианна права. Это была всего лишь похоть.

Глава 9

Сидя за столом в большом зале, Эйли ковырялась в стоявшей перед ней миске с кашей. Каша была отвратительной на вкус, но еще хуже оказался эль, который ей пришлось попробовать.

Йен, сидевший рядом, участливо спросил:

– Что, так не нравится каша?

Эйли со вздохом вытащила ложку из миски. Овсянка прилипла к ней точно клей.

– Вам ни за что меня не убедить, что повар не вознамерился покончить со мной, – пробурчала она себе под нос.

Мужчины, сидевшие за столом, захохотали. А Эйли улыбнулась, немного удивившись тому, что еще способна улыбаться. Вчера вечером ей казалось, что она уже никогда не сможет улыбнуться. Она была в отчаянии, узнав, что Мари, оказывается, выдали священнику по ее вине. А страстные поцелуи Рори лишь все усугубили. Она-то почти убедила себя в том, что он желал ее так же сильно, как она его, а на самом деле… Выходит, она опять ошиблась. Что ж, ничего удивительного. Если бы она получше знала мужчин, то давно бы уже нашла того, кто ей нужен. «Большинство из твоих мужчин не стоили того, чтобы растрачивать на них чувство, но этот…» – напомнил о себе этот противный внутренний голос.

Тут Фергус, сидевший по другую сторону от Эйли, испытующе посмотрел на нее из-под своих кустистых бровей и спросил:

– Что-то стряслось, девочка?

Эйли пожала плечами и украдкой осмотрелась. Казалось, никто из сидевших за другими столами не обращал на них внимания, и она тихо проговорила:

– Может, кто-нибудь знает, что именно Рори написал некоему Ангусу Грэму, расспрашивая обо мне?

– О Господи, я же совсем забыл про Ангуса, – пробормотал Йен. – Фергус, что будем теперь делать?

Старый воин нахмурился и проворчал:

– Придется перехватывать всех гонцов, прибывающих в Данвеган.

Йен молча кивнул и тихо сказал:

– У тебя такие дела лучше получаются, поэтому оставляю это тебе.

– Да, конечно, – согласился Фергус и, снова посмотрев на Эйли, спросил: – Ты что же, так сильно расстроилась из-за малышки Мари? Миссис Мак говорит, ты во всем винишь себя. Поверь, ты ни в чем не виновата.

Эйли молча опустила глаза. Она прекрасно знала, что виновата, – что бы ей ни говорили, как бы ни пытались в этом разубедить.

Когда она снова подняла голову, Фергус с улыбкой погрозил ей своей деревянной ложкой:

– Девочка, чтоб я больше не слышал от тебя подобных глупостей. Ты сделала в Данвегане очень много добра, и не забывай об этом.

Йен взглянул на нее с беспокойством и проговорил:

– Я знаю, Эйлианна, это был ужасный для тебя день. Но поверь, не все дни будут такими.

Эйли попыталась проглотить комок, подкативший к горлу, но тщетно. Схватив стоявшую перед ней кружку, она сделала большой глоток эля. Откашлявшись, пробормотала:

– Что ж, хоть это утешает.

Эйли украдкой поглядывала на мужчин, сидевших с ней рядом. «Как бы узнать, где спрятан флаг», – думала она. Разумеется, она прекрасно понимала: использовать женские уловки на Фергусе – совершенно бесполезно. А вот Йен – другое дело. Красивый мужчина, обаятельный до невозможности, он ясно дал ей понять: если с ее стороны будет хотя бы малейшее поощрение, он ухватится за него.

Собравшись с духом, Эйли сказала:

– Йен, ты не проводишь меня к Чизхолмам после завтрака? Я обещала навестить Морин и малыша, а потом…

Она сделала вид, что немного напугана вчерашними событиями. И похоже, слишком уж увлеклась своей ролью беспомощной женщины. Потому что Рори, сидевший за этим же столом, тотчас же поднялся на ноги, когда они с Йеном встали.

Взглянув на лэрда, Эйли спросила:

– Рана уже не беспокоит?

– Нет, все в порядке. – Покосившись на Йена, Рори спросил: – Так какая же помощь тебе требуется от моего брата, Эйлианна?

Он казался очень спокойным, но в его голосе прозвучали стальные нотки.

– Йен согласился проводить меня к Чизхолмам, – ответила Эйли. – Да ты ведь слышал, не так ли?

Рори промолчал, а его брат, словно почувствовав необходимость объяснить сложившуюся ситуацию, поспешно проговорил:

– Видишь ли, Рори, после вчерашнего Эйли, понятное дело, побаивается ходить одна.

Лэрд вскинул брови, взглянув на нее.

– Это так?

Он не сводил с нее пристального взгляда. Эйли промолчала. Ну почему он считает необходимым объяснять свои поступки брату? Она надеялась, что не возбудила подозрений Рори, но, выходит, ошиблась. Судя по всему, он из тех, кого невозможно одурачить. Кроме того, он из тех мужчин, от которых, хоть убей, невозможно отвести глаза. С огромным усилием заставила себя оторвать от него взгляд. И уже не в первый раз пожалела о том, что у него нет какого-нибудь изъяна. Увы, он был совершенно неотразим.

– С вашего позволения я пойду, – пробормотала наконец Эйли. – Встречаемся во дворе через несколько минут, Йен. Всего доброго, Фергус, лорд Маклауд…

Она вежливо кивнула им и шагнула к выходу.

– Подожди, Эйлианна…

Рори тронул ее за плечо. Эйли вздохнула и снова к нему повернулась. А он внимательно посмотрел на нее, потом с улыбкой сказал:

– Ты поедешь к Чизхолмам верхом.

Верхом? Она уставилась на него в изумлении. Боже милостивый, неужели он действительно хочет, чтобы она ехала верхом на лошади? Эйли решительно покачала головой:

– Нет, я лучше пойду пешком.

– А я сказал, поедешь верхом, – заявил лэрд.

Господи, ну что она могла ему ответить? Ведь он же не знал, что она совсем из другого времени, из того времени, в котором далеко не каждая женщина умеет сидеть в седле.

– Я… я не могу. У меня… аллергия.

– Аллергия? – переспросил Рори.

Разумеется, он никогда не слышал такого слова. Проклятие, вот так влипла! Эйли с укором посмотрела на Йена с Фергусом. Это они виноваты, что она попала в такой переплет! И ни один из них не пришел ей на выручку!

– Я чихаю от лошадей, – пояснила Эйли.

– Глупости! От лошадей нельзя чихать. Ты отправишься к Чизхолмам верхом, Эйлианна. Или вообще не отправишься. Твои ноги еще не зажили.

Глаза Эйли потемнели от гнева, и она закричала:

– Не смей приказывать мне, Рори Маклауд! Ты мне не лэрд! Не забывай об этом!

Он скрестил руки на своей широкой груди и, вперившись в нее взглядом, тихо сказал:

– Ошибаешься, Эйлианна. Я имею право тебе приказывать. И буду приказывать. А если ты боишься ездить верхом, то я это пойму.

– Разумеется, не боюсь. – Она с вызовом вскинула подбородок. – Я ничего не боюсь.

– Вот и прекрасно. Значит, встретимся в конюшне, после того как я закончу завтракать.

– Нет-нет, я не поеду с тобой. Я пойду с Йеном.

Эйли с мольбой посмотрела на молодого человека, но тот в ответ лишь пожал плечами.

– Если хочешь навестить Чизхолмов, приходи в конюшню.

С этими словами Рори снова уселся за стол.

Эйли взглянула на него, задыхаясь от гнева. Ей вдруг ужасно захотелось вылить кружку эля ему на голову. Он покосился на нее и, словно прочитав ее мысли, с усмешкой сказал:

– На твоем месте я бы не стал это делать, Эйлианна. Тебе не понравятся последствия.

Эйли в очередной раз чихнула. Она чихала снова и снова, хотя и стояла в дверях конюшни, как можно дальше от лошадей. Солнечный свет, падавший на ее распущенные волосы, придавал им оттенок червонного золота, и Рори, стоявший в глубине конюшни, невольно залюбовался ею. А она, не замечая его взглядов, продолжала чихать и при этом энергично терла кулаками глаза и нос.

– Я же сказала тебе, что у меня аллергия. Теперь ты мне веришь?

Эйли демонстративно шмыгнула носом.

Тут Рори наконец приблизился к ней и провел кончиком пальца по ее покрасневшему носу.

– Я тебе не верю, Эйлианна. Но полагаю, что ты прекрасная артистка. У тебя замечательно получается, – добавил он с веселой улыбкой.

Эйли уставилась на него в изумлении.

– Ты, наверное, шутишь. Посмотри на мой нос, на глаза.

Она снова чихнула.

– Если бы я так же усердно тер свои глаза и нос, то выглядел бы точно так же и чихал бы не хуже.

– Ты просто невыносим!

Эйли резко развернулась, собираясь уйти.

– Ну нет, так легко ты от меня не отделаешься! – Рори схватил ее за руку и привлек к себе. – Ну, давай еще… Чихни же. Что, больше не получается?

Он рассмеялся.

Эйли фыркнула и ущипнула его за руку. А он еще громче засмеялся.

– Да, Эйлианна, больше не получается…

– Ах так?.. Ну погоди же, я тебе…

Но Рори сжал и другую ее руку, и она не успела осуществить свою угрозу.

– Эйлианна, почему бы тебе не признаться, что ты просто боишься?

Пытаясь освободиться, Эйли резко подалась назад, но вышло так, что в тот же момент Рори отпустил ее руки, и она, не удержавшись на ногах, шлепнулась задом о землю, чуть присыпанную соломой. Он протянул ей руку, чтобы помочь подняться, но Эйли, смерив его гневным взглядом, отвернулась.

– Я же не нарочно, Эйлианна…

Рори пытался спрятать улыбку.

Ее глаза вспыхнули темно-фиолетовым.

– Ха! Так я тебе и поверила!

Поднявшись на ноги, Эйли принялась сбивать пыль и солому со своего синего платья.

Рори присел с ней рядом на корточки.

– Давай помогу.

Она взглянула на него и пробурчала:

– Ты и так уже помог. Благодарю. И не смей смеяться надо мной!

Он ухмыльнулся.

– Ну, ты ведь должна признать, что твое маленькое представление было довольно забавным.

Эйли снова отвернулась, но на сей раз – улыбнувшись. Рори принялся выбирать соломинки из ее платья – делал это ловкими и быстрыми движениями, чтобы не прикасаться к округлостям ее восхитительного задика.

– Спасибо, – пробормотала она, отступая от него.

– Так ты скажешь мне, почему не желаешь признаться в своих страхах, Эйлианна?

Она пожала плечами.

– А с какой стати? Думаю, хватит с тебя развлечений на сегодня.

Она сделала шаг к стойлам; ее внимание привлек Люцифер, огромный черный жеребец лэрда, бивший сейчас копытом – словно в нетерпении.

– У каждого свои страхи, Эйлианна. Я бы не стал смеяться над твоими.

Она обернулась к Рори и, склонив голову к плечу, внимательно посмотрела на него.

– Сомневаюсь, что ты когда-нибудь чего-то боялся, лорд Маклауд.

Ох, как же она ошиблась… Он, Рори, боялся ее и тех чувств, которые она в нем пробуждала. Боялся чувств, которые, как ему казалось недавно, он похоронил вместе с Брианной.

– Что ж, Эйлианна, пойдем к стойлам. Не беспокойся, я выберу для тебя смирную лошадку, – добавил Рори.

Чуть прихрамывая, Эйли пошла за ним, то и дело опасливо поглядывала на лошадей в стойлах. Когда же они остановились у последнего, она с облегчением вздохнула. Указав на белую кобылку, сказала:

– Я возьму вон ту.

Рори поперхнулся смехом.

– Нет, Эйлианна, эта еще маловата для седла.

Подбоченившись, Эйли резко развернулась к нему:

– Ты хочешь сказать, что я слишком велика для нее?

– Нет, дорогая. Я сказал то, что сказал. Подожди-ка лучше снаружи, а я приведу тебе лошадь.

Эйли молча кивнула и тут же ушла. А Рори отправился в угловое стойло.

– Идем, девочка, пора тебе познакомиться со своей хозяйкой, – сказал лэрд.

Медового цвета кобыла бросила на него взгляд и тотчас, склонив голову, вернулась к своему овсу. Многие женщины оскорбились бы, предложи он им старушку Бесси, но Рори решил, что эта кобыла – именно то, что требовалось Эйлианне. С любой другой лошадью она, наверное, не справилась бы.

Оседлав кобылу, Рори вывел ее из конюшни и подвел к Эйлианне.

– Как ее зовут? – спросила она, держась на почтительном расстоянии от лошади.

– Бесси. Не бойся, Эйлианна, она не укусит. Подойди ближе.

Эйли поморщилась и сделала осторожный шажок к лошади.

– Хорошая лошадка, красивая…

Она протянула к ней руку. Бесси презрительно фыркнула, и Эйлианна с криком отскочила.

Рори вздохнул.

– Дорогая, мы не можем стоять тут целый день. Не бойся же.

– Это была твоя идея, – ответила Эйли.

Она вскрикнула от неожиданности, когда Рори обхватил ее за талию и, приподняв, усадил на седло.

– Мог бы предупредить, – проворчала она, вцепившись пальцами ему в плечи.

Он отступил на шаг и сказал:

– Теперь немного сдвинь левую ногу и перекинь ее через луку седла.

Эйли выполнила указание и уселась верхом. Но вышло так, что подол ее платья с одной стороны задрался выше колена, так что любой, кто оказался бы поблизости, мог любоваться ее изящной ножкой.

– Ад и все дьяволы, – проворчал Рори. – Эйлианна, леди так не сидят на лошади. – Он похлопал по седельному выступу. – Возвращай ногу вот сюда.

– Нет, я свалюсь. Так мне больше нравится.

– Но это неприлично. Ты показываешь…

Он указал на ее обнаженную ногу.

Эйлианна шумно выдохнула и в раздражении проговорила:

– Не имеет значения. Больше ведь никто не увидит.

Рори в очередной раз вздохнул. Неужели она думает, что он сможет спокойно смотреть на ее ноги, обнаженные почти до зада? Проклятие, да он уже и сейчас едва сдерживался – ему хотелось овладеть ею прямо здесь, у конюшни. Глупо, конечно, что он предложил ей встретиться именно тут… Неужели он не понимал, к чему это может привести?

– Эйлианна, не бойся. Я не позволю тебе упасть. Делай так, как я говорю.

Держа руку у нее на талии, он внимательно наблюдал за ней, чтобы придержать, если понадобится.

Она выполнила его указание, хотя все время что-то бормотала себе под нос.

Рори легонько хлопнул Бесси по крупу, и лошадка заковыляла по двору. Рори пошел рядом, не спуская глаз с Эйли, а та, оцепенев, смотрела прямо перед собой.

Он легонько сжал ее коленку.

– Не беспокойся, дорогая. Бесси – очень спокойная лошадь.

Когда они выбрались на дорогу, Рори с улыбкой сказал:

– Вот видишь? Все не так уж плохо, верно?

Сжимая поводья побелевшими от напряжения пальцами, Эйли пробормотала:

– А что будет, когда она припустит быстрее?

– Быстрее Бесси не бегает, – ответил лэрд с улыбкой.

– О!

Эйли просияла, и от этой ее улыбки у Рори перехватило дух.

Тут кобыла остановилась и опустила голову.

– А что… что она теперь делает? – пролепетала Эйли.

Рори весело рассмеялся:

– Ест. Здесь у обочины сочная травка.

Эйли наморщила нос.

– Наверное, пешком я бы дошла быстрее.

– Да, разумеется. Но тогда твоим ногам было бы больно.

Тут Эйли наконец осмотрелась. Снова улыбнувшись, воскликнула:

– Как красиво!

– Да, очень красиво, – согласился лэрд.

Но он имел в виду вовсе не озеро, поблескивавшее под яркими лучами солнца, и не горы, окутанные туманной дымкой. Для него все красоты природы меркли, когда он находился рядом с Эйлианной.

– Мне бы хотелось погулять… вон там. – Осторожно повернувшись в седле, она указала в сторону озера. – От этого места веет таким покоем и умиротворением… Именно таким я представляю себе рай. – Она в смущении улыбнулась ему, и на щеках ее расцвел прелестный румянец. – Глупо звучит, да?

– Вовсе не глупо. – Рори улыбнулся ей в ответ. – Когда твои ноги заживут, я отведу тебя туда, Эйлианна. Туда я обычно хожу, когда мне надо подумать.