Текст книги "Пин-код для Золушки"

Автор книги: Данил Корецкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

Мадиба знал, что действительно Галиба «выпотрошат» очень быстро. И, конечно же, он назовет его имя. Поэтому запираться не имело смысла. Просто то, что происходило сейчас, ускоряло то, что должно было произойти рано или поздно.

– Юнус виновен в смерти господина Афолаби, – сказал он, словно сунул руку в кувшин с эфой.

– Вот как! – удивился шейх. Или сделал вид, что удивился. – Чем же?

– Он записал разговор в «Райской кухне». И продал его.

– Кому?

– Посреднику. А тот перепродал сотруднице военной разведки Франции.

Наступила тягучая пауза. Шейх обдумывал то, что он услышал.

– Это ничего не меняет, – наконец сказал он. – Ты не получал моего согласия на устранение одного из моих гостей.

– Это верно. Но я исполнял обет Рикарди.

– Мне не нужен слуга, который действует в обход меня, – холодно сказал шейх. – А что с тем посредником?

– Он пошел на поля Небесного отца.

– Теперь ты должен отправить туда же и женщину из DRM?

– Да. И еще кое-кого…

Было темно. Лунный свет освещал шейха, но сзади, под углом, так что глаз не рассмотреть – только пустые глазницы, словно он уже мертв и вместо лица у него на плечах обглоданный временем череп. Зато Мадиба стоял в тени от рубки, так что в темноте угадывался только силуэт, а руки в тонких нитяных перчатках видны не были. Он полез в карман, вынул и спрятал за спину тот предмет, который вместе с золотым «Ронсоном» забрал из своего кабинета на вилле Афолаби в Ницце. И который взял с собой, собираясь в это плавание. Это был выкидной нож «Корсиканец», принадлежавший Ловкачу Антуану, порезавшему им несколько человек и даже убившему вождя племени буру. Сам он сгинул в джунглях, а полковник Бангани привез нож из экспедиции как доказательство того, что Ловкача больше нет.

– И кто следующий стоит у тебя в очереди на Небесные поля? – спросил шейх голосом, не предвещающим ничего хорошего. Но «леопард» его не боялся: решимость и подходящий момент сошлись в одной точке времени и пространства. За спиной раздался щелчок: «Корсиканец» выбросил стилетный клинок – узкий и острый, как змеиное жало.

– Вы! – ответил Мадиба и сделал быстрый, резкий выпад. Удар был выполнен правильно и точно – нож вонзился в сердце шейха. Недаром «Черных леопардов» учат убивать с одного удара.

Все произошло очень быстро и довольно просто. Мадиба даже не ожидал, что ему удастся так просто выполнить обет в отношении столь могущественного и важного человека, как Ахмед бен Касим. Не так давно тот убил огромную акулу, которая сейчас, вытянувшись во всю длину, висела за кормой «Ориента». А вот сейчас и сам шейх сидел, обмякнув, в кресле, а рукоятка ножа торчала у него из груди…

Итак, задача выполнена, теперь надо выходить из сложившейся ситуации, и Мадиба уже продумал, как это сделать. Он быстро прошел в ходовую рубку и с порога приказал вахтенному:

– Включай сирену тревоги, Язид! Яхта заминирована!

– Что? – встрепенулся тот.

– И дай мне микрофон!

Взревела сирена. Мадиба, приблизив микрофон к губам, объявил по внутренней трансляции:

– Внимание, тревога! Яхта заминирована! Всем немедленно выгрузиться на остров! Через пятнадцать минут будет поздно! Охране зайти в радиоузел!

Он включил механизм опускания трапа. В это время по лестницам и коридорам забегали встревоженные люди. В радиорубку вбежал Галиб.

– Что случилось? – спросил он.

– То, что я тебе и говорил. Царь не дожил до рассвета. Выводи всех на берег, пусть возьмут палатки, продукты и воду, сколько смогут унести! А ты возьми кувалду и сбей акулу в воду – шейха уже не интересуют рекорды!

На «Ориенте» началась паника. Наджах и Язид руководили эвакуацией: направляли людей к основному трапу, они сбегали по нему, прыгали на мелководье, где вода доходила максимум до пояса, и выбегали на берег. Затем Башар строил их цепочкой, и они передавали из рук в руки ящики с водой, продукты и несколько палаток. Со стороны кормы доносились глухие удары, наконец, яхту качнуло, и раздался сильный всплеск – огромная акула возвратилась в родную стихию. Хотя вряд ли она принесла ей облегчение!

Конечно, в пятнадцать минут эвакуация не уложилась. Прошло полчаса, пока на яхте остались только Мадиба и Галиб.

– Значит, так, – сказал Мадиба. – Руководи здесь, если сможешь. Скажи, что тебе неизвестна судьба шейха и что я готов пожертвовать жизнью, чтобы спасти и его, и всех остальных. Давай, выходи на берег. Телефоны здесь не берут, но судоходство довольно оживленное. Через несколько дней вас обнаружат и заберут!

– А что будет со мной?

– Ничего. Рассеянная информация не представляет опасности. Кто-то сказал, что ты искал змею, кто-то сказал, что гость шейха погиб от ее укуса, но некому собрать эти факты воедино и принять решение. Сделать это мог только шейх, но его уже нет.

– Как нет? – не понял Галиб.

– Ну, пойди, посмотри!

«Леопард» провел охранника на четвертую палубу, и тот замер, с удивлением и ужасом глядя на мертвеца в кресле.

– Шейх Ахмед убил такую огромную акулу – я еле-еле сбил ее с крюка… А ты убил его… А кто-то убьет тебя… Получается, убить могут кого угодно?!

Галиб повернулся и ушел. Мадиба посмотрел, как он выбрался на берег, поднял трап и включил двигатель. Он отвел яхту от берега и наугад взял курс на юг. Он не знал, что его там ждет, да и не собирался находиться на «Ориенте» до прибытия в конечный пункт. У него был свой план!

«Звезда Африки» ждал шейха в Куала-Лумпур. «Леопард» по рации вызвал Далиля.

– Поднимай свой ковер-самолет! Записывай координаты и курс «Ориента», – произнес он. – Команда шейха – встретить нас на маршруте. Тогда получишь дополнительные указания!

– Хорошо, – растерянно сказал Далиль – Выполняю. Но это займет не меньше суток…

– Выполняй! – оборвал его «леопард» и поднялся на четвертую палубу проститься с шейхом. Он ничего не говорил, просто стоял и молча смотрел на могущественного человека. Столь же могущественного, как и тот, который по его вине отправился на Орлиный столб. И еще он подумал, что загадка с пропажей экипажа «Ориента» тоже войдет в число морских легенд. Хотя она довольно быстро разрешится.

Яхта шла на автопилоте по указанному маршруту. Времени у него было достаточно, и он очень устал. Но сейчас, впервые за много лет, ничего не мешало ему отоспаться и хорошо отдохнуть. Он отправился в свою каюту, лег в постель и провалился в глубокий, тяжелый сон. Незабываемым рассветом он сегодня не любовался.

* * *

Далиль вышел на связь ровно через сутки.

– Взял ваш пеленг! Что случилось? Почему работает аварийная передача?

– Не твой вопрос, – оборвал его Мадиба. – Где находишься?

– Недалеко. Через час буду над вами. Какие указания?

– Спустишься и меня заберешь!

– Одного?

– Да. Якорей и лифта не нужно, сбросишь веревочный трап.

– А шейх?

– Не твое дело! Делай, что говорю!

Потом Мадиба зашел в свою каюту, собрал кое-какие бумаги, забрал золотой «Ронсон» и «смит-вессон». Это были все его вещи. «Корсиканец» останется на «Ориенте»… Он еще раз обвел взглядом свое временное пристанище. Вряд ли ему когда-нибудь еще доведется жить в таком. Но он без всякого сожаления захлопнул дверь и вышел на палубу.

Далиль не соврал – действительно, через час высоко в небе появился сверкающий в солнечных лучах зеркальный дирижабль. Он стал спускаться, увеличиваясь в размерах, и вскоре, закрыв солнце, всей своей громадой навис над «Ориентом», который по сравнению с ним казался ореховой скорлупкой. В кабине открылся люк, и вниз была сброшена веревочная лестница, которая вначале не доставала до яхты на добрых семь метров, но пилоты с ювелирной точностью снизились, и она коснулась палубы. Мадиба подбежал и принялся забираться по узким деревянным ступенькам. «Звезда Африки» сразу приподнялся и стал медленно набирать высоту.

Из-за разницы в скоростях лестница раскачивалась и закручивалась штопором, вдобавок налетел ветер, который словно хотел сбросить намертво вцепившегося в трап Мадибу. Далиль мог этому помочь. Надо было только перерезать веревку, или подняться на несколько сотен метров и запереть входной люк, или еще проще – всего-навсего увеличить скорость, переложив все дальнейшее на природу и законы физики. Ему, конечно, хотелось избавиться от «леопарда», которого он раздразнил неосмотрительным словесным выстрелом и вдобавок промахнулся. Но он был капитаном дирижабля, а не «черным леопардом» или «соколом пустыни», и значит, был способен наушничать хозяину, передавая ему информацию, которая могла стоить кому-то жизни, но сам отнимать жизни не умел. А точнее, не смел, потому что особых умений в данном конкретном случае не требовалось.

Поэтому Мадиба, преодолевая штормовые порывы, все же поднялся по пляшущему веревочному трапу. Далиль, в черном летном комбинезоне, лично стоял у люка и даже протянул руку, имитируя желание помочь начальнику охраны. Несуществующей охраны мертвого шейха. Но Мадиба помощи не принял и самостоятельно ворвался в салон.

Капитан отдал команду в рацию, дирижабль принялся набирать высоту и увеличивать скорость. А «Ориент» уменьшался в размерах и, наконец, превратился в маленькую щепку, оставляющую за собой длинный вспененный след на голубой поверхности океана. И конечно, с такой высоты нельзя было разобрать – кто и в каком состоянии сидит там, в кресле на четвертой палубе. Но Мадиба и так это знал. Да и Далиль догадывался о чем-то подобном, разумеется, без деталей. Просто понимал, что существующая в их кругу иерархическая лестница обрушилась и расстановка сил изменилась. Когда разрушается устоявшаяся система понятий, наступает анархия и произвол, из водоворота которого выныривают наиболее сильные и твердые духом личности. И уже они задают тон и создают новую вертикаль власти, в которой не будет тех, кто утонул во время катаклизма.

– А где наш хозяин, светлый образ которого постоянно согревает мое сердце? – спросил Далиль, и в голосе явно чувствовались заискивающие нотки.

– Ты умеешь плавать? – вместо ответа деловито поинтересовался Мадиба.

– Да, но, конечно, не так хорошо, как хозяин…

– Ничего, тебе не придется с ним соревноваться! Сплавай и посмотри, как он там. Может, ты забыл ему что-то рассказать из своего запаса сплетен! – «Леопард» схватил капитана за шиворот и резким рывком выбросил за борт.

– А-а-а-а-а-а! – раздался длинный крик ужаса, слабеющий пропорционально тому, как уменьшалась черная фигурка, сжимающая в руке рацию, словно единственную надежду на спасение. Но если пилоты и слышали истошный вопль своего капитана, то помочь ничем не могли, а может, и не хотели.

Мадиба задраил люк и направился в рубку, чтобы отдать распоряжения о дальнейшем маршруте.

Глава 15
В мире опасных тайн

Уметь хранить секреты и уметь хоронить секреты – не вполне одно и то же, хотя цель достигается в любом случае.

Аксиома оперативной работы

Они сидели в кабинете Флетчера, в центральном офисе консорциума Strong steel incorporated. Телевизор работал, но звук был выключен. Показывали обычную нарезку новостей. И вдруг Кира замерла и напряженно впилась взглядом в экран.

– Включи звук! – резко сказала она, и Флетчер с удивлением нажал кнопку пульта и тоже принялся рассматривать крупные фотографии: симпатичная молодая женщина с твердым взглядом и мужчина, вполне подходящий для роли Джеймса Бонда в продолжение сериала. Он был даже более натурален, чем настоящий сотрудник МИ-6. Правда, следовало сделать поправку на то, что Том Беркли являлся пресс-секретарем, а не офицером-оперативником…

– Полиция Порт Ауэрто ла Пейро разыскивает этих лиц, известных, как Энтони и Оливия Уоллес, якобы жителей Великобритании. На самом деле выяснилось, что у них весьма непрозрачное, чтобы не сказать «темное», прошлое. Недавно они исчезли после того, как возле их дома произошла перестрелка и несколько граждан Новой Зеландии были убиты. Есть основания полагать, что супруги Уоллес причастны к этому преступлению. Если кому-то известно их местонахождение – просьба сообщить в полицию Новой Зеландии или в любое отделение национальной полиции.

– И что здесь тебя заинтересовало? – спросил Флетчер.

Кира замешкалась с ответом:

– Да нет, ничего. Просто мне показалось, что я где-то видела этого мужчину. Или похожего.

– Есть много похожих мужчин и женщин, – философски сказал Флетчер, потягиваясь. – Иногда из прошлого выныривают давно забытые лица, а в сердце пробуждаются угасшие было чувства… Помнишь, что сказал наш друг Крейг? Прошлое не отпускает того, кто оглядывается! А оглядываться есть на что: у женщин это мужчины, а у мужчин – женщины… Сколько их осталось там – в прошлом? Я где-то слышал интересное выражение: в любом городе полно бывших девушек каждого. Думаю, что это касается и бывших мужчин. Но знакомы они или незнакомы – не играет роли для нашей сегодняшней жизни!

– Как сказать! – не согласилась Золушка. – В последнее время я очень внимательно смотрю информационные каналы, потому что они сообщают мне новости из прошлого! Именно из них я узнала, что являюсь наследницей Афолаби. И кто знает, может, из телевизора узнаю и о том, где находится мой пин-код!

– Это вряд ли! – усмехнулся Флетчер. – Таких подарков журналисты не делают. Если они раскопают такую информацию, то, скорее всего, предложат выкупить ее.

– Что ж, игра стоит свеч!

Топовые новости на экране сменяли одна другую. Вот на песчаном пляже толпится кучка людей, которые прыгают, поднимают руки к небу, обнимаются. Они явно измучены и очень рады тому, кто их снимает. А съемка ведется с приближающегося судна, масштаб происходящего увеличивается.

– В Полинезии, на Среднем Пальмовом острове обнаружены десять матросов с яхты «Ориент», – торжественно сообщил за кадром бодрый мужской голос. – Той самой яхты, которая на автопилоте пришла в новозеландский порт Ауэрто ла Пейро, без экипажа и с трупом владельца Ахмеда бен Касима на борту. Тогда загадка обезлюдевшей яхты вызвала много броских заголовков в газетах – «Ориент» сравнивали с «Летучим голландцем». И вот теперь тайна раскрылась: оказывается, яхта была заминирована, один из охранников шейха высадил всех на остров, а сам, рискуя жизнью, увел ставший опасным «Ориент» подальше от людей…

Но кто заминировал яхту крупнейшей фигуры мирового бизнеса? Почему она все-таки не взорвалась? Почему на ней не нашли взрывного устройства? И куда делся смельчак-охранник? Об этом пока никому не известно. Но ясно одно: кто заминировал яхту, тот и убил Ахмеда бен Касима! Мы будем внимательно следить за этой историей!

Золушка и Флетчер в Лондоне переглянулись.

– Да-а-а, очень темная история, – задумчиво проговорил Флетчер. Кира ничего не сказала, но подумала, что история эта еще темнее, чем кажется неосведомленному наблюдателю.

В следующем новостном выпуске уточнили, что заминированную яхту увел от острова начальник охраны шейха Хафиз абу Халялья. Была высказана версия, что именно он обезвредил и выбросил за борт взрывное устройство, после чего сам стал жертвой неведомых убийц. При этом крупным планом показали фотографию героя, и оказалось, что он больше походил на жителя африканского континента, а те, кто видели его раньше, без труда определили и настоящее имя – Мадиба Окпара.

Золушка даже расстроилась, узнав, что погиб ее спаситель. Но Флетчер успокоил в своем стиле: дескать, для таких должностей опасность и риск входят в сумму контракта… А значит, и жалеть о нем не стоит! Но такая мудрость Золушку не успокоила.

На самом деле герой был жив, здоров и невредим, эту передачу он смотрел в Малайзии, в тихом городке Рава, где снимал шикарное бунгало в пятизвездочном отеле на берегу моря. Надо сказать, что самого Окпару мировой резонанс новостей с его участием не обрадовал. Он прекрасно понимал, что через некоторое время по его следу пойдут и полиция, и люди шейха Ахмеда бен Касима. И хотя он привык ко всяким передрягам, это его очень заботило.

Телевизионные волны пронизывают эфир во всем мире. На экране телевизора, стоявшего в «люксе» небольшого, но дорогого отеля на берегу Индийского океана в Мумбаи, тоже застыло черное лицо с плоским широким носом, развитыми надбровными дугами, квадратной челюстью и глубоко посаженными глазами с красными прожилками, которые можно было рассмотреть при хорошем зрении.

– Он похож на Кинг-Конга, – заметил «Виктор», у которого и зрение, и память были отменными.

– Да, что-то есть, – сказала «Сьюзен». – Только не тогда, когда тот дрался с другими чудовищами… Сейчас он добрее, как будто смотрит на эту свою блондинку…

– Похоже, что именно он и завалил шейха! И думаю, тогда взгляд у него был совсем другим!

Те, кого недавно называли супругами Уоллес, понимающе переглянулись.

– Похоже, – согласилась она. – Только как он попал из телохранителей Афолаби в телохранители шейха?

– Победил в поединке Саида – прежнего начальника охраны. Гафур – личный секретарь шейха сказал мне, что если бы не замена, то с шейхом бы ничего не случилось. А этого Кинг-Конга я видел несколько раз, когда он служил у Афолаби. Мне казалось, что он очень привязан к хозяину и готов защищать его даже ценой собственной жизни.

– Может быть, он отомстил шейху? – задумчиво сказала «Сьюзен».

– За что? За то, что тот взял его к себе на работу?

– Не знаю! Вопрос очень запутан, как и связи, существующие между участниками этой истории. Плюс переплетение арабской и африканской психологии… Может быть, он посчитал, что шейх каким-то образом причастен к смерти хозяина…

«Виктор» кивнул:

– Может быть. Тогда надо учитывать, что мы с тобой тоже приложили руку к смерти Афолаби.

– Да, ты хотел оказать услугу бывшей жене, а я тебе помогла! К счастью, до этого никто не докопается! А кстати, твоя Золушка вновь блистает в новостях и снова ждет свалившегося с неба наследства! Слушай, открой мне тайну: что у нее медом намазано? Почему самые разные серьезные мужчины выполняют все ее желания?!

– Спроси у этих мужчин! – раздраженно ответил «Виктор». – Я выполняю твои желания!

– Может быть, может быть. – Она рассматривала его испытующим взглядом. – А может, и нет… Но помни, что эта блондинка погубила даже такого огромного и сильного победителя динозавров…

– Да что ты пристала ко мне с этой блондинкой! Есть более важные вещи, чем кино про гигантскую гориллу! Мне не нравится, что наши портреты показывают всему миру! К тому же мы оба знаем, что тайное рано или поздно становится явным! Лучше думай над этим, если больше не о чем!

– Хорошо, – кротко сказала «Сьюзен» и вышла на балкон. Такая покладистость была для нее совершенно нехарактерной и являлась настораживающим признаком. Но занятый другими мыслями «Виктор» не обратил на это внимания.

* * *

Любая утечка значимой информации всегда порождает определенные последствия. В самом простом случае это обычная шумиха, именуемая в последнее время «хайпом», но если речь идет о разыскиваемых преступниках, скрывшихся должниках, беглых заключенных и подобных им фигурах, находящихся вне закона, то хайпом дело не ограничивается: за завесой медийных фейерверков сигнальной информации начинается целенаправленная подготовительная деятельность соответствующих ведомств или заинтересованных лиц. Надо выяснить детали: точно ли речь идет о том самом лице, насколько правильно определено его месторасположение, в каком направлении можно ожидать его дальнейшие передвижения, места укрытия и т. д., и т. п. К тому же, надо оформить необходимые юридические процедуры: получить ордера на арест, объявить розыск… Все это занимает определенное время, но когда вторичная информация собрана и исходные данные подтверждены, пауза заканчивается и включаются механизмы непосредственного воздействия: по следу разоблаченного объекта отправляются сыщики, группы захвата, кредиторы, мстители, наемные убийцы и аналогичные силы, призванные поставить точку в данной истории.

Все это майор «Черных леопардов» Мадиба Окпара хорошо знал, потому что десятки раз возглавлял «бригады острых реакций», а теперь сам «засветился», и попал на экраны всего мира… Такое случилось с ним впервые, он был в шоке и решил, воспользовавшись «паузой уточнения», закончить все дела в Европе и забиться в какой-нибудь малообжитый и неиспорченный цивилизацией и Интерполом уголок мира. Тем более что в отличие от очень многих у него такие возможности имелись, ибо уроженец африканского племени донго всегда может найти себе место в родной деревне, расположенной в «зеленом аду» Борсханы. Хотя он уже не представлял себе жизнь в джунглях, зато знал, что «Соколы пустыни», которые в подобных делах успешно обходятся без ордера Интерпола, не смогут развернуться у него на родине, так же как «Черные леопарды» не способны работать на территории Нефтяного Королевства…

Но джунгли, возможно, ждали его впереди. А сейчас основным и единственным местом, где у него могли быть какие-то дела, являлась Ницца, отделение банка «Лионский кредит», в котором хранилась статуя Киры Быстровой – его единственный оставшийся актив. За последние годы, судя по сообщениям в печати, создавший ее индийский скульптор Раджешь Рачапалли значительно поднялся в мировом рейтинге мастеров искусства, а следовательно, мраморная Кира могла иметь значительную художественную ценность и, соответственно, высокую стоимость. Поэтому Окпара собрался и, используя документы Хафиза абу Халялья, отправился на Лазурный Берег.

Когда-то он чувствовал себя в Ницце как дома, где существовал уголок природы Борсханы, земля под которым, арендованная на пятьдесят лет, по существу, пользовалась экстерриториальностью и была неприкосновенной для французских законов. Он командовал «Черными леопардами», имел за спиной мощную физическую силу, а также правовую поддержку могущественного хозяина Джелани Афолаби. Теперь все изменилось. Он чувствовал себя как бездомный, который пришел на место, где когда-то жил в роскошном особняке, окруженный многочисленной челядью. От дома остались только развалины, нет ни прислуги, ни знакомых, не у кого искать поддержки…

Это чувство было ему знакомо, потому что в Нефтяном Королевстве он чувствовал себя почти так же. Даже то, что он по-прежнему командовал вооруженным подразделением и пользовался поддержкой шейха, ничего не меняло, ибо он был чужим в этой стране, среди чуждых традиций, законов и власти тех кланов, которые являлись здесь доминирующими. Стоило кому-то важному мигнуть, и его же «соколы» задушат его шелковым шнурком…

Но объективную реальность нельзя изменить сожалениями! Надо было распоряжаться своим активом, но он не знал – как… Как обойтись с мраморной русской красавицей – каким образом и кому ее продавать, за какую цену? Он чувствовал некую неуверенность, ибо вступал в сферу, в которой вовсе не был специалистом. Если бы требовалось найти какого-то человека и выкрасть его или просто отнять у него жизнь – он бы знал, с чего начинать и как именно добиваться результата. Но сейчас перед ним стояла другая задача – он не знал, как делать бизнес.

Но оказалось, что это гораздо проще, чем казалось. Консультант банка посоветовал ему выставить скульптуру на аукционе «Кристис». Правда, для этого следовало представить некоторые документы, подтверждающие, что скульптура действительно исполнена Раджешем Рачапалли и что Окпара имеет право распоряжаться ею… В принципе, почти все бумаги у него были: сертификат, выданный Рачапалли на имя Афолаби и удостоверяющий, что именно он создал эту скульптуру, а также доверенность, поручающая Мадибе Окпара управлять имуществом господина Джелани Афолаби…

Оставалось, чтобы скульптор подтвердил свое авторство непосредственно перед аукционом, осмотрев статую и удостоверив ее подлинность, после чего ее предварительно оценят. Это тоже не должно было вызвать затруднений: Мадиба привозил Рачапалли к хозяину, присутствовал при конкурсе пробных работ от нескольких скульпторов и при подписании с ним договора, так что тот хорошо знал его в лицо.

Он позвонил по видеосвязи Раджешу и изложил суть дела. Скульптор не возражал, охотно пообещал удостоверить подлинность статуи перед аукционом и прислал свое обязательство об этом электронным письмом, заверенным цифровой подписью. Но высказал и пожелание:

– Поскольку цена будет устанавливаться и с учетом моего мнения, думаю, что я имею право претендовать на десять процентов от этой суммы.

– Согласен! Но это касается только начальной цены!

– Разумеется!

Таким образом, формальности были улажены, Мадиба оплатил услуги банка, и его заверили, что скульптуру в целости и сохранности доставят в Лондон, в аукционный дом «Кристис».

И, довольный собой, он стал собираться в Лондон.

* * *

Сенсации надо поддерживать: так в лампадку, чтобы затухающий огонек окончательно не угас, следует время от времени подливать немного масла. Через несколько дней Times опубликовала результаты собственного расследования под интригующим названием «Самые загадочные люди недели», которые медиахолдинг News Corporation тут же перепечатал в своем таблоиде Sun и прокрутил в новостных каналах крупнейшей британской спутниковой вещательной корпорации BSkyB.

Иллюстрировался очередной коктейль жареных фактов большим фотоколлажем, в центре которого красовалась Кира: в одних узеньких трусиках и короне, заменяющей остальную одежду, она стояла возле ванны с шампанским, победно вскинув правую руку, но теперь к руке добавлена ее же скульптура из имения борсханского алмазного барона… Под снимком надпись: «Аукционный дом „Кристис“ принял для участия в торгах скульптуру Королевы Бала Цветов Киры Быстровой-Бойер, предварительная начальная цена – $ 600 000».

От центрального снимка отходили стрелочки к расположенным по окружности фотографиям. Некоторые уже публиковались, но были добавлены и новые: вот среди моря цветов и на фоне накрытого стола она разговаривает с Джелани Афолаби, а рядом стоит шейх Ахмед бен Касим, вот грациозным движением руки она отстраняет Мадибу Окпару, чтобы дать пройти своему персональному телохранителю-французу, вот идет по Парижу об руку с Жаком Бойером, вот она и Диана Сорель сидят в ресторане «Жюль Верн» на первом уровне Эйфелевой башни…

Больше всего Киру удивило появление последней фотографии – о том, что она находится там со своей наставницей, никто, как она думала, не знал. Но выходит, она ошибалась и французская военная разведка контролировала эту встречу. Надо сказать, что представленные фотографии были достаточно убедительны – посмотришь, и становится совершенно ясно: все эти люди связаны между собой, а центром их связи, а возможно, и движущей пружиной поступков является Кира Быстрова-Бойер! Если же кто-то все же не понял ее роли в смертях нефтяного магната и алмазного барона, то в большой, на полосу, статье это подробно разжевывалось, с приведением всевозможных версий и комментариев, которые должны были прояснить изощренное хитроумие охотницы за наследствами, но опирались уже не на задокументированные фотографиями факты, а на выдумки малокомпетентных, жаждущих скандала журналистов.

Для самой Киры поднявшийся ажиотаж был выгоден. Волна сногсшибательных новостей снова забросила ее на пьедестал всеобщего интереса, и она вновь стала желанной гостьей на мероприятиях высшего общества Лондона. Тем более что Флетчер активно ей в этом помогал.

Она охотно давала интервью, в том числе и отвечая на вопросы заведомо провокационные: не знает ли она, кто мог бы убить шейха Ахмеда бен Касима, и правда ли, что они являются конкурентами в получении наследства покойного Афолаби? На это она отвечала уверенно и спокойно – мол, никаких конкурентных отношений с шейхом у нее не было, а если бы они и были, то она не имеет ни привычки, ни обыкновения, ни умения организовывать чье-либо убийство. Верили ей в этом или нет – сказать трудно, но то, что огонек хайпа не только горел, но и разгорался – это был несомненный факт!

Правда, рассказывать о подробностях аукциона, на котором через две недели будет продаваться ее скульптурное изображение, было затруднительно, ибо это известие стало очередным удивлением как для самой Киры, так и для тех, кто ее окружал. Даже Флетчер, который, как и все бизнесмены списка «Форбс», являлся прожженным циником, не удивляющимся каким-либо вбросам в средствах массовой информации, был ошеломлен. Новая приятельница оказалась не только известной фигурой французской светской жизни, не только предметом вожделения богатейших людей планеты, пружиной, раскручивающей механизм европейских скандалов, но вдобавок еще и моделью для скульптуры, которую высек из мрамора знаменитый Раджешь Рачапалли, – это даже его не могло оставить равнодушным. И к тому же в его глазах она превратилась из обычной женщины в музу гениев искусства и бизнеса, в богиню Психею с нежной трепетной душой и крыльями бабочки за плечами… Зарождающаяся дружба с ней возвышала его в общественном мнении и поднимала в своих собственных глазах!

– Мы пойдем на этот аукцион! – сообщил он Кире. – Я куплю твою мраморную копию, сколько бы она ни стоила, и поставлю во дворе своей виллы! Лувр гордится статуей Венеры Милосской, но через несколько лет они придут ко мне с просьбой продать статую Киры Тиходонской, которая станет мировой ценностью!

– Роджер, ты преувеличиваешь! – лукаво прищурилась Кира.

– Ни капли! – пылко воскликнул Флетчер.

Сейчас он действительно смотрел на нее совсем другими глазами. Кира мало рассказывала о себе и никогда не хвасталась, но журналисты раскопали почти всю ее подноготную. Девушка, номинированная на звание королевы красоты или прославившаяся ролью в нашумевшей кинокартине, приобретает особую значимость по сравнению с подругами и даже с самой собой до пришедшего успеха… И пусть объективно ни в теле, ни в душе ничего не изменилось, но окутавший ее ореол славы и признания коренным образом меняет отношение окружающих! А что говорить о Кире, на которой хотел жениться алмазный барон, но получил отказ и даже проспорил из-за этого дирижабль… Дирижабль! Самому ему никогда не приходилось летать на дирижабле, да и про икру «Алмас» только слышал! И он боялся, что такую бесценную и возвышенную женщину у него могут отбить! Раньше у него никогда не возникало такого чувства!

– Я заинтригована! – звонко засмеялась Кира. – Ну что ж, подождем торгов. Может, у тебя и денег не хватит!

Она пошутила, так как не думала, что Флетчер говорит серьезно. Но прожженного циника будто бритвой по сердцу полоснули… Но виду он не подал и спокойно произнес:

– Хватит! Дождемся аукциона – увидишь!

И не только они – весь Лондон с нетерпением ждал очередного аукциона.

* * *

– Послушай, но это уже запредельная наглость! Ты слышал?! Скульптура этой замарашки выставлена на аукцион «Кристис», начальная цена шестьсот тысяч долларов!